Урр: неровная тропа (джен)

"Двадцать минут до пролома!"

Илья защёлкнул пряжку ремня и ухватился за тусклый невзрачный браслет. Постучал по нему пальцем.

— Надеешься сломать? — ирония Георга течёт и капает.

— Надеюсь, что нет! — рыкнул Илья, и суетящиеся вокруг учёные отпрянули, левый запнулся о край кушетки и едва не задел пульт.

— Забудь уже о заострённых палках и камнях! Мы тебя вооружаем самой продвинутой техникой!

"Начинается отсчёт!"

Лампы поумерили пыл. Пульт осветился, побежали диаграммы и циферки. Застонал зуммер отсчёта. Оба внешние коридора погрузились во мрак.

Георг прибавил голос:

— Поверить не могу, мы отправляем на задание охапку тупых мышц!

— А ты, надо полагать, пробирка мозгов?

— Тишина в лаборатории! — осадил их начальник Ион Карпыч. — Для разведки идеальны мышцы. Но мозги, если тестировщики не врут, там тоже есть.

Илья молча глянул на Георга, на всех, и продолжил застёгивать ботинки. Крепкие, самые простые на вид. Так и не скажешь, что в них резервные компьютеры. В кепке — активное вещество для полевого ремонта. В нарукавнике боеприпасы. В ремне энергоячейки, порошковая медь в парах рубидия.

Он тихо произнёс:

— Ещё раз спрошу: почему меня не ознакомили с каноном?

— Ещё раз сообщу: потому что твоя задача разведка. Тебе не нужны подробности, а если они понадобятся, на бортовом компьютере весь возможный расклад. Якши? Как бы тебе проще?.. Духи ума вот в этом амулете скажут что делать!

"Умничает", — раздражённо подумал Илья.

Георг же осклабился. Он никак не мог простить, что в разведке не он, такой умный.

"Пятнадцать минут!"

Механический голос дрогнул, когда в конденсаторы пошла накачка.

Ион Карпыч похлопал Илью по плечу:

— Мы не стали тебя грузить, там правда много информации. Да и не нужна она на этом этапе. У тебя секунд сорок дооценить ситуацию и вернуться. Спасать миры не твоя цель.

Илья подумал, что лучше бы дали почитать дайджест. Он вчера в ночь нарушил инструкции и таки полистал пару фанфиков в доступе. Оригинал не нашёл, он давно закопан в спаме, а может удалён всё тем же комитетом.

"Десять минут!"

Илья с неудовольствием подёргал колечко на ремне, где хорошо бы смотрелся нож. Отобрали! "Каждый грамм на счету, и вообще не будь питекантропом".

Он замер в маленькой медитации, самообман, но помогает ведь.

— Георг, отчёт!

— Объект подготовлен. Накачка в норме. Стабилизация канала через семь минут. Контрольная аппаратура в норме. Резерв в норме.

— Хорошо! Готовность! Илья, в зону переброски! И снова — никакой отсебятины! Смотришь, оцениваешь и обратно. Ясно?

— Ясно.

— Не смотри сычом, всё получится. Всё проверено. Всё будет просто.

Неожиданный звонок на пульт.

Ион Карпыч нагибается к микрофону:

— Да! Да? Так точно!

Снова бросает взгляд на зону пролома. Там уже бегают по кругу искорки, всё больше.

"Минута до пролома!"

Илья встаёт на дорожку, прижимается к стоячему креслу. Его вытолкнет вперёд, чтобы не терять ни секунды.

Портал формируется, собирается из огоньков, коих уже плещущие рои. Действо освещает затемнённую лабораторию, привнося праздник с мандариновыми ассоциациями.

Дежурная группа улыбаются. Великий момент!

Платформа дрожит.

Гибкие провода отключаются от носимого оборудования. Техника должна быть на максимуме зарядки.

— Туда и назад! И всё!

Илья кивает.

"Два! Один! Ноль!"

Катапульта бросает человека в переплетение молний. А тело не проходит, оно упирается в невидимую стену. Давление катапульты растёт.

— Нештатная ситуация? Что происходит?

Аппаратура лаборатории сходит с ума. Нагрузка растёт. Давится пеной первый опустевший конденсатор.

— Георг! Мы снизили защитное поле на тридцать процентов?

— Да, ровно на тридцать! — откликается старший лаборант.

— Ой, и я на тридцать! — вздрагивает Георг. — Я там настройки пошаманил.

— Что?!

Конденсаторы отдают всё. Тело Ильи продолжает вжиматься в портал. Молнии продавливаются.

— Ион Карпыч, Илья не прошёл, он... он защищается внешним контуром. Но... это энергозатратно!

Начальник молчит. Его лицо на глазах словно стареет.

— Уходит резерв, Ион Карпыч. Это... весь.

— Как — весь?

— Вообще весь... — лепечет лаборант.

— И даже?..

— Весь...

Жуткие средства превращены в энергию. Проект спасения человечества. И всё это сейчас защищает тело Ильи. И энергии на весь вес для проброса теперь не хватает.

Тело трясёт, обжигает, но оно всё ещё живо. А вот носимая электроника выгорает, она для контура защиты не такая важная. Прямо сейчас рассыпается в пыль и дым, крошится на пол. Колонны энергоприводов трещат, и всё же держат. В какой-то момент вес уравновешивается, и за долю до разрушения портал вышвыривает Илью вон.

Охлаждение окатывает отрубившиеся блоки. Температура снижается.

Все зачарованно смотрят на место портала. По лицам скачут красные огоньки.

Ион Карпыч хватает Георга и бьёт его об стену:

— Ты понял, что ты сделал?! Ты провалил миссию! Мы всю энергию ухнули!

— Ион Карпыч! — как безумный хрипит Георг. — Да вы ж сами...

— Что я сам? Что? Что?.. Ты знаешь, сколько стоил проект?

— Но там Илья, и он может всё сделать.

— Илья! Илья.

Ион Карпыч отпускает Георга и хватается за голову. Георг тяжело падает на пол и пытается порвать на себе прочный ворот спецодежды и надышаться.

— Илья ушёл в бета-мир. И у него ничего нет. Ничего. Нет.

А лаборанты, вся группа, только начинают понимать. Второго перехода не будет. Энергия и на основную миссию, и запасная ушла вся. Компьютер в нештатной обстановке спасал человека. Как мог. И потратил всё.

В перекрестии молний Илья не мог двигать даже зрачками. Они дёргались. Жар и боль, и смутное ощущение, что обещали не это. А ещё давление, кресло-катапульта вжимало Илью в портал. Портал не поддавался.

Тело затрясло ещё сильнее, в глазах искры. Будь чем, Илья сейчас наделал бы умникам прямо в портал. Инструкция не была бы нарушена: вес не изменился, а перераспределился.

Сознание удерживалось на силе воли. Сейчас Илья имел редкое счастье наблюдать, как одежда особой космической прочности превращается в самый дорогой пепел, известный человечеству. Пачками денег было бы дешевле в разы.

Портал стал отступать сантиметр за сантиметром. Или организм приобретает плоскостные параметры. Не понять. Треск портала, а может рёбер. Снова. Сильнее!

И с мощным пинком в спину Илья покинул родной мир.

Разведчик, если он всё ещё разведчик, ушёл в перекат, едва разминувшись головой с корявой по длине бетонной плитой. Запах травы забил нос, пальцы попали в осклизлый мусор, а глаза видели пока только молнии, много молний. Новая боль проникла в мысли, Илья содрал с руки дымящийся браслет и откинул его прочь.

Рука в ожогах, но на месте, и то хлеб.

В целях уже личной разведки он пощупал кругом. Снова попал в осклизлое — да что там такое? Ни уши, ни глаза пока не включились. Запахи? Вонь, всё забивающая вонь. В шаге обнаружилась шершавая стена, и парень прижался к ней спиной. Приступил к инвентаризации. Руки и ноги были на месте. Голова предположительно тоже. Остатки одежды дымятся, но не обжигают.

Вертелась ещё одна мысль, сосредоточиться удалось не сразу. А ведь он здесь не сорок секунд. Угу.

В глазах появилось что бы то ни было, они различали свет и уже могли служить однопиксельным светодиодом. Если здесь аппаратура кончилась, то и там она уже не новая. Энергии было в обрез, теперь давай подумаем, за чей счёт сверкали фейерверки. Значит он здесь один. Без помощи, без экипировки, без оружия. Без ножа. "Падлы!"

И да, именно он, Илья, теперь вся миссия по спасению человечества. Зашибись день рождения! И тамада увлёкся конкурсами. Поздравляю тебя, оперативник Илья, с пятнадцатилетием!

Что будем делать?

Илья попробовал на вкус слово "импровизация", покатал на языке и сплюнул на дорогу горьким комком. Вытер рот. Да что же это за склизлая гадость на пальцах!

Мысли шевелились лениво. Что, учитывая реакцию организма на боль ожогов, было даже преимуществом. Другой вариант — шок. А так выползем.

"Глаза заработали. Улица. Пустая. И нет, я не похож на бомжа! Ни одному бомжу так одеться в голову не придёт. Как низко я пал".

На глаза попался камень.

"Не, ну не настолько!"

Организм шевелиться не желал, ему досталось выше крыши. Разумно было дать ему отлежаться, не дёргать без необходимости. А вот мозгам такая роскошь была недоступна. В чужом опасном мире без поддержки.

Раны болят всё сильнее. Общая измотанность.

Новый вывод пугал. Гадость на пальцах успела подсохнуть, пока Илья определял положение тела у стены. Не секунда, больше прошло. Положение солнца, позиция теней, смена направления лёгкого ветра. Больше часа, мелькнуло больше часа.

Никто не съел, не ударил и не помог. Но — больше часа! При каждой попытке вспомнить голова болит вспышками, импульсами. Плохая ситуация. И пока ясно одно — сегодня плохой день, очень плохой, самый плохой. И он ещё не кончился. А я вообще в том мире?

Илья попробовал подняться на ноги. Ноги как ходули, ощущения от них отстранённые. Мурашки по всему телу суетятся. Всё кружится. Он рухнул обратно. Стал медленно растирать руки и ноги, выдавая шипение, если попадал по ранкам.

Вдали проехал автомобиль. Новая информация.

И первейшая, самая доминирующая задача, почти императив на выживание. Надо помыться. Держать ранки на свежем воздухе в условиях городской замусоренности тупая стратегия. Заражение положения не улучшит.

Пока поднимаемся на ноги, не торопимся, не торопимся... ещё раз... Как замечательно получается! Ну твою ж... снова. И опять. Стоим. Стоим! Чем не достижение? Вот эта палка нам поможет. Без сомнений поможет. Как только мы её поднимем. Не сразу. Не торопимся. Успокоимся и всё сможем.

Илья ещё раз сплюнул.

Наклонился, подхватил палку и выпрямился прежде, чем улица зашлась в лихорадочном хороводе. Упёрся плечом в кирпичную стену заброшенного здания. Пелена перед глазами рассеивается. Новая мысль пронзила: а это нормально, что повреждённый организм так быстро восстанавливается? В норме ему полагается здесь валяться весь день. А он уже на ноги встал?

Илья повертел головой. Тупичок, обломки кирпичей и камни. Прогретый асфальт, пыль кругом, пара куч мусора и вездесущие обёртки, пластик да пластик. Парень потянулся и заглянул в пыльное окно с парой следов камней в виде белых точек и немного трещин к стеклопластике. И крупном старом жирном граффити — банда третьей улицы Броктон-Бей. Не слышал и не читал про таких.

"Третья улица. Это не доки. Но Броктон. Либо средняя линия города, либо ближе к набережной. Но не она.

Внутри здания ни мебели, ни промышленных приборов, пусто. Это же США, здесь обязана быть душевая! У них всегда есть душевые, неотъемлемая часть культуры. Душевые тут не строят только в душевых, и то не факт".

Сил прибывает. В бой Илья в таком виде не пошёл бы, но пошустрить уже можно.

Душевая нашлась. Пыльная, грязная. И вода была! С мутью, самотёком, с запахом химии. И всё же это была вода. Илья протёрся и попил. Осмотрел тело. Критических ран нет, порезы да царапины. Ушибы пока не видны, но чувствуется, что их изрядно. С сомнением натянул жалкие тряпки.

Приободрившийся парень поискал оружие. Кусок трубы? Уже что-то. Немного гнутый? Дык мне из него и не стрелять. Взять его вот так, и словно ятаган модный. Только труба. Мир кейпов, держись, я вооружён и страшный в целеполагании!

Какие опасности ещё можно рассмотреть. Бродячие животные, хищники, способные напасть. Бомжи, в священной борьбе за ресурсы, потому что я им по всем признакам конкурент. Одежда, продукты. Именно в таком порядке, без еды человек может быть активным с неделю, а вот без одежды в обществе всё грустно.

И новый вывод. Есть вода, есть — скажем так, жильё. Ужасный кризис в штатах и в условной Африке понятие разные, очень разные. Уверен, что на пропитание заработаю. Или отберу. Не, ну правда: супертехнику мне не собрать, не инженер. Не изобрести, не учёный. Не украсть, не вор. Я военный и буду вести себя как военный. А поскольку я хороший, отбирать надо у плохих. Вот он, стратегический план. Гораздо лучше, чем... ничего.

На улице всё та же пыль, ветерки бросают её по углам. Ветер свежий, это от моря.

Протяжный женский крик сбил мысли. Додумывал Илья уже на бегу.

В четвёртом по счёту дворе группа отморозков прижали девушку. Девушка низкая, одета без претензий, но вполне симпатичная. Гопота под сивухой или чем крепче, им весело. Раздевают жертву, но без огонька. Так, от видимости сопротивления распаляются.

— Эй!

Бандиты обернулись. Секунду разглядывали Илью. И с дикими воплями бросились прочь, оставив на месте жертву и какую-то сумку. Жертва обернулась и в свою очередь с диким визгом рванула в другую сторону.

Илья постоял на месте и опустил трубу. Заглянул в сумку, Фигня, фигня, фигня. О, хлеб! Булка маленькая, скособоченная, на вкус сладковатая и скорее неприятная. Но это была еда.

Жадно жуя, Илья со смешком хмыкнул:

— А жизнь-то налаживается! С местными пообщался, девушке помог.

Всё тело чесалось, притом что чистое. В дымчатом с пятнами зеркале Илье удалось понять — выглядит он уже почти не страшно, царапины проходят, коросточки отваливаются и нет желания убежать самому от себя. Новый душ, последний. Не в том смысле, что перед смертью, а вода кончилась, откуда она уж здесь текла. Скончание неторопливой струйки намекало: пора двигаться.

Он ещё раз осмотрел помещения насчёт ресурсов. Трубу придётся оставить, в крайнем случае потом приду. Мусор совершенно бесполезный. Нога наступила на камушек, поднял, а это кость игральная. Ещё один такой же шестигранный кубик нащупан рядом. Откуда они? Или кто-то играл в настолку и бросил на месте? Впрочем, это Броктон-Бей.

"Кубики-кубики, мне прямо сейчас идти или сначала отдохнуть да переночевать?"

Он подкинул кубики и ловко их словил. Открыл ладонь. Максимум! Две шестёрки.

— Ну, если это не намёк, — проворчал Илья.

Кубики оставил — несильно бросил в стену, может у них тут гнездо? И быстро направился к выходу. Беспокоила только одежда, куцые обрывки ничего путём не прикрывают.

Едва зашёл в ближайший двор, шагать напрямую по дороге из битого кирпича инстинкты не дозволяли, со скрипом тормозов в тупике остановился фургон, из него высыпались вооружённые люди. Не, не бандиты, в форме и с шевронами. Смущать удачу Илья не стал и прибавил шагу.

В оставленном помещении с потолка рухнула часть бревна, всё заволокло пылью. Последнее, что скрылось под ней, — кубики ближе к внутреннему углу. Один сразу лёг, второй покрутился на ребре и успокоился недалеко. На обоих выпал максимум.

— Статус растёт. И я уже не бомж, а бродяга. Осталось помогать страждущим. Выйду за угол, а там прекрасная принцесса зовёт нежным голоском на помощь.

Улыбнувшись нехитрому способу поддержать настроение, Илья шагнул за угол и вздрогнул от истошного вопля:

— Чувак, отвали! Я тебя вообще не знаю!

Большой лысый жирдяй гонится за мужичонкой в толстовке. Жирдяй-жирдяй, а скорость сравнима. Намерения его понятны и просты, даже если не прислушиваться к злобному:

— Стой, прибью-раздавлю-сокрушу!

Мужичонка подхватывает обломок кирпича и крошит его об лоб нападающего, способ не помогает. Увороты, перекаты, но жирдяй не отстаёт. Агрессор не в себе, то ли перекрытый, то ли срывает постороннюю злость на первом встречном.

Не канон сказочный, но сойдёт. Илья бросается вперёд.

"Ты ж хотел применяя свои таланты связаться с обществом? Вот тебе место применения талантов и вот тебе общество!"

Общество от следующего загребающего удара увернулось не совсем и покатилось прочь, окатывая жирдяя потоками на редкость едкого мата. Толстый обернулся на Илью и оскалился.

А тренированные мозги работают по полной. Лоб непробиваем, но на голове есть и иные места? А кирпичей много, проверяй не хочу хоть неделю.

Бам! Бам! Противник лёг в медитативном счастье. Подошёл, прихрамывая, принцесс в толстовке:

— Ты как с ним справился? О тупую голову этого жирдяя я сломал кирпич!

— Старинная строительная мудрость: если кирпича мало, надо взять два кирпича.

— Я нормальный чувак, хоть у кого в общине спроси. Но с высшей математикой не ко мне! — заржал чернокожий парень. — Я Барти!

— А я, — Илья закашлялся, вспоминая старый космооперный сериал, — Илай.

— Замётано, чувак! Я по одёжке понял, что ты наш без вариантов.

"А наш — это чей?" — с самым дружеским видом озадачился про себя... Илай, отныне только Илай.

Пошли вместе. Барти целенаправленно, а Илай за компанию. Один болтал, радуясь готовому слушать, а другой впитывает информацию, отсеивая малозначимые нюансы. Впрочем, и идти далеко не пришлось. Вскоре они вышли к костру из стропил и мебели. Вопрос с исчезнувшей из зданий мебелью отпал.

У костра с десяток человек молодёжи. По общим признакам Илай признал, а спустя десяток секунд многократно подтвердил — хиппи! В бета-мире движение не исчезло, оно процветает и пахнет. Пахнет, да.

Крепкая девушка с татуировкой орнамента (огонь, трава, что-то такое) оглянулась от дел и расцвела улыбками:

— Чувак! Ты больше наш, чем мы! Я бы так не разделась!

Словно ожидая этих слов, компания засуетилась. В центр выдвинулась средних лет мадама с лохмами и тряпками:

— Истинно говорю, настал срок! — провозгласила она.

— Настал срок! — дружно и невпопад воскликнули с восторгом прочие.

— Наши ожидания оправдались!

— Оправдались!..

По спине пробежали мурашки. Парень всё больше проникался таинством. Неведомый обряд завораживал, зачаровывал, включал. Хотелось прыгнуть в круг и вопить со всеми.

— Мы долго этого ждали! Возрадуйтесь, сёстры и братья, время пришло! — провозгласила ведущая.

— Время чего? — робко поинтересовался Илай, задавленный обрядом, у татуированной симпатяшки.

— Так это — ужинать пора, — удивилась та.

Управление СКП в Броктон-Бей, вечер

Штурм соображал, чего он ещё не сделал из необходимого. Получалось, что сделано всё. Очередное только вот законченное собрание не поднимало настроения: "где-то пукнули, где-то чихнули, будьте настороже, это точно козни злобных врагов".

Жжихнула дверь в мастерскую Оружейника. В коридоре появился он, в доспехе напоминающий робокопа, а по уровню творческой самостоятельности вне технарства — осиротевший костюм робокопа. По темпу шагов можно проверять часы, электронные. Кто будет винить Штурма, если обстоятельства такие удачные, а Батарея в холле дописывает отчётный отчёт об отчётах?

— Оружейник, Пиггот велела напомнить, что она ждёт от тебя отчёт о гвоздях в здании управления!

Оружейник молча разворачивается на месте и возвращается в мастерскую.

С фальшивым непричастным видом Штурм удаляется в свои невеликие апартаменты. Но случайный встречный рядовой сотрудник смотрит на него с естественным подозрением.

Эмили Пиггот в очередной раз взялась пальцами за ноющие виски и вернулась к началу протокола изучения места происшествия.

"Регистрация энергетического всплеска мощностью четыре и один по шкале... задействованная аппаратура... привлечёнными сотрудниками в составе дежурной... определено место в тупике возле подсобного здания бывшей фабрики... С места изъято разрушенное критическим перегревом устройство неопределённого назначения, предположительно тинкертех. Основание: в составе редкоземельные элементы, остатки наносхем не соответствуют официальному перечню... идёт определение места нахождения известных кейпов на момент..."

Эмили снова потёрла виски. Опять провокации, опять кейповские хулиганства. Опять на её голову.

Кресло скрипнуло, перераспределяя тучное тело. За окном сумрак рассекается лучами прожекторов, а далее блекнут к наступающей ночи городские здания.

Стук в дверь. Решительный, размеренный. Так строго в соответствии с регламентом, уточнённом специально по его личной докладной, может стучать только Оружейник. В приёмной давно никого, и он обращается напрямую. Но о чём речь? Новые проблемы?

— Да-да?

— Миссис Пиггот, мэм!

Входит. С грацией рельсового промышленного станка приближается к рабочему столу и разворачивает папку.

Эмили со всёвозрастающим вниманием и непониманием наблюдает за подчинённым.

— По вашему запросу мною подготовлен отчёт за табельным архивным номером...

Оружейник встречается глазами с начальницей и пропускает полтора абзаца.

— ...об эксплуатации в здании управления и сопутствующих помещениях гвоздей. Всего предварительно обнаружено не менее чем семьсот четырнадцать гвоздей в обшивке помещений и частично в мебели, номенклатура и источники закупок в приложении а-девять дробь четыреста эс кью. Также на двух складах определены примерно три и три четверти стандартных ящика и ещё четыре целых упаковки гвоздей, номенклатура в том же приложении. Для уточнения количества, состояния и общих критериев указанного крепёжного оборудования мною направлены четыре дрона...

— Стоп! Какие гвозди? Какое распоряжение?

— Ваше распоряжение, мэм, переданное через кейпа моего оперативного подразделения... — голос докладчика падает, вычисляя слабое звено логики, — Штурма.

Перед продолжением беседы Эмили делает несколько глубоких вздохов-выдохов.

— Колин, мы на круглосуточной оперативной связи. Какая вероятность, что я передам тебе распоряжение устно? Про гвозди? Через Штурма? Тебе напомнить, кто у нас здесь клоун?

— В общем округлении вероятность ноль целых три сотых.

— Ты сегодня оптимист. У распоряжения через Штурма вероятность отрицательная! Я правильно понимаю, ты пришёл ко мне в одиннадцать вечера...

— Одиннадцать часов три минуты двадцать секунд.

— ...с докладом о гвоздях?

Оружейник стискивает зубы.

— Колин! Иди и проспись! Это приказ!

Последние слова лязгают сталью.

Оружейник удаляется. Одно хорошо, он впервые в этом году закрывает дверь тихонько.

Эмили откидывается на кресле и морщится. Она поднимает взор к пожарному датчику:

— Господи, ты зачем мне насчитал так много чужих грехов, что я работаю здесь и с этими..?!

Ужин был вкусным, а хиппи счастливы: шутка удалась. И Илай точно не первый попался на "ритуал". Чтобы не обижался, ему дали несвежие, но мало-мало закрывающие тряпки.

Хиппи же оказались обычными, классическими. Внутреннее важнее внешнего, да? Кредо движения они олицетворяли предельно точно. В стихийных беседах и диспутах мелькали слова, достойные не каждой тематической кафедры. Диспуты посрамили бы профессуру, а запахи в свою очередь поразили бы во всех смыслах стайку бомжей в конце зимы.

У Илая ничего не спрашивали, помимо имени и "как оно?"

Однако науку он любил и книжки читал. И для своих пятнадцати был неплох. Он включился в разговор, и казалось, что в этой общине провёл полжизни. Начитанность стала последним аргументом идентификации.

Обсуждали всё. Вот средних лет девушка с жаром спорила, что методы определения возраста палеонаходок неидеальны. Доказывала хорошо, уместно, убедительно. Юноша раскрывал тайны организации правильного свободного питания. Старшая делилась свежесочинённой песней, ничего так песенка.

Илай послушал всё, присел же всё к тому же Барти. Барти разбирается в медицине, цитирует справочники. Сегодня тема-мейнстрим — кейпы. Озвучены были сомнения в некоторых официальных и полуофициальных информационных вбросах.

— Кто такие кейпы? — восклицал Барти, плеснув остатками чая под ноги и не заметив. — Перестали ли они быть людьми? Отчасти да, отчасти нет. Они меньше контролируются, хуже ловятся, потому и законы ужесточают. За последний год три поправки!

Нам втирают, что кейпы разбили барьер устойчивости своей короны поллентия. Во всяком случае, в этом убеждены завсегдатаи форумов. Протекторат не подтверждает, но и не спорит. Но подождите верить в корону! У меня нет для опоры данных мониторинга или даже активной формы изучения. Однако мы можем рассуждать на непрямом фактаже.

С короной поллентия всё не так просто. Нет, что её обнаружили, охотно верим. Как известно, при желании и хорошо оплаченном заказе учёные способны в человеческом теле обнаружить решительно всё, любой орган под готовую функцию. От космической антенны до эхолоцирования. А вот что этот орган действительно делает предписанное наукой — это вряд ли...

Барти остановил бег мысли и помахал кружкой. Ему плеснули ещё свежего чая.

Илай думал, что, пожалуй, склонен подтвердить слова лектора:

"В прочитанном вчера дома фанфике кейпу Луну выжгли голову, он даже драться не прекратил. И где же в тот момент была пресловутая корона поллентия? В задницу переселилась? Я уж молчу про дела пятьдесят три с нестандартной физиологией! У них же мозга порою нет!"

— А для тех, кто думает, что у одних эта корона обнаруживалась, а у других нет, у меня новость. Мы и так все разные. И особенностей в теле каждого человека куда больше, чем принято считать. Врачи в курсе. — продолжил Барти.

Ничего вредного и малополезного Илаю не предлагали. В штатах с этим строго, ну или по крайней мере население так думает. Коренные обитатели трущоб государственной этики знать не знают, но впечатления трущобника Илай на хиппи не произвёл. Потому — нет. Оно и лучше, Илаю ближе здоровая жизнь.

Народ расползся спать, а у костра бренчала гитара бесконечным импровизом, тепло и есть место. Парень думал о многом, и не в последнюю очередь о странном, опасном и интересном прошедшем дне. Первом дне в новом мире. Успевай посидеть спокойно, ибо время побегать, подраться, поубеждать и поошибаться будет точно. С покоем — кто бы знал.

Отмахнулся от порыва дыма. Поправил угли. Посмотрел в подсвеченное небо. Наконец, собрался спать. Не потому что сон догнал, а скорее по привычке. Лёг просто на траву, не столь её много, да сойдёт, под голову полешко — никогда не любил мягкие подушки. И так и не понял сам, сразу уснул либо долго плавал в мыслях и планах.

Завтрак в общине не принят. Как и ранний подъём. Ранние птички поднялись, кого природные позывы подняли, кого желание поделиться идеями. До утра улицы без цвета, тянет ровный прохладный бриз. Звёзды отчаялись просветить наружу и скрылись с глаз. Но полной тишины город не знает. Шевеление, голоса, лай, шум неприглушенных двигателей, за брошенными трёхэтажками гнусавит вертолёт.

— Илай! Какие у тебя планы? С нами пойдёшь? — подсела старшая Марж.

— Сам не знаю. Я помню... не помню, мало.

— Документы хоть на месте?

— Нету.

— Плохо, — огорчилась Марж, — с нами можно, но одному сложно будет.

Помолчали. Илай смотрел в пепел, шевелил пальцами травинку. Жёсткую и ломкую.

— Илай, тебе сильно важно быть независимым?

— Наверное всё же нет.

— А как смотришь, если к волонтёрам на глаза выйти?

— Каким волонтёрам?

Марж поправила юбку и не сразу собралась с мыслями:

— Да эти, которые бегают с линиями поддержки. Знаешь, правительство бездомными не занимается. Деньги бездомными не занимаются. Бездомные собой не занимаются. Но в Америке важно ещё и как. Есть психи, им власти дают горсть центов, они с этой горстью и бегают, ищут согласных оформить документы и платить налоги.

Марж заразительно фыркнула.

— А таких, согласных, крохи на самом деле. Я бы не пошла. Вот в твоём случае это вариант. Ты юн, там таких любят. В смысле, ты им что надо для красивой картинки. Любят они картинки. Капитализм, он такой. Легче помочь одному и сто раз показать по ТВ, чем помочь сотне.

— Марж, начинаем собираться?

— Да, щас!

Женщина поднялась. Вдруг наклонилась и взлохматила Илая до больше обычного.

Илай обмуслякал новые вводные и сообразил, что у него куда больше ресурсов, нежели он полагал. Он военный, это хорошо. Гораздо полезнее, что он несовершеннолетний.

— Марж, а где их искать, этих волонтёров?

— Искать? — расхохоталась. — Куда от них деться, ты хотел спросить? Сейчас явятся, у них в обычае ранние проповеди о правильной жизни...

Кислая пожёванная худая женщина закатила глаза и на одной ноте вещала малопонятное. В неразборчивом безумном речитативе изредка попадались слова "общество", "права", "грант" и... и всё. Мисс Тодж сопровождали полненький мистер Уайт с пустыми глазами неинтеллектуала и убористого сложения мистер Смоули с физиономией потомственного мошенника.

Они так мечтали социализировать бродяг! Всей душой и сердцем!

Когда им навстречу с готовностью вышел Илай, волонтёры растерялись. Они долго советовались, листали мятую стопку бумаги, звонили. Прибыли ещё двое, возможно чиновники — аккуратнее одеты, громко информируют ни о чём, улыбаются как на выборах.

Симпозиум затянулся. К нему подтянулся нервный полицейский. Визгливый, вздрагивающий, полицейский часто оглядывался, в конце концов все, включая хиппи, стали осматриваться вокруг. Приелась и эта забава, кислая женщина обернулась в центр волонтёрского круга сообщников и дёрнулась, обнаружив прямо перед собой какого-то высокого парня в обносках.

На крик подтянулись взоры остальных. Тоже удивились. Вспомнили.

Илаю надоело стоять, не склонен он был к публичности. Не та профессия.

— Куда идти?

На этих словах все обрадовались, расцвели улыбками, поздравили друг друга с отличным решением. И передали Илая полицейскому. Который и повёл его к центру города. Да-да, вздрагивая и оглядываясь.

"Главное, чтобы копа не арестовали за грабёж, например. Задолбаюсь доказывать, что не в доле и не при делах".

Чем удивил участок — разнообразием, сочетанием всего сразу щедрыми добавками. Один кричит, другой радуется, третий повёл четвёртого к пятому. Здесь же двое уснули в креслах, ещё один с аппетитом ест жирное и сладкое. Офис к концу корпоратива — один в один.

Помещения широкие, светлые. Прочные стены до пояса, выше жалюзи всякие и дырчатая фанера. Яркие краски бьют в глаза. Доброе место для активной обороны. Но зажигательных залётов не выдержит, нет, не выдержит.

Местами сейфы, несерьёзные. Слева оружейка. Люди при оружии, преобладает лёгкое стрелковое. В фойе работающий телевизор на стене, кофе-машина с полной урной стаканчиков и аппарат со снеками. Дверь тяжёлая, но при атаке взводом не поможет: окна большие. Хотя, может они пуленепробиваемые?

Илая привели в комнату... допросов, наверное? Потому что первым делом кабинетный офицер возмутился отсутствию наручников. Нервный полицейский долго убеждал: необходимости в наручниках нет. На шум пришёл начальник участка, протиснулся в широкую дверь боком, выслушал все стороны. И заключил: не надо наручников. Все вместе наорали на нервного. Он наорал на них. Посмеялись.

Закончилось всё феерично. Начальник наново заметил Илая:

— Новенький? Почему не в форме?!

И лишил Илая премии за три дня.

Потный полицейский почти усыпил пространным монологом про права и обязанности. Говорил и говорил. Когда Илая спросили, хочет ли он положенную лекцию о вреде злоупотреблений и неправильной жизни, он наотрез отказался от такого счастья. И расписался, что всё положенное разъяснено, доведено и усвоено.

Кажется, волонтёрская программа для бродяг сработала в первый раз за несколько лет. Раз за разом консультанты, психологи, привлечённые и служивые путались в действиях, советовались.

И всё же программа была. За неё платили государственными средствами. А значит право на неё юноша имел.

Молодая медсестра раскрыла чемоданчик с медицинскими блестяшками. Извлекла шприц в хрустящей обёртке, несколько полустёртых ампул. Ватка, фонтанчик из шприца и сноровка в укольном деле. Медик набрала в шприц другой смеси. Поднесла к руке, но место укола обнаружить не смогла. Порадовалась вслух — в уколе без следа, говорят, высшее мастерство, удалось! — и вкатила вторую дозу прививочного комплекса.

Илай скучал. Получать лекции и уколы он и дома мог. Нет, он не сомневался в необходимости прививок и минимума знаний, но всё же — этого ли он ждал от другого мира? Почему, отчего всё здесь было таким же формальным, суетным и снова формальным? Так подумать, здесь же кейпы? А всё те же шприцы, бланки, да и подход к делу ничем не отличается. Неужели кейпы не могут придумать что-нибудь интересное, новое? Ладно, паралекарей мало, но ведь умников полно! Какие ни то устройства, или чудо-лекарства, или самопроверяющиеся записи, или весы чтобы всё разом измерили вплоть до библиотечных интересов?

Когда он окончательно опустил руки, новое пришло. В лице радостной женщины средних лет. Психологическая базовая проверка. Когда на стол легла третья стопка бумаг, Илай был готов бежать из участка. На руку натянули короткий рукав с датчиками, возможно тинкертех.

— Итак, что у нас тут? Илай Сэвидж. Юноша, пять футов, шесть и половина дюйма, пятнадцать лет. Ой как хорошо! Устойчивый, тихий. Настоящее чудо! Брюнет, волосы короткие ровные. Праздник! Телосложение плотное спортивное. Красавчик!

Вышеописанный красавчик не сразу понял, что можно не кивать.

— И у нас возникает вопрос. Замечательный, самый лучший вопрос. Откуда ты, Илай?

— Не знаю.

Из психологической подготовки юноша вынес немногое, да полезное. Например простую истину, что отвечать лучше коротко и честно. Честность гарантирует приём ответов, а краткость соответственно большой спектр вероятностей, что поймут по-своему и додумает сами. А он и не при чём. Только параноик может додуматься, что Илай в свои пятнадцать хорошо подготовленный оперативник.

Он и ответил предельно честно. Абсолютно! Не знает он, откуда, что там, он и пальцем не знает куда показать свою реальность.

— Какие языки знаешь?

— Американский и чистый английский, немецкий, русский, немного мексиканский и гуарако.

Женщина остановилась и внимательно осмотрела тестируемого. Затем экран ноутбука.

— Ого! Ты из Европы?

— Нет.

— Ты с Российских независимых территорий?

— Нет, — ответил он, радуясь, что его ответы так хороши.

И немного тому, что про его родной Русинский Империум уже не спросят. И не догадаются. Здесь его нет, а про там им и знать незачем.

Ещё несколько нестройных групп вопросов, где бинарные уравнения мешались с приливными волнами, а патриотизм с любимым сортом газировки.

Женщина в профессиональном экстазе захлопнула ноутбук, от всего сердца похвалила его, что он мужского пола и не любит карамельки, и предложила последний тест. На встроенные психопрограммы. Специалист симпатичной не была, но в душу забиралась как в родное место.

Илай снова кивнул.

Теперь рукав сняли. Тест был нестрашный. Ему просто по списку читает слова всё та же психолог-психиатр, а двое дюжих ассистентов внимательно следят, чтобы он был весь внимания.

— Приказ? Статус? Цель? Ориентир? Миссия?..

Слова были просто слова. Юноша с интересом слушал и пытался пристроить этот набор слов хоть в какую-то теорию, что бы они могли значить.

— Потенциал? Суть? Доминанта? Раздел? Вера?..

Языковой справочник не кончался. В кабинете было хорошо, уютно. За окном проезжали автомобили, звучали сигналы. В коридоре что-то уронили. Нос зачесался.

— Императив солдата?

Прежде чем понять, Илай сорвался с места, вытянулся в стойке смирно и прокричал:

— Моя жизнь не имеет значения! Имеет значение решение боевой задачи!

Табурет с перестуком отлетел назад. Психолог швырнула в парня журнал проверок, один из ассистентов попытался спрятаться под низкий стол, а другой резко ударил по кнопке на столе.

Загудело, загудело и стихло. По кабинетам прошлось эхо. Тишина.

А потом психолог вскрикнула и упала навзничь. В то же время дверь распахнулась и в кабинет ворвались полицейские с шокерами, ружьями с широкими стволами и ростовыми щитами. Стена щитов немедленно отгородила троицу проверяющих.

— Назад! К стене! Не двигаться! Выпустить предмет!

"Какой предмет? У меня есть предмет?"

В левой руке Илай с удивлением обнаружил злополучный журнал и легко отбросил его в сторону, сминая окончательно.

— Что ты с ней сделал?

— Да с кем?

— С ней? — несколько пальцев указали на психолога в обмороке.

— Ничего.

— Всё, что ты скажешь, может быть использовано против тебя!

"Против меня применят моё ничего. Даже представить не получается".

Илай медленно и осторожно выдохнул.

"И да, а что это такое было? У меня — программа?.."

"Вырастить меня вырастили, а из угла выпустить забыли. А то ли привык".

Илай погрузился в размышления, больше заняться нечем.

К счастью, с миссис Фристэн ничего страшного не случилось. Вот и она, довольная до неприличия. Светится улыбками, сияет.

— Ты полон сюрпризов, мальчик! Как же ты нас удивил! И это великолепно! Давно у меня не было таких ощущений! Почему же ты не сказал, что ты заряженный? Ты ведь — заряженный, да? Или нет? Полагаю, да. Как чудесно, что да, потому что да это позитивная реакция.

Она перешла в режим итальянца: много энергичных жестов, мимики, громкая, полная эмоций речь.

— С другой стороны, заряженный это плохо, но не до конца. Согласись, Илай, ведь заряженность может быть не плохая, а хорошая! Светлая! Демократичная! И это уже совсем другая заряженность!

Лицо полицейского с резинострелом посветлело.

Миссис придержала готовый опуститься к полу ствол в руках копа и продолжила речь с тем же темпераментом, переходя то на проникновенность, то на грудной полушёпот, вовлекая всех присутствующих согласиться с ней неважно в чём:

— Я с первого же нашего момента встречи поняла, а после не сомневалась ни капли: ты хороший человек. Твоя сдержанность. конечно, была удивительной, но часть ответов меня воодушевили. Я даже предполагала писать миниатюры о природе. Ты любишь природу, я люблю природу! Вот Джек любит природу!..

— Мэм, я Джефф.

— Представляешь, сколько у нас общего! И ведь это только начало беседы!..

Илай не успевал отвечать. Какое там, он и соображать не успевал. Не иначе, хитрая психологиня забивала ему сенсорные ощущения с мотивационной логикой и тянула время. С другой стороны, он наслаждался разговором. Все наслаждались разговором. Не понимая о чём он, но пропитываясь чувствами сопричастности, тепла и родства.

Ожидание затягивалось. Копы не спускали с задержанного глаз. Ну и он старался не двигаться без необходимости.

Сначала резкий фыркающий звук мотоциклетного двигателя. Шум внешней двери. Затем в невеликом окне прошла высокотехнологичная голова.

Илай подумал:

"Бьюсь обо что угодно, что это..."

— Мистер Оружейник! — воскликнули в коридоре. — Вам сюда! Если вкратце по ситуации...

Глава СКП слушать никого не стал. Притолока скрипнула, это в широкую дверь с трудом вписался доспех. Он гулко шагнул вперёд, поводил визором-забралом, пока не остановился на Илае. Затем в направлении Илая остановился бронированный палец доспеха. Голос времён первого звукового синтезатора человеческой речи монотоном утвердил истину вовек:

— Я всё про тебя знаю!

По нестандартным решениям у парня всегда была пятёрка. Не прошло и мгновения, как он радостно бросился к кейпу, "забыв" про оружие полицейских и буквально раздвигая его собой:

— Ой, мистер Оружейник! Пожалуйста, скорее мне расскажите, кто я и откуда! И большое вам спасибо! Я знал, я верил, что вы мне поможете!..

Оружейник качнулся назад. Обратил взор на полицейских слева, потом справа, потом на психолога по правую руку. Снова на Илая.

— Э-э. Этот вопрос на данный момент деятельно прорабатывается, — наконец сообщил он.

Огромная сущность разбилась о планету. Триумф Её стал Её же гибелью. Центр мышления пытался выжить, но сделал в панике глупость, и о нём позаботились женщина и девочка расы туземцев. Кристаллические части Её при катастрофе осыпались на поверхность в семидесяти девяти параллельных мирах, а то и просто в космос. Часть — шарды, кристаллическая форма разума, часть — управляющие, сочетающие, обеспечивающие и отслеживающие элементы.

Это было прекрасное зрелище. В солнечном свете собирали и разбрасывали лучи кристаллы — огромные, осколки и блоки. И почти все они сохранили работоспособность, чудовищная, невозможная живучесть. Впрочем, никакой роли они теперь не имели, в отрыве от смежников почти ничего не могли. Лежали да мыслили.

Их были триллионы, десятки триллионов. Большие, маленькие, ровные и нет. Что удивительного, что часть функций уцелела? Ограниченные отсутствием связи между собой и с центральным мозгом крохи. Около семиста из бесчисленного множества.

Таким стал один из блоков. Комок кристаллического вещества. Он отсылал сигналы. Делал пустые отчёты и скидывал их вышестоящему сростку. И не переживал, что давно не получал никаких ответов или распоряжений. Сомневаться в его обязанности не входило. И переживать тоже. Энергия есть, условия приемлемые. Лежи да рассылай сигналы. И жди.

Усечённый в параметрах, но всё ещё готовый действовать, блок искал совпадения по параметрам.

Сигнал? Отказ. Десятки тысяч раз.

Пока однажды условия не совпали. Готовый к инициации мозг. Но каталог шардов со способностями ему не подходил. Нетривиальный запрос. Самый лучший вариант. Для него и создавались сущности. Новый запрос, новый опыт, новое творчество!

Немедленно блок запустил тестирование связи с шардами без функций, запасными, чтобы наделить одного новыми способностями и подключить. Таких на связи не нашлось. Тогда сработал алгоритм на самый крайний случай. Последний из возможных. Блок взял эту функцию на себя. Он сам обеспечит аборигену запрашиваемую способность, оригинальную и оттого драгоценную. Новый шард будет записывать творчество в бою и вне боя, чтобы собрать важную информацию. Непредсказуемую, непрорабатываемую способностями предсказаний или расчётов, выпадающую из привычных лекал.

И однажды блок-шард передаст эту информацию Центру мышления. Как только будет связь.

Оружейник шагал впереди. За ним — Илай. А сотрудники полицейского участка выстроились двумя рядами. Юноша с трудом сдерживался от смеха. Для идеальной картины не хватало только...

Да! Случайный мобильник позади заиграл "Имперский марш". Безупречно!

Многие полицейские спрятали улыбки, массивный кейп не был их начальником, но он всё равно был начальником и имел возможности попортить жизнь труженикам порядка. А без лишних проблем живётся проще.

Оружейник идиотом не был. Плохо социализирован? Да. Тупой? Нет, точно нет.

Сейчас настроение его стучало по полу. Неделями искать варианты прорыва в проектах, искать вдохновение в кусках трофейного и даже закупленного оборудования, на интернет-ресурсах любителей технического творчества. Дрожать душой над каждой капелькой озарений. Получить в руки кусок тинкертеха, оплавленный не до конца, а потом бросить мастерскую и кататься по городу вместо исследований. Хороший повод расстроиться.

А сейчас окружающие находят в его ровной поступи отсылки. С вероятностью шестьдесят восемь процентов они ассоциируют его со злым героем, точно так вышагивающем по коридорам Звезды Смерти из киносаги с земли-алеф. Возмущение аргументировано. Во-первых, он не злой герой. Во-вторых, он идёт с другим интервалом шагов, быстрее. В-третьих, он без плаща, и доспех его в другой цветовой гамме, отличаются и внешние признаки встроенного оборудования. В-четвёртых, киносага глупая, непродуманная, а показанные там технологии невозможны либо низко эффективны.

Напротив начальника участка Оружейник остановился.

— Мистер Пибоди. Одежда молодого человека неэффективна. Решить вопрос.

— А? А, ага! — не сразу отреагировал начальник, поскольку мало эмоциональные фразы были направлены в пальму у стены.

Ближайший стажёр побежал искать одежду. Благо, в американских полицейских участках такое добро встречается: улики и резерв на случай, если подозреваемых привезут раздетыми. Принёс ворох похожих на правду и вручил Илаю.

Тесная дежурка, за дверью узкое место напротив сейфа. Юноша разборчивый, яркие жёлтые штаны отбросил сразу, нашёл джинсы чуть шире нужного с ремнём. Рубаха подошла первая же, обыкновенная, с пуговицами. Туфли влезли, большего от них и не ждали. Чай, не магазин модельный, было бы что напялить.

Сейф приоткрыт, в скважине ключ. Глупая, глупая мысль. На столе журнал и мобильный телефон, кирпич с кнопками. Окно пыльное, но так на жарком солнышке и комфортнее. Чашка с недопитым чаем, надкусанный гамбургер. С — да, точно — котлетой. Помещение без изысков, но обороняться в таком несложно. Вдвоём оптимально. Холл участка как на ладони. Не зевай, главное. На стенке на женской розовой булавке календарь за прошлый год, в нём пометки и записи, угол отогнулся и торчит. Стационарный телефон. Две наклейки на толстом стекле: гонки и модная девушка.

А в коридоре спор. На Оружейника наскакивает начальник участка, пихает его животом, буравит глазками. Так и слышно:

— Никуда мистер Сэвидж не пойдёт с вами! Не положено, у него нет документов!

— Мистер Сэвидж должен быть проверен на параспособности. Это стандартное требование. Кроме того протокол освидетельствования предусматривает проверку встроенных гипнотических программ.

— Я не позволю выйти из вверенного мне учреждения подростку, у которого нет документов! Не положено!

— В таком случае выдайте ему документы.

— На каком основании? Его личность не проверена. Может, он в розыске! Или сказал нам неверные данные о себе!

— В таком случае проверьте его личность.

— Это дело не быстрое!

— В таком случае начните работать по вопросу прямо сейчас.

— Я не обязан выполнять ваши распоряжения.

— В таком случае перечитайте правила совместной работы полиции и СКП.

Любопытство взяло верх, Илай всё же заглянул в сейф. Увы, ничего привлекательного, скучные бумаги и макет пистолета, легко опознаваемый по профилю рукояти. А по сути зажигалка. В нижнем ящике боеприпасы двух калибров, для полноценного боя недостаточное количество. Также валяется значок помощника шерифа, сейчас больше символ, чем право.

— Алло! Миссис Пиггот, мэм! Возникли непредвиденные сложности. У мистера Сэвиджа нет документов. Да. Нет. На уточнении. Нет. Это неэффективно. Потому что у меня с собой только полевой тестер способностей, он недостаточно точный. Допуск точности не более ноль триста семьдесят пять десятитысячных процента. Ясно. Да, есть возражения. Ясно. Приступаю.

Оружейник, очевидно недовольный, повернул шлём навстречу Илаю:

— Мы возвращаемся в кабинет для допросов и уточнения сведений.

Начальник участка открыл рот, подумал и закрыл его обратно. Короткий взгляд, полицейские дружными стайками рассыпались по участку. Дел полно, цирк окончен, все свободны.

Первое, что Оружейник сообщил Илаю в кабинете, было тихое:

— Я понимаю не всё. Я стараюсь.

Парень втянул голову в плечи, сбросил улыбки и замер. Щёки его полыхнули.

— Извините, — выдал он медленно и с силой.

"Заигрался! Возомнил себя супергероем! А люди работают! А Оружейник герой между прочим!"

Кейп вынул из пояса и поместил на стол коробку, щёлкнул вилкой в розетке. Аппарат мигнул зелёным.

— Через некоторое сложно вычисляемое время прибудет страж Рыцарь. Он поможет мне в проведении вашего тестирования на кейп-способности. Это неточная форма исследования, предварительная. Процедура не будет болезненной, не угрожает вашему здоровью и жизни, мистер Сэвидж. Если вы хотите сделать заявление, я готов его принять.

— Нет! — замотал головой Илай.

— Нет проведению тестирования? — остановил настройку кейп.

— Нет заявлений. Делайте, если надо.

В двери заглянул светловолосый парень в доспехах. Оружейник ему коротко кивнул, миссис Фристэн кокетливо помахала рукой. А с Илаем вошедший поздоровался сам — дружелюбно и несколько галантно.

Сильный, но по рисунку движений предполагается недостаточная подготовка. Спортсмен, не воин.

Доспехи лёгкие, напоминающие лайт-версию Оружейника. Сам парень крупный, хорошо сложенный, двигается энергично, настроение хорошее. Поморщился на долю секунду лишь от обнимашек миссис, уж очень они переполнены счастьем.

— Оружейник, сэр!

Голос у Рыцаря уверенный и в целом приятный. Юноша подключился к организации тестирования, успевая перекидываться репликами с психологом, раскрыть и придвинуть кушетку и отвечать на вопросы Оружейника. Успевая поглядывать на Илая. С любопытством и нотками будущего профессионала.

И всё это дало Илаю время отдышаться от беспокойства, от бесконечного потока мысли и слова миссис Фристэн, от окружения. Молодому парню, пусть и дисциплинированному, в полицейском участке душевного комфорта ожидать не стоит.

Идея тестирования Илаю всё больше не нравилась. На что способен приборчик? Вдруг он увидит больше минимума? И вдруг, бред, разумеется, но вдруг Илай — кейп? Вероятностное преимущество будет потеряно мгновенно. Оружейник уже пояснил длинной цитатой: у парачеловека права ограничены. У официального незлодея. Правительство не может себе позволить, чтобы добропорядочные кейпы имели возможность ему, правительству, сопротивляться на ниве законов.

Вывод прост. Пока никто не знает, что ты кейп, ты как бы и не он. К тебе относятся как к обыкновенному человеку, тебя берегут, твои права охраняют. Степеней свободы больше.

Опять же нельзя исключать, что у Илая есть фундаментальные отличия от аборигенов. Какая-нибудь радиация отличается, или ещё что. Плана действие такое неприятное открытие-раскрытие не отменит, но усложнит.

Всё с большим беспокойством он наблюдал за суетой миссис Фристэн, за Рыцарем, за Оружейником. Хотя бы потому, что больше в кабинете следить было не за чем. Пусто здесь и предельно сконцентрирована функциональность. Та самая эффективность, о которой Оружейник поминал через слово.

— Мистер Илай, дайте вашу правую руку, мне необходимо надеть на неё этот датчик неполного фазирования.

Илай поражался сам себе, что-что, а в неуверенности он не был замечен никогда. Без несгибаемого духа он бы не поставил себя ещё в приюте. Не освоил боевые искусства. Не попал в оперативники проекта. Засомневался — считай проиграл.

Колени не дрожали. Голос твёрд. И всё же плечам так и хотелось передёрнуться.

Странное, непривычное ощущение. Или?.. кинул взгляд на Рыцаря с Оружейником. Опять же нет, это не часть тестирования. Рыцарь и вовсе удивлён, словно внутрь себя смотрит. Оружейник время от времени приостанавливает подготовку, замирает в недоумении. И только миссис Фристэн мечтает всех расцеловать.

Илай снова погрузился в суеты мыслей.

"Пусть ничего не получится! Пусть способностей не найдут! Пусть не найдут".

С этой нехитрой мантрой он уложен на кушетку, где лежать без чего-ни-то под головой неуютно. И поймал случайный взор психолога, а она смотрела на прибор с опасением.

— Мистер Сэвидж, лежите спокойно!

Оружейник снял шлём, из-под него показался ещё один, но не такой массивный и сплошной. Верхние две трети лица закрыты.

Чмок-чмок! — высказался прибор.

Рыцарь прилип к экрану ноутбука:

— Ноль! Нет признаков активности короны!

— Любопытно. — сообщил Оружейник. — Потому что это одна из защит. Датчик не может показать ноль сам по себе. Цепи прибора кто-то... или что-то пытается обойти. Сложная задача! Ведь здесь двадцать два дублирующих контура.

— Двадцать два? — ахнула психолог.

Рыцарь удивился. Да что там, и Илай глянул на создателя прибора с расширенными зрачками.

— Больше не вошло, — сухо информировал Оружейник, поняв изумление присутствующих не совсем точно. — Но главное не это.

Чмок-чмок!

Прибор снова показал нули. Всё то же самое, только Илай почувствовал усталость. Эта откуда?

Оружейник усталость засёк мгновенно. Щёлкнул рычажком в третий раз.

— Сто процентов! — вскрикнул Рыцарь, он наклонился ближе к экрану и приоткрыл рот.

— Поздравляю вас, мистер Сэвидж. У вас есть параспособности. И ваш дар, не знаю пока какой, вас не скрыл.

— Илай, я тобой горжусь! — взвизгнула миссис Фристэн, бледность на её лице не прошла совсем.

А Оружейник неожиданно цапнул руку психолога и прижал к запасному рукаву тестировочного устройства. И последний щелчок — чмок-чмок!

— Пустите, что вы делаете! Вы не имеете права! — дёрнулась женщина.

— Поздравляю вас, миссис Фристэн! Вы обладаете параспособностями. Трансляция эмоций, я правильно понимаю?

Миссис помрачнела, по нервам всех в комнате шибануло гневом.

— Не переживайте, ваша зарплата вырастет, да и таланты будут применены куда эффективнее.

— Сдался мне ваш СКП!

— Так всегда. Больше зарплата, больше ответственность. Воспринимайте это как повышение.

Довольный, пусть довольство и выражено скупо, Оружейник взялся за отключение проводов. Рыцарь так и стоит растерянный. Илай же гадает, транслируют ему грусть, или же она его собственная.

— На самом деле кейпов больше, много больше, чем официально признано. Считается, что раза в три-четыре... — Рыцарь говорит непринуждённо, он уже принял ситуацию как есть и теперь психологически отбалтывается.

Илай успевает впитывать информацию и из-за окошка фургона СКП, и от Рыцаря.

— ...но точных данных, сам понимаешь, нет. Информация об этом секретной не признана. Но и не распространяется свободно, СКП про этот факт молчит, а значит он считается недостоверным. Так задумано: каждый невыявленный кейп считает себя самым умным и рано или поздно попадётся. Ну, вероятность выше.

— Мистер Рыцарь, это отчасти закрытые сведения.

— Да, сэр! Но ты прикинь, Илай, сколько из идущих по улицам одарены! Заметь, неизвестно чем одарены! Отсюда большая проблема СКП — неизвестно чего и от кого ждать. Один срыв, и на улицах мгновенный хаос.

Хаос Илаю не нравился, ему нравилась дисциплина. Которую от гражданских ожидать... да, Рыцарь прав. Раскрой обыкновенным людям истину, хаос будет прямо сейчас, сразу. Так же хоть такой баланс между видимостью и реальностью. СКП хранит от мира правду. Даже правду про сам мир.

Фургончик выглядел замызганным трудягой. Специально, судя по всему. Бежал он ходко, двигатель выдавал обороты тихо и мощно. Внутри ни скрипа, вся техника отлаженная, ухоженная. Механики СКП не зря жуют свой гамбургер. А может пончик. Всякий бред в голову приходит!

— Рыцарь, а почему миссис Фристэн повезли в отдельном фургоне? Места полно.

— Да я даже и не знаю. Не исключаю, были неприятности, а из них вывод.

— Инструкция. Кейпы имеют право на нераскрытие личности, — вещает Оружейник.

— Дык, мы же и так друг друга знаем!

— Инструкция. На вашем тестировании миссис Фристэн присутствовала как представитель полиции. Потому что вы несовершеннолетний. Если бы вы оказались не кейпом, она бы защищала весь спектр ваших прав перед нами.

— ..?

— В качестве специалиста. Как гражданин она имеет право на нераскрытие реальной личности.

— Но...

— Инструкция.

— Илай, ты же стражем станешь! — Рыцарь после некоторого молчания обрадовался.

— Может не стану.

— Да станешь же! Ты ж по программе социализации проходишь!

— И что? — набычился Илай.

— Мистер Сэвидж, вы имеете законное право отказаться от участия в программе стражей. — вынес вердикт Оружейник. — Как участник программы восстановления прав бродяг вы всё равно будете зачислены в стражи согласно пункту одиннадцать подпункту вай. Но вашего права высказать нежелание вы не лишены.

Илай с Рыцарем переглянулись и дружно вздохнули.

Основная часть комплекса СКП — старая нефтяная вышка. Здоровенная! Когда-то промышленная, теперь она обжита службами СКП. Заодно укреплена, прикрыта силовыми полями, оснащена различным оборудованием. С берега к ней (или обратно) тянется дорожка наподобие околокрепостных мостиков. Но там применялась древесина, а здесь — аналогичное защите силовое поле. При неприятностях выключил дорожку и веселись над осаждающими.

"Неглупо, — подумал Илай, — Но если штурм будет со стороны моря, эвакуация персонала пойдёт тоже по этому мостику. Сотрудников сотни четыре. Дорожка узкая. В самом лучшем случае спасётся половина. Но я бы на такое не рассчитывал".

Фургон качнулся на "лежачем полицейском" и въехал на дорожку. Порыкивая, без спешки направился к воротам. Дорожки той метров четыреста примерно. Выходит, что силовое поле достаточно экономное. Чудеса тинкертеха против учебника физики один ноль.

Воды залива серые, свинцовой насыщенности. По волнам шапки пены. С утра хорошая погода обещалась, да прообещалась. Небо затягивает, ветер давит. По стенам фургона сечёт водяная крошка. Большого шторма в заливе не бывает, но потрясёт вволю.

Позади держит расстояние второй фургон.

"Возможно Оружейник не захотел спорить с миссис Фристэн. Сомневаюсь в её доброжелательности".

— Мистер Илай, насколько я понимаю, у вас нет места проживания. Мы разместим вас на базе СКП. Временно. Завтра для вас будет подготовлено тестирование сил.

Фургон придвинулся к ровной металлической стене. Часть стены сдвинулась вверх, проём не очень широкий. Автомобиль въехал в помещение. Большой гараж, три с половиной грузовика, две легковушки, метров сорок плотно уставленных передками мопедов и мотоциклов.

— Мы не знаем ваших сил. Как, можно судить, и вы сами. Однако есть основания полагать в ваших силах не силовой разрушительный потенциал, а опирающийся на разум конспект. Или как минимум неагрессивность. В самом худшем случае здание СКП очень прочное, средства вас остановить есть. Это не попытка вас напугать. Для вас же будет лучше пока находиться здесь.

Илай спрыгнул с высокой узкой подножки. Помещения притемнённые, коридоров больше нежели функциональных помещений. Кругом металл, каждый шаг гулкий. Запахи казённые, ощущаются нотки бюрократии и пыльных бумаг.

— Чем займёшься? — с деловым видом вопросил Рыцарь, то ли косплеющий начальство, то ли гордый своим участием в здешних раскладах.

Илай помахал свеженьким удостоверением личности с кривым фото — традиции бессмертны! Втянул почти родные флюиды полувоенной базы. Осознал, наконец, чего ему не хватает второй день. И блеснул чёткой улыбкой:

— Обживусь. Потом обедать. Где здесь тренировочные площадки?

Простых эскапэшников Илай разбрасывал оптом и в розницу. Меньше троих и не пытались уже. И да, здесь он был действительно счастлив. Двигался ровно, сбрасывал удары красиво. В тире тоже пострелял от души, непривычное оружие, а класс всё равно показал. Инструктор удержал лицо, когда за мгновение до приказа молодой плечистый парень проверил оружие.

Илай при этом только успел сориентироваться и не выдать уставную речь на русском. Это был бы номер!

Спортзал невелик, один из нескольких однотипных. Оснащены по высшему разряду, СКП не тренировках не экономит. Чего не было, так тяжёлых гирь, лёгкие имелись, и штанг с коллекциями блинов. Политика СКП готовит солдат строя, совместных действий, поддержки, прикрытия. В качестве мощных элитных воинов в бета-мире есть кейпы.

Боролись на руках. Троих Илай уделал, двум честно проиграл.

И отметил подросшую выносливость. Не в разы, конечно, может на четверть или меньше. Но прибавок можно было засечь по прилагаемым усилиям. Царапины сходили за минуту с небольшим.

Никаких новых примеров служивые не показали. Простые приёмы, надёжные в результате и доступные в освоении. Армейский бой он и в другом мире армейский бой. Эффективность и более ничего. Зато уж эффективность такая, чтобы служить солдату в любом месте и в любом состоянии.

Потолок реакции тоже подрос. Но его дорабатывать придётся ручками, потом и кровью. Как и положено. С этими мыслями Илай воспылал — раскачивать до предела свои возможности он любил.

Часть спортивных снарядов показалась диковинной. Остальных хватило и так, но про себя Илай отметил: надо разузнать — что, куда и зачем. Пригодится.

Сам же, особенно в тренировочных боях, всего не показал и близко.

Интереснейший бой — с инструктором. Они славно покрутились на широких матах, а потом с уважением пожали руки, признавая хорошего, увлекательного, полезного соперника равным.

Вместе и пошли обедать после душевой. Для эскапэшников поздний для обеда приём пищи норма. Выдернуть могут в любой момент. Успевай отдыхать, тренироваться, питаться по доступности и времени. Не привязывай себя к графику, проще будет.

Столовая большая, вся разделена на части. Еда простая и сытная. У хиппи повкуснее показалось, с дымком-то, но и тут нормально. Покидал ложкой, заел булкой и доволен! Супов нет, не очень они в Америках приняты. Обязательный гамбургер, послушать модных блогеров, так это последний полезный продукт человечества. Соусы, спагетти, мясо в разных вариантах. Гамма газировок. Чай никакой, недаром его никто почти не брал. Ну и сыры с выпечкой да хрустяшками.

Местные приняли радушно, с армейским юморком, понятным каждому. Удивились лишь, когда он попытался оплатить набранное на поднос. Для своих бесплатно! Спорить Илай не стал.

А на самом деле приятно быть своим.

Видео со спортивными подвигами нового юного кейпа наблюдал в прямом эфире консилиум специалистов. Запредельных от нормального он не показал, но был определённо хорош.

Солдат! — единогласный вердикт. Хороший солдат. А где же параспособности? Допрос оттолкнёт, нежелательно. Новый психолог СКП, ещё не утверждённый, но допуск уже получившая Фристэн сообщила, что мистер Сэвидж мало что помнит. Проверку хорошего специалиста не обмануть, опросник большой и надёжный.

— Мальчик не знает стоимости жевачки! — с жаром доказывала она. — Какой ещё довод нужен? У него пробелы в памяти! В каких, скажите, джунглях он может не знать цены жевачки?

— Теоретически можно предположить, что его держали на военной базе. Частной, нелегальной. Тогда незнание цен объяснимое! — мягко отметил мужчина средних лет в грязных очках.

— Общение у Илая нормальное. Он не закрывается, не уходит в себя. Руки в замок не складывает! Нормальные реакции для юноши его лет. Признаков отрыва от общества нет.

— Смущает военная подготовка. Неслабая. И в базах данных его не нашли.

Специалисты вместе поморщились. Заполненность баз данных вечный источник мемов на Парахуманс.

— Скаут одиозного инструктора? Или сын военных?

— Ну не шпион точно! Слишком заметен. Да и простой очень, вы обратили внимание, что он набрал на обед?

— Но солдат! В своём кругу военных обмануть непросто.

— Ну и солдат? Тем более мальчику нужно детство. К тому же детектор лжи Оружейника не засёк явной неправды. Есть нюансы, как у всех. В целом мальчик честный, открытый.

Последний аргумент миссис Фристэн развеял миражи сомнений. Однако главный вопрос так и не прояснился: а какая у Илая Сэвиджа способность? Её никто не увидел, приборы не засекли. И сам герой дня не знает. Это полиграф начальника СКП показал чётким сигналом.

Щелчок замка, хлипкая пластиковая дверь впускает в комнату. Сойдёт, даже отлично всё. Чего кастелян так извинялся? Койка с постельными всякими. Шкаф, куда и класть нечего. Телевизор, приставка с играми, наушники. Ковролин кремовых оттенков. Стены белые с зелёными линиями. Плакат... певицы какой-то. Туалет и душевая. На этой стене большой дартс, четыре дротика в мишени, один в стене. Маленький холодильник, в нём непонятные пакеты, надписи ничего не говорят. Еда? Наверное. Окно на залив. Там шторм захлёстывает платформу. На шторм приятнее всего смотреть вот так, из уюта.

Выделенная комната невеликая, но значительно больше личной ячейки в учебке. Для обороны не подходит. И не должна. Ага, на потолке простенький дешёвый плафон, белая лампочка, датчики. Дверь в коридор можно замкнуть изнутри. При её хлипкости несерьёзно, но видимость уединения есть.

В шкафчике — о, книжки! Комиксы. И правила размещения в СКП. Почитаем!

Динамик у двери щёлкнул, пошипел на тарабарском наречии и выдел голосом Оружейника:

— Мистер Сэвидж, вы должны подойти к моей мастерской. Мне будет нужен ваш мобильный номер и некоторые ответы.

Ответа не требовалось. Он и не был предусмотрен в устройстве.

Путь снова показал выданный мобильный планшет СКП. Программа работала понятно: стрелочки, расстояния до поворотов, даже варианты пути, явное излишество. Управление простое, чтобы и военные могли разобраться сразу, не то что учёные и кейпы. Хорошая разработка, удобная. Заодно гарантия, что в ненужное место гость не забредёт. По крайней мере случайно, чем не довод?

В коридорах светло и свежий воздух. Пыли нет и следа, в её поисках суетятся автопылесосы. Лампы приглушённые, не бьют по глазам. У потолков протянуты коробки с проводами. Проход широкий, вполне пройдёт джип, если он неведомым чудом здесь окажется. Потолки высокие, стены у потолка не углом, а с закруглением, что придаёт уютных чувств. Но без сомнения, в этих стенах много сюрпризов для непрошеных посетителей.

На повороте Илай вежливо кивнул идущей другой дорогой мисс Ополчение, аналогичный ответ. Помог двоим знакомым по залу занести в помещение тяжёлую штуку с торчалками по бокам. Выслушал благодарности и приглашения. Всё равно к дверям мастерской он подошёл раньше хозяина.

Разумеется, в саму мастерскую посторонним входа нет. Для технаря мастерская место священное, а то и интимное. Место бдений над проектами, место идей и неудач. Прихожая к планово-производственным палатам, судя по площадям, ещё один коридор, короткий и широкий. На столе несколько кофеварок, тостер и ещё одно бывшее устройство, теперь несколько горстей запчастей и мусора. Обычное дело, если разбираешься, ремонтируй бытовые приборы. Такие столы с чайниками и утюгами даже в конструкторских бюро с тремя крестиками — обязательное условия жизни.

И инструменты есть, минимум хорошего механика.

А чего так стоять? Илай прихватил со стола паяльник, старый, потёртый, и придвинул припой с отвёртками. Кофеварка сдалась не сразу, болты вросли в дно, затянуты грязью. Кажется, снизу данный кофейник не мыли никогда в истории. Чуть не ломтями от отвёртки вываливается чёрная пастоподобная смесь. Посмотрим, ага, интересно. Так не получается, а так нормально.

С мурлыканьем, песенка Пэйдж Маккаби прилипла, Илай помахал паяльником, почти ритуальное действие. Положил его и собрал кофеварку. Подцепил к розетке. Табло заработало, показывает значок "Ок".

Приоткрылась дверь, за ней кусок стены и поворот, и случайно секретных тайн Оружейника не углядишь. Массивные шаги. Оружейник остановился рядом, наблюдает за действиями Илая. Несколько раз шевельнулся, однако сохранил молчание, и лишь по итогам работы с некоторой начальственной бесцеремонностью поинтересовался:

— Как вы отремонтировали данный электрический прибор, мистер Сэвидж? У вас есть его принципиальная схема?

— Да нет. Я просто вскрыл его и заметил, что все проводки соединены, а два отгоревших болтаются. Подпаял их — и заработало.

— Это странно. Но эффективно. — по некоторому размышлению признал Оружейник. — Мне для ремонта необходима схема. Или проектные планы.

— Вам, мистер Оружейник, наверное проще в эту кофеварку встроить рентгеновский излучатель и огнемёт.

— Да, — не без гордости согласился он.

Затем погрузился в размышления. Илай в мысли начальства вмешиваться не решился.

— Есть гипотеза, что ваши способности, мистер Сэвидж, технарь. Вы отремонтировали кофеварку без принципиальной схемы.

"Он это сейчас всерьёз?! Или в штатах ремонт кофеварок — отдельная параспособность?.."

— Мистер Сэвидж, мне нужен ваш мобильный номер. Также не решены вопросы с вашей параспособностью.

Номером Илай поделился без проблем, с призванием же всё сложно, о чём и сообщил скривившемуся начальнику СКП. Далее парень длительное время потратил на прослушивание кейпопередачи на одном аккорде "Права и обязанности кейпа-стража". Почти ничего не понял, но кивать старался в ритм.

Однако, Оружейника тем не обманул ничуть. С другой стороны, кому оно вообще надо?

По окончании ритуала приобщения к программе сбережения юных талантов Оружейник вынул из захвата на поясе огарок железа и торжественно внёс его обратно в мастерскую. Чем как бы намекнул до свидания. Илай опознал в комке свой бывший наруч, но нарушить достоинство момента не решился.

Обратный путь много проще. Три поворота — и перед лицом она, заветная дверь личных покоев. В трёх шагах от входа парень засмеялся сам себе: по законам жанра ему полагается сейчас принять телефонограмму, меняющую все планы, а потом срочно ехать по требованию в другое место. Слава небесам, что в реальной жизни так не бывает.

Он взялся за ручку, другой рукой набрал четыре циферки на замке. Илая строго предупредили, что пароль из единичек недопустим, поэтому здесь были четыре двойки. Замок щёлкнул, а вместе с ним подал сигнал планшет.

— Илай, надеюсь, я не помешала? Я прошу тебя прибыть в основное здание Протектората. Прямо сейчас. Путь к гаражу покажет программа на планшете. — мисс Ополчение говорила мягко, уверенно.

— Э-э, да?

Он не сразу сообразил приоткрыть дверь и хлопнуть обратно, дабы всё закрылось как положено.

Снова путь по коридорам, спуск по ступенькам. Снова длинный коридор. Как раз достаточно времени перебрать события и собственные слова и поступки. Привычка с учебки. Тренированная память восстанавливает любые действия и большую часть мыслей.

Илай вспоминал первую половину дня, полную впечатлений. Теперь так часто будет, а может нет.

Общину хиппи, полицейский участок, дорогу к штабу в заливе. Как знакомился с рядовыми бойцами СКП.

Круговорот лиц, голосов, крепких рук. Взвод на "полудежурстве" и взвод обеспечения, их всех здесь по несколько. Полудежурство это когда они обязаны быть на работе на всякий случай, но прямых обязанностей не несут, а потому — тренировки, общение, настольные игры. Дежурство, понятно, полевая работа и операции прикрытия.

Как роскошная мулатка Мика промчалась с полотенцем на плече мимо, а парни её провожали взглядами словно стадо гусей. Но она на работе близко не дружит, принципиальная, потому что "сегодня милая ссора, а завтра спину друг другу прикрывать".

Сами себя эскапэшники называли невидимками. Их победы, деятельность и даже иногда косяки никто не замечал, помимо командира взвода. Три дня назад в стычке прикрывали Батарею со Штурмом, а новости безжалостны: "Была стычка кейпов, и были там Батарея и Штурм одни". Так вот. Почти всем кейпы-герои обращались к сотрудникам ведомства как к роботу-пылесосу. Скромный по итогам труд, но платят нормально, да и идеальной работы не бывает. Чего много у бойцов здесь — подписок и секреток, с этим да, очень строго. С другой стороны ещё никто не слышал, чтобы рядовым эскапэшникам кто-нибудь предлагал взятку или работу на банду. Секретарша ценнее в разы, уж не говоря о психологах и офицерах информационных служб.

В целом же была у бойцов своя гордость. Кого попало в СКП не возьмут, проверяют и надо тренироваться много. Каждый умеет целый список, где самый простой навык вождение гражданской техники. Нормальные ребята, и Илая они признали считай сразу. Прозвали каким-то Теллем.

Никого не подвёл, лишнего не сказал, всех понял правильно. Вроде.

Ещё одна лестница, в двух шагах вариант с лифтом, но лифт на один этаж вниз?

В гараже большое пространство, шум компрессора и скрип болтов. Двигатель неподалёку фурчит ровным шагом. У входа фургончик, другой — разводы грязи отличаются.

— Мистер Сэвидж? — двинувший было навстречу крепкий рослый мужчина прищуривается. — Илай, ты? А я думаю, какой у нас тут Сэвидж завёлся! Ребята, это свой, я про него говорил. Нормальный парень!

Серж, Илай его узнал, хлопнул парня по плечу.

— Давай в машину. Ополчение вызывает. Ты где успел накосячить?

— Да сам не знаю! — парень засмеялся, а сопровождающий его с охотой поддержал.

— Если что, всё отрицай. И не пужайся. И больше молчи, начальство прокричится и остынет. Ополчение нормальная, но строгая. Нас спросят, скажем, ты с нами был.

Илай успевал кивать, слушал всерьёз. Хорошие люди плохого не посоветуют.

— И везунчик ты! Мост не отключили. Нас обычно на катере возят. После первой недели всей романтике каюк. Только мотания туда-сюда да вода в морду. Дверь хлопни ещё раз. Машина добрая, не моем по распоряжению: меньше заметности. То-то наши эмблемы на боку никто не разглядит, ага?..

В салоне разносился аромат дешёвого освежителя и лёгкий табачный, почти намёк. Приборов заметно больше, чем в гражданском. Да, СКП силовая структура, не армия, не дотягивает по абсурду и уставщине, но в шаге рядом. Сиденье пружинит мягко, стёкла пулезащитные. И да, мягкие стены и потолок. Зачем? Понял, чтобы в машине выжить даже если катится. Продуманная техника.

Снова по городу. Общая мрачность улиц сменяется красками набережной, здесь дорога ровная и работают светофоры. Открыты магазины. Подмигивают рекламы, слоняются туристы и местные. Различить их несложно: туристы много покупают. Горожане экономнее. Кафе-шантан, жуют, смеются, делятся новостями. Хвастают автографами. Жизнь идёт.

Секунду печали Илай скинул, когда машина юркнула в проулок и встала у кирпичной стены наподобие склада. Тупичок невзрачный настолько, насколько способен.

— Паря, приехали! Что смотришь, через центральный хотел? Не, нам здесь. Меньше светимся. Да не переживай ты, всё нормально будет. Разнос от начальства — обычное дело.

Парень хлопнул по пятерне сопровождающего и потянул на себя клеёнчатое дверное полотно, неожиданно тяжёлое. Пахнуло прохладой и капельку хлорными веществами.

— Давай быстрее, идём! — мисс Ополчение уже ждала в коридорчике. — Случай твой особый, для обыкновенного. А так насмотришься у нас и чудес, и шуток, и авралов. И на ковре к миссис Пиггот попотеешь.

— Я сделал что не так?

— Насколько знаю, пока нет. Но это не спасёт и ничего не гарантирует. — мисс хмыкнула не без юмора. — А пока мне надо познакомить тебя с нашими стражами. Ты информирован о правах?

— Да.

— Оружейник настоящий герой, он многое делает для города и страны. Но общение к его сильным сторонам не относится. Здесь налево и вверх. Тебе полагается ноутбук, потом отдам. Направо. А сейчас я буду тебя знакомить с твоими будущими соратниками. Команда стражей Броктона — отличные ребята, со своими заморочками, разумеется, но они тебе точно понравятся. Прямо.

Здесь коридор был широким и вёл к большому холлу сбоку. Вазы с цветами, диванчики, кулер с водой. Плакат то ли артиста, то ли рэпера.

— Смотри, перед входом нужно нажать одну из кнопок. Зелёная обозначает, что ты свой. Красная — что в твоём сопровождении чужие люди и всем срочно необходимо защитить личности масками. Илай, тебя информировали, что личность кейпа защищена неписанными правилами? Дверь откроется через две минуты. Наши стражи очень серьёзные и ответственные, я надеюсь...

Дверь распахнулась сразу. Мимо мисс Ополчения и Илая проскочил среднего роста юноша в маске без лица.

— Стой, я сказала! Стой!

Илай мягко ушёл в сторону. Есть межреальностный широко распространённый миф, гласящий, что люди произошли от нескольких племён разной реакции. Одни на опасность реагируют замирая, другие — уворачиваются на рефлексах, а третьи могут ударить до того, как разберутся что происходит. Бред, но звучит красиво. А мисс Ополчение бросила взгляд туда-сюда, в руках недопроявилось невнятное пятно.

Все реакции пропали даром, звали не их, а как раз парня. За ним спешила девочка в зелёном платье и тоже маске. Догнала в трёх шагах. Она встала перед юношей, руки в бока.

— Ты опять забыл принять прописанные витамины! — голос звонкий и по тону напоминает... мисс Ополчение?

-Слушай, я не уверен, что эти таблетки можно пить. Вот прикинь: таблеток в баночке сто штук.

— Ну?

— Срок хранения у них — год.

— И?

— Разделить год на сто штук, получается три дня с половиной. А сейчас вечер четверга. Они испортились!

— Деннис!

— Это Виста, а это Стояк, юные герои программы стражей.

Вопреки соотношению возрастов Виста серьёзно поздоровалась, демонстрируя этикет и общую учтивость. Стоптайм протянул руку, изображая неубедительное смущение, в глазах чёртики.

— Кид Вин в поликлинике, на плановом полугодовом осмотре. Призрачный Сталкер дома, у неё выходной. Рыцарь на пульте. Эгида заполняет бумаги. А я учу этого дылду принимать витамины вовремя.

Дылдой Стояк не был, но над Вистой, юной и мелкой, действительно возвышался. Над ней пока все стражи возвышались.

— А это ваш новый товарищ Илай Сэвидж. Не вижу смысла скрывать его личность от вас. Его первым подвигом оказалось обнаружение дыры в программе реабилитации граждан. Он точно кейп и точно будущий страж. Но геройского имени у него пока нет. И способность его неизвестна.

— Чувак, а может ты умеешь ловить радиоволны руками? Помаши вот так! Не хочешь? Ланн, ничего страшного, у меня ещё много идей!

Стояк не расстраивался, что его не слушают и тем более не слушаются. Бывают такие люди, способные перевести в шутку всё без исключения. А внутри незаживающая душевная рана. Илай решил присмотреться к Стояку позже, он не так прост. Виста девочка как девочка, в её возрасте жаждут признания взрослости.

Помещение подойдёт для брифингов перед боем. Светлый холл, кухня и столовая, комнаты стражей, кладовые, мастерские. Мебель без претензий. Освещение дневное. Много места. Входная дверь прочная.

О своей кейп-способности Илай не переживал совершенно. Но если бы высказал мысль вслух, отправился тотчас к психиатрам. Кто ему разрешит топтать заветную мечту подростков мира? Или посмеются над шуткой года. Но всё одно не поверят.

Официально курирует стражей сам Оружейник. Но эмпатия у него скорее отсутствует. Потому к делу привлекли мисс Ополчение, она и не против, ей самой двадцать-то есть? Плюс-минус. Переводчик между Оружейником и человечеством её призвание и крест по долгу службы.

— Илай, обычно мы свежих стражей отправляем на личную встречу с директором Протектората миссис Пиггот. В твоём случае это необязательно. Рано или поздно ты к ней попадёшь и поймёшь, какой ты сегодня везучий.

Новый путь по коридорам. Тренированная память фиксирует повороты и углы.

— Время терять не будем. Для тебя приготовлены тесты на уровень школьных знаний. Ты не против? Хорошо. Тебе это нужно. Правительство вкладывает средства в вас, будущих героев. Но это не значит, что герой может себе позволить не уметь ставить автограф. Или посчитать содержимое карманов.

"Новые обязанности. Необходимые. Что я смогу показать? Пишу на английском медленно, проблему начну решать уже сегодня вечером. Точные науки знаю, математика по вселенным одна и та же. Гуманитарные... зато учусь быстро. Предстоит много читать. Но это не проблема, обещают ноутбук с интернетом. Сеть здесь, помню, медленная. Для текстов хватит".

Тестирование прошло в чуланчике Протектората. Интерьер в духе минимализма: стол, стул, лампочка на потолке. Линолеум считать? Илай споро заполнял многостраничные анкеты, решал задачи. Математика, физика, химия — Илай показывал знания, превосходящие школьную программу, всё же рассчитанную на среднего американского школьника. Готовые тесты забирали в окошке, где мисс Ополчение развила бурную деятельность по пристраиванию стража к учебному процессу.

На вопросах из области биологии и местной культуры парень снизил темп и уронил планку. История с географией больно стукнули по самомнению. Новейшая история с кейпами, даты значимых битв и встреч с Губителями не пошли вовсе.

Мисс Ополчение поскучнела:

— Да уж, это не Аркадия. Не возьмут мальчика с таким багажом.

Илай ещё побарахтался с вопросами, выезжая где на здравом смысле, где на логике, а то ещё интуицию подключил, которая при обилии вопросов плохой союзник.

Уяснив, что таланты тестируемого подопечного до высот элитных школ города не дотягивают, его сватали в простую школу. Обихаживали по полной программе.

Мисс Ополчение представила специально подъехавшую в управление миссис Блэквелл. Та сияла счастьем, и парень уже знал почему: за секретность доплата директору, за учёбу стража дотация школе. Немалые.

— Илай, как мы выяснили, гуманитарные науки не твоё. И всё же учиться придётся. Тебе пригодится и положено. Одна из обязанностей стражей быть символом для молодёжи.

— А нельзя ли как...

— Нельзя! По возрасту ты подходишь для девятого класса. И мы предлагаем тебе пойти в школу Уинслоу.

— Наша школа даёт хорошее базовое образование. Что для тебя важно, нет необходимости дополнительно готовиться. По моим распоряжениям наставники и учителя подберут тебе график, достаточный для уравнивания знаний со школьниками. Уинслоу славится техническим направлением, у нас развиты спортивные факультативы! К тому же, понимая важность программы стражей, мы всегда можем пойти тебе навстречу в случае необходимости... — подключилась к беседе миссис Блэквелл.

— Я не против.

— Мы знали, что тебе предложить! В какой класс тебе хочется больше — кураторов Смит или Глэдли?

"Нельзя полагаться на предписанные события. Канон уже не канон. Я сам его ломаю и переписываю. Каждое моё слово, каждое действие его меняет. И дальше больше. Хорошо, что я знаю основу сюжета! И главную героиню", — подумал Илай.

Он хмыкнул и сказал:

— В каком классе учится Мэдисон Клементс? Мне туда, пожалуйста.

Илай мог положить руку на сердце, что ожидал от Броктон-Бея большей мрачности. В романе атмосфера города, помнится, давила, угрожала, чуть ли не лишала сил.

В реальности город как город. Не без специфики. С повышенным числом безработных, потому что доки и верфи не работают, пристани заброшены либо без присмотра. Но и прям ужас-ужас не наблюдается. На километры тянутся жилые одноэтажные кварталы. Ну да, есть банды, а где их нет? Есть кейпы. Но уже само благоденствие банд демонстрирует, что деньги у населения есть. Предприятия работают не все, так бывает. Но есть сильные отрасли, что даже подросли. Туризм, общественное питание, медицина. В конце концов есть возможность уехать в другое место и прижиться там.

Мир накануне апокалипсиса? Я вас умоляю! Кризис в штатах да, существует и проявляет характер. Но это типичный американский кризис. Не когда есть нечего, а под окном банды с огнестрелом делят дворы. Нет! Кризис в США это когда нет возможности взять третий большой кредит и четвёртый гамбургер на обед. Брошенные здания раскрашены граффити, но в большинстве целые и с электричеством. Устойчивый спрос на ювелирку. Банки благоденствуют, налоги собираются без сбоев.

Мышление у жителей США тоже своеобразное.

"Кейпы бегают туда-сюда? Не вижу. Да они те же кинозвёзды. Суперспособности? Джеки Чан с земли-алеф тоже ломает роботов голыми руками. Сильных и известных кейпов немного. Большинство американцев даже собственных земляков с приставкой "пара", из своего же города, видели только по телевизору. А так — дети играют, подростки доказывают взрослость, молодёжь ходит на свидания, мамаши ворчат на папаш, пасторы модных в текущем сезоне церквей толкуют название библии на несколько часов лекций.

Есть такие монстры Губители? Да. И судьба их жертв глубоко волнует. Как и судьба Энакина Скайуокера. И финала округа по футболу. Где-то на одном уровне. Один из Губителей разорил пол-Японии? Что такое Япония? Страна дальше штата Колорадо? Или ближе. Надо после ужина уточнить в интернете. Если не забуду".

В школу новоиспечённый учащийся отправился на утреннем городском автобусе. Для пробежки недостаточно хорошо знает город. На фургоне подстава в связи в СКП, хотя предлагали. Трястись в старом дребезжащем рыдване, рыскающем по дорожным ухабам в поисках места последнего упокоения? Сойдёт.

Готовый портфель вручили в СКП. Новый, с принтом Эйдолона в рекламе зубной пасты. Тетрадки, альбом, горсть авторучек и карандашей. И две сотни баксов на текущие. Не стал отказываться, поблагодарил. Всё это ресурсы на пути к цели. Какой-то она будет. Учебные пособия выдадут.

Выскочил на остановке, где показал водитель. Нормальный мужик, в технике хорошо разбирается.

Илай долго стоял у входа в школьный двор, его обходили самые ранние школьники. Слева на заборе лейбла Азиатских Плохих Парней, справа — Империи Восемьдесят Восемь. В центре вход на школьную территорию, очень символично. Фанфик точен в деталях: школа место разделения сил, место вербовок и драк. А скорее противостояния, паритета сил. Песочница для юных преступников.

Знаки и характерные особенности местных банд Илай выучил с вечера. В Броктон-Бей такая информация по разряду жизненно важной. Буквально.

Во дворе все поверхности в знаках банд, и их много. А так дорожки чистые, заборы целые, стёкла не разбиты. В основном. Дети идут опасливые, но с дорожек не прячутся. Выходит, можно учиться и здесь.

А потом Илай вошёл в ворота.

Сразу за дверями в здание школы Илая встретили ароматы знаний. И мусор на полу. Пожалуй, отношение директрисы к каждому дайму можно пересмотреть. Одни уборки потребуют немалых средств, а школа учреждение большое и сложное, а число статей расходов стремится к бесконечности. И что-то сомнения есть, что Уинслоу финансируется хорошо. Тип учащихся не тот. Достойные деньги здесь гость редкий и недолгий.

Пока шёл до кабинета Блэквелл, получил спектр предложений от подростков. И даже с вариантами скидок. Угроз пока не было. Опять же логично: школа не поле боя, а место сосуществования молодёжи крупных и мелких банд. Бывают драки, но больше ценится умение договориться, припугнуть, возможно подставить конкурентов. Беспредел плохое решение, есть правила, по ним и скалить друг на друга зубы.

Пружинистый шаг Илая настраивал бандюков на правильный лад. Ворчали, но с пути уходили.

А руководство школы встретило юношу как дорогого гостя. Бумаги оформили за минуты, он чашку кофе допить не успел. Учебники принесли прямо в кабинет директора. С постоянным вопросом-рефреном — а может он ещё чего-нибудь хочет. Отказывался от неведомых с дискомфортом, словно ожидания хозяев обманул.

В класс перед занятиями привели втроём (!). Представили, познакомили, посадили на зачётное место — вторая парта в центре. Наконец, удалились, оставляя держащего индейское лицо Илая, одноклассников и стеснительного учителя мистера Глэдли.

На задних столах играют в карты. Девочки о своём общаются, одна наводит мэйкап женской малоинтересной Илаю приспособой. По рядам шум. С третьей попытки мистер Глэдли подводит разговор к новой теме, говорит робко и не всегда логично. Но изучить новую тему сегодня не судьба.

В коридоре послышался выстрел, что перебор даже для Уинслоу. Смутный невнятный крик. Топот.

Едва стихло эхо, в дверь с силой пнули. Снова. На третий раз нападающие догадались, что дверь открывается наружу.

— Что? Да? А, точно, нам надо деньги! — вопль впечатляет, первый из нападавших с выпученными глазами повёл пистолетом сразу от входа.

Ввалились ещё. Четверо, их четверо. Мужчины, одеты в рваньё, тяжёлый запах мусорки расползается по классу. Зрачки расширенные, вопли истерические. Один бывший военный или наёмник. Боеспособность невысока, но — опасны. Опасны непредсказуемостью, безразличием к чужим жизням.

— Молчать! — орёт второй, не замечая, что тычет дамским пистолетом-мелкашкой в ребро соратнику.

Анализ закончен. Помощь будет, но ждать нельзя. Могут пострадать дети.

Пора!

Серьёзный парень в светлом костюме на второй парте старшему из нападавших сразу не понравился. Глаза без тени испуга. Пока мысли собирались в кучу, парень скользнул вперёд. И этому факту террорист не удивился. Не успел.

Первый ворвавшийся дегенерат повернулся к друганам, оставляя детей за спиной и частично перекрывая вид. Очень умно. Удар в затылок. Второй начал поворачивать голову, набирая улыбчивость. Удар приёмом "рука-копьё" в печень. Третий у стены, до него расстояние. Бросок скрепки. На "взрывчик" краски рядом с глазом третий отшатывается. Четвёртый заканчивает выкрик, что-то про свою великую отвагу и умную идею. Времени как раз взять второго за длинные патлы и приложить об стол. Бум! Готово.

А потом заработал плохой план. Вместо нацеливания на Илая четвёртый стал поднимать ствол-помповик на девушку. На первой парте Сьюзен, она сжалась, но от дроби в упор это не поможет. Илай пробил костяшкой среднего пальца в переносицу четвёртого (это очень больно умеючи), заодно отвёл выстрел в потолок, и закрылся телом противника от третьего, самого опасного и подготовленного. На выстрел взвизгивают некоторые девочки кто ближе и мистер Глэдли.

Очень опасный момент. Если бы враг не поскользнулся на случайном карандаше, Илай бы не успел. Ждать ведения непрерывного огня? Но оставшийся в одиночестве сообразил, что в невыгодной позиции и вместо стрельбы вытянул левой с пояса нож — расточку с обмотанной в равной мере изолентой и тряпкой рукоятью. Чтобы выиграть время и открыть огонь по рядам школьников. Нельзя давать ни секунды, Илай выбил пистолет ногой и почти ушёл от взмаха ножа. Удар в горло, добавочный под дых, сложенный пополам террорист выключается сразу.

Так!

Илай подхватил оружие, на рефлексах проверил его готовность и с трудом удержался от добивания. Здесь так нельзя. Оглядел всё ещё раз. Вражеские стрелки выведены из строя. Прямых опасностей не наблюдается.

— А-а! Мои глаза! — вполголоса завывает последний террорист в сознании, ворочаясь по полу.

В классе тишина и всхлипывания некоторых девочек. Пахнет порохом, пылью с потолка и страхом.

Вторым движением Илай наново оценил вооружение в руках. После чего бросил его на ближайший стол и едва не побежал в туалет мыть руки. Дважды. Тяжёлый помповый дробовик в ужасном состоянии. Изношенное оружие, загнутое, варварски допиленное кустарщиками, такое заряженное в руках держать опасно. А хранили его, судя по многочисленным подробностям, в луже, где по нему ходили и ездили.

Из важных задач осталась одна. Парень направился к девушке, ради которой пошёл под удар ножа:

— Сьюзен, тебя не ранили?

— Ага! Неа... — замотала головой девушка, широко распахнутыми глазами уставившись на пропитываемый кровью правый бок парня.

— Илай, ты ранен? — воскликнул мистер Глэдли.

— Функциональность не пострадала, — сухо бросил Илай.

Глэдли икнул и упал в обморок.

— Ну ты дал! — громко произнёс в относительной тишине одноклассник Грэг.

Дежурные группы полиции и СКП с офицерами приехали через двенадцать минут. В классе творился тарарам. Тучная прибежавшая учительница с взвизгами предлагала немедленно вывести всех детей из школы, потому что "эти страшные люди, они же сейчас встанут!" Крепкий учитель с наколкой мрачно молчал. Миссис Блэквелл, директор школы, потребовала у школьников повышения своей зарплаты.

Из всего класса дать немедленные свидетельские показания вызвался только Грэг. Его перестали слушать на слове "пулемёты".

Рана заживает быстро. Регенерация повыше простых людей, по классификации кейпов — малая. Но требования такие вещи не учитывают. Илая повезли к Панацее, она всерьёз осмотрела истончающийся шрамик и подписала несколько бланков. Позвонила мисс Ополчение, информировала о раскручивающемся скандале.

Имя и лицо героя сохранить удалось, подписками свидетелей. Саму историю нет. В чате Парахуманс уже прорисовались гипотезы, новости, мелькали цифры лайков и комментариев. На фото показались виды школы Уинслоу. Подтянулись новые читатели, пошла тема о школе как таковой. Где охрана? Где тревожная кнопка? И да, почему в коридорах школы граффити городских банд? В коридорах?!

Прибежала инспектор Молодёжной гвардии, но надолго не задержалась, ничем не поживишься, наоборот под пригляд начальству попадёшь. О нападении на школу пошли короткие строки новостных агентств. Директриса миссис Блэквелл придумала не пускать съёмочные группы. Команды журналистов взялись за жителей домов поблизости, за школьников, и тут полезли такие шедевры фантазии, что городской Комитет образования схватился за головы второй раз после теракта и Блэквелл поняла, что так ещё хуже.

Со всех событий резко усложнилась работа СКП, информационных отделов. Вопрос о сокрытии личности Илая перестал быть проблематичным, он стал истиной и горем. Суматохи добавлял недостатус стража.

Пока все согласились считать, что неназваный мальчик просто хорошо подготовлен, и что им после подвига заинтересовались секретчики и силовики. Он не кейп! А что с ним нельзя пообщаться, так мальчик переживает, расстраивается, заедает стресс и запивает риск.

Гнев директора миссис Пиггот стих. Пути решения проблем намечены. Всё встало на управляемые рельсы. Огоньку добавил Оружейник. Он сообщил: в классе зарегистрированы следы применения параспособностей. Сегодня. И нет, это не София Хесс ака Призрачный Сталкер, она сегодня прогуливает школу. Простите, что!?

Есть видео, попущением небес в классе работала видеокамера, возможно единственная в школе Уинслоу. На ней всё хорошо видно. И до боя, и во время, и после, разумеется. Не видно только, как и где сработала кейп-способность. Изучается. Но скорее всего полезных выводов не будет.

Так граждане ещё и не приняли версию про простого мальчика, способного победить вооружённых бандитов. Версию снова поменяли. Теперь "страж под прикрытием при невидимой поддержке героев СКП работал из засады по оперативной наводке готовящегося нападения". Вариант устроил всех, и родителей — герои бдят, и школьников — да вы просто не рассмотрели всё, и даже Молодёжную гвардию — а он ещё не страж. И Илая, от него отстали. Хотя нет, ещё раз позвонила на планшет мисс Ополчение и попросила зайти.

Кабинет-пенал, тяжёлый ДСП-стол древнего фасона, пустая пепельница и бронзовый стоячий герб США. Бумаги, много, канцелярия вразброс. Полки.

— Вызывали, мэм?

Мисс Ополчение нашлась у окна. Молодая женщина в традиционном приталенном милитари придвинулась, оглядела Илая и поправила ему воротник рубашки.

— Ты не должен был вступать в бой.

Выбитый заботой из колеи парень молчит.

— Ты страж. Твоя задача учиться и расти до героя.

— Не было выбора. Без вариантов. Нападающие были нестабильны. Критическая опасность. Я должен защищать гражданских.

После каждой фразы Илай погружается в короткие размышления. Так что ответы напоминают доклад.

— И всё же твои действия опрометчивы. Хотя и эффективны, не спорю.

Снова помолчали.

— Никто из гражданских детей не пострадал.

— Из детей пострадал ты, Илай! Иди уже.

Когда юноша прикрыл дверь, мисс Ополчение в сердцах хлопнула ладонью по пачке бумаг на столе. Она была согласна с Илаем и на его месте действовала бы примерно так же. Но сказать ему об этом не имела права.

Ханна не переспросила насчёт гражданских детей и бывают ли дети негражданские. Она слишком хорошо знала — бывают.

Директор школы Уинслоу миссис Блэквелл никогда не была сильна в информационных технологиях. Не, ну правда, кому интересна Уинслоу? Основными заботами Блэквелл было где достать полсотни лишних долларов, чтобы поменять сгоревшие электролампочки или чем обосновать перед Попечительским советом, что средств на закрашивание уделанных стен и потолков снова нет. Заполнение бланков и отчётов съедает большую часть рабочего времени.

Только торчки могли додуматься напасть на Уинслоу! Чего они здесь хотели добиться? Денег? Детей обеспеченных родителей единицы. А вот проблем — это да, проблемы их бы догнали вне всяких сомнений. Собственно, и догнали. Интересно, эти дебилы уже представляют, как им повезло попасть в СКП? Иначе за них могли взяться АПП или Империя Восемьдесят Восемь. Не стеснённые никакими законами и общественными мнениями.

Одна надежда, что всё успокоится, спустится на тормозах. Школе не нужны такие удары, она и так в аутсайдерах, ещё финансирование порежут — будем в землянках преподавать, на пальцах изучать.

Потому, когда в воротах школы показались блогеры, хищно поводя объективами видеокамер, Блэквелл поступила без изысков — запретила им доступ на территорию школы. И потратила последние резервы на расчётном счёте, подтянув в усиление к группам расследования Протектората недорогую охранную компанию. Нормальный выход! Время потянуть, а там проблема потускнеет, СКП отчитается, обыватели сами придумают себе объяснения. Всё! Можно работать дальше.

Откуда Блэквелл было знать, что она своими руками и распоряжениями создала для блогеров идеальные условия работы? Сразу же нашлись и очевидцы, и участники. Сотнями, тысячами! Всё перерабатывалось, щедро разбавлялось фантазией и выбрасывалось в массы. Эра интернета.

Эмилия Пиггот выпила третью таблетку успокоительного. Не самый нагруженный день, видели и более динамичные. И проблемы не те, которым решений нет. Звонками, запросами, уточнениями она держала руку на пульсе. Следователи изучали видео, счастье, что оно есть и в достойном качестве. Продолжается опрос очевидцев и сбор подписей о неразглашении. Проверка оружия по базам данных. Медицинские отчёты. Психологическая группа. Информационный отдел рвёт волосы, но дело делает. Инженеры ведут оценку ущерба, стоимость ремонта. Выпущена третья альтернативная версия событий, что забивает информационное пространство и даёт выиграть несколько часов. Приемлемо.

Пусть вторжение в школу было неожиданным, СКП собиралась взять из события все возможные плюсы. В конце концов кто как не они спасли школьников, оперативно отреагировали? Пострадавшие отсутствуют, не считая психологического шока школьников. А от нравственных комиссий отобьёмся. Опыт достаточный.

Входящий звонок. Ребекка Коста-Браун, директор Центрального управления Протектората.

— Мэм?

— Эмили, что там у вас творится? Нам в Центр прямо сейчас поступают предложения и соболезнования! Я всё понимаю, работа непростая, но примите меры. Побыстрее!

— Мэм, о чём речь? Ситуация контролируется.

— Контролируется? Посмотрите в новости Интернета.

Коста-Браун зыркнула без тени участия и коротким движением отключила связь.

Дева Мария, как же Эмилии не хотелось браться за клавиатуру. Впечатала запрос "новости стрельба в школе уинслоу". И медленно взялась за голову.

"...Именно с этой точки броневик обстрелял..."

"...После второй атаки в бой вступили ручные ракетные установки..."

"...Двое школьников вынесли тяжело раненую Александрию..."

"...Вы видите задний двор школы, инопланетный десант принял здесь свой последний..."

"...Осведомлённые источники единогласно утверждают: школа Уинслоу разрушена, прямо сейчас правительственные кейпы прикрывают руины оптическими иллюзиями, но простейший лазерный дальномер убедительно..."

"...Как вы видите, тяжёлая военная техника уже отведена, но следы так просто не спрячешь..."

Второй входящий. Оружейник.

— Колин?

— Разрешите поздравить вас, мэм! Внимание к нашему отделению Протектората увеличилось более чем в четыре и одиннадцать тысячных раза!

— Колин.

— Слушаю, мэм?

— Уфф. Что там с оценкой действий Илая Сэвиджа?

— Действую. Видеозаписью заинтересовалась Дракон.

— Постарайся ускорить. Вечером, скажем, в девятнадцать часов совещание.

— Принял, мэм. Работаем, мэм.

Отключился.

Эмилия потёрла виски и всё же потянулась за очередной таблеткой.

До штаба СКП юношу подбросили, так что с поездкой по улицам и заливу сложностей не было.

Едва вернувшись в штаб СКП, Илай отправился в место, где можно успокоиться, отдохнуть, вернуть бодрость и общий позитивный настрой. В спортзал СКП.

Друзья встретили с юмором. Самый лучший на свете юмор — дружеский, он презирает границы воспитания, зато проникнут настоящими чувствами. Когда над шутками хочется смеяться не оглядываясь на условности. Изо всей силы. И тем самым избавляться от мыслей, бюрократии, сомнений, исподволь подтачивающих.

— Нас посетил сам Школомэн! Гроза торчков и потолков! Носитель боевой скрепки. Обладающий способностью самого быстрого экстерната в истории образования!

Ему реально рады. А хохочут, так он и сам ржёт. В конце концов героя наградили жевачкой и гирей на семьдесят фунтов. Вторую такую же он сам подобрал. Тренировочка!

Как же славно в спортзале, среди своих. Здесь не принято приставать с подробностями. После боевой операции в первую очередь спрашивают цел ли. Что важнее, на самом деле. Успешность операции другой вопрос, не все операции успешны, а жить и готовиться надо. Желательно — здоровым и готовым решать боевые задачи.

Ну вот. Отгонял-отгонял мысль, а она прорвалась. Как он завтра на учёбу пойдёт? Как избежит лишнего внимания? Что скажет? Отыщется ведь и недовольный слой, обвинений навалят. Хотя. Пусть начальство думает.

Юноша покачал ноги, глотнул воды. Открыл пиликающий планшет. Сообщение.

"Илай, сообщаю официальную сводку на прошедшие события. Ты — курсант отряда СКП. В бою ты был под управлением штатного властелина Протектората. Операция организована и проведена на отлично. Твоё имя типа "засекречено". Всплывёт, разумеется. А властелина СКП пусть ищут".

Он просиял. Проблема решалась.

"Да! Пожалуй, объяснение отличное. И народ успокоят, и себя похвалят, и от меня отстанут. Вроде и я сражался, а вроде и не я".

Оружейник и Дракон снова и снова крутили запись на встроенном в стену тинкертех-экране. Притормаживали, останавливали, увеличивали масштаб, колдовали над резкостью. Составляли схему боя Илая с террористами. По секундам, по действиям, по позиции в пространстве.

— Колин, я прогнала приёмы. Это армейский бой с элементами китайского боевого искусства чанцюань. Эффективно!

— Эффективность высокая, — подтвердил он.

— Илай очень быстрый, темп серьёзный. Не рассчитанный на долгий бой.

— Оправдано. Заложники усложняли задачу.

— По косвенным признакам могу судить, что мальчик приучен не выводить из строя, а убивать.

— Где? Это точная информация?

— Обрати внимание на кадр: дёрнулся добить и пересилил себя.

— Проблемно.

— Или нет. Он себя сдержал. Чем ещё больше усложнил свою цель. Безоружный против противников старше, крупнее, вооружённее, на непривычном месте и вынужденный помимо боя следить за жизнью и здоровьем заложников. Думаю, он бы предпочёл избежать эскалации. Колин, я бы в его положение попасть не захотела!

Оружейник пошевелился в кресле. Датчик паранормальной активности не доработан, много ограничений и условий. Ситуация с мистером Сэвиджем — подарок! Самое то. Результат стопроцентный, следы энергий определены и подтверждены.

Но! Следы активности нашли. А саму активность нет. Ни в горячей фазе конфликта, ни до, ни после не наблюдается ничего нестандартного.

Мистер Сэвидж проверен с детектором лжи. Полиграф также не закончен, но в такой задаче он отработал на эталонном уровне. Юноша действительно не знает своей способности. Перед Оружейником стоит задача подготовить проверку мистера Сэвиджа на кейп-ограничения и уровни по стандартной шкале. Однако нельзя проверить всё! Что смотреть, как измерить? Ни намёка, ни идеи.

— Дракон, есть ли идеи по поводу специализации мистера Сэвиджа?

— Возможно, концептуальные силы. Удача? Только не удача, он получил ранение — вынужден был подставиться. И план его не прошёл, задействован запасной, мы уже обсуждали. Способность расчёта тактики? Не вижу такой.

— Пока отмечены повышенные выносливость и регенерация. Примерно на двенадцать и четыре десятых процента.

— Колин, это ни о чём. И да, данные натянуты. Ранение Илая — длинная царапина, кровавая, но не опасная по сути.

— Мы не можем ранить Илая для изучения. Это противоречит...

— Да я не о том! Вторичные, второстепенные способности. Выданные на сдачу.

Они вновь запустили ролик.

— Вот что Илай за кейп! Без видимых значимых бонусов суперсил. Извини, Колин, но ваш новый страж — он неправильный какой-то!

Какая была мечта на тренировочку на весь день! Раз учёба на сегодня не удалась. Илаю о том, что в школу пока не надо, сообщили сначала лично, потом сообщением на планшет — два раза, а затем ещё с посыльным. Во-первых, школа отменила занятия. Начальство во всех мирах одинаковое: ничего не случится, а если случится, профилактические мероприятия следует проводить исключительно после. Во-вторых, показываться на глаза бешеным блогерам стратегия не из лучших. В-третьих, сначала заучи официоз. В-четвёртых, глухой, что ли? Не велено!

Стоило начать разминку, новый звонок от мисс Ополчения:

— Илай, не отвлекаю?

— Нет, — мрачно бросил он, отодвигая ногой неуступчивую гирю.

— Понимаю, что зачастила, и всё же надо. Подойди ко мне, пожалуйста. Разговор серьёзный.

"Да чтоб вам!" — расстроился юноша.

Как же не хотелось бросать уютный спортзал. Мужики отнеслись с пониманием. Жадно втянув напоследок запах роста над собой, накинул на футболку рубашку. В кармане на груди хрустнули доллары, надежда их сэкономить тоже не состоялась, сорок отдай на школьный автобус, которого в природе нет, а отдай всё равно.

Он вышел в коридорчик. Статус странный: то ли страж, то ли нет. То ли сотрудник СКП, то ли нет. Не военный, не гражданский. И с кейповством не задалось. И ещё дёргают из спортзала.

Пришлось спускаться по натоптанной дорожке в гараж. Серж с народом развеселился, угарают со всей силы. Правильно смеются, но всё равно сволочи. Илай разве виноват, что второй день катается по Броктону туда-сюда? Хоть счёт за обувь выставляй. Интересно, в СКП есть статья расхода "компенсация износа подошв"?

Катер пришлось ждать. Уже в обеденный перерыв прибежал чиновник с характерной папочкой и их вместе доставили на берег. Там чиновника ждал личный транспорт, а Илая предложение постоять до городского автобуса. Он вскинул бровь:

"Серьёзно? Автобус на два километра пути?"

И пошёл пешком по знакомой набережной улице. Кафе проигнорировал, не промялся пока. Вошёл через центральный вход Протектората, успел в любование сувенирами — на весь холл ярмарка. Далее по стрелочке в планшете. Пропуск не спрашивали. Чему Илай и порадовался, нету пропуска, и огорчился: полугражданская охрана, вот и надейся на оглоедов.

Не торопился сознательно. Не приказ, не распоряжение, просьба. Имеет право.

Знакомый кабинет-пенал. Всё та же мисс Ополчение с американским флагом на лице. Интересно, какая она под маской?

— ...ненормальная!

Илай вздрогнул от внезапного голоса, начало речи прослушал, пока соображал.

— Илай, ты меня слышишь? Я говорю, ситуация у нас ненормальная. Я не от скуки тебя зову и, кажется, оставила без обеда. Да? Нам нужно поговорить.

— Да-да, я слушаю вас, мэм.

— Как ты устроился? Что хорошо и что не очень? Какие проблемы? Мне важно знать.

— Всё нормально. Комната. Мужики отличные. Спортзал — огонь!

Мисс Ополчение вздохнула:

— Извини, но вот что ты за парень? Тебе надо девушками интересоваться, вечеринками. В интернете чатиться. А ты оценил сотрудников военизированного отряда и спортзал. Илай, у тебя с военными твоими привычками всё так плохо? Ты ушёл вчера, и я долго не могла понять, откуда у меня в кабинете лишняя техника. Не сразу сообразила, что ты ноутбук забыл. Пятнадцатилетний подросток забыл в моём кабинете бесплатный ноутбук! В двадцать первом веке! Звучит как дешёвый скетч.

Она помолчала. Ну, и он молчал. А что говорить-то? Хреновый из него разведчик.

— Я всё понимаю, Илай. Стрессы, суета. Битва эта. Любой потеряется. Но ты возвращайся уж на нашу планету, в штаты, и возвращай себе юность.

— Э-э, принял.

— Ну вот: "принял"! Это не распоряжение, это совет. И да, я знаю, что в выделенной тебе комнате есть персоналка. Но у неё ж доступа никуда нет, поисковик сегмента восток-северо-восток да Парахуманс. И всё. Ни фильмов, ни музыки, ни социальных сетей. Ты есть в социальных сетях?

— Не знаю.

— Мда. Ладно, вернёмся к первоочередным вопросам. Мне уже сообщили, что твоя кейп-способность так и не определена. Оружейник в замешательстве. И я тоже. Мы не знаем, что изучать и как измерять. Настолько нестандартным как ты, Илай, надо ещё постараться быть. У кейпов всё начинается со способности, а уже потом подвиги и внимание СКП.

Ополчение бросила взгляд на часы на стене.

— Вместе пообедаем. Это не приглашение и не намёк.

"О чём она? Сколько мне ещё придётся узнать местных условностей!"

— Стоп, хватит тянуть. Прямо говорю: мы не можем принять твою кандидатуру в программу стражей. Во вступительном документе должна быть указана кейп-специализация. Наш юридический отдел сейчас лопатит свои базы. Но выхода не нашёл, судя по всему и не найдёт. Выходит, я поторопилась знакомить тебя со стражами Броктона. Всё усугубляется спецоперацией твоей. Руководство объявило, что ты курсант СКП. Бред, бред какой! У эскапэшников никогда не было курсантов, нет такой должности. Так вот она срочно вводится. Вчерашним числом. Вот твоё удостоверение, держи. Фото не очень удачное, некритично?

— Нет.

— Замечательно. Второй вопрос исходит из первого. У тебя нет необходимости, да и права тоже, занимать гостевые комнаты СКП. Полагаются выплаты за полевую работу, это так битва твоя оформлена, подъёмные и социальная поддержка. Полагается съёмное жильё за счёт службы, но... плюс к суете. Ты несовершеннолетний. Комиссия единогласно решила, что направление в приёмную семью тебя не устроит. Нас тоже. Подпишешь бумажки о неразглашении. И готовься к формальному суду. Тебе предстоит процедура эмансипации.

— Чего?

— Законного досрочного взросления. Ты бы в правах своих так разбирался, как в лёгком огнестрельном оружии. Школу закончить всё равно придётся. Завтра на уроки, держись там.

Мисс Ополчение с одобрением кивнула Илаю, поднялась из-за стола и на мгновение замерла:

— А ты как охрану прошёл? Я тут из-за звонков сообщить им не успела...

Добро пожаловать на Парахуманс.онлайн

Вы не зарегистрированы

Вы можете просматривать незакрытые темы

Темы в порядке активности

Форумы — Обсуждения — Броктон-Бей

Тема: Стрельба в школе Уинслоу Б.-Б. У Протектората есть ручные Властелины?

Страница 1 из 104

Ветеран (автор темы), создано 2010-10-09, 13:02

07:14. Первая новость из Уинслоу. Стрельба, угроза школьникам и учителям, всё в порядке. Как эти фразы могут соседствовать, предстоит изучить. Проблема решилась, пока специалисты полиции и СКП ехали до школы. Порталов, пролёта истребителей и бомбардировщиков, прибытия Триумвирата и рыцарей-пони никто не наблюдал. Но СКП на месте как бы намекает: в деле кейпы!

07:31. Вторая новость звучит как сюжет боевика, заклёванного критиками за редкую неправдоподобность. Безоружный школьник вывел из строя 4 вооружённых бандита-торчка. В открытом рукопашном бою с отдельными выстрелами. 1 школьник, Карл! Триггер? Стечение обстоятельств?

08.20. СКП официально объявила об успешном окончании загодя подготовленной операции. Поздравила сотрудников. Подробностей операции не указала, их на тот момент ещё никто не знал. Не нашли, не сочинили.

08.33. Сообразив, что версия так себе, СКП вещают — герой под оптической невидимостью и страж победили бандитов. Одна беда, ни один свидетель героя не видел, и его действий тоже. Воевал один школьник. Стража такого, с боевыми искусствами, нам никто не представлял, его личной карточки на сайте Протектората ВСВ не обнаруживаю.

09-56. Опубликован новый вариант. Рассекреченный. Операция по разведанным данным. Специально приглашённый кейп-властелин СКП управлял курсантом СКП в бою против бандитов. Со сложными приёмами, с качанием маятника. Планы торчков больше чем на час вперёд. Угу, верим, какие могут быть сомнения?

И если вы всё поняли, расскажите нам, что там было и как так. Потому что сотрудники СКП (информация из первых рук) не понимают ничего, а события только расследуются.

Шаки, 2010-10-09, 13:13

А чего не понять? СКП рассказывают нам точную надёжную информацию о событии. Методом перебора =)

Дева_истины, 2010-10-09, 13:15

Это была не курсант, а курсантка! Но правительственный заговор пытается скрыть от нас правду. Достижения женщин подвергаются замалчиванию! Это оскорбительно

МамаБроктон, 2010-10-09, 13:17

Я правильно поняла: служба параконтроля проводила свою операцию прямо в школе, рискуя нашими детьми? И в качестве бойца был несовершеннолетний? Хороший юрист их разденет

Инженер_ИФ, 2010-10-09, 13:18

Главное, что дети все целые. Стоп! В школе санкционированно действовал Властелин? Они там совсем... О_о

(бан на 24 часа, мат)

ВсёВидевший, 2010-10-09, 13:18

Лично видел на соседней улице колонну броневиков и Оружейника

Шаки, 2010-10-09, 13:18

Истина всегда посередине *прикинул, где посередине между операцией кейпов СКП и вторжением инопланетян, задумался*

МамаБроктон, 2010-10-09, 13:20

Если всё решилось так быстро и хорошо, зачем пригоняли тяжёлую военную технику?

Ветеран (автор темы), 2010-10-09, 13:22

Не было никаких танков

Шаки, 2010-10-09, 13:27

Да-да! Следы на асфальте есть, а танков не было. Они самоликвидировались

Ковбой Бездны, 2010-10-09, 13:29

Но я могу представить, как страшно было школьникам, когда на голову куски потолка валятся О_О

Шаки, 2010-10-09, 13:30

А сколько было раненых? В какую больницу их всех отвезли?

Слава (подтверждённый кейп), 2010-10-09, 13:35

Не было раненых. Курсанта в ЦБ ББ привозили. Целого

Шаки, 2010-10-09, 13:36

Всё ясно!!! СКП убирает свидетелей!!! Они не хотят, чтобы мы знали правду!!! Это нарушения гражданских прав!!!

Ветеран (автор темы), 2010-10-09, 13:38

Воу-воу, слишком много восклицательных знаков (13:40 поправлено)

Радость — это когда в городе спокойно и доклад подготовлен без торопливости. Мисс Ополчение забрала из принтера тёплые листочки и наскоро просмотрела. Порядок. До опечаток и запятых никому дела нет. В конце концов, она даже в теории не могла представить, чтобы совещание прошло точно по плану. Это же Броктон!

Что там с сообщениями? Ага, совещание в девятнадцать, знаем. Уточнения по оформлению отчётов и рекомендаций. Это важно. Дежурства без происшествий. Закупки пенометателей и планшетов, одни быстро тратятся, к другим кейпы относятся как к одноразовым. Подтверждение уведомлений.

Что там время? Всё, пора.

Ханна взбежала по ступенькам, пересекла холл с телевизором наискосок, поворот и вот, он кабинет Пиггот.

Она одна из первых. Прочие гурьбой входили в помещение и рассаживались кто за стол, кто на ряд стульев у стены. Сегодня заседание тематическое, места некоторых отсутствующих героев отряда заняли приглашённые.

Миссис Пиггот успевает вести жёсткую беседу по телефону. С пышными чувствами а-ля Робокоп вошёл Оружейник. Значит до совещания три минуты, верная примета.

Пока начальница заканчивает разнос, Ополчение встала у неё за правым плечом и успела представить собранию приглашённого специалиста — капрала Альвара Макклоада, инструктора Массачусетской базы Национальной гвардии. Альвар седой, невысокий, скучающий. Он здесь бывает иногда.

Недолгий шум, суета, придвигаемые или отодвигаемые стулья. На столике у входа блокноты и авторучки, кому надо берут. Кому актуально, бланки о неразглашении.

Эмилия Пиггот оглядела кабинет, демонстрируя способность давить шум одним взглядом.

— Добрый вечер! — ясно даёт тоном понять, что так не считает.

Собирает всё внимание.

— Напомню, мы собрались обсудить Илая Сэвиджа, молодого человека с неопределёнными... Неопределённого. Мисс Ополчение, мы вас слушаем.

— Да, мэм.

Ополчение никогда не читала доклад, доклад в работе с ним запоминался сам.

— Седьмого октября сотрудники волонтёрской программы обнаружили молодого человека пятнадцати лет с фрагментарной памятью и в обрывках одежды. Он представился как Илай Сэвидж. В базах данных такой обнаружен не был, официальной информации по нему также не нашлось.

— Звучит так, словно его нашли в общине хиппи! — хмыкнул Штурм и быстрым наклоном головы смягчил естественный подзатыльник от Батареи.

— Его нашли в общине хиппи, — продолжила Ополчение, — где он оказался днём раньше. В отделении полиции Илай успешно прошёл первичные тесты. Там же определили, при технической поддержке мистера Оружейника, что у Илая есть психические закладки. Взрывная реакция на определённую фразу громко сказать в положении стоя смирно "Моя жизнь не имеет значения. Имеет значение решение боевой задачи!"

— Какой славный солдат! — воскликнул Макклоад.

— Полные подробности тестирования и знакомства в выданных вам материалах. Илай получил документы и был направлен в СКП, поскольку на него среагировал датчик кейп-активности. Юноша был размещён в гостевой комнате СКП. Наблюдение выявило, что он хорошо подготовлен как элитный солдат. Быстро осваивается, отчасти наивен, не знает многих элементарных вещей и цен. Также знает несколько языков, физически очень развит.

— Есть что добавить? — миссис Пиггот умеет показать строгость.

— Умеет ремонтировать бытовую электронику, — добавил Оружейник.

— Дружелюбен, открыт, легко идёт на контакт. В целом простой, — высказался страж Рыцарь.

— Социализация слабая. Нет аккаунтов в социальных сетях, к пустому досугу, соответствующему возрасту, равнодушен. Хорошее впечатление оставил у рядового состава СКП, свой. В общении открыт, но время от времени теряется в реакциях. Не знает свою семью. Мы предполагаем, что мальчик рос в отрыве от общества, вероятно на базе частной армии или военизированного отряда. Свободный от службы он в непривычных условиях.

— Спасибо, мисс Ополчение. Капрал Макклоад, вам есть что сказать о навыках Илая?

— Да, я просмотрел полученные видео. Юноша впечатляет! В спортзале он, я бы сказал, счастливый. Работает над собой по схеме, загнанной в рефлексы.

Альвер скупо жестикулирует, говорит твёрдым голосом.

— Бой в школе замечательный. Планирование и реализация активной фазы боя на самом высоком уровне. Ни одной ошибки, ни одной! Обратите внимание на повторе: Илай опытный боец. Движения чёткие, удары выверенные. Вот интересный момент — на секунду юноша встаёт в позицию, в которой его, впечатление, легко пнуть. Но впечатление неверное, пинок не попадёт в Илая, зато направит ученический стол в пояс другому террористу. Илай работает по схеме противодействия хорошо подготовленным бойцам! Он предполагает, что враги сильнее, чем показывают. Ещё одно. Подхватив оружие, юноша берёт его не совсем правильно, дробовик ему незнаком. Через три секунды оружие держится уверенно, судя по горизонту проверки источников опасности оно уже включено в тактическую схему. Адаптация поразительная. Для возраста в пятнадцать лет невероятная.

— Есть что ещё добавить?

— Есть. — вклинился Оружейник. — Дракон отработала возможные варианты событий. Решения Илая Сэвиджа идеальны. Эффективность действий и тактики в имеющихся условиях сто восемнадцать процентов.

— Ох ты! — дёрнулась Батарея, обычно молчаливая и сдержанная.

— Это солдат! — сказал капрал Макклоад. — Из самых лучших.

— Ему пятнадцать лет! — добавила в беседу суровости миссис Пиггот. — И мы всё ещё не знаем его параспособностей. Всё показанное в широких, и всё-таки пределах сил обычного человека.

— Я всё же закончу. Действия эффективны в результате. Темп его боя требует очень много энергии. Я понимаю, что ситуация не из простых, заложники. Но! Всё равно надолго Илая бы в таком темпе не хватило. Один сбой, одно непредвиденное обстоятельство — и бой проигран. Сил не хватит.

Оружейник шевельнулся:

— У Илая несколько повышенная выносливость.

— Насколько? — резко спросила Пиггот.

— Как у выносливого обыкновенного человека.

— А может он шпион? — озвучил Штурм вертящийся на языке вопрос почти каждого здесь.

— Слишком на виду, — выразила сомнения Ополчение.

— А может он специально на виду?

— Слишком открыт. Легко и честно отвечает на вопросы.

— А может...

— Оружейник. Какие у тебя выводы по инциденту в школе? — перебила стихийный диспут Пиггот.

— Основная фаза боя девять и семь десятых секунды. Применяемое оружие: два пистолета, охотничье гладкоствольное ружьё и помповый дробовик, грубый нож кустарного производства. Из-за общего состояния точная маркировка оружия затруднительна. И канцелярская скрепка Gem среднего формата. — Оружейник говорит размеренно. — Ударом лбом о стол один нападающий выведен из строя. Стол стандартный школьный усиленной конструкции тоже... выведен из строя. Двое на короткое время потеряли сознание от щадящих ударов в уязвимые места. В сознании остался террорист, который в начале фазы был вооружён помповиком. После удара в переносицу он потерял функциональность настолько, что единственный из них до сих пор не допрошен...

Оружейник выступал долго. Как всегда. Пока не вынес вердикт:

— Кейп-способность Илая не обнаружена. Энергетические следы есть, а какой-либо эффект определить не удалось. Слабая регенерация и выносливость.

Пиггот уточнила:

— Может ли это быть мусорная способность?

— Высокая вероятность. Приближенная к ста процентам.

— Может ли быть кейпом кто-то ещё из присутствующих?

— Нет. Все проверены. Страж Призрачный Сталкер на уроках не присутствовала.

— Могут ли применённые боевые способности быть параспособностью?

— Нет. В спортзале Илай показывал примерно те же навыки. Без следа энергий.

— Что-то из области чувств? Уверенность? Сдержанность? Или планирование?

— Нет, точно нет, — в диалог Пиггот и Оружейника втиснулся психолог Протектората, — Илай сам по себе сдержанный — активный флегматик. Ему такие способности ни к чему.

— Есть ещё мнения? — начальница подождала с минуту. — Тогда остаётся сделать выводы.

Которые и были сформулированы при всеобщем согласии.

Мусорный кейп, слабая способность. Хорошая военная подготовка, для Протектората бесполезная из-за возраста объекта. Для продолжения информационной поддержки событий взять Илая Сэвиджа на должность курсанта боевых отрядов СКП, но в боевые столкновения не пускать. Чтобы и занятость ему обеспечить, и легенду о курсанте поддержать, и для присмотра на глазах оставить в следующие недели две. Из кандидатов в стражи исключить, неперспективный.

Илай тягал гирю и соображал, что, пожалуй, придумать способ уйти из стражей будет сложно. А участие в программе грозило поставить крест на основной миссии. Стражи на виду, они ограничены в действиях и отслеживаются. Факт того, что он кейп, также мешает. В любой школьной драке с собственным участием Илай будет автоматически виноват. Законодательство не любит, когда паралюди дерутся с простыми людьми. Ладно бандиты, но героям под рукой такого не разрешается.

Между тем, судя по датам, до событий канона есть время. Следует вернуться в школу, поставить себя в обществе школьников как самостоятельного игрока. И держать небольшое расстояние до главной героини — Мэдисон, чтобы в грядущих событиях стать ей либо соратником, либо тайным другом с боевой поддержкой.

При этом вести себя обычным школьником. Где бы спросить, как себя ведёт обычный школьник? Не на глазах взрослых, а в целом. Не опыт, так хоть представление обрести, хоть намётки.

И уйти из стражей! Вот сейчас бы позвонила мисс Ополчение и сама сообщила, что меня не берут в стражи.

Но в реальном мире так не бывает. Хватит грёз.

Видеозвонок. Мисс Ополчение. Да ну нафиг?!..

Мисс Ополчение говорила долго, красиво, с лирическими отступлениями, примерами, разъяснениями сложных слов и цитатами. Понятно, что она подводила к основной мысли медленно, желая избежать обиды со стороны Илая. А он, в свою очередь, не сразу сообразил, о чём речь.

Его признали кейпом, но малозначимым. Ополчение была права: любой другой ребёнок мог и нервный срыв показать, обоснованный. Заветная мечта подростка бета-мира — приобрести парасилы и стать значимым, всех побеждающим. Илай же приобрёл дешёвую, отдельно ненужную часть мечты. Про "мусорных" не рассказывали, ими не гордились, большинство о них знать не знало. Понятие "мусорного" не звучало в обиходе. Более того, и закон об ограничении кейпов на них не распространялся, о чём извещал хитро выкрученный подпункт, стороннему человеку непонятный.

И теперь мисс Ополчение успокаивала юношу, чтобы не наделал глупостей.

С трудом скрывая торжество, Илай витиевато выразил горькое сожаление. Попросил прощения, что он такой невезучий. Поблагодарил. Не всё удалось выразить, помогло реноме немногословного солдата.

Мисс Ополчение посветлела лицом (видной под маской частью), но до конца не успокоилась.

— Илай, у тебя вечер свободен?

— Свободен, мэм, — обречённый мах рукой. Плакали мечты о тренировочке.

— Я позвоню мистеру Джеферсу, психологу СКП. Обязательно переговори с ним. Я уверена — он тебе поможет.

— Спасибо, мэм.

— Я рассчитываю на тебя!

Психологов Илай не боялся. На родной базе военного училища были и эти диковинные существа. С редким талантом выедания мозговых клеток. Раз в неделю каждый будущий воин обязан заглянуть в кабинет с мягкими игрушками и бежевой мебелью. Выслушать пустое, размазанное на час-два. Подписаться: осознал, понял, проникся, возрос над собой.

Илай придумал свой способ борьбы со скукой и её пророком психологом. Проверенный способ, ни разу не подвёл! Курсант представлял, что ему рассказывают сезон за сезоном сюжет мультсериала. Отважные правильные мысли и убеждения серия за серией сражались на полях мира Психеи с вредными комплексами и гештальтами, а также со злобными происками непроработанных ошибок. Бились и хитростями, и оружием. Демонстрировали тактические придумки. Искали союзников. Увлекательные битвы! Параллельно он кивал психологу, выдавал уточняющие вопросы. Психолог пел соловьём.

Кабинет психолога СКП этажом выше. Всё та же путеводная стрелка на планшете привела к серым одеяльного тёплого оттенка дверям. Мягким, в такие не постучишь, пожалуй. Илай заглянул в кабинет. Располагающие к себе мебель и ковёр на полу. Постеры с улыбающимися звёздами на стенах. Или не звёздами, но они улыбались и висели, и были колоритными. И мужчина чуть выше среднего, добродушный, пухленький, говорящий вкрадчиво.

Мистер Джеферс умеет показать умный вид, компетентность. Нервозность собственную хорошо прятал. А сдавала его с потрохами мелкая моторика. Он беспокоился.

— Меня зовут Артур, а тебя?

— Илай.

— Точно! Я так рад увидеть вас, мистер Сэвидж! Знаете зачем? Чтобы поблагодарить. Вы спасли мою дочь Сьюзен, моя девочка едва отошла от стресса. Уинслоу мало способствует независимости, ну вы меня понимаете. И вы правы, вы крайне правы. Лучше я буду звать вас по имени. Привет, Илай!

— ...

— Давай договоримся. Не будем здесь ругаться. Не будем сердиться. Будем друзьями.

— Хорошо.

— Отлично! Не успели мы познакомиться, как у нас появились правила. Только наши. У нас уже есть что-то общее. Нам повезло.

— Да.

— Ну а раз мы такие большие друзья, предлагаю попить чаю. Хочешь чаю?

— Нет.

— Разве ты не любишь иногда попить чая? Или ваше поколение больше тяготеет к газированным напиткам?

Мистер Джеферс решил пойти привычным путём, много раз проверенным. Разговориться о правильном и неправильном. С пониманием, без нажима, найти тему, против которой можно дружить вместе. И это станет заделом для глубокой личной беседы.

— Психология это наука о нас. Ты удивишься, но наши проблемы, наши нерешаемые вопросы очень даже решаемые. Более того, они типовые! И это даёт надежду. Илай, скажи мне для примера, только честно, ты когда-нибудь нарушал дисциплину?

— Нет.

— Отлично, мы все, кхм... Совсем никогда не нарушал? Почему?

— Не положено.

— Так. Хорошо. Понимаю. А какую газировку ты любишь?

— Газировка вредна.

— Тогда в какие игры ты играл чаще всего? С друзьями?

— В тактические на пересечённой местности.

— Понимаю, это всегда увлекательно. Свежий воздух, дружеская поддержка... А что ты любишь больше всего?

— Тренировки.

Диалог вышел за все лимиты обычного. В личном деле пометка "воспитан военными" как бы намекала. Но у крепкого немногословного юноши реакции на общение выбивались из всех возможных рамок стандарта. Любого стандарта.

— А было ли у тебя такое, что ты чувствовал себя ограниченным?

— Да.

— Хорошо, замечательно. Расскажи мне, как ты это понял, свои ощущения. Твоё мироощущение не сильно пострадало от ограничений? Стрессовые моменты жизни это обыденность, наши проблемы делают нас сильнее, но они же в некоей мере нас ослабляют. Расскажи, большим ли для тебя стрессом стало ограничение?

— Не было стресса.

— Ладно. Хорошо. Тогда что же тебя ограничило? Наверняка это были взаимоотношения, мы все люди, и в общении мы иногда не можем понять друг друга. Мы мыслим и говорим каждый своё, и не всегда наши понятия совпадают, одни и те же слова несут отличающийся смысл. Трудно найти собеседника, и всё же можно. Не прячься в себе, скрывание от мира ничего не даёт, только создаёт новые комплексы и упрочняет старые. А это не лучший багаж. Я здесь, чтобы услышать тебя. Чтобы понять и помочь. Какие ограничения ты имел в виду?

— Приказы.

— М-м, приказы?

Мистер Джеферс подумал, что разговор не клеится. И молодой — внебрачный сын Оружейника? — парень говорит честно, открыто. Кратко, правда. Но не о том. А о том ему сказать нечего. Кажется, само понятие "комплексы" в его лексикон не вмещается. Если это не какие-нибудь комплексы огневой поддержки...

Психолог отпустил быстро. Они расстались большими друзьями, так он утверждал. Кхм, да? Ну ладно.

Перед ужином Илай заскочил в свою комнату. Душ, переодеться в свежее. Милитари, разумеется. Выдали два комплекта, ну и подаренная полицией одежда лежит.

Снова звонит мисс Ополчение.

— Илай? Я узнала, ты уже освободился. Разговор нормальный прошёл?

— Да, мэм.

— Ну-ну, не тянись. Я решаю организационные вопросы. Завтра тебе снимут квартиру, она тебе положена как курсанту и по программе социализации. На большие хоромы не рассчитывай, но это будет достаточное жильё. Твоё. Также завтра до обеда решится вопрос о твоей эмансипации, полагаю, проблем не будет. В школу завтра не пойдёшь, но ты умный юноша, с учебной нагрузкой справишься.

— Хорошо.

— Но есть проблема. Дело в том, что до утра ты занимаешь гостевую комнату СКП. Но занимаешь не по праву, а с разрешения главы СКП мистера Оружейника. Он ссылается на параграфы устава службы. Я прекрасно тебя понимаю, Илай, сама бы на твоём месте расстроилась. Не беспокойся, я приму все надлежащие меры и обязательно решу этот вопрос. Спокойной ночи, Илай!

— До свидания, мэм.

"Ничего не понял. Какой вопрос-то?"

Илай с удовольствием поужинал в знакомой столовой для персонала. Еда снова не была вкусной, но насыщала и предоставляла выбор. Большего от неё и не требуется.

Читал книгу. Местами перечитывал понравившиеся фрагменты, обращал внимание на мысли персонажей и автора. Порою пролистывал, где совсем уж неинтересно. Под закладку приспособил бирку от форменных носков с лейблами СКП.

За вечер мисс Ополчение звонила два раза, она рассказывала о большой баталии за права Илая со штатным юристом, перечисляла циферки и буковки, ссылалась на уточнения. Парень не потерял мысль о смысле борьбы, скажем иначе, он её так и не обнаружил. Но расстраивать старательную Ополчение не хотел и снова благодарил.

На ночь выключил планшет. Ночь в штабе СКП тихая, но не беззвучная. Вздыхал волнобой, больше вибрацией стен, нежели шумом. По коридорам проскакивали люди. Пожужжал робот-пылесос. Потрескивания в вентиляции.

Спать надо.

Поднялся в семь тридцать. Запустил планшет, почти сразу звонок. Мисс Ополчение.

— Доброе утро, Илай! Так рано встаёшь? Я заметила, что ты снова в сети.

— Да, мэм.

— Спешу порадовать: твой вопрос благополучно решён. Только что закончили, я ещё до кабинета своего не дошла.

Мисс Ополчение выглядела немного усталой. Но сонной не была. Ни капельки.

— Эту ночь ты ночевал не просто с разрешения начальства, а с полным правом. Я же говорила, что всё решу. Так что нет причин для беспокойства, Илай! Твои гражданские права полностью защищены!

Илай покивал, высказал поздравления и благодарности. И подумал, что ему никогда, наверное, не привыкнуть к местной специфике. Какая разница, по какому именно праву он ночевал в СКП, если ночь уже прошла? Да он и с вечера не особо интересовался мелочами уставных решений.

 "Им это важно. Пусть будет так".

За завтраком поступили новости. Миссис Пиггот возмутилась как это ребёнок пропустит школу. Колёса бюрократии прокрутились обратно: переселение передвинули на после обеда, но комнату забрали. Были бы у Илая личные вещи, была бы проблема. А так тюк с комплектами формы и ноутбук забрал неприлично весёлый представитель. Порезанную рубашку заменили. Наличные — одна тысяча шестьсот долларов и полгорсти мелочи — в карман. Школьный рюкзак? Ах да, рюкзак! Так он в школе остался. Смутная надежда, что он целый, как и учебники в личной кабинке.

Серж завёл катер. По пути рассказывал кучу смешных историй про внутренние ситуации. Ничего секретного, но смешно. Илай также рассказал пару шуток, в мире-бета они идут как свежие.

Снова автобус кряхтит по узким улицам. В салоне пахнет потом и мусором. Пассажиров немного, все они нервные, часто глядят по сторонам. Сумки держат крепко, двумя руками, по местам не кучкуются, распределены.

Город живёт. Ремонты, погрузки-разгрузки, офис-центры с вооружённой охраной. Прохожие держатся стен. Хотя утро самое безопасное время, зло набегалось за ночь и спит пока.

Трясёт, автобус дёргается. Остановки никто не объявляет. Аборигены сами знают, туристы на общественном не ездят. Кто на такси, а чаще на своих машинах. Автомобильная страна.

Знакомые места. Побитая улица, древний асфальт комками и ямами. Здесь блогеры снимали видеоряд о танковых бригадах. Ворота школы.

Если Илай ждал как его встретят школьным героем, он ошибся. Школьники спешат. На него зыркают, но без радости. Наоборот, смотрят хмуро и отчасти злобно. Понятно: искусственный авторитет ушёл, надо, кстати, выяснить, с чьей подачи, а свой придётся строить и оборонять. Дело нехитрое, юноше знакомое по переездам между военными базами в родном мире. И бойцы там встречались не чета здешней школоте. Даже с поправкой на преступную организованность.

Едва вошёл в дверь, снисходительная учительница оповестила сразу идти к директору. Шпана по стенкам коридора ухмыляется, надо держать морду кирпичом и при том настороже быть. Уинслоу, здесь и порезать могут, или толпой по шакальи напасть.

Ноги сами собой ступают мягко. Как привыкли ходить на враждебной территории. В несколько коротких прыжков поднялся на второй этаж, ступеньки поношенные, свежемытые и почти не оплёванные. Кабинет директора.

Блэквелл встречает в приёмной, ресепшен звучит слишком громко. Она вся официальная, губы сжаты, перебирает бумаги на столе секретаря. Увидела, выпрямилась, в глазах мелькнуло недовольство:

— Мистер Сэвидж, меня уже известили, что ваш статус сменился. Не рассчитывайте, что мы будем с вами возиться. Ты — простой школьник, как все!

Илай смерил её взглядом без тени уважения:

— Миссис Блэквелл, вам вчера выделили деньги на три месяца по программе Протектората. Меня известили, что их решили не забирать. Но при желании я могу всё исправить..?

Директриса дёрнулась, принялась мять пальцы и не сразу собрала дрожащие губы вместе:

— Мистер Сэвидж, идите в учебный класс, — наконец сказала.

В короткой перспективе проблема решена. Возможно, Илай поторопился ссориться со школьной администрацией с упором на будущее. Но думать об этом рано, да и потом школа другой не станет.

На обратном пути его ждут на лестнице, трое. Один смышлёный и двое сильных, классика. Глядят с презрением, словно кое-как держат слюну на старте — плюнуть в лицо. Незнакомые, Илая вчера знакомили только с классом. Да и то больше класс с ним.

— Илай Сэвидж — это ты?

— Это я, — согласился юноша, делая вид, что проходил мимо и вынужден отвлечься на нечто вонючее — на них.

— Слух прошёл, — наглый шпанёнок скосил глаза на фигуру Софии Хесс поодаль, — что ты больше не проходишь по программе СКП. К тому же ты не кейп! Что теперь скажешь?

— Да-а?.. И теперь я могу безнаказанно набить тебе морду?! — порадовался Илай.

Лицо бандита выдало тяжёлую интеллектуальную работу. Наконец он сложил один и один, результат ему не понравился, а торжествующая улыбка скисла. Все знают, что управлял Илаем властелин. Об этом писали и до сих пор болтают. Но двигалось это тело и били эти крепкие кулаки. Повторять "подвиг" торчков желания не было. Вот совсем.

Молчание затянулось. Крепкие ребята недоумённо оглянулись на своего атамана, мол, план же, не? По глазам догадались — план сменился. И лучше промолчать.

— Я просто спросил, — тихо сказал атаман и со своими клевретами тихо-тихо бочком удалился с глаз.

А внизу лестницы новая компания, девчонки. В центре — София Хесс. Её статут и псевдоним Илай знает неделю как, по фанфику. Чернокожая девушка, одета по-девчоночьи, но держится пацанкой. Стерва по всем признакам. Стоит в позиции, из коей легко перейти в стойку и атаковать. Уверенная до крайней наглости.

Ноги держит... чему-то её плохо учили, либо толк с такой ученицы невелик. А скорее всё сразу.

— Илай, — сказано без тональности, ехидно и равнодушно, — Илай Сэвидж?..

Девчонки осматривают ранневесеннего бомжа в его лице.

— Да? — он в свой черёд осматривает их снизу вверх и чуть кривится.

Они в растерянной злобе, перешёпот пошёл. Низкую оценку девушки чувствуют сразу. Они переглядываются, ища — не сочувствия, нет, но вероятности, что так посмотрели на другую, не на неё.

— Вот кого в герои... назначили... — последнее слово Софии выплюнуто на мытый пол. — Но мы уже знаем, что ты сражался не сам. Так что ты дутый герой. И вся школа об этом в курсе. Что скажешь?

— Что скажу? Что умные люди думают об умных вещах. Например? Вопрос не в том, что у меня изменился статус в СКП. Кстати, он не изменился — я всё ещё курсант. Вопрос в том, откуда ты, София, знаешь нюансы работы СКП. Ты тоже правоохранительница? А школа об этом знает?

София вдруг оказывается в перекрестии удивлённых взглядов. Она теряется, бесится, она хочет сказать красиво, но красиво не получается придумать, когда на тебя вот так смотрят враждебно все. Илай уже ушёл, дьявольски безразличный.

"Нет, она никого не боится, она сильная! Она здесь сильнее всех, это точно. Но выдать себя не может. И, кажется, она только что потеряла весь свой шарм хищницы. Будь один-двое, она бы их избила до больничных коек. Но она не может избить всю школу. И... чёрт!.."

Несостоявшийся негерой уже подходит к коридорчику с личными шкафчиками. С расписанием ознакомился на сайте, пока ехал. Там же увидел сообщение, что его сумка и учебники на вчерашние уроки у мистера Глэдли, обморочного классного наставника.

"Я чего ей сделал? С какой стати она на меня накинулась? — удивляется Илай насчёт Софии. — Единственное, что приходит в голову: вчера говорили, что она не явилась на занятия. Как часто бывает. Но на этот раз были события и непосещение вылезло наружу. Официально. И разумеется в её недисциплинированности виноват я. Ну не она же?.."

Школьников много, до занятий минут семь-десять. Впереди расступаются, тихо бормочут перед ним и вслед. Опасливые. Это правильно, это хорошо. В рассаднике бандитизма умнее всего занять жёрдочку выше, показать силу. Илай ещё раз сверкнул улыбкой-оскалом, и бормотание усилилось. Вжимаются в стены.

"Новый слух пошёл, что про властелина наврали, а дрался он сам. Видали, какой злобный? Ну его связываться!"

О, четвёртый раунд! Сразу за углом закуток, коридорный тупичок перед туалетами. И в углу здоровый бугай зажал одноклассницу Илая, как её, Эберт. Да, точно, Эберт. Тэйлор. Она-то при чём? Снова происки Хесс? Здесь можно не стесняться, важных героев нет и я ничего не испорчу.

Бугай, форма школьная, а выглядит внешне на все двадцать.

— ...и где твой одноклассник-супергерой? Нету? — голос наглый, с куражом.

Тэйлор с ужасом вжимается в угол. Он реально крупный, развязный, а что иногда без последствий бывает в пределах Уинслоу, наслышаны все горожане независимо от расстояния от них до Уинслоу.

— Я его не вижу? Такого крутого?

Бугай приподнимает руку для удара, когда нечто крепкое сгребает его шиворот и приподнимает над полом. Разворачивает. Со всёвозрастающим страхом бугай машет ногами и пытается пальцами разорвать впивающийся в горло ворот рубахи, ставший таким жёстким. И видит перед собой искомого героя.

— Ты меня искал. — Илай чуть наклонил голову. — Слушаю?

Весь коридор смолкает. Все забыли как дышать и созерцают, как Сэвидж одной рукой без видимого напряжения держит бугая. Некоторые лихорадочно достают мобильники, плохая камера лучше никакой.

Бугай хрипит. Рука разжимается и он мешком с дерьмом падает на пол. Волоча ногами, ползком выбирается мимо Илая, щупает руками горло — целое, точно?

Тэйлор со слезами, её трясёт.

"Да ладно! — думает Илай. — В конце концов она второстепенный герой! И ей из-за меня чуть не попало. В связи со мной. Её и так обижают, в книге писали".

И так ему стало жалко девушку, симпатичную между прочим. Мешковатая одежда и некрасивые очки, сутулая поза и затравленные глаза с задачей скрыть симпатичность не справляются целиком. А если её нормально одеть и поставить?

Что он сделал то, чего не делал никогда в жизни. В фильмах видел, в книгах читал. Но не сам.

Он шагнул и обнял её. Девушка пискнула, попыталась вырваться, куда там! А потом сама его обняла, сжала так крепко, что удивительно, сколько сил в этой худощавом теле. И заплакала.

Потому что женщина в любом возрасте всё равно женщина.

Тэйлор рыдала. Да и кто бы на её месте нее рыдал? После всего.

Она держалась без надежды, из принципа. Над ней издевались, её оскорбляли, портили вещи. Привлекали других школьников, которые искали развлечений. И лучше за чужой счёт. Тэйлор сама уже думала, что это никогда не кончится. Горизонт планирования снизился до дня, урока. Вытянуть прямо сейчас, как-нибудь. Чтобы в следующий час всё плохое продолжилось. Новыми и новыми ударами.

Но когда нашёлся человек сочувствующий, боль настигла вся сразу. Девушка освобождалась от горечи единственным доступным ей способом. Самым женским. И не сказать, кстати, что плохо работающим. Слёзы смывали, помогали удержаться от нервного срыва. Сучье трио ведь этого хотело?

Она вжалась в парня, а она его и не знает почти. Как низко она пала! И... нет, он просто сочувствовал. Просто был рядом. Когда хоть кто-то о ней думал, о её чувствах и ощущениях? Как давно это было? И... долго ли продлится. В доброе по отношению к себя она верила мало, не теперь.

Илай чуть довернулся с девушкой. Доверие, в Уинслоу, в коридоре? Смешно.

И потому засёк подход девушки. Эта улыбалась, ехидная, подошла вкрадчиво. Видел он и как ей что-то шептала София, эту не перепутать. Эмма Барнс, точно. Очень фигуристая, но на мордашку так себе, и злоба в каждом движении её не красит тем более. Тэйлор красивее даже сейчас, даже в этом.

— Илай, а ты рискуешь стать как эта! Презираемый. Ты хочешь быть презираемый, а? — тихо, с торжеством, с нотками превосходства.

Тэйлор сжалась.

— Илай, ты же не жертва? Не травоядный? Или — ты тоже? А?

Илай повернул голову и ответил наоборот громко, на весь коридор:

— Десять баксов? Да ты столько не стоишь!

Эмма отскочила и зашипела. Вот теперь её злоба вырвалась наружу. Барнс не могла ударить, не придумала чем оскорбить.

— Ты! Как ты смеешь! Да я! Да ты! Ты ответишь за это!

А весь коридор вовсю обсуждает новость. И интерпретации новости. И выводы. Очень смешно.

Глазки Софии сузились. Она бросилась вперёд и занесла руку для удара. Чтобы травоядные знали своё место, их надо наказывать. И не забывать им напоминать, что они никто! Она решает, что и как будет. Не они. Она!

Правая рука Илая взметнулась и сжала запястье Хесс. Крепко. Ни туда кулак не идёт. Ни назад. Она сильная, она всех сильнее! И этого выскочки, мешающего, сбивающего план, тоже сильнее. Рывок! Подвижки на дюйм-два, и только. София сжала зубы и дёрнула изо всей силы. А он взял и отпустил руку.

С размаху на попу больно. На линолеум. При всех. Тварь! Он специально! София возненавидела Илая, и в сравнению с новой старая ненависть несерьёзная. Коридор зубоскалит. Не над плаксой, над ней, хищницей! Да он! Да она! Да они!

Больнее всего понять, что прямо сейчас ты не можешь сделать ничего. Совсем ничего. София бросила взгляд по коридору. Смеются над ней, словно она неудачница. Эмма, яростная, тычет в мобильник, глаза красные. Мэди отступила назад и также всех оглядывает.

Отомщу! Потом. София вскочила и убежала. А за поворотом поняла, что и этот шаг был ошибочным.

Звонок на урок в Уинслоу предназначен непонятно кому. Учителя на уроки вовремя? Ну и фантазии. Школьники в класс вовремя? Это сказки, поджанр небылиц.

Илай отшагнул и коротким кивком определил настроение Тэйлор на ближайший час. Прошёл к шкафчику, следом Тэйлор к своему, у одноклассников шкафы рядом.

— Сейчас в класс математики, — Тэйлор говорит по привычке бесцветно.

Снова доброжелательно кивнул. Взял учебник. Принадлежности в сумке, её предстоит забрать у мистера Глэдли. Вот и он. Сжатый, стеснительный, замороченный, причём сам собой. Сумку несёт. Целая, всё как надо. Блеяние Глэдли неинтересно. В класс.

У подъёма застыла Хесс. Кулачки сжаты, глазки горят, зубы скрипят. Вах-вах, птица-гном! Всех напужала. Взгляды метает. Пошла вперёд, заметила встречный взор Илая. И отступила. Он её не боялся, не страшил. Он её оценивал. Низко оценивал.

И ещё не всё.

Проходя мимо, тихо сказал:

— Ты не ребёнок, ты плохой солдат.

Она ничего не поняла. Какой ребёнок? Какой солдат? О чём он? Но почуяла, что у неё по всему телу волоски дыбом встают. В его фразе была угроза, серьёзная.

В кабинет заходят, другие уже выходят. Учителя нет, и в коридоре не видать. Второй стол — Илая, школьники всё больше к задним жмутся. На доске намалёваны бранные слова. Ну, не логотипы банд — и то хлеб. На Илая и Тэйлор поглядывают, бормочут. На пути не встаёт никто. Он забирает у Тэйлор сумку и кладёт на вторую половину своего стола. Она безмолвная садится на указанное место.

Осталось навести порядок в своей сумке. Вчера его канцелярию и пособие сгребли внутрь как есть. Непорядок.

В классе шумно, душно. Учителя нет. Что, вообще не придёт? Возможно, в учительской есть тема для обсуждения. Интереснее урока. Возможно, Илай знает, какая тема.

Глазами спросил у Тэйлор, как она. Она глазами ответила — нормально.

Когда учительница всё же пришла, урок заканчивался. Внимания на её появление мало, собственно и нету.

— Илай Сэвидж, Тэйлор Эберт, вас вызывают к директору.

Илай вскинул бровь, без должной торопливости сложил пособие и авторучку. Обозрел любопытствующих. Подхватил сумку Тэйлор и вышел за дверь, она поспешила следом дабы не отстать.

Звонок никому.

В коридоре Илай молча вручает Тэйлор свой планшет:

— Рабочий своего отца помнишь? Звони сейчас. Так надо.

После разговора выключает планшет, убирает во внутренний карман костюма. Как раз впритирку вошёл.

В кабинете директора, как ни удивительно, сама директор. Сэвиджа и Тэйлор она встречает сурово, однако Тэйлор привычная, и Илай безразличный. Весь воспитательный эффект слит.

Минут десять школьники сидят, а миссис Блэквелл перебирает бумаги. Да ещё бесится, как смеет Илай её не то что бояться, не замечать. Никакого уважения.

Тэйлор не ждёт хорошего. И имеет внутреннее неоформленное мнение, что Илай — он крепкий и взрослый — может и Блэквелл в глаз дать. То-то она такая тихая и сердитая.

В приёмной громкие голоса. Дверь открывается с пинка. Влетает крупный мужчина, рыжим цветом напоминающий дочь. Ибо это Алан Барнс, кто бы другой мог прибежать на слёзную просьбу Эммы и спасать её самолюбие столь невоспитанным способом.

— Где он? Где подонок, обидевший мою дочь? — выкрикивает он. — Это он? — указывает пальцем на Илая.

Илай встаёт как дикий кот, он меньше Алана раза в три по объёму, но Алан и в истеричном художественном образе отмечает грацию движений и предпочитает кричать с нескольких ярдов.

— Как ты посмел! Я тебя... — он снова оценивает холод в глазах Илая, — Я тебя засужу! Ты узнаешь, что значит связаться с Барнсом.

— Я правильно понял, вы собрались судиться с сотрудником СКП? — тон парня скучающий.

Барнс осекается, но спустя мысль вспыхивает вновь:

— Да хоть с правительством! Никто не смеет обижать мою дочь!

— Давайте разберёмся со всей ситуацией, — пытается влезть в монолог о великом таинстве юриспруденции в лице жреца её миссис Блэквелл.

— Нечего там разбираться! А эта что здесь делает? — невежливый тычок пальцем в Эберт. — Она тоже обидела мою дочь?

Пока директор и папа Барнс общаются, а диалог однообразен и продолжителен, но далеко не сразу, в кабинет входит Эмма. Плаксивый вид её фальшивый по пределу, но папочка в священном гневе не замечает ничего, что бы его не устраивало.

— А ничего, что это она оскорбляла Тэйлор? — наконец спрашивает Илай, которому давно надоело слушать.

— Это бездоказательное обвинение! — парирует мистер Барнс.

— А доказательства оскорбления Эммы есть?

— Мне не нужны доказательства! Я и так всё вижу!

"Что мне так колет глаза? — думает Илай. — Момент, который мне показался странным ещё в книжке? Алан Барнс успешный юрист. В маленьком городе в кризисные годы. Где успешны кейпы. И банды. Вот оно!.."

Пришёл Дэнни Эберт, лысоватый, не самый крупный, однако в глазах его жёсткость пионеров Запада. В несколько фраз они определяются с тематикой и начинают орать друг на друга. Барнс, что ему все до конца жизни должны будут. Эберт, что контракт Союза докеров с Барнсом окончен. Ну и там и много всего по частностям, по личностям, по мнениям...

"Это надо делать не так, — думает Илай, — Это надо делать по-другому".

Про них с Тэйлор давно забыли. Илай выходит в приёмную, потом в коридорчик. Там белые и азиатские юные будущие преступники группкой не замечают, как их ряды смешались в едином порыве любопытства.

— Что? Что там? — тормошат они Илая.

— А-а! — отмахивается он рукой с видом "ничего особого". — ждёт прироста интереса и коротко добавляет. — Мистер Барнс, крючкотвор, обсуждает своё содействие с городской полицией. Столько рассказал, не поверите! Мне-то что, я всё равно в законодательстве не разбираюсь.

— Да ты что-о! — протягивают любопытствующие и тоже начинают расползаться. Но не с ленью, а с мобильниками.

Через сорок одну минуту с мстительными жестами и мимикой из кабинета Блэквелл выскакивает Барнс.

"Не подрались", — отмечает Илай.

Барнс бросает лютые ухмылки, и ничто его не может остановить. Ничто, кроме звонка мобильного. От звука Алан вздрагивает, а разглядев имя звонящего умеряет пыл. И забывает, что телефон на громкой связи.

— Алан? — голос в трубке недоволен. — Алан-Алан. Ты нас-с разочаровываеш-ш-шь...

— Я... я их вытащу... мне надо... чуть больше времени... Я тут это, отвлёкся. Но я работаю, ребятки выйдут в ближайшие...

— Я уж-же вс-сё знаю. Ты с-слиш-шком нерас-сборчиф-ф в проф-фес-сиональных с-связях. С копами друж-жиш-шь, да?

— А, не-е! Вы не так поняли! Я честный с вами, вы же знаете!

— Я ш-шдал именно этих с-слоф-ф. Ты? Чес-стный? Ха-ха. Ш-шди.

— Мистер Ли! Мистер Ли! — дрожащими внезапно липкими руками Алан Барнс нажимает кнопки, но звонок не проходит раз за разом. — Дьявол! Мистер Ли! Не берёт. Так, что делать, что делать?!..

Тэйлор вышла из кабинета в прострации. Она вообще излишне правильная во многих вопросах. Невозможно представить её героем, столько везения в выживании не бывает, но мучеником — вполне. Характерное воспитание пропагандой и превратно понятыми романами. И вот такая идеальная гражданка идеальной демократии побывала на склоке взрослых, многое увидела, гораздо больше услышала, и большей частью оно не совпадает с канонами идеализма. Судя по одобрительному блеску в глазах потеряно ещё не всё. Денни не вышел и что там обсуждалось снаружи не слышно. И бдительная секретарь к дверям не подпустит.

Да и не хотелось.

Как и на уроки. Минимум два с лишним прошло. Сумки с собой.

Тэйлор о том же думает. Колеблется между.

— Отец сказал его не ждать! — наконец сообщает она.

— Не будем его расстраивать, — Илай ухватил девушку за руку. А то и вправду на остаток урока попрётся. И парня подставит.

— Но нам надо на уроки!

— Уроки это очень важно. Почти абсолютно. Мы рискуем опоздать на самый важный!

— Английский? — пискнула она, тащимая прочь из школы.

— Жизненный!

Расстановка приоритетов у Тэйлор заняла много времени. Пока продумала, пока наметила задачу, разложила её на подзадачи... Вышли за ворота.

Илай критически осмотрел девушку.

"На эти кости нужно нарастить немного мяса. А на эти лозунги капельку здравого смысла".

— Где здесь рынок уличный?

— Там! — указание рукой.

— Отлично!

— А школа?

— А школа там! — совершенно логично указал назад. — Но не будем же мы возвращаться? А вообще, Тэйлор, ты умница!

И они пошли к рынку. Практичный крепкий юноша и девушка в прострации, занятая исследованием недавних событий в поисках примеров умницы.

Илай же предвкушал покупки. Первые настоящие покупки в этом мире. Излишнего времени и в том жизнь не дарила. И тут, ага. Даже одежда вся выданная. И денежки в кармане есть немного. А они имеют обыкновение "чесаться" — желать быть потраченными.

"Тэйлор поможет, если опозорюсь где с реалиями. Кто б меня учил этике покупок в странах разнузданной демократии! — он снова взглянул на отключенную от реальности девушку. — Ну или хотя бы отвлечёт".

Улица пустует. Общее архитектурное впечатление, что здесь промышленный кластер, серо-кирпичные пейзажи, бетонный ландшафт. Школа хорошо вписывается. Кокетливое казарменное здание среди множества таких же квадратных. Всё пыльное, мутное, включая цвета и запахи.

Прошли между гаражами в пролом забора. Вот он и рынок.

— И пусть я найду сегодня себе недорогое оснащение!

Тэйлор едва успела подхватить и удержать Илая. Силы испарились вмиг, перед глазами мельтешение. Желание упасть.

— Ты... ты чего?

— Нормально. Бывает! — явил тень улыбки юноша.

Про себя думая: "Я... чего? Что это было?"

Он недальновидно прислонился к стене спиной нового школьного пиджака. Девушка прикидывала, где ухватить этого наглого и увесистого, но, кхм, возмутительно симпатичного парня. Чтобы снова не рухнул.

— Может, тебе воды? — сказала и сообразила — нет у неё никакой воды. Бутылочка из дома закончилась с утра.

— А? Не! Да, всё нормально...

— Да ты едва стоишь!

— Минутку. Сейчас я уже едва пойду. В смысле... Блин, всё хорошо. Это от перегрузок бывает.

"Что я несу? Какие перегрузки?"

Сам соображает, от чего реакция странная. А это именно реакция. Куда силы делись? Илай точно знает, при необходимости он может километров семьдесят бежать, в полном боевом. Это ж сколько в милях? Кстати, кому я это пытаюсь посчитать?

Сердце колотится. Лучше. Ещё лучше.

— Пошли, всё хорошо.

— Точно?

— Не отставай.

Рынок стихийный. Вещи разложены на кусках брезента, на досках, на земле. Продают не доходяги, нормальные люди. Распродажный тупичок. Предлагаются инструменты, куски оборудования, иногда и целое, безделушки, игрушки, рухлядь гаражная и сарайная. Стопки комиксов. Продуктовые пакеты, лейблы не знаю, а мимо них не определишь. Бруски и досточки. А это что такое? Железная ерунда неведомого происхождения. По ходу, продавец сам не знает что это.

А там... Да-а! Чего здесь только нет. Впрочем, здесь почти не было самого важного, самого главного. Покупателей. Десятки людей сидели и ждали продаж.

Тэйлор схватила книжку, томик повидавший. Обложка потрёпанная, блок, впрочем, нормальный. Фантастика? О, Тэй, уважаю! Купил девушке книжку. Семь баксов. Не букет с цветами и не ювелирка, да, но девушку ведь устраивает?

Илай гнал от себя мысль, что. по слухам, с девушкой гулять целая наука, непростая. И он на бесконечных занятиях, тренировках, учениях проходил... не её. Пока за книжку торговался, ладно сообразил — здесь на распродажах это важный момент, увидал среди иных книжек медальон не медальон, кулон не кулон. Нечто нагрудное. Невзрачный вид. На крыло вещица похожа, стилизованное, с пёрышками. Вид дешманский донельзя, кусок металла то ли кости, окрас опять же подкачал. Подобрал: увесистая!

— Это игрушка детская. Голос меняет, вибрации такие этакие. Я сам покупал её на границы сельве и пампасов сам не помню в какой стране. Индеец требовал две сотни, продал за тридцать. Шаманская фигня, говорит. Голос меняет, говорит. Кому не надо не заметят, говорит... — под пытливым взором Илая голос продавца постепенно падает.

— Отдам за три... за двадцать.

— ...

— Сыну брал. Она не рабочая, перестала работать. Но мы её не ломали, она сама! — совсем уж убитым голосом.

— Пятнадцать.

— Бери!

Продавец не подозревает, а Илай купился на легенду товара на словах "не работает". Звучит как вызов. Меньше двух дюймов в диаметре, овальчик неровный. Крыло на вид. Но прилизанное, цепляться за одежду и царапаться не будет.

Отдал деньги, сдачу получил, ссыпал в карман не считая.

Чертыхнулся про себя. Прокол! Должен обязательно считать, принято.

Но успокоился, отловив уважительный взгляд продавца. Тот решил, что Илай считает очень быстро и точно. Такого не обведёшь!

Пусть так.

Тэйлор взяла покупку тонкими пальцами, покрутила перед лицом. Вернула Илаю с вопросом в глазах. Он кивнул, она и успокоилась. Какое ей дело, чего он купил? Ценную штуку за пятнадцать-то баксов! Видать, что не золото.

За спиной негромкое:

— Рэд, поверить не могу, ты продал эту дрянь за полтора Гамильтона? Дай, дай, я на твоём месте посижу!

Илай и Тэйлор просто гуляли по городу. Благо, квартала здесь обихоженные, рядом с центром, и полиция ездит по этим улочкам, и герои СКП с дежурствами недалеко бывают.

Небольшой сквер — пустые скамейки и переполненные урны. Магазинчики. Зашли, разумеется в пару. Книжные. Девушку тут хорошо знают. Ничего не купили, нет нового. С удовольствием покопались в развалах книжных. Снова книги? Какая замечательная девушка, с такой большие суммы не потратишь!

Поели в кафе с вывеской "ресторан" Но и по ценам, и по меню это именно что кафе. Почему тогда ресторан? Снова чего-то не понимаю.

Сходили на кино. Мылодрама и эпизодические шутки. Сойдёт. Один бы на такое в жизнь не пошёл. Зал неновый, несвежий. Вёдра (буквально!) попкорна, полные карманы газировки в крохотных бутылочках. Внимание отделить от невоспитанных детей, так и неплохо. В зале прохладно приятно. Тэй жуёт попкорн. Тот случай. когда лишнего веса можно не бояться. С её худобой и гамбургеры не страшны, в любом количестве.

Затем шли по городу никуда. Долго, неспешно. Ну, это он думал, что никуда. А пришли к её дому. Девушки практичны всегда, а умные при том ненавязчиво.

— Знаешь, как ты того бугая стукнул. Это неправильно. Незаконно. Но, знаешь, мне понравилось! — Тэйлор замолчала, чуть наклонив голову, в ожидании.

"Чего она ждёт? Я что-то забыл? Что я забыл? Стоп! Я её проводил, значит... значит... значит мне её надо поцеловать, да? А может она... нет, она только за. А как их целуют?"

Юноша отлично знает как целоваться. Он видел в фильмах. Много раз. А лично. Нет.

Девушка чуть повернула голову. Он неловко клюнул её губами в щёку. Девушка просияла, в зрачках зажглись звёздочки. Она смерила его выражение лица и приобрела в наблюдениях ещё больше довольства. Вдруг ухватила его за ворот костюма — хорошо, рефлексы не сработали! — и поцеловала в губы. Метко и уверенно.

Качнула пальчиком:

— Пока хватит!

Резко обернулась и с подтанцовкой заскочила в дом.

Илай остался стоять. Он потрогал губы пальцами, посмотрел на пальцы. Ничего не увидел, удивился.

Сердце колотится, словно только что перенесён большой и страшный ужас. И "словно" здесь слово лишнее. Дверь закрыта. Его поцеловала девушка. Прямо в губы. Симпатичная. Это правильно, это даже хорошо, да что там, это замечательно. Такими вещами хвастаться можно!

"А вдруг она сейчас ещё целоваться выйдет?" — пришла жуткая мысль.

Уходил Илай полубегом.

Илая по улицам Броктона вели инстинкты, а не разум. Череп пухнет от смеси чувств и эмоций. Разом хочется бежать прятаться и хоть кому-нибудь похвастать достижениями. Ещё мысли о будущем перемешиваются как в старой бетономешалке. Что будет теперь? Как оно будет? А главное, что делать?

Голова кругом идёт.

Улицы сменяют улицы, такси здесь не ходят, разве что случайно угадать. Автобусы и днём редкость. Была бы планировка старых городов, сама на себя завязанная, заблудился бы. А так примерно сориентироваться можно.

Его поцеловала девушка! Сама! Его! Друзья по учебке болтали о своих подвигах с женщинами, одна из любимых тем. Но Илай точно знал — свистят они. Какие женщины? Какие подвиги? Секретка кругом и обучение день и ночь. Сон роскошь!

И если бы друзья узнали, что ему перепало. О-о! Они бы с ума посходили от зависти. Или не поверили. Да, скорее всего не поверили бы. Или поверили?..

Ветер смерти пахнул со всех сторон. Чуть с запозданием Илай обернулся, рядом мелькнула счастливая рожа крупного мужика с запущенным внешним видом. Два шрама на лбу накрест. Он был такой довольный и...

И Илай очнулся. Всё плывёт перед глазами. В ушах шум. Запах крови. Опасность? Он провёл рукой по затылку, пульсирующему болью. На пальцах кровь.

— Живой, юный герой?

Поднял глаза. Мисс Ополчение смотрела сверху вниз, и она была ну очень сердитая. Злая.

— Боец, как ты мог додуматься выключить планшет, а?

Илай опёрся на кулак и сделал попытку подъёма. Под кулак попал камушек, не плыли бы чувства, было бы больно. Парень не сразу сообразил, что это не камень под кулаком. Знакомая вещь. Это тот сувенир на земле лежит, выброшенный. А вот денег в кармане на груди не оказалось, и мелочь выгребли.

Не было бы так больно с затылке, постучался бы головой в ближайшую стену. Правильно говорил майор Тёсов, пока детство из задницы не выветрится, никакие навыки не помогут. Потому что при желании пролюбить можно всё. Включая жизнь и имущество. Да ладно жизнь, задание можно пролюбить — окончательно и полностью.

Илая ограбили торчки, среди улицы, подготовленного бойца, как салагу немощного. Обиднее всего что сам виноват. Нашёл где мечтам предаваться.

— Илай, ты в порядке?

— Кх-да.

— Повезло тебе, что торчки додумались проверить планшет на работоспособность и включили. После чего убежали. Илай, они могли тебя и добить здесь!

— Меня спасли вы?

— Тебя спасла лейбла СКП на экране планшета. Не захотели связываться, испугались.

Илай всё же поднялся. Головокружение проходит. Чем же его так приложили крепко? Скорее всего вот этой ржавой и кривой арматуриной.

— Илай, ты меня разочаровываешь! Может, мы ошиблись и тебя стоит пристроить в семью опекунов? Как, нет, ты скажи — как можно ходить по улицам Броктона как по собственной спальне? Ты в курсе, что у нас город банды делят?

— Извините.

— Ты меня подвёл! Встанет вопрос остро, я тебя прикрою, но... будешь должен. Ясно, боец?

— Понял, мэм.

Илай сообразил, что он влип, и хорошо, что сам жив. Деньги ушли все, до монетки, до последнего погнутого дайма. А без денег грустно, тем более в США, тем более в мире-бета и в Броктон-Бей. У него теперь даже на автобусный проезд нет, даже на ужин.

— А как вы..?

— По пеленгу. Служебный планшет с маячком, я об этом информировала, а ты за это расписывался. Ты как, ожил?

Илай кивнул. Щёки и шея покраснели, дышать не хотелось, стыдно, очень стыдно. И перед бойцами поодаль стыдно, тем более все свои знакомые, в одном зале жизни радовались.

Мисс Ополчение пошевелилась:

— Тебе точно осмотр не нужен? Хорошо. Тогда подвезём до дома, пока ты ещё во что-нибудь не влез от большого ума.

Юноша отряхнул костюм, не очень успешно, одежда всё равно грязная, мелкая пыль въедается мигом. Что позабавило, никто его даже не спросил про преступников. Их не будут искать, нет никакого смысла, здесь таких хоть рядами строй. И каждый первый будет рад поиметь с зазевавшегося штуку баксов. Сегодня за ротозея он, великий воин, блин.

Но в памяти впечаталась рожа: круглая, схуднувшая, довольная. И два шрама накрест чуть выше глаз и правее центра лба. Илай на досуге обязательно поищет этого забавного гражданина.

Илай заскочил в будку, а Мисс Ополчение забралась в кабину, рядом с водителем. Она всё ещё злилась, и было на что. Впервые за годы ей хотелось выразить чувства ёмко.

— Оружейник, сэр! Так точно, как и предполагали. Жучок, закреплённый на одежде мистера Сэвиджа, утрачен. Неизвестно где, несколько раз смотрели. Понимаю, что дорогой и ценный, понимаю, что тинкертех и уникальная разработка. Пробовали, но как его искать? Один кубический миллиметр, незасекаемый, все плюсы технологии в нашей ситуации стали жирными минусами. Улицу можно перекапывать вечно, это заброшенный почти район, и не факт, что Илая с другого места не перетащили. Да вы знаете, реакции и логику торчков я разгадывать в дурном сне не возьмусь. Да, я считаю, что вы перестарались с миниатюризацией. Илай его не нашёл, а теперь его мы не найдём, и идей никаких нет. Ясно, сэр.

Ополчение отключила звонок и откинулась на сиденье. Вдобавок к злости её разобрал смех. Дорогущий образчик технологии утрачен, Оружейник в трауре, часть его труда пропала даром. Идея проследить за Илаем принадлежала ему, как и бусина отслеживания. Предъявить некому, не парню же? Он сам про наблюдение за ним не знает и не знал.

Если сейчас предложить повторить фокус с жучком, Оружейник свои разработки с алебардой защищать будет. Не даст, как факт не даст, и на его месте сама Ополчение тоже не дала бы тинкертех на новую утрату.

Илай тоже хорош. Сотрудник боевой группы СКП ограблен торчками. Написать на форум анекдотов, успех гарантирован. С отдельной коллекцией тематических мемов. Шутка недели!

Ополчение положила ладони на приборную доску и легла на них лбом. Что ж так сложно всё?

В такой эйфории были от качества звука! Радовались, вели запись. Трекер только запускать не стали, зачем, если есть планшет? В нападение не сразу поверили, а как поверили, оказалось, что планшет полдня уже отключен. Зачем отключать служебный планшет? Спросите у Илая, его дурацкая затея.

Когда планшет внезапно включился и проявил трекер на карте Броктона, в СКП специалисты и Ополчение с ними заодно давно бегали по потолкам от напряжения.

Илай-Илай, с тобой, конечно, весело... но! Откуда и с каким талантом ты собираешь на себя всевозможные авантюры? И нам не скучно, угу. Мисс Пиггот нас с Оружейником зажарит и съест за расходы. Недёшев тинкертех, и в себестоимости тоже. Необнаружимый, незасекаемый, миниатюризация.

Мисс Ополчение снова захохотала.

Водитель бросил на неё короткий взгляд и сосредоточился на дороге.

Кто знакомится со свежеснятой квартирой под вечер, без вещей, в пыли и с разбитым затылком? Покажите на него пальцем, друзья! Лох месяца.

Ключ открыл не сразу, проворачивается кое-как. Дверь солидная, крепкая. Пожалуй, она самый ценный объект в квартире. Комната, кухня и санузел, больше ему и не надо, ещё и всё такое актуальное. Первым делом душ, затем закинул в ванну школьную одежду. Разработчик формы для Уинслоу знает своё дело: практичная, однотонная, можно стирать вместе. Покрошил мыла, пятачок коего обнаружен здесь же, на полочке.

Часть вещей предыдущие хозяева бросили. Посчитали, что везти дороже будет. А может в качестве компенсации за мусор, что тоже не убран. И было это давно, кругом пыль. Потому ищем веник. Веник-веник-веник... Ага! Нда-а. Ну хоть что-то.

На ужин, честно заработанный ужин сегодня коронное блюдо Илая Сэвиджа, гордость его и слава — кукиш. Глянем в шкафчик. Без масла. С перцем и кунжутом, коли уж совсем всё на стол. Есть вода из крана, с привкусом, но пить можно.

В зальчике диванчик со скрипом и древний телек, изображение норм, а звук с присвистом. Даже тряпок часть валяется. Мексиканская широкая шляпа, ну-ка! Нравится. Остальная одежда велика, а нет, вот ещё плащик удобный. Правда, Илая в него можно спрятать с концами. Но если подвернуть да подшить, буду почти как Зорро. Где моя шпага?

"- ...а мы возвращаемся к вечерним новостям. Прямо сейчас горит дом Алана Барнса. Семья авторитетного городского юриста не пострадала. Как ни странно, сам Алан категорически утверждает, что подозрения о поджоге несостоятельны.

— Здравствуйте. Ничего страшного. К сожалению, не страховой случай. Я всё равно планировал уезжать из Броктон-Бея. Нет-нет, никаких предъявлений претензий. Возможно, проводка, но ремонт был очень давно, так что мастеров ругать не стоит. Знаете, бывает просто пожар, без злого умысла...

— Спасибо, Алан! На пожаре работает три экипажа, ему назначена вторая категория. Имущество большей частью спасено. А мы переходим к обсуждению..."

"Не у меня одного вечер весёлый".

Илай упал на диванчик, поморщился от пыли и открыл планшет. Руки, вы меня слышите? Если меня потянет выключить планшет, бейте меня по заслуженной морде. Сильно. Чтобы в следующий раз верхней головой думал!

Впечатал "Чаты Броктон-Бей", а через них вышел на аккаунт Тэйлор, сразу соскочил в личку.

— Привет!

— Привет! (цветочки, розочки, улыбки)

— Ты как?

— Я дома, всё хорошо. Ты нормально дошёл? (вопросик)

— Да-да, всё в порядке. Никаких проблем.

— Точно? (подозрительный вопросик)

— Да точно говорю: всё норм. Домашние задания задавали?

— Их в Уинслоу сто лет не задают (хи-хи) Но завтра лучше не опаздывать — понедельник.

— Понял, буду знать.

— И... Илай! Завтра я в кино не пойду, дел полно дома.

Илай пощупал пустые карманы.

— Хорошо, понял.

— Пока! (поцелуйчики)

— Приятных снов!

Спать ещё рано. Телевизор слушать полезно, но смотреть незачем. В доме ни книжки, ни газеты. Чем заняться? Хотя как раз заняться есть чем, у меня же трофей с рынка, давай-ка я его посмотрю хорошенько.

И на трещиноватую лакированную крышку тумбочки лёг сувенир. Настолько простой, настолько невзрачный и непривлекательный, аж подозрительно. Итак, что там?

Чтобы нормальный чувак да не разобрал неведомую штуку странной формы! Ха! Если она вообще разбирается, то она обязательно... ага, прощупывание определило крошечный люфт, небольшой и чувствам заметный при некоторой концентрации. Скорее всего, открывается по дуге основы. Придётся приложить некоторые усилия. Как хорошо, что форма сложная. Мячик цельный так разобрать было бы непросто.

Цвиньк! Неужели сломал? Из дорогих игрушек эта будет самая короткоживущая.

Но часть отделилась нормально, не отпала, повисла на утопленном шарнирчике. А там! А там. А там... это чего такое? Цвет знакомый. Понял, это доллары. Были. Да, точно, это были четыре доллара по одному. Сын продавца хранил здесь заначку или карманные. Ну как хранил, пытался хранить. В небольшое пространство внутри штуки вложил четыре Вашингтона, раз-два сложенные пополам. Далее закрыл крышку, а её теми самыми президентами заклинило. Папе сказать не решился, значит не карманные. А может и карманные, но папины.

И более штучка не открылась. Более того, часть заначки размололо по краю. Потому доллары эти и бывшие. Теперь они пыль, символика повсюду.

Дунем! Кхы! Фу, блин, пылища. Не додумался дунуть скромнее, сам себе злобный пылесос. Заодно фрагменты долларов унесло прочь, надо будет подмести.

А здесь не пёрышки. Здесь прибор. Похоже на часовой механизм, пружинки, валики, зубчатки, источник питания. Древность штучки преувеличена, как понимаю, сувенирчик свежий под старину. По переплетению мечты стимпанкера взблеснули искорки, следом зашевелились механические части. Прибор работал.

— И это у нас... Оп-па! — Илай, внезапно заговоривший густым смоляным басом, дёрнулся, чуть не выбросил штучку, а лезть потом за ней под диван мало радости.

— Как же тебя назвать? — какой бас, какой бас, некоторые девушки паром бы писали! — Отбросим сложные словечки и не будем приставать к планшету. Будешь вокодер!

Судя по молчанию, прибор против не был. Вот и лады. Свеженаречённый работал нормально, топлива не требовал и был ничем иным как тинкертехом. Откель его занесло в Броктон-Бей и накель, гадай до бесконечности, и легенда продавца сойдёт за версию. Как он там сказал при продаже? "Один человек может перенастроить только раз". И характерно потряс.

Илай взял прибор и небольшим движением тряхнул. Подождал, наклонил голову, погрузился в размышления. Торопиться с поломкой не стоит, жаль, мануала нет, и желательно с картинками, кто знает, из какой Вьетнамской Африки вокодер сюда принесло, сколько рук он прошёл. Снова тряхнул, в ожидании.

Что я делаю не так? Взял? Взял. Тряхнул? Тряхнул. Но не закрыл.

Захлопнул крышку с нежным приятным звяньком, словно соловьи столкнулись лбами.

Тряхнул, и на этот раз над вокодером проявилась менюшка, голограмма. Ух ты как много написано, хороший такой абзац, шрифт чёткий, красивый, ровный, каким только могут быть неизвестные иероглифы. Однако, тинкертех мог работать с любым, даже со случайным Илаем. Прямо среди головы проявилась мысль:

— Перенастройка? Да, нет.

И чтобы вокодер убрал агитацию за прогресс, хватило мысли "да".

— Попытка исчерпана! — с ноткой ехидства сообщил голос внутри головы.

— И что? — на этот раз голос нашего героя прозвучал как мяукающий, нечеловеческий, в то же время понятный.

— Прикольно! — обрадовался Илай, но громкий мяук был слишком.

Парень отложил игрушку. Всё это было интересно, весело, руки сами тянулись поразвлечься. Не время и не место: залипух в мире тысячи, все не переиграешь. Не положено легко перебило хочется и можется.

Текущие проблемы решены, поздний вечер намекает на тёмный приквел. Осталось...

Живот забурчал. Организм потратил много энергии и был недоволен неуместным воздержанием.

Нет, так дома не насидишься. В других условиях, в другом мире гулять было бы глупостью или даже мальчишеством. Здесь же затылок зажил. А хищников города Илай не боится, он сам хищник. И во второй раз на мысленный затор не попадётся. Опыт, ага, сын ошибок.

Решено! Схожу-ка я погулять!

Илай натянул ту самую большую мексиканскую шляпу на дурную голову, прикинул узкие очки а-ля Нео, плотный плащ — с надеждой, что он мужской, разбери их ещё. Уже от дверей вернулся и накинул на шею вокодер, загодя придирчиво осмотрев верёвочку, на диво чистую и ладную.

Броктон, ты меня стукнул по голове! За мной должок.

Вечерний город шумный, как и в любое другое время суток, но пуст. Согласен, звучит не очень, однако правда на полную — шум есть, а издающие его на глаза показаться не спешат. Сумрак не сгустился до конца, совсем темно и не будет, потому погрызенные временем и хулиганством углы, стены в знаках банд приобрели романтичность, если не сказать загадочность. С элементами нуара. Далеко тоскливый перелай и автодвигатели.

Илай скользил по улицам вдоль стен, запоминал, оценивал, отслеживал. Улица за улицей съедались лёгкими неслышными шагами. Скоро ночной дозор начнут бомжи в поисках чего оторвать и загнать скупщикам. Кризис многолетний, но городок-то юсовский, в этих домах ещё много чего мало-мало ценного. И даже кирпичи имеют ценность. Впрочем, мелкое и дорогое собрано основательно, остальное требует сметки и труда. Труженики из бомжей те ещё.

От смутной опасности Илай прижался к стене. По небу пронеслась тень, скользнула и исчезла. Итого три вопроса: кто это был из кейпов, куда он направлялся и какая разница. Третий вопрос наиболее актуальный.

Парень продолжил путь. Мигнул свет. Фонарик или мобильник, а уж скорее замыкание. Пёсик пробежал по своим делам, никак с Илаем не связанным.

Попутно юноша соображал насчёт задач патрулирования, кажется так это называлось на Парахумансе. Предотвратить преступление, освоиться в окрестностях. Вторичная задача — найти пожрать или купить пожрать. Желудок буркнул, и тон его был матерный. И не возразишь же!

Всё чаще попадаются граффити АПП. Узнаваемый дизайн.

Снова шум двигателя, рывками, машина старая, преобладающий типаж. Сразу следом разговоры, короткий спор, болтают группой.

Илай сделал выводы из бесконечных полудвориков и пустых зданий. По кварталу умнее идти крышами, они почти сплошные. Несколько рывков руками, упор ногой, по таким домам рельефным лазить одно удовольствие, бежать по крышам с перекатами другое, следить за дырками под ногами, чтобы спуск не был предельно шустрым — совсем не удовольствие.

Перед площадкой юноша замер на крыше рядом со здоровенной и на удивление целой при всей ржавчине водосточной трубой. Просматривалась площадка с признаками древней открытой автостоянки перед офисным центром. Группа азиатов грузила небольшие, очевидно ценные прозрачные мешки с порошком. Работали активно, спину гнули обречённо, никто не сачковал. Лишь один стоял и смотрел, крепкий, уверенный, от одного его вида у погрузчиков открывались все дыхания вместе.

"Почему я не сомневаюсь в сути груза?" — вздохнул Илай, вопросы в никуда хорошо помогали настроиться на активность. Глаза зорко отмечали путь поближе, тёмные углы для маскировки, укрытия.

Торопиться незачем, погрузка в самом разгаре, видавший виды, но бодрый в звучании грузовичок вместит куда больше. Вряд ли участники АПП склонны кататься на пустом транспорте. Не тогда, когда рядом сам Лун. Узнаётся: в джинсах, из-за четверть оборота выглядывает край железной маски.

Желудок заурчал, напоминая об обещаниях и обязанностях головы. Водосточная труба помогла — получилось громко.

Азиаты замерли и заозирались.

— Рычит кто-то! — громко сказал самый мелкий и следовательно самый боязливый.

Взгляды обшаривают всё кругом. И только взор самого Луна безошибочно направлен на место, где укрыт Илай.

А он несколькими короткими перепрыгиваниями по домовому декору спустился вниз.

— Ты кх-то-о? — голос Луна не враждебный, больше безразличный.

— У меня есть цель, важная цель. Ты мне поможешь? Я рассчитываю на тебя... — от мяукающего голоса рядовые азиаты попятились.

Уж очень похоже на кейпа, признаки один в один. Неизвестного кейпа, коего опасаться не грех. Кейпа, который не боится самого великого Луна. Если Лун с ним разберётся, не стоит стоять на пути подслеповатого в боевой форме дракона-бульдозера. Если не разберётся, тем более расстояние лучше.

— Ушже готов к с-смерти? — Лун был не склонен сомневаться, и без того тем для размышлений хватает.

Мягким скользящим шагом неизвестный приблизился.

Лун досадливо цыкнул на новую футболку, разодранную горячей чешуёй в дымящийся тлен. Рыкнул громко, эхо пробежалось по стенам и проёмам окон в мгновение затихшем городе.

— Или твоя тс-сэль битьс-ся?

Взмах руки и рядовые бойцы АПП бросились в драку, Луна они знали и опасались больше. Кто-то заскочил в подъезд за оружием, опасливо, так как Лун рядом с собой огнестрел терпел при необходимости, но не любил.

Меньше всего азиаты ожидали, что кейп бросится вперёд. Он влетел в толпу вопреки всем неписанным правилам боя одного против многих, растерянность не продлилась больше нескольких вздохов, за это время Илай успел положить всех. Как учил инструктор морского спецназа. Резкие движения, непрерывность, тяжёлые удары локтями в корпуса врагов — сильные удары, аж отзвук глухой от тел. Встанут не сразу, не все вырублены, но потеряли возможность драться.

Затем Илай сместился в сторону. Общеизвестная истина: Лун в бою сносит всё и всех. А подставлять бойцов АПП под пяту своего огнедышащего босса с одной стороны и правильно, а с другой — не очень. Нечестно в некоторой мере.

Скачок в стену и уход под руку дракона, хотя какую руку, это уже лапа, и чем дальше, тем больше. Хруст камней с цементом, выворачиваемых из угла, брызги щебёнки. Илай на выдох метнул снизу куском арматуры. Как и следовало ожидать, огненное дыхание Луна порешало. Отвлечение не удалось, план был выиграть чуток времени и переместиться ближе к грузу. Но дракон дохнул огнём и вместо куска железного прута получил в глаз раскалённый кусок железного прута.

Рёв! С визгом и скрежетом когтей по бетону стоянки. Лун подрос, шаг его замедлился и набрал общественного веса. Ерунда, следующий его бросок был мгновенным! Дракон может быть быстрым, очень быстрым. Но не очень точным, тут и глаз, и сумрак, и в целом скидка на боевую форму, менее способную к нетривиальным задачам.

Грузовичок в смятом состоянии полетел прочь, оставляя за собой самую щедрую и длинную полоску порошкового груза в истории человечества.

Новый бросок в сторону врага! И выскочившие из дверей двое с оружием получили редкую возможность наблюдать буйство великого дракона рядом с собой, а потом и на себе. Пролом в стене просуществовал недолго, стены просто сложились. На таких буйных клиентов они при строительстве не затачивались. Что ж, это была одна из баз АПП.

Илай как рачительный новый хозяин подобрал с земли пачку баксов, а чего ей лежать попусту? Пыль, грязь, бактерии, драконы!

— Ты будеш-ш-ш дратьс-ся? — рыкнул чем-то недовольный Лун, снова прирастая в фигуре и талии. Жар от него нарастает и всё менее уютен.

— А зачем? Ты уже всё сделал сам. Я не зря на тебя рассчитывал!

Илай демонстративно осмотрел обломки и огрызки стоянки.

От одного мяукающего голоса врага дракон осатанел. Глаза покраснели, затем побелели и воздух у шкуры могучего кейпа задрожал, расходясь пылающими волнами. Погнутый ствол под ногами хлопнул выстрелом никуда и оплыл.

Юноша перепрыгнул заборчик чуть выше своего роста, но вместо убегания по прямой немедленно повернул направо и рванул изо всей силы под прикрытием того самого заборчика.

От жестокого удара две секции заборчика хлестнули щепочным дождём. Дракон уставился в открывшееся пространство, с удивлением обнаруживая, что там никого нет. И налево (обернулся) никого нет. И даже направо уже никого нет. Нигде никого нет. Лун подвигал большой головой, осматриваясь. Всё равно никого.

Обернулся и поперхнулся собственным дымом. База разнесена в клочья, грузовик всмятку, груз весело пылает и горит.

— Отыщ-щу! — буркнул он.

Постепенно приходя к выводу, что когда вину сложить не на кого, остаётся принять горькую правду.

Уже в конце квартала развеселившийся Илай бежал ходко и успевая скрадывать шаг.

"А ничего так из меня кейп получился! Результативный!"

Не прекращая бег. Держаться от Луна подальше, можно сказать, директива СКП. И Илай, как осторожный и законопослушный кандидат в оперативники, не собирался нарушать правило теперь. Особенно теперь.

Лишь в полукилометре он приостановился и запрыгнул в случайное окно на втором этаже старого бывшего жилого дома, подтянувшись перед тем на остатках балкончика.

В казавшейся большой пачке, чуть ли не чемодане с деньгами, не более десяти тысяч с большим оптимизмом. Не миллионы, да. Это вообще свойство денег: в пачке их почти всегда меньше ожидаемого. И желаемого.

И всё же это деньги, на которые можно купить пожрать.

Гамбургеры и сладкая до оскомины газировка вредные, но вкусные. Илай вгрызался в нежное тело булочки, кусал котлету, радуя жадные глаза каплями соуса на пол. Монограмма на упаковке незнакомая. Красивая, буковки сплелись как лианы на болотах Индокитая. Упаковка прозрачная, с изображением довольного жиробаса и девушки в оргазме, иначе выражение её симпатичной мордашки не читалось. Говорят, пакеты со жратвой в Америке хитро открываются сбоку, возможно, Илай просто порвал его, так быстрее и веселее.

На будущее: надо закупить продуктов в холодильник и постараться не до конца испортить их в кулинарных экспериментах. Купил бы и сейчас, однако в ночном магазине, а их в Броктоне почти нет, металлические решётки отделяют продавца от покупателей, к тому же предлагают ночью купить только ходовую еду и выпивку. Слишком частые ограбления, слишком редко полиция приезжает вовремя. Никто не будет искать на полках непредусмотренные ночными продажами пакетики.

Третий гамбургер не доел. Глаза жадные, а желудок больше необходимого не примет без привычки.

Илай вымыл руки, оттирая жир жёсткой тряпочкой. Вернул обмылок в мыльницу. Как много предстоит купить!

Телевизор так и болтал на краю осмысления. Вдруг что полезное. Сейчас шёл ночной сериал. Туповатый.

Одолевали мысли. Кейп-авторитету начало положено. Илай неплохо себя показал. Приобретены денежки на первое время, а также враги. Именно так определял нормального человека майор Тёсов: у него есть друзья, враги и цель. Друг — есть, Тэй вызывает опасения как девушка, но как личность пригодна в союзники. Раскрыть ей часть карт, и Тэй обязательно поможет в оказании поддержки Клементс. Мэдисон пока произвела впечатление никакое, но это сейчас, есть резерв времени, всё может измениться и изменится. Сцена кейпов меняется быстро, одни уходят, появляются другие, каждую неделю сообщество кейпов обновляется, через год-два не узнать.

Так и Мэдисон. Её предстоит стать великим героем. Плохо лишь, что в связи с будущим могуществом к ней даже подойти близко лишний раз нельзя. Чтобы не испортить всё. Остаётся держаться рядом, готовиться стать ей соратником и щитом. Вместе с Тэй. И да, мы справимся, мы обязаны справиться.

В другой роли Илай себя не видел. Он солдат, хороший солдат, но не более того. Он не офицер воодушевлять, не генерал планировать, не интендант обеспечивать. Илая учили сражаться и побеждать. Он прошёл полсотни боевых миссий, неплохо для пятнадцати лет! И никогда не руководил даже малой группой.

Весёлый день прошёл, спать не хотелось совершенно. Да и не страшно, прошлой ночью в СКП выспался. Потребность в отдыхе снизилась. Для ведущих кейпов ни о чём, но для подготовленного подростка более чем.

Шаг за шагом Илай вспоминал события дня, давал оценку своим решениям. Каждый раз оценка получалась достойной, ну, не считая поцелуй и ограбление. Тут провал.

А ещё юноша вспомнил вдруг странное головокружение перед рынком. Что это было? Хроническая усталость, а то ещё запоздавшая реакция на приложение мышечной силы? Может ли быть влиянием девушки рядом? А вдруг это внезапный псионический удар? Нет, тогда и Тэй бы упала. Направленный? А зачем его наносить по Илаю и не воспользоваться случаем?

А вдруг это... Илай резко пошевелился. Вдруг это применение способности? Тогда какой? Перья и чешуя не отросли, сила всё та же, родная, честно наработанная. По небу не летал, мысли не читал, умения строить звездолёт из какашек не получил. Фальцета в голосе не приобрёл, слава небесам.

И что приобрёл, так это вокодер. Хорошая, полезная штука. Не триста баксов она стоит. По голосу не вычислят, без вокодера могли бы. У Илая пол-СКП знакомых, нашли бы за час. У них приборов много, и неписанными правилами герои при власти себя навряд ли ограничивают. Негосударственное это дело — дотошное исполнение законов. По крайней мере, за пределами пиара.

Только наивные думают, что герои безупречны. Тэй точно так думает, есть в ней идеалистические черты, тяжёлые последствия самовоспитания. В мечтах девушки божественный Оружейник охапками несёт справедливость и демократию. Ну как такой герой способен пукать, он же героический!

Так в чём же дар? Илай стал восстанавливать минуты по секундам. Раз за разом. Определил возможную затравку — пожелание покупки. Потом — мелькание перед глазами. Потом затмение, слабость, как будто груза нагрузил на плечи. Или силы потратил по донышко.

Что за сила? Удача? Ага, особенно с ограблением потом удачно получилось. Везунчик, блин.

Но силы потратились? Потратились. Следует искать чего приобрелось.

Илай извлёк из кармана потёртый дайм. Покрутил в пальцах, любуясь рельефом. Покатал на пальце другим. Вдохнул — выдохнул, вдохнул — выдохнул.

— Орёл!

Подбросил вдруг вверх, следя за полётом во вращении.

Вот оно! Перед глазами мелькнули буквы. Рука поймала монетку.

Кто терпеливее солдата, того на свете нет и не было. Солдат обязан быть выносливым и терпеливым. Снова и снова Илай подбрасывал монетку, привыкая к чувству с буквами, обучаясь вызывать его, приспосабливаясь тратить меньше сил, ни капельки лишней.

Пока не успел прочитать надпись.

"Вероятность выпадения орла — 68%".

Кхм, почему не пятьдесят? Илай повернул в пальцах дайм, обратил внимание на истёртую решку. Понял.

"А пусть-ка будет сто!"

В следующем броске всё те же шестьдесят восемь.

"Сто!"

Шестьдесят восемь.

Что не так?

Ещё раз!

Бросок! "Сто! До ста! К ста! Двигай!"

Ещё раз. Под самый потолок.

"Увеличить!"

Циферки в надписи побежали вверх до ста. И пробег их подконтролен, Илай ощущал, что может остановить мельтешение в любой момент. Силы чуть-чуть поубавилось.

Орёл! Орёл! Орёл! Хватит. Как это работает, понятно. Что ж, интересная особенность дара. Наивный человек подумал бы, что он теперь супервезунчик. Солдат ищет подвох во всём, и находит, что характерно.

У способности должны быть ограничения. Желательно неведомые для врагов и плотно изученные для себя.

Большой усталости нет, лёгкое недомогание, едва чуемое.

Сотня попыток, теперь все с орлом. Нужна статистика. Она набралась и сообщила: влияние на вероятность работает, когда вероятность уже есть. Подбросил монетку — и загадывай. Можно ли ранее? Можно, но за небольшой промежуток времени, и стоит такая услуга много большим тарифом.

Потому и обморок. Они даже до рынка не дошли.

Подброс монетки с закрытыми глазами вновь увеличил цену. Новые эксперименты добавили знаний. Способность работала в пределах чувств, во всяком случае пока. Не знаешь о событии, не можешь и воздействовать. Логично и обидно. Особенно хорошо получалось со зрением.

Навалилась усталость, тело отяжелело, веки сами собой пытаются схлопнуться. Дыхание сложное.

"Как цемент грузил". Нет, своего такого опыта нет, но наслышан.

По телевизору уже другой сериал. Такой же в точности.

Теперь спать. До подъёма часа 3-4, хватит глазам отдохнуть.

В полседьмого подъём. Разминка, остаток ночного гамбургера, санитарные процедуры.

Сайт школы работает. На занятия к десяти тридцати, куча времени. Извинения, что на прошлой неделе пришлось учиться в субботу и воскресенье. Вот всё так в США напоказ, две трети учащихся не пришли, а извинения администрации на месте. Комментарии в духе "главное, чтобы это не стало недоброй традицией".

Стук в дверь, быстрый, лёгкий, долгий. Подивившись, кого это принесло с утра пораньше, Илай открыл дверь.

Сосед пришёл, молодой — лет двадцать плюс недосып, лохматый, уверенный, что сейчас вечер. Прорвался на кухню, в монологе три раза представился Томасом, съел последний гамбургер из надорванной упаковки, взаимен оставив пустую банку из-под пива.

Илай ощущал себя в односторонней беседе как перед цыганами: так быстро всё, так насыщенно, что не успевает ни соображать, не вставить полсловечка, ни поздороваться. В процессе знакомства своё имя не сообщил, никак не вклинился.

Томас поделился информацией о соседях. Надо сказать, информация была одиозная и своеобразная. Так, соседи по площадке "там" не любили страусов, соседи "тут" часто готовили мясной пирог, старушка наискосок держала четыре кактуса и часто звонила племяннице, тогда как мистер и миссис Таммер переехали на лето в пригород и больше не переживали проспать к любимой передаче.

Сосед рассказал, что у него собственный производственный экологический стартап. С новыми присадками в бензине содержится очень вредный металлический осадок. Так вот этот осадок сам по себе терпимый, но в большой концентрации запредельно токсичен и отравляет почву тысячами акров. Компания разработала фильтры, которые забирают вредность в себя. Сплошная польза!

— А потом фильтры перерабатываете? — Илай спросил, а потом едва не хлопнул себя по губам, ожидая нового беспорядочного словоизвержения.

— Да нет, они опасны в переработке. Так что их собирают и складируют на специальных свалках.

— То есть, вы их сами и концентрируете? — удивился Илай.

— Но это же уже потом, после израсходования бензина. Значит, другое дело. А ещё государство признало наш проект высокоэкологичным. Нам доплата полагается.

Илай подивился логике стартапера и государства, но решил не вмешиваться в счастье соседа. Незачем ссориться. К тому же вполне возможно, что он что-нибудь не понимает. Или, что ещё хуже, всё понял правильно.

В любом случае он вежливо вытеснил словоохотливого соседа за дверь.

Пора в школу уже.

Добро пожаловать на Парахуманс.онлайн

Вы не зарегистрированы

Вы можете просматривать незакрытые темы

Темы в порядке активности

Форумы — Обсуждения — Броктон-Бей

Тема: Битва Луна и непонятного. У нас новенький?

Страница 1 из 3

Бывалый_бык (автор темы), создано 2010-10-12, 03:18

Как известно, город видит всё. 2 часа назад в сеть попали 4 ролика о битве кейпов, один из них снят на древний Сатти-150 с ноль три мегапиксела, так что роликов 3,5.

Лун бился с неизвестным кейпом! Попутно разрушена база АПП. Среди пешек АПП есть пострадавшие и, кажется, погибшие. Новый кейп поблагодарил Луна за посильную помощь в разгроме базы и без проблем ушёл прочь.

Что о новеньком известно: не очень крупный, разговаривает с мяуканьем. Двигается быстро. На втором ролике мы видим, как он спускается по стене — прыгает туда-сюда и внизу! Дерётся быстро, разбрасывает косяк азиатов как кегли. После боя ушёл так, что Лун его не догнал. Прикиньте, Лун не догнал! К сожалению, нам не видно, чем он ударил Луна в конце 2-го ролика, но дракон пошатнулся и ревёт, это было больно. А теперь прикиньте, кто у нас из паралюдей может вдарить Луну и уйти непоражённым?..

Кто это был? И ради пророка, пусть он будет героем!

Еньсо, 2010-10-12, 03:30

Драться он умеет! Случайно оказался недалеко. У нового кейпа хорошо видны острые кошачьи уши, когти по 3-4 дюйма и серая шерсть. Двигается бросками, почти прыжками. Говорит странно, иногда шипит и сгибается, словно вздыбливает шерсть.

Невысыпашка, 2010-10-12, 03:31

Так вот что за шум и зарево были! Вот ролик из-за крыш (ссылка).

Новый герой — котик. Это так мило =) А что он любит есть?

Ковбой пустоты, 2010-10-12, 03:34

АПП нашли способ показать нам своего нового кейпа! Даже не сомневайтесь, теперь наш город станет местом битвы! Баланс нарушен.

Бывалый_бык (автор темы), 2010-10-12, 03:39

С чего ты взял, что он из АПП? Вдруг это Дело 53?

Ковбой_пустоты, 2010-10-12, 03:41

Да он же кот! И умеет драться! Какие вам ещё нужны доказательства, что он из Азии?!

Невысыпашка, 2010-10-12, 03:45

Не улавливаю связи О_О

Бывалый_бык (автор темы), 2010-10-12, 03:46

И не уловишь. Когда это Ковбой_пустоты заморачивался здравым смыслом? =)

Ковбой_пустоты, 2010-10-12, 06:12

АПП собрались захватить Броктон! А потом весь штат! Это начало большой войны! Теме уже 3 часа, почему не реагирует Протекторат! Они проедают наши налоги!

Штурм (подтверждённый кейп), 2010-10-12, 06:18

Пишу из осаждённого бандами управления СКП Броктон. Антенны сбиты, персонал понёс большие потери, пролом у центрального входа закрыт баррикадой. Долго мы не продержимся. Да здравствует демократия!

Невысыпашка, 2010-10-12, 06:19

О_О Он это сейчас серьёзно?

Оружейник (подтверждённый кейп), 2010-10-12, 06:20

Мистер Штурм, немедленно прекратите ваши шутки! Это грубое нарушение регламента

Штурм (подтверждённый кейп), 2010-10-12, 06:23

Я вступаю в последний бой! Меня только что сильно ударили по голове шпртшшшшшшшшш

Батарея (подтверждённый кейп), 2010-10-12, 06:24

И ещё раз ударю! Свали лучше от пульта, пока я тебя совсем здесь не прибила!

Этот придурок придуривается! Как всегда. Никаких осад нету. И управление СКП невозможно осадить с дороги, оно в заливе находится!

Невысыпашка, 2010-10-12, 06:27

Стукните его там ещё раз за меня, пожалуйста. Я чуть не снеслась здесь от страха =)

Батарея (подтверждённый кейп), 2010-10-12, 06-28

Заказ принят с удовольствием.

Исполнено =)