Триада (гет)

— У тебя что, со зрением проблемы? — прорычал Ланфорд прямо в лицо Керанэн, которая лишь хмурилась, уставившись куда-то в землю. Затем она тихо и обречённо вздохнула и пробормотала неискреннее: «Извините», наблюдая, как старый ворген притаптывает загоревшуюся траву возле абсолютно нетронутого манекена.

— Или ты делаешь это специально, или я попусту трачу время, — продолжал ворчать Ланфорд.

«Что-то между», — мрачно подумала Керанэн, но вслух ничего не сказала. Разумеется, промахнулась она вовсе не специально, однако результат её не расстроил, а, скорее, наоборот. Кера надеялась, что ещё парочка подобных промахов и её наконец перестанут пытаться научить тому, что ей не поддаётся и что (по её собственному мнению) ей совершенно не нужно.

Причитания старого воргена были прерваны злостным протестующим шипением женщины вида не менее злостного, хоть и по-своему изящного. Та бросила Ланфорду что-то о его бесполезности и что он может быть свободен и направилась к Керанэн, пока ворген сперва хмуро покосился на новоприбывшую, а после, всё же удовлетворённый таким исходом, ушёл.

Кеция Ардерн была довольно известна в некоторых кругах. Тех, куда входили люди, не особо принимаемые в широких массах, будь то чернокнижники или другие колдуны, занимающиеся изучением различной тёмной, демонической и разрушительной магии, а иногда и некромантии. Кеция славилась как силой, так и амбициями. И, как это часто бывает, в своей единственной дочери женщина видела своё прямое продолжение, а потому от Керанэн также ожидались сила и стремление к ней.

Однако ожидания эти были обмануты.

— В чём дело? — строго спросила Кеция у дочери.

Керанэн тут же устремила взгляд вниз, глядя куда-то на землю возле ног, и постаралась навести на себя самый несчастный и уставший вид, какой только могла.

— Мне… нездоровится, — тихо проговорила она.

Конечно, Кера знала, что обманывать её мать — игра с огнём. Но она делала это достаточно редко, чтобы у Кеции не было причин для подозрений.

Прошло буквально несколько секунд напряжённого молчания, прежде чем Кера смогла расслабленно выдохнуть.

— Хватит с тебя на сегодня, — махнула рукой её мать. — Можешь идти домой. Доберёшься сама?

Керанэн тут же закивала головой, а после слишком уж энергично для той, кому «нездоровится» поспешила покинуть тренировочное поле. Впрочем, судя по тому, что никто её не остановил — Кеция прекрасно поняла, в чём было дело в действительности.

Домой Керанэн не пошла.

Едва покинув Квартал магов и выйдя на торговую площадь, она увидела Тэйна Соннелора. Тот полулежал на земле в окружении нескольких разбросанных книг и своей неизменной спутницы — серебристой трости, — пока люди шли мимо, либо не замечая его, либо сознательно обходя, словно прокажённого.

Насколько знала Кера, Тэйну едва перевалило за тридцать. Однако его здоровье было слабым с рождения и занятия тёмной магией скорее усугубляли ситуацию. Поэтому он уже ходил, опираясь на трость, был тощим, словно скелет, а в чёрной шевелюре виднелась седина. Вокруг тусклых серых глаз были синяки от постоянной бессонницы, а сам он периодически кашлял кровью, пугая до ужаса любого, кто находился с ним рядом в этот момент.

— Тэйн!

Керанэн сразу же бросилась к мужчине, старательно игнорируя презрительно косящихся прохожих. В отличие от Кеции Тэйн был известен не за силу, а за знания, но также обладал репутацией «проклятого», выходящей далеко за пределы определённых обществ.

— Тоже мне, — тихо пробурчала девушка себе под нос, пока поднимала тяжеленные тома, попутно задаваясь вопросом, как Тэйну вообще удалось удержать их в руках. Таких как он или сама Кера осуждали за сам факт владения «неправильной» магией (или за тщетные попытки ею овладеть). Как они ей распоряжались, почему они к ней пришли и чего желали добиться никого не волновало, — они уже были неправильными.

— Ты разве не должна быть сейчас с Ланфордом? — наконец прохрипел Тэйн, более-менее восстановив дыхание.

— Неважно, — тут же отмахнулась Керанэн, не желая в очередной раз жаловаться на свои провалы. В последнее время это происходило слишком часто.

— Ну и что случилось на этот раз? — всё же начал свои расспросы мужчина, когда они с Керой уже сидели в гостиной его маленького полуобветшалого дома на окраине Штормграда.

Керанэн в это время пристально всматривалась в принесённые книги, абсолютно не вникая в содержимое, а пытаясь упорядочить свои мысли и тревоги, прекрасно понимая, что Тэйн от неё не отстанет, да и разговор с ним, возможно, в некоторой степени поможет ей, как это было всегда.

— То же, что и в прошлые, — вздохнула она, а после кратко пересказала утреннюю тренировку.

— Ты ведь разговаривала с Кецией по этому поводу?

— И не один раз, — младшая Ардерн невольно скривилась, вспоминая все свои разговоры с матерью, что всегда шли по одному сценарию. — Она считает, что раз я её дочь, то я должна быть способна на то, на что способна она.

— При всём моём уважении к этой женщине, её упорство порой абсолютно не к месту.

Потирая переносицу, Тэйн устало откинулся в своём кресле, на выцветшей обивке которого виднелись следы от кошачьих когтей. Кера даже не помнила, что это был за кот и видела ли она его вообще.

Тот факт, что посторонний человек волнуется о её мнении гораздо больше, чем родная мать, вгонял в уныние. Пусть Керанэн и знала его уже половину своей недолгой жизни, любя и воспринимая Тэйна как дядю, вечно спорящего со своей «старшей сестрой» о том, что лучше для его «племянницы». К тому же их знакомство произошло с подачи Кеции, что увидела новую возможность для своей дочери показать себя, — вдруг у неё получится стать укротительницей и призывательницей демонов. Стоит ли вспоминать, как призванный не без помощи Тэйна бес подпалил чёрные волосы Керы и сбежал, успев немало набедокурить, прежде чем попасться. Сейчас, спустя почти семь лет, глядя на чёрную густую длинную косу девушки, доходящую до пояса, сложно сказать, что когда-то она ходила с волосами длиной с собственный ноготь.

Когда на улице уже стемнело, а Тэйн начал мерно похрапывать в своём кресле, Кера поняла, что пора возвращаться домой. Стоит ли придумать достоверное оправдание для матери, почему она не пошла туда сразу, или рассказать всё как есть, она ещё не решила.

Забрав у Тэйна лежащую на коленях книгу, накрыв его найденным в шкафу пледом и написав ему на всякий случай записку, Кера поспешила покинуть чужой дом и отправиться в свой.

По пути она перебирала возможные варианты предстоящего диалога с матерью и свои возможные оправдания. Высказать все свои настоящие мысли и переживания Керанэн уже не мечтала, — каждый раз она прокручивала в голове этот свой монолог, но когда доходило до дела, то не могла сказать и половины уже заученной речи. Был это страх или что-то иное она не знала, а лишь надеялась, что что-нибудь изменится, когда она станет старше.

Иногда Керанэн бывала наивной.

* * *

На свой пятнадцатый день рождения Керанэн Ардерн получила от своей матери в подарок книгу по демонологии. Толстенный том с таким большим количеством разносторонней и местами весьма редкой информации давал понять, что в её поиске не обошлось без того же Тэйна, личная библиотека которого насчитывала сотни книг по самым различным магическим искусствам.

За три месяца Кера прочитала десять страниц, из которых запомнила ровным счётом ничего.

За те же три месяца она сшила себе два простых длинных закрытых платья из чёрной поплиновой ткани с вышитыми на них тёмно-фиолетовыми витиеватыми узорами, в которых не было какой-либо упорядоченности, — они были так же хаотичны, как мысли Керанэн касательно себя и своего будущего.

Вышивание требовало некой сосредоточенности, что помогало Кере отвлечься от своих мыслей. Однако полностью они её так и не покидали и иногда этот роящийся змеиный клубок выползал на поверхность. Одна змейка шипела о том, что она разочаровывает мать и должна продолжать стараться. Другая шипела о том, чтобы сбежать. А третья шипела о том, что с Кецией нужно поговорить и объяснить ей, что Керанэн — не её мать, и она хочет выбрать свой путь сама. Что не всем нужно быть сильными и влиятельными для счастья, и не всем это дано. Но четвёртая змейка издевательски смеялась, что это бесполезно.

Была и ещё одна змейка, завистливая и раздосадованная. Она не понимала, почему у неё не получается то, что так легко получается у других.

И всё же надежда продолжала теплиться. Надежда, что спустя ещё несколько лет безрезультатных тренировок Кеция смирится с неодарённостью своей дочери, и Кера сможет пойти дальше. Например, она могла бы стать портнихой, воплощать в жизнь чьи-либо маленькие желания или собственные идеи, зарабатывая на жизнь тем, что ей нравится. Поселиться в маленьком домике в Элвиннском лесу недалеко от Златоземья, с собственным маленьким садом и собакой, которая будет грызть едва проросшие цветы, но на которую не получится слишком долго злиться. Может быть, однажды выйти замуж за такого же простого человека, который будет любить её достаточно сильно, чтобы не обращать внимания на периодически проявляющуюся меланхолию, когда Керанэн будет думать об упущенных возможностях и о том, что, возможно, она добилась бы большего, если бы была чуть талантливее или везучей. А потом у них родится дочь, в которой Керанэн будет пытаться раскрыть что-то большее, чем есть в ней самой, в надежде не дать той повторить её ошибку и не пожалеть о выборе скучной однообразной жизни, где дни похожи друг на друга и душит рутина.

И она начнёт вести себя точно так же, как её мать, которую порой она, кажется, даже ненавидит за такое давление. И дочь Керы точно также будет ненавидеть её…

— Ай!

Девушка приложила уколотый палец ко рту и тут же почувствовала на языке лёгкий привкус крови. Кажется, она слишком глубоко ушла в себя.

Последнюю неделю Кеция почти не появлялась дома и не заставляла свою дочь ходить на занятия к Ланфорду, чем Керанэн, разумеется, пользовалась и из дома наоборот почти не выходила. А в редкие походы за продуктами или в гости к Тэйну она успела наслушаться, как люди шепчутся об ужасном разрушении Терамора Ордой и о нападении их флота на флот Альянса, на одном из кораблей которого, к тому же, находился и юный принц Штормграда Андуин Ринн. Некоторые даже заведомо успели мысленно похоронить его и пожалеть короля Вариана. Так это было или нет, но неизбежность конфликта была очевидна.

Кера посмотрела на свой палец, из которого маленькими капельками продолжала сочиться алая кровь. Кажется, смысла раздумывать над своим будущим не так уж и много, когда твой мир в любой момент может рухнуть под гнётом очередной войны.

За пределами Штормграда Керанэн была лишь однажды. Два года назад Кеция взяла её с собой в Даларан. Кере тогда было всего тринадцать, и огромный парящий в небесах магический город завораживал и пугал её одновременно. Она была в восторге как от шпилей Аметистовой цитадели, что задевали облака, так и от самых обычных вещей, зачарованных магией, вроде мётел, которые сами по себе подметали мощёные дорожки города. И в то же время она ощущала себя невероятно беспомощной и потерянной, глядя на толпы снующих вокруг могущественных магов, у которых одна лишь осанка говорила об их уверенности в себе. Она завидовала их знаниям и одарённости, завидовала тому, что у них было своё место и призвание. Она не могла даже представить, что когда-то с ней сможет произойти что-то подобное.

А теперь Керанэн находилась на одном из кораблей, плывущих в неизвестные земли, и пыталась понять, что в голове у её матери, которая без малейших колебаний взяла собственную дочь в столь опасную экспедицию.

Кроме того, она волновалась за Тэйна. Саму её особо не укачивало, да и в целом она чувствовала себя неплохо, а вот Тэйна морская болезнь подкосила в первый же день, из-за чего его и без того болезненный вид стал ещё хуже. Кера боялась, что даже если ему и удастся пережить это плавание, то вряд ли ему хватит сил на возвращение в Штормград.

— Тебе всё же стоило остаться дома.

Керанэн сидела возле койки мужчины, вглядываясь в его осунувшееся лицо, которое уже напоминало просто череп, обтянутый бледно-зеленоватой кожей. Тэйн почти не поднимался с неё, редко ел, а ещё реже эта еда не выходила у него обратно через несколько минут. Его здоровье хоть как-то старались поддерживать некоторые жрецы (хотя Кера видела по их лицам, что они не очень-то этого хотят).

— Как и тебе, — тихим хриплым голосом ответил Тэйн.

— Ты же знаешь, что это мамина идея.

Керанэн вздохнула. Их флот направлялся на запад, к ранее неизвестному материку, возле которого и случилось столкновение кораблей Орды и кораблей Альянса, на одном из которых находился принц Штормграда. Они уже плыли две недели, и Кера лишь надеялась, что они преодолели хотя бы половину пути, так как даже примерного расстояния до этих новых земель никто толком не знал. “Небесный огонь” отправился вперёд и должен был разведать местность и подготовить берег к их прибытию, но исключать возможности столкновения с вражескими кораблями на подходе или необходимости штурма берега не стоило, и это пугало. Кера была лишь юной девушкой, неспособной даже попасть одним простым заклинанием по манекену, но Кеция, видимо, решила использовать более радикальные методы в обучении своей дочери, подобно тому, как некоторые родители бросают своих детей в воду, чтобы они на уровне рефлексов начинали барахтаться в попытках поплыть.

У них не было выбора, они должны были выжить. И у Керанэн не будет выбора, если она захочет выжить в незнакомых землях.

* * *

Опасения Керанэн, к её же счастью, не оправдались. На берегу их встретили солдаты Альянса вместе с невиданными ею ранее существами, которые, как позже выяснилось, были местными жителями. А узнав об обитаемости этого острова, которые здешние называли Пандарией, она и вовсе, наверняка, как и остальные, испытала немалое облегчение: это не были дикие земли, где каждый шаг приравнивался к борьбе за выживание, и единственным вопросом было, с кем тебе придётся иметь дело — с диким животным или с не менее диким орком, оказавшимся здесь в такой же ситуации.

Следующие несколько дней шло благоустройство берегового лагеря. Уже полуразрушенные постройки Орды, которые те успели возвести здесь до атаки “Небесного огня” оперативно разбирались на стройматериалы. Пандарены — те самые местные жители, которые походили на прямоходящих и добродушных медведей, — на удивление охотно помогали со строительством, а также демонстрировали все чудеса гостеприимства.

Сама Керанэн по прибытии была отправлена в одну из пандаренских деревень, располагавшихся неподалёку. Как и Тэйн, которому для восстановления были необходимы гораздо более лучшие условия, чем посреди бушевавшей стройки. Кеция заплатила несколько золотых монет (хоть её и убеждали, что в этом нет необходимости), чтобы одна из местных пожилых пар позволила им расположиться в комнатах, освободившихся после переезда их детей.

В итоге почти две недели Керанэн довольствовалась теплом, крышей над головой, нормальной едой и возможностью не лезть в схватки с дикими лесными животными. Тэйн постепенно набирался сил, и Сюли, — та самая женщина, в доме которой они проживали, — активно помогала ему с этим как с помощью различных целебных растений, так и с помощью абсолютно неизвестной Кере магии, которую Сюли называла “Ци”.

* * *

Когда Тэйн окончательно встал на ноги, Кеция попросила их обоих присоединиться к ней в деревне Жемчужного Плавника. Это было поселение ещё одной расы Пандарии, цзинь-юй, и если пандарены были просто похожи на медведей, то цзинь-юй и вовсе представляли собой гибрид человека и рыбы.

Уже на подходах к этой деревне можно было заметить кучу оружия и солдат Альянса, обучавших этих рыболюдей владеть им. Предполагаемый противник был очевиден, и Кера тут же вспомнила, что они прибыли сюда вовсе не ради отдыха и наслаждения местными пейзажами.

«Мы здесь, чтобы распространять свою войну на новые земли и вовлекать в неё новые народы, да-а…»

Сама деревня очень сильно отличалась от той пандаренской, где они с Тэйном жили эти несколько дней. Вместо уютных домиков, вымощенных камнем дорожек и грядок с овощами были каменные постройки, похожие на огромные ракушки святилища и вода. Много воды. Керанэн слышала, как хлюпают её подошвы и чувствовала, как мокнут ноги.

Кеция вела беседу с компанией, состоящей из человека, дворфа и парочки цзинь-юй. Подойдя ближе Кера невольно задалась вопросом, как эти создания различают друг друга, потому что на её взгляд лица у них были одинаковые. Одинаковые и рыбьи, из-за чего ей становилось немного жутко, — даже воргены или те немногие дренеи, которых она видела на улицах Штормграда, казались ей куда менее странными.

Через некоторое время Керанэн в составе небольшого отряда направлялась в сторону ещё одного, но уже заброшенного поселения клана Жемчужного Плавника. Это был разведывательный поход, и кроме неё в этом отряде были трое цзинь-юй, которым едва выдали новое оружие, парочка молодых солдат и два офицера. Самой Кере выдали кинжал для самообороны и посоветовали просто держаться как можно ближе к старшим, которые очевидно не хотели брать не способную ни на что девчонку с собой, но не решались перечить её грозной матери.

Они шли по протоптанной лесной тропе, их окружали ранее невиданные деревья и растения, даже цвет листвы которых, кажется, отличался от всего, что было в Восточных Королевствах. Они были более яркими и насыщенными и, как почему-то казалось Кере, будто бы более “жизнерадостными”. У неё невольно промелькнула мысль, что это потому, что деревья Элвиннского леса, в отличие от местных, успели повидать все ужасы войны, когда орки явились и разрушили Штормград.

«Интересно, насколько угрюмыми тогда должны быть деревья Кель’Таласа…»

Разумеется, у жителей Пандарии тоже бывали конфликты между собой. В основном, как поняла Керанэн, проблемы доставляли так называемые хозены, с которыми и воевали сейчас цзинь-юй. Но эти конфликты явно не дотягивали до тех масштабов, когда целые города стираются в пыль посредством мощного магического оружия.

«Всему своё время».

Когда на горизонте стали виднеться очертания каменных построек, один из старших офицеров (чьи имена Керанэн честно даже и не попыталась запомнить) поднял руку в жесте, приказывая остановиться. Все замерли. Кера попробовала прислушаться и приглядеться, пытаясь понять, что именно заставило мужчину подумать о возможном приближении врага, но так и не поняла. Ей нужно было больше опыта? Каких-то особых навыков? Или это было просто логичное предположение, ведь они приближались к месту, на которое уже было совершено нападение?

Где-то сбоку раздался странный клич, похожий на крик обезьяны, и несколько фигур, внешне также похожих на обезьян, но вооружённые копьями, начали спрыгивать с деревьев и окружать их.

— Хозены! — Прокричал один из рыболюдей, обнажая свой новенький меч.

Остальные тоже достали оружие, в то время как Кера начала судорожно осматриваться в поисках возможности сбежать. Их убеждали, что эти места относительно безопасны, — хозены ушли, и они могли наткнуться разве что на одиночек-мародёров, рыщущих в поисках наживы. Но Керанэн могла поклясться, что здесь не меньше дюжины этих существ, и вооружены они посильнее, чем для охоты на сокровища или животных.

Возможно, они даже не так глупы, как цзинь-юй хотели бы думать.

Кера инстинктивно пригнулась, прикрывая голову руками и прячась за спинами солдат. Кто-то из них успел крикнуть ей: «Ардерн, возвращайся в деревню!», и она даже не подумала спорить. Оружием она не владеет, а заклинания даже в спокойно обстановке у неё слишком часто выходили из-под контроля, а в подобной суматохе она лишь навредит своим. Зато она могла бы позвать помощь, если добежит достаточно быстро, а сражающиеся продержатся достаточно долго.

Девушка улучила подходящий момент и побежала в сторону, откуда они пришли. Быстро обернувшись лишь один раз, чтобы убедиться, что за ней не последовали. Но уже через несколько метров она почувствовала жжение в лёгких и усталость — всё же хорошей физической подготовкой она тоже не обладала. Она замедлилась и перешла на шаг, прикидывая, что так у неё будет больше шансов добраться до деревни, чем если она ещё через минуту упадёт на землю от изнеможения.

В какой-то момент Керанэн и вовсе остановилась, начиная хватать воздух ртом. И тут же ей навстречу откуда-то с деревьев выскочил хозен. Он издал угрожающий крик. Кера взвизгнула скорее от неожиданности, чем от испуга, и бросилась в сторону — прямиком в густые заросли неизвестного ей леса.

Кажется, у неё открылось второе дыхание. Она бежала быстрее, чем когда-либо, слыша позади себя крики преследующего её обезьяноподобного существа. Она петляла между огромными, незнакомыми деревьями, уходящими в небо; подол юбки цеплялся за ветки кустарников. Послышался треск разрываемой ткани, и девушка упала вперёд. Неуклюже перевернувшись она увидела надвигающегося на неё хозена. Кера начала быстро произносить заклинание, самое простое, что смогла вспомнить. Трава загорелась перед ногами существа, не навредив ему самому, но остановив. И пока хозен, как дикий зверь, в панике скакал вокруг разгорающегося пламени, Кера поднялась и побежала дальше.

Пройдя несколько метров она остановилась и опёрлась спиной о ствол дерева. Осмотревшись, она не заметила ни единой живой души. Опасность миновала, но и ждать помощи было неоткуда. На смену простому страху за собственную жизнь пришла самая настоящая паника: Керанэн находилась в диких густых зарослях опасного леса, где в любой момент на неё могли напасть как те же хозены, так и дикие животные. Она не знала, куда идти, где найти воду или еду. Даже в родном Элвиннском лесу она не всегда могла отличить съедобные ягоды и грибы от несъедобных.

«Стоять на месте тоже не поможет».

Керанэн прислушалась. Где-то вдалеке щебетали птицы. Даже если они не были похожи на птиц Восточных Королевств, они наверняка так же обитали в местах, где есть вода. А других ориентиров у Керы не было. Поэтому она решила пойти на этот звук, ступая медленно, каждую секунду осматриваясь по сторонам и глядя под ноги. Она старалась не издавать лишнего шума — кто знает, кого он может привлечь.

Кера подумала, что, по крайней мере, она не совсем беззащитна. Огонь отпугивает животных, и хозена он тоже остановил. Владение даже таким слабым заклинанием даёт ей хоть какой-то шанс избежать неминуемой смерти. Возможно, она рано поставила крест на самой себе.

«Главное не спалить весь лес. Будет неловко перед местными».

Через каждые пару шагов Керанэн замирала и вслушивалась, чтобы убедиться, что она идёт в верном направлении и что никто не ходит рядом. Ноги начинали болеть, к горлу подступала тошнота от голода. Ещё немного, и она не сможет противиться желанию упасть на землю от усталости.

«Добро пожаловать в Пандарию, Кера. В место, которое, судя по всему, станет твоим последним пристанищем».

Когда сознание начало потихоньку просыпаться, первое, что пришло ей в голову: какой странный сон. Пугающий сам по себе и до ужаса реалистичный. Незнакомые земли, странные создания, одиночество, страх… Керанэн до сих пор так отчётливо помнила огромного тигра, гонящегося за ней. И боль в правой лодыжке, когда она споткнулась о взявшийся будто из ниоткуда булыжник и кубарем полетела куда-то вниз. Как хорошо, что сон закончился на этом, а не на обгладывании тигром её костей.

Немного повернув голову, стараясь устроиться чуть удобнее, Кера вдруг почувствовала тупую боль прямо в затылке. Та волной прокатилась по всей голове, вгоняя девушку в ужас. Она вдруг поняла, что лежит вовсе не на своей мягкой кровати, а на чём-то, что лишь едва ли не даёт ей прочувствовать все ветки и камешки под спиной. Что вокруг пахнет травой и костром.

И что её правая лодыжка болит.

Она резко села, о чём тут же пожалела, потому что её накрыла ещё большая волна боли. Чья-то рука легла ей на плечо, призывая лечь обратно, и она услышала тихий голос:

— Аккуратнее, тебе нужен отдых.

Голос был мужским, приятным и не грубым, как у большинства вояк, которые окружали её последнее время. И он так же не был похож на низкие глубокие голоса местных обитателей. Повернувшись и слегка прищурившись, чтобы сфокусировать взгляд Кера увидела того, кто с ней говорил. Человек.

Юноша, быть может её возраста, сидел рядом и всё ещё держал свою руку на её плече, чуть надавливая. Он обеспокоенно разглядывал её лицо, пытаясь, видимо, понять её состояние.

— Я смог исцелить рану, но тебе пока не стоит делать резких движений, — вновь подал голос он. Увидев её замешательство, он посчитал нужным пояснить: — Ты ударилась головой.

Значит, это всё не было сном. Керанэн почувствовала, как скрутило живот от страха, — она действительно была в чужих незнакомых землях, и она действительно могла умереть, если бы не… этот юноша?

Кера редко общалась со сверстниками, особенно мужского пола, поэтому вдруг почувствовала некую неловкость, осознав, как близко он рядом с ней. И невольно начала его изучать. Он был симпатичным на её взгляд, черты лица были мягкими, ещё не потерявшими до конца детскую округлость. У него были голубые глаза и светло-пшеничные волосы в беспорядке. На нём была изрядно потрёпанная сине-золотая туника, поверх которой шла орденская лента, а на груди виднелся золотой рисунок льва, который поблёскивал на солнце несмотря на потёртость, — герба Штормграда и всего Альянса.

Сердце девушки ушло в пятки от осознания.

— Принц Андуин?.. — неуверенно произнесла Керанэн.

— Боюсь, что так, — юноша неловко улыбнулся. — Не лучшие обстоятельства для знакомства.

Это ещё мягко сказано, подумала Кера. Она вдруг поняла, как она предстала перед принцем “во всей красе”: неуклюжая, слабая, пугливая, нуждающаяся в спасении. Её мать бы сгорела со стыда. Она сама вот-вот сгорит от стыда.

— И раз моё имя ты уже знаешь, могу ли я узнать твоё?

— Кера, — машинально выдала девушка, но тут же спохватилась, вспомнив, с кем она разговаривает: — То есть, Керанэн Ардерн, Ваше Высочество.

Она слегка наклонила голову, насколько позволяло ей сидячее положение и боль в затылке.

— Кера, прошу, обойдёмся без формальностей.

Керанэн чуть расслабилась после его слов. Особенно ей пришлось по душе, что Андуин назвал её кратким именем, — Кеция называла её исключительно полным именем и всегда с нотами строгости и повелительности в голосе, так что теперь, изрекаемое из чьих-либо уст, оно невольно вызывало в Кере чувство беспокойство и некой вины. Вины за свою слабость и бесполезность.

— Наконец очнулась?

За спиной Андуина мелькнула чья-то тень, приближаясь. Это была пандаренка. Два её хвостика на голове качались в такт походке, а в руках она держала тарелку, от которой шёл пар. Кера вдруг осознала, насколько она голодна.

Андуин поднялся, и пандаренка села на его место рядом с Керой.

— Уверена, ты голодна, — произнесла она, протягивая тарелку с едой. — Только не ешь слишком быстро, иначе станет плохо.

Кера аккуратно взяла горячую ёмкость двумя руками, подмечая, что они слегка дрожат. Жар обжигал ладони, но терпимо, а внутри тарелки был какой-то суп, от которого исходил насыщенный грибной аромат.

— Спасибо.

Пандаренку звали Лина Белая Лапа. Она и её отец Жэнь (которого Керанэн заметила не сразу; тот лежал чуть поодаль и был очевидно болен и плох, но внешних ран Кера не увидела) нашли Андуина несколько дней назад, когда тот так же убегал от преследующих его хозенов. С тех пор он помогает им в поисках какой-то таинственной долины, воспеваемой в местных легендах. Но пока Лина рассказывала ей об этом, Кера невольно задумалась о другом: сколько же дней молодой принц провёл в одиночестве на чужом материке среди диких зверей и других чудищ, сумев выжить и к тому же не пасть духом?

Она бы погибла в первый же.

После еды Керу вновь разморило, и она проспала ещё почти сутки. Андуин заверил её, что это нормально, да и она сама почувствовала себя гораздо лучше. Потому, когда Андуин собрался нарвать для Лины каких-то трав, чтобы та сделала целебный отвар для своего отца, Кера вызвалась пойти с ним. Несмотря на нахождение в дикой и потенциально опасной местности ей жутко хотелось размять свои затёкшие конечности. Окончательно Андуин убедил её словами, что чуть ниже по склону от их импровизированного лагеря находится небольшая речка.

В воду Керанэн зашла прямо в одежде.

— Я сделал то же самое несколько дней назад, — молодой принц хихикнул, подавая Кере предусмотрительно взятый с собой плащ.

Накинув его на плечи, она вдохнула полной грудью и наконец успокоилась. Речная вода слегка освежила её мысли и смыла немного грязи, однако желание принять полноценную горячую ванну её не покинуло. По крайней мере, Кера осознала, что она жива и в относительной безопасности, а рядом с ней принц Штормграда собственной персоной, — ещё более живучий, чем она, и уже немного успевший приспособиться к Пандарии.

Андуинн Ринн был совсем не таким, каким она его себе представляла. В её сознании закрепился образ разбалованного жеманного юнца, принявшего путь Света только ради славы и честолюбия. Причём она сама не знала, почему этот образ был таким, ведь в её окружении мало говорили о принце и уж тем более не распускали нелепых слухов и сплетен. Возможно, дело было в общей неприязни к поборникам Света из-за их предрассудков и выпадов в сторону тёмных колдунов, в том числе Кеции и Тэйна. Мать Керы в принципе считала большинство жрецов Света и паладинов ограниченными в своих думах идиотами, неспособными принять возможность разить врагов их же оружием. По этой причине Керанэн даже думала, что, быть может, её отец был служителем Света, раз о нём она говорить также не хочет.

Но Андуин достаточно спокойно отнёсся к её рассказам об обучении, выразил восхищение находчивостью Керы в применении заклинания огня для отпугивания врагов и сказал, что наслышан о её матери, — о том, что Кеция Ардерн, несомненно, героиня Штормграда, несмотря на то, какую магию она использует.

— Знаешь, — сказал Андуин, — на самом деле нас, жрецов, обучают тому, что Свет и Тьма неотделимы друг от друга. Потому я уверен, что даже самоё тёмное колдовство можно направить на благо, равно как и наоборот.

Чуть позже Керанэн поняла, что говорил он в том числе и про себя.

Андуин был удивлён этой встрече не меньше. Разумеется, он понимал, что после пропажи отец отправит весь возможный флот на его поиски. Но среди всевозможных воинов, магов или агентов ШРУ ему встретилась именно она, — такая же молодая девушка, едва поддающаяся обучению. Такое же разочарование для своего родителя, не оправдавшее ожиданий.

Но нет, он вовсе не считал Керу слабой. Скорее, она просто ещё не нашла свой путь.

Она сидела возле костра, закутанная в плащ, и пыталась высушиться. Солнце лишь едва начало катиться к закату, но костёр горел в их лагере почти всегда, так как Жэню нужно было больше тепла. Лихорадка, что подкосила его после спуска в Святилище и встречи с находящимися там беспокойными духами была явно магическая, но это помогало хоть ненамного её облегчить. Отвар Лины тоже не дал значимого эффекта, и даже целебные воды Святилища не помогли полностью вылечить старого пандарена. Поэтому Лина предложила сделать следующий шаг:

— Думаю, нам нужно отправиться в Храм Нефритовой змеи. Там смогут помочь.

Нефритовая змея Юй-Лун, одна из так называемых Августйших Небожителей, местных зверей-божеств. Раньше Андуин слышал о Диких богах, которым поклоняются ночные эльфы, но всё равно был удивлён, когда услышал о существовании подобных здесь, в Пандарии. А после слов Лины и вовсе взволновался: будет ли у него шанс увидеть эту Нефритовую змею воочию?

К тому же, если кто-то и знает хоть что-то о Вечноцветущем Доле, так это она.

Андуин был абсолютно убеждён в том, что он обязан найти это место. Какие бы секреты ни хранила Пандария, он был уверен, — это ключ к спасению многих жизней. А возможно, и к построению мира.

“Природа остановит страданий круговерть,

Забудется недуг. И жизнью станет смерть.”

Слова, написанные на старом пергаменте, что был найден ими с Жэнем в том самом Святилище, где обитали потревоженные духи пандаренов и цзинь-юй. Юный принц постарался помочь найти покой хоть некоторым из них, и один поведал о том, что с ними случилось. Они принесли целительные воды прямиком из Вечноцветущего Дола, и охраняли их от недостойных как при жизни, так и в посмертии. Но со временем некая тёмная сила, спящая в недрах земли, пробудилась и извратила души защитников. Рассказавший это пандарен даже побоялся назвать имя этого зла. А Андуин ещё больше убедился в необходимости отыскать Дол, — это могло помочь спасти не только жизни, но и саму землю, страдающую после разрушений Катаклизма. В том числе и саму Пандарию.

Лина собирала все их скудные припасы в небольшую торбу перед отправкой к Храму, который, по её словам, находился недалеко, когда Кера высказала Андуину своё мнение:

— Мы должны вернуться в ту деревню, откуда я пришла! Капитан Тейлор находится там и всё ещё разыскивает тебя!

— Как только я предстану перед капитаном, меня тут же отправят в Штормград, — ответил Андуин.

— Ну… да… — немного замялась Кера, непонимающе глядя на принца. — В этом и суть!

— Нет, Кера, — помотал головой Андуин, — мне нельзя возвращаться сейчас. Сидя в замке под охраной я не смогу никому помочь.

Она явно не разделяла его взглядов, это читалось в её изумрудных и больших от удивления глазах. Но Андуин был твёрд в своём решении. Однако он вовсе не собирался убеждать её идти вместе с ним.

— Думаю, в Храме Нефритовой змеи ты сможешь найти того, кто отведёт тебя, куда нужно.

— Но…

Её прервало тихое: «Тс-с», адресованное им двоим Линой, что застыла и медленно подняла свой посох с земли.

— Кто-то приближается, — прошептала она.

Со стороны леса, куда и смотрела пандаренка, из-за деревьев медленно начали приближаться две фигуры. Первой была женщина в чёрных одеждах и с чёрными волосами, на правом глазу её был окуляр явно гномской работы, а перед собой она держала ружьё. Рядом с ней шёл дворф, что был, как и полагается, в половину её роста и в два раза шире, в похожей одежде и с красной банданой, обвязанной вокруг светлой густой шевелюры.

ШРУ, сразу понял Андуин.

— Ваше Высочество, — сказала женщина, — мы пришли забрать вас.

— Ох, — вздохнула Лина, опуская свой посох, — так это твои друзья, Андуин?

— Вроде того…

Он вовсе не был им рад. У него ещё было слишком много вопросов об этом таинственном и прекрасном крае, а эти двое пришли по его душу, и теперь его отправят домой, где посадят под замок до конца дней, лишь бы с ним снова что-то не случилось.

Андуин любил своего отца, но он так же хотел, чтобы тот в него чуть больше верил.

— О, смотри-ка, — на этот раз голос подал дворф, — это ж девчонка Ардерн! Жива-здорова! Наконец-то эта ведьма угомонится! Эм, без обид, — добавил он, глядя непосредственно на Керу.

— А как же Храм? И Дол? — спросила Лина у Андуина. Он не ответил. Не знал, что делать.

— Отлично, — сказала женщина, не обращая внимания на пандаренку. — Салли, присмотри за ними, я разведаю и расчищу нам путь.

С этими словами женщина удалилась, а дворф остался.

— Ну ничего, парень, — сказал он. — Теперь ты будешь в безопасности и скоро отправишься домой.

У Андуина появилась идея. Он сказал Лине быстро собрать самые необходимые припасы и убедился, что Жэнь сможет идти достаточно быстро, чтобы они могли уйти от возможной погони. Потом он подошёл к Кере и тихо сказал:

— Ты можешь пойти с ними. Уверен, ты, в отличие от меня, вовсе не прочь вернуться в Штормград.

Она вопросительно посмотрела на него, но Андуин уже направлялся к дворфу.

— Прошу прощения, господин дворф, — начал он. Когда Салли повернулся к нему, он поймал его взгляд. Смотря прямо в его глаза, сосредоточившись, Андуин продолжил: — Боюсь, я не могу вернуться с вами сейчас. Уверен, вы понимаете, почему.

— Э, да, конечно… — пробормотал дворф, — как вам угодно, Ваше Высочество…

Андуин подал знак своим друзьям-пандаренам, и они побежали в лес, в обратную сторону от той, куда пошла женщина из ШРУ. Он побежал за ними, лишь на пару секунд задержавшись и посмотрев на Керу. Та была в растерянности. Он как-то печально улыбнулся ей, полагая, что они могут больше не встретиться, и направился за Линой и Жэнем. Но этой секундной задержки хватило, чтобы женщина вернулась и успела увидеть удирающих.

— Эй, куда?! Стойте!

Андуин уже бежал, не оборачиваясь, лишь слыша позади её голос.

— Салли, что с тобой? Эй, Салли, очнись!

Лишь спустя некоторое время он услышал шаги и тяжёлое дыхание за своей спиной. Под чьими-то ногами шелестели трава и листья. Кто-то бежал вслед за ним.

Наконец обернувшись Андуин увидел Керу. Он улыбнулся и подал ей руку. По какой-то непонятной ему причине он был рад, что она пошла с ним.

Храм Нефритовой змеи находился недалеко, и когда они до него добрались на небо едва взошла Белая Леди.

Сам храм был похож по стилю на домики, которые видела Кера в пандаренской деревне, но поражал своими масштабами. Сперва они перешли массивный каменный мост, по бокам которого стояли одинаковые статуи. Кера видела драконов только в книгах, но эти статуи были похожи на них лишь головой, тело же было длинное, как у змеи, и простиралось вдоль всего моста. На воротах из красного дерева были изображены такие же змеи, они были выделаны камнем нежно-зелёного оттенка, который назывался нефритом. Перед храмом текла река, вдоль которой росли ивы с ниспадающей каскадами листвой.

Их компанию весьма добродушно встретили служители храма. Жрецы отвели куда-то Жэня и Лину, пока последняя объясняла, что случилось с её отцом. Кере с Андуином же нашли свежую и более подходящую для походов одежду, которая немного болталась на них, так как пандарены не отличались худощавым телосложением. Кере было непривычно ходить в штанах, но это всё же было лучше, чем цепляться подолами юбки за всё подряд.

Её волосы наконец высохли после дневного купания в реке, а в руки её попала настоящая расчёска. Правда, ей пришлось просить помощи одной из жриц, чтобы разобраться с колтунами и заплести косу.

Андуин в это время куда-то ушёл.

Керанэн нашла его за пределами территории храма. Спустившись по дороге чуть южнее Кера увидела ту самую огромную статую Нефритовой змеи, о которой в храме говорили все вокруг и которую называли Змеиным Сердцем. Она была высотой с десяток человеческих ростов («и с сотню гномьих», мысленно хихикнула Кера) и была окружена строительными лесами. Кругом росли апельсиновые деревья, стояли брошенные телеги с необтёсанным нефритом, пандарены-работники мирно посапывали в палатках, причудливые оранжевые фонарики освещали поляну. Керу удивило, что никто не охранял это место, — видимо, эта статуя была настолько священна для обитателей Пандарии, что никто и подумал бы украсть добытые на её строительство камни.

Насколько мирными и спокойными были эти земли.

— Андуин? — тихо позвала девушка, подойдя к задумчиво рассматривающему статую принцу. Тот чуть вздрогнул от неожиданности и обернулся, но увидев Керу расслабился. Он чуть подвинулся на узенькой деревянной скамейке, жестом приглашая Керу сесть рядом.

Она села. И молчала. Не знала, что говорить. Она всё ещё чувствовала себя немного неловко при Андуине, — в конце концов, у Керанэн не было опыта ни в общении с парнями, ни в общении с важными особами. И она не знала, стоит ли сейчас спрашивать его, что они будут делать дальше.

— Можно вопрос? — вдруг спросил Андуин. Кера кивнула. — Почему ты не осталась с ШРУ? Они бы увели тебя в безопасное место.

Кера замялась. Она сама не до конца понимала причину. Импульсивное решение, о котором она теперь немного жалела, представляя, как могла бы сейчас сидеть в тепле и уюте, в ожидании корабля, отправляющегося в Штормград. Хотя скорее всего всё было бы иначе.

— Я испугалась, — наконец ответила Кера. На недоумённый взгляд Андуина она продолжила: — Испугалась маминого разочарования. Опять. Мне, наверное, всё же хочется получить её одобрение. И… не знаю, наверное, на секунду я решила, что рядом с тобой у меня есть хоть какие-то шансы этого добиться. И вот я здесь.

— Вот как, — задумчиво протянул молодой принц. — Понимаю. Я ведь тоже не оправдал ожиданий отца. Он надеялся, что я стану великим воином, как он, а я… — Андуин усмехнулся. — Быть может, что бы я ни говорил об этом Доле, о том, как важно найти его для спасения жизней… Может, в первую очередь я тоже жду его одобрения…

Вновь повисла неловкая тишина. Для Керанэн откровения Андуина были неожиданными и удивительными, ведь она понятия не имела, какие взаимоотношения были у короля Штормграда с его сыном. А сейчас он, наследник штормградского трона, знающий её всего пару дней, откровенничает с ней, простой девушкой, неудавшейся тёмной колдуньей.

Они сидели молча ещё несколько минут. Белая Леди скрылась за тучами, пели цикады. Вдруг позади раздался мягкий шелест травы. Андуин и Керанэн обернулись почти одновременно. К ним двигалась фигура, тонкая и чуть горбатая. Её лицо было почти полностью скрыто под маской, но даже по светящимся впалым глазам было понятно, что к ним приближается отрёкшаяся. Нежить.

— Так-так, кто тут у нас, — хриплым замогильным голосом произнесла она. — Парочка щенков Альянса. Не советую делать резких движений, — она остановилась в паре шагов от них. Кера заметила крадущегося позади неё тигра, но тут же он упал замертво, будто сбитый чем-то. — Как видите, я не одна.

Вот оно что, поняла Керанэн. В тигра выстрелили из огнестрельного оружия. Кто-то прикрывал эту нежить, но понять, откуда, был невозможно.

— Хорошо, ты нас поймала, — спокойно сказал Андуин, поднимая руки. Кера последовала его примеру, молясь, чтобы кто-нибудь из пандаренов проснулся и спас их. Но этого не произошло.

Их привели в поселение, крайне отличавшееся от уютных пандаренских. Там были кое-как состроенные бревенчатые дома с крышами из листвы, кругом были усыпаны обглоданные рыбьи кости, а на входе их встречали жуткие тотемы с пылающими глазницами. Это было поселение хозенов.

«Дикари связались с дикарями».

К ним подошёл орк в чёрно-алых доспехах.

— Генерал Назгрим! — обратилась к нему отрёкшаяся. — Мы нашли парочку солдат Альянса, ошивавшихся недалеко от храма.

— Солдат? — насмешливо хмыкнул орк, изучающе глядя на Керу и Андуина. — Дела Альянса настолько плохи, что они начали вербовать детишек? Погодите-ка…

Назгрим подошёл вплотную к Андуину и, сощурившись, начал внимательно вглядываться в его лицо. Кера напряглась. Знал ли этот орк, как выглядит штормградский принц? Убьёт ли он его (и её заодно), если узнает?

Ответ не заставил себя долго ждать.

— Именем Адского Крика! Да это же принц Штормграда! Вождь будет доволен такой находкой, — он перевёл взгляд на Керанэн. — А это что за девчонка?

— Мы не знаем, но она была с ним, — ответила орчиха, которая привела их вместе с отрекшейся. За её спиной было ружьё, из которого она в любой момент могла застрелить пленников, если бы они попытались сбежать.

— Стоило получше выбрать место для свидания, — вдруг произнёс Андуин, оставив в замешательстве как ордынцев, так и Керу. Генерал Назгрим задумался, явно пытаясь понять, представляет ли Кера хоть какую-то ценность, раз так близко знакома с принцем, и стоит ли её оставлять в живых.

Наконец орк махнул рукой.

— Заприте их обоих где-нибудь! И не спускайте глаз! Вождь сам решит, что с ними делать.

В итоге Керу с Андуином заперли в одну из клеток, сделанных из прочных стволов тонкого дерева, называемого бамбуком. Надзирателем был назначен эльф крови, подошедший к ним с дерзкой ухмылкой на точёном лице. Как и все эльфы он был зловеще красив и надменен, его светлые длинные волосы были собраны в высокий конский хвост, а глаза светились зелёным пламенем скверны. На нём были отполированные до блеска латные доспехи, сверкающие на рассветном солнце, а за спиной виднелся огромный меч, который он мог пустить в дело в любой момент.

— Дэанор Ткач Рассвета, — представился эльф, театрально поклонившись. — Ваш собеседник на сегодняшний день.

Керанэн села в углу клетки, обхватив руками колени и уткнувшись в них лицом. Она старалась быть спокойной и не выдавать своего страха. С удивлением она отмечала, что не чувствует той паники, которая охватила её во время бегства от хозена, хотя сейчас вокруг неё были как десятки этих непредсказуемых существ, так и орк-генерал со своей ордынской армией.

Возможно, она была более сдержанна благодаря Андуину. Она была не одна, и кроме того, Андуин вёл себя достаточно хладнокровно, словно всё у него было под контролем. И вспоминая, какой трюк он провернул с тем дворфом, в это вполне можно было поверить. Поэтому Керанэн чувствовала, что может довериться ему, тем более что он уже, судя по всему, спас её жизнь. Ведь она была никем, и знай орк об этом, от неё бы просто избавились на месте, чтобы не тратить время.

Что бы не придумал с ними сделать ордынский вождь, пока он не прибыл на этот треклятый остров, они были в относительной безопасности.

— Итак, — начал Дэанор, с нескрываемым интересом разглядывая пленников, — значит, в руки нашего драгоценного вождя вот-вот попадут наследник трона Штормграда и его… невеста?

Жар прильнул к щекам Керанэн, и она резко подскочила.

— Вовсе нет! — воскликнула она. — Я не… да мы всего пару дней знакомы!

— Вот как! — деланно удивился эльф. — Выходит, в тебе нет никакой ценности? — он оскалился. — Тебе не кажется, что сообщать такое тому, кто может доложить обо всём генералу, весьма опрометчиво?

В этот раз кровь наоборот отлила от лица девушки, а в желудке похолодело. Ведь она действительно только что подписала себе приговор. Конечно, он в любом случае был бы подписан, но у неё было бы ещё хоть немного времени.

Эльф засмеялся.

— Я шучу! Мне абсолютно всё равно.

Дэанор оказался весьма болтливым, а его собеседником главным образом был юный принц. В основном их разговоры сводились к Свету: Дэанор рассказывал о рыцарях крови, Андуин — о своём обучении у дренейского лидера, пророка Велена. Керанэн не особо вслушивалась в их речи, но было очевидно, что Андуин не поддерживал ранние методы рыцарей крови в получении силы Света путём подчинения себе древнего существа, именуемого Наару. Кера промолчала, хотя в глубине души понимала путь эльфийских рыцарей, будучи и сама человеком, не обладающим какой-либо собственной выдающейся силой. Наверное, будь у неё возможность использовать могущественный источник, чтобы стать сильнее, она бы это сделала, не задаваясь вопросами об этике.

Тем более, что особой верой в Свет она никогда не отличалась.

Спать Кере и Андуину пришлось сидя, прижавшись друг к другу, чтобы не замёрзнуть. Очевидно, что никому не было дело до их удобств, потому приходилось выкручиваться самим. Тем более, что в поселении вовсю шла подготовка к какой-то битве. Керанэн видела, как орки, тролли, эльфы, таурены, хозены вооружались и собирались в одну большую армию, готовую маршировать и нести за собой смерть. Даже Дэанор в какой-то момент пропал из поля зрения, и о пленниках все как будто забыли. К сожалению, несмотря на это, оба достаточно быстро поняли, что клетка и висящий на ней замок слишком прочные, и выбраться им в любом случае не удастся.

Кера вновь чувствовала себя неловко от близости к юному принцу, поэтому не могла уснуть. В голову так и лезли вопросы, смогут ли они сбежать. Она подумала о тех агентах ШРУ и о том, что они наверняка вернулись к их поискам. И о служителях храма Нефритовой змеи, которые наверняка заметили пропажу двух гостей из-за океана. Несмотря на отсутствие сильной веры, Кера мысленно молилась о том, что кто-нибудь их нашёл.

Андуин проснулся, когда под ним дрогнула земля. Сперва он подумал, что ему показалось, но потом дрожь повторилась. Он и Кера тут же поднялись.

Деревня была пуста, а небо заволокли тучи, и не простые, — они были чёрные, как сама тьма. Повернувшись в ту сторону, где был храм Нефритовой змеи, они не увидели едва торчащую над лесами голову недостроенной статуи. Вместо неё над деревьями возвышался бесформенный монстр, чёрный, издающий рёв, который было слышно, наверное, по всему острову.

Воплощение их войны, принесённой в эти земли.

Чудовище, спавшее в недрах земли, понял Андуин, вспоминая слава пандарена-духа.

Вдруг к их клетке подбежала фигура в тёмном плаще, в которой они не сразу признали Дэанора. Тот нёс в руках ещё два куска ткани.

— Дэанор, что произошло? — спросил у него Андуин.

— Ничего хорошего, — пробурчал эльф, доставая ключи. Потом пару секунд подумал, достал свой меч, сказал отойти и пару раз со всей силы рубанул по замку, ломая его на части.

Затем он кинул им обоим такие же тёмные плащи и приказал следовать за ним. Шли они в противоположную от храма сторону, хотя Андуину и хотелось отправиться сейчас именно туда и помочь своим товарищам. Но это было слишком опасно.

«Свет, помоги им!»

Наконец Дэанор привёл их к небольшой дороге, вытоптанной большими копытами и тяжёлыми тележками. Он указал вперёд:

— В той стороне находится деревня. Там сможете спрятаться.

— Зачем ты нам помогаешь? — спросила его Кера.

Дэанор вновь усмехнулся.

— Люблю выбешивать начальство.

Андуин хмуро посмотрел на него. Вряд ли Дэанор устроил им ловушку, это было бы глупо. Но озвученная причина тоже была неубедительна.

— Ты помогаешь своим врагам, — сказал Андуин. — Если об этом узнает генерал Назгрим, а тем более Гаррош, — тебе несдобровать.

— Врагам? — Дэанор как-то грустно улыбнулся. — Моих родителей, например, убили орки, а не люди или дворфы. Так что к кому у меня и есть ненависть, то точно не к вам двоим.

Андуин накинул на голову капюшон и взял Керу за руку, а потом кивнул Дэанору.

— Спасибо. И да хранит тебя Свет.

После этого они с Керой направились по дороге, ведущей в их следующее убежище.