Продовольственный вопрос (джен)

Звёздная дата 2206.4.17

Новая звёздная система встретила Вторую экспедиционную флотилию слабым светом далёкого солнца. По сравнению с родным Денебом местная звезда была настолько скромной и тусклой, что командор Ян Рихтер с трудом удержался от того, чтобы лично проверить, на месте ли светило.

«Нет, — одёрнул он себя. — Нужно соответствовать. Что бы сделал адмирал Шварц?»

Ответ пришёл сам собой. Разумеется, адмирал в первую очередь запросил бы подробную телеметрию системы, включая параметры звезды, которая так заинтересовала молодого командора. Сразу после того, как убедился бы, что все корабли благополучно покинули гиперкоридор.

— Каков наш статус? — обратился он к одному из младших офицеров.

— Все системы «Клеймора» функционируют в штатном режиме, личный состав… жалоб нет, командор.

— Великолепно, — Рихтер едва сдержал вздох облегчения. Это был первый переход для него и его подчинённых и всего четвёртый в истории Содружества, если считать экспериментальный полёт зонда, сконструированного инженерами под руководством Искандера Боклера. — Внимание, флотилия, говорит командор Рихтер. Всем кораблям отчитаться о состоянии систем.

— «Лучник», повреждений нет, все системы в норме.

— «Гладиус», повреждений нет, все системы в норме.

— На связи «Энигма». Командор, мы фиксируем в системе ионный след другого корабля! — взволнованно сообщила Джейн Элизабет, капитан единственного во флотилии исследовательского корабля, обладающего самыми мощными сенсорами при полном отсутствии вооружения. — А так всё в норме. В смысле, мы, то есть корабль, системы…

— Капитан Элизабет, успокойтесь и возьмите себя в руки! — еле сдерживая смех приказал Рихтер.

— Да, командор. Простите, командор!

Рихтер прекрасно понимал её волнение. Не так давно он и сам был на грани паники, когда адмирал Шварц поручил ему возглавить Вторую экспедиционную и самолично присвоил ему звание командора. Содружество испытывало катастрофическую нехватку рабочих рук буквально во всех сферах, специалисты старшего поколения были на вес золота, а потому личный состав флота в основном приходилось набирать из молодёжи. Самому Яну лишь недавно исполнилось тридцать солярных циклов, капитаны Элизабет, Штерн и Хайя были на несколько лет младше него, а часть из низовых должностей и вовсе пришлось заполнять курсантами, которым едва исполнилось шестнадцать. Для многих из них это был первый настоящий вылет, и даже условные «ветераны» совершили в лучшем случае несколько облётов Денеба.

— Итак, Элизабет, что ваши приборы говорят о системе, в которой мы оказались?

— Звезда спектрального класса K2V, семь планет и два пояса астероидов, в том числе пять каменистых планет, один газовый и один ледяной гигант, — Джейн успокоилась, теперь её голос звучал более размеренно. — Вторая планета находится в зоне обитания звезды, и именно к ней ведёт замеченный нами ионный след.

— Наличие космической инфраструктуры?

— Не наблюдается. Упреждая ваш вопрос, вторая планета однозначно пригодна для жизни, однако наши приборы не фиксируют следов наличия промышленно развитой цивилизации.

— Что вы можете сказать об ионном следе?

— Только конечную цель путешествия неизвестного корабля. У нас слишком мало данных для сравнительного анализа.

— То есть это могут быть шинтайя?

— Подобную возможность нельзя исключить.

— Благодарю за доклад, капитан. Флотилия, наша задача ясна. Поскольку вторая планета системы обладает наибольшим потенциалом, она должна стать для нас приоритетной целью. Всем кораблям, построиться формацией дельта-2, готовность повышенная. Штерн, ты справа, Хайя слева, Элизабет замыкающая. Курс на вторую планету.

Три корабля немного неуклюже образовали формацию. «Энигма» пристроилась чуть позади, чтобы ионный след ведущего корабля не создавал помехи для сенсоров. Флотилия выдвинулась к цели, не зная, что ждёт её на неизведанном мире.

Вблизи планета поражала богатством своей биосферы. Привыкшие к мёртвой каменистой суше родного Единства люди смотрели на роскошные тропические леса и изумрудно-зелёные долины и не могли поверить своим глазам. Впрочем, восторг длился ровно до того момента, как с «Энигмы» поступило сообщение.

— Командор, на планете отмечено присутствие шинтайя. Один корабль на северном континенте.

Рихтер мысленно выругался. Даже с орбиты планеты более слабые сенсоры боевых кораблей не фиксировали вражеское судно.

— Транслируйте координаты остальным кораблям флотилии, — распорядился он. — С чем мы имеем дело?

— Корабль класса «Железная Птица». Я не вижу рядом никакой инфраструктуры вроде космопорта… минутку. Командор, планета обитаема, — со смесью тревоги и восторга сообщила Элизабет. — Шинтайя сели рядом с поселением местных жителей. Кажется… кажется они сгоняют их в кучу…

— Ближе к делу, Джейн. Шинтайя нас не заметили?

— Не похоже.

— Отлично. Штерн, Хайя, начинайте снижение. Прижмите пернатых к земле и не дайте им взлететь. Элизабет, вы наши глаза. Приступайте.

— Да, командор! — хором отозвались трое капитанов.

«Лучник» и «Гладиус» начали снижение. Войдя в атмосферу, корабли огненными шарами устремились вниз в сторону пока ничего не подозревающих шинтайя. Впрочем, неведение оставалось недолгим — только слепой не заметил бы два раскалённых шара плазмы, стремительно несущихся к земле. Благодаря мощнейшим системам слежения Джейн Элизабет видела, как десяток высадившихся на планете шинтайя по команде рванули обратно к кораблю, бросив, предположительно, пленников из числа местного населения. Инопланетный корабль включил щиты и начал запуск двигателя. И в этот момент на него обрушился шквал огня из автопушек кораблей Содружества. Корабли класса «Неукротимый дух» были куда менее изящными в сравнении с противником и напоминали уродливые утюги, да и размерами почти вдвое уступали кораблю шинтайя, но их спаренные автопушки были крайне эффективным оружием против корабельных щитов. Шинтайя дали несколько залпов из своего энергетического оружия, слегка повредив щит «Лучника», а затем попытались взлететь.

— Ну что мы тут сидим… — пробормотал один из офицеров мостика и смутился, поймав на себе взгляд Рихтера.

— Вас что-то не устраивает, лейтенант?

— Простите, командор! Руки чешутся расправиться с этими пернатыми выродками.

Рихтер понимал чувства подчинённого. Он и сам прожил первую половину своей жизни в страхе перед могучим кораблём пришельцев. Среди экипажей кораблей было немало тех, кто потерял родных или близких во время нападений. Но командор держал себя в руках. Если бой на планете пройдёт неудачно, и шинтайя сумеют взлететь и оторваться от двух кораблей флотилии, он встретит их на орбите и сумеет закончить начатое.

Но это не потребовалось. Хотя шинтайя удалось оторваться от земли и набрать небольшую высоту, капитан Хайя помешала их побегу. Её «Гладиус» спикировал на добычу и сбил корабль с курса, заставив врезаться в один из многочисленных холмов. От удара корабль развернуло, и он рухнул на бок, сломав один из выступающих «плавников» на корпусе. Глядя на пересылаемую с «Энигмы» телеметрию, Рихтер понял, что этот корабль уже никуда не полетит. Хотя на экране всё выглядело не слишком зрелищно, в действительности шинтайя рухнули с почти километровой высоты при отключенных щитах и с уже повреждёнными системами. Вряд ли среди экипажа будет много выживших.

— «Лучник», «Гладиус», отбой, отличная работа. Внимание всем кораблям. Приготовиться к посадке рядом с местом падения. Сформировать группы захвата. Элизабет, найдите нам подходящую площадку и перешлите координаты.

— Да, командор.

Вблизи корабль шинтайя выглядел изрядно побитым. Его легко бронированный корпус был покрыт сколами от снарядов автопушек, местами зияли внушительных размеров пробоины. Точку входа искать не пришлось — в эту огромную дыру без труда заехал бы даже древний земной танк.

— Добудьте хотя бы пару живых пленных из числа офицеров судна, — приказал Рихтер трём десяткам бойцов группы захвата, собранных со всех трёх боевых кораблей. — Их легко отличить по чёрным эполетам на плечах.

Он не ожидал встретить особого сопротивления в развороченном и перевёрнутом на бок корабле. Отправив группу захвата в недра вражеского судна, Рихтер переключился на другой вопрос.

— Элизабет, собери научную группу. Мне нужны биологи, социологи, лингвисты… все, кто может помочь наладить контакт с местным населением. Кстати, почему мы узнали о его существовании только сейчас?

— Насколько мы рассмотрели с орбиты, местная цивилизация в техническом плане находится примерно на уровне железного века. В лучшем случае, аналог раннего земного Средневековья. И это если говорить о наиболее развитых частях планеты.

Местные жители продолжали толпиться на месте, где их застала атака кораблей Содружества. При приближении людей они попадали на колени, уткнувшись головами в землю. Внешне аборигены напоминали земных ящериц — Рихтер видел таких на картинках в немногочисленных оставшихся книгах по земной биологии — обладали четырёхпалыми конечностями и носили свободные одежды из грубой ткани. Также на земле во множестве валялись разрезанные верёвки, что подтверждало мысль о набеге за пленными. Не укрылся от командора и окровавленный труп инопланетянина в более добротном и украшенном одеянии. Судя по внешнему виду, его забили насмерть собственные соплеменники, и это наводило на ряд мыслей.

— И как нам с ними общаться? — он вопросительно взглянул на Элизабет и её научную группу.

— Я… у меня есть мысль… — неуверенно произнесла одна из девушек. — Если вы разрешите, командор?

— Прошу, — он приглашающе указал рукой в сторону лежащих в траве аборигенов.

Хотя местных было около сотни, Рихтер их особо не опасался. Со слов Джейн, они находились на достаточно низкой ступени развития, чтобы их можно было разогнать парой выстрелов из табельного пистолета. А если не поможет и это, у двух его офицеров при себе были автоматические винтовки.

— Привет, — девушка осторожно опустилась на землю рядом с местными жителями. — Не бойтесь, мы не причиним вам вреда, — она старалась говорить мягко и успокаивающе.

Её голос подействовал по крайней мере на одного аборигена. «Ящерица» осторожно оторвалась от земли, робко приподняв голову. Наткнувшись на дружелюбную и открытую улыбку девушки, он осторожно поднялся, опасливо поглядывая на стоящих у неё за спиной людей. В высоту абориген был примерно метр с четвертью и обладал весьма субтильным телосложением. Он что-то тихо произнёс на языке, состоящем из свиста и щелчков.

— Я София, а ты? — спросила девушка, глядя на «ящерицу». — София, — она приложила руку к груди.

— Шушу, — просвистел абориген, повторив её жест. — Су… фи… — он неуверенно указал рукой на неё.

— Правильно, София, — улыбнулась она.

— Суфи… Ажшуур, — Шушу поднял руки к небу. — Ажшуур шух къта су шайицца. Ажшуур, — он указал руками на Рихтера и его спутников, а затем опустился на колени. — Ажшуур сиухху шасс!

Его соплеменники осторожно зашевелились, медленно поднимаясь с земли. Шушу что-то быстро затараторил, периодически повторяя одно и то же слово. «Ажшуур». Затем десяток его соплеменников медленно попятились назад, кланяясь на каждом шаге, а затем резко развернулись и бросились бежать в сторону одного из холмов.

Рихтер непроизвольно схватился за пистолет.

— Стойте! — крикнула ему София, заставив оставшихся местных вздрогнуть и попадать наземь. — Они не хотят нам вреда.

— Откуда мне знать, что они не побежали за подмогой? — спросил Рихтер, но руку от оружия всё же убрал.

— Пожалуйста, командор, поверьте мне!

— Хорошо, подождём.

Ждать пришлось недолго. Очень скоро «ящерицы» вернулись, таща на себе большие корзины с какими-то плодами. Они осторожно составили их к ногам Софии, несколько раз повторив «Ажшуур». Девушка протянула руку, взяв один из плодов с пурпурной кожурой. Она осторожно поднесла его к губам.

— Стой, подожди, — остановил её один из подчинённых Элизабет.

Он подошёл к Софии, забрал у неё фрукт и воткнул в него толстую иглу небольшого устройства.

— Думаешь, они хотят нас отравить, Семён?

— Думаю, что не стоит тащить в рот всё подряд, — он взглянул на данные анализатора. — Особенно если не знаешь, насколько оно совместимо с твоей биологией.

После пары минут изучения Семён удовлетворённо кивнул и вернул фрукт Софии.

— Можешь есть без опаски, ничего серьёзнее лёгкой аллергии тебе не грозит, да и то вряд ли.

София осторожно откусила плод. И едва мякоть и сок попали на вкусовые рецепторы, как в голове у неё словно взорвалась сверхновая. Из глаз Софии хлынули слёзы.

— Выплюнь, если несъедобно, — посоветовал Рихтер, с недоумением глядя на девушку, но та отчаянно замотала головой, впиваясь зубами в мякоть плода.

— Щищефо фущнее… — попыталась ответить она, но с набитым ртом ничего не вышло. — Ничего вкуснее я не ела в своей жизни! Командор, я официально отказываюсь покидать эту планету даже под угрозой расстрела.

— Ты в подчинении у Джейн, пусть она тебя и расстреливает, — усмехнулся Рихтер.

— Попробуйте сами, тут много, — София достала из корзины ещё один фрукт и протянула командору.

Местные смотрели на них уже куда менее настороженно. Очевидный восторг пришельцев явно успокоил их. Рихтер с лёгким недоверием надкусил инопланетный плод и в тот же момент понял эмоциональный восторг Софии. Ничего подобного он никогда в жизни не ел.

После того, как один из ранних налётов шинтайя уничтожил всю гидропонику Единства, людям пришлось перейти на синтетическую еду. По сути своей это была довольно безвкусная серая паста, содержащая необходимый минимум белков, жиров и углеводов. Единственной доступной приправой к этому сомнительному лакомству оставались соль и витаминные добавки. Попытки сделать что-то более вкусное и питательное предпринимались, но им отдавался куда более низкий приоритет в сравнении с военными и инженерными разработками. И теперь, наслаждаясь вкусом и текстурой инопланетного фрукта, Ян Рихтер понял, что главным достижением его флотилии будет вовсе не захваченный корабль.

— Командор, нам удалось отыскать двадцать одного пленного, — доложил лейтенант Васильев, командир штурмовой группы. — В том числе пятерых офицеров и восемь инженеров. Реактор корабля обесточен, угрозы взрыва или утечки радиации нет, — боец озадаченно взглянул на командующего, и Рихтер понял, что блаженно улыбается, доедая остатки фрукта.

— Отличная работа, лейтенант, — командор стёр с лица улыбку, настраивая себя на рабочий лад. — Насколько значительны внутренние повреждения? Корабль выдержит гиперпереход на буксире?

— Я не инженер, но внутренние переборки выглядели достаточно целыми. Сильно пострадали мостик и двигательный отсек. Вооружение также полностью выведено из строя.

— Хорошо.

Рихтер задумался. Корабль, пленные, фрукты. Их экспедиция должны была обследовать все системы в радиусе двух прыжков от Денеба, но в свете всех этих открытий поставленная задача явно отходила на второй план. Следует подольше задержаться на этой планете, изучить её биосферу и местных жителей. Но одновременно с тем явная активность шинтайя в системе представляла угрозу. Необходимо срочно уведомить об этом правительство Содружества. А заодно доставить пленных и трофей.

Тем временем Шушу и София о чём-то активно переговаривались. Абориген активно шипел и свистел, указывая рукой то куда-то вдаль, то на убитого соплеменника, то на ближайший холм. София улыбалась, хмурилась, жестикулировала, но договориться между собой им явно не удавалось. Наконец, Шушу просто подошёл к ней, осторожно взял за руку и потянул за собой, активно указывая в сторону холма.

— Командор, кажется, он хочет, чтобы мы пошли за ним, — неуверенно произнесла девушка, вставая.

— Хорошо, — Рихтер принял решение. — Мы сходим. Но сперва, лейтенант, оставьте мне пятерых своих людей, остальные пусть возьмут корзины с фруктами и отнесут на «Энигму». Капитан Элизабет, сколько у вас ещё таких анализаторов и людей, умеющих ими пользоваться?

— Три, — ответила та после недолгого раздумья. — Лейтенант, найдите на корабле Викторию Шварц и попросите провести биохимический анализ плодов и убедиться, что они безопасны для употребления.

Так Рихтер с удивлением для себя узнал, что на «Энигме» служит родная дочь самого адмирала.

— Далее, если все плоды безопасны, пусть отложит десяток для транспортировки. По возможности стоит поместить их в холодильник или морозильную камеру. Остальные распределить среди команд кораблей, они это заслужили. Дальше… погрузите пленных на «Клеймор», зубы пока можно не удалять. И найдите системы захвата, пусть инженеры подготовят всё для извлечения корабля шинтайя и поднятия его на орбиту. Всё ценное из него вынести и погрузить на «Клеймор». Всё ясно?

— Да, командор, — кивнул Васильев.

— Приступайте. А теперь София, пойдём за твоим новым другом.

Идти пришлось недолго. Едва они обогнули холм, как стало ясно, что он обитаем. Тут и там на его зелёных склонах виднелись круглые деревянные двери, уходящие вглубь холма. Из-за некоторых дверей настороженно выглядывали другие «ящерицы».

— Шир, Бэггинс, — негромко прошипел Семён, заставив пару своих коллег тихонько хихикнуть. — Простите, командор! — осёкся парень, поймав на себе взгляд Рихтера.

— «Шир» звучит неплохо, — кивнул ему командор. — Поздравляю, ты только что придумал название этой планеты. Хоть она и населена ящерицами вместо хоббитов, — эта земная классика была одной из немногих книг, чудом переживших налёты шинтайя, и в Содружестве сложно было найти человека, который не знал бы, что такое Шир.

Тем временем Шушу что-то зашипел своим соплеменникам, которые осторожно повылезали из нор и приблизились к неведомым пришельцам. Затем он вновь обернулся к Софии и начал что-то активно доказывать, то обводя руками других «ящериц», то вполне по-человечески грозя кулаком куда-то за горизонт и совершая прочие жесты, которые можно было однозначно истолковать как враждебные. Для полноты картины он схватил верёвку, обернул её вокруг своей шеи и что-то зашипел, вновь указывая вдаль.

— Командор, если я правильно понимаю эту пантомиму, Шушу хочет сказать нам, что где-то там живут враги его народа, которые пленили их и хотели передать шинтайя. Которых он называет «шайицца».

Услышав из уст Софии это слово, Шушу гневно погрозил кулаком небу, а затем простёр руки перед людьми, вновь произнеся «Ажшуур».

— Вполне законное предположение, — согласился Рихтер. — И раз уж ты проявила такую смекалку и нашла общий язык с местными, официально назначаю тебя, София, главным ксенолингвистом нашего временного форпоста на этой планете.

— Меня… — ошарашенно протянула девушка.

— Какого ещё форпоста? Ян… в смысле, командор Рихтер, что происходит? — одновременно спросила Элизабет.

— Как командующий Второй экспедиционной флотилии я принял решение о создании временной базы на этой планете с целью её дальнейшего изучения. Выгода от сотрудничества с местными очевидна.

— Вот зачем понадобилось замораживать фрукты.

— Я хочу доставить их на Единство и представить совету вместе с доводами в пользу освоения Шира. Кроме того, нужно доставить пленных и захваченный корабль. Может быть, на этот раз удастся получить больше данных из навигационных журналов. Я отправлюсь обратно на «Клейморе». Поскольку это в первую очередь исследовательская экспедиция, главной назначаю тебя, капитан Элизабет. Перегоните «Энигму» ближе к холму, сделаем это место нашей базой. И нет, Семён, мы не будем называть её Хоббитоном.

— Простите, — смутился тот, заработав смешки коллег.

— «Лучник» выйдет на орбиту и будет отслеживать возможные перемещения в системе. «Гладиус» я оставлю здесь, пусть чинят последствия своего тарана, а заодно послужат прикрытием на случай, если дела пойдут скверно. Васильева передаю под твоё начало. Продолжайте контакт с местными, ищите пищевые культуры. Узнайте, есть ли у них домашний скот. София, тебе персональное поручение обучить Шушу хотя бы основам нашего языка. Пусть шипит и шепелявит, но чтоб к моему возвращению мог изъясняться на неолатыни. Вопросы?

— Миллион, но не на один из них ты не сможешь ответить, — вздохнула Джейн. — Вылетаете вы, надо полагать, незамедлительно?

— Верно. Чем раньше я сделаю доклад совету, тем раньше они примут решение. Возможно, даже усилят нас кораблями Сторожевой эскадры на случай возможной контратаки шинтайя.

— Понятно. Удачного пути, командор. Привет Нике и детям.

— Обязательно, — кивнул Рихтер. — Удачи, Джейн.

Формальное общение им удавалось с трудом. Впрочем, вряд ли хоть кто-то из присутствующих не знал, что Ника Рихтер, жена командора, была родной сестрой Джейн Элизабет.

— «Клеймор», говорит адмирал Шварц, что там у вас происходит? — такими словами встретила корабль Рихтера родная система.

Он испытал немалое облегчение, когда после нескольких дней пути гиперкоридор наконец-то выплюнул «Клеймор» вместе с его огромным грузом. Кажется, они первыми во всём Содружестве узнали, что в гиперпространстве бывает турбулентность.

— Адмирал Шварц, на связи Рихтер, — ответил он. — В ходе экспедиции нами был захвачен корабль шинтайя вместе с командой. Мы буксируем его к Единству.

— Вот у Искадера радости будет, — хмыкнул адмирал. — Потери?

— Отсутствуют, адмирал. Мы застали их врасплох и подавили сопротивление. Кроме того, адмирал, у меня к вам срочная просьба.

— Слушаю, — слегка напрягся Шварц.

— Я прошу немедленно созвать заседание правительственного совета. Мне необходимо сделать доклад о результатах экспедиции и запросить дальнейшие инструкции. Это касается в том числе и продовольственного вопроса.

— Удачная у вас экспедиция сложилась. Хорошо, будет тебе совет в ближайшее время. Спусти свой трофей у Мастерской, я передам им, чтобы ждали подарок. Пленные?

— Двадцать одна особь, в том числе офицеры и инженеры, если судить по знакам различия. Клыки им пока не удаляли. Живых муу поймать не удалось.

— Жаль, нам бы не помешала парочка этих здоровяков.

Как стало известно ещё после допросов пленных с «Железной Птицы», муу были менее развитым видом с той же планеты, что и сами шинтайя. Могучие, сильные, но глупые и доверчивые, они были идеальными рабочими. Правительство Содружества уже полтора десятка лет мечтало поймать несколько живых особей и попытаться «одомашнить» их. Но обоих муу с первого корабля убили во время штурма, а в этом муу не было вовсе.

— …на этом у меня всё, — Рихтер закончил свой доклад перед советом и замер, ожидая вопросов.

«Правительственным советом» высокопарно именовалось то, что можно было с некоторыми допущениями назвать совещательным органом Содружества. Вот только заседал он пока в грубой, но добротной хибаре, которая в недавнем прошлом служила домом семье Боклеров. Сидней Боклер, неоспоримый лидер и правитель Содружества, до последнего отказывалась переезжать в более комфортное жильё, и только после того, как подавляющее большинство граждан переехало в новые малоэтажные панельные дома, Верховная главнокомандующая Содружества наконец-то переселилась в более приличное место, отдав свой старый дом под зал заседаний совета. И народ ценил это. И без того любимая многими после успешного захвата «Железной Птицы», Сидней обрела чуть ли не сакральный статус в глазах жителей Единства благодаря своей заботе о благополучии большинства в ущерб собственным интересам. Это позволило ей беспрепятственно установить единоличную военную диктатуру, избавившись от любых механизмов народовластия, которые по её мнению лишь тормозили развитие общества и стремительную милитаризацию Содружества в ожидании предстоящих столкновений с шинтайя. А в том, что они будут, не сомневался никто.

Совет состоял из самой Сидней Боклер, её мужа и ведущего учёного Искандера Боклера, министра обороны Макса Шварца, а также государственного министра Электры Зан, ровесницы Рихтера, замеченной за её талант к экономике.

— Благодарю за доклад, командор, — кивнула главнокомандующая. — Можете быть свободны. Адмирал Шварц передаст вам решение совета.

Отдав честь, Рихтер покинул помещение.

— Что думаешь? — спросил Шварц, едва за командором закрылась дверь.

— О твоём протеже? Парню просто повезло, — пожала плечами Сидней. — Захват одного корабля, когда у тебя три, не свидетельствует о талантах флотоводца, — фраза «мы управились вообще без корабля» не прозвучала, но явно повисла в воздухе.

— Я не про его таланты. Тем более, как ты верно подметила, проявлять их было особо негде. Даже клинический идиот выиграет сражение с трёхкратным перевесом и фактором неожиданности, — фыркнул Макс. — Я про образ мышления. Только нашёл новый ресурс, сразу подумал о том, как поставить его на службу Содружеству. И распоряжения своим подчинённым он дал весьма толковые.

— А я вроде и не оспариваю твоё решение назначить Яна командовать Второй экспедиционной. Просто констатирую, что пока тут не о чем говорить. Но вернёмся к насущным делам. Что там с кораблём?

— Разбираемся. Пострадал он конечно куда сильнее первого, — Искандер слегка поморщился. — Мостик вообще наполовину смяло. Но часть систем подлежит восстановлению и дальнейшему анализу. Пленных отправили на обработку.

— Теперь к продовольственному вопросу, — Сидней открыла пластиковую коробку с аккуратно нарезанными фруктами и осторожно подцепила кусочек. — Да, за такое вполне можно и орден выдать, — сказала она, проглотив плод. — Берём по одному куску, остальное детям в школы.

— Да, главнокомандующая, — с некоторой тоской произнесла Электра.

— Детям витамины и клетчатка нужнее, чем нам, — осадила её Сидней. — У нас и так наблюдается массовый авитаминоз с сопутствующими ему заболеваниями.

— Нужно развивать отношения с населением этого Шира. К примеру, мы могли бы наладить с ними торговлю, — предложила Электра. — Уверенна, за ножи или ткани можно было бы выменять много фруктов.

— Мысль хорошая, но их цивилизация физически не сможет нас прокормить. Жаль, ты плохо знаешь земную историю. Со слов командора Рихтера, местные находятся на уровне ранних Средних веков. Это означает простые формы ведения хозяйства, в лучшем случае с природными удобрениями. У них просто нет достаточного количества излишков. Да, мы без труда сможем выменять у местных вождей или королей любое количество фруктов за простые стеклянные бусы. Уверена, они будут готовы уморить собственный народ голодом, лишь бы получить красивую блестящую штучку, что уж говорить о мече или доспехах из нанокомпозита. Только чем мы тогда будем отличаться от тех же шинтайя, эксплуатирующих слабых и уязвимых? Тем, что будем делать это чужими руками? Не говоря уже о том, что подобная схема нежизнеспособна даже в среднесрочной перспективе.

— Это сейчас была подводка к тому, что нам проще захватить эту планету? — с усмешкой спросил Макс.

— Да, — совершенно серьёзно ответила Сидней. — Нам действительно будет проще захватить эту планету. Причём даже не всю, для начала хватит того, что мы установим контроль над северным континентом, где у нас уже есть форпост и, предположительно, дружественное местное население. Затем мы развернём там полноценные агрокомплексы, проведём селекционную работу и механизацию хозяйства. Должна отдать должное предусмотрительность командора Рихтера, к моменту, когда он вернётся на Шир, его подчинённые уже успеют выяснить, что там можно выращивать и в каких объёмах. И да, Макс, ты говорил, я помню.

— Есть ещё один плюс, помимо более здорового питания, — заметил Искандер. — Мы сможем направить естественную биомассу Единства на увеличение численности населения без риска, что начнётся голод.

— Хочешь превратить свою лабораторию по клонированию в полноценную фабрику? — несколько скептически поинтересовался адмирал.

— У нас нет другого выхода. Сколько людей сейчас проживает на Единстве? Два миллиона? — Искандер вопросительно взглянул на Электру.

— Согласно последней переписи, суммарное население системы составляло, — Зан заглянула в записи, — два миллиона пятьдесят две тысячи человек.

— И это после демографического взрыва, последовавшего за уничтожением «Птицы». На на старой Земле в одном городе могло проживать раз в сто больше. Если мы хотим построить полноценное общество, нам нужно больше людей.

— Ну так и пусть заводят детей нормальным способом, — фыркнул Макс. — Вам с Сидней как-то ничего не помешало аж семерых заделать.

— Да вот только женщина не конвейер. Это тогда на волне восторга у нас произошло настоящее демографическое чудо. А сейчас показатели уже падают до уровня развитых стран Земли середины двадцатого столетия. Поверь, ещё одно поколение, и мы выйдем на плато. И даже если нас тут будет десяток миллионов, это просто капля в море на фоне любой межзвёздной империи. Как думаешь, сколько сейчас население той же Земли, миллиардов двадцать?

— Я понимаю, к чему ты клонишь, — вздохнул адмирал. — И я искренне рад, что вы с Сидней нашли друг друга, потому что я просто не представляю, кто кроме вас двоих смог бы выносить друг друга. С вашим-то цинизмом.

— Это политика, — просто ответила Сидней. — И раз уж мы взвалили на себя эту ношу, нам и брать на себя все последствия. В том числе и необходимость смотреть на людей через призму чисел и статистики.

— Мы отошли от темы, — напомнила Электра. — Нужно принять окончательное решение относительно новой планеты и отдать соответствующие распоряжения.

— Это вопрос решённый. Командор Рихтер превратит эту планету в протекторат Содружества, а затем в аграрную колонию. Макс, передай ему в подчинение ещё два боевых корабля для прикрытия планеты и инженерное судно для постройки полноценной космической базы в системе.

— Понял, — Шварц быстро записал что-то в блокноте. — Ещё что-то?

— Нужны наземные войска. Передай ему тысячу солдат планетарного ополчения и все ваши экспериментальные шагающие танки, пусть обкатывают в реальных условиях, а заодно дополнительный эффект на местных. Командование экспедиционным корпусом поручим Ёсино, но подчиняться он будет Рихтеру.

— Ёсино будет в восторге, — скептически заметил Макс. — Он у нас вообще-то числится генералом и главнокомандующим наземными войсками.

— Составим приказ о назначении Яна Рихтера временным военным губернатором системы. А Ёсино не помешает поумерить спесь. Пусть для разнообразия докажет, что умеет не только красивые построения в чистом поле делать.

— Как бы он не подбил солдат на бунт против губернатора.

— Именно поэтому, — улыбнулась Сидней, — приказ о назначении Рихтера я зачитаю лично перед всем экспедиционным корпусом.

Макс только покачал головой. Разумеется, Сидней прекрасно знала о своей популярности и понимала, что если назначение будет исходить непосредственно от неё, даже самый преданный человек Ёсино и пальцем не посмеет тронуть ставленника главнокомандующей. Даже сам генерал не рискнёт ничего предпринять из уважения к решению Сидней. На этом совещание совета подошло к концу.

Шир встретил своего нового губернатора не самыми приятными новостями, доказавшими, что тысяча солдат и танки лишними не бывают. Впрочем, начиналось всё достаточно неплохо.

— С возвращением, командор, — приветствовала его капитан Элизабет. — Я подготовила отчёт обо всех происшествиях за месяц вашего отсутствия.

Отлучка Рихтера и правда затянулась, впрочем его вины здесь не было. Одни только перелёты через гиперкоридоры отняли почти три недели, плюс время потраченное на сбор и погрузку войск. Вопреки опасениям, отношения с Ёсино у них сразу сложились неплохие. Генерал оказался поклонником трудов земных полководцев, тех, которые удалось сохранить, и мечтал лишь о том, чтобы опробовать свои теоретические познания на практике.

— Генерал, давайте так, при необходимости я буду просто указывать вам, какой регион захватить, и какие потери среди местного населения я буду считать допустимыми, а детали оставлю на ваше усмотрение.

— Губернатор, меня полностью устраивает такой подход, — после этого краткого диалога между ними установилось полное взаимопонимание.

За время отсутствия Рихтера на Шире успели отстроить небольшое поселение, куда переехали все лаборатории. Наличие строительного 3D-принтера позволило даже выстроить некое подобие укреплений, в основном для защиты от местной, порой весьма агрессивной и назойливой фауны. А поскольку транспортные корабли также несли на борту строительные принтеры и сами предназначались для демонтажа и превращения в сооружения, строительство военной базы развернулось сразу же и шло ударными темпами. Самого же Рихтера в первую очередь отвели… в столовую.

— Прошу, командор… то есть губернатор, — с гордостью произнёс один из исследователей с «Энигмы», ставя перед Рихтером накрытое крышкой блюдо. — Результат наших неустанных трудов по исследованию местных флоры и фауны.

Под крышкой обнаружился целый обед из трёх блюд: наваристый суп, какие-то плоды с мясной подливкой и нечто странное и воздушное, а также стакан чего-то, напоминающего не то чай, не то кофе. Молодой организм губернатора встретил эти блюда голодным урчанием, и Рихтер с огромным и доселе неизвестным ему удовольствием принялся поглощать местную кухню.

— Мы нашли здесь аналоги многих земных растений, — пояснила Элизабет. — Во всяком случае, нечто похожее по описанию на злаки, картофель и тонизирующие плоды. Как выяснилось, местные также держат скот. Мы, кстати, решили называть их ширами. Так вот, наши биологи собрали образцы, провели комплексное исследование и составили несколько рецептур вкусных и полезных блюд. Я так понимаю, командование одобрило наше предложение по освоению этого мира?

— Да, — подтвердил Рихтер. — Отныне Шир считается протекторатом Содружества и вверен мне как губернатору системы. Планету рассчитывают превратить в основной источник продовольствия. Ширы получат доступ ко всем благам нашей цивилизации и станут основным обслуживающим персоналом новых агрокомплексов, которые планируется развернуть здесь после того, как мы установим контроль хотя бы над третью северного континента.

— Отлично, мы уже набросали селекционную программу и прикинули культуры, наиболее перспективные для генетической модификации. А теперь поговорим о проблемах.

— В чём дело? — с Рихтера мигом слетело благодушное настроение .

— Нам объявили священную войну.

При этих словах Элизабет лицо губернатора приняло выражение крайней озадаченности.

— Капитан Элизабет, вы не могли бы выражаться точнее?

— Лучше пусть объяснят София с её другом. Пройдёмте в зал совещания. И пригласи командующего армией…

— Генерала Ёсино.

— Да, генерала Ёсино. Ему это будет крайне интересно послушать.

Залом совещаний здесь называлось круглое помещение с высокой крышей-куполом. Никаких столов или стульев здесь пока не наблюдалось, и участникам совещания предлагалось сидеть на циновках, судя по всему, местного плетения. Зато на стене уже висел экран проектора, а рядом с ним возвышалась широкая доска для письма. Помимо Рихтера, Элизабет и Ёсино, в зале присутствовали капитаны всех кораблей, а также София и её приятель Шушу. Шир успел сменить свою грубую одежду на изделия промышленности Содружества и щеголял пёстрой накидкой с замысловатыми узорами.

— Пшивецвую вас, команнор, — прошипел Шушу, наклоняя голову в поклоне.

— Вы делаете успехи, — благожелательно улыбнулся Рихтер. — София, мои поздравления.

— Это всё Шушу, — смутилась девушка. — Я читала в приключенческих книгах, что примитивные народы быстрее учат языки. Оказывается, так и есть.

— Итак, я жду объяснений. Что за священная война, и кто её нам объявил.

— Пощицацели шайицца, — ответил Шушу. — Они бояца ажшуур… юдей, но их жрецы в бойшом хааме, — шир сбился и растеряно оглянулся на Софию. — Суфи… знаец, ховорил ей. Прошцице команнор, я ещё пъохо ховорю…

— Всё в порядке, Шушу. София?

— В общем-то, всё как и сказал Шушу. Здесь существует целая религия, почитающая шинтайя как богов. Её жрецы собирают дань с городов и деревень и отправляют пленных и товары на корабль, когда тот прибывает. И им очень не понравилось, что мы уничтожили их покровителей и стали наводить здесь свои порядки. Нас объявили ложными богами и призвали к священной войне. Прямо сейчас около пяти королевств собирают войска, чтобы атаковать нашу базу.

— Не понимаю, зачем им это?

— Как мне объяснил Шушу, жрецов и местную властную верхушку ненавидят и боятся почти все, но ещё больше широв страшит гнев «богов». И ещё, у верховного жреца есть какие-то устройства шинтайя. Я не до конца поняла, да и сам Шушу знает о них только понаслышке, но вроде как речь идёт о щита, накрывающем весь храмовых город, а также о нескольких плазменных ружьях. Может есть ещё что-то. О могуществе верховного жреца ходят самые безумные слухи.

— Щит не проблема, даже если он выдержит обстрел из танков, корабельные автопушки его легко перегрузят. И я не думаю, что даже все армии этого мира смогут противостоять тысяче солдат ополчения и восьми танкам, которые выделила нам верховная главнокомандующая. Мы без труда сокрушим этих любителей шинтайя.

После слов Рихтера Шушу немного заёрзал на месте, словно стараясь привлечь его внимание.

— Да, Шушу. Ты хочешь что-то сказать?

— Команнор, — робко зашипел Шир. — Што будец с моим нарродом? Меняц одни боги на други… — он окончательно замолчал, испугавшись собственного вопроса.

— Я понимаю твою тревогу, Шушу, — спокойно ответил ему Рихтер. — Ты боишься, что я накажу тебя за этот вопрос? — шир опасливо кивнул. — Твои тревоги напрасны. Более того, я даже награжу тебя и назначу руководить твоими соплеменниками.

— Нехоцю… как жрецы… — через силу выдавил из себя шир и сжался, ожидая наказания.

— Этого не будет. Мы не станем похищать твоих соплеменников. Мы возвысим их. Мы дадим вам наши технологии, лекарства, одежду. Вы будете обрабатывать поля с помощью наших машин. Понимаешь, Шушу? Своим трудом вы будете кормить и себя, и нас. Свободные от страха перед ложными богами с небес.

При этих словах шир явно приободрился.

— А што жрецы? Што сделац их?

— Что будет с ними? Мы сокрушим их и их сторонников, они понесут заслуженное наказание за предательство своего народа, своего мира. Мы разрушим их храмы и воздвигнем на их месте новые города, в которых ширы и люди смогут вместе жить и трудиться ради светлого будущего. Ну как, нравится тебе такое?

— Я не вщё понимац, команнор, — извиняющимся тоном прошипел Шушу. — Но вижу, вы хоцице добжра джа насс и васс. Я буду сражацца за васс и свой нарроц.

— Хорошо. В таком случае, сделаем так…

Восемь танков мерным шагом шли по зелёной равнине, сминая траву и кусты и распугивая животных, спешащих убраться с пути металлических колоссов. Эти боевые машины имели высоту почти шесть метров и помимо основного гладкоствольного орудия несли ещё восемь крупнокалиберных пулемётов, а также вмещали тридцать человек десанта. В одном из этих танков вместе с генералом Ёсино, решившим лично командовать битвой, ехал и Шушу. По расплывчатому описанию шира для него изготовили подобие роскошных доспехов, какие здесь носили самые видные военачальники. В его задачу входило убедить как можно больше солдат объединённой армии сложить оружие и сдаться без боя.

Наконец, танки достигли вражеской армии. Прямо перед ними на равнине спешно выстраивалось объединённое войско растерянных широв, понукаемых жрецами. Ёсино невольно присвистнул — тут явно собралось не меньше сорока тысяч воинов. И он даже не был уверен, хватит ли у его людей патронов на всю эту толпу. Тем временем Шушу, согласно плану, забрался на кабину замершего танка и замер, встав в полный рост. Он взял микрофон и зашипел заранее заготовленную речь, усиленную через выведенные наружу динамики. Он говорил о лжи жрецов, о падении корабля шинтайя и о новых могущественных покровителях его народа. И судя по всему, его речи вкупе с внушительными танками произвели впечатление на многих. Один за другим ширы начали опускать оружие и о чём-то ожесточённо спорить друг с другом. Казалось, бойни удастся избежать, как вдруг один из местных в развевающихся одеждах достал нечто, напоминающее длинную трубку, и выстрелил в бросившего оружие воина, мгновенно испепелив того. Генерал с первого взгляда опознал в этой трубке плазменное оружие шинтайя и со злостью стиснул зубы.

— Хенерал, убейце жреца! — закричал Шушу прямо в микрофон.

Пулемёт одного из танков с грохотом выстрелил, и жрец повалился на землю, но своё дело он успел сделать, и армия перешла в нерешительное наступление.

— Шушу, в кабину! — распорядился Ёсино. — Вещать будешь отсюда. Огонь из основных орудий.

Шушу едва успел нырнуть в нутро стального монстра, как орудия главного калибра с грохотом обрушили снаряды прямо в середину строя, разметав воинов в стороны и посеяв панику в рядах войска.

— Пулемётчики, высматривайте ящериц в балахонах и отстреливайте их, — приказал генерал. — Шушу, даю тебе второй шанс убедить войско сложить оружие. Третьего не будет.

— Да, хенерал, — грустно прошипел шир и вновь взялся за микрофон.

Ёсино не знал, что он будет говорить на этот раз, но это было не важно. Грохот, взрывы и гибель соплеменников от неведомого оружия превратили войско широв в паникующую толпу, и уже никакие угрозы жрецов не могли навести порядок. Особенно с учётом того, что каждого высунувшегося обладателя просторной мантии немедленно ждала пуля.

Через полчаса всё было кончено. Все ширы, не сбежавшие куда глаза глядят, сгрудились рыхлой кучкой в сотне метров от танков и выслушивали уже третью по счёту речь Шушу. Ёсино взялся за рацию.

— Штаб, говорит Ёсино. Мы выиграли сражение, Шушу сейчас увещевает своих последовать за нами к храмовому городу. Расчётное время прибытия сорок четыре часа.

— Вас понял, генерал, отличная работа, — отозвался Рихтер. — Я передам Штерну, чтобы был готов к вылету.

— Принял. Конец связи.

К недовольству генерала переход занял куда дольше обозначенного им времени. К ним пожелали присоединиться почти две тысячи напуганных и разгневанных широв, готовых посчитаться со жрецами за все обиды. Остальные просто разошлись кто куда. Увы, воины широв не отличались особой подготовкой и еле плелись даже в сравнении с достаточно медлительными танками. Но даже в таком темпе спустя три дня они достигли предместий храмового города, оплота власти приспешников шинтайя. Красивый, увенчанный шпилями город встретил их непробиваемым куполом едва видимого щита. Верховный жрец настолько уверился в собственной неуязвимости, что даже решился подойти к самому краю барьера. Он что-то сердито шипел соплеменникам, не иначе как обещая кары небесные от своих покровителей. Ёсино с лёгким любопытством смотрел на это представление, прекрасно зная, что произойдёт в ближайшие минуты.

Наконец, один из воинов разозлился и метнул копьё, бессильно отскочившее от незримой преграды. Жрец радостно зашипел, а среди переметнувшихся к людям широв начало расти смятение. Даже речи Шушу, обещавшего им истинную мощь людского оружия, не слишком подкрепляли их уверенность.

Но вот на горизонте появилась небольшая точка. Через считанные минуты она превратилась в грозный боевой корабль Содружества, зависший в полукилометре от щита. Ширы взволнованно зашептались, глядя в небо, но жрец сохранял прежнюю уверенность.

— Генерал, мы готовы открыть огонь по команде, — доложил капитан Штерн.

— Принял вас, ждите. Шушу, предупреди своих, что сейчас будет громко.

Шир, уже слышавший, что такое грохот автопушек в атмосфере, быстро затараторил, то и дело указывая рукой в небо.

— Капитан Штерн, разрешаю открыть огонь.

— С удовольствием, генерал.

В этот момент на купол с оглушительным грохотом обрушилась вся мощь орудий «Лучника». Генерал не без зависти смотрел на крупные всполохи пламени, возникающие на щите в местах попадания. Калибр у автопушек был даже больше, чем у главного орудия его танков, и при этом по меркам космического вооружения они считались чем-то вроде пулемётов. Щит не продержался и минуты. Едва он рухнул, как город захлестнул неудержимый шквал металла, с устрашающей лёгкостью сметая величественные храмы. Верховный жрец даже не попытался сбежать. Он мог лишь с ужасом наблюдать, как его неуязвимая обитель прямо у него на глазах превращается в груду щебня. Рушились не просто здания, рушился привычный миропорядок. Власти шинтайя над этим миром окончательно пришёл конец.