Личный враг (джен)

Намджуна в очередной раз мотнуло в сторону. Море вело сегодня себя как капризный ребёнок: то позволяло огромному парому легко скользить по спокойной глади, то нагоняло шаловливые волны.

Сколько хватало глаз Намджун видел лишь бескрайнюю серую бездонную водную массу. Он представлял под бортом невообразимую глубину, и спину буквально щекотали мурашки. Ким повернулся на сто восемьдесят градусов и с облегчением выдохнул: наконец-то берег. До него оставалось каких-то метров триста на глаз. Намджун улыбнулся, представляя себя на мягком диване, и краем глаза заметил что-то огромное, повернулся в том направлении и замер в восторге и в личной тоске.

Метрах в ста пятидесяти от судна, шедшего из Владивостока в порт Сокчо, по волнам шли два менталиала-косатки с особыми голубыми отметинами на головах. Черные, матово блестящие,с белыми мазками по мощным бокам.

Одно было странно: косатки шли слишком быстро, не сворачивая, прямо на паром. Такого не должно быть. Менталиалы крайне редко нападали на людей. Тем более водные. Они отличались спокойным и дружелюбным нравом. Значит, человек, связанный с ними ментально, приказал им напасть на паром? Но зачем? На борту только обычные работяги, не считая...

Намджун глянул на верхнюю палубу, на которой в данный момент стоял перепуганный глава местного управления городом. Поговаривали, он ведёт подпольную торговлю алмазами. Но правда ли это или только слухи?

Намджун осмотрелся по сторонам и понял, что им придется несладко, если гигантские косатки, крупнее обычных раза в полтора, врежутся в паром, полный людей. У некоторых пассажиров имелись с собой менталиалы, но все они были наземные и вряд ли смогли хоть что-то противопоставить водным... Намджун не успел довести свою мысль до конца. Ощутимый толчок в правый борт чуть не опрокинул его. Ким схватился за поручень и судорожно соображал. Если кто-то решил так избавиться от главы Сокчо, неужели он пойдет до конца?

Слева послышался детский плач, и Намджун почувствовал безнадежность данной ситуации. Никто кроме водных гигантов и летающих ящеров им не может помочь. Но где взять гигантов, если они крайне редко встречались среди менталиалов. Уж Намджун как никто знал это. И ещё. В отличие от косаток они обитали далеко в океане, и в Восточном море встретить их почти нереально. Даже если позвать и кит услышит, то переместиться сюда мгновенно не сможет из-за своего огромного веса. В отличие от косаток, например. Но Намджуну ничего не оставалось как только позвать. Попробовать позвать. Он очень давно не делал этого, хотя тренировался постоянно. Его ментальная связь с полосатиком всегда отличалась мощным зовом. Правда, на деле это было почти бесполезно. В отличие от других менталиалов, его менталиал находился на огромном расстоянии от него.

Ким схватился за поручень покрепче и сосредоточился. Постарался выкинуть из головы все мысли и подавляющий связь страх. Это всегда ему удавалось во время зова. Только что он паниковал, а в следующий миг он почувствовал всё пространство на многие мили вокруг. И услышал, как странно, шум голосов и отголоски мыслей других менталиалов. Не своего, но чужих. Такое случалось крайне редко. Намджун не стал заострять на этом внимание и мысленно позвал Полосатика так громко, насколько возможно. И услышал его отдаленный ответ. Водники в отличие от наземных менталиалов не умели говорить, но их люди-партнёры шестым чувством распознали их намерения и мысли, а некоторые, особо одарённые, умели управлять своими животными.

Зов Намджуна оказался настолько сильным, что на него откликнулся не только его кит, но и все менталиалы, которые услышали его. Такого Намджун никогда раньше не ощущал и уж точно не ожидал. Наверное, всё же переволновался, и его разум сыграл с ним в опасную игру. Слишком много чужих обрывков мыслей, помыслов и эмоций вклинились в его разум шквальным потоком. Намджун даже испугался на секунду, потому что не мог отделить свои мысли от чужих. Злость, желание кинуться в бой, страх, непонимание и уйма других эмоций бились в черепушке рэпера, причиняя зверскую боль. Но Намджун отчасти справился, сумел подавить большинство чужих мыслей.

В голове царил туман, когда очередной толчок в левый борт ощутимо качнул судно вправо. Несколько человек закричали. Намджун слышал ответ Полосатика, — он находился слишком далеко, — и понимал, что их спасет только чудо. И это чудо — крылатый ящер — не заставило себя долго ждать. Был, правда, один нюанс: ящер Хосока являлся таким же трусом, как и его человек. Если бы Намджун был в обычном состоянии, он возможно и не уговорил бы ящера Пёрышко (хотя этот менталиал имел огромные габариты для воздушника), но злость атакующих косаток, которую Намджун ощущал особенно остро, потому что косатки находились рядом, заставила его действовать жёстче обычного.

— Только ты можешь остановить их! — рычал Намджун в морду белого ящера, похожего на летающего дракона. — Только ты в обозримом пространстве умеешь пускать ультразвуковые импульсы! Я могу слышать их, но точно воспроизвести вряд ли смогу в таком состоянии! Если ты сейчас ничего не сделаешь, я и все на этом пароме просто сдохнем! — от очередного толчка Намджун устоял на ногах только благодаря тому, что схватился за шею Пёрышка. Ким ударил кулаком по стене парома: — Врубай свой ультразвук!

И ящер открыл пасть. Звука никто не услышал, но косатки неистово замотали головами и издали протяжные, высокие крики. Намджун чуть не оглох, потому что все ещё не до конца смог отгородиться от их разумов. В голове стоял гул и что-то вроде белого шума, когда Намджун заметил, как мощные тела косаток направились в открытое море. Он вздохнул с облегчением и решил поблагодарить Пёрышко.

— Неужели на тебя нужно было наорать, чтобы ты помог нам? Нельзя же быть таким трусливым! — попенял рэпер ящеру.

— Я чет не пойму: ты благодаришь или хамишь? — насупился менталиал Хосока, шмыгнул носом и, резко взмахнув крыльями, взмыл в небо, истошно проклиная всех рэперов мира, особенно одного неуклюжего гения.

До берега паром добрался без особых проблем, не считая взволнованных пассажиров. Капитан не позволил никому сойти на берег и вызвал патруль, специальный отдел именно по таким случаям, когда менталиалы нарушают закон. В основном менталиалы отличались высоким интеллектом и не причиняли людям вреда, если те не провоцировали их. Но, как и люди, эти существа обладали своим уникальным характером, и могли сами принимать решения. Поэтому вопрос "по своему ли желанию косатки напали на паром или их сподвигло на это ментальное давление человека?" не имел точного ответа. И выяснить это являлась непростой задачей из-за среды обитания косаток. Попробуй найди в огромном водном пространстве водника, если он не хочет, чтобы его нашли. Даже если найдешь, заставить их общаться может не каждый специалист. Только их человек-партнёр. Но и его определить трудно. Например, о менталиале Намджуна не знали даже поклонники, потому что он не афишировал это. Зато менталиалов Тэхена и Хосока знали все. Ещё бы, нелегко скрыть существ привязанных к человеку. Тем более таких экзотических, как летающий мини-дракон. И оба этих менталиала вызывали восторг поклонником. Ещё бы, огромный тигр больше амурского раза в два и белый летающий ящер, который по классификации стоит в первом ряду по опасности. Да, ящеры отличались агрессивным нравом и непревзойденной физической силой. Но только не Пёрышко. Этот дракончик обладал не свойственным для его вида дружелюбием. И мог носиться где ему вздумается. Однажды во время концерта в Кояне он приземлился на сцену и вышагивал рядом с Намджуном, потому что донимал он, как правило, именно Намджуна. Парни так и не смогли уговорить крылатого менталиала покинуть сцену. И этот концерт остался в памяти поклонников как один из самых легендарных. Арми были в восторге!

* * *

Намджуна опрашивали особо тщательно, потому что человек со способностью призывать чужих менталиалов являлся огромной редкостью.

— Я впервые смог услышать других менталиалов, — честно отвечал Ким специалистам. — Не знаю, как это вышло. И я не могу сказать, почему косатки напали: я слышал в основном только их ярость.

Намджун вернулся домой после полуночи, — пришлось отвечать на множество вопросов касательно его собственного менталиала. Потому что специалисты заподозрили в нападении именно Намджуна. Ещё бы, человек способный общаться с каким угодно менталиалом, способный призывать чужих. Намджун наскоро принял душ, лёг в постель и попытался позвать других менталиалов, но тщетно. В этот раз он не услышал даже их эмоции.

Проснулся он от назойливого ощущения опасности. Даже сердце во сне начало биться чаще. Такое иногда случалось с людьми партнёрами менталиалов. У них, как и у животных, была прекрасная интуиция и сильный инстинкт самосохранения. Намджун сел на кровати. Прислушался. И сердце пропустило очередной удар. Постороннее дыхание. Кто-то в темноте дышал в унисон с Намджуном. Намджун задержал дыхание, и непрошеный гость не смог вовремя среагировать. Его дыхание явственно было слышно человеку с музыкальным слухом.

РМ вскочил с кровати и ударил ладонью по выключателю. Свет вспыхнул и на несколько секунд ослепил Намджуна. Рэпер проморгался и внимательно осмотрел спальню. Никого. Но запах, странный кисловатый запах щекотал нос и нервы хозяина дома. Он обошел всю квартиру, но никого не обнаружил. А это значит, что этот кто-то — менталиал высшей категории опасности. И он скорее всего...

— Хамелеон, — себе под нос прошептал Намджун и принюхался. Запах кислятины исходил как будто бы... сверху? Ким посмотрел на потолок над головой и явственно вскрикнул. — Убирайся отсюда! — он попытался включить зов и услышать эмоции существа на потолке. Хамелеоны походили на огромных ящеров с человекообразным телом. Они выглядели настолько мерзкими, насколько это вообще возможно. Отвратительное нечто что-то среднее между ящерицей и человеком.

— Что тебе от меня нужно? — как можно спокойнее поинтересовался Намджун, прикидывая свои действия, если хамелеон всё-таки проявит агрессию. Что он мог противопоставить этой твари, сотканной, казалось, из одних мышц? Только силу и смекалку. Повторил: — Убирайся из моего дома, — и потянулся к тревожной кнопке. Но не успел нажать. Сзади на него набросился ещё кто-то и начал душить. Хамелеон с потолка тоже приземлился рядом с Намджуном и схватил его за руки, не позволяя как следует защитить себя. Но хамелеон каким бы сильным он не был, недооценил противника. Намджун знал, что эти существа никогда и ничего не делают просто так, а значит, они пришли причинить ему вред. Возможно даже...

Намджун оттолкнулся ногой от кресла и полетел спиной вперёд прямо на косяк. Тот кто держал его сзади вскрикнул и ослабил хватку. Ким сразу же воспользовался этим. Вырвал правую руку из захвата хамелеона и коротко, но сильно ударил локтем противника сзади. Послышался приглушенный вздох и противник отпустил его. Но хамелеон спереди обвил его хвостом за горло, повалил на пол и придавил всем телом. Намджун заметался под тяжестью менталиала, чувствуя, как лёгкие начинают гореть из-за нехватки кислорода. С улицы послышался автомобильный гудок, хамелеон на миг отвлекся на посторонний шум, и Намджун воспользовался этим. Ударил менталиала в бок несколько раз. Ящер ослабил хватку и получил ещё несколько болезненных ударов в бок и в морду. Хамелеон стал почти невидимый на фоне окна благодаря мимикрии. И все же Намджун улавливал его движения и, ориентируясь по звуку, ударил ногой снизу вверх. Существо потеряло равновесие и завалилось назад, оказавшись на террасе. Намджун обернулся вокруг своей оси, но второго противника не смог увидеть. Возможно, он уже ретировался, что было несвойственно хамелеонам.

Хамелеон на террасе оскалил мелкие, острые зубы и плюнул в сторону Намджуна. Рэпер еле-еле смог увернуться от ядовитой слюны. Следующая атака противника оказалась настолько летящей, быстрой, что Киму пришлось изворачиваться как только позволяла его ловкость и умение предугадывать движение противника. Теперь в ход пошли ещё и когти, как у орла. Намджун по-настоящему испугался, когда лапа с когтями едва не освеживала его лицо. Один коготь всё же оставил мелкую царапину на подбородке. Юркий ящер метался то в одну сторону, то в другую, не позволяя Намджуну как следует ударить или защититься. Но и Намджун не был увальнем, когда этого требовала ситуация. Ящер бросился влево, вправо, и вновь вле... Но Намджун угадал его движение и ударил кулаком в голову. Туда, где находилась левая ушная впадина. Менталиал на секунду потерял ориентацию в пространстве, и Намджун не применил этим воспользоваться. Он повалил хамелеона на террасу и вдавил большие пальцы рук в ушные отверстия ящера — больное место этих существ.

Менталиал визжал, как крыса, пытающаяся вырваться из капкана и сохранить свою жизнь любой ценой. Высокочастотный непрекращающийся визг вгрызался в мозг Намджуна, заставляя его морщиться. Хвост ящера хлестал из стороны в сторону и несколько раз болезненно задел Намджуна по плечам и спине.

— Кто тебя послал? Кто приказал вам навредить мне? — рычал Намджун в морду нападавшего и всё сильнее вдавливал большие пальцы рук в ушные отверстия. Ящер извивался всем телом, и удержать его Намджун не смог. Менталиал вырвался и бросился в сторону, ещё не совсем придя в нормальное состояние. Энергия его тела была так велика, что ящер просто перевалился через перила террасы. Стук его тела об асфальт был слышен даже сверху. Намджун подскочил к перилам и посмотрел вниз, туда, где валялся менталиал, раскинув лапы в стороны. Намджун резко обернулся, услышав звук удаляющихся шагов. А ведь он забыл на пару минут, что нападавших было двое. Ким бросился в холл, но опоздал. Судя по звуку, второй нападавший сбегал по лестнице вниз. Намджун вызвал полицию и специалистов, которые расследовали дела менталиалов...

* * *

Намджун ввалился в студию, где сегодня записывал партию для новой песни, и увидел Хосока с тигром Тэхена Амбой. Амба, поистине гигантский тигр, вальяжно развалился посреди студии и катал между лапами мячик. Если бы не размеры менталиала, Намджун бы умилился. Да и настроение было отвратным. Стоило Намджуну пройти мимо тигра, он принюхался, ощерил пасть и встал, чуть пригнувшись. Хвост хлестал из стороны в сторону, а сам Амба прижался к полу, как будто готовился поохотиться. Низкий рык заставил парней испытать что-то сродни первобытного страха.

— Что с тобой? — Намджун прежде никогда не видел тигра по-настоящему опасным.

— Запах на тебе, — менталиал чихнул пару раз. — Запах опасности. Так пахнут только эти безмозглые ящерицы. Ты что, общался с кем-то, у кого менталиал — хамелеон?

Вместо ответа Намджун ткнул пальцем себе в шею. Хоби испуганно вздохнул, заметив на коже Намджуна синяки.

— Они напали на тебя? — тигр в очередной раз принюхался, поводя черным носом по коже Намджуна. Рэпер кивнул:

— Уж не знаю, хотели они меня убить или покалечить, но один из них чуть не задушил меня, — Ким потрогал шею рукой и рассказал о случившимся. Хосок был в шоке. Он представил, что было бы, если хамелеон задушил бы Намджуна. Даже думать об этом было страшно. — Они хамелеоны, отследить по камерам их невозможно, поэтому их вряд ли найдут. Так сказали специалисты. По запаху если только, и то случайно.

— Их было двое??? — удивлённо рыкнул Амба. — Они же невероятно редкие. Понятное дело, что их прислал человек, но откуда взялся второй менталиал ящер? У одного человека может быть только один менталиал. Исключение в этом плане составляют только водники.

— Например, косатки, которые напали на паром вчера, — кивнул не на шутку встревоженный Хосок. — Может, они именно из-за тебя хотели, ну, опрокинуть паром?

— Это бред, Хоба, — не до конца уверенно ответил Намджун. — Ящеры — да, но косатки? Бред. Это что, целый заговор против меня? Сколько же людей хочет меня укокошить? А главное — нахрена? Я же просто рэпер. Да, всемирно известный, но не более. Это что-то личное. Сто процентов.

— Почему? — не поняли его собеседники.

— Потому что они как-то сумели проникнуть ко мне в квартиру, не взламывая замок. Это значит только одно: у них были ключи. Кто в моем окружении может так ненавидеть меня, Хосок?

— Никто, — почти уверенно заявил Чон, со страхом разглядывая синяки от чешуйчатого хвоста ящера.

— Где они могли взять ключи? Только у Чимина есть запасные и у мамы. Они что, были у них в доме? Или ключи передал менталиалу человек? Тогда он точно менталиал моего близкого знакомого. Этот человек должен знать Чимина или маму, чтобы украсть ключи, а потом передать своему менталиалу! Кто он или она? И для чего ему убивать меня?! Я не понимаю, — понимание того, что кто-то из его знакомых причастен к нападению, вызывало отвращение и боль. — В последнее время вообще ничего особенного не происходило. Я ни с кем не ссорился основательно, так, по мелочи. Полиция и спецотдел, конечно, проведут расследование, но я не знаю ни одного человека с менталиалом хамелеоном.

— Он может скрывать своего менталиала, как и ты, например, — здраво рассудил Хоби, а Амба кивнул.

Намджун посмотрел на тигра:

— Я, конечно, помылся, но ты всё равно чувствуешь. Ни разу не слышал этот запах, который на мне сейчас?

— Нет, — низко рыкнул Амба и сел копилкой, уставившись своими желтыми глазами в глаза Намджуна. — Иначе запомнил бы. Ни один человек мне знакомый так не пахнет. Или у него есть средство для уничтожения запаха. Их было двое по твоим словам... Это крайне странно...

Намджун согласно кивнул.

— Полиция будет опрашивать всех моих близких и друзей. И этот человек должен это понимать.

Хоби выглядел озадаченным и смотрел в одну точку. Потом перевёл взгляд на Намджуна и спросил:

— И что?

— Ты ведь понимаешь, что ящер, насколько бы он не был умным, не смог бы открыть ключом дверь? Его лапы для этого не предназначены, и он просто физически выполнить это не в состоянии.

— Вообще, ящеры опасны именно тем, что они не отличаются интеллектом в отличие от других менталиалов, — тигр вновь развалился посреди студии. — Они просто не смогли бы всё продумать самостоятельно и точно не смогли бы открыть дверь сложного замка.

— Значит, человек открыл им дверь? — понял Хоби. — Это значит у него нет алиби на тот момент. Или он вообще живёт рядом с тобой?

— О ком ты, о Чимине? — нахмурился Намджун. Он точно не верил в это. Чимин хочет его покалечить?

Хоби выставил руки перед собой, как будто боясь даже подобных мыслей:

— Нет конечно, уж точно не Чимини!

— Тогда этот человек должен попасть на камеры. Но... полиция сразу проверила видеонаблюдение... И никого не обнаружила. Никто из посторонних не входил в подъезд.

— Этот кто-то из твоего дома, или ящер влез в окно другой квартиры, а потом к тебе?

— Не знаю, Хосок, — у Намджуна в голове билось несметное количество мыслей, от которых некуда было деться. — Значит, этот кто-то уничтожил запах ящера, чтобы запах не привел к этому человеку.

Некоторое время в студии витала тишина, полная тревожных мыслей и... воспоминаний. Как только Намджун подумал о ней, Хоби напомнил, бережно подбирая слова:

— Намджуни, в тот раз, когда Юджин пропала, кислый запах хамелеона тоже присутствовал на месте, где Юджин видели в последний раз.

Намджун низко склонил голову и ссутулился. Хосок аккуратно погладил его по плечу:

— Может быть, её найдут. — Он сказал это, но в душе откровенно сомневался. Семь месяцев — долгий срок. И все же...

— Знаешь, лучше бы она просто бросила меня, сбежала, но пусть будет жива, — Намджун в очередной раз испытал чувство невыразимый тоски. Он нутром чуял, что исчезновение его невесты как-то связано с нападением на него самого.

— Неопределенность страшнее всего.

Он помнил боль и страх, отчаяние и беспросветные дни, когда Юджин исчезла за день до их свадьбы. Он так сильно любил ее, что порою, казалось, он задохнётся от одиночества и тревоги за её жизнь. Намджун был уверен, что это беда — прямое желание навредить ему самому. Кто-то, кто люто ненавидел его, а не Юджин, потому что она была никому неизвестной продавщицей в бутике, в который Намджун зашёл чисто случайно. Намджун никого и никогда так не любил....

— В каком-то смысле я даже хочу, чтобы она сбежала. Так есть шанс, что она в порядке и живёт своей жизнью, пусть и с другим. Но мой мозг — мой персональный, изощрённый ад — выдаёт мне так много картинок и изуверских предположений, что иногда я просто не могу вынырнуть оттуда. Закапываюсь так глубоко... Пытаюсь думать позитивно и уверять себя в хорошем исходе, но... — Намджун безнадежно махнул рукой.

— Я очень надеюсь, что преступников найдут, — с чувством сказал Хоби, с болью в сердце наблюдая за отчаянием на лице друга.

Через час в студию ввалились Чимин и Чонгук. Оба бледные и испуганные.

— Хён, — младший Чон бросился к Намджуну и осмотрел его шею, вокруг которой синел один сплошной синяк. — Чёрт, на деле это выглядит ещё страшнее. — Чонгук с трепетом дотронулся до кожи Намджуна и доверчиво заглянул ему в глаза. — Как ты?

Намджун заверил, что первый страх прошёл, и он почти в норме, за исключением синяка на шее и боли.

— Хён, — тихо проговорил Чимин, — твои ключи, которые ты мне давал на всякий, пропали. Ты понимаешь? Тот, кто взял их, знал о них и бывал у меня дома. Проблема в том, что я не знаю, когда они пропали. Их могли утащить и несколько месяцев назад. И кто-то очень близкий нам.

Все молчали. В головах не укладывалось, что кто-то из их ближнего круга мог желать смерти Намджуну.

— Хён, ты должен быть осторожен, не ходи без охраны, — посоветовал Чонгук. Он хотел сказать что-то ещё, немного пожевал губами, но промолчал, с необъяснимой тоской глядя на лидера.

Хоби внимательно следил за лицом Чонгука и испытывал гремучую смесь чувств и эмоций по поводу того, что недавно узнал о макнэ. Хоби тяжело вздохнул, чувствуя грусть и щемящее сердце сострадание. Чонгуку невозможно было помочь в данном случае. Тут никто не поможет.

Парни поработали над песней и разошлись по домам. Когда Намджун и Хоби вышли из студии, Намджун проницательно глянул на Хоби:

— Ты знаешь, что твое лицо говорит без слов? Твои странные взгляды в сторону Чонгука в поселении дни... Что они значат?

Хосок посмотрел на ключи у себя в руках, повертел их туда-сюда, как будто подыскивая ответ.

— Прости, Намджуни, это слишком личное, я не могу выдавать чужой секрет. Если он захочет — когда-нибудь расскажет, — хотя Хоби в этом сомневался.

— Это касается его девушки? — предположил Намджун, не предоставляя, почему Хосок, который всегда доверял ему безоговорочно, не хочет рассказывать, что происходит. Это тревожило его. Неужели что-то настолько серьезное, что нельзя рассказать другу?

— В какой-то степени, — отчасти правдиво ответил Чон.

Намджун не стал настаивать, потому что уважал своих ребят и их личные границы. Но в душе поселилась ещё одна тревога.

Хоби просто не мог сказать правду о Чонгуке. Он и сам был поражен, узнав её. Он никогда бы не подумал, что их макнэ... Хосок тяжело вздохнул, вспоминая тот памятный разговор с захмелевшим Юнги, который на следующий день даже не вспомнил об нём. И Хоби был этому рад.

— И, — Хоби похлопал друга по плечу, — я тебя умоляю, будь крайне осторожен. Позвони, когда приедешь домой.

Намджун легонько улыбнулся:

— Конечно. До завтра.

Но Хосок так и не дождался его звонка. Он позвонил ему сам часов в одиннадцать вечера, но остался без ответа. Потом ещё и ещё раз, но Намджун не отвечал. Конечно, он мог уснуть и не слышать звонков, но Хоби почувствовал нестерпимое чувство острой тоски и предчувствие беды. В пять часов утра Хоби стоял возле двери Намджуна вместе с Чимином. Но Намджун так и не открыл им.

— Вдруг мы его больше не увидим? — отчаяние слышалось в каждом слове Чона.

— Хватит наводить панику, хён! — не сдержался Пак. — Я не верю, что с ним что-то случилось. — Они позвонили в дверь ещё раз пять, но с тем же результатом.

Намджун так и не появился. Ни утром, ни назавтра, ни на следующий день. Он как будто исчез с лица Земли. Что полиция не предпринимала, не могла найти зацепки и поймать его похитителя. Автомобиль Намджуна нашли на набережной реки Хан. Специалисты по менталиалам пообщались с Полосатиком Намджуна и кит поведал им, что больше не ощущает Намджуна. Вообще. Как будто его нет на этой планете. Или что-то скрывает его присутствие. Такое тоже могло быть. Например, металл ментаналий. Решетка, сделанная из него может подавлять зов. И менталиал просто напросто не может услышать Намджуна. Мемберы, когда узнали, что Полосатик больше не слышит Намджуна, впали в беспросветное отчаяние. По мере того, как проходили месяцы, парни всё чаще думали о том, что они больше никогда не увидят своего лидера. Не увидят этого удивительного парня с мягкой улыбкой и понимающим взглядом. Слишком мудрого для своего возраста, но по-детски непосредственного и капельку наивного, крутого и неуклюжего одновременно. Мягкого и сильного. Непростого в своей манере думать слишком много. Цинично понимающим, в каком обществе он живёт, но верившим в лучшее.

* * *

Пять месяцев. По подсчётам Намджуна именно столько прошло с момента его похищения. Он не знал, кто это сделал. Просто не видел. Потому что яд ящера действует не только как токсин (не смертельный, но с побочными эффектами), но и как снотворное, действие которого может длиться несколько дней. Намджун понял, что его похититель использовал ящера уже после того, как очнулся в помещении, похожим на бункер. Вместо окон — небольшие отверстия в стене. Примитивные умывальник и туалет, мягкая лежанка, гора подушек и прорва литературы. Вместо электричества — паутина гигантских пауков-менталиалов, которые вырабатывали паутину, светящуюся при соприкосновении с теплом. Например, с руками человека. Раз в неделю люк в высоком потолке открывался и кто-то сбрасывал Намджуну консервы и хлеб. Иногда газеты и новые книги. Намджун сразу понял, что бункер облицован ментаналием, который блокирует любые виды телепатической связи, поэтому Намджун и не мог достучаться до своего кита и сказать, что жив.

На протяжении нескольких недель он все время ждал своего конца. Думал, что тот, кто придумал для него эту тюрьму, просто безумец с изощрённой фантазией. Намджун не представлял, насколько нужно ненавидеть человека, чтобы не побояться похитить его и запереть. А главное — для чего? Чтобы заставить Намджуна страдать, биться головой об стену от отчаяния, чтобы он прибывал в унынии и захлебывался в депрессии, нежелании жить? Тогда этот изверг выбрал правильный путь. Намджун время от времени прибывал именно в таких состояниях. То в одном. То в другом. Один раз он дошел просто до ручки. В очередной раз он хотел повеситься, но не на чем было. Это случилось по его подсчётам через пять месяцев прибывания в одиночестве и безмолвии. Он начал говорить сам с собой и писать так много текстов, что иногда в изнеможении падал на диван и забывался неспокойным сном.

Судя по тому, что он видел в отверстиях в стене, его тюрьма находилась на отдалённом островке на возвышенности, а вокруг бункера росло много деревьев, которые скрывали его от посторонних глаз. Он несметное количество раз срывал горло, надеясь, что его хоть кто-то услышит. Но тщетно. Он так устал от одиночества, что решил больше не есть и не пить. Хотел просто уснуть и не проснуться.

— Или лучше сумасшедший ураган со штормом и ливнем, который вызовет оползень, и мой домик снесет к чертям! Пусть я лучше сдохну, чем так! — Намджун в тысячный раз вскочил с дивана и бросил в стену книгу про менталиалов, которую дочитал до дыр. Он несколько раз ударил в стену кулаком, разбив костяшки пальцев в кровь. И в тот же миг яркий электрический разряд тока прошил небо. А сразу вслед за ним пришёл рычащий, оглушающий рёв грома. Гроза бушевала прямо над тем местом, где томился в неволе Намджун.

Ливень с остервенением бился о стены и крышу весь день и часть ночи, не давая Намджуну спокойно спать. Парень просыпался в холодном поту и вскакивал с лежанки, когда очередной камень скатывался с горы и ударял в бок бункера. Чтобы отвлечь себя, Намджун в полной темноте начал приседать и отжиматься от пола. Когда работают мышцы, мысли уходят на второй план.

Намджун отжался пятьдесят раз, когда бункер вздрогнул и накренился. Кажется, Намджун напророчил оползень ещё днём? И по безумному замыслу проказливой Фортуны самые страшные желания воплощались сейчас в реальность. Если оползень погребет бункер под собой, Намджун просто задохнётся. Страшная, страшная участь.

Он ни за что не хотел подыхать так страшно. Быть погребённым заживо! Он решил во что бы то не стало выжить. Очередной огромный камень сорвался со скалы вниз и ударил бункер. Но тот выстоял, только ещё немного накренился.

* * *

Утром следующего дня Намджун, не вставая, протянул руку и взял с тарелки последний персик. Иногда его сумасшедший похититель приносил и фрукты с овощами. Безумец! Он как будто насмехался над Намджуном, принося ему что-нибудь особенно вкусное.

— Какая же с.ка так меня ненавидит? Или обожает? — Такой вариант Ким тоже не исключал. Мало ли. Может быть, этот кто-то — его больной фанатик?

Он взял косточку и хотел выбросить через отверстие в стене. Но одно из них было чем-то закрыто. Неужели бункер немного завалила земля?

— Ну хотя бы только одно окошко завалено, иначе я б подох без воздуха. Он присмотрелся и от страха отпрянул от отверстия в стене. Через него на Намджуна смотрел огромный жёлтый глаз с вертикальным зрачком. Сердце Намджуна затрепыхалось от ужаса и свалившейся на него удачи. Такие огромные глаза без век могли принадлежать лишь двум видам менталиалов. Змеям или драконам вроде Пёрышка Хосока. Была одна проблема: специальный металл облицовки бункера не даст Намджуну связаться с этим менталиалом и попросить помощи. И каково же было удивление Намджуна, когда он услышал отголоски мыслей этого существа. Он сразу понял, что это не дракон, потому что зов драконов прочитать легко. Но это существо, точнее, его мысли и помыслы были размыты. Намджун пробирался сквозь них как сквозь вязкую жижу. И главное — он слышал эту змею. Намджун молился лишь об одном: пусть это будет огромный констриктор. Сильный и умный.

— Здравствуй! — мысленно позвал рэпер, проговаривая слова вслух — так ему было легче достучаться до менталиала. — Ты слышишь меня? Мне нужна твоя помощь! — он постарался успокоиться, чтобы связь не прервалась. Змей отполз назад и Намджун с отчаянной надеждой и благоговейным страхом разглядел огромную морду анаконды. В голове сразу замелькали строки из книги. Все, что Намджун прочитал о змеях-менталиалах. Анаконды, пожалуй, были самыми спокойными по отношению к человеку. Огромные и, можно сказать, безобидные до тех пор, пока кто-то не начинал угрожать их человеку-партнеру.

Змей кивнул, и Намджун рассказал о своем похищении и заточении. Несколько минут он не слышал зова змея. Тот просто молчал.

— Никто не должен сидеть в клетке, — мысли змея ударили по разуму Намджуна набатом. Намджун отпрянул от окна, услышав угрожающее шипение гигантской змеи. Змей несколько раз бухнул туловом о стену и, по звуку, заполз на крышу, где находился люк.

— Извини, человек, я не могу открыть эту дверь и проломить стену тоже не могу. Я не против помочь, но не могу...

— И не надо открывать. Ты же менталиал высокого уровня. Ты можешь перемещаться в пространстве, и стены тебе не помеха. Это нелегко для тебя, я знаю, но возможно, — Намджун старался унять обезумевшее от предвкушения свободы сердце. Только бы этот змей согласился, и не важно, насколько он страшный. Намджун же знал, что для мирных людей он не опасен.

Змей молчал довольно долго. Всё-таки его разум был устроен не так как у людей. Молчал он долго, Намджун даже испугался, что его нечаянный союзник уполз восвояси.

— Хорошо. Я попробую. Встань в безопасность.

Намджун немедленно подчинился и прижался к стене в углу комнаты. И только успел забиться в угол, огромное тулово заполонило все пространство. Намджун присел от страха. Змей был гигантским и почти черным, с красными полосами на верхней части морды. И ярко-голубыми разводами на голове — знак принадлежности к менталиалам. Огромная башка была больше головы Намджуна раза в два. Змей повернулся в его сторону и уставился немигающим взглядом. Намджун инстинктивно вжался в стену, когда голова менталиала оказалась вровень с его головой. Жёлтый и карий взгляды встретились. Намджун боялся даже дышать. Казалось, змей чего-то ждёт. Но Намджун стоял как истукан и не шевелился. Змей, звали его ШиНхва, ткнулся мордой Намджуну в грудь, а затем в руку. И Намджун кое-что вспомнил.

— Ах да, я понял, — его рука легла на то место, где на голове менталиала светились голубые полоски. И сразу ощутил, что зов стал сильнее. Он в недоумении посмотрел на Ши. — Ты же не должен так делать, я ведь не твой человек.

— Мой человек ушёл навсегда, — услышал Намджун мысли змея. — Но ты обещал взять меня с собой, если я помогу тебе вырваться из клетки.

Намджун действительно мысленно пообещал змею. И был готов исполнить своё обещание.

— Ты знаешь, что будет больно?

— Почему?

— Из-за кислоты в моём пищеводе. Но недолго. Нам хватит минуты, чтобы выбраться отсюда, — услышал Ким мысли ШиНхва. Змей начал обнюхивать консервы трепещущим раздвоенным языком и глотать их прямо с банками. Он пояснил Намджуну, что это не повредит его желудку. А банки он потом просто отрыгнет. Намджун понял, что анаконда давно не ела. Слишком уж жадно змея глотала банки с едой. Когда Ши проглотил все консервы, Намджун с отчаянной бравадой выполнил его указания, всё ещё испытывая первобытный ужас при виде огромного существа метров семнадцать длиной.

— Ты дрожишь. Тебе холодно? — змей ненавидел холод и отчасти сопереживал Намджуну. Намджун не стал говорить о своем страхе, лишь кивнул. Ему так хотелось сбежать из опостылевшей тюрьмы, что он послушно лёг на пол и позволил огромной змее заглотить его тело целиком. Только так Ши мог переместить Намджуна наружу. Если бы парень просто схватил змея за тело, ничего бы не вышло. Оставался только такой безумный план спасения. Единственный в своем роде.

Страх буквально обволакивал рэпера, как пищевод Ши сжимал его тело. В какой-то момент, когда снаружи остались только ступни, Намджун перестал бояться, и дело было в самом змеи. Ши, насколько мог чувствовать Намджун, был спокоен. Намджуна чуть не стошнило от смрада внутри змеи, но усилием воли он сумел подавить позывы. А ещё боль, мышцы пищевода огромного существа сдавливали как стальные тиски. Вдобавок к этому кожу Намджуна пощипывало от кислоты. Но длилось это недолго. Минута — и Ши отрыгнул рэпера прямо на горячий песок пляжа метрах в ста от бункера, где держали Намджуна. Рэпер поинтересовался, как Ши вообще оказался на этом необитаемом острове Змей сказал, что после смерти его человека-партнёра он остался один на их небольшом острове, потому что родичи его человека не взяли его с собой, как, например, собак. Ему пришлось плыть от острова к острову, чтобы найти хоть кого-то. Сам он не умел охотиться и мог умереть от голода.

— Я услышал твой запах и запах еды совершенно случайно.

— Понятно. Оползень и камнепад всё же сыграли роль в моём спасении. Они повредили целостность облицовки бункера. Именно поэтому ты услышал мой зов. И не только ты. Мой менталиал тоже его услышал и уже плывет сюда. Нужно подождать немного. Примерно сутки. Полосатик слишком далеко.

Змей вытянулся струной на песке, подставляя темные, словно маслянистые бока солнцу. Намджун прошёлся вдоль его тела и прикинул его длину: примерно семь метров. И понял, что Ши уменьшился до своего настоящего размера.

До самого вечера Ши молчал, а Намджун ходил по тёплому песку, рассматривал голубое, бескрайнее небо и лазурное море. Неужели так мало нужно, чтобы почувствовать себя по-настоящему живым и свободным? Что-то сродни абсолютному счастью. Небо над головой и белый песок под ногами. И неожиданный товарищ в виде гигантской анаконды, спокойной и расчётливой змеи, готовой помочь ради своей выгоды, но в то же время, помогающей не только ради этого.

Намджун, сидя возле дерева, спал урывками, постоянно проверяя, ощущает ли он связь с Полосатиком. И радовался как дитя этой связи. Он целых пять месяцев находился в полном одиночестве, не считая тех моментов, когда его похититель или его сообщник бросали еду в люк. Сколько раз Намджун пытался открыть этот ненавистный люк, но всё без толку.

На рассвете он встал и аккуратно перешагнул через Ши, прижимающегося боками к его ногам. Так холоднокровный спасался от ночной прохлады. Намджун пробежался по берегу до поворота и обратно, радуясь, что может теперь ходить сколько угодно. Тоска по дому и близким сейчас ощущалась особенно остро. Ведь какие-то считанные часы отделяли его от встречи с ними. Как там родители и сестра? Ждут ли его или считают мёртвым, потеряли надежду? Как там парни из его группы? Живы ли они? Ким боялся, что их тоже могут похитить и...

— Не надо так думать! — приказал себе Намджун, садясь на песок и вглядываясь вдаль. Вдруг Полосатик прибудет раньше? Ему до боли хотелось обнять родных. Но сначала нужно пойти в полицию и рассказать все, что с ним произошло. Только вот загвоздка: из своего похищения он помнил только момент, когда хамелеон плюнул ему в щеку. А потом под действием яда Намджун просто уснул. А проснулся уже в своей персональной тюрьме у рогатого на куличках.

Намджун долго прислушивался к связи со своим китом и не заметил, как уснул. Разбудили его настойчивые толчки в плечо.

— Проснись! — сознание Ши настойчиво врывалось в сознание Намджуна. Рэпер резко сел и ошалело посмотрел на анаконду. В первую секунду здорово перепугался, забыв, что он уже на свободе благодаря Ши. Он так привык к тюрьме и одиночеству... — Он поёт. Я глухой, но ощущаю вибрацию от звуков.

Намджун вскочил на ноги и, не раздумывая, бросился в неспокойное море, где метрах в двухстах от берега пел Полосатик. Намджун довольно долго шёл по отмели, а потом ухнул в воду — глубина началась неожиданно.

Не зря Намджун занимался физкультурой в бункере. Сейчас его мышцы работали как заведенные, пока он размашисто загребал руками воду.

— Друг! — крик Полосатика в голове полоснул Намджуна болью.

— Чёрт, не кричи так! У меня голова раскалывается, — мысленно улыбнулся Намджун, хватаясь за нижнюю челюсть исполинского подводного жителя. — Я так рад, что ты здесь, — в горле застрял комок, и Намджун подавил желание разреветься. — Ши, давай заползай в пасть. Не бойся, Полосатик — друг, он не причинит вреда.

Змей так и сделал. Но Намджун чувствовал его напряжение и недоверие. Сказывался инстинкт самосохранения. Животное по природе своей инстинктивно боялись существ намного превышающих их собственные размеры.

— Мы не задохнёмся?

— Нет, Ши, Полосатик время от времени будет всплывать на поверхность и вбирать воздух. — Намджун однажды уже путешествовал таким образом. Ради интереса. И ничего — не задохнулся.

— С учётом перемещения в пространстве мы прибудем в Сеул примерно часов через семь. Просто спите и не бойтесь, — позвал кит Намджуна. — Я не буду уходить глубоко в море, достаточно плыть под поверхностью.

Намджун кивнул и улёгся на спину, стараясь загнать тошноту подальше от запаха внутри пасти его друга. Но ничего, ради встречи с родными он с удовольствием потерпит и это.

* * *

Намджун действительно уснул. Причём так крепко спал, что не чувствовал ни перемещений в пространстве, ни того, как его менталиал всплывал, чтобы набрать в гигантские лёгкие воздуха.

Когда он проснулся, июльское утро только набирало обороты. Кит открыл пасть, и Намджун с восторгом узнал пристань в Сеуле на реке Хан.

— Полосатик! — не сумев сдержать эмоции, закричал Намджун. — Мы вернулись! Друг, не знаю, как благодарить тебя. Не знаю. Знаешь, я так скучал по тебе! — Намджун выплыл из пасти кита и прижался лбом к боку огромного животного. Он знал, что менталиал почувствует его благодарность. Кит заверил, что давно так не радовался. Когда рэпер и Ши оказались на берегу, кит огласил окрестности высоким красивым пением. И только Намджун в данный момент понимал, о чём говорит ему кит. Эти слова предназначались именно ему. Полосатик махнул хвостом, развернулся и поплыл обратно в Жёлтое море. А Намджун умылся в водах реки и посмотрел на змею.

— Куда теперь? — спросил Ши.

У Намджуна не было телефона и денег. Пришлось искать первого попавшегося полицейского. Буквально каждый прохожий провожал их взглядом. Ещё бы! В одних штанах босой, накачанный высокий парень с недельной щетиной и длинными, давно не стриженными волосами, и огромная змея привлекали внимание. Намджун сильно подозревал, что выглядит как морской разбойник. Не зря две бабушки перешли на другую сторону улицы, заметив необычный дуэт. Бабули даже перекрестились. Намджун не смог сдержать улыбку. Он вообще беспрестанно улыбался, так радовался возвращению домой.

Они вышли на широкий проспект. Все расступались перед ними, что облегчало передвижение. Проходя мимо одного из кафе, Намджун увидел на витрине рекламу кофе с Тэхеном. Сердце сразу же забилось быстрее. Несколько минут Намджун стоял и разглядывал рекламу с лицом милого его сердцу макнэ. Он глянул внутрь заведения и чертыхнулся. За столиком возле окна сидели две девочки и непристойно пялились на его голый торс. Намджун уже и забыл от радости, что из всей одежды на нём лишь трусы и штаны. Девчонки нагло рассматривали его голую грудь, а потом подняли глаза к его лицу. И Намджун сразу понял, что они его узнали.

— Намджуни-оппа! — заверещала одна из них. — Ты живой! — она так искренне радовалась, что Намджун испытал забытую радость от того, что миллионы людей по всему миру любят и ждут его до сих пор.

— Нда, трудно придумать более эффектное возвращение, — смущённо, но радостно произнёс Намджун себе под нос и пошел дальше, помахав девочкам рукой. Он увидел полицейскую машину на противоположной стороне улицы и уверенно направился к ней.

* * *

В полиции он пробыл несколько часов. Пришлось просить Полосатика показать полицейскому вертолету путь до того самого острова-тюрьмы. Полосатик с радостью согласился. А Намджуна полиция любезно сопроводила домой. Но проезжая мимо здания Hybe, Намджун попросил высадить его здесь. Все равно ключей от квартиры у него нет.

— Спасибо, ребята, — душевно поблагодарил он двух молодых полицейских, один из которых являлся его большим поклонником.

— Удачи, хён! — тот с трепетом пожал протянутую руку лидера BTS.

* * *

Охранник компании даже не мог сказать ничего, увидев Намджуна в сопровождении гигантского менталиала вида змей. Намджун влетел на седьмой этаж, а затем — в свою студию, которая по неизвестной причине была открыта. Возможно, теперь здесь работает кто-то другой. И это больше не его студия. Он порылся в шкафу и нашел чистую майку. Пока он её натягивал, кто-то вошёл в студию, и тотчас раздался душераздирающий вопль такой силы, что Намджун едва не оглох. Намджун крутанулся на месте и увидел, как Хосок улепетывает, сверкая пятками в розовых кроссовках. Ким сразу сообразил, что стало причиной такого поведения самого "смелого" участника группы, — Ши, кольцами развалившийся посреди студии. Намджун рассмеялся:

— Хоть что-то не меняется. Хоби!!! Хосок!!! — во всю мощь глотки позвал Ким и вышел в коридор.

Чон Хосок как будто споткнулся при звуке знакомого голоса. Голоса, который он желал услышать ещё хотя бы раз в своей жизни. Чтобы больше не чувствовать той безысходной тоски и боли, которая выворачивала душу при воспоминании о друге. Чтобы не видеть страдания на лицах мемберов, стоило им заговорить о лидере. Особенно лица макнэ лайна. Эти трое были такими чувствительными. Хоби смотрел на лица несчастных макнэ, и его собственная боль становилась вдвое сильнее.

— Чёрт подери, Хоба! — весело позвал Намджун. — Неужели ты испугался маленькой змейки?

— Намджуни!!! — Хоби не понял, как оказался в объятиях друга. Он так долго обнимал и прижимал его к себе, будто боялся, что Намджун вновь исчезнет, стоит Хосоку его отпустить. Он никак не мог выговорить хотя бы слово — давился слезами радости.

— Ну, все-всё, Хоби, я же здесь, — улыбаясь, приговаривал Намджун, поглаживая Хосока по спине и плечам. — Никак не могу поверить, что я здесь и свободен. Ты представляешь, я правда здесь!

— Ты был в полиции?

— Только оттуда. Хотел домой, но у меня нет ключей.

Хосок отлип от него и принялся рассматривать его во всех подробностях. Он не переставая говорил, как счастлив, что Намджун невредим и здоров. А потом ухахатывался в своей манере, дивясь пиратскому облику Намджуна.

Намджун рассказал Хосоку о похищении и заточении. Хоби долго молчал, но лицо говорило без слов. На нем, как всегда, были написаны все эмоции Хоби. И самой сильной эмоцией сейчас было чувство сострадания.

— Кто на такое способен? Я не представляю, что это кто-то из нашего окружения.

— Но это так. Причём, из ближнего окружения. Ведь этот человек украл ключи из квартиры Чимина, Хосок. Он знал, где они лежат. Я голову сломал, пока сидел в бункере, но так и не догадался, кто это может быть. Все живы? Никто больше не исчез? Все здоровы? — Намджуна это интересовало в первую очередь.

— Да, все целы. Мы месяца три ходили с усиленной охраной. Везде . Компания боялась, что ещё кто-нибудь пропадет.

Намджун облегчённо выдохнул и представил радостные лица ребят, когда они увидят его. Губы сами собой раздвинулись в улыбке.

— Значит, у вас всё хорошо? — спросил — и сразу понял, что ошибся. Лицо Хоби вмиг потемнело. Он странно посмотрел на Намджуна и опустил взгляд.

— Не знаю, что сказать, Намджуни, — тихо ответил он.

— Скажи, как есть, — потребовал Намджун, чувствуя, как гаснет радость от возвращения. Он знал Хосока много лет, и сейчас лицо друга выражало странную смесь стыда, сострадания и потерянности. — Что происходит, Хоба?

— В том-то и дело, я и сам не совсем понимаю. А Чонгуки и Юнги молчат.

— Проблема между Чонгуком и Юнги?

— Не уверен, но отчасти да, — замялся Хосок. — Но парни молчат об этом, сколько бы я не спрашивал. Я просто не понимаю, что я вообще должен об этом думать, — заломил пальцы Чон.

— Хоба, я всё равно все узнаю. Но лучше узнать от тебя, который не будет лгать, чем от третьего лица.

Хосок какое-то время обдумывал что-то, потом кивнул.

— Тебе это не понравится, Намджуни. Никому такое не понравится, — и ударил кулаком по подлокотнику кресла, которое стояло в углу студии. — Три недели назад... Хотя нет, все началось, думаю, месяца два или три назад, когда Юнги перестал разговаривать с Чонгуки. Я тогда спросил, что происходит, но Юнги сказал, что это не мое дело. И я не стал настаивать. Все видели напряжение между ними, но никто не знал причины этого. А недели три назад я нечаянно подслушал ссору Юнги и Чонгука... — и замолчал, с болью глядя на Намджуна.

— Продолжай, — спокойно попросил Ким, — я не сахарный, не рассыплюсь от знаний, — но в душе нарастало беспокойство.

— Юнги обвинял Чонгука в том, что он скрывал от тебя правду о Юджин, — быстро проговорил Хоби, как будто желая побыстрее пройти опасный поворот.

— Конкретнее, — без выражения сказал Намджун, чувствуя застарелую боль в душе, которая, судя по всему, станет нарывать с новой силой.

Хоби с состраданием посмотрел на друга:

— Юнги сказал, что Чонгук давно знал, где находится Юджин, ещё когда ты был с нами. Я так понял. Юнги кричал, что только последний недоносок может заставлять страдать близкого человека от неизвестности. Он кричал, что разочарован в Чонгуке. Друзья не могут так поступать. Юнги, конечно, перегнул палку из-за алкоголя в крови, но он прав.

Намджун не верил своим ушам. Чонгук знал, где находится Юджин? И не сказал ему?

— Это значит только одно, Хосок. Чонгук не хотел делать мне ещё больнее, — у Намджуна был только такой ответ. И он, считал Намджун, единственный верный.

— Да, у меня тоже была такая мысль. И все же... Он не сказал никому.

— Но как Юнги узнал об этом, если они с Чонгуком не общались как прежде, Хоби?

— Они мне не ответили, когда я их спрашивал, — Хоби всё с той же болью смотрел на Намджуна.

— Я же вижу, есть ещё что-то, чего ты не хочешь мне говорить. Хоби, разве мы не друзья, разве я из тех, кому нельзя доверять?

— О чём ты, Намджуни? — Хоби даже поднялся. — Конечно, я тебе доверяю как никому! Просто эта вещь не та, о которой я могу рассказать. Я и сам иногда не знаю... И вообще, вряд ли это относится к твоему похищению. Это слишком личное для него. Я не имею право. Это его секрет.

— Так, может, наоборот, это относится к моему похищению прямым образом, если даже ты не можешь мне сказать? — Намджун всегда был очень убедителен, и сейчас видел, как Хоби колеблется, сомневается. — Хосок? — проникновенно позвал он.

Хосок смотрел на свои руки, когда рассказывал тайну Чонгука. Намджун несколько минут о чем-то молча думал. Хоби не видел его лица, потому что Намджун сидел, опустив голову, но он представлял, как сейчас нелегко Намджуну, такому чувствительному человеку.

— Намджуни, только не говори Чонгуку, что я рассказал. Не говори, что знаешь его секрет. Ему будет трудно из-за этого. Он даже не знает, что я знаю об этом.

— Я не собираюсь говорить, не волнуйся, — с трудом выдавил Намджун, чувствуя, как изнутри его раздирают жалость к Чонгуку и обида на него же. Почему Чонгуки ничего ему не сказал о Юджин?! Неужели из-за ревности? — Чёрт, чёрт! — Намджун ударил кулаком по столику. Он стеснялся даже думать о таких вещах. — Но как не думать, Хоби?! Почему так?! — он боялся думать, как тяжело пришлось парням после его похищения. Про Чонгука и говорить нечего. — Как он вообще? — он постарался успокоиться и вопрос прозвучал почти спокойно. Намджун прошёлся по комнате туда-сюда и сел напротив Хоби.

— Честно, я здорово боялся за него первое время, — Хосок погладил друга по плечу. — Он был почти спокоен. Это и пугало. Я все время ждал его срыва. Думал, что он сделает что-нибудь эдакое...

Намджун спросил, как Чонгук ведёт себя сейчас, и Хоби ответил, что наплевательски.

— Ему как будто все равно, что мы думаем. Особенно после того, как объявил о свадьбе с Элли. Но, знаешь, он просто прячется в свою раковину.

Намджун только кивнул. Хосок не представлял, что творится в голове друга, но подозревал, что уйма мыслей буквально раздирают его.

— Что ты думаешь об этом?

Намджун пожал плечами:

— Я не знаю. После твоих слов о нём... Я теряюсь, зачем он это делает.

— Может быть, её он тоже любит? — неуверенно спросил Чон.

Намджун скривился. Было похоже, что ему тяжело принять правду о Чонгуке.

Намджун вдруг повалился на диван, чувствуя вселенскую усталость.

— Только сейчас понял, как я устал морально за этот день. Столько разговоров. Сначала в полиции, потом разговор с мамой по телефону, — при воспоминании о маме Намджун не мог не улыбнуться, — теперь ещё и все это, — Ким неопределенно обвёл рукой комнату. Посмотрел на притихшего и удручённого Хоби. — Как там остальные?

— Да сейчас нормально, — отводя глаза, ответил Хосок.

— Что ещё случилось? Ссоры? Драки? — напряжение в голосе не вязалось с усмешкой на губах.

— Почти.

— Хоби, никто же не подрался прилюдно?

— Нет. Но Тэхени и Чимин здорово поругались прямо в прямом эфире.

Намджун всплеснул руками и тяжело откинулся на подушки. Выругался.

— Но вроде помирились.

— Слушай, — Намджун резко сел, — ты хоть в чем-нибудь уверен? Тут не уверен, насчёт Юнги и Чонгуки тоже как будто не уверен!

Хосок поморщился от того, каким тоном Намджун заговорил. Точно обвинял в чем-то самого Хосока.

— Прости, Хоба, — сразу испарился Намджун и обнял друга за плечи. — Они правда помирились?

— Да, но им ещё неловко из-за ссоры. Ведут себя друг с другом очень вежливо. Как дети, честное слово.

Парни посидели, помолчали. Каждому было о чём подумать. Особенно Намджуну. Столько информации разом. Такой непростой, задевающей самые чувствительные струны в душе. Намджун испытывал радость, неловкость, смущение, злость, сострадание и желание выяснить все секреты до конца.

— Знаешь, — очень тихо начал Чон, и Намджун тут же напрягся, — Амба пропал через два дня после тебя.

Намджун ругался долго и со вкусом, проклиная недоносков, похитивших его.

— Уверен, тигра похитители те же, что и меня. Они (он, она) знали, что Амба учуял их запах на мне в тот день, когда на меня напали в моей квартире. Они испугались, что он наведёт на их след и решили и кота... Так, Тэхени чувствует его?

— Чувствует, — подтвердил Хосок, — в том-то и дело. Но Амба очень далеко, без сомнений. Иначе Тэхени услышал бы его мысли, его зов. В отличие от тебя и твоего кита, у Тэ с менталиалом телепатическая связь работает только до определенного расстояния. Километров девятьсот максимум, может, чуть больше.

— Но кто и как мог увезти так далеко пятисоткилограммового тигра? Как? — всплеснул руками Ким.

— Полиция полагает, что здесь не обошлось без контрабандистов.

— Логично. Но куда можно увезти тигра? Разве что в Тайгу забросить? — Намджун на минуту прикрыл глаза и не заметил, как уснул. Хосок решил не будить его. Каким бы трудным не был их разговор, Хоби не смог сдержать хихиканье при виде пиратского облика Намджуна. И он был безмерно счастлив, что Намджуни рядом.

— Наверное, его сфоткали раз сто, пока он по улице шёл.

Он накрыл друга пледом и ласково погладил по волосам и щеке. Сам Хосок боялся оставаться в студии; Ши уменьшился до трёх метров, но Хоби все равно безумно боялся. Он вышел, прикрыл дверь и снова открыл, чтобы в очередной раз посмотреть на друга и порадоваться его возвращению. Да, не все было ладно в их коллективе на данный момент, но самое главное — их лидер жив и здоров. Хоби вошёл в свою студию и тоже лёг на диванчик возле стены. И тоже не заметил, как его сморил сон. Забыл даже парням написать в групповой чат.

* * *

Утро началось с криков. Намджун, опять забывший, что он уже не в своей тюрьме, не на шутку испугался громких голосов. Он вскочил с дивана, наступив на хвост Ши, и на него обрушилось все, что произошло за последние два дня. Вчерашний разговор с Хоби вскрыл старые раны и добавил новые поводы для волнения.

— Бедный Тэхени... Чонгуки, — его мысли лезвием прошлись по душе. — Ладно, разберемся, — жизнеутверждающе произнес Намджун и открыл дверь в коридор. Потом вспомнил, что на нём даже нет ботинок, порылся в шкафу и нашёл шлепанцы, забытые здесь в прошлом году.

— Есть хочется, — услышал Намджун зов Ши.

— Извини, — Ким совсем забыл, что его спаситель плохо ел в последние недели. — Сейчас что-нибудь придумаем. Пошли. — Денег у него с собой не было, но он не сомневался, что сердобольные сотрудники смогут одолжить ему.

Они завернули за угол, и Намджун подпрыгнул от неожиданности. Резкий голос Чонгука прозвучал как набат:

— Слушай, кто ты вообще такой, чтобы указывать мне? — с кривой ухмылкой пьяно спросил Чонгук. — Я сказал, что не пойду на собрание, значит, не пойду!

— Ты должен, — Тэ сдерживал эмоции и старался говорить спокойно, но достучаться до выпивающего Чонгука в последнее время было похоже на разговоры с глухим. — Ты — сотрудник компании и обязан выполнять свою работу. Все будут там.

— Все? Ты уверен, Ви? А как же твой любимый лидер — Ким Намджун? Он точно там будет?

— Не смей говорить о нём в таком тоне! — в голосе Тэ послышались рычащие нотки. Давала о себе знать тигриная сущность его менталиала. Кое-какие особенности менталиалов передавались их людям-партнёрам.

Но Чонгук не унимался. Он с болью посмотрел на Тэ и пообещал с жалкой бравадой:

— Если он там будет, я непременно приду, не сомневайся! — Он сделал шаг по направлению к лифту, когда кто-то положил руку ему на плечо, и знакомый голос, от которого всё внутри перевернулось, чётко и раздельно произнёс:

— Ты придёшь туда, и только попробуй придти пьяным. Ты понял меня? — в голосе Намджуна не было и намёка на упрек, только боль и разочарование. От этого Чонгуку стало ещё хуже. Он хотел посмотреть на Намджуна, убедиться, что это правда он, его любимый хён, но не смог. Стыд не позволил. И ещё он боялся проговориться, что творится у него в душе. Но лицо Тэ подтвердило, что это действительно Намджун, человек, которого Чонгук так ждал. Не проходило и дня, чтобы макнэ не испытывал боль от потери Намджуна... Он вырвался из захвата и, глядя себе под ноги, направился к лифту. Когда двери лифта разъехались, он опять услышал голос Намджуна, почти спокойный. Он так говорил, как будто не сомневался, что Чонгук прекратит вести себя неподобающе. И это звучало в стократ хуже крика:

— Не делай так больше. Не нужно больше выпивать, Чонгуки.

Чонгук нырнул в лифт и съехал по стенке на пол, обхватив колени руками. Не смог совладать со своими чувствами. Его всего трясло. Хорошо, что в лифте он был один, и никто не видел его слёз. Сейчас он испытывал жгучий стыд и безумное желание обнять Намджуна. Но его пьяное состояние... В эту секунду Чонгуки так сильно презирал себя. Почему он вообще пил? Он и сам не дал бы точного ответа. Из-за отчаянной попытки отгородиться от реальности?

На Чонгука словно вылили ушат ледяной воды, от которой он очнулся. Достаточно было всего несколько слов одного человека, — и Чонгук осознал своё отвратительное поведение. Или раньше он все это понимал, но не находил в себе мужества признать? Ведь только так он мог оправдывать себя. Так было проще. Но теперь все станет гораздо сложнее. Потому что придется отвечать за свои действия и смотреть в глаза тем, кем он пренебрегал несколько месяцев подряд. Своими друзьями.

* * *

— Намджуни-хён? — Тэхен отступил на шаг и не верящим взглядом уставился на не бритого, длинноволосого Ким Намджуна. Его лицо скривилось, и Тэ выглядел так, словно сейчас заплачет.

— Тэхени, только давай без слез. Хоби меня вчера и так всего залил, — стараясь не расплакаться сам, пошутил Намджун, радуясь, что обнимает одного из своих макнэ. Макнэ, к которому он относился особенно ласково. Может быть, из-за его чуть наивного взгляда на мир? Тэхена хотелось защищать больше всех остальных мемберов.

— Не могу поверить, хён, что ты здесь, — в сотый раз сказал счастливый Тэхен, когда Намджун закончил рассказывать ему и Шихеку о своих злоключениях. — Только больше не пропадай, — Ви вновь прижался к плечу Намджуна.

— Я рад, что ты жив, — сказал Шихек и поднялся. — Пойду отдам соответствующие расположения насчёт тебя, — и довольный вышел вон из зала.

— Так радуется, — тепло произнес Тэ.

— Ещё бы! — хмыкнул Намджун. — Ты понимаешь, как после моего чудесного возвращения взлетят акции компании, и покупать товар, связанный с нами, будут втройне?.. Иногда я думал, что именно Шихек и упрятал меня, чтобы потом отпустить. Но я не очень в это верю. — Намджун задумчиво посмотрел на Ви и неосознанно улыбнулся ему. — У меня три основных варианта: ненависть, любовь и бабло. Шихек, конкуренты нашей компании или мой личный враг. Но я почти уверен, что и меня, и Юджин похитил один и тот же человек. На обоих местах преступлений обнаружили запах одного и того же ящера. А потом умыкнули Амбу.

При словах о своем менталиале Тэхени болезненно сжался.

— Ты его искал?

— Да, — печально ответил Тэхен. — Ездил по всей стране, по Азии и Европе. Но беда в том, что свободного времени у меня немного. Даже после твоего исчезновения мы много работали. Земля такая огромная, что он может быть где угодно. Знаешь, этот твой похититель... Почему он именно похищает, если ненавидит, а не убивает? То есть что-то человеческое ему не чуждо.

— Или он хочет, чтобы люди страдали из-за неизвестности, одиночества, страха, — Намджун представить не мог, почему люди решаются на бесчеловечные поступки, да ещё получают от этого удовольствие. — Я не понимаю, Тэхени. Это же так страшно... Кстати, что мне там Хоби рассказал о вашей ссоре с Чимином? — как бы между прочим задал вопрос Намджун.

— Да ерунда. Мы уже помирились. Глупость вышла.

— Хоби так не думает.

— Хоби преувеличил, ты знаешь, какой он эмоциональный. Правда, все нормально у нас. — Ви выглядел искренним и радостным.

— А что насчёт Юнги с Чонгуком? — осторожно спросил рэпер.

Тэхен не сразу ответил. Посмотрел куда-то вдаль, затем перевел дыхание и не совсем уверенно сказал:

— Вроде сейчас получше, чем, скажем, недели две назад. Но дело в том, что я не в курсе из-за чего они вообще на ножах. Юнги никогда даже не ругал Чонгука... Он какое-то время почти не разговаривал с ним. Но сейчас успокоился. — Тэхени доверчиво посмотрел на Намджуна. — Не знаешь, в чём причина? Хосок тебе не рассказывал вчера об этом?

Намджун не знал, как правильно надо ответить. Он замялся, но ответить не успел. Ши внезапно поднялся на хвосте и прополз по столу конференц-зала, в котором они находились. Остановился напротив Намджуна и замершего Тэхена.

— Что такое, Ши?

— Это человек, которого ты схватил сегодня за плечо... На нём запах твоего похитителя. На его обуви. И на парне, который меня очень испугался и визжал вчера... На его обуви я тоже услышал тот же запах. Едва различимый. Ему несколько дней.

Намджун встал и несколько секунд смотрел на морду анаконды, сдвинув брови. Он не понимал. Но сердце вдруг дало сбой и забилось с первой комической скоростью.

— Откуда ты знаешь запах моих похитителей, Ши? — спросил Намджун. Ему легче было выражать мысли, когда он проговаривал их и вслух. — Это ведь невозможно, — удивлению его не было предела.

Ши пояснил, что слышал на острове, возле бункера и на люке от бункера, где томился Намджун, запах. И этот же запах он учуял на Хосоке и Чонгуке.

Намджун опустился в кресло. Дышать стало тяжело. Он испугался. За Хоби, за Чонгука. За всех разом.

— Это запах не человека?

— Нет. Кислый и опасный.

— Хамелеон. Тот самый, что чуть не задушил меня.

— О чём ты, хён? — с чувством спросил Тэ и привстал со стула. — Ши знает, кто тебя похитил? И кто похитил Амбу, получается?

Намджун передал Тэ слова анаконды. Младший Ким здорово испугался и разозлился. Неужели они скоро найдут злодея?

— И что нам делать, хён?

— Позвонить в полицию и рассказать о словах Ши. Спросим Хосока, где они с Чонгуком пересекались в последние дни. Они, похоже, оба находились в одном месте, там, где ходил хамелеон.

— Я и сам могу сказать, где они оба были вместе. На вечеринке по случаю новой коллекции Витона и дома у Чонгука.

Второй вариант вселял больше доверия.

— В доме Чонгука? Неужели этот кто-то замыслил похитить и Чонгука?

— Но, хён, запах хамелеона нельзя не заметить, если он совсем недавно был в твоём доме. Он такой гадкий и надоедливый.

— Так не сам же хамелеон мог быть в его доме, — справедливости ради рассудил Намджун. — Скорее всего это был его человек, который и принёс его запах. Значит, этот человек близок Чонгуку. Он вхож в его дом, а ты сам знаешь — Чонгук довольно закрытый человек, немногие бывают у него в гостях.

— Хён, когда ты пропал, полиция нас всех очень тщательно проверяла. Все наши связи, друзей, родных, сотрудников компании. Они жёстко трясли нас месяц, не меньше. И ни одного важного подозреваемого.

— Запах хамелеона можно удалить специальным раствором, и ни одна собака не услышит на тебе этот запах, если ты хочешь его скрыть.

— Знаешь, — признался Тэхен, уставившись в стол, — трудно доверять своему окружению после такого. Ты знаешь, что этот человек может быть где-то рядом с тобой, и постоянно испытываешь тревогу. Не знаешь, кому верить. — Тэхен признался, что иногда подозревал даже мемберов. Особенно спокойного Чонгука. Младший участник группы поражал Тэхена. — Правда, иногда я так думал. Ты не видел его, тебе трудно судить. Он как будто знал что-то, чего не знали мы.

— Тэхени, ты слышишь себя? Какой Чонгук?! — Намджуна поразило до глубины души откровение Тэ. — Это была психологическая защита. Он просто отгородился от правды. Чонгук никогда бы, не при каких обстоятельствах не сделал бы ничего подобного. Это исключено! Ты как будто не знаешь его! — Намджуну стало обидно и больно от понимания того, что парни подозревали друг друга.

— Конечно, я не верил всерьез в это, но в то время какие только мысли не лезли в голову. Было очень тяжело. Так было страшно, когда мы узнали, что Полосатик больше не слышит твой зов, не ощущает тебя. Ты как будто исчез с планеты, как будто тебя больше не существовало, — едва слышно закончил Ви, и Намджун почувствовал ком в горле от голоса Тэхена, переполненного страданием.

— Но сейчас-то все в порядке, Тэхени. И похитителя найдут, я уверен, — Намджун очень хотел верить в свои слова.

Только он это сказал, в зал вошли полицейские и специалист по менталиалам. Он пообщался с Ши и кивнул:

— Обоняние змей абсолютно невероятное. Они могут услышать запах, который не учует даже обученная собака.

Полицейские решили сначала проверить Хосока и Чонгука. Хосок находился в компании. Когда его опрашивали, Намджун и Тэхен подслушивали под дверью. Но ничего нового или супер интересного не услышали. Когда полицейские ушли, Намджун обратился к Хосоку:

— Полиция не ищет больше Юджин? Я так и не спросил об этом. Столько всего случилось...

Но ответил ему Тэхен:

— Нет, она же живёт в Саудовской Аравии. Ты ещё не знаешь? — осторожно спросил Тэ и понял по вытянутым лицам ребят, что они точно этого не знали. — С каким-то шейхом. — Тэ открыл соцсеть и нашёл нужную страницу. Намджун не сразу узнал её. Светлые волосы, яркий макияж с черной подводкой и арабская одежда делали её не похожей на себя прежнюю. Она стояла рядом с красивым богатым человеком всего на двух фотографиях, но Намджун видел, что она явно гордится тем местом, где находится. Она была на своем месте. Он прислушался к себе и понял, что не испытывает особой боли или злости. Но привкус предательства отдавал горечью в сердце. Он усмехнулся:

— Мне интересно, как она объяснила нашим властям свое исчезновение? Ведь полиция проверила все заграничные рейсы тогда. Она не выезжала за пределы Кореи. Так как она там оказалась?

Джей-Хоуп и Ви пожали плечами, — они тоже не знали ответа.

— Вот как значит Чонгук узнал, где Юджин, ещё до моего похищения, — почти без выражения сказал Намджун, — увидел фотографии в сети.

— И не сказал тебе, — недовольно пробормотал Хоби. — Это жестоко.

— В какой-то степени я могу понять такой поступок, — откровенно признался Тэхен, положив голову на плечо лидера. — Я бы не хотел, чтобы ты ещё больше страдал. И все же...

— А ты когда узнал об этом? -Хосок сдвинул брови, готовый отчитать младшего Кима. Тэхен ответил, что совсем недавно Чонгук показал ему эту страницу. И Хоби расслабился.

— Знаете, где живут эти вонючие ящеры? — спросил Намджун. — Хамелеоны живут возле болот или в любых мрачных и сырых местах.

— В основном где и многие подобные менталиалы — в специальных приютах, — напомнил Хосок.

— Но не все люди говорят о своих менталиалах. Кто-то скрывает их. Например, как наш похититель, — здраво рассудил Тэхен. — Поэтому трудно найти хамелеона, если он прячется.

— С таким вонючим запахом трудно спрятаться...

— Точно, Хоба! — Намджун хлопнул друга по коленке. — Но удобно спрятаться можно только в таком же вонючим месте, как ты сам.

Хосок открыл рот и с минуту смотрел в никуда.

— И где, на свалке?

— В канализации — это первый и самый удобный вариант, что приходит в голову.

— Ну знаешь, Намджуни, это как-то нелепо звучит.

— Знаю, Хоби. И все же, где он может прятаться, если полиция всех вас трясла и проверяла по полной? Всех знакомых. Значит, и все дома тоже. И ни у кого не нашли и следа хамелеона. Где-то он должен жить? У родственников похитителя, если только, но это тоже вряд ли. — Намджун потер переносицу и встал: — У меня сегодня куча дел. И к родителям тоже нужно съездить. В банк зайти. С документами разобраться.

— Один не ходи! — взмолился Хосок, а Тэ согласно кивнул. — Возьми господина Ли и ещё парочку охранников.

Намджун так и поступил. И день прошёл в суматохе, но в безопасности. Поздно вечером, возвращаясь от родителей, которые все никак не хотели его отпускать, Намджун в миллионный раз подумал, как всё-таки хорошо просто жить, видеть людей вокруг, небо над головой, ощущать сердцебиение города, по которому он тоже скучал.

Господин Ли проводил его до двери, отдал новые ключи от новой, более надёжной двери от квартиры, и настоятельно рекомендовал никуда не выходить. Если что — звонить ему. В любое время.

Намджун наконец оказался дома и от тишины вокруг ему вдруг стало немного тревожно. Тишина — это то, что он возненавидел за последние несколько месяцев. И Намджун включил новые песни BTS, которые ребята записали без него. И, как настоящий профессионал, сразу нашёл то, что хотел бы изменить. Но в общем и целом песни ему очень понравились, особенно песня о надежде на новую встречу. Парни превзошли самих себя. Намджун чуть не расплакался, слушая музыкальное послание для него. Вокалисты, казалось, вывернули свои души наизнанку, вплетая в каждое слово неприкрытую тоску и светлую надежду... Намджун открыл дверь на террасу и вышел в прохладный июльский вечер. Было уже за полночь, и многие окна в доме темнели проёмами. Намджун перегнулся через перила и посмотрел на окна Чимина. Одно из них приветливо светилось.

— Чинин!!! — не смог сдержаться Намджун, и его мощный голос буквально вспорол ночную тишину. — Чимини!!! — Ноль ответа.

Намджун решил, что друг уже спит, и не стал больше звать. Но увидеть Чимина вдруг захотелось прямо сейчас, нестерпимо и безудержно. Намджун подавил порыв души и остался дома. Он был почти уверен , что его похититель затаится, потому что полиция опять роет носом землю. И почти не боялся оставаться один. Почти. И все же глухой, ноющий страх вновь оказаться в одиночестве на многие месяцы, подтачивал его уверенность в полной безопасности.

Намджун выложил в соцсеть новые фотографии с родителями и коротко поблагодарил своих спасителей — Ши и Полосатика, вкратце рассказав об их роли в своем спасении. И в кои-то веки открыл свободный доступ к комментариям под своим постом. И не заметил, как заснул, сжимая в руке телефон.

* * *

Чимина разбудил гомон птиц за окном. Он протянул ногу и пнул окно, чтобы прикрыть. Хорошенько потянулся и включил телефон, который выключил, чтобы его никто не беспокоил. Последнюю неделю он работал, как грешники в аду. А когда выдался свободный день, просто проспал целые сутки, если не больше. Вставал только в туалет и попить воды. Пак глянул на уведомления и вздрогнул, увидев оповещение о новой публикации Намджуна. Испугался. Он боялся зайти и увидеть, что с его аккаунта зашли сотрудники компании (так было после исчезновения Намджуна) и сообщили... Пак страшился подумать, но вдруг его тело нашли. После того, как исчез Намджун, это стало одним из главных страхов Чимина, — зайти в сеть и прочитать новость о его гибели.

Чимин собрался с духом и открыл новую публикацию. Минуту не мог нормально понять, что же там написано. Голова не соображала от волнения и страха. Но когда понял, что именно написал Намджун, прочитал ещё раз и ещё, чтобы наконец поверить в то, что видит.

— Намджуни похож на пирата карибского моря, — расхохотался Чимин и ударил ладонью по ноге, во всех деталях рассматривая волосатого и не бритого друга, которого он уже отчаялся увидеть вновь. На первой фотографии красовался сам "пират" с родителями. На второй — огромная анаконда по имени Ши. — Ужас, это просто кошмар. Сколько он, метров пятнадцать? — Чимин испытал восторг и ужас, представляя, как это гадина заглатывает Намджуна. И как он не боялся? Пак пробежался глазами по тексту о Ши. — И всё-таки это круто. Чёрт, ни один фильм не может похвастаться таким сюжетом! Ну, хён, даёт. Всё-таки хорошо иметь много знаний. Я, например, не знал, что можно перемещаться сквозь пространство внутри змеи. Мне и в голову бы такое не пришло. — Чимин почувствовал гордость, как будто он сам оказался героем этого невероятного приключения. Он посмотрел на третью фотографию. Полосатик. На фотографии двухлетней давности были запечатлены Намджун с Сокждином, плавающие рядом с огромным китом. Пак отлично помнил, как снимал их и слушал потрясающую по красоте песнь кита, дружелюбного гиганта. — Спасибо, — сказал он фотографиям кита и змеи, размазывая слезы по лицу. Он несколько раз выходил из соцсети и вновь заходил, лишь бы убедиться в наличии нового, такого долгожданного поста Намджуна. Чимин пролистал комментарии со всего света и в горле опять встал ком. Он помнил, как арми из многих стран посылали своих менталиалов искать Намджуна. Их старания не увенчались успехом, но Чимин все равно от души благодарил их за веру в лучшее и за то, что некоторые не сдавались до сих пор.

Время перевалило только за шесть утра, но Чимин не мог усидеть на месте. Он готов был броситься в квартиру Намджуна, чтобы наконец окончательно убедиться в его наличии в этом мире. Судя по времени поста Намджуна, лёг он поздно, и Чимин решил отправить ему сообщение. Попросил позвонить как только проснется. Он высунулся по пояс в окно и глянул на террасу Намджуна. В следующий миг окрестности огласил пронзительный визг. Чимин даже смутился — так по девичьи прозвучал его голос.

— К-кошмар, — сиплым от страха голосом сказал он, глядя на поистине гигантскую змею на террасе. — Кошмар, — повторил он и решил пригласить хена в свою квартиру. Иначе Чимин просто не сможет нормально соображать в присутствии змеи. — Как Намджун не боится?

Он открыл статью об анакондах-менталиалах, и она немного успокоила его. Оказывается, эти существа обладали очень спокойных нравом и крайне редко нападали на людей. Только в случае реальной опасности для собственной жизни или жизни их человека.

Когда появился первый менталиал, никто толком не знает, но на протяжении всей истории человечества они сопровождали своих людей. И судя по раскопкам появились на этой планете до человека. И эволюционировали, как и все живые существа. По каким критериям они выбирали людей, тоже до конца неясно. Они просто чувствовали нужного. И подчинялись только ему или тому, кому доверял их человек. Такие люди, как Намджун, — универсалы, могли общаться с любыми менталиалами, но большинство не имели такой способности. А те, у кого не было менталиала — обычные люди — могли общаться только с говорящими менталиалами, например, с тиграми, волками, некоторыми птицами, медведями или драконами, как у Хосока. Большинство менталиалов были схожи характером со своим человеком. И могли перенимать его особенности поведения, мышления. Это касалось тех, кто постоянно жил с человеком. А человек мог обладать некоторыми особенностями своего менталиала.

Например, Тэхен прекрасно видел в полной темноте, а в голосе иногда слышалось рычание опасного зверя.

Арми обожали эти его особенности. Что касается Намджуна, он мог общаться даже с обычными китами и касатками не манер Полосатика. И слышал ультразвук — частоты выше 20 кГц. После такого у него обычно болела голова, но он быстро приходил в норму... Всё это припомнил Чимин, пока принимал душ и тщательно одевался.

— Я как будто на свидание собираюсь, — засмеялся он, — хотя хену главное меня увидеть. Ему всё равно, как я одет.

Что его дёрнуло выглянуть в окно, когда он уже собирался выходить? Но на улице он заметил своих старших хенов — Сокждина и Юнги. — Эй, старички! — задорно крикнул Пак. — Чего это вы так рано? Вам бы ещё кости греть на кроватях.

— Только с самолёта, — проскрипел Сокждин и тоненько охнул, заметив огромную змеиную голову над перилами террасы. — И даже это меня не остановит, честное слово, парни. Я так ждал! — он на минутку прикрыл глаза и успокоился. — Я всегда говорил, что Намджуни вернётся.

Юнги согласно кивнул. Сокждин был одним из тех, кто всё время верил в возвращение лидера и друга. И сейчас ничто и никто не мог остановить Джина от встречи с ним.

* * *

Намджун закончил рассказ и посмотрел на счастливых парней, которые слушали его с открытыми от удивления ртами.

— Значит, ты не видел похитителя, — вздохнул Сокждин, допивая макколи. — Что же это за сволочь?

Намджун кивнул. Он сидел в машине возле реки Хан и услышал шорох слева. Но никого не увидел. Хамелеон использовал мимикрию. Он плюнул ядом Намджуну в лицо и тот отрубился. Очнулся уже в бункере, где кроме подушек и матраса ничего из мебели не было. А еду ему привозили не так часто, и только в мягких банках, из материала нового поколения пластика. Плюс принадлежности для гигиены.

— Не понимаю, как он там оказался, — недоумевал Намджун. — Как он узнал, что я буду там, у реки? Его человек скорее всего следил за мной, а хамелеон находился с ним в машине. Возможно только такое объяснение.

Они проболтали несколько часов кряду и всё никак не могли остановиться. Джин, который не спал всю ночь, узнав о возвращении Намджуна, начал клевать носом, и Намджун посоветовал ему отдохнуть. Сокждин развалился в его постели и мгновенно уснул.

— Он правда не сомневался, что ты... — Юнги растроганно улыбнулся. — Всю ночь не давал мне спать, пока мы летели из Америки. Так радовался.

Рэперы обсудили новые песни BTS и перешли к мировым новостям, когда Юнги опять поймал на себе непонятный взгляд Намджуна. Намджун как будто был не совсем доволен им. Осуждал.

— Что-то не так? — осторожно спросил Юнги.

Намджун рассказал о разговоре с Хоби.

— Тэхени говорит, что Хосок преувеличивает и что сейчас всё вроде спокойно между мемберами, но я слышал, как Чонгук общался с Тэхени.

— И что конкретно он тебе рассказал? — напряжённо спросил Юнги.

Намджун ответил, а Юнги всплеснул руками от негодования:

— Ну, Хоби, как он мог так все на тебя вывалить?! Ты и так мучился столько месяцев. Он ведь понимал, как тебе было тяжело, но нет, всё равно всё на тебя взвалил! — Юнги прошёлся по гостиной и подпрыгнул, увидев в коридоре кольца гигантской змеи. — Фух, — вытер пот со лба, — я и забыл, что он здесь... Откуда Хоби вообще узнал о чувствах Чонгука? Опять подслушивал?

Намджун пожал плечами, он и сам не знал.

— Это, знаешь ли, не так просто принять. Чёрт, это усложняет только все.

— Знаешь, — осторожно начал Юнги, — это скорее платоническая любовь, что-то вроде обожания, не более. Ведь вы всегда отлично ладили. Не думаю, что что-то изменится, если ты правильно себя поведешь. А я в этом почти не сомневаюсь. Просто не показывай, что знаешь.

Юнги вспомнил, как немного презирал и ненавидел Чонгука за его поведение, когда исчезла Юджин. Чонгук тогда здорово напился. Точнее, Юнги специально его напоил, потому хотел выяснить, что происходит. Он видел, что парень страдал и был рад одновременно, но молчал. Когда Чонгук рассказал о своих чувствах, Юнги не особо удивился. Чонгук радовался, что Юджин больше нет, и страдал из-за этого же, а ещё из-за того, что страдал Намджун. Чонгук видел его боль, отчаяние, и сам изнывал от этих же чувств, как будто переживал их вместе с Намджуном. Но об этом Юнги никогда и никому не расскажет. Тем более Намджуну.

— Тебе не стоит волноваться насчёт меня и Чонгука, мы уже помирились...

— Ты ведь знаешь, как гадко то, как ты с ним обошёлся, как обозвал его? Ты не задумывался, что его нынешнее поведение обусловлено и тем, как ты вёл себя с ним?

Юнги только покивал, понимая, что Намджун отчасти прав.

— Я извинился, правда. А я всё думал, чем я так провинился перед тобой, пока мы болтали. Ты так смотрел... Ладно, я тоже чертовски устал, пойду домой. А ты не ходи никуда один.

Намджун вдруг задумался и хлопнул ладонью по лбу:

— А ведь Ши — самый лучший охранник. У него невероятный нюх и есть природный тепловизор: он видит тепловые сигнатуры живых существ, даже если они хамелеоны и мимикрируют с окружающей обстановкой.

Юнги опять глянул на змею. Анаконда, не мигая, смотрела на него, вселяя в Юнги откровенный страх. Юнги понимал, что Ши намного спокойнее многих людей, и все же не мог смотреть на него без содрогания.

— Невероятные создания, правда? — улыбнулся Намджун, похлопывая напряжённого Юнги по плечу.

Из кухни вышел жующий Чимин и предложил Юнги отвезти его домой.

— Хён, — обнимая Намджуна в сотый раз , спросил Пак, — можно я зайду к тебе вечером?

— Конечно, — растроганно улыбнулся Намджун и прижал парней к себе, говоря, как невероятно счастлив снова быть с ними. — Как раз мама с папой приедут. Ты тоже приходи. И не волнуйтесь, — заметив, как парни смотрят на него с затаенной тревогой, уверенно проговорил он, — у меня лучшая охрана от всяких непрошеных гостей. — Он кивнул на Ши: — Он глухой, но прекрасно чувствует малейшую вибрацию от шагов, например. Не говоря уже об обонянии.

— Ты звонил Чонгуки сегодня? — задал вопрос Мин, внимательно наблюдая за Намджуном, но тот остался спокойным.

— Нет.

* * *

В зале для собрания людей набилось как сельди в банке. Чонгук даже был этому рад. Мало кто обращал на него внимания. Все ждали Намджуна. И Чонгук тоже. Он то и дело вскидывал голову, стоило открыться двери. Но Намджуна все не было. Так прошло часа полтора.

— Где Намджуни-хен? — с волнением спросил Чонгук сонного Юнги, который, кстати говоря, сегодня особенно приветливо общался с Чонгуком. Макнэ это приободрило.

— На новых аттракционах катается с Ви и Чимином. И Хоби. — Шуга открыл страницу Ви в соцсети и показал Чонгуку. На фотографиях, только что вложенных Тэхеном, счастливо улыбались сам Тэхен и РМ. Чимин и Хоби выглядели не такими счастливыми. Оба жутко боялись аттракционов вроде американских горок. И, казалось, их сейчас стошнит.

Чонгук неосознанно улыбнулся.

— Намджуну бы надо уже быть здесь, — Шихек постучал по наручным часам.

— Так он ещё официально не приступил к работе. У него же неделя свободная. Ему наверное нелегко после заточения, — Юнги глотнул воды из стакана. — Такому свободолюбивому человеку, как Намджун, сидеть в клетке — хуже смерти... Не представляю, как он перенес все это.

У Чонгука сжалось сердце. Но он сразу успокоил себя тем, что хён опять с ним... с ними. Минут пять в зале царила тишь. И когда в коридоре раздался заразительный смех Хосока, Чонгук почувствовал, что-то вроде абсолютного счастья от того, что сейчас увидит Намджуна. И он увидел. Намджун и Ви хохотали над шуткой Чимина, когда входили в зал. Последним вошёл Чимин и открыл дверь пошире, явно для кого-то. Губы Чонгука сложились в идеальную букву "О", когда гигантского змея с голубыми отметинами на голове появилась перед ним. Ши просунул голову в дверной проем и неожиданно для всех угрожающе зашипел, дёрнулся вперёд, повернул голову назад и вдруг, ни с того ни с сего, сгруппировался и сделал молниеносный выпад. В коридоре раздался высокий визг, а Хосок схватился за голову, как будто она разваливалась на части:

— Ааах, помогите!

— Нет, Ши! — крикнул Намджун и выбежал вслед за анакондой. — Стой, не надо! Пёрышко, успокойся! Взлети вверх, иначе он тебя... Бл..! Парни, успокойтесь! — кричал Намджун менталиалам, которые вцепились друг в друга.

Но сказать Пёрышку успокоиться, все равно что стене. Дело в том, что Пёрышко, как и многие менталиалы, перенял у своего человека некоторые особенности характера. А Хоби не то что бы был самым спокойным и смелым парнем. Вот и Пёрышко сейчас от страха верещал и бил крыльями Ши, который обвился вокруг туловища белоснежного дракончика. Ши инстинктивно увеличился в размере, чтобы стать сильнее и справиться с противником, как он полагал. Но справиться с драконом, который и сам состоит из одних мышц... Ши и Пёрышко буквально заполнили собой весь коридор в ширину.

Намджун медленно вздохнул и так же медленно выдохнул, успокаивая сознание. Ему пришлось подлезть под крыло дракона, чтобы дотянуться до головы Ши, и положить на неё руку.

— Ши, — спокойно позвал он менталиала, — он не враг. Он просто очень боится тебя.

— Ты уверен? — змей чуть ослабил хватку, и Пёрышко сумел взлететь к высоченному потолку, истошно (немного театрально) вопя. Ши пристально наблюдал за ним. — Он наступил мне на хвост, а потом укусил.

— Это просто страх, — опять позвал Ким.

Ши сказал, что понял и уменьшился до своего естественного размера. — Пёрышко, это Ши, мой товарищ. Он спас меня. Спускайся, только не делай резких движений, он ещё напряжен.

* * *

— Это блокбастер, Тэхени, — минут пять спустя восторженно хохотал Чимин, показывая видео сражения Ши и дракона, когда дракон уже улетел на крышу компании, а змею Намджун отправил в свою студию. — Ужас и восторг! Круче любого фильма. Хён, можно я выложу хотя бы фотографии?

Намджун глянул на огромную змею, которую он держал за голову, и Пёрышко, парящего под потолком. Все чешуйки у него стояли дыбом, и это смотрелось очень эффектно и устрашающе. Намджун подумал, что дракон Хосока стал ещё красивее.

— Ладно, выложи одну, — согласился Намджун и поймал на себе взгляд Чонгука. Мимолётно улыбнулся макнэ и глянул на вжавшегося в стену Хосока. — Господи, Хоба, все уже давно закончилось! Да ничего страшного и не произошло. Менталиалы всё-таки животные. Они в основном руководствуются инстинктами. Пёрышко испугался, потому что он твой менталиал, — прямо высказался лидер BTS и прыснул в кулак. — А Ши подумал, что дракон нападает на него. Он же впервые видел такое существо.

Хоби отлип от стены и на деревянных ногах подошёл к стулу. Он признался, что до сих пор жутко напуган. Он мог бы и не говорить, — всё было написано на его лице.

* * *

Когда собрание закончилось, и все желающие поздравили Намджуна с возвращением, в зале остались только члены BTS. Намджун испытывал эмоциональный подъем и светлую радость при виде своих парней, за которых он очень боялся, пока сидел в бункере. Какое-то время все весело болтали, пока Юнги не бросил на Хоби говорящий взгляд. Намджун это заметил и пресек взаимные упреки.

— Парни, все в порядке, правда. Давайте без осуждения и обвинений. Мы же уже все выяснили?

Чимин и Тэхен вопросительно уставились на рэперов, а Чонгук мысленно сжался, напрягся. Он был уверен, что хены обсуждали его поведение. Но, по правде говоря, Чонгук в последнее время выпивал уже меньше. И надо же было так случиться, что Намджун вернулся как раз тогда, когда Чонгук вёл себя отвратительно. Чонгук почти не спал той ночью. В голове крутились слова хёна и его голос. Полный боли и разочарования. Чонгук тихо застонал и сжал руки в кулаки.

— Чонгуки, ты что? — участливо спросил Хосок. Чонгук неопределенно мотнул головой и пожал плечами.

Намджун пристально посмотрел на макнэ, всё ещё ощущая неловкость от осознания того, что Чонгук неравнодушен к нему. Он дал слово Юнги, что никогда не скажет Чонгуку о том, что знает о его чувствах. И так оно и будет. Иначе все усложнится. Он вдруг вспомнил, что не сказал Чонгуку ни слова. Чонгук, наверное, думает, что Намджун все ещё недоволен им, поэтому и молчит. Намджун вздохнул и хотел сказать что-то ободряющее, но заговорил совсем о другом:

— Кстати, Чонгуки, как прошла твоя встреча с полицией? Запах хамелеона собаки учуяли в твоём доме или на территории?

Чонгук кивнул, и все сразу напряглись.

— Возле входной двери, на улице. След запаха тянется на задний двор. И, судя по всему, именно хамелеон ошивался возле дома. Но потом запах просто пропадает. Как будто менталиал испарился в воздухе, — Чонгук до сих пор не мог принять тот факт, что кто-то из его близких людей или хороших знакомых — похититель Намджуна и Юджин. Он доверчиво посмотрел на Намджуна: — У тебя не было мысли, что это кто-то из нас шестерых?

— Нет, — уверенно ответил Намджун. — Я ни разу не думал об этом даже. И слова Тэхена просто поразили...

— Погоди, Тэхени подозревал нас? — Джин в упор посмотрел на макнэ. — Как так, Тэхени? Как можно... — слов не смог подобрать от негодования. — Я, как и Намджуни, не сомневался в вас.

Намджун подумал, что никогда прежде не видел на лице Джина такой болезненной обиды.

— Знаете, как страшно было думать об этом? — признался Тэ. — Я боялся думать, но что мне оставалось делать? И не только я так думал, разве нет? — Ви пристыженно посмотрел на всех по очереди. Парни отрицательно покачали головами, но Намджун понял, что некоторые тоже как и Тэ испытывали стыд. И он не винил их. Он знал, как им было тяжело, как они боялись друг за друга и не хотели подозревать друг друга, но мысли-то из головы не выкинешь.

Намджун заявил, что уверен в каждом из них. И верит, что полиция поймает преступников.

— Похитить огромного менталиала, как Амба, крайне сложно, — рассуждал Намджун. — Полицейские сказали мне, что проследили путь похитителей до причала. По свидетельству очевидцев, они засунули кошака Тэхена в гигантский контейнер на незарегистрированном корабле — и все...

— После этого их след теряется, — рыкнул Тэхен. — И знаешь, что самое странное? Он, Амба, двигается. Не сидит на месте. Я не знаю, где он, но ощущаю его движение в пространстве. И я не понимаю, как это может быть. Где он, в лесу? Но лесов так много на планете, — обречённый взгляд прекрасных глаз встретился в задумчивым взглядом Намджуна. — Если он в тайге, то искать его невероятно сложно. Он же не ориентируется в лесах. Мог зайти в самую глубь. Юнги предлагал нанять вертолет и полетать над тайгой, но она невероятных размеров, Амба может быть где угодно.

— Ты необязательно должен быть рядом, чтобы услышать его, — напомнил Чонгук, переживающий за тигра и Тэ. — Главное оказаться в пределах досягаемости вашей связи с ним. А там он сможет ориентироваться на твой зов и найдет тебя по нему. Главное услышать его.

Тэхен безумно жалел, что свободного времени у них нет. А сейчас вообще график взлетит до небес с возвращение Намджуна. Интервью, запись новых песен, съёмки в различных шоу, например, в Run BTS. У него не останется времени на поиск Амбы.

— На следующей неделе мы летим на север Китая на встречу с фанатами, как сказал Шихек. Это отличная возможность для поиска тигра.

Парни выразили желание помочь Тэ, но как это сделать, затруднялись представить. Чонгук сказал, что вертолет не может находиться в воздухе долго. Ему придется возвращаться на базу за топливом. А в самой тайге баз нет. Намджун понимал, что он прав. Он встретился взглядом с Хоби и так неожиданно ударил рукой по столу, что Хоби и Юнги вздрогнули.

— Ну конечно, нам может помочь Пёрышко. Он нереально выносливый, даром, что дракон. Пусть он полетает с Тэхеном на спине.

— Но если мы залетим на территорию других стран, например, России...

Юнги не видел в этом проблемы:

— Договоримся с их властями. Тем более, твой менталиал — тигр по имени Амба. Ты же назвал его в честь уважительного названия тигра в языках тунгусо-маньчжурской языковой семьи. Если мы найдем тигра на территории РФ, они смогут сыграть на этом. Привлечь внимание к своей стране, к своей культуре. Тем более русские очень уважают тигров, называют их хозяевами тайги.

Парни решили, что это хороший план. Была одна загвоздка.

— Шихек, — сказал Чимин. — Мы не должны говорить ему о нашем плане. Он будет категорически против! Он не отпустит Тэ в Тайгу с драконом. И прикажет охранникам нас пасти особенно рьяно. Помните, три месяца назад, Тэ хотел поехать в Африку искать тигра? Шихек сумел найти способ отговорить власти не давать Тэ визу в страны Африки. Ведь там неспокойно. А Тайга — огромный лес, полный опасностей.

И это тоже оказалось проблемой по словам Хосока.

— Пёрышко не полетит, если будет знать, что там может быть опасно.

Намджун просто посоветовал соврать дракону, ведь он такой доверчивый.

— Только не говори с ним ментально, — напомнил Намджун, — иначе он распознает твою ложь. Я сам его попрошу. Ты же знаешь, как он уважительно ко мне относится.

— Хорошо, что два дня выходных. Можно привести себя в порядок, — Чонгук заметил осуждающие взгляды Хоби и Тэхена и понял, что сказал это вслух. Смутился.

* * *

Намджун долго лежал без сна. Он чувствовал себя в безопасности, но как насчёт парней? Например, Чонгук, вокруг дома которого шастала мерзкая вонючая тварь. Ким настоятельно просил макнэ не жить пока в доме. И Чонгук последовал его совету, — решил пожить до отъезда у Чимина. Пак был только рад. Намджун вновь и вновь возвращался к сегодняшнему разговору с парнями. И понял кое-что: Чонгук единственный, кого он не обнял при встречи. Всех парней переобнимал, когда впервые увидел их после долгой разлуки. Он надеялся, что Чонгук не примет это близко к сердцу. Вообще говоря, они нормально сегодня общались, в общем и целом, как и прежде тепло. И Намджун надеялся, что ничего не изменится в их отношениях. Если только Чонгук не... Намджун до конца пока не принял такие глубокие чувства Чонгука по отношению к нему. Но, как сказал Юнги, любовь Чонгука что-то вроде сродни платонической, сродни обожания. И хоть это немного успокаивало. Если бы в чувствах макнэ присутствовали страсть и влечение, вот тогда Намджуну пришлось бы сложнее. И, возможно, ситуация в группе в целом стала бы напряжённой.

— Ши, я скоро уеду. И ты отправишься в приют для менталиалов.

— Хорошо. Я не против. Там есть все: пространство для движения и еда.

Намджун набрал номер Чонгука и только потом сообразил, сколько сейчас время. Но Чонгук ответил сразу, как будто только и ждал этого звонка. Намджун изложил свой план на завтрашний день.

— Но, хён, как ты это сделаешь?

— Не я — Ши. Он может уменьшить размер своего тела.

— Ах да. Тогда конечно. Этот человек... Думаешь, он нацелился на меня?

— Не знаю, Чонгуки, — вздохнул Намджун. — Но не хочу проверять. Спокойной ночи, — мягко попрощался он.

* * *

На следующий день Чимин увязался с ними в дом макнэ. Ему нравился план лидера и он желал увидеть все своим глазами. Хотя ничего такого особенного они не задумали. Намджун предложил Ши поймать запах того самого хамелеона и попробовать определить, куда этот запах может привести.

В десять утра трое друзей стояли на заднем дворе дома Чонгука. Ши то и дело высовывал язык, ловя окружающие запахи. Он ползал по территории двора, пока не остановился возле забора. Высоко поднялся на хвосте и позвал Намджуна:

— Его запах по ту сторону забора едва различим. Но он есть.

Парни прошли через ворота и остановились как раз на том месте, о котором говорил Ши. Сам змей переместился сквозь пространство и уменьшился до размера обычной гадюки, потому что нашёл, откуда хамелеон вылез. Канализационный люк. Ши пообещал, что попробует проследить, откуда пришел хамелеон. А вернётся он по своему же запаху. Парни остались стоять и ждать его возвращения.

— Я звонил сегодня Джексону Вану в Китай и попросил помочь нам с поисками Амбы.

— Чем он может помочь? — не поняли макнэ.

— Он договорится с егерями, чтобы они провезли Тэхена по всем возможным дорогам Тайги на территории Китая. Ведь Тэ не был только на севере Китая, когда искал своего любимого тигра. А по бездорожью его пронесёт на своей спине Пёрышко.

— Тот ещё помощник. Он наложит даже при виде оленя, — дерзко сказал Чимин, представляя, что будет, если дракон испугается и запаникует в воздухе.

— Не думаю. В воздухе он чувствует себя гораздо более уверенно и не боится почти ничего, — резонно рассудил Чонгук.

Намджун согласно кивнул и почувствовал необъяснимую уверенность в том, что они смогут отыскать Амбу. Почему эта уверенность появилась именно сейчас, он понятия не имел, но его обострённые благодаря связи с его менталиалом инстинкты вели его. Он чувствовал, что выбрал правильный путь.

— Меня всё время удивляло, почему полиция не смогла вообще ничего найти... Я имею в виду улики против похитителя. Ведь они работали так тщательно, буквально, трясли всех знакомых. Твое дело, хён, было приоритетным для властей. Оно было на контроле у людей сверху.

— К чему ты ведёшь? — Намджун присел на скамейку рядом с Чонгуком и посмотрел на Чимина, стоявшего напротив. Пак был небрит, лохмат, и походил на шпану больше, чем на айдола.

— Даже видео с камер наблюдения нет с того места, где ты стоял на набережной. А ведь там есть камеры. Я специально туда ездил и смотрел.

— Чимини, ты говоришь о причастности полиции к моему похищению?

— Или сокрытию улик, — подтвердил Пак. — Это просто одна из версий. Я одно время всех подозревал, как и Тэхен. И полиция, кстати, знает все незаконные пути сбыта животных, например. Ну, профессиональных контрабандистов. Им проще организовать похищение.

Намджун серьезно задумался. По правде говоря, у него вчера мелькнула точно такая же мысль. Но как проверить самих полицейских, которые ведут его дело?

— Частные детективы, — сам себе ответил Намджун и щёлкнул пальцами. Он позвонил Шихеку и изложил свои подозрения насчёт полиции.

— Ты предлагаешь нанять людей для слежки за полицейскими и проверки их связей? — нахмурился их продюсер.

— Это выгодно для всех нас, правда? Если мы правы на их счёт, то убьём два зайца одновременно, — втолковывал Ким продюсеру. — Узнаем, возможно, кто похититель и выявим недобросовестных полицейских. Может быть, они делают это за огромные деньги? Это может быть коррупция в большом размере.

Намджун почти слышал, как крутятся винтики в голове Шихека, пока он размышлял над предложением Намджуна. И наконец:

— Можно попробовать. Я свяжусь с нужными людьми.

Намджун дал отбой и прислушался к ощущениям. Острое чувство тревоги и опасности возникло внезапно и ударило по голове. Он не сразу сообразил, в чем дело. Боль заставила согнуться его пополам и хвататься за голову. Он в изнеможении опустился на колени.

— Хён, Намджуни, что такое, тебе плохо? — испугался Чимин, придерживая Намджуна за плечо.

Намджун справился с болью и тихо сказал:

— Ши в опасности. Ему нужна помощь. Я не слышу его, если он не рядом. Просто чувствую на уровне инстинкта.

Чимин свесился в канализационный люк и посветил фонариком телефона.

— Господи, хён, — его испуганное мальчишеское лицо ясно дало понять, что змей не в порядке. — Чонгук, вызывай ветеринарную помощь. Кто-то подрал Ши, у него резаные раны на боку.

— Он спрыгнул в канализацию, а через минуту вылез со змеёй на руках. Ши все ещё был в длину метра три. Парни охнули: по левому боку змеи тянулись три длинные царапины с палец толщиной. Чимин аккуратно положил змею на землю. — Хён, там, в канализации, чуть дальше лежит что-то или кто-то, но я боюсь туда лезть.

Намджун сам залез в люк и убедился в правдивости слов Чимина. Метрах в десяти двигался едва различимый в полумраке хамелеон. Намджун не стал рассуждать, но начал действовать. Хорошо, что проход был довольно широким. Намджун пролез чуть дальше по нему и схватил хамелеона за лапу. Тварь лихорадочно сопротивлялась, но не могла дать полноценный отпор без хвоста и одной задней лапы. Кто-то (длинный и мощный) оторвал ему их.

Намджун вытащил визжащего, как крыса, менталиала на свет божий и прижал к земле. Тот извивался и старался вырываться из крепких рук Намджуна, но кровотечение ослабило его, не оставляя шансов на побег.

— Признайся, кто тебя послал, и я отпущу тебя, — Намджун отвернул морду зверя, чтобы он не плюнул ему ядом в лицо. Но ящер остался глух к угрозам и заверениям.

— Ты зря стараешься, — услышал Намджун зов хамелеона. — Я никому и никогда не скажу про своего человека. — И затих, тяжело дыша.

* * *

Парни вышли из полицейского управления и сели в машину Чимина. Полицейские настоятельно рекомендовали им не лезть в расследование.

— Я был неправ, — корил себя Намджун. — План оказался паршивым, — винил себя Намджун. — Я предупреждал его быть осторожным, но этого было недостаточно. Я не должен был посылать его в канализацию.

— Хён, я в какой-то степени понимаю твои чувства. Я тоже испытываю что-то вроде вины, — открыто сказал Чонгук, — но мы поймали того самого хамелеона, который помогал похитить тебя. Это немало.

Намджун не разделял радости Чонгука:

— Он все равно ничего не скажет специалисту по менталиалам. Поверь мне, я почувствовал это, когда вытащил его и спросил о его человеке.

Чимин напомнил, что специалист всё-таки профессионал по общению с разными видами менталиалов, поэтому...

— Кто знает, может, он сможет вытащить из него хоть какие-то сведения о похитителе, — Чимин завел мотор и стартанул так быстро, что полицейские на стоянке неодобрительно посмотрели им вслед.

Следующие два дня прошли спокойно, без каких-либо происшествий. И Намджун оказался прав: хамелеон не выдал своего человека.

* * *

Намджун еле плелся из ванной, так устал сегодня. Он с упоением развалился на кровати и мысленно вернулся ко встрече с китайскими фанатами. Столько эмоций... Но самая сильная — благодарность. За то, что они ждали и верили в его возвращение. За то, что не сдавались и посылали своих менталиалов искать его. Когда он узнал об этом в сети, написал фанатам письмо благодарности на Виверс. А чуть позже читал их комментарии под этим письмом и радовался каждому слову. И чувствовал единения с миллионами людей по всему миру. И это невозможно было описать словами, невозможно было переоценить человечность, самоотверженность и преданность.

Намджун повернулся на другой бок и почти уже уснул, когда услышал стук в окно. Окно на пятнадцатом этаже. Без балкона. Он выглянул на улицу и увидел парящего дракона. В темноте белоснежный Пёрышко словно светился, похожий на сказочное существо. Намджун открыл окно.

— Чего тебе?

— Ничего, просто проверяю, спишь ты или нет, — жизнерадостно поведал дракончик и полетел дальше распугивать голубей. Намджун только вздохнул, зная неугомонный и приставучий нрав дракона. Он лег обратно в постель и почти мгновенно уснул.

* * *

Менеджер Тэхена не одобрил план по поиску Амбы. И заверил, что позвонит Шихеку. Тэхен только рассмеялся с рычащими нотками в голосе.

— И что он мне сделает? — Ви сделал невинные глаза. — Он же в Кореи. И тем более, мы уже в тайге. — И это было правдой. Сегодня утром они остановились в роскошном новомодном отеле на вершине живописного холма, расположенного в километре от тайги. У парней было несколько свободных дней, и они решили провести их с пользой и развлечься, пока Тэхен будет искать своего менталиала. Для его поиска местные власти предоставили парням тройку вездеходов и проводников с охраной.

Тэхен оделся в защитный костюм, спустился в холл и вышел на задний двор. С этого места просматривалась вся округа на километры вперёд. Вид будоражил воображение и вызывал дикий восторг. Особенно у людей-партнёров менталиалов. Например, Намджун и Тэхен ощущали почти непреодолимую тягу как можно скорее оказаться в Тайге, огромном лесном массиве, где властвует закон природы — честный и опасный. Намджун никогда прежде не испытывал зов природы, в отличие от Тэ. И сейчас просто растерялся. Он не понимал... Это пугало и подстегивало броситься в бескрайнее лесное пространство и мчаться сквозь него, задевая раскинутыми в стороны руками колючие лапы елей, ощущая упругую лесную подстилку под ногами и...

— Чёрт побери, Намджун! — окликнул Хосок убегающего друга. — Куда ты рванул? — Но Намджун не слышал. Огромными скачками он бежал с холма, не заботясь о том, что может навернуться и что-нибудь сломать. — Это же невозможно, парни! Почему он так быстро бежит? Человек не может так гнать по крутому склону. Никогда не видел, чтобы Намджуни так быстро бегал.

Трое старших с замиранием сердца смотрели вниз, туда, где летел по склону Намджун. Тэхен тоже увидел Намджуна. На мгновение замер, ловя каждое движение хёна. И дикий, необузданный азарт захлестнул и его. Тэ пригнулся к земле и рванул так стремительно, что куски земли под его ногами разлетелись в разные стороны, врезаясь в ноги мемберов.

— Тэ? И этот туда же! — всплеснул руками Хоби.

Намджун уже спустился с холма, когда мимо пробежал Тэхен и ударил по плечу:

— Догоняй, хён!

Оба наперегонки добежали почти до кромке леса и остановились подождать вездеходы и дракона. В одной из машин сидел Чонгук.

— Хён, — радостно крикнул он в открытое окно, — это было круто! Это из-за твоей связи с Ши? Раньше у тебя не было таких способностей.

Намджун подумал, что Чонгук прав. Действительно, его мышцы на непродолжительное время стали словно стальными. Это значило, что Ши каким-то образом передал особенности своей физиологии Намджуну. Это было странно, потому что змей не являлся его менталиалом. Но парни не стали над этим заморачиваться. А Намджун был просто благодарен.

* * *

До вечера они проехали в глубь тайги километров триста, но Тэ не услышал даже отдаленного зова Амбы. И остановились на ночлег в добротном доме на лесной заимке. Вокруг — тишина. Даже ветер в верхушках корабельных сосен затих, словно затаился. Парни устроили себе постели на лавках в избе и вышли к костру посреди двора, где один из проводников запекал картофель, а Чонгук нарезал салат из того, что было в мини-холодильнике. Когда все было готово, все расселись вокруг костра.

— Господи, почему так вкусно? — Тэ с упоением умял пять картошин, посыпанных солью, и целую тарелку салата. — Давно не чувствовал такого покоя и свободы. — Он лёг на спину и посмотрел на окошки неба между кронами деревьев. Вот зажглась первая звезда, и Тэхен загадал про себя, что вскоре встретится с Амбой. Прямо над ним бесшумно пролетела сова, а рядом с избой пробежала мышка. На соседней поляне журчал ручей, и какое-то маленькое животное пило из него студеную воду. Инстинкты и чувства Тэхена всегда обострялись до предела, стоило ему оказаться в каком-либо лесу. Он слышал буквально каждый звук в радиусе метров двадцати. Тэхен просто растворялся в каждом шорохе, в каждом запахе. За пределами света от костра царствовал мрак, но Ви прекрасно видел всё, что творилось вокруг. И чувствовал себя неотъемлемой частью природы, чего-то монументального и значимого.

Тэхен вздрогнул, когда прозвучал голос Намджуна:

— Проводник сказал, что через двести километров дорога станет совсем непроходимой. Придется тебе покататься на спине Пёрышка. — Лидер присел рядом с Тэ и так радостно и светло улыбнулся ему, как будто не было на свете ничего чудеснее его макнэ.

— Ты наверное не замечаешь, но ты всё время улыбаешься, — Тэ отлично видел лицо Намджуна, хотя тот сидел спиной к костру.

— Я так долго был в одиночестве и сейчас просто радуюсь всему... Когда меня похитили в феврале, в бункере стояла лютая стужа. Я долгое время болел, потому что простудился. Никак не мог выздороветь — даже лекарств не было. Не знаю, как не сдох.

— Не говори так, хён, — Чонгук сел рядом и прижался к плечу Намджуна.

Макнэ молчали, и Намджун догадывался, где бродят их мысли. Он чувствовал, что должен что-то сказать, успокоить их:

— Не думайте об этом. Все уже в прошлом. Не надо волноваться, не надо беспокоиться.

Когда они укладывались спать, Тэхен посоветовал хорошенько запереть дверь.

— Кто-то большой ходит вон там, — он указал направление пальцем. — Похоже, медведь.

Намджун подумал, что медведь не пойдет в их сторону, почуяв дракона. Всё-таки драконы для медведя как высший хищник, опасность. Косолапый не станет рисковать. И он оказался прав. Ночь прошла спокойно. А вот утро...

* * *

Дикие, истошные вопли в голове вырвали Хосока из сна и заставили подлететь в воздух. Страх копошился внутри, как стая обезумевших крыс. Но не его страх. Хосок позвал Пёрышко:

— Что случилось? Ты слышишь меня? Что происходит?

Дракон не отвечал, только подвывал и просил Хосока помочь. Хоби понял, что так ничего не добьется. Нужно сосредоточиться, постараться отгородиться от чужого страха. Чон закрыл глаза и глубоко, размеренно подышал. Сознание не успокоилось окончательно из-за зова дракончика, но Хосок перестал чувствовать плохо контролируемый страх. Он знал, что его подобие спокойствия успокоит и Пёрышко. По крайней мере, немного. Хоби глубоко вздохнул и попросил дракона рассказать, что происходит. Он подозревал, что паника его менталиала — очередная блажь. Наверное, увидел мерзких толстых гусениц, как вчера утром, или что-то похожее.

— Я лучше покажу, — отвращение Пёрышка почти уверило Хосока, что он прав. Но то, что он увидел глазами дракона, превосходило все его самые жуткие кошмары. Дракон сосредоточился, усиливая телепатическую связь, и Хосок перестал видеть окружающее его пространство. Он как будто перенёсся туда, в дремучий дикий мир Тайги, где под каждым кустом чудилась опасность. Дракон сделал шаг, и Хоби в отеле — тоже. Они двигались почти синхронно, находясь на расстоянии в сотни километров друг от друга. Хоби не заметил, как вышел из номера и пошел по коридору как будто что-то разглядывая по сторонам. Он остановился на верху лестницы и сдавленно вскрикнул. Он поначалу не понял, что перед ним. Что-то огромное, больше слона, неподвижное, но странным образом движущееся.

Дракон сделал ещё пару шагов, и Хоби отпрянул назад. Он наконец понял, что перед ними. Даже в фильмах ужасов он не встречал ничего подобного. Глазами дракона он видел, как домик посреди леса облепили сотни змей: стены и дверь были похожи на одно огромное копошащееся существо. Хоби прикрыл рот рукой, чтобы не заорать во всю глотку. Его застряло, когда дверь открылась и вышел Намджун. Хосок хотел крикнуть, чтобы он не выходил, но было слишком поздно! С крыши на Намджуна посыпались десятки змей. На секунду он скрылся в змеином месиве. Хоби чуть не хлопнулся в обморок от увиденного. Намджун вскрикнул, схватил несколько из них и отбросил в сторону. Встряхнулся, как мокрый пёс, сбрасывая с себя оставшихся тварей.

— Какого хрена?! — Ким обернулся к домику лицом и глазам своим не поверил. — Боже, ...! Вот сволочи, а ну, валите отсюда! — он махнул на них рукой, и...

Хосок опять вскрикнул (а вместе с ним и его дракончик), когда все змеи разом скатились вниз с крыши и стен избы и поползли прочь под ругань Намджуна. Сам Намджун стоял истуканом и тяжело дышал от понимания того, что было бы, если кто-то другой вышел первым. Он повернулся к дракону и попросил не беспокоиться насчёт змей: они больше не приползут.

— Не понимаю, откуда я знаю это, но чувствую, — дыхание Намджуна все ещё было учащенным. Он повернулся к домику и доверительно сказал Хосоку (он знал, что сейчас Хосок видел глазами дракона: заметил, как потемнели жёлтые глаза Пёрышка): — Вот почему Ши обвился вокруг меня, когда я привез его в приют для менталиалов. Он сказал мне стоять неподвижно и расслабиться, что он хочет помочь. Почти уверен, именно тогда он и передал мне часть своих способностей. Змеи просто почувствовали меня. Или что-то в этом роде. Не знаю, как правильно объяснить.

Хосок понял, что Намджун очень волнуется, хоть и не показывает этого. Намджун говорил очень быстро. Хосок хотел сказать ещё что-то, но из избы вырвался Тэхен и рванул в самую чащу леса.

— Тэхени! — крикнул Намджун. И это последнее, что увидел Хоби, — он не смог дальше держать телепатическую связь такой мощи...

...— Тэхени! — крикнул Намджун и побежал следом. — Куда ты? Стой! Не ходи один!

Но Тэхен словно не слышал его. Бежал так яростно и быстро, как будто спасался от чего-то. Намджун не смог его догнать и попросил Пёрышко проследить за Тэхеном сверху. Дракон пригнулся к земле, мощно оттолкнулся лапами и взлетел между елями. Воздушная волна от взмахов крыльев чуть не сбила Намджуна с ног.

— Что происходит, хён? — из избы появился заспанный Чонгук в одних штанах. Намджун вкратце рассказал о случившимся. Чонгук повертелся во все стороны в поисках змей, но они все попрятались или уползли подальше. — Может быть, его укусила змея?

— И он побежал куда глаза глядят? Нет, — Ким задумчиво покачал головой, — здесь что-то другое. Тем более ни одна змея не вползала в избу. Они...

Он не договорил, услышав шаги из чащи. А через несколько секунд появился Тэхен в растрёпанных чувствах. Из глаз ручьем текли слезы, и парень никак не мог подавить рыдания.

— Тэхени, что случилось? — Намджун подбежал к нему и осмотрел со всех сторон. Подумал, змея укусила. Но макнэ был цел и невредим. — Что случилось? — как можно спокойнее спросил он и усадил Тэхена на скамью рядом с избой.

— Это Амба, — Ви доверчиво посмотрел Намджуну в глаза.

— Амба? — удивился Чонгук. — Ты его услышал? — догадался он и радостно хлопнул в ладоши.

Тэхен кивнул и пояснил:

— Я спал. И во сне услышал его зов, — его лицо скривилось, но он сумел подавить очередной всхлип. — Я ещё не до конца проснулся, когда выбегал из избы, понимаете? Я действовал машинально, на уровне инстинкта. А когда окончательно проснулся, стоял уже на берегу широкого ручья, неподалеку отсюда.

— Что он тебе сказал? — Намджун нетерпеливо переступил с ноги на ногу. — Он знает, кто его похитил? Как он вообще?

Тэхен вытер набежавшую слезу и с болью произнес:

— Они перебили ему лапы.

Намджун долго ругался и все никак не мог остановиться. Не мог поверить, что какая-то мразь так ненавидит его. Но за что, за что?! Он никогда и никому не делал зла. Намджун всегда отличался миролюбивым характером. Не зря парни назвали его миротворцем из-за его особенности предотвращать конфликты и мирить ребят между собой.

— Какая же падаль так меня ненавидит? За что? Неужели я заставил кого-то страдать? Не понимаю, — моральные силы внезапно покинули его, и Намджун в изнеможении сел рядом с Тэ. — Как он, Тэхени? Как его лапы сейчас?

— Говорит, что намного лучше, чем раньше, но небольшая хромота осталась, — Ви слушал зов тигра, и его взгляд был расфокусированным. Он глядел вглубь себя, с упоением ощущая мысли и помыслы своего любимого менталиала. Он так долго искал его, так скучал. И все это Тэ передал своему Амбе без слов, потому что словами это не передать. Тигр благодарно заурчал. — Он в отличие от твоего кита не умеет перемещаться в пространстве на большое расстояние. Нам придется ждать его здесь.

Намджун смотрел на заплаканное, но сияющее от радости лицо Тэхена и неосознанно улыбался.

* * *

Парни отлично провели время до вечера, купаясь в идеально круглом лесном озере с прохладной и прозрачной водой. Тэ и Чонгук дурачились как дети. И вылезли из воды только тогда, когда Намджун едва ли не в приказом тоне попросил их об этом.

— У вас губы синюшные. Не дай бог заболеете. Кто будет выступать вместо вас в Сеуле через две недели? — он подхватил Тэхена под мышки и выволок на берег. Тот сопротивлялся, как непослушный мальчишка, Намджуну пришлось даже хлопнуть его по ягодице. Только тогда Тэ угомонился. — Восемь часов, уже холодает. Хватит дурить!

— Есть хочу, — Чонгук быстро оделся и подождал ребят.

Они вышли на пригорок и начали спускаться к избушке, когда спокойную тишину нарушил громкий хлопок.

— Это выстрел, — одними губами проговорил Тэхен и потянул друзей за раскидистую ель. Они присели, затаились и сразу зажали уши от пронзительного свиста дракона. Прозвучал ещё один выстрел, и Пёрышко затих.

— Нет! — крикнул Намджун Чонгуку, который бросился выручать дракона. Вокалист забыл, что пули отскакивают от чешуи дракона, не причиняя ему вреда. Эта мысль молнией пронеслись у Намджуна в голове, а в следующий миг он бежал огромными скачками вслед за макнэ. Они ворвались на поляну, где мирно беседовали проводник и один из охранников.

— Кто стрелял? — спросил разгоряченный Намджун.

Оказалось, охранник поспорил с драконом на то, что Пёрышко прокатит его на спине, если охранник попадет в бутылку с большого расстояния. Охранник промахнулся, а дракон откровенно порадовался, потому и визжал. Второй выстрел вообще ушёл далеко в молоко. И дракон теперь ходил довольный тем, что выиграл спор.

— Фух, вы нас напугали. — Чонгук вытер стекающую с висков воду и подошёл к Пёрышку. Дракон ходил вокруг автомобилей и что-то высматривал на земле.

— Чего ищешь?

Дракон глянул на Чонгука:

— Смотрю, нет ли змей под ногами, — очень серьезно ответил менталиал.

— За каким лешим? — усмехнулся подошедший Намджун и провел рукой по белоснежной чешуе. Каждая чешуйка была такой гладкой, точно ее полировали два раза в день. — Тебя даже пули не берут: твоя чешуя прочнее любого пуленепробиваемого материала. Ни одна змея не прокусит твою шкуру.

— Даже твой Ши? — недоверчиво спросил дракон и все чешуйки встали дыбом от воспоминания о гигантской змее.

Намджун утвердительно кивнул, оставил Чонгука с драконом и прошел метров пятнадцать к обрыву, под которым простиралось бескрайнее море тайги, таинственной и опасной. Глянул вниз. Заходящее солнце разукрасило верхушки деревьев в кроваво-красный цвет. Лес смотрелся абсолютно волшебно, совершенно восхитительно. Как будто картина гениального художника. Даже мурашки по коже побежали. Намджун обхватил себя руками. Он долго смотрел вдаль, гадая о своей судьбе. Что его ждёт впереди? Опять испытания? Он в этом не сомневался. В жизни всегда так. То все гладко и спокойно. То переживания и неурядицы обрушиваются на голову лавиной.

— Это жизнь. Иначе не бывает, — сам себе сказал Намджун. — Но ты всё равно идёшь вперёд. И как бы не давили на тебя обстоятельства, ты всё равно надеешься на лучшее. Почему так? Почему люди так устроены?

— Вы такие слабые и такие сильные, — прорычал тихий голос справа от Намджуна, и огромный рыжий менталиал мягко, почти неслышно вышел из-за старого, скрюченного кедра.

— Амба! — рэпер обнял старого знакомого за могучую шею и уткнулся в жёсткую, пахнущую хвоей и разнотравьем шерсть. — Я даже не услышал тебя. Стал настоящим охотником? — Намджун широко улыбнулся и потрепал тигра по холке. Амба здорово исхудал, и Намджун вновь ощутил нестерпимое желание вычислить похитителя. — Как твои ноги, Амба? Болят? — он аккуратно потрогал заднюю левую лапу.

— Да нет, ноют иногда. Но левая хромает. Когда найдешь похитителя, скажи мне. — И дальше последовал детальный рассказ, что конкретно Амба сделает с похитителем. В отличие от дракона, который никогда не использовал ругательства, Амба матерился как сапожник.

Намджун рассмеялся:

— Ты вроде такой же спокойный (в основном), как и твой человек — Тэхен, но он не матерится, от кого ты только набрался этих ругательств?

— Так я с тобой знаком и с Юнги, — прямолинейно прорычал тигр и направился вслед за Намджуном.

Когда они подошли к заимке, все уже спали, за исключением Чонгука, жующего мясо с гранатовым соусом. Он едва не подавился от радости и тоже, как и Намджун, бросился обнимать тигра.

— Чего это у тебя? — черный прохладный нос коснулся руки Чонгука, и кусок мяса неожиданно исчез с его ладони...

Амба внимательно выслушал рассказ Намджуна о его невероятном спасении. Тигр очень заинтересовался анакондой и попросил Намджуна передать привет Полосатику. Намджун тотчас исполнил просьбу рыжего гиганта.

— Он тоже желает тебе сытной жизни и спокойных дней. — Намджун присел рядом с тигром, который развалился возле костра, и прижался спиной к его горячему боку. — Ты вообще ничего не помнишь из похищения?

— Почти ничего. Только боль в спине, когда гулял в парке возле дома. Помню, как лапы отказали, а потом онемело все тело. Время от времени я просыпался и чувствовал запах лекарств.

— Наверное, тебе кололи сильное снотворное, — подумал вслух Намджун и погладил бок тигра. — Ещё что-то?

Амба помнил только женский голос, когда почти уснул в парке. И несколько мужских. Всё его похитители были одеты в форму ветеринарной скорой помощи: зелёные халаты, маски на лицах.

— А запах не запомнил, почти отключился. Но если я услышу ее голос, сразу узнаю, — в рычании послышалась угроза. — Очнулся окончательно где-то среди тайги от боли в лапах. Они перебили мне их. Идиоты, думали, что я сдохну, потому что не смогу охотиться. И они были отчасти правы. Они только забыли, что кошки невероятно быстро заживляют раны своим мурлыканьем. Было голодно и трудно, но потом я все же научился добывать пищу.

Намджун часа два слушал рассказ тигра о его удивительных странствиях и скитаниях, пока не начал клевать носом. Кто-то мягко погладил его по голове, и как будто издалека позвал голос:

— Хён, иди спать, простудишься.

Намджун с трудом приоткрыл глаза и смог различить во мраке ночи лицо склонившегося над ним Чонгука.

— А, да, Чонгуки, — он опять прикрыл глаза, но Чонгук заставил его встать и пойти спать в избу. Намджун на ощупь нашёл свою лавку и уснул в один миг. Всю ночь ему снились змеи, тигры, киты и люди без лиц со шприцами в руках. А под утро приснился Чонгук. Намджун не видел его лица, но точно знал: именно он целовал его во сне. Сон был настолько реалистичным, что Намджун буквально чувствовал всё, что снилось. Он чувствовал горячее дыхание на своей щеке, когда резко открыл глаза. Но рядом никого не оказалось.

— Это просто сон. Мне почудилось, — пробормотал РМ и повернулся на левый бок.

* * *

Намджун чувствовал невероятное воодушевление оттого, что принимал активное участие в обсуждении концепции нового альбома. Парни записали уже несколько песен, но теперь с возвращением Намджуна тексты придется переписывать, точнее, дополнять. Сегодня утром капитан полиции, который вёл дело о похищении, по просьбе Намджуна отдал ему тетрадь, забытую Намджуном в бункере. Юнги перелистал половину и то, что он увидел, по-настоящему расстроило его. Он не хотел бы знать, что Намджун писал все эти строки. Писал страшные слова о себе, жизни и смерти. Юнги, конечно, понимал, что Намджуну пришлось нелегко, но теперь он отчётливо осознал, насколько они были близки, чтобы потерять Намджуна навсегда. Сейчас Юнги от всего сердца благодарил фортуну за Ши — голодного гигантского менталиала. Именно голод привёл змею к тюрьме Намджуна.

В зал вошёл Тэ, а за ним — удручённый Амба. Они только что вернулись из полицейского управления. Тигр недовольно рыкнул и растянулся на полу, заняв всё свободное пространство. Парни наперебой загомонили, спрашивая Тэхена, удалось ли Амбе узнать женщину по голосу. Младший Ким поджал губы и отрицательно покачал головой.

— Амба был уверен, что узнает, но много времени прошло... Он не смог точно определить. Очень похожие голоса у сестры Намджуна и сестры Хосока. Не смотрите на меня так, — заметив негодование на лицах лидера и Хоби, защищался Тэ, — это Амба сказал.

— Ну ты даёшь, котяра! — расстроенный Хоби посмотрел на рыжую морду. — Моя сестра? Да это... Как вообще у тебя язык повернулся такое сказать, а?! Ты хоть понимаешь, что полиция теперь ее замотает? Сказать, что ее голос похож на голос одного из похитителя, всё равно что её не знать.

— Слушай, я сказал правду, — рыкнул Амба, — голоса ваших сестер очень похожи на голос той женщины в парке. Она говорила, что самое важное, чтобы я не проснулся, иначе я позову Тэхена и расскажу обо всем.

— Да ты просто огромный врун, — не унимался Хосок и бросил в кота ручкой.

Амба медленно поднялся и приблизил свою морду вплотную к лицу Хосока. Хоби инстинктивно сжался.

— Менталиалы не могут лгать в отличие от вас, людей, — тигр обдал горячим дыханием лицо Хосока и вновь растянулся на полу, не отрывая взгляда от своего визави.

— Амба прав, — спокойно подтвердил Намджун. Хосок только удивлялся спокойствию лидера. На что Намджун просто ответил: — Я знаю Кёнмин, поэтому не сомневаюсь в ее невиновности. А то, что голоса похожи — нормально. У некоторых людей голоса действительно очень похожи. И это касается наших с тобой сестер, — напомнил он Хосоку. И он был прав. Однажды Хоби сам перепутал голос своей сестры с голосом Кёнмин.

— Завтра опять поедем в полицию, — Тэхен погладил Амбу по голове. — Будем слушать и другие голоса наших знакомых женщин. И не только знакомых.

— Я хочу этого больше всего, — чтобы похитителя, наконец, схватили, но страшусь узнать его или ее имя, — откровенно признался Намджун. Парни прекрасно понимали его состояние. Мерзко понимать, что кто-то из твоих знакомых или друзей — крыса, готовая на все ради мести или ненависти. Или ради любви? Готовая заставить страдать тебя и твоих родных.

— Как думаете, кто это? — тихо спросил Чонгук, наблюдая за напряжёнными лицами ребят. Все пожали плечами. — Неужели никто из вас не подозревал кого-то конкретного?

— А ты сам на кого думал? — прямо спросил Тэхен, одно время подозревавший именно Чонгука. Ви прекрасно помнил спокойствие младшего участника. Это поражало до глубины души. И пугало.

— Ну, Тэхени подозревал именно тебя, — не подумав, ляпнул Юнги и чуть язык себе не откусил. Зачем он это сказал? — Извините, парни. Тогда все мы...

— Ты вообще о чём? — лицо Чонгука приобрело густой красный оттенок. — Ви, ты думал, что я мог похитить хёна? — Ему вдруг стало безумно больно. Он сел обратно на стул и опустил голову, чувствуя, как горит лицо от обиды и несправедливости.

— Всерьез я никогда тебя не подозревал, — стыд красными пятнами прошёлся по лицу Тэхена.

— Не ври, — бросил Чонгук, — и ты, и Юнги-хен, вы оба так думали! Вы просто... как будто меня не знаете. Неужели... Я не понимаю... Вы просто...

— Глупости, — спокойно парировал Юнги, закрывая тетрадь Намджуна, — у меня вообще не было таких мыслей.

Сокждин перевел взгляд с Чонгука на Юнги и ясно понял, что Юнги не совсем честен. Неужели Шуга тоже подозревал Чонгука? Сокждину стало очень жаль макнэ. Чонгук сейчас напоминал мальчишку, обиженного и загнанного в угол.

— Парни, давайте не будем об этом. Чонгуки, тебя никто ни в чем не винит, — примирительно сказал старший мембер.

Но Чонгук был слишком открытым и иногда слишком чувствительным, чтобы промолчать. И его горячность не заставила себя ждать. Он с горечью посмотрел на Юнги:

— Да не притворяйся ты, ты именно так и думал. Думал, что я причастен к похищению!

— Господи, опять началось, — Юнги не желал усложнять ситуацию в группе, которая только недавно устаканилась. Он сделал глубокий вдох. — Я думал так только по одной причине: я злился на тебя, — признался он. — Но это в прошлом, Чонгук.

— Почему ты вообще на него злился? — влез Чимин. Он так и не узнал, отчего отношения Чонгука и Юнги одно время висели на волоске. — Я как в лесу был, когда с вами общался, в дремучем и непроходимом. Мне никто ничего не хотел говорить. Хоби что-то знал, но врал, что не в курсе. Юнги делал вид, что не понимает, о чем я спрашиваю. Чонгук вообще ни с кем не общался почти. Ви на всех смотрел, как на бандитов. Иногда мне хотелось дать вам по мордам, — честно признался он.

— Парни, — Намджун усилием воли заставил себя не раздражаться, — не всегда можно рассказать все. Есть вещи слишком личные, Чимин, понимаешь?

Но успокоить взрывного Чимина — как ураган поймать в садок.

— Ты так говоришь, потому что тоже что-то скрываешь. Ты, Хоби и Юнги. И не делайте вид, что не понимаете, о чём я говорю.

— И о чём? — вопрос вроде невинный, но Чимин ещё больше разгорячился после слов Намджуна. Он вышел из-за стола, наступив на лапу тигра, и упрямо посмотрел на лидера:

— Вы трое что-то скрываете и не говорите никому. Думаешь, я не вижу, как вы переглядываетесь? Вы что-то такое знаете о Чонгуке?

Чонгук дёрнулся после этих слов, как от пощёчины. Сердце вдруг забилось втрое быстрее. Неужели Юнги рассказал ещё кому-то о чувствах Чонгука к Намджуну? Он не хотел верить. Ведь хён обещал молчать. Он не мог рассказать Намджуну.

— О чём ты? — взволнованно спросил Чонгук Пака.

Чимин пожал плечами. Все молчали.

Юнги иногда мог вспылить, и Намджун видел, что тот сдерживается из последних сил. Намджун поднялся, и все сразу посмотрели на него.

— Чонгук тут вообще ни причем, и хватит об этом, — веско сказал он и вышел из зала, чувствуя, как горит сердце. Неужели парни правда подозревали друг друга? Тяжело осознавать такое. Очень тяжело.

— И чего ты добился своим упрямством? — Юнги недовольно посмотрел на Чимина. — Сказал же Намджун: есть слишком личные вещи, которые не скажешь всем подряд. Зачем усложнять? Обязательно нужно лезть во все дыры?

Чонгук тоже поднялся и попросил Юнги выйти с ним.

— Надеюсь, Юнги останется жив, — Тэ постарался смягчить обстановку шуткой, но только Сокждин оценил его усилия и выдал подобие улыбки. Тэхен подошёл к открытому окну и ненароком услышал разговор Юнги с Чонгуком. Они стояли возле открытого окна в соседней комнате, но Тэхен обладал абсолютным слухом и слышал почти каждое слово. Ему стало не по себе. Неловко. Он не должен был узнать об этом. Это слишком личное, сокровенное. И это то, что принадлежит только Чонгуку и его сердцу.

* * *

— Я никому не говорил о твоих чувствах. Это правда, Чонгуки, — очень правдоподобно врал Юнги, смотря в доверчивые глаза макнэ. Юнги всё ещё немного злился на Хоби из-за его длинного языка. Но уже ничего не изменишь, потому что Намджун знает о чувствах макнэ. — Ты зря переживаешь, мы говорили, конечно, о тебе, когда Намджун вернулся. Но ничего такого, из-за чего Намджун злился бы на тебя. Ты ведь знаешь, на тебя он почти никогда не злится. — И это было чистой правдой. Чонгук и Тэхен, пожалуй, единственные люди, на которых Намджун не мог злиться по-настоящему. — Он переживал, когда Хоби рассказал о твоём поведении, но не злился.

Чонгук почувствовал что-то вроде облегчения. И дал слово, что постарается впредь не доставлять неприятностей. Чонгук уже открыл дверь, чтобы выйти, когда Юнги тихо сказал:

— Я не понимаю тебя. Зачем ты женишься? Ты в самом деле так сильно любишь Элли, полностью доверяешь ей, готов делить с ней все?

— Она всегда меня поддерживала. Даже тогда, когда вы меня подозревали. Она всегда мне верила и была рядом. Ты знаешь, как она переживала, что вы мне не верите? Она, в отличие от вас, ни секунды во мне не сомневалась. И да, я люблю её, — сказал Чонгук, смотря себе под ноги.

— То есть ты больше доверял ей, чем нам? — неприятно удивился Шуга. — Ты знаешь меня с тринадцати лет, Чонгуки... И больше доверял ей в той ситуации, серьезно? И ты правда готов разделить с ней жизнь? — Юнги понял, что Чонгук что-то не договаривает. — Ты просто хватаешься за...

— Хён, это моя жизнь, и только я решаю, как мне жить!

— Мне просто не все равно, Чонгуки! Я хочу, чтобы ты был счастлив, по-настоящему, понимаешь? Чтобы не сомневался в своем выборе, — Юнги вышел в коридор вслед за Чонгуком.

— Почему я вообще должен в нём сомневаться?! — повысил голос макнэ.

— Я не хочу, чтобы ты потом жалел и страдал из-за неверного шага! — тоже вспылил Юнги и резко обернулся, услышав прямо за спиной примирительный голос Намджуна:

— Ребят, давайте не будем ссориться. Что на вас опять нашло? Юнги?

— Я просто переживаю за него, понимаешь? — тихо ответил Юнги, когда Чонгук развернулся на пятках и пошел к лифту. — Не хочу, чтобы он сделал ошибку. Женитьба — очень серьезный шаг. Поговори с ним. Тебе он не будет лгать.

Намджун отпил кофе, который держал в руке, и какое-то время молчал. Юнги удивлялся его бесстрастному выражению лица. Как будто Намджун не испытывал никаких чувств. Что было несвойственно для него.

— Бурная ревность совершает больше преступлений, чем корысть и честолюбие, — процитировал Намджун. Юнги не понял, к чему эти слова, но видел на лице друга решительность и расчётливость.

— Что ты задумал? Поедешь к Чонгуку?

— Возможно, — как-то странно ответил Намджун. — Есть одно дело. Я ещё вчера подумал об этом. Надо только... Тэхен, — крикнул он, — одолжи мне кота.

— Зачем? — насторожился Тэхен и положил руку на морду Амбы. Он и сейчас боялся за него. Вдруг похититель решит, что тигр опасен для него? — Я поеду с вами, куда бы ты не собрался.

Намджун раздумывал недолго и решил, что Тэ не будет лишним. Но предупредил, чтобы Тэхен оставался в машине, пока они с Амбой будут говорить с этим человеком.

— С кем? — Чимин переводил заинтересованный взгляд с Намджуна на Тэхена.

— Не могу сказать. Я не уверен, что это она. Но она идеально подходит. У неё может быть мотив, — Намджун боялся, с что он прав. Но проверить необходимо. — Не хочу, чтобы Чонгуки страдал, но... — эти слова услышал только стоявший рядом с Намджуном Юнги и все понял. А ведь сам Юнги ее не подозревал из-за её алиби.

* * *

Тэхен остановил свой небольшой грузовичок, в котором мог уместиться тигр, рядом с домом Элли. И Намджун попросил его подождать в машине.

— Не ходи с нами. Мы вдвоем сначала пойдём. Если что, Амба позовет.

Тэхен кивнул и остался в машине, понимая теперь, почему хён заподозрил Элли. Только она могла люто ненавидеть Намджуна при условии, что знала о чувствах Чонгука к Намджуну. Но вряд ли Чонгук ей рассказал.

Намджун позвонил в дверь, и она тут же открылась, как будто Элли стояла за ней и ждала звонка. Но судя по её лицу, ждала она точно не Намджуна и Амбу. На какую-то долю секунды ее лицо исказила неприятная гримаса отвращения, но она тут же очень естественно улыбнулась и сказала, как рада видеть их живыми и невредимыми. Но было поздно. Инстинкты Намджуна, обострённые связью с двумя менталиалами, вопили об опасности. Намджун бросил мимолётный взгляд на тигра, но тот оставался спокойным.

— Так рада, что вы зашли.

— Ты лжешь, — не поверил Намджун. — Знаешь, что у меня теперь два менталиала? И мой инстинкт самосохранения развит теперь сильнее, чем прежде? В данный момент он говорит мне, что передо мной — опасный зверь, который хочет меня разорвать. Хм, — Ким усмехнулся, — я в общем-то, и сам догадывался, что это ты, пока сюда ехал. Ты единственная из моего окружения, кто может меня ненавидеть. Неужели думала, что, удалив меня, ты получишь всю его любовь?

— Я... не понимаю, о чём ты, оппа? — очень искренне удивилась Элли. Намджун даже на секунду засомневался в своей правоте. — А какой любви ты говоришь?

— А знаешь, что стало с твоим хамелеоном? — РМ знал, что ящер сейчас находится в изоляторе из специального металла, и Элли не может слышать его зов, если он действительно её менталиал.

— У меня никогда не было менталиала, — Элли казалась по-настоящему искренней. — О чём мы вообще говорим?

— Разве Чонгук тебе не сказал, что мы поймали его в канализации возле дома Чонгука? — Намджун сам просил Чонгука никому об этом не говорить. — Но Ши переусердствовал и оторвал ему лапу и хвост. Но об этом ты скорее всего знаешь, ведь ящер был в сознании и сообщил тебе, если, конечно, ваша связь работает на большом расстоянии. А потом твоя связь прервалась, правда? Хотя тебе ведь нет дела до какого-то там менталиала?

Элли сидела очень прямо и смотрела слишком спокойно. Намджун вдруг по-дружески улыбнулся:

— Ши проглотил его, пока он ещё был жив. Ты бы слышала, как эта тварь визжала. — Намджун знал, как болезненно люди-партнёры реагируют на смерть менталиала. Это что-то на уровне духовно-физической боли. Но Элли осталась абсолютно спокойной. Она сидела неподвижно и, казалось, её не волнует все, что говорит Намджун. Он опять засомневался в правильности своих действий. Может быть, Элли и правда не при чем? Только он так подумал, она сделала выпад настолько стремительный, что будь Намджун обычным человеком, он не смог бы уклониться или защититься от её ногтей, превратившихся в когти как у хамелеона. Но его усиленные способностями менталиалов инстинкты и реакция сделали свое дело. Когда Элли сделала выпад, Намджун выставил правую руку перед собой, и когти девушки разодрали ему руку, а не лицо, в которое она целилась. Намджун схватил ее за руку, но она оказалась такой же сильной, как ее менталиал и... обладала мимикрией. Она вдруг стала невидимой для Намджуна. Он на несколько секунд растерялся, и этого ей хватило для удара. Когти глубоко впились в грудь Намджуна, и он охнул, отступив назад.

— Хватит, чего ты добиваешься?! Чтобы тебе предъявили и обвинение в нападении? Все кончено.

— О чём ты? — усмехнулась Элли и появилась перед ним. — Как ты докажешь мою виновность, если нет никаких доказательств? Слова менталиала? И если даже меня обвинят, я не буду молчать. Выдам и твоего любимого макнэ. — Она заметила, как удивился Намджун и криво усмехнулась. — И это правда. Он помогал нам.

— Враньё, — тяжёлый взгляд Намджуна заставил девушку отступить на шаг. — Ты говоришь так только потому, что понимаешь, в какой яме ты оказалась, и тянешь за собой Чонгука. Человека, которого любишь. Сильно сомневаюсь, что это вообще любовь.

— Неправда, я люблю его! — выпалила Элли, и Намджун заметил, как ногти опять становятся когтями.

— Сомневаюсь. Любящий человек никогда не причинит своему любимому столько страданий. Никогда, — тихо повторил он. — Как ты жила, видя его страдание и боль? Зная Чонгука, представляю, как ему было больно, когда я пропал.

— Ну да, о моих чувствах никто не задумывался, а?! — с остервенением спросила Элли. — Я никак не могла смириться с тем, что он любит мужика. Это было так мерзко. Но, знаешь, именно Чонгуки и подал мне идею насчёт Юджин.

— О чём ты? — Намджун почувствовал неприятный холодок в сердце. Он не хотел слушать её больные фантазии. — Хотя неважно...

— Неважно?! Он говорил матери, что хотел бы, чтобы Юджин исчезла навсегда. И, знаешь, как он радовался, когда она исчезла?

— Заткнись, я все равно не верю, — Намджуну хотелось заткнуть уши, чтобы не слышать ничего этого, не знать. — А ты не подумала, что именно Юджин и была тем человеком, благодаря которому Чонгук мог бы избыть свою привязанность ко мне? Потому что смирился бы со временем, что мы вместе, что я счастлив с ней. Но ты похитила её, и Чонгук вместо того, чтобы отдалиться от меня, ещё больше привязался! Чёрт! Наблюдая за моими страданиями, он тоже страдал! Как ты могла смотреть на всё это? Разве это любовь? Я не понимаю, — Намджуна распирало от сострадания к Чонгуку, к Тэхену, потерявшего своего менталиала, несчастной Юджин, которая оказалась в чужой стране, когда очнулась после похищения. Намджун вчера созванивался с ней, и Юджин рассказала обо всем, что помнила о своем похищении. Но помнила она немного.

— А самое смешное — у тебя нет ни одного доказательства. Только твоя интуиция.

Намджун понимал, что она права. Но...

— Ты всё равно потеряешь все, ради чего ты совершала преступления, — Чонгука. Он никогда не простит тебя, даже если полиция не сможет доказать твою вину.

— Только твоя интуиция против моего слова. Ни одной улики.

— И ты знаешь, кому он поверит, — уверенно произнес Намджун, зная, что Чонгук будет опять страдать. Особенно, если Чонгук действительно любит ее и готов даже жениться. Намджун не желал Чонгуку новой боли, не желал. Он видел, как лицо Элли исказила неприкрытая ненависть и ещё прорва нечитаемых эмоций. Она как будто боролась с собой. Но сумела подавить эмоции и потребовала:

— Убирайся отсюда! И чтобы я больше здесь не видела твою мерзкую рожу. Господи, как Чонгуки только обожает такое убожество с самооценкой ниже дна? Вечно сомневающийся в себе, вечно чем-то недовольный в своей жизни? — голосом полным отвращения зачастила Элли. — Если человек сам себя принижает постоянно, другие не будут его уважать. Именно поэтому ты самый непопулярный из вас семерых. Не говоря уже о твой внешности, — она посмотрела на Намджуна, как на абсолютное ничтожество. — Пошел отсюда, — она даже дверь пошире открыла и усмехнулась, словно видела в этой ситуации нечто забавное. — И кота этого облезлого забери. Если обвинишь меня, я скажу, что ты до меня домогался. И попробуй докажи, что это не так, — выплюнула она ему в лицо.

— А знаешь, что сделаю я? — в низком голосе Намджуна послышалось обещание. — Натравлю на тебя Ши. И больше никто, никогда тебя не увидит. И это — не пустые слова, — конечно, он блефовал, но Элли, похоже, задумалась о такой перспективе. На её красивом лице проступила маска безразличия, но под ней прятался неподдельный страх и смятение.

* * *

— Мы просто уйдём? — не верил тигр, когда они с Намджуном вышли из дома Элли. — Ты позволишь ей уехать?

— Я, конечно, сообщил о своих подозрениях в полицию. Но доказать её вину будет непросто. — Намджун проглотил ком в горле и прокашлялся. — Полиция должна найти ее сообщников. Не сомневаюсь, что это кто-то из её близких. Может, брат — Хонджун?

— Он живёт в Аргентине, — сообщил Тэхен.

— А когда уехал?

— Месяцев пять назад, насколько я помню. Думаешь, он уехал, потому что боялся полиции?

Намджун пожал плечами. И внезапно со всей силы ударил кулаком по капоту, оставив вмятину.

— Ничего себе, — тигр понюхал то место, куда ударил Намджун. — Это из-за твоей связи со змеёй — твоя сила. Он считает тебя своим человеком... Надеюсь, полиция сумеет вытрясти из нее признание.

Тэхен честно сказал, что сомневается в этом. За столько месяцев не смогли, а сейчас смогут? Маловероятно.

— Сейчас иная ситуация, Тэхен, — не согласился Намджун, садясь на переднее сиденье грузовичка. — Она осталась ни с чем, потому что мы с Амбой вернулись. И все её труды, так скажем, пропали. Но самое главное — она потеряла Чонгука.

Тэхен наблюдал за несчастным, убитым выражением лица своего лидера и старшего брата и хотел помочь ему, как-то утешить. Но в голове крутились только шаблонные, заезженные фразы. Тэхен услышал гул моторов, и во двор въехали несколько полицейских машин. Но Элли в доме уже не было. Она сбежала скорее всего из окна, потому что не проходила мимо Амбы, Намджуна и Тэхена, иначе тигр уловил бы ее запах.

Пока полиция была в доме и разговаривала с Намджуном, во дворе появилась ещё одна машина — Чонгука.

— Что происходит, Тэхен? — встревожился он. — Что-то с Элли? — Он заметил Намджуна в окровавленной футболке. — Хён, что происходит? Ты ранен! Как ты?

Намджун не мог ничего сказать. В горле встал ком и не давал ему говорить.

— Мне очень жаль, Чонгуки, — наконец, тихо выдавил он. — Но Элли... она. Я не знаю, как сказать...

— Ее похитили? На неё напали?

Амба в негодовании рыкнул:

— Это она похитила. И меня, и Намджуна, и Юджин! А ты, как слепой, наивный котёнок, ничего не видел перед своим носом! Что смотришь, как будто я тебя обидел? Это она напала на Намджуна, когда он сказал, что обо всем догадался, разодрала ему всю грудь, чокнутая, лживая кошка!

— Уймись, Амба, — усталость вдруг навалилась на Намджуна и придавила как камнем к земле. Он присел на крыльцо, чувствуя слабость в ногах. — Тэхен, ты тоже успокойся, — Намджун понял, что тигр слишком эмоционален именно потому, что чувствует и эмоции Тэхена.

Но Тэхену было так больно, что эмоции просто раздирали его. Больно за хёна, за своего тигра, за Чонгука, который стоял сейчас перед ним в полнейшем смятении.

— Хён, — умоляюще обратился Чонгук к Намджуну, — это правда? — И понял по его молчанию, что да, всё именно так, как сказал тигр. Он не понимал, что сейчас чувствует. — Почему?

Намджун и Тэхен переглянулись. Никто из них не успел ответить. К Чонгуку подошёл капитан, который вёл дело о похищении Намджуна, и попросил Чонгука ответить на несколько вопросов.

Намджун и Тэхен подождали, пока полицейские уедут, и зашли в дом Элли, где на кухне сидел в одиночестве Чонгук, схватившись руками за голову. Из него точно выкачали все чувства, оставив ему лишь безнадежность. Он повернул голову на звук шагов, но не смог посмотреть ребятам в глаза. Он вообще сомневался, что когда-нибудь сможет это сделать. Правда об Элли просто раздавила его. У него никогда не болело сердце, но сейчас он чувствовал, как что-то давит на грудную клетку. Словно чувства причиняли физическую боль.

— Оставьте меня, — попросил Чонгук, не оборачиваясь. Он не представлял, как посмотреть в глаза Намджуну. Что сказать ему. Но не мог не спросить: — Как ты догадался, хён?

— Не понимаю, почему Юнги не подозревал её? — вместо ответа спросил Намджун. — Ладно ты, я могу понять. Ты ей верил и любил, ведь она всегда была рядом и поддерживала. Ты доверял ей, потому что она отлично тобой манипулировала. Но Юнги и Хосок знали, чёрт побери, о твоих чувствах! Неужели у них ни разу не возникла мысль о ее причастности?! Это же готовый мотив, — Намджун стал слишком эмоциональным, видя боль на лице макнэ. Все, что сегодня произошло, оставит отпечаток на их памяти и сердцах. Не стираемый отпечаток предательства. — Если бы они хоть немножко подумали, предположили, что она знает, что ты л... — на секунду замялся, понимая, как нелегко Чонгуку слышать это все, но остановиться уже не мог, — знает обо всем. — Намджун перевел дыхание и приказал себе успокоиться. Но как успокоиться, когда Чонгук сидит перед ними совершенно разбитый, с дорожками от слёз на щеках, а все лицо в рваных, красных пятнах, а душа — в клочья ? Как унять злость и боль? Он обязан был как-то поддержать Чонгука, но даже его лексикона не хватило, чтобы найти нужные слова. Никакие слова не смогут утешить его сейчас. — Я позвонил твоей маме. Она скоро приедет, ты не должен оставаться один. И будь осторожен. И не вини себя, ради бога!.. И мы все должны быть осторожны.

Намджун вышел из дома, чувствуя, как горит всё внутри. От несправедливости, от переживаний за Чонгука. от неопределенности, ведь Элли сбежала, и неизвестно, на что она может пойти ради мести...

Элли словно испарилась, сняв со счетов все деньги. Ведь наличные невозможно отследить в отличие от карт. Намджун подозревал, что она уехала из страны. Для нее не составило бы труда незаметно пробраться на поезд или корабль, который идёт в другую страну. И Намджун был бы не против. Пусть лучше покинет Корею, чем останется. Иначе жди беды. С такими способностями она может сделать что угодно. Например, всадить нож в спину или живот Намджуна, а он её даже не увидит.

* * *

Прошло пару недель после побега Элли, но полиция до сих пор не смогла её отыскать. Чонгук ходил молчаливый и совершенно несчастный. Не мог смотреть мемберам в глаза. Потому что чувствовал вину. Он знал её лучше всех, но ни разу даже не заподозрил, потому что знал, насколько уважительно она относилась к Намджуну. И что оказалось в итоге? Притворство, фальш, откровенная ненависть, желание заставить Намджуна страдать только потому, что Чонгук испытывал к нему что-то вроде обожания или нечто большее. Порою Чонгук стеснялся своего чувства. А иногда оно пугало его своей силой. Он пытался отстраниться от него, уверял себя, что это просто уважение и привязанность. И ему это помогало.

А Элли? Что он испытывал к ней? Чонгуку казалось, он любит её. Но вот она сбежала, и что осталось от его любви? Он не испытывал нестерпимой боли и отчаяния от того, что ее нет рядом. Возможно, потому что знал, что она преступница, и не мог любить такого человека. Или просто отгородился от своих чувств? Все хорошее по отношению к ней перечеркнули её преступления. Чонгук точно знал, что не сможет простить её. Он запутался, заплутал в своих же чувствах и переживаниях. И вдобавок к этому прибавился страх. Чонгук боялся её. Боялся, что она может причинить вред Намджуну. Именно из-за ревности и ненависти к Намджуну Элли решилась на преступления. Теперь он знал это. И, пожалуй, все, кого опрашивали полицейские, тоже знали. И всем задавали вопросы что-то вроде: какие отношения между Ким Намджуном и Чон Чонгуком? А между Намджуном и Элли Фай?

Но самое страшное и мерзкое — полицейские подозревали и его. Хотя, они всех подозревали одно время. Но теперь подозрение пало на родных и близких людей Элли — конкретного подозреваемого. А кроме брата из близких у неё был только Чонгук. И он автоматически попадал под подозрение, как человек, который проводил с ней больше всего времени. Её жених.

Он как будто вывалился в огромной луже, грязной и зловонной. Чонгук думал, что знает Элли. Как человек может так естественно притворяться? Лгать самому родному и любимому? Неужели бывает любовь, ради которой можно изничтожить других людей?

За эти две недели Чонгук измотался больше, чем за целый год переживаний. Полиция буквально вытрясла из него все моральные силы. А стоило ему войти в помещение, где находились мемберы, ему казалось, они смотрят на него с осуждением и жалостью. Или ему это действительно только казалось?

* * *

Чонгук присел на стул в студии. Завтра первый концерт после возвращения Намджуна. Нужно взять себя в руки и отыграть как можно лучше. Показать все, на что он способен. Если бы не расследование, у него было бы больше времени для репетиций. Но полиция спутала ему все планы. Хотя нет, Элли, а не полиция. Из-за неё всё полетело в тартары. Чонгук открыл бутылку воды, и в этот момент дверь открылась. Вошёл Намджун. Осмотрелся в поисках макнэ.

— Чонгуки, ты почему не идёшь? Репетиция ещё не закончилась. — Намджун сел на стул рядом с макнэ. — Слушай, сколько можно избегать нас? Ты что, думаешь, мы тебя осуждаем или считаем виноватым? Любовь, да и вообще чувства, очень сложная вещь. Иногда мы видим только то, что хотим или то, что нам показывает тот или иной человек. Знаешь, — Намджун приобнял Чонгука за плечи, — никто ее не подозревал, потому что её брат обеспечил ей алиби. — Намджун помолчал, всматриваясь в исхудавшее лицо Чонгука, и проклиная Элли за то, что Чонгук долгое время страдал по её вине, не говоря уже о самом Намджуне.— Ты знаешь, самая страшная и самая эффективная маска — маска добродетели. Она действует безотказно почти на всех. И Элли блестяще носила подобную маску. Я даже завидовал тебе. Считал ее любовь к тебе чуть ли не совершенной. А вышла такая вот... ситуация.

— Ты к чему всё это говоришь?

— Я просто хочу сказать, что никто из нас не винит тебя. Зачем ты прячешься ото всех? Серьезно, Чонгуки. Парни переживают, что ты закрылся в себе. Нельзя все время быть одному, тем более в такой ситуации. Ты не позволяешь нам поддерживать тебя, уходишь от разговоров и ответов. Мы же любим тебя. Ты не можешь всю жизнь прятаться, ты же взрослый, смелый человек. Ты и так несколько месяцев прятался в свою раковину.

— И... вы меня не вините, правда? — Но в голове звучал иной вопрос: ты меня не винишь?

Намджун заглянул ему в глаза и понял, что именно подумал Чонгук.

— Конечно нет. За что? За твою любовь? За чувства? Это было бы кощунством — винить тебя за это.

— Ты сейчас о ком говоришь?

— Э?.. — Намджун как будто споткнулся и почувствовал неловкость. — Об Элли. Я имею в виду, ты любил её, поэтому и верил. Это же нормально. И только ты сам винишь себя. Не мы.

— Никак не пойму, откуда она вообще узнала? — не понимал Чонгук. — Наверное, подслушала мой разговор с мамой год назад.

— Сейчас уже неважно, как она узнала. Давай поднимайся и пошли репетировать. — Намджун потрепал Чонгука по плечу, подошёл к двери и валялся за ручку. — Не нужно стесняться своих чувств. И уж тем более не нужно за них извиняться. Это только принижает их значимость. Особенно такие чувства, как... — Намджун понял, что говорит вслух, и немного смутился. — Не обращай внимания, — и вышел, оставив Чонгука одного, чтобы он смог привести мысли в порядок и принять правильное решение.

* * *

— Ну ты оратор, — рыкнул Амба, когда в зал вернулся Намджун. — Такое напел Чонгуку. Я оценил, красиво. Сам придумал?

Намджун честно и прямо сказал, куда нужно идти тигру. Спросил:

— Разве я неправ в чем-то?

— Я всё думал, когда ты наконец поговоришь с ним? — улыбнулся Чимин.

Вообще, по мнению ребят, Намджун стал спокойнее и вёл себя с Чонгуком как и прежде легко. В общем, как и со всеми. Он решил, что ничего не может изменить и уж тем более не может вырвать чувства Чонгука или заставить его не чувствовать. Чувства и эмоции — нечто необъяснимое, но естественное. Чувства и эмоции всегда взаимодействуют, и без них человек просто бездушная машина.

— Опять пишешь в "тетради смерти"? — задал вопрос Юнги, заметив на коленях Намджуна тетрадь из бункера.

— Что за жуткое название, хён? — Чимин хлопнул Юнги по коленке.

Намджун хохотнул:

— Но очень точное. Какого бреда я в ней только не написал. Придумал десяток вариантов самоубийства в пространстве, где почти ничего нет.

— И это, по-твоему, смешно?! — Чимин стремительно вскочил на ноги и выбежал из танцевального зала.

Намджун посмотрел на ребят, но все отводили глаза.

— Наши макнэ слишком чувствительные, — Намджун постарался сгладить ситуацию. Он поднялся с пола и пошел искать Чимина. Но нашёл только Чонгука. Он вылетел на Намджуна из-за поворота и чуть не сбил с ног. — О, Чонгуки! Где Чимин, не видел его?

Чонгук покачал головой и какое-то время смотрел на Намджуна взглядом, которому Намджун не смог бы дать определение. И сожаление, и нежность, и доверчивость.

— Я домой пойду, — нарушил молчание Чонгук и потер глаза. — Надо выспаться, наконец. Никак не высплюсь, а завтра нужно быть в форме.

— Иди конечно, — сказал Намджун. По его мнению Чонгуку нужно было именно это — хороший сон. Вид у него был помятый и уставший. Чонгук двинулся к лифту, а из зала для танцев вышел Амба и принюхался.

— Ты чего? — спросил Намджун, всё ещё думая о Чонгуке.

— Тэхен сказал найти Чимина.

— А, — не мог не улыбнуться Намджун, — так ты охотишься?

— Угу, — рыкнул менталиал, — выслеживаю дичь, — и пошел по запаху Чимина.

Намджун закатил глаза и головой покачал, зная повадки Амбы и его отношение к Чимину. Намджун не сомневался, что "дичь" будет загнана в какой-нибудь угол и зализана от макушки до пят. И крики Чимина "о помощи" услышит вся компания. Только он подумал об этом, откуда-то снизу донёсся звонкий голос Чимина.

Намджун прислонился плечом к стене, ожидая возвращения охотника и жертвы. Мысли перескакивали от Элли к Чонгуку, от завтрашнего концерта до их с ребятами безопасности, от текстов новых песен до хореографии. Каждый шаг, каждое движение, каждый взгляд и речь — нужно запомнить все, впрочем, как и всегда на любом концерте.

Он задумался и заметил Чонгука только после того, как он обнял Намджуна со спины и прижался щекой к плечу.

— Спасибо, хён. Я многое хотел бы сказать... Но я просто рад, что ты с нами и... — он тщательно подбирал слова, чтобы не сказать лишнего, — такой же, как и прежде... по отношению ко мне.

Намджун не видел его лица, но чувствовал улыбку в его голосе.

* * *

В последствии, полиция так и не нашла Элли. Полицейские подозревали, что она покинула Корею и отправилась в Аргентину к брату. Несколько человек на одном круизном лайнере в заливе Рио-де-ла-Плата видели очень похожую женщину, но на этом ее след обрывался окончательно. Что с ней стало, Чонгук никогда так и узнал. Хотя очень хотел: она была ему дорога. Когда-то.

Что касается его чувств к Намджуну, всё осталось по-прежнему. Чонгук время от времени напоминал себе, что его любовь — игра в одни ворота, — в его собственные. Он смирился с этим давно. Только раньше Намджун не знал о его чувствах, и было проще. А после побега Элли, первое время Чонгук даже не знал, как правильно общаться с ним. Но и это прошло. Ему стало проще из-за отношения самого Намджуна, такого же как и прежде. Как будто ничего не изменилось. В общем, так оно и было. Как Намджун относился к Чонгуку тепло, как к младшему брату или родственнику, так оно и осталось. Да, иногда Чонгук ловил на себе его пристальный взгляд. Намджун точно хотел понять, что в данный момент творится в голове Чонгука. И в такие моменты Чонгук напоминал себе, что Намджун всегда помнит о его любви. Помнит и принимает её как что-то естественное.

* * *

Как-то лет пять спустя, после одного из концертов в Мексике, Чимин в шутку спросил Чонгука:

— Как там твоя любовь к хену, ещё жива? — он спросил это без задней мысли, будучи уверенным в том, что любовь-обожание Чонгука к Намджуну в прошлом. Поднял взгляд на Чонгука и понял, что ошибся. Ведь Чонгук ни одним вздохом не напоминал о своих чувствах уже очень давно. Чимин считал, что несколько лет с побега Элли и служба в армии стёрли из сердца макнэ это чувство.

— Зачем тебе знать об этом? — Чонгук завязал пояс на халате и сел на кресло напротив Чимина, который пришел к нему в номер.

— Да нет, я просто спросил. Думал, все уже прошло.

Чонгук не ответил, но Чимин видел его тоску, на мгновение набежавшую на его спокойное лицо.

— Ты говорил ему о своих чувствах? — не унимался Чимин. Он никогда не спрашивал Чонгука о таких вещах, но сейчас стало интересно. Может, потому что он был не совсем трезвый и не до конца отдавал отчёт своим действиям.

— Зачем? Он и так знает. Он ведь не слепой.

— Он не говорит об этом.

— О чём? О том, что замечает на себе мои взгляды?

— Ты правда его любишь? — Чимин понял ответ Чонгука и без слов. Но Чонгук всё же ответил: очень просто, с прямолинейной честностью:

— Да.

В этом простом "да" Чимин услышал и нежность, и едва различимую тоску.

И почувствовал неловкость. Он жалел, что вторгся на территорию самого сокровенного чувства его друга. Неужели можно так долго безответно любить человека, но при этом оставаться другом, младшим братом и товарищем?

Когда Чимин вышел из его номера, Чонгук мысленно вернулся на несколько месяцев назад, в США. Тогда они все семеро жили в одном доме. В один из вечеров Чонгук гонял на байке и вернулся поздно, когда почти во всех окнах уже погас свет. Он вбежал по лестнице на второй этаж и в темноте с кем-то столкнулся.

— Чонгуки? Это ты?

Простой вопрос и просто голос Намджуни-хёна. И что-то в этот момент надломилось внутри Чонгука, и он не смог сдержать себя. Он обнял Намджуна так крепко, что самому стало трудно дышать. Чонгук чувствовал, как напряжены спина и плечи Намджуна, когда сам он испытал что-то похожее на эйфорию. Так хорошо ему давно не было. Он забылся и, кажется, поцеловал Намджуна... в щеку? Или не только? И быстро сказал, пока Намджун был настолько близко, насколько это возможно:

— Я так рад, что у меня есть ты. — И быстро ушёл, осознав, что только что произошло и как все это выглядит. Он боялся, что Намджун будет злиться, но хён не выказал раздражения. Однако несколько дней разговаривал с ним натянуто. Обоим было неловко. Потом, правда, все пришло в норму. И их теплые отношения не претерпели изменений. По крайней мере внешне всё было как обычно.

* * *

Намджун тоже время от времени вспоминал тот случай, особенно если оставался с Чонгуком наедине. И в один из таких моментов, Намджун неожиданно для себя мягко спросил:

— Тебе не трудно из-за этого?

Чонгук нахмурился, не понимая, о чём говорит хён, а когда понял, ответил не сразу:

— Нет, я привык. Это чувство будто нечто неотделимое от меня. Я не хочу его потерять, — откровенно ответил Чонгук.

Намджун только вздохнул украдкой. Он понимал, что в тихой любви Чонгука к нему нет каких-то особых ожиданий или расчета, но есть доверие и уважение. И эта беззаветная и чистая любовь рождала в душе Намджуна благодарность.