перекресток судеб (джен)

— А ты неплох, Хару! Если встретимся еще — смахнемся обязательно! — восклицал Нацу Драгнил, огненный волшебник из гильдии "Хвост феи". Он вместе с товарищами были на задании, когда их судьбы пересеклись на перекрестке с командой Хару Глори, неким хранителем Рэйва.

— Обязательно, Нацу! — ответил ему серебристоволосый парень с мечом за спиной.

Люси Хартфилия, заклинательница духов, беседовала с Эли, которая отлично владела тонфами; Эльза Скарлетт, обладающая магией доспехов и оружия, и Венди Марвел, небесная волшебница, разговаривали с Лэтом и Джулией, драконами по роду своему, правда в человеческом обличьи; а Джувия Локсар как и всегда крутилась вокруг Грея Фуллбастера, ледяного волшебника, который то и дело закатывал глаза. Наблюдаемые сейчас и перед этим картины, заставили хранителя серебра, Хамрио Музику, задуматься.

— Грей, можно тебя на минуту? — позвал он нового знакомого из гильдии "Хвост феи". Пройди они рядом мимо незнакомых людей, их обоих бы приняли за братьев — у обоих стройное, но в меру мускулистое тело, примерно один рост, темные глаза и черные торчащие волосы.

— А? Что такое? — опомнился Фуллбастер.

— О чем господин Музика думает говорить с милым Греем? — прищурилась Джувия, синие волосы которой упали ей на лицо.

— Это разговор только для парней, — усмехнулся Хамрио, — Я его не съем.

Музика отвел Грея в сторону и, не мешкая, спросил:

— Так что у тебя с водной волшебницей, Грей?

— Ничего, — отмахнулся Грей.

— Так уж и ничего?! Ни за что не поверю, — с ухмылкой ответил Музика.

— А тебе вообще какое дело, а? — Фуллбастер не понимал, к чему клонит новый знакомый.

— Да вообще никакого... Просто жаль такую красивую девушку — она так сильно тебя любит, а ты не хочешь замечать ее чувства.

— Да знаю я... Просто я не готов. Она такая навязчивая и дотошная. Что, порой, начинает раздражать.

— Понятно, — вздохнул Музика, — А ты не боишься, что к тому времени, когда ты будешь готов, может быть уже поздно?

Грей, до сих пор смотрящий куда-то вдаль, обернулся. Взглянув на на хранителя серебра, он вздрогнул — на лице Музики застыла горькая ухмылка.

— Эй, ты как? — осторожно спросил Фуллбастер.

— Нормально. Просто вспомнил кое-кого. Ее звали Рейна, — он сделал глубокий вздох, — О, потрясающая девушка! И хоть мы с ней были по разные стороны баррикад, все равно явно симпатизировали друг другу. Вот только случилось это самое "поздно". Мы не успели узнать друг друга, а она пожертвовала собой, чтобы спасти меня... — кошки рвали его душу изнутри, когда перед глазами вновь возникла их последняя встреча и их первый и одновременно последний поцелуй.

Грей отвел взгляд и опустил голову. Ему было это знакомо: Ул и Ултир пожертвовали собой ради того, чтобы он жил... И он ведь не был готов терять кого-либо еще.

— Ты прав, — угрюмо ответил ледяной маг.

— Я смотрю, ты понимаешь, о чем речь, — усмехнулся Музика, — Так что подумай над моими словами.

— Ну а ты? Как ты живешь после этого?

— Ты имеешь ввиду девушек? — сверкнул глазами Хамрио, — Я не обделен женским вниманием. И даже есть девушка, которая мне симпатична... — он вспомнил о Бельнике, которая действительно ему нравилась, хоть и была противоположностью его роковой женщины, — Но пока Рейну тяжело забыть.

— Но, как говорила моя учитель: нужно жить дальше, так? — улыбнулся Грей.

— Да, и я обязательно приду к этому, — кивнул Музика.

— Вот и хорошо. Я почему-то и не сомневаюсь в тебе.

— А вот я насчет тебя — вполне, — рассмеялся Хамрио, но потом посерьезнел, — Обещай подумать над моими словами. Договорились?

— Договорились, — усмехнулся Грей.

Перекресток закончился и судьбы волшебников "Хвоста феи" и войнов Рэйва, как быстро переплелись, так и вновь разошлись по разным сторонам: каждый вернулся к своему пути.

Грей серьёзно задумался, наблюдая за Джувией на обратном пути, а Музика начал подумывать о своем будущем — не всегда же быть одному. Он решил по возвращении домой все же пригласить Бельнику на свидание.

Скоро это недолгое знакомство, как по волшебству, забылось, но слова, сказанные друг другу в момент прощания навсегда засели в их душах.