Новая жизнь Девон (гет)

Система на Внешнем Кольце, под контролем Синдиката.

Штаб-квартира «Багрового Рассвета» — владения Воса.

*

Драйден Вос сдержал своё слово. Он выполнил всё, что обещал: перевёз Мола и его попутчиков в безопасное место, обеспечил им не только побег, но и надёжное убежище в своей крепости, снабдив пищей и всем необходимым.

Во время трапезы, устроенной в память погибших, Девон жадно пила холодную, кристально чистую воду. Лёд тихо звякал о стенки стакана, и ей хотелось раскусить прозрачные кубики как закуску, но она сдержалась. Вос обратился к ней:

— Есть ли у вас какие-либо предпочтения в еде, юная леди?

— Э-э… я ем всё. Спасибо.

Она была так голодна, что при необходимости проглотила бы что угодно — хоть жидкую похлёбку, хоть подтухшее мясо. К счастью, до этого не дошло благодоря…

Помощи Мола.

Забрак сидел напротив, не сводя с неё пристального, тяжёлого взгляда.

— А вы, лорд Мол? — вежливо осведомился Вос.

Он намеренно обратился к нему вторым — так как любил повторять с показной галантностью: «сначала дамы». Девон это раздражало. Она вовсе не считала себя «леди». И всё же Вос упрямо придерживался роли джентельмена, создавая неловкость, от которой ей хотелось сбежать.

Вообще многое в данном месте вызывало у неё тревогу. Но больше всего — сам Драйден Вос. В этом человеке было что-то неуловимое изловещее, и это было очевидно с первого взгляда.

Мол ответил ему. Девон невольно узнала: забрак мог употреблять лишь определённый вид питательного бульона, вероятно, довольно мерзкого.

Вос обратился и к Райли. Парень пил воду так же жадно, как и Девон, и с не меньшим усердием опустошал тарелки с закусками, хватая всё, до чего мог дотянуться. Райли был согласен на любую пищу.

Ужин прошёл почти в полном молчании, лишь изредка нарушаемом короткими, сдержанными репликами Воса Молу.

С наступлением комендантского часа, гости разошлись по отведённым им апартаментам.

Девон досталась небольшая, но функциональная комната. Здесь было всё необходимое: чистая одежда, полотенца, запас воды, простые, но аккуратные принадлежности. На первый взгляд — уютное и простое убежище.

И всё же покоя она в нём не чувствовала.

С тех пор как она столкнулась с инквизиторами и Ситхом на Джениксе, в её сознании поселилась тень — неотступная, выжидающая.

Она пыталась убедить себя, что это лишь тревога, усталость, пережитое горе. Но стоило закрыть глаза — и ощущение настпуления усиливалось.

Её пробирал холод.

Он зарождался внутри.

Она была истощена до предела, но всё равно пыталась сопротивляться: повернулась на бок, уговаривая себя, что она в безопасности, что Мол рядом, что она не беспомощна, что у неё есть…

Тьма.

Чёрная бездна надвигалась на неё, затягивая живьём. Горло сжала невидимая хватка, лишая возможности вдохнуть. Беспомощность захлестнула сознание. Она почувствовала притяжение… зов…

Она резко вскочила на постели, широко раскрыв глаза, отчаянно пытаясь понять, где она.

Этот порочный круг повторялся до самого рассвета.

В последующие дни она почти не спала.

Когда Мол начал её тренировки, Девон проваливала даже самые простые комбинации. Её это бесило. Ей было больно — и физически, и внутри. Мол не проявлял ни капли снисхождения. Она проигрывала каждую схватку. Она не успевала, не дотягивала, не справлялась.

Он, конечно, заметил её состояние. Но держался отчуждённо.

Возможно, у него были свои замарочки. В конце концов, он не был ни её опекуном, ни другом. С какой стати ему заботиться о её бессонных ночах или разрушающемся сознании?

Но когда всё зашло слишком далеко, и она едва не потеряла сознание посреди ротации, Мол дал понять, что видит это.

— Что с происходит, Девон?!

— Я… я ужасно устала… Я не сплю…

Мол шагнул к ней.

— Тогда прими снотворное или что-нибудь покрепче. Так продолжаться не может!

Он бросил на неё холодный, жёсткий взгляд и удалился.

Девон почувствовала себя ещё хуже.

Разумеется. Его интересовали только её боевые навыки. Больше ничего. Они даже не разговаривали так, как говорят учитель и ученик.

Как говорил с ней мастер Даки…

Девон с трудом сдержала слёзы.

Ущерб от поетри Мастера был слишком глубок, чтобы его выразить словами.

Она вернулась в свою комнату и неподвижно легла на кровать, уставившись в потолок. В тот день она не смогла заставить себя сделать больше ничего.

А ночью начался ад. Бесконечные, бессвязные, жестокие кошмары.

Не выдержав, Девон поднялась и вышла из комнаты. Это было попросту невыносимо. Она опустилась на пол у панорамного окна и долго смотрела в безграничную ночь за прозрачной панелью.

Пока…

Не почувствовала чьё-то приближение.

Она резко вскочила и покрепче обхватила свой световой меч.

К её облегчению, это был лишь Мол.

— Что ты делаешь здесь после комендантского часа? — холодно спросил он.

— Я не могу спать. Мои комната… словно бездна, которая затягивает меня внутрь. Я не могу там находиться. Здесь… легче.

— И что ты делаешь, чтобы противостоять зову тьмы? — многозначительно произнёс Мол.

Девон замерла.

Он знал? Он чувствовал то же самое?

— Я… стараюсь напоминать себе, что я в безопасности. Рядом с…

Слова сорвались с губ прежде, чем она успела их остановить. Она мысленно выругалась.

— Ты ищешь опору не там.

— Мастер… — слово вырвалось неожиданно, обескуражив их обоих. — Я понимаю, что вы мне не поможете… но я и сама не могу справиться. Я слишком устала, чтобы ясно думать… не говоря уже о том, чтобы что-то предпринять против... этого.

— Это — хватка лорда ситхов. Он ищет тебя. И хочет уничтожить.

— Понятно… — тихо выдохнула Девон, опуская взгляд.

— Я знаю, — глухо сказал Мол. — Ибо сам через это прошёл.

Признание удивило её. Тишина, последовавшая за ним, была тяжёлой, как масса чёрной дыры.

— И… как вы с этим справилсь? — наконец спросила она.

Мол молчал.

Он не мог сказать правду. Он позволил Сидиусу сломать себя. Ему потребовались годы, и вся магия его клана, чтобы восстать из пепла. И он решительно знал, что не доупстит, чтобы Девон постигла та же участь.

— Идём, — коротко сказал он.

Она нахмурилась. На лице её мелькнуло недоверие.

— Влияние ситхов сильнее всего, когда ты одна и уязвима. Я не позволю им добраться до тебя.

Подобное предложение поразило её сильнее всего. На её лице отразилось недоумение.

— Для этого мне нужно быть рядом. Физически. Тебе придётся пойти со мной.

Девон невольно отступила.

— Я… не думаю, что это хорошая идея…

— Тебе нужен сон. Настоящий. Иначе ты не выживешь.

Конечно. Всё сводилось к её эффективности, живучести, полезности. Но альтернативой было провести ещё одну ночь, варясь в кошмаре. И она выбрала меньшее зло.

Комната Мола оказалась неожиданно уютной. На полу лежали меха, диван устилали подушки. Кровать была широкой, на вид мягкой. Приглушённый янтарный свет наполнял пространство спокойствием. Атмосфера была тёплой, почти согревающей.

— Спи, — прошелестел Мол одними губами.

И Девон буквально рухнула на кровать. У неё не осталось сил даже поблагодарить своего нового учителя. Едва её лекку коснулись подушки, как она провалилась в сон.

На самом деле Мол использовал Силу, чтобы погрузить её в бессознательное состояние.

Сам он устроился на диване и открылся Силе.

Вскоре он почувствовал нечто.

Сгущающуюся тень.

Воздух тут же словно стал холоднее.

Мол насторожился.

Кто бы это ни был, он нашёл след Девон через Силу. Её эмоции горели слишком ярко: боль, гнев… и необузданная мощь внутри неё.

Молу с трудом удавалось удерживать барьеры, скрывающие их присутствие. Теперь он точно знал, что придётся научить её скрываться от Форс-юзеров, как можно скорее.

Давление тьмы сгущалось. Невидимый противник отвечал с нарастающей силой.

Но Мол не отступил, и сосредоточился на защите.

На мгновение всё стихло. Настала тишь. И он было поверил, что отбился от нежелательного влияния.

Но затем, его оглушил зов, громом прогремев прямо в его сознании.

В тот же миг, Девон проснулась с криком:

— Не-ет!!

Она тяжело дышала, стараясь прийти в себя. Мол был тоже потрясён, но быстро взял себя в руки.

— Итак… у нас проблема, — мрачно заключил он.

— Насколько всё плохо? — тихо спросила Девон.

— Твой разум может быть разрушен. И нас могут обнаружить.

Она сжалась, подняв плечи.

— И… что теперь будет?

Мол поднялся с дивана и медленно и подошёл к ней.

— Мы будем бороться. Вместе, — прошипел он.

В её глазах он ясно увиедел согласие.