Огненная стена или подруга инженера (гет)

— Моя игра окончена... И песенка спета... Как тяжело проигрывать... Перед глазами темнота...

Виктор надул щеки словно хомяк. Смех, несмотря на все преграды, рвался на свободу.

— Все. Погибаю. Ах... — Саламандра скрестила лапки.

— Пу-ха-ха-хах-ха!

Механик не выдержал. Он ржал конем. Очки свалились на пол. За ними повалился и он сам.

— Не порть драматичный момент, — от заразительного смеха теперь надулась ящерица.

— Я-я н-не порчу! Прав-вда!

— Ах ты, мелочь очкастая! Ну, я тебя!

Ящерица подползла и принялась щекотать этого неуважительного, наглого зрителя.

— Ах-ха! Сали! Прекрати! Ха-ха! Пожалуйста! — поднимал белый флаг Вик.

— Обещаешь не смеяться и дослушать до конца?

— Обещаю! Ахах-ха!

— То-то же. Хо-хо-хо! — прекратила экзекуцию Сали, разразившись хохотом.

А что, собственно, происходит? Да ничего особенного. Моргарт побежден и снова заключен в игру. Саламандра инсценировала собственную гибель, чтобы посмотреть на лица этих двоишников. Все время тратить на игры! На какие оценки они вообще рассчитывали, лодыри?

С этого времени она поселилась в доме Сменкиных, чтобы действовать Кире и Виктору на нервы. Что жить под вымышленным именем и адресом? Мы в ответе за тех, кого освободили. И ящерица этим пользовалась.

— Вик, где мое полотенце? — заглянула в комнату сестра.

— Спроси у Сали, — замялся Вик и вышел.

— Сали, скажи, ты не видела мое полотенце?

— Полотенце? — та смутно припоминала. — Это то самое, постиранное с носками Вика, верно?

— ВИКТОР! — боевой рев Киры слышался аж в Адмиралтействе...

Сали в человеческом облике и Вик прогуливались по неглубокому снегу и болтали. Небо заволокло пеленой, и солнце не светило. Как и прочие 290 дней в году.

— Знаешь, кого-то мы напоминаем? — задумалась Саламандра.

— Питера Динклэйджа и Эрику Шмидт? — сделал предположение Вик.

— Вряд ли. Я подумала про Пугачеву.

— Но, Сали, ты не умеешь петь и не думаешь о политике, — заметил тот.

— Хо-хо. Как будто ты, Вик, умеешь шутить и вести ток-шоу, — подколола она в ответ.

— Справедливо, — поник и снова выпрямился инженер. — Зато я могу из палок и мусора соорудить мотоцикл.

— Вик, любой китаец может это сделать. И в сто, двести раз круче. И с неоновой подсветкой.

— Окей. Зато у меня есть технологичные очки в единственном и неповторимом экземпляре.

— Через которые ты вечно пялишься на мои ляжки, — съехидничала Сали.

— Это не простое любопытство. С их помощью я вычислил их точный вес, — гордо заявил Вик.

— И какой отсюда вывод? — обронила ящерица.

— Вывод таков — тебе пора на диету. Иначе ни в дверь, ни в окно не влезешь. Будешь столоваться на улице, как пташка.

— Ну, спасибо за заботу. — Сали закатила глаза. — Удружил.

Кислая парочка проходила мимо мусорного бака. Из места складирования человеческих отходов показалась рука. Потом вторая. И третья. Наконец, четвертая.

— Вик, смотри. Даже Человека-паука выбросили на свалку.

— Да, Сали. Ничего святого в людях, — согласился механик.

На белый свет появилась и голова. С кожурой от банана на шутовской маковине.

— Вы?! — вспылила знакомая голова.

— Из князей в грязи, — метко обрисовала Сали. — Что случилось, Моргаша?

Моргаша осекся и замолчал. Ведь не рассказывать про то, что снова сбежал из игры? И что задумал мстить? И что нельзя просто так взять и захватить Питер?

— Я требую уважения к своей персоне, — вознес пальцы со стаканчиком из-под кофе вверх Моргарт.

— Иди помойся, — закрыл рукою нос Вик, ускоряя шаг. — Сали, ты действительно считала этого шута своим повелителем?

— Все вопросы к тем сценаристам, кто дал такую сверхмаксимально избитую реплику. Забудь. Я умываю руки.

Вик и Сали пошли себе дальше дышать воздухом посвежее. Моргарт, наконец, выбрался из бака.

— Гхм. Уйду в наперсточники. Разбогатею. Там и за героев примусь. Хе-хе...

— Вик, тебе пора найти себе девушку, — читая журнал, произнесла Кира.

— Но... — начал брат.

— Нет, Вик. Принцессе Вэл необходимо быть в Энвелле. Роман с цифровыми персонажами — как-то по-японски, — перебила того сестра.

— А как же...

— Нет, Вик. Сали у нас на правах домашнего животного, — и указала на потолок.

— Возмутительно. — ответила ящерица, доедая очередную муху. — Когда подрастет Вик, мы от вас съедем.

— Не верится, — хмыкнула Кира...

— Алло, Вик? — в мобильнике прозвенел голос Черных. — Как дела?

— Лежу на шезлонге, обдумывая проект новой компьютерной игры. А ты?

— Занимаюсь продвижением канала. Пришлешь фотку?

— Держи. — Вик отправил сообщение.

На присланной фотографии в солнцезащитных очках Вик и Сали разлеглись в шезлонгах с коктейлями в руках. Бассейн, пальма и яркие лучи солнца с зеленью дополняли расслабляющее изображение.

— Сали, как думаешь? Фил скоро узнает фотошоп?

— А то, — отозвалась, завернутая в два пледа со свитером, ящерица. — Подбавь жару. Стужа лютая.

— Сейчас, — повернул терморегуляторы двух обогревателей Вик...

— Класс, всем встать. Доброе утро.

— Доброе утро, Елена Викторовна.

— За контрольную оценки следующие: пять у Сменкина Виктора, еще пять у Вити, пять у брата Киры, наконец, пять у того паренька в желтых очках и с перчаткой на правой руке. Остальные справились хорошо. Похлопаем и поблагодарим талантливых учеников нашего класса.

Вик не знал, куда деться от впившихся в него отовсюду глаз.

— Сейчас мне нужно отлучиться. Не шумите.

Как только она вышла, в класс зашел Арлен Семенович.

— Ученики, Мария Степановна задерживается. Однако скоро подойдет и объявит результаты ваших контрольных.

— Но Арлен Семенович, — поднял руку Илья. — Нам уже сказала наши оценки Елена Викторовна.

— Хорошая шутка, Илья. Смех в меру очень полезен. Ведь никакая Елена Викторовна у нас в учреждении никогда не вела занятия.

Класс наполнился тишиной. Вик заметил в окне полупрозрачную фигуру, показывающую два больших когтя вверх...

— Вик, пора спать, — из угла послышался зевок.

— Сейчас-сейчас. Вот допройду уровень и выключу, — увлеченно ответил Вик.

— Ты говорил это десять уровней назад. — нервничала от экранных вспышек Сали. — Пора на боковую.

Ящерица метким выстрелом языка схватила и выдернула штепсель. Экран потух.

— Но Сали?! — с голосом полным тоски повернулся Вик.

— Не нокай мне. Я пресмыкающееся, а не парнокопытное, — Сали подползла. — В кроватку и баиньки.

Одним ловким движением Сали отправила Вика на кровать, укрыла того одеялом и снова улеглась в свой излюбленный угол...