Я вкушу тебя, обязательно! (гет)

Вампирский народ, что живёт на своём острове, всегда казался остальным тёмным. Лишь из‑за их особенности питаться только кровью других они получили славу кровожадных чудовищ, кровавых демонов, ночных пожирателей. Но со временем Мир принял их и осознал, что вампиры — лишь другая раса, вынужденная питаться за счёт чужой крови. Среди них не так много убийц и моральных уродов. Люди всё ещё владеют репутацией самой разнообразной расы, порой не с хорошей стороны.

Почему им приходится питаться кровью других? Кровь придаёт им силу, насыщает их маной и физической энергией. Для них кровь — еда, источник жизненной энергии. Они не мертвецы, как рассказывали повести и песни о них. Вампиры — младшие братья и сёстры для демонов из Подземелья. Их вера рассказывает, что их далёкие предки пришли из Подземелий и поселились на одиноком пустующем острове, обзавелись потомством с пришедшими на остров людьми, и таким образом появились теперешние вампиры.

Сейчас они известны своей аристократичностью. Уже много веков они обладают титулом барона в обществе людей. С людьми у вампиров тесные отношения. Первым нужна их кровь — пища, а людям — секрет их долгой жизни. Способности к псионике тоже интересуют людей, которые связывают себя браком. Для вампиров же брак — лишь узы для усиления своего наследия.

…

Бальный вечер был в самом разгаре. Высшая семья в обществе вампирского народа собиралась выдать свою наследницу за влиятельного человека королевских кровей. Люди стремятся к совершенству, как и вампиры. Правда, понятие совершенства у обоих немного отличалось.

— Я глубоко рада приветствовать вас в нашем доме, господин, — лёгкий изящный поклон следовал за словами, звучащими нежным голосом.

— А я как рад быть приглашённым на ваш праздник, ей‑богу, — голос дрожал в попытках сдержать ровный тон и не выдать чрезмерную радость, что клокотала в груди у мужчины, перед которым поклонилась дева в пышном платье.

Её грудь кокетливо выглядывала из‑под декольте, а кулон из алого граната в форме капли лишь притягивал взор к соблазнительной впадинке. Чистая бледноватая кожа. Блестящие струящиеся чёрные волосы, что были собраны в высокую причёску. Глубокий яркий цвет фиалок в её глазах. Сочные пыльно‑розовые губы и изящные изгибы тела. Рёка, младшая дочь главы семейства Тисей из рода Норай Си, четырёхкратная правнучка короля вампиров Альюиса Дарка, третья кузина во втором поколении короля Адиона Дрэйка. Молодая вампирша только‑только преодолела свои двести лет. Сейчас она должна была понравиться наследному принцу из Империи Боруун. Они были помолвлены, когда человеческий принц достиг своего шестилетнего возраста, и теперь он должен был окончательно согласиться на свадьбу, будучи уже состоявшимся наследным принцем в восемнадцать.

Пара со стороны выглядела красивой, но вот отцу невесты не нравилось, как та себя вела. Вся такая холодная и далёкая. Ему было отчётливо понятно, что ей скучно на балу. Рёке всегда было скучно. Она не могла найти занятие по душе. Отец семейства нервно глянул на короля, что восседал на балконе и смотрел на всё происходящее сверху. Он буквально чувствовал его недовольный взгляд.

— «Она молода и красива, но меня беспокоит её поведение, Марко», — телепатия больно резанула по уму.

— «Я… Я постараюсь её вразумить, Господин!» — тут же ответил собеседник.

Будь Марко внимательнее, то почувствовал бы немую усмешку короля вампиров. Но он не был искусен в псионике и не мог чувствовать столь лёгкие нотки настроения у собеседника. Возможно, будь он сильнее, то понял бы чувства собственной дочери. Рёка скучала в обществе жениха, но умело скрывала этот факт под мило улыбающейся маской. Лёгкая улыбка всегда украшала её лицо. Никто не видел деву в гневе или печали. Она словно фарфоровая куколка всегда улыбалась и мило беседовала. Так её учили — это правильное поведение. Что же было у неё в голове, никто не знал, даже сам король. Её ментальная защита от проникновения в разум была отличной. Никто из вампиров не мог прочитать её мысли, никто не мог ворваться в её голову даже частично. Её псионическая защита была совершенна.

Никто не узнает, что она в своих мыслях далека от вечернего бала. Ей не нужно общение с женихом. Ей было плевать на всё происходящее вокруг, она хотела уйти отсюда так далеко, как это было возможно. Родной остров был для Рёки словно тюрьма. Её душа желала чего‑то иного, но чего именно девушка не могла понять. От размышлений отвлекал жених. Он старательно привлекал внимание красивой особы. Она знала, о чём он думал. Его разум — открытая книга для неё.

— «Люди… такие слабые и скучные», — подмечала она снова и снова для себя.

…

Тот день не задался. Невеста была холодна к жениху, что тому, в свою очередь, не понравилось. Оказывается, принц чувствовал её холод в её красивом взгляде. Из‑за этого Рёку насильно собрали в поездку. Она должна была отправиться в Империю Боруун следом за женихом и проявить теплоту к нему. Ибо от этого зависело влияние вампирского рода на человеческих правителей. Один лишь этот факт раздражал Рёку. Она считала, что ничего не должна ни людям, ни своему родному народу. Она в королевской семье — никто. Влияния у неё немного, совсем капелька. Была лишь ценна её кровная связь с королевской семьёй.

Дева не рассчитывала на что‑то интересное, но была приятно удивлена всем происходящим:

— «Это… море?»

Лишь эти мысли заполнили её, когда она вступила на борт «Морского путешественника». Корабль с драконьими парусами и драконьей головой в качестве фигуры на носу судна. Капитаном же был дракон хако. Он с клыкастой ухмылкой приказал команде отчаливать, и судно тронулось с места. Паруса вздыбились от приходящего ветра и придавали скорость кораблю. От порыва солёного ветра у Рёки в груди как‑то незнакомо кольнуло. Её взору открылся морской простор, и её остров быстро оказался позади. Капитан что‑то скомандовал и порекомендовал пассажирам не сходить с палубы. Пара движений рук — и масса морской воды подхватила корабль, и он, будто доска для сёрфинга, быстро помчался почти над солёными водами. Пассажиры на палубе могли лицезреть это зрелище: как судно буквально оторвалось от воды и словно по воздуху плавно устремилось вперёд. Скорость такой поездки перехватила дух Рёки. Вампирша молча смотрела на всё это и ощущала странное покалывание в груди. Ей хотелось большего.

И она получит больше. Прибыв в Империю Боруун, она повстречала много чего нового. Всего такого, чего не было на её родном острове: иные расы, еда, которую они ели, их языки и поведение. Да даже их мысли были ей интересны. Её радовало, что мысли их она понимала очень легко: языковой барьер не мешал, потому что в мыслях не было понятия разных языков. Рёка заметно оживилась, и слуги, что приплыли вместе с ней, легко заметили это. Они были рады, что поездка вдохнула новую жизнь в их принцессу.

Деву огорчало лишь то, что она прибыла в этот яркий удивительный мир лишь чтобы снова запереться в клетке. Пусть не в родном поместье на острове вампиров, но в императорском дворце, где жил её жених. Роскошь и достаток. Только будь послушной красивой куклой.

— Я устала… — ровным тоном проронила дева.

Слуги оторопели. Их госпожа очень редко говорила, в основном телепатически. А здесь она использовала именно голос и континентальный язык. Они толком не успели понять смысл её слов, как Рёки рядом уже не оказалось. Вампирша сорвалась с места и скрылась за углом. Прислуга догнать её не смогла. Дева могла пойти куда угодно, могла сотворить много чего, но питаться ей было нужно. Заставить делиться кровью она не могла — это считалось строжайшим табу у её народа. Поэтому её быстро покинули силы. Обессиленную Тисей смогли взять легко. Кучка разбойников, что хотели заработать на продаже красивой девушки в рабы. Она даже сопротивляться особо не могла из‑за голода. Им бы удалось заточить Рёку, нацепив магические кандалы на её руки, но за ними уже охотились другие. Не вампиры — наёмники, что взяли заказ на устранение нелегалов. В Империи Боруун есть место для работорговли, но с учётом определённых уточнений. В рабство могли идти лишь по собственной воле. Принуждать кого‑либо — нарушение закона. Звучит странно для некоторых, но для жителей Боруун это звучало обыденно.

— Эй! Ты в порядке? — к Рёке обращался голос молодого парня.

Вампирша подняла ослабший, дрожащий взгляд на говорившего с ней парня и увидела его кроваво‑красные глаза. Она удивилась, потому что сразу поняла: он вампир, но чем‑то отличается от неё. В нос ударил запах крови. От него ей стало дурно, так что пришлось закрыть рот и нос ладонями. Она чувствовала, что если не сдержится, то из благородной девы превратится в кровожадного монстра.

— Сколько дней ты не питалась?!

Парень небрежно бросил сидевшей девушке мех с водой. Рёка быстро схватила мех и, откупорив, начала жадно пить содержимое. Привкус железа ударил ей в сознание, и она резко отшвырнула мех обратно парню. Тот ловко поймал его. Содержимое немного разбрызгалось, и её взгляд уловил цвет — красный.

— Там… кровь?!

— Ну не водой же высокородного вампира поить. Особенно истощённого.

На последней фразе его глаза чуть сощурились. Было понятно даже дураку, что ему неприятно с ней говорить. Возможно, высокородные вампиры что‑то ему сделали, и он теперь на них обижен. Или же ему просто отвратно, что он встретил истощённого вампира.

— Акира, прекращай! — За спиной собеседника показалась девушка.

Она по‑простому отвесила парню подзатыльник. Тот недовольно вякнул в её адрес пару слов о её наглости, но не стал особо ругаться и отправился готовить пойманных работорговцев к перевозке.

— Меня зовут Маёнако, а тот типчик в красном плаще — Акира. Ты не подумай, что мы тебя спасали, — ты просто попалась типам, за которыми мы пришли.

— Я вовсе не… — Слова застревали в горле.

Пусть Рёка смогла сделать пару глотков из меха с кровью, но этого явно было недостаточно. Девушка, представившаяся Маёнако, тем временем помогла ей прийти в себя: дала немного воды и помогла подняться. Потребовала у напарника его мех, но тот отказал, сославшись на грубость вампирши. За что получил камушком по темени. Хватило лишь одной фразы Маёнако, чтобы её напарник перестал выкрутасничать.

«Не жлобься!» — сказала она ему, и после минутной заминки Акира передал ей свой мех с кровью.

— Тебе нужно выпить всё.

— Эй!

— Или она будет кидаться на всех подряд, чувствуя зверский голод! Сам же знаешь! — в ответ выкрикнула Маёнако на возмущённый вскрик парня.

Рёка неуверенно приняла пахучий мех. Она не могла сосредоточиться. Чувство растерянности и голода было для неё впервые. Она, будто маленький ребёнок, не понимала, что происходит и какие действия ждут от неё окружающие люди. Наёмница не торопила её, в отличие от её напарника. Она прекрасно понимала, что вампирша могла быть в растерянности и оказаться впервые в такой ситуации. В конце концов, Рёка сделала первый жадный глоток из пахучего меха.

…

Воспоминания о первой встрече редко её посещали. Она была рада, что её память временами давала картинки в голове — картинки о прошлом, приятном и не очень.

Рёка Тисей уже долго состояла и работала в гильдии наёмников «Дракон Силяйриса». С того момента прошло уже много десятков лет. Люди уже выросли и состарились.

Кто‑то умер молодым, кто‑то — от старости. Сейчас она смотрела на двух молодых полукровок. Когда‑то они были детьми, а сейчас — уже самостоятельные подростки. Она наблюдала за ними с самого их рождения. От матери у них практически ничего не осталось, кроме цвета глаз, а от отца передалось много его черт — как во внешности, так и в характере.

— Ваш отец гордился бы вами.

Подростки чуть надулись, но ничего не ответили. Они продолжили работать с документами, которые были разложены хаотично на письменном столе.

Рёка стала секретарём главы гильдии. Она верно служила каждому главе, который когда‑то был во главе за эти годы. Для вампира времени прошло всего ничего, но для человека — почти тридцать лет. Те, кто привёл её в гильдию, либо состарились и отошли от дел, либо погибли молодыми на задании. Маёнако и Акира были одними из последних. Однажды они, как всегда, вдвоём отправились на задание в другую страну и больше не вернулись. После них остались близнецы, которые теперь восседали за столом главы гильдии.

Было ещё кое‑что, что радовало её сердце. В гильдии появился тот, чьё присутствие заставляло Рёку трепетать, как когда она впервые отплыла на корабле и встретила морской ветер. Драконид — Сайбэ.

Она не могла объяснить себе, почему он так влияет на неё. Его присутствие заставляло трепетать её нутро, а к горлу подступало уже давно знакомое ей чувство голода. Её манил один лишь его вид — такой низкий, выглядящий словно ребёнок, обладатель серебряных волос и золотых глаз. Он не был стройным и мужественным, как её тогдашний жених из Империи Боруун, но чем‑то пробуждал в ней желание вкусить его крови. Пусть неосознанно, но Рёка тихо шептала:

— Я вкушу тебя, обязательно! — Именно когда Сайбэ покидал поле её зрения.

…