Там, где гаснут люмосы (джен)

Хогвартс никогда не был тихим.

Даже ночью замок дышал — скрипел лестницами, шептался портретами, гудел ветром в старых башнях.

Но после войны тишина стала другой.

Мёртвой.

Драко Малфой понял это в ту ночь, когда снова начал курить у астрономической башни.

Седьмой курс.

Повторный.

Министерство решило, что «детям войны нужен шанс закончить образование». Какая трогательная забота.

Поэтому теперь убийцы, герои, предатели и сироты сидели за одними столами и делали вид, что всё нормально.

Драко затянулся.

Руки дрожали.

Не от холода.

От привычки помнить.

Он почти не спал с мая.

Иногда ему казалось, что в коридорах всё ещё пахнет дымом. Иногда — что если резко обернуться, то можно снова увидеть мёртвое тело Поттера в руках Тёмного Лорда.

Хотя Поттер, к сожалению, оказался живучим.

Снизу послышался смех.

Гриффиндорцы.

Драко закатил глаза и уже собирался уйти, когда услышал:

— Ты опять врёшь себе.

Он резко обернулся.

Никого.

Только ветер.

Сердце ударило сильнее.

— Забавно, — продолжил голос. — Ты всегда выглядел храбрым только со спины.

Холод прошёлся по позвоночнику.

Голос был женским. Тихим. Почти ленивым.

И абсолютно незнакомым.

— Кто здесь? — резко спросил Драко.

Тишина.

Потом смешок.

Совсем рядом.

— Ты правда меня не помнишь?

Драко выхватил палочку.

— Lumos.

Свет разрезал темноту башни.

Пусто.

Но воздух стал ледяным.

А затем он увидел следы.

Мокрые следы босых ног.

Они начинались прямо из стены.

И вели к нему.

На следующее утро он соврал Блейзу, что плохо спал.

Пэнси сказала, что у него вид «как у трупа, который не оплатил аренду могилы».

Тео Нотт внимательно посмотрел на него поверх чашки кофе.

— В замке снова что-то происходит, да?

Драко замер.

— С чего ты взял?

— Потому что ты выглядишь заинтересованным впервые за полгода.

Хогвартс вокруг жил своей новой жизнью.

Кто-то целовался у теплиц. Кто-то спорил о квиддиче. Кто-то всё ещё плакал в туалетах по ночам.

Война закончилась.

Но никто не объяснил, как жить после неё.

Особенно тем, кто проиграл.

На уроке трансфигурации Драко снова услышал голос.

— Не оборачивайся.

Перо застыло в его пальцах.

Макгонагалл что-то писала на доске.

Никто не реагировал.

— Если обернёшься сейчас, они увидят меня.

Драко медленно вдохнул.

— Ты не настоящий, — прошептал он.

— Тогда почему ты боишься?

У него пересохло во рту.

— Кто ты?

Тишина.

А потом:

— Я умерла здесь.

И в этот момент все свечи в кабинете погасли.

Свечи загорелись одновременно.

Резко.

Будто кто-то щёлкнул пальцами прямо у Драко над ухом.

В классе поднялся шум.

— Что это было?

— Сквозняк?

— Магический скачок?..

Макгонагалл нахмурилась.

Только Драко сидел неподвижно.

Потому что чувствовал холод.

Он стоял прямо за его спиной.

— Не показывай, что испугался, — прошептал голос. — Они всегда чувствуют страх.

Драко резко поднялся.

— Мистер Малфой? — Макгонагалл посмотрела поверх очков.

— Мне нехорошо.

Это была ложь.

Ему было ужасно.

Коридоры Хогвартса казались уже не родными.

Замок смотрел на него.

Следил.

Каждый доспех скрипел слишком громко. Каждый поворот казался неправильным.

Драко ускорил шаг.

Он не понимал, куда идёт, пока не остановился перед стеной на седьмом этаже.

Пустой участок.

Выручай-комната.

Сердце сжалось.

Именно здесь всё сгорело.

Диадема. Огонь. Крики. Адское пламя.

И Поттер, протягивающий ему руку.

Драко прикрыл глаза.

— Ты привёл меня сюда сам, — сказал голос.

Теперь он звучал ближе.

Слишком близко.

— Покажись.

Несколько секунд — ничего.

А потом воздух дрогнул.

Сначала появилась тень.

Потом силуэт девушки.

Размытый. Серебристый. Будто воспоминание, которое не может удержать форму.

Тёмные волосы. Бледная кожа. Босые ноги.

И глаза.

Пустые.

У Драко перехватило дыхание.

— Ты призрак?

Она улыбнулась уголком губ.

— Нет.

— Тогда что ты такое?

— А ты?

Он нахмурился.

— Что это значит?

Девушка медленно подошла ближе.

Воздух вокруг неё был ледяным.

— Ты тоже не совсем живой, Малфой.

Эти слова ударили сильнее заклятия.

Потому что были правдой.

В ту ночь Драко впервые за долгое время не смог уснуть вообще.

Девушка не исчезала.

Он видел её отражение в окне спальни.

Слышал шаги в пустом коридоре.

Иногда — дыхание рядом.

Но стоило обернуться, как она растворялась.

К утру он уже начал думать, что сходит с ума.

Пока не заметил воду.

Мокрые следы на каменном полу возле кровати.

Босые.

— Ты выглядишь отвратительно, — сообщила Пэнси за завтраком.

— Спасибо.

— Нет, серьёзно. У тебя такой вид, будто ты видишь мертвецов.

Драко замер.

Тео Нотт медленно поднял взгляд.

— Что?

— Ничего, — слишком быстро ответил Драко.

Пэнси прищурилась.

— О, нет. Этот взгляд я знаю. Ты опять ввязался в какую-то проклятую историю?

— Отстань.

Но она уже заинтересовалась.

Это было проблемой.

Потому что в этот момент девушка появилась снова.

Прямо посреди Большого зала.

Никто не замечал её.

Она стояла босиком между столами Слизерина и Гриффиндора.

И смотрела только на Драко.

— Не говори никому обо мне, — тихо сказала она.

— Почему?

— Потому что тогда они вспомнят.

— Кто «они»?

Она медленно улыбнулась.

Свечи над столами начали мерцать.

— Те, кто меня убил.

Этой ночью Драко вернулся в Выручай-комнату.

Замок впустил его сразу.

Комната оказалась не складом и не убежищем.

Она выглядела как старая гостиная.

Камин. Книги. Часы.

И пианино в углу.

Девушка сидела возле него.

Впервые — почти настоящая.

— Ты пришёл, — сказала она.

— Кто ты?

Она долго молчала.

А потом ответила:

— Астэр Блэк.

У Драко внутри всё оборвалось.

Блэк.

Невозможная фамилия.

Потому что все Блэки были либо мертвы, либо известны.

— Ты врёшь.

— Тогда открой семейное древо.

Она подняла взгляд.

И впервые в её глазах появилось что-то живое.

Страх.

— Моё имя выжгли ещё до того, как я умерла.

И в этот момент часы в комнате начали идти назад.

На следующее утро Драко действительно пошёл искать древо Блэков.

Он сам не понимал зачем.

Может, хотел доказать, что призрак лжёт.

Может — что сам ещё не потерял рассудок окончательно.

Библиотека встретила его привычной пыльной тишиной.

Мадам Пинс подозрительно посмотрела поверх очков.

— Мистер Малфой… удивительно видеть вас среди книг без попытки их сжечь.

— Очень смешно.

Он нашёл архивы чистокровных семей почти сразу.

Руки почему-то дрожали.

Страницы шуршали слишком громко.

Блэки.

Одна из самых древних семей.

Сириус. Беллатриса. Нарцисса.

И—

Драко замер.

Между двумя выжженными именами виднелся след.

Будто когда-то там было ещё одно.

Страница была обуглена.

Аккуратно.

Намеренно.

У него похолодели пальцы.

— Нашёл меня?

Голос раздался прямо над ухом.

Драко резко обернулся.

Астэр сидела на соседнем столе, покачивая босой ногой.

Сегодня она выглядела иначе.

Чётче.

Почти живой.

Тёмное платье, серебряное кольцо на пальце, растрёпанные волосы.

Только глаза оставались неправильными.

Слишком пустыми.

— Ты настоящая, — тихо сказал он.

Она усмехнулась.

— К сожалению.

— Почему тебя стёрли?

Улыбка исчезла.

— Потому что моя семья любила красивую ложь больше, чем правду.

Он начал приходить к ней каждую ночь.

Сначала — из любопытства.

Потом — потому что только рядом с ней переставал чувствовать пустоту.

Выручай-комната менялась вместе с Астэр.

Иногда становилась зимним садом.

Иногда — старой спальней.

Однажды — бальным залом, полным призрачной музыки.

И каждый раз там были часы.

И каждый раз они шли назад.

— Что это значит? — спросил Драко однажды.

Астэр медленно провела пальцами по циферблату.

— Я застряла.

— Между жизнью и смертью?

Она посмотрела на него странно.

— Нет.

Пауза.

— Между «до» и «после».

Этой ночью она впервые прикоснулась к нему.

Совсем случайно.

Пальцы к пальцам.

И Драко резко вдохнул.

Лёд.

Но под этим холодом что-то было.

Пульс.

Очень слабый.

У него внутри всё перевернулось.

— Ты…

Астэр быстро отдёрнула руку.

Впервые за всё время в её глазах мелькнул страх.

Настоящий.

— Не надо, — тихо сказала она.

— Ты живая?

Она ничего не ответила.

Именно тогда дверь Выручай-комнаты распахнулась.

На пороге стоял Поттер.

Несколько секунд никто не двигался.

Гарри переводил взгляд с Драко на Астэр.

Но…

Не видел её.

Он смотрел прямо сквозь неё.

— Малфой, какого чёрта ты здесь делаешь?

Драко медленно поднялся.

— Это не твоё дело.

— Макгонагалл ищет тебя уже час.

Астэр тихо прошептала:

— Он опасен.

Драко нахмурился.

— Поттер?

— Нет, — её голос стал почти неслышным. — Тот, кто идёт за ним.

В коридоре раздались шаги.

Тяжёлые.

Медленные.

И тогда Астэр впервые по-настоящему испугалась.

— Не дай ему увидеть меня.

Но было поздно.

Потому что в дверях появился человек в чёрном.

И прошептал:

— Ну здравствуй… Астэр.

Это был не преподаватель.

И не мракоборец.

Высокий мужчина в длинном чёрном пальто выглядел так, словно сам Хогвартс пытался его забыть.

Бледное лицо. Серые глаза. Трость из тёмного дерева.

Гарри нахмурился.

— Профессор Вейл? Что вы здесь делаете?

Астэр побледнела.

Если раньше она казалась призраком, то теперь выглядела мёртвой.

— Ты знаешь его? — тихо спросил Драко.

Она едва слышно ответила:

— Беги.

Но мужчина уже смотрел прямо на неё.

Значит, он видел.

По-настоящему видел.

— Спустя столько лет… — мягко произнёс Вейл. — Ты всё такая же красивая.

У Драко внутри всё сжалось.

В голосе мужчины было что-то неправильное.

Нечеловеческое.

Гарри непонимающе переводил взгляд между ними.

— Кто-нибудь объяснит, что происходит?

— Поттер, уходи, — резко сказал Драко.

— Что?

— Уходи сейчас же.

Вейл улыбнулся.

— Уже поздно.

Свечи в комнате одновременно погасли.

Астэр схватила Драко за руку.

Лёд.

Паника.

И мир вокруг рухнул.

Они оказались в другом месте.

Не в Хогвартсе.

Особняк Блэков.

Но старый.

Живой.

Без пыли и паутины.

Драко резко обернулся.

— Что это?!

— Воспоминание, — быстро сказала Астэр. — Он загнал нас внутрь воспоминания.

Внизу слышалась музыка.

Смех.

Шум бала.

Астэр выглядела так, будто вот-вот перестанет дышать.

— Он найдёт нас.

— Кто он такой?!

Она долго молчала.

А потом сказала:

— Человек, который меня убил.

Они спустились вниз.

Бальный зал был полон людей.

Чистокровные семьи.

Драко узнал лица с колдографий.

Молодая Нарцисса.

Беллатриса с безумной улыбкой.

Сириус — ещё совсем мальчишка.

И…

Астэр.

Настоящая Астэр.

Живая.

Она стояла возле лестницы в серебряном платье и смеялась.

Драко застыл.

Две Астэр одновременно.

Одна рядом с ним.

Другая — в прошлом.

— Ты была…

— Живой, да.

В её голосе впервые появилась боль.

Настоящая.

Не призрачная.

— Я была старшей дочерью дома Блэк.

— Но почему никто о тебе не знает?

Астэр медленно посмотрела вниз.

На себя прошлую.

— Потому что я полюбила не того человека.

Музыка оборвалась.

Двери бального зала открылись.

И вошёл молодой Вейл.

Только тогда Драко понял.

Он не человек.

Слишком идеальный.

Слишком красивый.

Слишком пустой взгляд.

— Кто он?..

— Легилимент, — прошептала Астэр. — Один из тех, кто умел забирать магию через чувства.

Вейл в воспоминании подошёл к юной Астэр.

Наклонился к её уху.

И улыбнулся.

А настоящая Астэр рядом с Драко закрыла глаза.

— Я любила его.

Тишина.

— А потом узнала, что он убивает ведьм ради бессмертия.

У Драко похолодела кровь.

— И что случилось дальше?

Астэр посмотрела на него.

Грустно.

Почти нежно.

— Я попыталась сбежать.

Шаги.

Позади них.

Слишком близко.

— И у тебя почти получилось, — раздался голос Вейла.

Они обернулись.

Он стоял в темноте коридора.

Улыбаясь.

— Пока твой брат не рассказал мне, где ты прячешься.

Астэр дрогнула.

— Регулус… — выдохнула она.

— Он плакал, когда предавал тебя, — почти ласково сказал Вейл. — Это было трогательно.

Драко вытащил палочку.

— Не двигайся.

Вейл тихо рассмеялся.

— Ты правда думаешь, что можешь защитить её?

Свечи взорвались.

Стены особняка задрожали.

Астэр вдруг схватила Драко за лицо.

— Слушай меня внимательно.

Её глаза впервые стали живыми.

Яркими.

Серебряными.

— Если он доберётся до меня — всё повторится снова.

— Что повторится?!

Но она уже шептала другое:

— Ты должен проснуться.

Мир треснул.

И Драко открыл глаза в Больничном крыле.

Один.

— Она не существует.

Голос Гермионы звучал устало.

На стол перед Драко легли десятки старых документов.

Архивы Министерства. Семейные хроники. Газетные вырезки.

Нигде не было Астэр Блэк.

Нигде.

Только один обгоревший снимок.

Девушка со знакомыми тёмными глазами.

Лицо зачёркнуто чернилами.

— Кто-то уничтожил все упоминания о ней, — тихо сказал Гарри.

— Зачем?

Гермиона медленно подняла взгляд.

— Потому что она умерла не в тысяча девятьсот семьдесят восьмом.

Пауза.

— Она умерла три недели назад.

У Драко внутри всё оборвалось.

— Что?..

Гермиона подвинула газету.

Заголовок дрожал перед глазами:

«Неизвестная девушка найдена в заброшенном крыле Хогвартса».

Дата.

Три недели назад.

То есть в ночь перед началом учебного года.

— Это невозможно, — хрипло сказал Драко.

Но он уже знал.

Часы.

Они шли назад.

Не к прошлому.

К моменту смерти.

Выручай-комната открылась сразу.

Будто ждала его.

Сегодня она была пустой.

Только рояль.

И сотни свечей.

Астэр стояла у окна.

Живая.

Почти слишком живая.

Белое платье. Распущенные волосы.

И тёплый взгляд.

— Ты всё узнал, — тихо сказала она.

Драко подошёл ближе.

— Кто ты на самом деле?

Она долго молчала.

А потом улыбнулась.

Печально.

— Девушка, которая слишком боялась умереть.

И рассказала всё.

Вейл действительно существовал.

Древний маг, научившийся продлевать жизнь через чужую магию.

Он искал Астэр десятилетиями.

Потому что она была последней наследницей редкого рода.

Когда он почти нашёл её, она спряталась в Хогвартсе.

В Выручай-комнате.

Комната скрывала её.

Пока магия не начала разрушаться.

— Я умирала медленно, — сказала Астэр. — А комната продолжала исполнять моё желание.

— Какое?

Она посмотрела ему прямо в глаза.

И Драко вдруг понял ответ раньше, чем услышал.

— Не быть одной.

Тишина стала невыносимой.

— Ты умерла там?..

Она кивнула.

— А ты всё это время…

— Была эхом.

У него сжалось горло.

— Почему я?

Астэр улыбнулась едва заметно.

— Потому что ты тоже прятался между жизнью и смертью.

Эти слова сломали его окончательно.

Драко резко подошёл ближе.

— Нет.

Она удивлённо посмотрела на него.

— Нет, — повторил он тише. — Я не позволю тебе исчезнуть.

В глазах Астэр появилась такая нежность, что стало больно.

— Ты не можешь спасти всех, Драко Малфой.

— Тогда хотя бы тебя.

Она медленно коснулась его щеки.

Тёплая.

Впервые — тёплая.

И он понял, что это конец.

Потому что призраки теплеют только перед тем, как исчезнуть.

— Знаешь, что самое страшное? — прошептала Астэр.

— Что?

— Я уже почти не помню своё лицо.

У Драко задрожали руки.

И тогда он поцеловал её.

Отчаянно.

Будто это могло остановить время.

Свечи вокруг вспыхнули ослепительным светом.

Выручай-комната задрожала.

Астэр ответила на поцелуй — коротко, болезненно нежно.

А потом отстранилась.

Со слезами в глазах.

— Спасибо, что увидел меня.

И исчезла.

Просто исчезла.

Без крика.

Без света.

Будто её никогда не было.

Спустя месяц Драко снова пришёл в Выручай-комнату.

Она открылась не сразу.

Внутри больше не было свечей.

Только пыльный рояль.

И тишина.

Он уже собирался уйти, когда заметил кое-что на клавишах.

Серебряное кольцо.

То самое.

Настоящее.

Драко медленно взял его в руки.

И впервые за долгое время улыбнулся.

Потому что некоторые люди исчезают не полностью.

Некоторые остаются в местах, где их наконец-то полюбили.

Даже если всего на одну осень.