Мир без чудес (джен)

Мечта Майи сбылась. Осталась в прошлом неуклюжая, вечно краснеющая дура — её место заняла подтянутая красавица, которая ежедневно посещала зал и не притрагивалась к мучному даже во снах.

Теперь она была желанной гостьей на каждом модном показе, изысканно одевалась, и в её облике всё яснее проступали новые черты — какие-то взрослые, высокомерно-холодные… Совсем как у Кэт.

Душа словно зарастала коростой. Но разве это плохо? Ведь быть неудачницей — мерзко, а доброй — больно…

Светский мир принял новую Майю, по-настоящему зауважал её. Раньше каждый считал своим долгом подставить ей подножку, остроумно унизить. Теперь — придержать дверь, сделать комплимент…

Мир этот оставался неизменно порочен. Люди здесь продавали себя и друг друга, изменяли, лгали. И продолжали улыбаться приятелю, которому собственноручно вонзили нож в спину.

Рома был не таков. Красивый, воспитанный, он действительно напоминал принца из заветной Майиной мечты. Вот только полюбить его у Майи не получилось. «Наверное, мечтать нужно вовсе не о том», — порой сокрушалась она. А, может, сердце было занято другим…

Однажды утром по пути на работу Майя услышала голос, родной до боли:

— Что, опять за старое? Так и не научилась любить себя?

Обернулась, а там он — лохматый смешной придурок.

— Я скучаю, — вздохнула она. — Вернись, пожалуйста.

Фей протянул ей руку:

— Что же, недотёпа. Пойдём.

Мнение персонажа — это мнение персонажа

Ранним утром Майя заехала в «Георгин» за расчетными справками. Увидеть Кэт она никак не ожидала. Ещё и такую подавленную — ненакрашенную, с пучком на голове!

— Неужели тебя тоже уволили? — удивилась Майя.

— Ещё чего. Сама ухожу. В России фэшн-индустрия бесперспективна, буду пробиваться в Европу. А, может, пойду на ТВ.

— А как же Влад? Вы были с ним не разлей вода. Даже мой проект… — Майя запнулась, вновь почувствовав обиду.

— «Даже мой проект», — передразнила Кэт. — Да свинтил он с этим модельным мальчиком в Москву! А, ты ведь не знала, что Влад у нас не по девочкам? Зато как мне на уши приседал…

Майя не смогла сдержать смешка (потом дома она будет заливаться в голос). Неужели красавицу Кэт так нагрели. Да, есть на свете справедливость!

— Ну и что! У тебя всё равно мужиков как собак нерезаных!

— Все они уроды, Майя, — сказала Кэт внезапно серьёзным, глубоким голосом, — стольких перепробовала, а никого так и не нашла.

Тотальный ООС Майи

Сложно было считать Кэт хоть сколько-то притягательной, если бы не её взгляд: самоуверенный, недобрый и — странно магнетический. Да уж, эта дрянь без сожаления пройдётся по чужим головам в своих брендовых туфлях на острой шпильке.

Майя — полная противоположность Кэт: от природы миловидная, невысокая и, как она сама считала из-за постоянных издёвок — толстая. Ещё Домовому давно ясно, какой она всё-таки нежный человек… Пожалуй, даже слишком нежный. Поэтому из квартиры он так её и не выставил — грешно юродивых обижать.

— Так, значит, это, — Кэт изобразила дружелюбную улыбку, но получилось так себе, — бабушкина квартирка? Просторненько.

— Может, кофе? — неуверенно предложила Майя.

— Ах, прости, из банки не пью. Только фильтр.

Домовой подкрался к Кэт и хохотнул у самого её уха:

— Ну так хлебай из цистерны! Там тебе такой фильтр будет, прям как на плантациях с рабами!

— Да не трясись ты, — успокоила Майю Кэт. — Я на минуточку. Вот, передать просили. Привет от Романа Фея.

В руках у Майи оказалось два пригласительных на Russian Fashion Week-2007.

— Это мне?! — Майя от радости аж подпрыгнула.

— Ну не мне же. Тише, а то у соседей люстра упадёт. — Кэт снова улыбнулась, стараясь скрыть задетое самолюбие. — Да уж. И чем ты только запала ему в душу?

Домовой крикнул вслед уходящей моднице: «Ну топай давай отсюда, радистка хренова!»

— Божечки-кошечки, сам Рома Фей. — Раскрасневшаяся Майя села на табуретку в прихожей, обмахиваясь пригласительными. — Я уж думала, он из вежливости со мной! А вон оно как…

— Что за Рома Фей? — насупился Домовой. — Он русский вообще?

— И всё-таки ты форменный нацист, — промурлыкал Кузя.

— Надо выбрать, что надеть! — Майя вскочила и решительно направилась в комнату.

— А ведь она никогда тебя не увидит, — задумчиво проговорил кот, вылизывая лапку. Домовой угрюмо промолчал.