Летящий в Вечность снег (гет)

Все изменилось, когда он узнал Ее.

До этого было: вот — временное жильё,

Все на свете временно, переменно,

Я везде — просто гость, просто искорка во Вселенной,

Я — снежинка,

Я — ускользающий, слабый блик.

Вот мой долг.

Век мой долог, но по сравнению с Вечностью — миг.

Но она подняла глаза на него,

Цвета глаз Владыки —

Вот уж где снег, в темноту улетающий,

Вот где блики!

Девушка, рассчесывающая кудри: струящийся темный шелк.

Погляди: это жребий твой за тобой пришел,

Неприкаянный,

Принявший странствие, как судьбу.

Сколько ты ни моли, не услышит Всевышний твою мольбу.

Будешь просить:

Не толкай меня в эту пропасть, избавь, спаси,

Но Господь ответит:

Я дал тебе крест. Неси.

Никуда не деться теперь от того, что Я невзначай сказал.

Будут всюду преследовать: цвета снега, цвета вечернего неба — Ее глаза.

Я и Сам не знаю,

Зачем Я вам это дал:

Вот любовь,

Словно снег,

Улетающий искрами вникуда.

И Владыка вздохнет, и скажет: не повезло.

Только кажется: это необходимое зло.

Я ведь сам растил тебя, видел, кем ты растешь.

Знаю — ты не нарочно вляпался в это, все ж.

Я ведь — в голосе боль, а в глазах цвета неба — мольба:

Думал, жребий минет всех нас. Но только, видно, судьба.

Ей теперь светлый дом мой станет хуже тюрьмы.

Я б Ее отпустил с тобой в пустошь, в леса, в холмы,

Я отнюдь не жаден,

И знать не желаю ни ссор, ни свар.

Лишь боюсь, что напрасно потраченным будет Дар.

Лишь боюсь: пропадете, как искорки в темноте.

И ни памяти не останется,

Ни детей.

Он вздыхает. Роняет беспомощно, заплетается речь:

Может, я, — говорит, — тот, кому достанется Меч.

Пусть народ мой потерян,

И это звучит, как бред,

Но

Может, больше бежать от судьбы, от себя, не след.

Может, вызов попробовать сделать бы,

Выпрямиться в полный рост:

И сказать: я — наперсник Судьбы,

Я — потомок звёзд,

Я — бриллиант, что ищет оправу,

Человек с серебром в крови...

И я сделаю все не во имя славы.

Во имя Любви.

Я не то, чтобы самый смелый, но Господь мне стезю вручил:

Сделать так,

Чтобы Дар не пропал без дела.

Чтобы Свет

Не погас

В Ночи.

Серебрится трава,

Ветер рябью подернул гладь...

И Владыка кивает.

И ночь отступает вспять.

И в глазах нету снега:

Лишь горечь стальных небес.

Что ж, — неси — говорит человеку,

Свой Дар,

Свой крест.

Это сложный квест.

Но попробовать надо бы.

Коль не сам в это влез, а толкнула рука судьбы.

Не привык я бояться, хоть верится в то с трудом:

Будет счастье вам, будет царство. И будет дом...

Верю — добрая доля достанется вам, двоим...

Занималась заря. Человек уходил к своим.

Человек уходил к своим, и смотрела вслед

Та, что нежность познала

Впервые за сотни лет.

И струилась слеза по щеке, словно талый снег:

Вечность плакала.

Ей привиделся Человек.

Вечность верила, что несёт в себе красоту

Человек, ускользающий искоркой в темноту,

Уносящий в себе свою память, и вместе с ней

Часть Ее, что ему полюбилась всего сильней.

Чтобы в новой Песне, согласно своей судьбе

Из забвенья Ее призвать. И прижать к себе.