Пылающий (джен)

Его возраст давно приближается к шестидесяти. Тот самый, пугающий до чертей, цифра когда прекращаются все шутки, начинается боль в спине, непроизвольные судороги мышц и перебои с интересом к женщинам. Он попеременно глотает сначала обезболивающее, затем смотрит на коробку с "Виагрой" как на злейшего врага и хватается за голову, понимая, следует искать причину, а не гасить следствие.

Походы к врачам, жёсткая диета, визит в спортзал лишь для проформы. Его тренер сказал — ему пора бросать пить и курить. Он серьёзно? Может проще слетать на Луну и обратно? Со счёта уплывает энная сумма, тупой качок отправляется окучивать других тупых идиотов.

Он вечен, безупречен, как сраные пирамиды Гиза или Эйфелева башня и Колизей вместе взятые. Его богатство достигло таких размеров, что страшно говорить. В приличном обществе его призирают. Да, Шабандар мультимиллиардер, нужен как кошелёк, на самом деле вся лояльность смывается в унитаз, когда ты поворачиваешься к просителям спиной. Они плюют тебе во след, проклинают на всех языках.

В комнате уставленной самыми дорогими произведениями искусства, напоказ, для зависти, его амбиции — лоск и мишура. Они гаснут как дешёвая китайская гирлянда, он сам тяжело опускается в кресло, не смотрит на стопку журналов, где на каждой обложке крупным планом его лицо. Ненавистное, чопорное, с маниакальным блеском призрения в глазах, с долгоиграющей улыбкой, способной напугать всех: от младенцев до брокеров на бирже. Он столп творения, царь и бог, бессмертный, вольнодумный, готовый зубами вырвать победу, пуститься в пляс после очередного смертельного раунда с инвесторами.

Лорд Лайонел Шабандар, тот самый богатый и взбалмошный коллекционер, чей голос подобно Иерихонской трубе возвещает о крахе и падении других. Прыгающий пульс, учащённое дыхание, закрытые глаза. Он мёртв и одновременно жив. Деньги дают колоссальную власть, огромную силу, уберегают от любых бед. Жаль деньги не дают тепла, не могут обнять, сказать: "ты нам нужен", "мы тебя любим".

Пустая потетика. В сущности он продлевает свой век, дабы увидеть как падут ниц пред его харизмой, как содрогнутся очередные чужие империи, как скатятся вниз те, кто совсем недавно смеялся над ним и злорадствовал.

Шабандару плохо быть таким. Родился с золотой ложкой во рту. Как бы не так. Он создавал по кирпичику эту пирамиду, буквально дот, в котором ему будет безопасно, где все человеческие чувства обычная фикция, подчёркнуто-вежливое обращение банальный страх, где кажется сам воздух пропитан запахом серы.

Бокал с вином у его ног случайно опрокидывается, дорогой напиток растекается по белоснежному ковру, расцветая алыми маками. Голые ступни миллиардера как раз находятся в центре красноватого овала с неровными краями. Штанины шёлковой пижамы цвета неба, контрастируют с белым как снег пледом на коленях мужчины.

Рука Лайонела сама собой тянется к вороту пижамы. Он пытается расстегнуть все пуговицы до одной, медленно открывает глаза. Распахнутая дверь на балкон словно ведёт в другой мир. Если шагнуть туда, очутишься в прошлом.

Несколько шагов и впереди пугающий своей яркостью солнечный свет. Шабандар вскидывает руку в защитном жесте. В глазах мельтешат разноцветные пятна, запах цветов и луговых трав щекочет ноздри.

Таким было его детство. Без сложностей, с матерью, которой он помогал по хозяйству, когда она возвращалась с работы. Рано бросивший их отец видимо выиграл джек-пот. Лайонел до сих пор помнил его спину в твидовом костюме, тёмные волосы, велосипед постепенно исчезающий из виду. Семилетний мальчишка надеялся вновь услышать: "привет, Ленни", такой пронзительный звон колокольчика и почувствовать как мозолистая рука отца опускается на его плечо.

Дети по природе мечтатели. Они видят недоступное, сочиняют целые миры, когда им плохо и тяжело. Ленни жалел что им с мамой невозможно исправить случившееся. Вера в чудеса крепла, в людей наоборот угасала. Семья распалась на сотни мелких осколков, в каждом из которых младший Шабандар видел ужасающую реальность.

Сейчас им овладело ощущение двойственности. Назад возврата не будет, детство не повторится. Лайонел в очередной раз вспомнил мать, женщину которая подарила ему жизнь, воспитала. После её смерти остались лишь воспоминания, фотографии. Урна с её прахом стояла в его личном кабинете, в отдельной комнате. Он порывался вспомнить, чего бы она хотела... Летний домик в Атланте, причал и безбрежная река.

Руки миллиардера обхватили нагретые перила, мужчина подставил лицо тёплому ветру. Завтра он поедет туда, чтобы наконец выполнить то, о чём мечтала его мама.