Кто-то надёжный (джен)

Звонок отдавался эхом в пустой комнате за дверью. Локвуд прислушивался, хмурясь. На мгновение он ощутил что-то вроде... беспокойства?

Подступали сумерки. А человек, адрес которого он узнал от секретаря «Фиттес», больше не мог видеть Гостей.

Локвуд ещё не решил, был ли он действительно обеспокоен или, скорее, раздражён отсутствием этого человека, когда услышал звук шагов внизу. Он поймал себя на том, что улыбается, когда увидел знакомую тощую фигуру.

— Добрый вечер, Квилл.

— Тони, — если Киппс и удивился, то сумел этого не показать. Лицо у него было такое же меланхоличное, как обычно, только бледность его стала ещё заметнее теперь, когда он сменил свою серебристо-серую униформу на гражданскую, полностью чёрную одежду.

Было еще кое-что, что заставило Локвуда поднять брови: отсутствие рапиры на поясе Киппса. Наверно, Локвуд бы меньше смутился, увидев бывшего соперника без одежды, чем без оружия.

На какое-то время воцарилась неловкая тишина. Киппс первым нарушил ее:

— У тебя здесь дела?

Локвуд кивнул:

— Типа того. Можем поговорить?

Киппс пожал плечами. Он открыл дверь и сделал что-то вроде приветственного жеста:

— Мои извинения, это не дворец, как у тебя. Можешь пристроить пальто здесь, рапиру — здесь, и задницу — здесь. Я пока заварю чай.

Локвуд усмехнулся и подошел к месту, на которое указал Киппс.

Это был единственный стул в комнате. Посетители явно были здесь редкостью.

— Надеюсь, у тебя больше чашек, чем стульев, — вежливо съязвил Локвуд. Теперь настала очередь Киппса усмехнуться, и он это сделал:

— Не заставлю же я тебя пить из чайника.

Пока Киппс заваривал чай, Локвуд огляделся, пытаясь обнаружить в комнате какие-нибудь детали, которые могли бы рассказать что-нибудь о её владельце.

Комната была чистой и пустой. Кровать, накрытая серым одеялом, окно с серой занавеской и бюро с книгами. Зона кухни была такой же минималистичной. Стол, стул, небольшая электрическая плитка и буфет. Создавалось впечатление, что Киппс заходил домой только переночевать.

Размышления Локвуда прервал аромат свежезаваренного чая. Это были не какие-то банальные чайные пакетики. Киппс держал в руках и осторожно встряхивал стеклянный чайник, наполненный янтарной жидкостью, в которой кружились листья и соцветия.

Локвуд ухмыльнулся. Это была именно та деталь, которую он искал. Без своей богато украшенной рапиры, без модной униформы, старый добрый Киппс оставался позёром. Честно говоря, Локвуд нашел это весьма обнадёживающим. Солнце светит, дождь льёт, Киппс выделывается.

Киппс протянул ему кружку, взял себе ещё одну и устроился на краю подоконника.

— Я слушаю, — напомнил он о цели визита Локвуда.

Локвуд вздохнул:

— Говорят, ты подал в отставку.

— Да, — кивнул Киппс.

— Что ты будешь делать сейчас?

— Без понятия.

Киппс заметил удивлённое выражение лица Локвуда и тихо добавил:

— Я служил агентом с тех пор, как вырос достаточно, чтобы поднять рапиру. Никогда не учился делать что-то ещё. Без моего Дара я бесполезная развалина. Так что понятия не имею.

Это было то, к чему Локвуд никогда не был готов. Киппс мог быть насмешливым, едким, язвительным, он никогда не оставлял ни одного укола без должного ответа, но когда дело доходило до доверительного разговора, он оказывался предельно честным, невзирая на то, каким уязвимым его делала откровенность.

Это всегда было так...

... обезоруживающе.

— Квилл, я…

Локвуд собирался сказать: «У меня есть для тебя предложение», но эта проклятая честность оказалась заразительной. Он облизнул губы и с извиняющейся улыбкой повторил попытку:

— Квилл, ты мне нужен.

Ух ты, это было все равно, что показать волку незащищённое горло.

Киппс продолжал смотреть ему прямо в глаза, не выражая ни малейшего удивления.

— Зачем? — спросил он наконец. — Теперь я слеп и глух. Я бесполезен.

— Ты тренированный, — мягко возразил Локвуд. — Опытный. И... мудрый.

— Ага, — Киппс моргнул. — То есть, ты меня жалеешь?

— Почему ты думаешь, что я стал бы?

— Тебе никогда не был нужен кто-то старше и мудрее, кто говорил бы тебе, что делать.

Это могла быть насмешка, но в голосе Киппса звучало… уважение?

— Я не говорил, что мне нужен кто-то, — немного сварливо ответил Локвуд, смягчив тон улыбкой. — Мне нужен ты, Квилл.

Киппс слегка скривил губы, что можно было принять за болезненную ухмылку.

— Должна быть веская причина, почему я тебе нужен, Тони.

Локвуд на мгновение колебался. Киппс умел быть настоящей занозой в заднице.

Вдох. Выдох. Полный вперед.

— Знаешь, никто больше не называет меня «Тони».

Киппс хотел что-то сказать, но вместо этого коротко кивнул. Локвуд продолжил:

— Я закусываюсь со всеми, кто так наглеет, и все предпочитают не связываться. Только тебе, кажется, всё равно.

— Разве это хорошо? — тихо спросил Киппс.

— Это неудобно, — признался Локвуд. — Мне это не нравится. Но если честно... мне это нужно. Бодаться с тобой, зная, что ты не сдвинешься с места.

Неловкая пауза установилась снова. Минуту спустя Киппс сказал, всё ещё тихо:

— Трудно быть самым сильным в доме, когда самому не на кого опереться? Тебе не нужен кто-то, у кого больше опыта. Тебе нужен кто-то с таким же опытом.

— Ох ты, чёрт, — внезапно осознал Локвуд. — Квилл, сколько тебе было лет? Я имею в виду, когда тебя назначили лидером группы.

— Никто меня не назначал, — поправил его Киппс. — Я сам себя назначил по ходу дела, когда мы потеряли настоящего лидера и половину команды. Мне было тринадцать… — он кашлянул, — … почти.

Киппс спрыгнул с подоконника, подошел к Локвуду и похлопал его по спине.

— Я знаю, Тони. Адская ответственность, когда ты слишком молод для этого дерьма. И… никто даже не скажет тебе, что ты хорошо справляешься.

Локвуд схватил его за руку и встал.

— Именно то, что я тебе говорил. Повторить? Я не жалею тебя. Ты мне действительно нужен.

— Прибереги эту улыбку для своих фанаток, Тони, — проворчал Киппс. — Чёрт, я об этом наверняка пожалею… Я с тобой.