Доказать невиновность (джен)

Чонгук не видел ничего перед собой из-за слёз. Он пытался их сдерживать, но они катились без остановки. Его приговорят, и он отправится в тюрьму за то, чего даже не совершал — за избиение девушки, своей ярой поклонницы. Когда судья поднялся зачитать приговор, Чонгуки так сильно вцепился пальцами в скамью подсудимых, что два ногтя треснули. Его трясло от волнения и он почти не слышал слов судьи, но всё же понял смысл сказанного: его приговорили... к штрафу. Такого по логике вещей не могло быть, потому что все показания свидетелей и даже запись видеонаблюдения подтверждали его вину. Да, камеры запечатлели Чонгука, выходящего из номера отеля сразу после избиения девушки. В номер вообще никто, кроме них не входил, поэтому он единственный, кто мог совершить противозаконные действия. Через пару минут из номера выбежала избитая девчонка и позвонила в скорую. Были не только кадры с камер (которые при желании и умении можно профессионально смонтировать), но и свидетели, подтвердившие, что видели Чонгука в определенное время, выходившего из данного номера. И главным свидетелем по делу являлся Ким Намджун — рэпер и продюсер, работающий на ту же компанию, что и Чонгук из BTS. У самого Чонгука не было алиби. Он в тот день здорово напился из-за расставания со своей невестой. И вторую половину дня проспал у себя дома. Никто не мог подтвердить его алиби. Против него говорили и ссадины на руках, на костяшках пальцев. Как будто он бил кого-то. Но это конечно было неправдой. Чонгук разозлился в тот день на себя и пару раз ударил кулаком по стене в спортивном зале своего дома.

Странное обстоятельство: когда Чонгук якобы вышел из номера и повернул в сторону лестницы, он как будто исчез. Ни одна камера его больше не засекла. Он словно испарился. И многие задались вопросом: а не маг ли он? Взял да исчез с места преступления. А вышел из номера только потому что не сообразил исчезнуть из номера, был не в себе. Или думал, что это сойдёт ему с рук, ведь деньги решают все...

Осторожное прикосновение к плечу вырвало Чонгука из болезненных воспоминаний и вернуло в реальность, где его отпустили прямо из зала суда, приговорив к штрафу крупного размера. Его карьера была растоптана в пыль. Вряд ли хоть одна компания возьмёт его к себе после такого дела. Правда, из Бигхит его ещё не выгнали. И он молился, чтобы и впредь оставаться её сотрудником. Иначе... у него просто не останется ничего в этой жизни. Ведь пение и танцы — и есть его жизнь.

— Чонгуки, пойдём, — кто-то вывел его из зала суда (кажется, Юнги) и посадил в машину под аккомпанемент криков толпы, собравшейся возле здания суда. Люди кричали проклятия и грязно обзывали его. Чонгука как будто придавило огромным камнем, он даже не мог свободно вздохнуть. Не представлял, как теперь существовать, как ходить по улице и общаться с людьми. Он откинулся на спинку сиденья и всю дорогу в миллионный раз гадал, как Намджун, главный свидетель по делу, мог его видеть и говорить с ним, если сам Чонгук спал дома пьяный? И самое странное и страшное — Намджун говорил правду. По крайней мере это подтвердили несколько проверок на детекторе лжи. Чонгука тоже проверяли, но он так волновался, что все его проверки не давали однозначного ответа, лжёт он или правдив.

Чонгук вошёл в пустой дом и остановился на пороге, не зная, как теперь быть. Сердце горело огнём от несправедливости и страха перед будущим. Он включил телевизор только для того, чтобы не слышать давящую тишину вокруг, от которой в голову лезли нехорошие мысли. Много нехороших мыслей. Чонгук глянул на экран и увидел Намджуна. Намджун шёл по площади от здания суда, и сотни людей снимали его на телефоны. Но он, казалось, не замечал никого вокруг. Был погружен в свои мысли. Перед тем, как он скрылся в машине, его лицо крупным планом показали на экране. Бледный, осунувшийся Намджун был похож на самого несчастного человека в мире.

— Не понимаю, хён, — еле слышно сказал Чонгук, обращаясь к Намджуну на экране, — как ты мог видеть меня там, где меня не было? — Он рухнул на диван, раскинув руки в стороны, думая, в сотый, тысячный раз переживая всё, что случилось с ним за последние две недели. Он долго пролежал, не двигаясь, а потом свернулся клубочком и провалился в долгожданное, спасительное забытье.

* * *

Намджун вышел из здания суда и направился к автомобилю на другой стороне площади. Его толкали со всех сторон, журналисты что-то спрашивали, крича ему вслед, фанаты орали, как обезумевшие. Кто-то обвинял в лжесвидетельстве, кто-то поддерживал. Когда он почти дошел до автомобиля, ему в спину прелетел увесистый камень, но он даже не обернулся. Все его мысли крутились вокруг дела Чонгука. Дела, которое рассмотрели невероятно быстро. Так не должно происходить, Намджун это отчётливо понимал. А ещё он понимал теперь, что, скорее всего, оно было сфабриковано. Чонгука кто-то очень профессионально подставил. Это было проделано чертовски скрупулёзно. И Чонгук, которого он встретил в отеле, не был Чонгуком, хотя человек играл непозволительно реалистично. Намджун был почти на сто процентов уверен в своих показаниях, когда полиция его опрашивала. Он был уверен, что встретил Чонгука. Лицо, голос, язык тела, даже аромат туалетной воды был тем же самым, который использовал Чонгук. Но... это был не Чонгук. Сейчас Намджун был почти уверен в этом. Но как? Как кто-то так правдоподобно сыграл его роль? Магия не способна менять лица и голоса людей. Этот вариант отпадал. Тогда что? Человек внешне схожий с Чонгуком и умеющий менять голос? А лицо? Похожий типаж, похожие черты лица скорее всего. Умение подражать голосам других. Профессиональный грим. Профессиональный актер? Возможно. Намджун уронил голову на сложенные на руле руки и тяжело вздохнул. Он не знал, как исправить то, что натворил. И чем больше он думал, тем отчётливее понимал, что не Чонгук тогда вышел из номера. Но поначалу, он был в этом почти уверен. Если бы при той встречи они разговаривали дольше, Намджун и догадался бы о подмене.

Из-за его показаний Чонгука... Хотя нет, не только из-за его показаний. Из-за показаний пострадавшей девушки Чонгук тоже пострадал. Может быть, она участвовала в сговоре с лже-Чонгуком? И почему, почему следствие по делу и суд происходили так быстро? Кто эта девица? Может быть, не простая студентка, а дочь богатого человека? Почему суд вынес вердикт, не соответствующий закону? Может быть, поговорить с этой девицей? Посмотреть на её реакцию, когда он обвинит её в лжесвидетельстве? Сказать ей о том, что был в курсе всего, что он тоже участвовал в сговоре? Просто чисто чтобы посмотреть на её реакцию. Эта мысль засела у него в голове и не отпускала на всем пути до компании. А там его продюсер сказал, что ему лучше отдохнуть где-нибудь пару недель. Намекнул точнее. Намджун конечно все понял. Сейчас он был нежелательной фигурой из-за ненависти фанатов Чонгука. Намджун спустился на парковку и сел в автомобиль.

— Узнать бы её адрес, но как? — Сидеть в четырёх стенах он никогда не любил: его тяготило одиночество и бездействие. За спиной внезапно послышался скрип. Намджун резко обернулся и встретился взглядом с Юнги. Старый товарищ выглядел бледнее обычного. — Ты что-то хотел? — Намджун сразу почувствовал себя ещё более виноватым. Юнги все две недели твердил Намджуну, что он спятил, если действительно верит в виновность Чонгука. Он твердил, что знает своего макнэ, и на двести миллионов процентов уверен: Чонгук ни при каких обстоятельствах не ударил бы кулаком женщину по лицу несколько раз. Юнги просил Намджуна изменить показания, но... Намджун просто сказал то, что видел в отеле, не более.

Юнги с минуту молча разглядывал Намджуна через зеркало над водительским сиденьем. Старался обуздать эмоции, чтобы не поссориться с Намджуном ещё сильнее. Хотя, казалось бы, они и так рассорились в пух и прах.

— Теперь ты понимаешь, что всё это дело — чей-то заказ? Чонгука тупо подставили. И не говори мне, что видел Чонгука, иначе я...

— Не тупо, — Намджун опустил голову. — Это дело хорошо срежиссировано. Они знали, что я буду в этом отеле на съёмках. Значит, имели доступ к закрытой информации, которую знали только те, кто был связан с этими съёмками. А это довольно большое количество людей. И всё же не так и много.

Юнги открыл рот, как будто только только сообразил, что да, так оно и было скорее всего. Он забыл даже, что хотел сказать. Намджун сбил его с мысли.

— Не предоставляю, как плохо моему макнэ, — с болью сказал Юнги. — Я сам весь извелся. Не знаю, как ещё ему помочь пережить это все. Вся эта травля из-за сраного "избиения". Полмира на него ополчилось. Не представляю, как он всё это выдерживает. Ты же знаешь, насколько он чувствительный, добрый парень... Мне так хотелось дать тебе сегодня по морде в зале суда, когда он плакал! — Юнги ударил кулаком по переднему сиденью.

— Странно, что мне, — Намджун за последние дни привык к тому, что ему все время кто-то угрожает или винит в том, что он сказал только то, что видел. Он же не лгал даже. — Я думал, ты хочешь дать тем, кто всё это затеял и привел в исполнение. Я не оправдываю себя, но я тоже жертва обстоятельств, всего этого фарса. — Намджун глянул на отражение Юнги. — Хочу найти эту девицу, чтобы понять, жертва она или соучастница сговора, понимаешь?

— И как ты это сделаешь?

— В идеале, найти бы ещё этого парня — лже-Чонгука, — Намджун зажёг сигарету и затянулся так глубоко, что закашлялся. — Спроси адвокатов Чонгука адрес этой девицы. Они должны знать.

— Вряд ли она станет с тобой говорить. Тем более, если она и есть зачинщица.

— А если только исполнитель? Вдруг она знает не все? Тогда может поверить, что я тоже заодно с заказчиками, и расскажет что-нибудь. Это как тыкать пальцем в небо, надеясь, что повезет.

— Ладно, попробую узнать адрес. Только не бросайся в омут, очертя голову. Это игра может быть опасной, ты же понимаешь? — Намджун кивнул, а Юнги схватился за амулет у себя на шее, сосредоточился и исчез. Намджун откинулся на спинку и задумался, чем сейчас себя занять. Лучше всего поехать домой. Нет, лучше съездить к родителям?

* * *

Через два дня Юнги прислал ему адрес пострадавшей Мин Юби. Она жила в трущобах на окраине города. Намджун впервые узнал об этом.

— И как, интересно, девица из трущоб оказалась в одном номере с Чонгуком? Не стал бы он снимать девку на улице. Какая-то полная ересь. — По показаниям Юби Чонгук сам пригласил её в машину, а она конечно согласилась. И они вместе отправились в отель, где она сняла номер на свое имя. Они прошли через дверь для вип-клиентов, поэтому на камерах их нет, когда они поднимались в номер. А вот машина и её номер были точно такие же, как у Чонгука. Плюс в доме Чонгука была обнаружена его куртка в крови жертвы. Как будто он вытер окровавленные руки о подол. Это наводило на две мысли. Первая: Чонгука подставили конкретно, даже наняли того, кто смог проникнуть в хорошо охраняемый дом. Вторая: Чонгук и есть преступник. Но Намджун уже не верил в это. А когда он приехал по указанному Юнги адресу, его уверенность в невиновности Чонгука только возросла. Никакая Мин Юби не проживала по этому адресу, но это только по словам соседей, хотя могла быть прописана. Намджун поспрашивал местных жителей, и они подтвердили: по этому адресу много лет жила старуха Ю Соа, но её никто не видел уже недели две.

— Она могла уехать куда-нибудь? Может, болела? — спросил Намджун девицу разбитного вида с боевой раскраской на лице. Судя по всему, девушка была представительницей древнейшей профессии. Она глумливо улыбнулась, придирчиво рассматривая Намджуна, который сегодня напоминал интеллигентного пирата. Волосы до плеч густой шапкой обрамляли спокойное лицо с очками в тончайшей золотой оправе, в ухе блестела длинная золотая серьга, пальцы тоже были все в рыжье. Красная рубаха с закатанными рукавами подчеркивала стройную атлетическую фигуру и красивые руки. Девушка загляделась и забыла, о чём этот интересный мужик с пронизывающим взглядом её спрашивал.

— Может быть, старушка уехала к родным?

— А, — вспомнила девица его вопросы, — не, вряд ли. У неё не было родни. Она каждый день тут на лавке сидела возле дома, но я её не видела несколько дней точно. Она горланила благим матом постоянно, а тут тишь да гладь.

Намджун подумал, что девица может и не знать, кто ещё был прописан в этой квартире. Не зря же Мин Юби по документам была прописана здесь. Он протянул девице несколько купюр, и она сказала, что он может обратиться к ней ещё, если ему что-нибудь потребуется.

Намджун решил ещё раз позвонить в дверь искомой квартиры. Но с тем же результатом — ему никто не открыл. Он со злости ударил кулаком по двери, и она открылась с неприятным зловещим скрипом. Под ложечкой засосало. Намджун не к месту вспомнил, что в фильмах такая сцена всегда сулит героям неприятности. Он честно не хотел входить, но тяга к знаниям, желание разгадать загадку и найти виновников сыграли с ним подлую шутку.

Намджун шагнул в квартиру и...

— Это какой-то беспросветный пиздец! — вырвалось у него.

Женщина неопределенного возраста лежала в центре гостиной с выколотыми глазами и протянутой вверх рукой. Она так и умерла скорее всего. Это значило только одно: её прикончил маг. Только магия способна зафиксировать тело в самых странных позах во время смерти. Намджун даже вспомнил соответствующий термин — "увековечить смерть". Намджун зажал рот рукой и лихорадочно соображал, что предпринять, чтобы его самого не обвинили. Намджун вспомнил ещё кое-что. Сосед старухи снизу сказал, что её даже полиция искала, но попусту. Намджун усмехнулся, хотя было не до смеха. Полиция, значит, приезжала и ничего не нашла??? Или это была вовсе не полиция, а убийцы? Или продажные полицейские?

Намджуна изрядно тошнило, но он все же пересилил себя и осмотрел покойную. И чуть не рухнул от удивления. Захотелось убежать отсюда подальше. Под её правой рукой лежало потерянное Намджуном дней десять назад портмоне. Он наклонился и трясущимися руками открыл его, чтобы убедиться, что это действительно его вещь. Точно, в кармане лежал ключ от студии и банковская карта.

— Это же... — он не нашелся, что сказать. Руки заходили ходуном, а сердце дало сбой. Он лихорадочно набрал номер Юнги.— М-м-мне нужна помощь.

Юнги слышал неподдельный страх в голосе старого товарища и тяжёлое дыхание. Он сразу понял, где сейчас находится Намджун.

— Я же просил не лезть в эту ебаторию.

— Помоги мне, — голос Намджуна вибрировал от переизбытка эмоций и страха, — я не знаю, как поступить.

Юнги появился через минуту. Просто материализовался из воздуха и сразу же машинально просканировал пространство вокруг.

— Полное дерьмо, старина, — он присел рядом с покойной и дотронулся до её протянутой руки. — Невозможно сказать, когда её убили, потому что эти чары не позволяют телу разлогаться. Её могли убить и час назад, и неделю назад.

— Меня здесь многие видели. — Намджун рассказал о разговоре с соседями и девушкой на углу дома. — Кроме меня её искали только люди в форме полиции, но настоящая это полиция или нет... — он беспомощно развёл руками.

— Нда, Намджуни... Такое ощущение, что тебе крайне повезло: ты сам начал расследовать, и настоящая полиция пока не увидела тело. Но это все равно случилось бы рано или поздно.

— И что? Будем туда звонить или... — Намджуну не хотелось этого делать. Он не доверял полиции после дела Чонгука. Он бы предпочел убрать отсюда покойницу и следы нападения, которые бросались в глаза. Разбитый экран телевизора и раскиданные вещи говорили о том, что хозяйка отчаянно сопротивлялась.

Юнги ещё раз просканировал тело покойной и в страхе отшатнулся.

— Юнги, что такое? — ещё сильнее разволновался Намджун.

Шуга огромными глазами смотрел на тело, лихорадочно соображая, как его аура могла так чётко отпечататься на теле жертвы.

— Кто-то вживил мой амулет в её тело, буквально растворив его в ней. Это значит, что я не смогу его удалить, потому что убийца применил "увековечивание смерти". После этого заклинания на тело может подействовать только "полное уничтожение", — торопливо объяснял Юнги. — Тело нужно уничтожить, иначе меня посадят, потому что специалисты могут решить, что мой амулет расплавился от магии, которую я якобы применил к покойной.

Намджун не знал, что Юнги способен на такую сильную и сложную магию. Юнги присел рядом с покойной и положил руки ей на плечи. Несколько секунд — и тело просто превратилось в пыль. Юнги открыл форточку, и пыль по мановению его руки вылетела в окно и разлетелась в разные стороны.

— Магия не всегда оставляет след. А на теле этой бедной женщины только моя аура была... — пояснил Юнги и стер все их отпечатки.

— А зачем выколупывать глаза? Что за урод это сделал? — с отвращением спросил Намджун. — Сегодня я уже никуда не пойду больше, когда приду домой. Хочу накидаться в сопли и уснуть мертвым сном.

— Накидаться в сопли — как крик души. Тоже хочу напиться... Чонгук безвылазно сидит дома и ничего не хочет. Хочу ему помочь, но не знаю, как, — с чувством сказал Юнги. — Ему кажется ещё хуже, чем после вынесения приговора. Хорошо, что с ним родители сейчас живут.

* * *

Когда они вышли на улицу и прошли за дом, где Намджун оставил машину, к ним подошла та самая девица лёгкого поведения.

— Слушай, парень, — обратилась она к Намджуну, — я на днях укаталась в мясо, — она щёлкнула пальцем по шее, — и уснула под кустом. А проснулась поздно ночью. И стала свидетелем странного действа. Двое полицейских вошли в подъезд, где жила госпожа Ю, и через минуту в её окнах я заметила лучи от фонарей. А потом... — девушка ссутулилась и обхватила себя руками.

Юнги почувствовал исходящий от неё животный страх.

— Что вы увидели? — поторопил он.

— Я не знаю, — честно ответила она. — На балкон вышло что-то большое, в плаще с капюшоном. Что-то огромное. На голову больше самого высокого человека. Оно как будто всматривалось в темноту. Я не видела лица, но испытала такой ужас... Мне казалось, под капюшоном нет лица. Это двигалось не как человек. Я не могу объяснить точнее. Оно как будто переваливалось, когда ходило. И знаете, — тихо сказала она, — эти полицейские и это огромное нечто не выходили больше из квартиры.

Девушка получила ещё несколько купюр и быстро удалилась.

— Она не лгала. Её страх был почти осязаемым, Намджун.

— Но что это может быть? — на Намджуна история девушки произвела впечатление.

— Не представляю. Но я на её месте свалил бы куда подальше отсюда. Мне не нравится, во что вылилось твое расследование. Подставили Чонгука, хотели устранить тебя и меня, странные твари в плащах, у которых нет лиц... Всё это тревожит не на шутку.

Намджун кивнул. Он тоже испытывал неприятное чувство незащищённости. Он ступил на опасную неизвестную тропу, и куда она может вывести, не знает никто. Юнги потратил много сил, устраняя следы из квартиры убитой. И поэтому принял предложение Намджуна подвезти его до дома.

— Зачем её убили, вот вопрос, — Намджун остановил машину возле дома Юнги и заглушил мотор. — Что думаешь о огромных существах? Это же бред, кроме людей в мире не живёт ни одна разумная раса, способная ходить на двух ногах.

Юнги сидел, уставившись в одну точку, и молчал. О чем-то серьёзно задумался.

— Маги же ничего не скрывают от обычных людей? — Намджун повернулся к товарищу всем корпусом. — Или есть существа из других миров, например, которые способны проникнуть в наш мир?

— Ты о тех, кто приходил к нам много лет назад? — Юнги наконец очнулся от дум и вспомнил, где находится.

— Правительство и маги так и не выяснили, откуда они приходили?

Юнги отрицательно покачал головой.

— Они, судя по всему, почти не общались с нашими властями. И они были среднего роста — метр семьдесят пять примерно. Они посмотрели на наш мир и ужаснулись, наверное, поэтому и ушли.

— Понимаю их, — хмыкнул Намджун. — Мы сами постоянно ужасаемся от многого, что происходит в мире. Неудивительно, что они свалили.

— Но как они попали к нам?.. Думаю, эта девица просто перебрала. Хотя не исключаю появления необычных существ. И необязательно из другого мира.

Намджун сдвинул брови.

— Магические эксперименты? После появления этих дымных огней в парке в районе Итэвон я бы не удивился. Когда маги с ними наконец разберутся?

Юнги только пожал плечами. Он не знал, какова природа появления этих дымных огней. Но тот, кто создал их, явно обладал способностями к эмпаии или что-то в этом роде. Огни чувствовали приближение человека и мгновенно пролетали сквозь него. Или оставались внутри, что было намного опаснее. В таких случаях люди почти сто процентов умирали: огни высасывали из них эмоции, чувства, а затем и жизненную энергию. И как только человек умирал — огни исчезали, потому что им больше нечем было подпитываться.

— Эти огни что-то вроде эмпатии наоборот. Они и чувствуют людей, их эмоции, и забирают их. — Юнги вышел из машины и наклонился, чтобы посмотреть на Намджуна. — Что теперь будешь делать? Будешь продолжать копать? Не боишься?

Намджун прислушался к своим ощущениям и мыслям. Пока он не знал ответа.

— Сидеть дома хуже всего, когда плохо. Одиночество и бездействие угнетает вдвойне. Чонгуку лучше бы чем-нибудь занять себя. Вы ничего сейчас не записываете?

— Он, чувствуется, впал в глубокую депрессию, — Юнги тяжело вздохнул. — Ничего не хочет, лежит весь день на диване и смотрит дорамы. И ест себя поедом. Зайди к нему, а? Ничего уже не исправить, и приговор уже вынесен, но твое мнение ему не безразлично, он всегда очень уважительно относился к тебе. Потому что я уже просто не знаю, что ещё сказать ему, как помочь, морально поддержать. Люди, которые за всем этим стоят, хотят опрокинуть нашу компанию?

— Подмочить репутацию? Может быть. У меня только такой вариант. И, честно, мне немного страшно. Они, должно быть, очень влиятельные люди с немереными бабками, если даже слушание по делу прошло так скоро после начала расследования. Как бы не угодить в новую ловушку. Кого ещё они захотят подставить, мы не знаем, надо быть осторожными.

Юнги задумчиво кивал в такт слов Намджуна, боясь, что Намджун может оказаться прав, и эти неизвестные преступники могут подставить кого-то ещё.

— Слушай, эту девчонку пострадавшую нужно найти. И если она не живёт по адресу, который ты мне дал, то где-то она всё равно должна засветиться.

— А институт, в котором она учится? Сходи туда.

— Да, как вариант можно проверить, но сейчас каникулы, вряд ли она там. Но ты подал мне ещё одну идею. — Юнги вопросительно поднял брови, а Намджун пояснил: — Одна девчонка, Ян Джию, с другого факультета того же института писала в комментариях, что она запросто может найти меня по городским камерам видеонаблюдения. Значит, кого угодно может найти с помощью системы распознания лиц. Возможно, она сможет отыскать Мин Юби — пострадавшую. Это конечно займет немало времени, и все же я попробую её уговорить помочь мне. Я узнавал про эту Ян, когда она угрожала мне в сети: она учится на программиста, причем, одна из лучших студенток своего института.

— То есть ты предложишь ей взломать камеры видеонаблюдения города, ты серьезно, Намджун? — удивился флегматичный Юнги.

Намджун кивнул.

— А как мы ещё можем найти эту Юби? Ты знаешь, что по разрешению властей города студенты могут подключаться к городским камерам?

— Так это только с разрешения, когда они учатся этому. А сейчас каникулы, никто не позволит вам подключаться к камерам по личному желанию.

Намджун всё равно был настроен решительно. Он сказал Юнги, что отправится узнать адрес Ян в институт завтра. А на сегодня волнений и страхов хватило с головой.

Остаток дня прошёл спокойно, а наутро Намджун решил сначала заглянуть к Чонгуку и поговорить с ним. Он остановился возле дома Чонгука, который всегда вызывал у Намджуна тревожность своим черным цветом. Этот дом ассоциировался с дворцами злых колдунов из сказок.

— Башня Сарумана, блин, — фыркнул Намджун и глянул вправо, заметив движение сбоку. Из ворот вышел Чонгук и направился по улице вниз. Намджун сразу понял, что парень немного нетрезв. Чонгук завернул за угол и скрылся с глаз. Намджун нахмурился, не представляя, куда пошел Чонгук. В том направлении были только частные дома, а за ними, поодаль, начинался тот самый парк, в котором не так давно появились дымные огни. Намджуна как ветром сдуло. Он вылетел из машины и бросился за Чонгуком. Парень ушёл уже довольно далеко, Намджуну пришлось бежать, чтобы предотвратить беду.

— Чонгуки, только не делай этого, — молился Намджун, сворачивая направо, к парку. И сразу увидел Чонгука. Парень уже вошёл в парк и ускорил шаг. Намджуну пришлось поднажать, чтобы успеть остановить непоправимое. Он почти догнал Чонгука возле того самого ручья, где огней было особенно много. Они как будто почуяли Чонгука, как свора гончих собак — дичь. И полетели в его сторону. На Чонгуке не было ничего кроме майки, шорт и кроссовок. Никакой цепочки на шее. Он был без защиты.

— Чонгук, СТОЙ!!!

Возможно,окрик Намджуна и спас Чонгуку жизнь. Он на секунду обернулся, и этого хватило Намджуну снять с себя защитную магическую цепочку и надеть её на шею Чонгуку. А в следующий миг Намджун плашмя рухнул в ручей. Чонгук застыл истуканом и с минуту безучастно смотрел в спокойное лицо хёна. Казалось, Намджун обрёл долгожданный покой, умиротворение. Его глаза бессмысленно смотрели в небо, но вряд ли хоть что-то могли видеть.

— Х-хён! — позвал Чонгук, сообразив наконец, что произошло.

Чонгук моментально протрезвел, наклонился над Намджуном и приподнял голову, чтобы вода не затекла ему в рот и нос.

— Господи, хён!!! — непроизвольно вскрикнул Чонгук, заметив, как по шее и груди Намджуна расползаются темные, дымные полосы причудливой формы. Чонгук расстегнул рубашку Намджуна и ощутил мучительную беспомощность. Грудь Намджуна словно покрывали уродливые шрамы от темноты, что таилась в огнях, которые остались внутри тела Намджуна. — Помогите, помогите мне! — беспомощно закричал Чонгук, молясь, чтобы патрульный маг находился поблизости.

И его молитвы были услышаны. Из-за кустов послышался топот ног, а секунд через десять молодой парнишка с нашивкой магического патруля присел рядом с ним, всматриваясь в Намджуна. Маг прижал ладонь к его груди и кивнул своим мыслям. Он помог Чонгуку вытащить Намджуна из воды и попросил Чонгука отойти шагов на десять.

— Единственное, что я могу сделать для него — убить.

Чонгук не верил своим ушам.

— Намджуни-хён... умрёт? Он не может, понимаете?! Он не может умереть, не попросив прощения. А потом сколько хочет может умирать, понятно?! Он не может так трусливо уйти, сдохнув по моей вине!

Маг с состраданием посмотрел на парня перед собой. Он прекрасно понимал, что у Чонгука просто шок. Но объяснять свои действия — тратить время впустую. Чтобы спасти человека, внутри которого засели эти странные огни, нужно было умертвить его, пока огни не выпили всю жизнь из пострадавшего.

— Хён умрёт, да? — Чонгук кулаком вытер катящиеся по щеке слезы.

— Тихо! — прикрикнул на него маг. — Мне нужно сосредоточиться, чтобы помочь ему. — Он положил руки Намджуну на грудь и остановил сердцебиение. — Всего-то секунд тридцать, не более. Этого достаточно, чтобы огни эти блядские исчезли. Когда человек умирает, его эмоции и чувства исчезают, а именно это в основном и питает огни, как мы поняли. Шансов двадцать к восьмидесяти примерно, но будем верить в лучшее, правда? Надейся, чтобы в нём была сильная тяга к жизни. Если человек сам не хочет жить, тогда все мои усилия напрасны. — Маг следил за секундной стрелкой на часах. И когда прошло полминуты он вновь положил руку на потемневшую грудь Намджуна.

Чонгук не отводил взгляд от рук мага, потому что смотреть на лицо Намджуна было безумно страшно. У него под кожей словно что-то двигалось. Но стоило магу остановить сердце хёна, его лицо посветлело. Как будто темнота внутри него ушла, испарилась без следа. Осталась только на груди, как уродливый шрам. Маг прижал одну руку к своему виску, а другую — к сердцу, заимствуя электрические разряды из своего тела, соединяя их в более мощный разряд. Маг вновь положил руки на грудь Намджуна, пропуская электрический разряд через его сердце. Несколько секунд — и Намджун вновь размеренно задышал. Отсутствующее выражение на его лице сменилось тревогой.

— Я жив?

— Нет, чёрт побери, уже умер! — крикнул Чонгук в сердцах. — Как можно так безрассудно рисковать своей жизнью?!

Намджун приподнялся и сел на траве, вспомнив, как здесь очутился.

— И это говорит мне человек, который хотел...

— Я передумал, — тихо и испуганно ответил Чонгук. — Я больше не хочу умирать.

Намджун встал и прямо посмотрел ему в глаза. Мальчишка выглядел ужасно. Бледный, потный, с печатью животного страха на милом лице и темными кругами под глазами.

— Пошли домой, — мягко сказал Намджун и повернулся к юному магу: — Спасибо, братец, не знаю, как тебя и благодарить. Просто от души — спасибо, — он крепко пожал протянутую руку довольного мага.

— Я надел на вас мой амулет для защиты. Не подходите больше к огням, это же опасно.

— Почему они на всех действуют по-разному?

— Ммм, думаю, зависит от эмоционального состояния человека. Чем больше тревог и переживаний, тем сильнее эти огни чувствуют человека. На некоторых людей они вообще никак не влияют, а другие — умирают. Ещё от духовной силы зависит. Вы, судя по вашей ауре, очень чувствительны эмоционально, но при этом очень сильны. На вас они подействовали наихудшим образом, но ваша тяга к жизни и духовное начало побороли с моей помощью эти огни. Шрам, правда, останется навсегда.

Намджун посмотрел на грудь и охнул от неожиданности. В районе солнечного сплетения темнел длинный уродливый шрам, похожий на трещину в скале.

— Пи..ец какой, — не сдержался Намджун.

* * *

Намджун поддерживал Чонгука под локоть. Парень слишком переволновался и шёл еле-еле переставляя ноги.

— Я так устал, как будто мешки грузил сутки. Я больше не хочу умирать, хён. Я испугался. Думал, ты умрёшь из-за моей глупости и трусости. Я хочу жить, правда, — с чувством произнес золотой макнэ.

Намджун вошёл в дом Чонгука вслед за хозяином и разулся. Чонгук обессиленно упал на диванчик в холле.

— Не говори только маме, что я хотел...

— Понятное дело, что не скажу.

Только он это произнес, в холл вышла мама Чонгука и неодобрительно поджала губы при виде Намджуна. Она окинула его презрительным взглядом, но вдруг испуганно посмотрела ему в глаза.

— Твоя грудь, — она указала пальцем на уродливый темный шрам. — Ты что, попал под огни? Ты умирал?

— Успокойтесь, тётушка, я всё же остался жив, — улыбнулся Намджун, думая о Чонгуке и его попытке лишить себя жизни. Мама Чонгука оставила их одних, и только тогда Чонгук понял, что Намджун оказался возле ручья не просто так. Он приходил к нему.

Намджун честно рассказал все, что узнал в ходе своего расследования. Чонгука это испугало и приободрило.

— Юби выглядела очень честной во время очной ставки. Не думаю, что она лгала. Да и на суде тоже выглядела настоящей, без грамма фальши. И всё же я хочу знать, кто она — жертва или соучастница сговора против меня или нашей компании?

— Кто-то очень влиятельный хочет опрокинуть нашу репутацию.

— И всё же меня, можно сказать, помиловали, — Чонгук упал на кресло в гостиной и закрыл глаза. — И я только сейчас понял, как это хорошо. Я остался на свободе, а это уже немало, правда?

— Твоя мама меня ненавидит?

— Нет, — неуверенно ответил Чонгук.

— Она не знает, кто настоящий виновник, поэтому винит меня. Её можно понять, — Намджун выглядел спокойным.

Чонгук печально смотрел на Намджуна какое-то время, словно желая сказать что-то важное, но лишь спросил:

— Как ты себя чувствуешь?

— Неплохо. Как после тяжёлого сна. После того, как огни вошли в меня, я больше ничего не видел и не слышал. Я как будто был нагой во тьме. Что-то тёмное обступило меня со всех сторон и не отпускало. И только сейчас я понял, что это был мой собственный страх, мои тревоги, переживания. Они как будто вытягивали из меня все силы. Но я не хотел оставаться там. Поэтому выжил.

Чонгук ссутулился и зажал руки между коленей. Выглядел жалким и испуганным.

— Всё в порядке, правда. Не нужно так переживать.

— Если кто-то у тебя на глазах умер по твоей вине, ты бы не переживал?!

Намджун кивнул, принимая его правоту. Он бы не мог простить себя до конца жиг.

— Это жестокий урок, Чонгуки. Не бывает поступков без последствий. Каждое твое слово, каждое действие имеет последствие. И кто-то может пострадать. Например, твои родители, которые до конца дней оплакивали бы тебя. И, кто знает, сумели бы они справиться с горем или сломались бы под его гнетом?

Чонгук вытер щёку и почувствовал прикосновение к плечу, а печальный голос Намджуна произнес совсем рядом:

— Неужели ты правда хотел уйти?

В данный момент Чонгук вообще не понимал, как решился броситься в кучу аномальных огней? Зачем он это сделал?! Будь он трезвый, никогда бы о таком не помыслил. Никогда! Даже учитывая всю шумиху вокруг его имени и хейта миллионов людей из-за судебного разбирательства. Он так и сказал Намджуну. Он хотел поблагодарить хёна за то, что спас его. Неизвестно, смог ли сам Чонгук выжить, если огни проникли бы в его тело. Хватило бы у него жизненной силы и желания жить? Но Чонгук больше не хотел никогда проверять свою духовную стойкость. Но самое главное — он не хотел видеть, как кто-то умирает за него, прекрасно понимая, что может погибнуть. Никто и никогда не совершал ради него такого поступка. Он хотел выразить свою благодарность, но когда очнулся от мыслей, в гостиной он был один.

— Как Намджун-хён не боится влезать в это дело? — Чонгук позвонил Намджуну и попросил не рисковать своей жизнью. — Я не хочу, чтобы ты пострадал. Правда, может, ну к черту все это?

— Они подбросили моё портмоне на место убийства. И подставили Юнги. Понимаешь? Я не буду рисковать понапрасну, обещаю. Хотя бы с Юби поговорю для начала.

— Позвони мне, если узнаешь что-нибудь интересное.

* * *

Намджун хотел съездить в институт, но передумал; встреча с огнями, чуть не убившими его, высосала все силы. Он едва дошел до квартиры и уже открыл дверь, но внутрь так и не вошёл. Внезапная слабость подкосила его ноги, и он обессиленно опустился на пол. Намджуна словно вырубило, и он погрузился в глубокий, спасительный сон.

Он так и валялся на полу, когда час спустя его нашел Чимин, решивший высказать ему всё, что о нём думает после вынесения приговора Чонгуку. Чимин присел рядом с Намджуном и потрогал шею.

— Я уж подумал, он того... Эй, а ну просыпайся! — Чимин пару раз хлестнул Намджуна по щекам. Бесполезно. Намджун так и продолжил спать беспробудным сном. — Да что такое с ним? — Чимин принюхался. — Вроде не пьяный. Намджун, Намджун! — Он схватил его за рубашку и испуганно отдернул руку, увидев под рубашкой уродливый шрам. Чимин понятия не имел, откуда он взялся и позвонил Юнги. — Не знаю, что с ним. Вроде просто спит, но я не могу разбудить его. Да ещё этот страшный шрам на груди. Откуда он у него? Как будто обугленный.

Юнги появился через пару минут. Присел рядом с Намджуном и аккуратно потрогал шрам и грудь Намджуна.

— Что скажешь? — наблюдая за действиями Юнги, поинтересовался Чимин. — Что это за хрень такая жуткая? — и понял по побледневшему лицу Юнги, что с Намджуном случилось нечто паршивое.

— Он умер, Чимини.

— Погоди, но он же дышит! — Пак не на шутку разволновался. Юнги объяснил ему, что значит этот шрам. Он осмотрел шею Намджуна и нахмурился:

— На нем не мой амулет, который я ему подарил для защиты от такой пакости вроде огней этих ебучих. Может, он потерял мою цепочку, и огни могли в него проникнуть? Но что он делал в том парке?

— Он в норме?

— Да, просто энергии много потерял. Ему нужен покой. Давай затащим его в квартиру.

С этим вышла незадача. Намджун для двоих невысоких и не самых сильных мужчин, как Юнги и Чимин, оказался слишком тяжёлым. Юнги пришлось применить магию, чтобы переместить товарища на диван в гостиной.

Чимин сел в кресло и наблюдал за тем, как Юнги сканирует состояние Намджуна. Юнги украдкой взял Намджуна за руку и некоторое время сидел молча, уставившись в никуда. Чимин подозревал, что хён думает о том времени, когда остался один лет восемь назад, когда не стало его родителей. И как раз в то время он и познакомился с Намджуном. С парнем, который всё время с ним спросил и мечтал о том же, что и Юнги.

— Как думаешь, — осторожно начал Чимин, — он мог специально туда пойти?

Юнги понял, что Чимин имеет в виду, и отрицательно покачал головой:

— Он бы не стал себя убивать. Тем более таким способом — ненадежным. Нет, тут сто процентов что-то другое. Судя по цепочке у него на шее, маг, который спас его, подарил ему свой амулет — для защиты.

Юнги и Чимин сидели в кухне Намджуна и болтали о суде над Чонгуком, попивая чай, когда в кухню вошёл выспавшийся хозяин квартиры.

— Чёрт подери, вы меня напугали! — Намджун схватился за левую сторону груди. — Я подумал...

— Что это те, кто подставил Чонгука и хотели подставить тебя?

Намджун неодобрительно глянул на Юнги:

— Зачем рассказывать всем подряд о моём расследовании? Мало ли кому он ещё может рассказать. А другой человек расскажет ещё кому-нибудь, и так далее.

— Я — не все подряд, — оскорбился Чимин. — И я уж точно не буду трепаться об этом на каждом углу.

Юнги кинул взгляд на грудь Намджуна.

— Как получил шрам? — осторожно спросил он. — Ты же не специально бросился в гущу огней?

— Э-э-э, — протянул Намджун, а обычно флегматичный Юнги здорово испугался и разозлился.

— Ты что, пытался покончить с собой? Проще броситься головой вниз с небоскрёба, еп твою мать!

Намджун присел за стол рядом с Чимином, взял бутылочку воды и отпил половину. Покрутил бутылочку в руках туда-сюда и допил воду до конца.

— Ну, долго будешь нервы нам трепать? — Чимин хлопнул Намджуна по плечу. — Ты специально пошел к огням?

Намджун кивнул, а Юнги чуть не вмазал ему.

— Мне пришлось... — Намджун смотрел в стол, когда рассказывал обо всем, что случилось в парке.

Намджун рассказал, что случилось у ручья, поднял голову и посмотрел на ребят. Чимин явно сдерживал слова, рвущиеся с языка. Парень выглядел злым и очень испуганным. А Юнги... безмерно усталым.

— Этого я и боялся, — тихо сказал он.

— Уверен, Чонгук никогда больше не решится на такой шаг, — Намджун, в отличие от ребят, был почти спокоен. Он уже пережил все возможные эмоции в связи с происшествием в парке. Это было непохоже на него, но даже свою временную смерть он сейчас воспринимал как нечто естественное. Когда он это сказал ребятам, они посмотрели на него с пронзительной жалостью и отголоском страха.

— Ты пугаешь меня, Намджуни, — Юнги смотрел на шрам Намджуна. — Ты же всегда боялся смерти. А теперь говоришь...

Намджун перебил его:

— Я просто уже испытал ужас, когда оказался в темноте среди своих страхов, переживаний и сомнений. Это было по-настоящему страшно — остаться навечно наедине со всем этим грузом моей души.

Парни немного помолчали, думая о смерти в целом и о смерти Намджуна в частности. С какого угла не посмотри, смерть страшила и приумножала желание жить.

— Тот, кто подставил Чонгука сидит очень высоко, это очевидно, — Чимин взял в руки кружку с остывшим чаем, чтобы чем-нибудь себя занять. — Ты не боишься влезать во всё это? А если тебя кокнут или поймают в ловушку?

Намджун шумно вздохнул. Он конечно понимал риск, но, возможно, недооценивал, и поэтому решил продолжить.

— Меня и Юнги и так уже пытались подставить, — напомнил Намджун. — Не хочу, чтобы это повторилось. Документы, которые я спер из квартиры убитой, ничего мне не дали, кроме имени её бывшего мужа. Я нашёл его номер в её записной книжке и позвонил с одноразового телефона, который купил рядом с метро.

Чимин закатил глаза.

— Ты прям как шпион-параноик, — хохотнул он. — И что выяснил?

— Её бывший сказал, что Юби действительно дальняя родственница покойной. Но где Юби живёт сейчас, он без понятия, не видел её лет пять. Сказал, что пару разу встречался с её родителями, но это было лет десять назад. Он, насколько я понял, запойный, даже не помнит их имен.

Юнги поднял руку, останавливая Намджуна.

— Но по делу не проходили её родители, потому что Мин Юби сирота с детства. Жила с тёткой-пьяницей, у которой проблемы с головой.

— Да, я знаю. — Намджун поставил на плиту чайник, чтобы вскипятить воду, но Юнги опередил его. Чайник окутался синим пламенем, взметнувшимся чуть ли не до потолка, и засвистел. — Полезное умение, — усмехнулся Намджун и налил в чашку кипятка. — Кстати, муж покойной сказал, что два дня назад к нему приходили из полиции и спрашивали, не знает ли он, где находится его жена. Они якобы ищут её по заявлению о пропажи её племянницы Мин Юби. Они были в её квартире, но, — Намджун поднял указательный палец, — квартира открыта, а хозяйки нет. То есть на следующий день после нашего визита к покойной явилась полиция. Интересно, почему тот, кто хотел меня подставить, ждал несколько дней, чтобы навести полицию на мой след? Они подкинули мой бумажник на место преступления несколько дней назад, если не больше, так почему полиция начала искать тётку только два дня назад?

— Думаю, чего-то ждали, — предположил Чимин. — Вот только чего?

Юнги видел, что Намджун чего-то не договаривает. И прямо спросил его об этом. Намджун вспоминал разговор с бывшим мужем покойной.

— Когда полицейские вышли из его квартиры, он подслушал их разговор. И один из полицейских сказал товарищу, что двое коллег пропали несколько дней назад в районе трущоб. Они патрулировали тот район и просто исчезли.

Юнги бросил на Намджуна сосредоточенный взгляд.

— Ты думаешь о том же, о чём и я? О том, что сказала нам девица лёгкого поведения? Об огромном человеке или существе в плаще на балконе убитой?

Чимин огромными глазами уставился на Юнги.

— Какое огромное существо? Ты специально меня пугаешь?

Намджун покачал головой.

— Девица сказала, что он был намного выше высокого человека. И у него как будто не было ничего под капюшоном. Может, ей с пьяных глаз привиделось? А может... — он развел руки в стороны и пожал плечами. — Кто знает. Глядите, что получается. Двое полицейских якобы патрулируют район трущоб. А на самом деле они проникают в квартиру тётки пострадавшей Мин Юби. Зачем они туда поникают? Скорее всего, тётка уже была мертва, потому что комната у неё одна, и она просто не могла не заметить, что по её квартире шастают двое полицейских и какое-то огромное существо.

— Зачем они туда проникли? Подбросить твое портмоне? — предположил Юнги.

— У меня тоже возникла такая мысль. Там, в квартире, эти полицейские сталкиваются с кем-то огромным и... не выходят оттуда. И их больше никто не видит.

Чимин залез с ногами на диванчик и спросил:

— Как всё связать в одно дело? Этот гигантский человек или гигантское существо... Оно какое отношение имеет к убийству? Не просто же так оно там появилось?

Юнги предположил, что девица напилась до чёртиков и видела то, чего не было.

— Но полицейские пропали в том районе, а девица сказала, что они как вошли в квартиру, так оттуда и не вышли, — напомнил Намджун. — А если этот огромный человек вообще не имеет никакого отношения к нашему делу? Такое тоже может быть. Но что он там делал тогда? И что он сделал с полицейскими? И куда он делся потом? — Намджун запустил пальцы в волосы и взъерошил их. Он достал из кармана телефон и позвонил магу, который спас его сегодня. Намджун хотел узнать, не замечал ли маг чего-нибудь странного, кроме огней?

— Вас интересует что-то конкретное? — уточнил маг.

— Что угодно, — расплывчато ответил Намджун.

— Я не замечал, но мой коллега, который патрулирует парк по ночам однажды видел странное... или странного человека огромного роста. Он как будто прятался за деревом и не хотел показываться. Сонхо позвал его и спросил, что он делает в парке, где опасно находиться из-за огней. Но этот гигант спрятался за деревом, и Сонхо его больше не видел. Сонхо сказал, что рост этого человека огромный, но не это удивило его.

— А что именно? — поторопил парня Намджун.

— Кем бы не был этот гигант, двигался он не как человек. А, как бы сказать, как будто аккуратно ступал на цыпочках и при этом переваливался. Так мне сказал Сонхо. Он, конечно, сообщил начальству, но никого подозрительного коллеги не нашли, хотя обшарили весь парк. А почему вы спросили об этом? Видели кого-нибудь странного?

Намджун решил, что ничего не случится, если он скажет часть правды.

— Одна девчонка видела подобное существо в районе трущоб, недалеко от старого здания городского архива. — Намджун продиктовал номер дома и название улицы.

— Хм, интересно. Насколько я помню, в этом районе всегда происходили магические аномалии... Ладно, господин Ким, спасибо за информацию. Если что-нибудь странное узнаете, звоните. Если в наш мир опять кто-нибудь проник, мы должны понять, насколько он опасен.

Намджун отключил телефон и заметил вопросительные взгляды ребят. Когда он рассказал, что узнал от мага, Чимин обхватил себя руками.

— Слушайте, мне что-то страшно немного. Ладно люди, они, конечно, опасны, но хотя бы понятны. А существо, предположительно, из другого мира, абсолютно неизвестная величина.

— Или мы себя накручиваем, — хмыкнул Намджун. — Но полицейские-то исчезли. Тут что-то не так.

— Да тут все не так, Намджун! — Юнги поднялся со стула и прошёлся по кухне. — Какой-то гигант без лица, который, возможно, завалил продажных полицейских. Чонгук, которого приговорили к штрафу, хотя статья у него была серьезная. Девица Юби вообще непонятно кто — жертва или соучастница, непонятно где живущая, и явно не сирота. И мы — под прицелом какого-то влиятельного лица.

Намджун согласно кивнул, думая, что в этом деле все непросто и опасно. Но отступать он не желал. Чимин считал, что это из-за его врождённого упрямства и желании доводить все дела до её конца.

* * *

Чимин и Юнги отравились по домам, а Намджун уснул сразу же после их ухода. Проснулся он, резко открыв глаза, как будто и не спал вовсе. "Странное ощущение, — подумал он, — как будто кто-то смотрит на меня из темноты". Он обвёл глазами комнату, но вроде ничего подозрительного. И всё же хотелось выбежать из спальни и укрыться в безопасном месте. Намджун хотел уже закрыть глаза, когда в левом углу комнаты, рядом с окном темнота как будто шевельнулась. Намджун затаил дыхание и пригляделся к темному углу. Тень. Точно. Вот что было неправильным. Тень в углу не соответствовала стоявшему там торшеру. Тень двинулась к Намджуну, и он закричал что есть мочи. Нечто гигантское поднялось с пола и выпрямилось во весь рост, доставая макушкой почти до потолка. Оно протянуло лапу к Намджуну, и парень инстинктивно толкнул его, опрокинув навзничь. Намджун выбежал из спальни и схватил телефон с тумбочки в гостиной. Обернулся на секунду. Оно стояло в проеме двери спальни и наверное смотрело на Намджуна. Парень выбежал из квартиры, не представляя, как поступить и куда звонить. Может быть, Юнги? Юнги ещё не спал и ответил почти сразу.

— Оно здесь, Юнги, это существо, — с места в карьер начал Намджун. — Я проснулся, а оно сидело в углу. Я не сразу заметил его. Оно просто огромное. Оно протянуло ко мне руку и я...

— Не части, успокойся, — приказал Юнги. — Как оно вообще попало в твою квартиру? Оно не набросилось на тебя, а сидело в углу, пока ты спал?

Намджун задумался, вспоминая только что произошедшую сцену в спальне.

— Да, вроде сидело, а когда я проснулся — поднялось во весь рост. Ты хочешь сказать, оно не хотело причинить мне вреда?

— Не знаю, но если хотело бы грохнуть, так чего проще убить тебя спящим? Да и нахрена существу из предположительно другого мира тебя валить? Может быть, просто спросить, что ему нужно? Ведь как-то оно нашло тебя, проникло в твою квартиру.

Намджун стоял на лестничной площадке верхнего этажа в одних трусах и решал, как лучше поступить. Слова Юнги звучали разумно, но что в голове непрошенного гостя никто знать не может. И всё же он решил рискнуть.

— Ты где сейчас? — подал голос Юнги.

— На верхнем этаже стою.

Через минуту Юнги появился перед ним со странным предметом в руках, похожим на древний клинок из дамасской стали. Намджун вопросительно поднял бровь. Юнги ответил на его невысказанный вопрос:

— Этим можно убить или ранить кого угодно.

Намджун нахмурился и покачал головой.

— Не хотелось бы, чтобы всё дошло до такого поворота.

— Я тоже не хочу, но нужно быть готовым ко всему.

Они вошли в квартиру Намджуна и включили везде свет.

— Никого, — непонятно было, чего больше в голосе Юнги — разочарования или облегчения. Намджун ещё раз прошёлся по квартире, заглядывая в каждый уголок, но его непрошенный гость как будто исчез.

— Нахрена он приходил тогда? — пять минут назад Намджун никогда не хотел бы видеть это существо, а теперь искал его, как нечто очень ценное.

Юнги встал напротив террасы и на что-то смотрел, не отрываясь, минуты две.

— Что ты видишь? — взволнованно спросил Намджун.

— Тёмное пятно в пространстве.

— Он что, ушёл сквозь пространство, оставив что-то вроде трекера?

— В-вполне возможно, — не совсем уверенно ответил Юнги. Он посмотрел на задумчивого Намджуна. Друг стоял, запустив пальцы в волосы: он всегда так делал, когда о чем-то сосредоточенно размышлял. — До чего додумался? — и понял по лицу Намджуна, что он действительно что-то понял, но как будто опасается об этом говорить. — Да давай уже, говори как есть.

— Я видел этого гиганта в темной спальне, маг — ночью в парке, а девица лёгкого поведения валялась под кустом, и тоже ночью. Может быть, это существо можно увидеть только в темноте?

— Хочешь сказать, он житель сумеречного мира? — удивился Юнги.

— Э-э-э, а такие миры существуют? — вопросом на вопрос ответил Намджун. — Так давай проверим. Только не делай резких движений, — предложил он, подошёл к выключателю и стукнул по нему.