Близкий враг (джен)

Он не всегда был правителем. Изначально Ари был известен как землепашец. Он трудился, сеял поля и собирал урожай, пока на его семью не обрушилось несчастье. Его жена погибла при родах, а сын Маки, единственный близкий человек, жил в своём мире.

По мере взросления Ари замечал, что сын не отзывается на зов и не обращает внимания ни на него, ни на окружающий мир. Маки разумом будто находился не в этом мире. Он был здесь телом, но не разумом.

Ари объехал почти всю Аркханту в поисках целителя. Но никто не мог ему помочь. Отчаявшись, отец поймал банши по имени Юэ, проводя неделями в засаде. По легендам, если поймать банши, она исполнит три желания. Это была правда. Но загвоздка заключалась в том, что желания должны быть материальными. Тогда Ари решил создать для сына безопасное окружение. Во-первых, он пожелал замок. Во-вторых, несметные сокровища. В-третьих, Ари не собирался просто так отпускать банши. Он пленил её неразрушимыми путами и заточил в подземелье под замком.

Он не хотел становиться правителем. Но власть давала ему ресурсы, армию, доступ к другим мирам. Ари принял её, как принимают яд, когда другого лекарства нет. С её помощью он захватил власть в своём мире, а затем искал спасения для сына в других мирах.

На Кондракаре Ари просил помощи у Оракула, но тот отказал, сославшись на невозможность вмешиваться в подобные дела. Отчаявшийся отец услышал это иначе: «Твой сын не важен». С этого дня Ари перестал верить в справедливость.

Он начал мстить. Все попытки наладить отношения между мирами заканчивались тем, что послы возвращались глубоко убеждёнными в правоте Ари. Это была иллюзия, манипуляция, вплетённая в их сознание. Прийти на Кондракар Ари не мог. Но он мог влиять на другие миры — в том числе Землю и Меридиан.

Питер Джефферсон был одним из первых его адептов. Ари сыграл на эмоциях парня, на его чувстве справедливости. Правитель Аркханты видел в Питере себя — такого же брошенного, такого же одинокого. Он внушил ему, что чародейки — враги, что мир против него, что только сила решает всё.

Но Питер отказался от пути Ари. Он увидел, что его сила и её методы применения приносят только зло. Тогда Ари нашёл в одном из миров великого разрушителя. Направив Джаггернаута на Землю, он спровоцировал существ и монстров, скрывающихся между мирами. Питер вступился за свой мир, за Сердце Земли, за Лилиан. В ожесточённой битве при поддержке Стражниц Завесы он одолел Джаггернаута.

Ари спустился в подземелье своего замка. Солдат, охранявший Юэ, отдал честь правителю.

— Не повезло... — молвила банши, сидя связанной в своём маленьком болоте. — Твой протеже отказался от тебя. Тебя обманул ребёнок.

Даже будучи связанной, Юэ оставалась верна характеру своего вида — эгоистичному и злому существу. Именно поэтому банши помогают только тогда, когда их ловят.

— Твоё мнение не имеет значения для меня и моего дела, — усмехнулся Ари. — Питер из рода Джеффри всё ещё полезен мне. Особенно когда он в команде. А теперь покажи мне его.

Зрачки глаз банши вытянулись в змеиные щели. Видение расплылось, как волны на воде, обнажая застывший мир, который пока не знал, что за ним следят.

Портал открылся на окраине Меридиана. Другое небо — сиреневое, с двумя лунами. Воздух сухой, пахнет камнем и старой магией.

Вилл вышла первой. Тарани за ней. Корнелия молча ступила на землю Меридиана — она знала, что Калеб где-то здесь, но не подала виду. Ирма вылетела из портала боком, развернулась в воздухе и приземлилась.

В этом мире их ждала группа воинов, облачённых в доспехи, во главе с Калебом. По хмурым лицам можно было понять, что это элитные воины. Калеб потом назвал их своими верными подданными. Они были именно теми, кто поднимал восстание против Фобоса.

Питер вышел последним. Босой, в джинсах, в старой майке. Он трансформировался на ходу — сталь побежала по телу, плечи раздались, рост увеличился. Приземлился с глухим грохотом, оставив на камнях трещины. В наушниках — AC/DC, Back in Black. Гитарный рифф — как удар хлыста.

Воины обратили на него внимание и ахнули. Они поклонились чародейкам и Питеру. Чародейки ответили кивком. Питер покраснел бы, да сталь мешала. Он неловко показал рукой — мол, не нужно. Когда он шёл вперёд, Олдерн с восхищением проводил его взглядом.

Калеб шагнул к Корнелии и коротко коснулся её руки. Она чуть заметно кивнула.

А потом начался короткий брифинг: Седрик и Миранда сбежали. Калеб ведёт на них охоту. След привёл к старому замку, но до него ещё нужно дойти.

— Может, нам с девчонками быстро слетать туда. Побить их. А как придёте — мы их уже готовенькими вам отдадим, — предложила Вилл.

— Не стоит. Это явно ловушка. Они нас ждут. Мы не уверены, но, возможно, в побеге им помогал Ари.

У всей команды чародеек блеснули глаза с вызовом.

— Веди, Калеб.

Группа двинулась. Хай Лин подлетела и без слов села на левое плечо Питера. Позади него, на спине, красовалась большая походная сумка Тарани. Проще было сказать, чего там нет — жалости к гордости Питера. Девчонки использовали его как вьючное животное. В целом, он был не против.

В сумке лежал провиант — сэндвичи, вода, ноутбук Тарани, спрей от насекомых, записные книжки. Хай Лин достала из сумки лист бумаги и ручку.

— Так. У нас теперь новый член команды. Надо заполнить анкету.

Ирма, летевшая рядом, хмыкнула.

— Анкету? Ты серьёзно? Мы на задании вообще-то.

— Да, Хай Лин. У нас задание, — вторила Вилл.

— У нас есть время, пока идём.

Питер пожал плечами.

— А я не против. Всё равно все какие-то напряжённые... — Он осмотрел своих новых товарищей по команде. — Давай, хохотушка, задавай свои вопросы.

— Вот! Слышали? Мне уже нравится.

Тут же подлетела к Питеру Тарани.

— Мне тоже нужно кое-что сделать в ноутбуке. Питер, я сяду к тебе на другое плечо?

— Валяй. — Питер рукой пригласил Тарани на второе плечо.

Она аккуратно села и раскрыла ноутбук.

— Надеюсь, заряда хватит.

Вилл выдохнула и посмотрела на Корнелию. Та пожала плечами.

— Ладно, только не шумите!

Вилл и Корнелия отлетели далеко вперёд. Они были на разведке.

Хай Лин просияла и поудобнее устроилась на плече Питера.

— Итак: имя мы знаем. Возраст?

— Четырнадцать полных лет.

— Дата рождения?

— 29 января.

Хай Лин на секунду задумалась, потом кивнула и записала.

— Водолей. Это меняет дело. — Она укусила карандаш, что-то вспоминая. — Водолеи — упрямые, себе на уме и всегда делают по-своему. Теперь понятно.

— А говорила — Рыбы, — хмыкнула Ирма.

— Я ошиблась. Водолей — это хуже. Или лучше. Зависит от того, с какой стороны посмотреть.

— В смысле хуже?! — вдруг возразил Питер.

— Хуже — потому что Водолея не заставишь делать то, чего он не хочет. А лучше — потому что он всё равно сделает так, как надо. Просто своим путём.

Ирма фыркнула.

— Короче, ты только что описала его идеально. — Она начала загибать пальцы в полёте. — Молчаливый, упрямый, всё по-своему. Хай Лин, ты да экстрасенс!

— Да не упрямый я! — Питер возмутился. Не злобно, скорее по-детски.

Все девочки, будто по команде, кивнули в стиле: «Ага, конечно».

— Я не экстрасенс, — скромно заявила Хай Лин. — Я просто внимательная.

— А кто тогда вы по гороскопу?

Ирма развернулась в воздухе и полетела спиной вперёд.

— Я — Рыбы. А ты Водолей. Это почти совместимо. Почти...

Хай Лин подняла голову от анкеты.

— А я — Весы. Воздух, как и Водолей. Так что мы с Питером одной стихии.

— В чём суть совместимости? Ты Рыбы, ты воняешь, я Водолей — я мою?

Ирма замерла в воздухе. Медленно повернулась к нему. Хай Лин на плече закрыла лицо анкетой и тихо захихикала.

— Воняю? Мою? Ты сейчас сравнил знаки зодиака с рыбой, которая протухла, и краном, который моет?

— Ну... да. А что, это не так работает? Она же сама сказала — Рыбы. Я — Водолей. Логично же.

— Логично, — давясь смехом, подтвердила Хай Лин. — Абсолютно логично.

— Не логично! Это астрология, а не рыбный рынок. Ты вообще в гороскопы не веришь, я вижу.

— Не-а.

— Вот и зря. Потому что по гороскопу ты должен быть умнее.

Питер и Ирма вцепились в словесную перепалку. Это было больше похоже на дуэль. Вилл и Корнелия летели впереди. Лидер чародеек хотела бы что-то возразить — мол, Хай Лин решила на задании узнать побольше о Питере. Но неделька выдалась сложная. Команда ещё не притёрлась к Питеру.

Нет, дело было не в Ирме. Она первая приняла его в команду. То ли череда событий показала его ей, то ли её эмпатия сыграла. Вилл до конца не была уверена. Но с ним она сцеплялась языками каждый раз. Это было похоже на то, как два фехтовальщика бьются в долгом бою.

С Хай Лин было проще. Он сразу к ней прикипел. Вилл замечала, что её лёгкость и ветреность скорее действуют на него положительно. Он не боится ей открываться. Будто знает, что она не обидит его. Хотя нет, он точно не обижается на неё и её смешки, называя мило — хохотушкой.

Питер и Ирма разменялись партией подколов и разошлись на ничье. Питер задал вопрос:

— А что? Я не врубаюсь просто в эти гороскопы... Ладно, Хай Лин, что дальше?

Хай Лин отняла анкету от лица, всё ещё улыбаясь.

— Дальше — любимый цвет. И не говори «чёрный», тебе не идёт.

— Серый! — тут же встряла Ирма. — Цвет стали. Или синий. Как... вода. Которой он моет рыбу.

И фыркнула от собственной шутки.

— Нет, не серый. Фиолетовый или сиреневый. Хотя, тут как посмотреть...

Хай Лин на секунду замерла, ручка дрогнула над бумагой.

— Фиолетовый? Это цвет магии. Цвет Кондракара. Ты серьёзно или опять шутишь?

— Я серьёзно. Мне нравится цвет неона. Особенно, когда он светится в темноте фиолетовым.

Хай Лин улыбнулась — не вежливо, а по-настоящему. Она записала что-то в анкету и тихо сказала:

— Фиолетовый неон. Красиво. И неожиданно. Ты полон сюрпризов, Питер Джефферсон.

Ирма прищурилась.

— Погоди. Здоровенный стальной парень. Меч внутри. Молнии из глаз. И любимый цвет — фиолетовый неон? Ты сейчас серьёзно? Это самый... странный набор, который я видела.

Питер с серьезным лицом смотрел на Ирму, показывая ей, что он говорит правду. У него уже появилось дикое желание послать её куда подальше. Но это означала бы, что Питер проиграл Ирме.

— Зато честный, — сказала Хай Лин. —

— Это всё? — спросил Питер

— Ещё нет. Любимая еда?

— Пицца! — тут же встряла Ирма. — Или бургеры. Он же парень. Все парни любят пиццу и бургеры.

Хай Лин проигнорировала её и посмотрела на Питера.

— Ты чего встреваешь? У меня спрашивают же!

Ирма развела руками в воздухе.

— Ну так я помогаю! Ты же молчишь, как скала. Кто-то должен предлагать варианты.

— Я не скала, — буркнул Питер.

— Ну да, ты сталь. Сталь тоже молчит.

Питер не выдержал.

— А когда мне говорить, когда ты трещишь без умолку?!

Хай Лин тихо засмеялась в кулак. Ирма открыла рот, закрыла и скрестила руки на груди.

— Ладно, остынь, железяка. Я молчком!

Она демонстративно застегнула воображаемую молнию на губах и отлетела чуть вперёд. Хай Лин проводила её взглядом и снова повернулась к Питеру.

— Итак? Еда?

— М-м-м... Хот-дог.

Ирма резко обернулась через плечо, но ничего не сказала — молния на губах. Зато выразительно подняла брови.

Хай Лин записала.

— Хот-дог. Принято. А теперь серьёзный вопрос. Очень важный. Ты боишься пауков?

Питер остановился и подумал.

— Не особо.

Хай Лин кивнула и что-то записала. Питер продолжил движение, как ходячая башня для Хай Лин и Тарани.

— Хорошо. Потому что Седрик и его подружка — она как раз паукообразная. Так что это был не праздный вопрос.

Ирма, не выдержав, разорвала воображаемую молнию.

— Интересно, что было бы, если он сказал — «да, боюсь»?

— Ты бы меня обратно понесла. Хе-хе-хе. — ответил Питер

— Ха-ха, это было бы забавно. Но он не боится. Так что просто имейте в виду — она плетёт сети. В прямом смысле.

Ирма уставилась на него.

— Я? Нести тебя? Ну уж нет! Обойдёшься. Две ноги есть — дотопаешь!

— Бла-бла-бла, — Питер показал руками рот. — Ладно, что там дальше по вопросам?

Ирма снова отвернулась. Но уже гордо, считая, что этот раунд за ней.

Хай Лин заглянула в анкету.

— Любимая музыка?

— Ну это сложно. Я думаю, что Disturbed. Linkin Park. Limp Bizkit... Там много всяких групп. Легче сказать, что я не слушаю.

Хай Лин и Ирма вопросительно посмотрели на Питера.

— Музыка Мэтта меня напрягает. —

— Ого, вот это ты ударил по больному всей команде! — сказала Ирма, хитро посмотрев в сторону Вилл.

— Ну, не моё просто и всё. Не хочу, чтобы между нами были обидки.

Хай Лин сосредоточенно записывала, шевеля губами. Ирма закатила глаза.

— Disturbed, Linkin Park, Limp Bizkit... Ты вообще что-нибудь весёлое слушаешь? Или только чтобы орать и крушить?

— Это не чтобы крушить. Это чтобы... — Хай Лин замялась, подбирая слово. — Чтобы выплеснуть. Когда внутри много всего.

Она посмотрела на Питера, он кивнул ей в знак благодарности, что ему самому не пришлось объяснять. А потом она добавила тише:

— Я понимаю. У меня тоже есть такие песни.

Ирма поморщилась.

— Disturbed? Это где чувак орёт, как будто ему на ногу упал шкаф? Я пробовала послушать. Чуть не оглохла.

— О вкусах не спорят...

— Особенно о твоих. Ладно, рок-звезда, давай дальше. Хай Лин, что там ещё в твоём списке?

Хай Лин заглянула в анкету.

— Есть ещё один вопрос. Но он не из списка. Почему ты пошёл с нами? Не на задание. Вообще. Почему ты с нами?

— А к кому мне ещё идти?

Вопрос повис в воздухе. Он отразился в каждой голове. Хай Лин не стала записывать. Просто посмотрела на него, кивнула каким-то своим мыслям.

Корнелия летела рядом с Калебом. Не совсем долгая разлука всё равно отразилась на ней. На нём тоже. Но он не показывал. Хоть и пытался.

— Я рад тебя видеть здесь.

— Спасибо вашим тюремщикам, у которых из-под носа сбежал гад Седрик... Но я тоже рада тебя видеть.

— Что поделать? Мы странные, и свидания у нас странные.

— Ты с Питером пару часов контактировал, а уже нахватался от него слов. — Корнелия хохотнула, прикрыв ладонью рот.

Между ними росло напряжение. Калеб сжался внутри настолько, что тяжело было даже сглотнуть. Корнелия даже не повернулась. Она почему-то боялась смотреть на него. Будто, если взглянет, он тут же исчезнет. Его заберут дела.

Калеб решился, взял Корнелию за руку ещё раз и сказал:

— Я скучал.

— Я тоже.

Корнелия улыбнулась и наконец посмотрела на Калеба. Он всё ещё шёл с ней рядом, тоже улыбаясь.

Допрос Питера продолжался.

— Последний вопрос. Честно, последний. Что ты чувствуешь, когда превращаешься? В сталь. Это больно? Или... никак?

— Это такой вопрос в анкете?!

Хай Лин смутилась и чуть покраснела.

— Нет. Это вопрос от меня. Не для анкеты. Просто... я воздух. Я чувствую ветер, даже когда его нет. И мне всегда было интересно — как чувствуют другие свою стихию. Ты не обязан отвечать.

— Что я неостановим!

Тарани, печатавшая что-то параллельно, осеклась на Питере. Что-то в этой фразе привлекло её. Пока они мило болтали, она набирала на ноутбуке характеристику на Питера. Ей была интересна его сила. Всё, что Питер рассказал — это древний меч, что он впитал его в себя, как губка. Тарани замечала, что за его бравадой и открытостью в ответах на вопросы из анкеты было что-то, что Питер скрывал. Осознанно или нет.

Также не малую долю её работы в ноутбуке занимали Ари и Сайлла. Спасибо магии — она смогла скрыть их слова в «Серебряном Драконе». Основная идея была в том, чтобы продолжать собираться в этом же месте. Общественное заведение родителей одной из чародеек не вызовет вопросов у людей. Но выбор нового место всё равно, так или иначе, всплывал в разговорах.

Питер ответил. Хай Лин кивнула и убрала анкету.

— Всё. Анкета закончена. Остальное — не моё дело.

Ирма покосилась на неё.

— Что, даже не спросишь, есть ли у него девушка?

— Это не для анкеты. Это для личного разговора. Когда-нибудь. Без бумажки.

— Нету.

Хай Лин моргнула. Ирма замерла в воздухе.

— Ты это сейчас... сам? Добровольно? Без вопроса?

Хай Лин тихо засмеялась и убрала анкету за пазуху.

— Спасибо за честность. Я это не записываю. Но ценю.

— В этом нет ничего зазорного, хоть на доске в школе запиши.

Ирма тут же оживилась.

— На доске в школе? Слышала, Хай Лин? Он сам предложил. Завтра же напишу мелом на большой перемене: «Питер Джефферсон. 14 лет. Водолей. Любит хот-доги и фиолетовый неон. Девушки нет. Обращаться в подвал».

Хай Лин прыснула.

— Ты этого не напишешь.

— Конечно, напишу. Может, тогда и найдёшь кого-нибудь сразу!

— Ирма, ты невыносима.

— Знаю. Но ты сам сказал — хоть на доске. Я просто развиваю мысль.

— Тогда я напишу, что ты вонючка.

Ирма драматично схватилась за сердце.

— Вонючка? Это поклёп! У меня есть свидетели! Хай Лин, ты слышала? Он угрожает мне клеветой!

— Я слышала. Но, Ирма, ты первая начала.

— Я не начинала! Я развивала мысль! Это разные вещи!

— Одинаковые.

— Ничего не одинаковые! Развитие мысли — это творчество. А «вонючка» — это оскорбление. Я творческая личность, а ты... ты... стальной болван!

— Вонючка, — повторил Питер.

Питер заржал в голос. Хай Лин вздрогнула от неожиданности — она впервые слышала, как он смеётся. Не хмыкает, не усмехается — ржёт в голос, запрокинув голову.

Его голос, который начал путь в стальных лёгких, а потом шёл к стальным связкам, казался очень громким.

Ирма замерла с открытым ртом.

— Ты... смеёшься? Ты умеешь смеяться?

— Водолей, — констатировала Хай Лин, улыбаясь. — Непредсказуемый.

— Ой, как я обожаю раздражать Ирму. Хай Лин, запиши это в анкету. У меня должно быть хобби.

Хай Лин с готовностью вытащила анкету и сделала пометку.

— «Хобби: раздражать Ирму». Записала. Официально.

— Что?! Это не хобби! Это... это... мелкое хулиганство!

— Хобби. Увлечение. Страсть.

— Запиши тогда и моё хобби. «Раздражать Питера». Или нет. «Ставить стальных болванов на место».

Хай Лин аккуратно дописала в анкете и подняла её, чтобы всем было видно:

— «Хобби Питера: раздражать Ирму. Хобби Ирмы: раздражать Питера». Идеальная совместимость. Водолей и Рыбы — конфликт стихий, но если подумать...

— Я не уверен, что это вообще работает. Я про гороскопы. Глупо, когда звёзды определяют твою судьбу...

Хай Лин задумалась, всё ещё держа анкету.

— Может, и не определяют. Но иногда это просто... помогает понять друг друга. Не всерьёз. А как намёк.

— Ого, какая философия пошла...

— Я согласна с Питером. Глупо надеяться на звёзды при составлении характеристик человека. — неожиданно заявила Тарани.

— Спасибо, Тарани.

На секунду она почувствовал удовлетворение, хоть и не показало это, продолжая печатать слова в ноутбуке. Ирма же согласилась по своему:

— Да, было бы обидно, если в гороскопе было указано о том, что нам пришлось бы тебя грохнуть.

— Или я бы вас... — Питер замолк, нахмурился и сморщил нос от отвращения к той ситуации и прошлому себе.

— Ладно, Пит. Мы уже не держим зла.

Хай Лин кивнула на слова Ирмы. Тарани была согласна. Если бы была против, то отлипла от своего ноутбука. Питер успокоился и расслабил лицо. Ирма улыбнулась, сделала круг в воздухе и вернулась.

— Но если ещё раз назовёшь крошкой — получишь водой в лицо. Понял?

— Хорошо, малышка.

Ирма замерла в воздухе. Хай Лин медленно опустила анкету. Тарани перестала печатать. Вилл обернулась. Корнелия тоже.

— Что ты сказал?

— Малышка. Это же не крошка. Другое слово. Ты сказала «крошкой» не называть. Про «малышку» речи не было.

Ирма открыла рот. Закрыла. Подняла руку — и в ладони закрутился водяной шар.

— Ты... ты специально? Ты сейчас нарываешься? Я же тебя предупредила. Я же... ты...

Она замахнулась водяным шаром. Питер не остановился. Ирма опустила руку. Вода растеклась по пальцам и ушла в землю.

— Ненавижу тебя.

Питер снова нахмурился и опустил взгляд, жалея о своём языке. В его голове пронеслась мысль — "Нужно было проиграть ей". Больше Ирма не говорила с ним.

Вместе с настроением природа тоже стала хмурой. Не было зелёных лесов и лугов. Только сухие стволы, которые, как уродливые пальцы старой карги, торчали из земли и будто хотели схватить путников.

Хай Лин тихо сложила анкету и убрала её. Впереди Вилл отвернулась и полетела дальше. Тарани снова застучала по клавишам. Корнелия бросила короткий взгляд через плечо — на Питера, потом на Ирму — и ничего не сказала.

Ирма летела впереди, не оборачиваясь. Питер шёл босой по камням. Анкета была закончена. Разговор — тоже.

-

Они пришли к старому замку. На вид ему было не одна сотня лет. И последнюю сотню лет за ним никто не ухаживал.

— Ого, и какая принцесса нас здесь ждёт? — спросил Питер.

— Уродливая, зелёная и с чешуёй, — ответила Вилл.

— Ну, какой замок, такая и принцесса...

— Разделимся. Я и Корнелия, Ирма и Тарани. Питер и Хай Лин. Калеб?

— Я и мои люди окружим замок. Потом присоединимся к вам. Только не ждите нас быстро. Тут могут быть остатки армии Фобоса. Если встретим сопротивление — задержимся.

— Принято, — кивнула Вилл. — Тогда не теряем времени.

Ирма, всё ещё не глядя на Питера, кивнула и полетела к Тарани. Корнелия молча встала рядом с Вилл, лишь махнув Калебу. Хай Лин легко спрыгнула с плеча Питера и зависла в воздухе рядом.

— Значит, мы с тобой!

— Отлично! — Питер выставил свою стальную ладонь. Хай Лин дала «пять».

Два представителя стихии воздуха по китайскому гороскопу шли по коридорам древнего замка. Прямо как в D&D. Поэтому Питер непроизвольно сказал:

— Кайф...

Хай Лин удивлённо подняла брови.

— «Кайф»? Ты радуешься? Мы в старой крепости, где засели Седрик и Миранда, а ты — «кайф»?

— Ну да. Я в древнем замке, где засели злодеи. Это же прям как у нас в игре. Эх... Если бы я мог показать ребятам это место... — томно, на выдохе, ответил Питер. — Жаль, здесь нет Мартина. Я думаю, этот мир мог бы заставить его отлипнуть от Ирмы.

Хай Лин на секунду замерла в воздухе и хихикнула.

— Не уверена, что это возможно.

Питер ничего не ответил, молча согласившись с Хай Лин.

Тут в голове послышался голос Вилл: «На западе чисто. Как у вас там?» Потом ответ Хай Лин: «На востоке пока ничего...» Питер начал забывать, что Тарани подключила его к телепатической связи между Стражницами. Ему было страшно, что они копаются у него в голове. Им тоже, в целом, тоже было страшновато слышать его мысли.

Вдруг ноги Питера провалились сквозь деревянный пол. Он секунду тупо смотрел на Хай Лин — в его глазах можно было прочитать «Ой-ой», — а потом его поглотил пол. Сверху рухнул потолок, завалив проход.

Хай Лин лишь отлетела в сторону, чтобы обломки не задели её саму.

— Питер!

Тишина. Только камень осыпается.

Она прижалась к завалу. Воздух молчал. Потом — глухой, далёкий голос, искажённый камнем:

— Всё тип-топ, Хай Лин!

Хай Лин выдохнула и прижалась лбом к камню.

— Живой. Даже не помялся. Темно только.

— Я позову Корнелию — она разберёт завал!

— Хорошо!

Хай Лин улыбнулась и связалась с Корнелией и Вилл.

Питер не стал ждать. До его ушей донёсся плач маленькой девочки. Инстинктивно он пошёл на источник звука. Небольшая комната во мраке, в углу которой он увидел плачущую девочку. Питер удивился. Потянулся к ней и сказал:

— Тише, тише.

Но внезапно она обратилась.

Корнелия легко разобрала завал и влетела первой. За ней — Вилл, Ирма, Тарани и Хай Лин.

Корнелия замерла. А потом с громким эхом засмеялась. Остальные, кроме Вилл, тоже засмеялись.

Посреди зала висел Питер. Вверх ногами. В стальной форме. Паутина оплетала его от плеч до ступней. Вид у него был не напуганный. Скорее недовольно-задумчивый. Недовольный тем, что его облапошили как дурака. А задумался он о том, что здесь не помогли его навыки игры в D&D. Если бы здесь был Мартин, он сказал бы, что Питер отлично следует характеру персонажа.

— Ты серьёзно? — раздражённо спросила Вилл. Потом она сама не заметила, как усмехнулась над Питером.

— Да, меня обманула девочка с каре, — стыдливо констатировал Питер.

Ирма, не удержавшись, прыснула.

— Девочка с каре. Это не девочка, Пит. Это Миранда!

Хай Лин достала фотоаппарат.

— Серьёзно? — спросил Питер, увидев «мыльницу».

— Это же твоё первое задание!

Щелчок. Вспышка. Питер зажмурился.

— Ты серьёзно? Я вишу вниз головой в паутине. Это позорное фото!

— Это историческое фото. Твоё первое задание. Потом будешь смотреть и вспоминать. Я назову его: «Малышка в ловушке».

Ирма заржала в голос.

— «Малышка»! Хай Лин, ты лучшая!

Ирма подлетела и сфотографировалась — мол, улов. Хай Лин с готовностью подняла фотоаппарат.

— Давай! Только встань поближе, а то не влезешь в кадр с нашим уловом.

Ирма упёрла руку в бок и сделала торжествующее лицо. Вспышка.

— Отлично! Это пойдёт в альбом. «Рыбачка и её улов», — гордо заявила Ирма.

— Я всё слышу!

— Молчи, трофей.

Раздались ещё пара щелчков и вспышек.

Вилл остыла и сама усмехнулась. Корнелия и Тарани только перестали смеяться.

— Да понял я!

Ирма лезвием воды обрезала паутину. Питер неловко упал вниз с огромным грохотом.

— Железная дубина — ноль, крутая Ирма — один.

— Я вообще-то сам собирался выбраться, — пробурчал Питер.

— Конечно-конечно. Просто ждал удобного момента. Минут десять, — саркастично согласилась Ирма.

— Я анализировал ситуацию.

— Ага. Вверх ногами. Очень удобно для анализа. Кровь приливает к голове — мысли лучше текут.

Ирма уже отвернулась, но на секунду задержалась, снова посмотрела на Питера, а потом полетела дальше. В её зеленых глазах читалось, что их схватка снова начинается.

Питер проводил её взглядом. Ничего не сказал. Только улыбнулся.

Хай Лин спрятала фотоаппарат и тихо добавила:

— Надо было всех сфотографировать.

— Нет времени. Эта подлюка ушла. Похоже, они отвлекли нас, — сказал Питер.

— Куда она побежала? — спросила Вилл.

Питер указал в тоннель. Вилл кивнула.

— Тогда не задерживаемся.

Чародейки улетели вперед и настигли Миранду и Седрика быстрее. Питеру же приходилось пробивать путь кулаками, круша завалы. Огромный змей и четырехлапая паучиха открывали портал. Но не такой, что открывался Сердцем Кондракара. Это была рукотворная арка с рунами. Реликт времен, когда завеса между мирами была тоньше.

Чародейки снова разделились. Вилл, Корнелия и Хай Лин атаковали Седрика. Ирма и Тарани атаковали Миранду. Тарани замешкалась, когда почувствовала грохот. Замок рушился от открывающегося портала. Миранда воспользовалась этим и окуклила паутиной Ирму — та упала на землю. Потом паучиха ринулась на Тарани, но огромная колонна позади Миранды вдруг поднялась, взмыла в воздух. Питер держал над собой огромный кусок высеченного, а потом уронил его на Миранду, прихлопнув как насекомое.

— Вот тебе за то, что обманула меня!

Грохот. Паучиха исчезла под каменной глыбой. Только лапки дрогнули и замерли.

Ирма всё ещё лежала в коконе на полу. Тарани пламенем надрезала путы, Питер дорвал паутину.

— Один-один, душенька.

Ирма встала, отряхивая остатки паутины.

— Душенька?! Ах ты!

Тарани поправила очки и тихо сказала:

— Если вы закончили, там Седрик уходит к порталу.

Ирма промолчала. Отвернулась и полетела к порталу — быстрее, чем нужно. Был отдан приказ от Вилл отвлекать Седрика.

*Питер в голове: «О, круть!»*

— Мой размерчик!

Седрик обернулся. Он был выше Питера, шире в плечах, с холодными змеиными глазами. Чешуя поблёскивала в свете портала.

— Твой размерчик? Ты хоть знаешь, кто я?

— Змеиная морда!

Седрик моргнул. Усмешка сползла.

— Ты стоишь передо мной — а тебе даже не сказали, кто я?

— Сказали. Что-то про то, что ты злодей. Остальное я прослушал. Было скучно, если честно.

Седрик перевёл взгляд на чародеек. Потом обратно на Питера. Он размял шею, хрустнув позвонками.

— Ну, тогда я представлюсь лично.

Он бросился на Питера — без предупреждения, всей массой. Змей в истинной форме: огромный, быстрый, с когтями, способными рвать камень.

Питер не собирался уворачиваться. Он опробовал, вкусил силу удара оборотня. Когти Седрика полоснули по стальной груди — искры брызнули в стороны. Питер отлетел на несколько метров, прокатился по каменному полу, снёс плечом обломок колонны и врезался в стену. Бой начался.

*Тарани в мыслях: «Странно слышать Питера в голове. Он — не как мы. Его мысли — не слова, а ритм. Быстрый, злой, с электрогитарой. Почему меня это завораживает? Должно пугать. Он в ярости, его швыряют в стены, а он встаёт — и этот ритм не останавливается. Он кажется более... свободным. Или это не свобода? Может, он просто перестал сдерживать то, что всегда было внутри? Надо сконцентрироваться».*

*Вилл: «Почему Пит всё время влипает в неприятности? Неважно, что он неуязвим. Я беспокоюсь о нём. Как и о Мэтте. Ох... Мэтт. Надо сконцентрироваться».*

Питер ударил Седрика в грудь. Сцепился с ним руками. Потом змей снова удар хвостом — Питер улетел в стену. Но тут же, как взведённый, прыгнул на Седрика, рыча.

*Питер в уме — не слова, а ритм. Бешеный, как пульс в висках. «Уоу, Чёрная Бетти, бем-ба-лэм...»\**

Фронт разделся, ибо в зал начали прибывать остатки воинов Фобоса, которые уже служили Седрику. Корнелия с Вилл обрушили арку старого портала, и магическая синяя спираль закрылась.

Седрик был загнан в угол, но сдаваться он не собирался.

Питера снова швырнули. Стена рухнула на него. Седрик решил воспользоваться этим, чтобы добить Питера.

— Эй, рептилия! — Ирма показала язык.

Уже второй раз гордость лорда Седрика была задета за этот день. Он пополз за Ирмой, но почувствовал, что его кто-то держит за хвост.

— Эй, морда чешуйчатая, я с тобой не закончил!

Питер потянул хвост Седрика на себя — резко. Так, что голова его описала полукруг вместе с туловищем, как метроном, и с ужасным грохотом рухнула на пол. Питер побежал вдоль хвоста и прыгнул на грудь Седрика и начал бить по его змеиному лицу. Точнее — морде .

— Я не слушал, потому что ты — неинтересный!

Хвост пополз по ноге Питера. Тот закрутился, обвился. Седрик хвостом швырнул Питера в сторону Корнелии. Питер успел оставить только начала фразы:

— Суаааааааа...

Там было что-то про какого-то сына.

Секунда. Она не увидела его. Питер превратился в человека. Лёгкое тело четырнадцатилетнего мальчика шмякнулось об Корнелию, и они оба упали на землю.

— Прости. Я не специально. — подняв голову и посмотрев на Корнелию, которая лежала на боку.

Корнелия смотрела на него — в глазах сначала была злость, потом что-то другое.

— Ты... цел?

— Да. А ты?

— Я тоже.

Седрик за их спинами поднимался — тяжело, с рёвом. Вилл крикнула:

— Потом! Вставайте! Он снова идёт!

Питер вскочил первым. Протянул Корнелии руку. Корнелия посмотрела на его ладонь. Взяла. Поднялась. Земля под ней дрогнула.

— Йоу, Корни. А метни-ка меня прямо в него!

— Что? Нет! — крикнула Вилл.

— Я... — Корнелия колебалась.

— Давай, блондиночка, кидай! — Питер злобно рявкнул.

Корнелия смотрела на него. Он стоял перед ней — в человеческой форме, в драной майке, босой, с разбитой губой — и улыбался.

Корнелия разозлилась и взмахнула руками. Питер взлетел над землёй, а потом полетел, как снаряд, прямо на Седрика. В воздухе, за пару секунд до удара, сталь побежала по его телу. Он врезался в змея кулаком в его и так побитую морду. Мощный удар в морду эхом прокатился по залу. Седрик пал и превратился в человека. Питер стоял над ним, гордо выпрямив грудь.

— Тарани, Корнелия, Хай Лин — давайте на помощь Калебу. Мы тут сами разберёмся, — скомандовала Вилл.

Троица улетела в сторону выхода. Седрик не проводил их взглядом. Опустив лицо, как будто он кланялся Питеру, змей ухмыльнулся.

Недолго думая, Питер сказал:

— Ого, это же тот стремный библиотекарь. Хм... Ну почему девчонки всегда клеятся к высоким, стройным блондинам с длинными и шикарными волосами, хорошим шампунем и манерами?

— Ты сам ответил на свой вопрос, — сказала Ирма.

— Я сам же ответил на свой вопрос.

Ирма фыркнула.

— Завидуешь, да?

— Во-первых — да. Во-вторых — кстати, два-один, в мою пользу.

— А как же момент, когда я его отвлекала от тебя?! —

— Так ты что, сдаёшься? — спросила Вилл, перебив Ирму и глядя на Седрика.

Седрик лежал на полу. Чешуя медленно втягивалась, тело уменьшалось, принимая человеческие очертания.

— Сдаюсь? Нет. Но бой окончен. Портал разрушен. Миранда под камнем. Я один. И у меня нет желания, чтобы меня ещё раз приложили колонной. Или швырнули, как мешок с камнями. Кстати, кто ты вообще такой? Откуда ты взялся?

— Там долгая история, — отмахнулся Питер.

Седрик приподнялся на локтях, пристально посмотрел на парня и усмехнулся. Питер разыграл сценку:

— А что? Ари про меня ничего рассказал? Ох как. — Он приложил руку к голове и томно, играючи вздохнул. — Ну что за злодеи пошли...

Питер замер на долю секунды. Седрик следил за ним снизу, опустившись на колени. В этот момент он вспомнил Фобоса. Разозлился и воспользовался моментом — выбросил руку в сторону. Из ладони вырвалось облако чёрного дыма, густого, удушливого. Все закашлялись. Когда дым рассеялся, Седрика не было. Только обрывки чешуи на полу.

Вилл резко обернулась к Питеру.

— Ты! Ты должен был следить за ним! Ты стоял ближе всех! Почему ты его не держал?

— Я... я не думал, что он...

— Не думал? Ты вообще думал? Или только шутил про шампунь и волосы? Мы упустили его из-за тебя!

Ирма стояла в стороне, скрестив руки. Она не вмешивалась — не потому, что была согласна, а потому что понимала: Вилл нужно выпустить пар. И Питеру нужно это услышать.

Питер не оправдывался. Он смотрел на обрывки чешуи на полу — туда, где только что был Седрик. Потом поднял глаза на Вилл.

— Она права...

Вилл замолчала. Она ждала оправданий, спора, шутки — но Питер просто сказал «она права» и отвернулся.

Ирма молчала. Но когда Вилл скомандовала возвращаться, Ирма прошла мимо Питера — и на секунду её пальцы коснулись его плеча. Легко. Почти случайно. Она не сказала ни слова. Просто жест. И тут же отдёрнула руку.

— Ладно, — сказала Вилл наконец. — Разбор позже. Сейчас — возвращаемся.

\* Spiderbait — «Black Betty»

-

Калеб и его солдаты ждали их у выхода из замка. Он стоял, скрестив руки, прислонившись плечом к старой кладке. Увидел Корнелию первой — она шла впереди, уставшая, с пылью на костюме. Их взгляды встретились. Корнелия ничего не сказала.

Потом он увидел Питера. Тот шёл последним, в стальной форме, и нёс на плече Миранду, связанную её же нитью. Питер угрюмо скинул паучиху на землю и сказал:

— Мерзкая чудила вам на сдачу.

— Что случилось? — спросил Калеб, заметив плохое настроение Питера и остальных.

— Седрик сбежал. Я не доглядела, — сказала Вилл.

— Это я не доглядел. Я стоял ближе всех, — поправил Питер, не поднимая глаз.

Калеб перевёл взгляд с Вилл на Питера и обратно.

— Седрик всегда сбегает. Это его главный талант. Не ваш промах — его опыт.

Он подошёл к Питеру и хлопнул его по плечу.

— Первое задание?

— Первое.

— У меня первое задание тоже провалилось. Меня чуть не скормили болотным тварям. Это нормально.

— Уж лучше болотные твари, чем злая Вилл.

Калеб хмыкнул.

— Злая Вилл — это страшно, согласен. Но она не со зла. Она просто... лидер. Иногда лидеры орут. Это не значит, что ты плох. Это значит, что она устала и ей нужно на кого-то покричать. Ты просто попался под руку.

— Она ведь права. Я упустил его.

— Возможно. А возможно, Седрик просто хорош. Он обманывал Фобоса. Уйти от новичка — для него не подвиг. Не кори себя.

— Одна радость — смог хорошенько его побить и размяться.

— Уже что-то. Да, мои бойцы восхищаются тобой. Говорят о том, что нам бы пригодился такой воин.

— Если Вилл прогонит, приду к вам. — Питер хотел пошутить, но получилось как-то сухо.

Калеб медленно покачал головой.

— Не выгонит. Ты не со зла оплошал. Для неё это самое главное. Просто Вилл привыкла всё тащить на себе. Она лидер. И когда кто-то ошибается, она думает — это её ошибка. Что она недоглядела, не объяснила, не подготовила.

— А может, я плохо слушал?

— Ты опять закапываешь себя. Просто сталь даёт тебе право на ошибку. Вот ты и расслабился. А у них нет права на ошибку.

Питер посмотрел на Стражниц. Несмотря на то что Вилл злилась, она с довольным лицом смотрела, как люди Калеба забирают Миранду. Хай Лин складывала фотоаппарат в сумку. Ирма поправила прическу и умылась водой. Тарани же смотрела на замок, который, по её подсчетам, скоро рухнет. А Корнелия ждала, пока Калеб закончит разговор с Питером.

— Ладно, поживём — увидим.

Питер положил руку на плечо Калеба и отошёл, направившись к Ирме, та хохотнула и брызнула в него водой, умыв его стальную кожу от грязи.

Корнелия подошла. Калеб отлепился от стены.

— Ну что? — спросила она.

— Нормально. Пара царапин.

— Я не про это. Вы долго.

Калеб кивнул в сторону Питера — тот смеялся и болтал с Ирмой и Хай Лин.

— Парню досталось. Не от Седрика — от Вилл.

— Я слышала.

— Ему нужно было выговориться.

Корнелия хмыкнула.

— Странно. Обычно ты не даёшь выговориться. Ты сам говоришь.

— Я учусь.

Они помолчали. Ветер гнал пыль у входа в замок. Солдаты грузили Миранду на повозку.

— Ты скоро уходишь? — спросила Корнелия.

— Да. Надо доставить Миранду в темницу. И доложить Элион.

— Понятно. Передавай привет Элион.

Она не сказала «когда теперь увидимся». Не сказала «я опять буду ждать». Просто стояла и смотрела, как его бойцы заканчивают погрузку.

— Корнелия, — сказал Калеб.

— Что?

— Я приду. Как только смогу. Ты же знаешь.

— Знаю. — Она помолчала. — Только не тяни.

— Не буду.

Он коснулся её руки — легко, почти случайно, а потом обнял.

-

Портал открылся на окраине Хитерфилда. Вечер. Обычный, тихий, с фонарями и гулом далёкой дороги.

Вилл вышла первой. Сухо попрощалась со всеми и ушла. Мэтт ждал её у калитки — он не спрашивал, всё прочитал по лицу.

Тарани смотрела на Питера. В её очках отражалось слово «не подходит» печатными буквами. Она закрыла ноутбук и побрела к автобусной остановке. Хай Лин задержалась на секунду, посмотрела на Питера, будто хотела что-то сказать, но передумала, просто обняла. Ирма сунула руки в карманы, сказала "чао" и пошла своей дорогой. Корнелия ушла последней. Не оглянулась.

Питер остался один. Босой, в драной майке, с разбитой губой. Сталь не успела заживить губу. Он посмотрел на свои ноги. Потом на небо. Потом на улицу, ведущую к его району. Оделся, взяв одежду из рюкзака.

Завтра в школу. А пока — домой.