О Дивный Новый Суд! (гет)

Прошло десять лет с расставания с Роном, но впервые Гермиона не могла бы принять оскорбления, которые сыпались на ее голову щедрее риса на фату невесты, с гордо поднятой головой. Она была той самой падшей женщиной, которая не знала имени отца будущего ребенка.

Кстати. Рис вредил голубям, Гермиона подозревала, что у них мог быть запор, подробности можно уточнить в орнитологическом справочнике.

Сегодня Грейнджер была несколько всклокоченней, чем обычно. Пожалуй, даже выглядела так, будто прибухнула с вечера. Но ничего подобного. Даже немного обидно. Когда на старших курсах студенты устраивали веселые посиделки, Гермиона находила более важные дела и чувствовала некоторый дискомфорт, прокручивая в голове все неприятные ситуации, которые регулярно возникают, когда неуправляемые подростки отравляют мозг алкоголем. Стопоры постепенно слетели с сознания, но к тому времени Гермионе уже был запрещен алкоголь. Иногда строго, чаще строжайше. Единственным легальным наркотиком для беременных было заедать стресс тем, что старшие дети размазали по тарелкам...

Гермиона прожевала морковь и скривилась — совсем не сладкая. Симус еще болтал с кем-то, то ли с Дорис с чрезвычайно глупыми ужимками, то ли с Самер из Кента. В условно рабочем гуле общего офисного пространства на стол перед Грейнджер приземлился характерный конверт. Карен медленно подняла на нее недоумевающий взгляд. За ней последовали Самер, Джулия, Дорис и Симус.

Хмурясь, под слишком пристальным вниманием Гермиона распечатала коричневый маленький конверт. Она не чувствовала обычного в таких случаях нервного напряжения под диафрагмой. Впрочем, у нее там было занято, может в этом причина.

— Что?!

Гермиона зарекалась и клялась не ходить в этот кабинет. Никогда. Ни для кентавров, ни для эльфов, ни для какого-то героя-спасителя магического мира! Но внутренний запрет полетел к черту, стоило ей за стандартным текстом увидеть имя.

Грейнджер вскочила, так что эргономичное удобное кресло отлетело к собачьим мерлинам, и из-за спины донеслось сдавленное "ой", но замечания от пострадавшей стороны не последовало.

Со скоростью не подобающей женщине в ее положении, Гермиона понеслась в Отдел тайн.

Заметно увеличившаяся в габаритах Парватти не успела выбраться из своего мягкого кресла. В спину летели ее нечленораздельные протестующие восклицания.

— Что это значит?!

Лорд крутанулся от обычного вида из окна. Зловещесть жеста не могла оставить равнодушным самого прожженного Пожирателя... но не кого-то, кто был слегка беременнен и получил на внеочередном распределении имя гребанного Питера Петтигрю!

— Дражайшая миссис Реддл, — мягко прошелестел Волдеморт, сильно подаваясь на стол длинными руками. — Выпейте зелье.

Гермиона нервно глотнула из дежурного стеклянного бокала и, уже проглотив, обратила внимание на непривычный вкус.

— Что это?!

— Некий состав для улучшения кожи...

Нетипично, но Грейнджер философски сделала еще глоток.

— Северус...

Гермиона глотнула снова.

— ...должен был изготовить его для меня...

Ведьма поперхнулась. Стоило попереживать об отсутствии выпивки в жизни — и вот результат! Напилась некроматического декокта для подтяжки трупных щечек Лорда!

— ...но он был занят, — под надсадный кашель Гермионы Волдеморт, наконец, закончил мысль.

— Откуда это?! — обливаясь слезами после приступа, выдавила ведьма.

— Комбинат Гринграссов. Состав для изначально живых. Решил, выбрасывать грех.

— Как рассудительно с вашей стороны…

Лорд со значением кивнул.

— Вам должно быть интересно, зачем я вас пригласил…

— Пригласили? Я пришла из-за ошибки алгоритма…

Волдеморт невозмутимо смотрел ей в глаза.

— Это… — выдавила Гермиона, по-прежнему ощущая першение в горле, — было сделано умышленно?

— Алгоритм не ошибается, — Лорд пафосно откинулся на мягкую спинку. — Никогда! А Петтигрю давно мёртв.

Ведьма ещё несколько раз кашлянула. Отчасти по необходимости, отчасти, чтобы занять паузу. Лорд до сих пор ждал от неё ответа, догадки.

— Наверное… это как-то связано с моим неудачным проектом…

— Вы о «разгуле Грейнджер»? — зачем-то уточнил Волдеморт. — Понимаю, странно звучит… на совещании я предложил назвать тот законопроект «разгулом Волшебницы Гермионы», но меня не поддержали, сказали, слишком длинно… — глаза Лорда стали темнее. — «Грейнджер» — что это вообще такое? Бессмыслица какая-то… Но большинство проголосовало за этот вариант.

За последние годы Гермиона научилась не краснеть.

— Тогда я не знаю…

— Что же вы, миссис Реддл! Это элементарно! — Лорд широко развёл руки, приглашая её увидеть очевидное. — У меня нет правильных зелий!

— Вы… хотите, чтобы я приготовила зелье?

Варить зелья самостоятельно выходило за рамки дозволенного женщинам не чистого происхождения. Формально заявлялось, что стояние у котла, вдыхание паров может дурно сказаться на здоровье и внешности. Гермионе никогда не доводилось по-настоящему использовать магию на работе. Отправка самолётиков с посланиями не в счёт.

— Разумеется, нет! — отрезал Волдеморт, почти оскорбившись. — Северус! Он не смог приготовить мне зелья!

— С ним что-то случилось? — напряглась Гермиона. В самом деле, это ужасная потеря для её семьи. Плакать будет не только бедный Эйлин…

— Да что с ним будет? Он исследует тело.

— Чьё тело?

**

Признаться, Гермиона упустила шанс ознакомиться с «Пророком». Наступление беременности сделало её медленнее, и на заплетение рыжих волос Розы, русых Хельги и чёрных как смоль Иоланды ушло больше времени. Ведьма едва успела убедиться, что дети не тащат с собой магических предметов, прежде чем провести их через заведение Тома в маггловскую часть Лондона. Потом она опрометью бросилась собирать младших. Сегодня пришлось сдать их в сад. Грег довольно часто мог располагать своим временем свободно, и было бы чрезмерно с её стороны злиться на него, когда Гойлы-старшие требовали присутствия сына в поместье.

В содержании статей на первой странице беременных просили воздержаться от чтения третьей. Грейнджер с нетерпением сразу её открыла.

— Лаванду Реддл убили? — удивлённо выдохнула она.

Конечно, Браун была чистокровной, но числилась в Отряде Дамблдора, а потом участвовала в битве. Возможно, ей хватило безрассудства позже ляпнуть что-то радикальное и провокационное для нового режима, но это были лишь слухи и предположения. Тем не менее, она оказалась повязана с париями-Уизли. Его вторая после Гермионы. Конечно, если для них двоих это не было возвращением к старому, в чём Грейнджер уже не была уверена.

— Я знал, дорогая миссис Реддл, что вы именно та, кто сможет быть полезным, — удовлетворённо отметил Волдеморт.

— Извините? — на лице ведьмы появилась жалкая непонимающая гримаска.

Лорд молча указал вытянутой ладонью на боковую дверцу. Гермиона не кипела, не испытывала приступов ярости или ещё чего-то такого. Только безнадёжную безысходность. Что она могла поделать? Даже если формально «Разгул Грейнджер» был отменён, едва ли она могла отказать самому Гранмастеру.

Она поднялась с кресла для посетительниц (мужчинам сидеть при Лорде не позволялось) и побрела в Тайную комнатку наследника Слизерина…

Все мысли напрочь выбило у неё из головы, стоило переступить порог.

— Что это…

Гермиона предполагала, что Лорд успел бесшумно подкрасться со спины и теперь заглядывал ей через плечо и видел то же, что и она. Помещение было вытянутым и по сравнению с кабинетом просто крошечным. Здесь помещалась двуспальная кровать, и в прошлый раз не было больше вообще ничего. Теперь на тёмной, как и в кабинете, стене висела большая пробковая доска, увешанная колдографиями, перевитыми красными нитями.

— Вы… всё это сами сделали?.. — Грейнджер так и застыла в дверях, мешая Лорду войти. Часами снующий с канцелярией и нитками Волдеморт не укладывался в её голове.

— Нет, — он вздохнул, будто выражая потоком воздуха, что такое творение действительно своим великолепием заслуживало выйти из-под руки мастера тёмной магии. — Барти Крауч.

— Барти Крауч?!

— Младший.

— Но… разве он не мёртв? — робко осведомилась Гермиона. Сегодня ей уже пришлось ломать голову над схожим вопросом, и, положа руку на сердце, она себе не до конца доверяла.

— После миссис Реддл? — удивился и заинтересовался Лорд.

— Нет… много лет назад…

— Ах! — пугающе усмехнулся и отмахнулся маг. — Вы про этого…

— Есть… разве… другие?

— Это же элементарно, миссис Реддл. Я назвал своего эльфа Бартемий Крауч Младший-Младший.

— Вы назвали домовика в честь Барти Крауча? — всё ещё не могла переварить Грейнджер.

— А что? Преданный был малый… Для удобства зову просто Барти или Краучем.

— …а почему все красные линии сходятся на Поттере? — подозрительно осведомилась Гермиона.

— Дражайшая миссис Реддл, — Лорд отодвинул её в сторону, проходя к творению эльфа-профайлера, — пусть лицо моё не испещрено морщинами, я прожил достаточно лет, чтобы ответственно вам заявить — когда происходит какая-то пакость, в этом, как правило, виноват или хотя бы замешан Поттер.

Практически сплюнув последнее слово, он повернул к ней лысый буграстый затылок.

— Я думала… это помещение для отдыха, — всё ещё мялась на пороге Гермиона, невольно вспоминая свои прежние посещения.

— Вождь всегда думает о своём народе.

— Как… самоотверженно…

Лорд серьёзно кивнул.

— Я решил, что вы как раз та персона, которая сможет задать любые вопросы и не вызвать подозрения. Только что моё предположение подтвердилось.

Гермиона закатила глаза, пользуясь тем, что Лорд занят схемой.

— Задавать вопросы? Я? А как же мракоборцы?

Багровые буркалы уставились на неё.

— Нельзя слепо полагаться на работу ведомств. Преступление резонансное. Когда процедуры мракоборцев затянутся, мы должны будем отвечать на вопросы возмущённой общественности. И должны быть к ним готовы.

Гермиона решила не спрашивать, почему он говорит о себе во множественном числе.

— Вы хотите, чтобы я задала вопросы Поттерам?

Воздух с лёгким свистом вырвался сквозь сжатые зубы. Встреча обещала выйти тяжёлой. Может, для постороннего она и казалась подходящим человеком для подобного визита…

— Не сразу, — предостерёг Лорд. — Хоть это и известные террористы и экстремисты, следует действовать деликатнее. Сначала опросим Уизли.

— Вы… собираетесь отправиться лично? — услышав «опросим», Грейнджер перешла напрямую к выводам.

Руки заложены за спину, подбородок с достоинством кивает.

— От своего имени?.. Это может быть нехорошо для расследования, как с вашей стороны, так и со стороны мракоборцев — вы же покажете, что не доверяете их профессионализму…

— Я пришёл к таким же выводам, — снова довольно кивнул Лорд. — Убеждаюсь, что вы, миссис Реддл, именно тот помощник, который мне нужен… пускай и допускаете ошибки. Но с вами буду я, чтобы подстраховать от новых сокрушительных провалов…

Гермиона сцепила челюсти и промолчала.

— …Руквуд кое-что придумал для меня… не обнаруживается магией…

Ведьма переступила с ноги на ногу и облизала губы. Мало ей было гормонов. С Лордом бросало из жара в холод. То какое-то мерзкое склизкое ощущение связывало внутренности, то желудок проваливался куда-то ниже некуда от неприятного предвкушения, то уши с интересом улавливали каждое слово, а глаза жадно целились в новую разработку бывшего Отдела тайн, а ныне организации внутри Министерства под названием Тайные Отцы.

Подразумевалось, что эти волшебники заботятся о магическом сообществе, как отцы для всех и каждого, почти как Лорд, состоящий в браке со всеми магглорожденными и полукровками определённого возраста. Но Гермиона подозревала, что главное слово всё-таки тайна. Ни от одной женщины она ещё не слышала, что у неё были дети, например, от Руквуда.

Лорд тем временем вышел из смежной ванной с чем-то в восковых руках. Он держал это бережно, в лице можно было прочесть предвкушение.

Внутренности Гермионы скатились по очередной американской горке.

— Руквуд изобрёл для вас… нос?

С бережностью, с которой держат чистокровного первенца, большие ладони мага демонстрировали объект из полимеров. Грубые чёрные очки с крепящимся к ним силиконовым внушительным носом.

— Требуется небольшая калибровка… — Лорд нацепил изобретение Тайных Отцов себе на уши. Нос оттопыривался, не желая ровно лежать не небольшом выступе на лице химеры. — Помогите мне, миссис Реддл…

Грейнджер молча сходила на рабочее место за сумочкой. Облагороженный кусочком скотча и тональным кремом, Лорд остался довольным.

На глазах Парвати дверь самого страшного кабинета Министерства магии отворилась на несколько сантиметров. Наружу медленно выдвинулась белая когтистая рука в свободном чёрном рукаве.

— Смотри в левую стену. Считай до пятисот. Вслух!

— Раз, два…

Гермиона пересекла вестибюль вслед за Волдемортом. Парвати послушно выполняла приказ и совсем непохоже на себя времён Хогвартса не пыталась подглядывать.

В Атриуме маги спешили к каминам и от них. Голограмма на обычном месте призывала заниматься любовью, а не войной. Лорд вёл ведьму за собой, оглядываясь по сторонам с интересом неофита. Его одеяние, если не присматриваться, легко можно было принять за чёрную мантию.

— Волшебница Гермиона! — расплылся в малоприятной улыбке Корбан Яксли, выруливая из неизвестности. — Слышал, вы опять посещали Тёмного Лорда… Очередной проект, который вы не пожелали направить на рассмотрение традиционным путём?

— Нет, — сбивчиво начала Гермиона, оглядываясь по сторонам. Остановившийся в двух шагах Лорд с интересом ожидал её объяснения. Проблема в том, что звучать это объяснение желательно должно было в разных редакциях для них обоих. — Нет… Я обращалась к Гранмастеру насчёт очередного распределения… я… э-э… уже… поэтому решила уточнить, как воспринимать приказ…

Корбан, жуя узкими губами, задрал голову с видом превосходства, после чего насмешливо кивнул и провалил во славу Мерлина.

— Леди! — обрадованно отреагировал заскучавший швейцар в зелёной форме. — Сюда!... Вы, сэр, можете воспользоваться камином…

— Нет, я сопровождаю миссис Реддл. Она переволновалась…

— О, я вижу, — охотно поддакнул незнакомый волшебник. — Извольте…

Осмеливаясь ругаться только про себя, Гермиона встала на эскалатор, тянущийся вверх под мелодию из творчества Селестины Уорлок. В затылок дышал сквозь свою маскировку Лорд. Ведьма уже привычно шагнула к автобусам, когда Волдеморт придержал:

— Не сюда…

Ещё одна боковая неприметная дверца напрягла Гермиону. Будет номер, если вся предыдущая суета окажется лишь прелюдией для желающего разнообразить интимную жизнь ходячего кадавра тёмного мага.

За дверью оказался такой же гараж… ну, то есть, не такой же, конечно. В обычном месте беременных волшебниц ожидали автобусы фирмы Дневной Рыцарь. Они позиционировали себя, как такие же доступные, как Ночной прототип, но куда более бережные в доставке пассажиров. В основном, пассажирок. По заявлению владельцев водители были обучены принимать роды. Гермиона считала, что ей повезло, что она не видела ничего подобного лично.

Гараж, в который они попали, вмещал лишь одну легковушку, компактный фольксваген серо-голубого цвета.

— Вы ведь умеете водить? — Лорд направился к пассажирскому сидению.

Да. Пребывание Гермионы у Гойлов во многом утвердило молодую ведьму в желании жить. Дело не только в том, что она оказалась избавлена от хлопот по дому, благодаря состоянию и эльфам чистокровной семьи, и не только в том, что Грег познал в ней женщину и был предельно благодарен, ибо она по своей наивности научилась говорить ему «нет» только после вторых родов. Гойл-старший был доволен, что под контролем Гермионы и Розы его сын стал делать меньше глупостей и почти перестал попадать в дурацкое положение перед посторонними, кроме того он был не такой монстр, чтобы не отметить улучшившееся настроение отпрыска. Старый слизеринец был не против оплачивать её маленькие прихоти, и иногда подходил к креслу, на котором она обычно читала, или в детскую, где она занималась с Розой, а потом и с Хьюго, и сам осведомлялся, что бы она хотела.

Гермиона хотела учиться. Вождение было в числе навыков, которые она получила.

Лорду повезло, что беременность делала из неё большего созерцателя, нежели беспощадного логика. Грейнджер резко ударила по газам.

— Вы не спросили адреса, — сложив руки в замок на плоском животе, заметил Лорд.

— Вы сказали, мы едем к Уизли. Планы изменились?

— Нет… вы не спросили, как добраться…

— Там мои дети, — сухо изрекла ведьма. — Я знаю, как туда добраться.

Когда какое-то распоряжение поступало в коричневом конверте, его не обсуждали и не оговаривали с непосредственным начальством. Когда Лорд сказал ехать, Гермиона просто села в машину и завела мотор. Она не убедилась, что у неё есть с собой водительское удостоверение или документы вообще. Она не думала об этом.

Когда её остановил полицейский, она всё-таки затормозила. Гнать машину с Лордом от стреляющего патруля? Бр-р-р…

Когда-то она могла сделать такое для Поттера и Уизли. Легкомысленная малолетняя идеалистка.

Лорд неподвижно сидел на пассажирском, будто движение не прекращалось. Полицейский со скептическим выражением опёрся на крышу и склонился над приоткрытым окном.

— Вы не пристёгнуты…

— Конфундус…

Гермиона подождала полминуты и двинулась с места. Полицейский всё ещё стоял на дороге.

— Мой Лорд? — неуверенно обратилась Грейнджер, не сводя глаз с дороги и зеркальца заднего вида. — Вы ведь… не применили магию…

— В самом деле? Почему же он тогда подчинился?

— Наверное… подумал, что вы иностранец… — или что водитель беременная, а с ней в салоне тип, более всего похожий на грабителя банков. Возможно, полицейский уже вызывает подмогу. Возможно, за ними уже следит маггловский спецназ…

Гермиона накинула дезиллюминационные чары на машину. Её прошило подозрение:

— Мой Лорд. Вы вообще взяли палочку?

Волдеморт завозился, ощупывая потайные места своего бесформенного одеяния.

Грейнджер напряжённо выдохнула через вытянутые губы. Самое нелепое было не в том, что грёбанный сильнейший тёмный маг современности был способен забыть взять палочку, и не в том, что она, активистка ордена, боровшегося с чистокровными, сейчас везла этого воскрешённого полукровку в малолитражке по Эджвер Роуд, опасаясь вооружённого патруля…

Самое нелепое было то, что даже если она хладнокровно как последний бойскаут увезёт Волдеморта к чертям собачим и сбросит машину в Дувр, ничего не изменится.

Всем довольные маги-мужчины притворятся, что Лорд сидит у себя в кабинете. Возможно, лишь система коричневых конвертов станет более путанной и коррумпированной, а количество Малфоев примется расти двойными против нынешних темпами…

Лорд ещё возился.

— Хватит, — бросила Гермиона тоном задолбанной матери. — Либо останавливаемся и всё проверяем, либо едем на место так и проверяем уже там.

Волдеморт вздохнул и прекратил копошиться.

Под дезиллюминационными чарами соблюдать большинство правил не было смысла, так что Гермиона выжала из машины всё, на что та была способна.

— Не нашёл? — мрачно глянула она на вышедшего из машины мага.

Лорд помотал лысой головой.

— Мы ведь хотим лишь поговорить…

— Да, — допустила Гермиона, прикинув обстановку про себя. Даже если она хотела сделать какую-то гадость Уизли, это не значило, что она прямо собиралась её делать. Невооружённый Волдеморт в таком месте действительно звучал как компромисс рационального в голове Гермионы с её совестью и жаждой мщения. — Хорошо. Идём.

— Миссис Реддл… трансфигурируйте мою одежду… — он развёл длинные руки, как никогда напоминая огородное пугало в свете солнечных лучей. — Во что-то повседневно-городское…

Вообще-то такие заклинания были под запретом для нечистокровных, не служащих мракоборцами. Как впрочем, и дезиллюминационные. Но ведь Лорд приказал.

Гермиона взмахнула снизу-вверх палочкой и, не сбавляя темпа, направилась в главный вход, выполненный в форме радуги. Рядом располагался пятиэтажный фиолетовый автобус Большой Принц, транспорт с самыми высокими стандартами безопасности и самыми маленькими сидениями, собственность Министерства Магии, проезд за счёт Лорда.

Выложенные песчаником дорожки обрамляли, как сорочку кружева, битые жизнью бордюрные цветы, дальше превращающиеся в кусты бирючины по пояс взрослому человеку. Гермиона поёжилась, представляя, каково в таком лабиринте искать какого-нибудь застенчивого молчуна…

На большой территории, ранее именуемой деревней Оттери Сент-Кэтчпул, располагался детский парк Уизли. Он назывался просто Детским садом, но работали здесь практически одни Уизли, и название стало прилипать. Не успела Гермиона пройти и двадцати ярдов, как её охватило фиолетовым пламенем — на лужайке располагался исключительно крупный золотистый дракон. Ведьма замахала руками, отгоняя прилипчивые клубы. Почти сотня малышей крутилась возле аттракциона, скатываясь по встроенным горкам, лазая по подвешенным безопасным канатным лестницам или просто забегая искусственному чудищу по языку в рот. Если пройти дальше, можно было увидеть пикси-гольф, тролльи вышибалы, квест мини-Хогвартс и пропагандистскую интерактивную экспозицию «Министерство для тех, кто хочет знать». Тут было много чего ещё, Гермиона когда-то притомилась читать брошюру. Ей хватило, что на обложке было сказано, что в случае любого несчастья Уизли станет обедом дементоров.

— Гермиона! — какой-то пожилой волшебник с вялой радостью вперевалку заспешил к ней. Грейнджер не сразу узнала Артура. Он выглядел откровенно плохо, как старая развалина в клоунской одежде. Серьёзно, это был не эпитет. У него даже был вымазан красной краской кончик носа, а на голове был колпак с бубенцом. — Пришла за своими малышами?

— Э-э, нет, — слегка замялась ведьма. — Не совсем…

— Кто это с тобой? — Артур не изменился в лице. Он улыбался, пока в глазах читалась лишь усталость.

— Мистер Грейнджер, — откликнулся Лорд. — Что? Должен же в этом слове быть какой-то смысл…

Мистер Уизли не обратил на последние фразы никакого внимания.

— О! Мы ведь знакомы! Столько лет прошло! Я вас не узнал… признаться, тогда у меня тоже было больше волос… Вы ведь маггл!... Не могли бы вы мне объяснить, как именно вы используете резиновые галоши?

Гермиона готова была поспорить на ползарплаты, что Лорд не ожидал, что вопросами здесь запытают его. К сожалению, рядом не было дурака, чтобы заключить пари.

— Конечно, могу, — тёмный маг пожал плечами в чёрном свитере. — Их надевают на обувь, чтобы она не промокала в дождливую погоду. Резина — специальный материал, который не пропускает влагу.

— О, какие вы магглы занятные! Правда, сынок? Он точно маггл! Он знает про галоши!

Подошедший ближе Билл в видавшем виды кожаном жилете на голое тело был бледен, особенно на контрасте с голубыми полосами грима. Видимо, он изображал вождя пиктов. Его длинные медные волосы были заплетены в несколько кос.

— А хорош… — бросил Гермионе Лорд, свернув рот на бок.

Тем временем к лужайке стремительно надвигался скандал…

— Явилась! — с кривой улыбкой на лице ядовито процедил Рон.

Признаться, Гермиона не видела его очень давно. Уизли не было разрешено свободное перемещение, они жили в своём парке, посещать который у множества миссис Реддл не было особой нужды. Конечно, здесь была Нарцисса Реддл, которую приговорили к ущемлению чистокровных прав после того, как она обманула Лорда.

Рон не производил впечатление человека, довольного жизнью. Казалось, он носит ту же майку, рубашку и джинсы, что и десять лет назад. Его руки даже сейчас выглядели разбухшими от долгого контакта с водой, лицо было опухшим и небритым. Работать с детьми ему не доверили, и он занимался хозяйственными делами. Казался не особо чистым.

— Рон, — улыбнулся Артур, — это мистер Грейнджер. Он маггл, он знает про галоши…

— Он маггл, — огрызнулся Рон, — потому что у него нет волшебной палочки!

— О-о, — протянул мистер Уизли, немного выбитый из колеи подчёркнутой недружелюбностью сына.

Гермиона тем временем вспоминала статью миссис Риты Реддл, предположившую своим ядовитым пером, что лучшую ведьму поколения подкладывают под самых тупых чистокровных в целях общего повышения ай-кью поколения будущего. Рон тогда оскорбился, хотя похоже миссис РР, как она подписывала статьи, была права.

— Чем обязаны? — напряжённо осведомился Билл.

— Я хотела узнать о Лаванде.

Билл изучил её лицо.

— Если хочешь расспросить о ней, лучше обратись к женщинам. Они проводили вместе больше времени…

— Спасибо, — вежливо ответила Гермиона. Билл ещё бросил взгляд на Лорда, прежде чем вернуться к своим обязанностям, а Рон потащился следом, истекая ядом.

— Лаванда?! Лаванда тебя не касается! Ты ещё называла её легкомысленной… Ты! Озабоченной парнями! А сама!... На тебе есть ещё, где поставить пробу, а?!

Волдеморт несколько раз сделал хватающее движение своей когтистой кистью, и Гермиона без вопросов передала ему свою палочку. Рон мягко обвалился на землю с по-прежнему выпученными в гневе глазами, и Лорд подпихнул его ногой в ближайшие кусты, так что если не придираться, можно было считать, что Уизли очень скрупулёзно занимается посадками.

Итак, самоназначенные министерские дознаватели приблизились к выглядящему волшебно, как всё здесь, деревянному строению. Опоры этого разноцветного двухэтажного дома кончались когтистыми толстыми ногами, на коньке сложной крыши крутился флюгер-чёрный петух, кровля была будто покрыта змеиной кожей… в общем, страшный перебор, самое то для парка развлечений.

Мрачно зыркнувшая из-под бровей Молли, тяжело проворачивала большой, как весло, ложкой варево в медном котле литров на восемьдесят. Ей приходилось терпеть закутанную вязаной шалью Нарциссу, которая сидела неподалёку под навесом и заторможено кормила капризничающих малышей перетёртыми овощами с ложечки. Она занималась сразу восемью, сидящими в высоких стульчиках с бортиками, возможно, какой-то из них был её собственным.

— Ты, — только и бросила старая рыжая ведьма, чьи волосы значительно понабрали седины. В отличие от мужа и младшего сына она узнала сопровождающего Гермионы. — Явилась, не постеснялась…

Все эти ценные комментарии утомили Грейнджер прежде, чем она узнала, что будет вынуждена посетить Уизли.

— Я пришла узнать о Лаванде.

— Она была хорошей девочкой… — старуха всхлипнула. Гермиона закатила глаза. — Она принесла покой моему сыну… видит Мерлин, их жизнь не была простой… они могли не встретить друг друга, — быстрый взгляд из-под бровей, — она помогла ему, когда другая сделала больно… не стремилась бросить его, потому что так было легче… не ложилась под каждого без разбору…

Эти Уизли совсем отлетели от реальности в своём сказочном мирке! Грейнджер повторила жест Лорда, требуя вернуть свою палочку, но Волдеморт притворился, что не понимает. Пришлось затыкать тётку иначе:

— Да что вы понимаете в жизни?!

— Я — мать семерых детей! — возмутилась Молли.

— Я жду девятого! — разбила её в пух и прах молодая ведьма. — А в это зелье надо добавлять тёртое яблочко! — мстительно отметила Гермиона.

**

Какое-то время Гермиона бесцельно металась по парку, пыхтя не хуже огнедышащего дракона. Лорд безропотно волочился за ней, пока они по какому-то совпадению, или, что более вероятно, по наводке Билла, не вышли на Флёр. Полувейла не была миссис Реддл, у неё была дочь, которая уже должна была учиться в Хогвартсе. У Билла же был ещё младший ребёнок от Нарциссы. Флёр пришлось согласиться на это, чтобы не идти на реальный развод. На её месте Гермиона предпочла бы получить свободу и вернуться на Родину к родителям.

Судя по быстрым движениям ресницами, младшая миссис Уизли не удержалась от применения чар. Лорд продолжал равнодушно лупить на неё глаза сквозь линзы с подрисованными карими радужками. Совмещаясь с его собственными красными, они казались просто чёрными.

Признав обидное поражение, Флёр разочарованно повернулась к Гермионе.

— Хермивон, ма белль, я слышала, что ты спрашивала о Лаванде. Какая информасьён интересует тебя?

После уточнения вейла приступила к рассказу, необъяснимо перестав грассировать и вставлять французские словечки:

— Лаванда жила с нами с тех пор, как ты съехала к Гойлам. Она не могла выйти за Рона, но распределений на неё не поступало. То есть, — быстрое движение глаз в сторону Лорда, — новых. С Роном у них родился сын. Он сейчас у Браунов, они хотят подготовить его к поступлению в Хогвартс. Раньше бы Молли не отпустила, но у нас тут шум и гам круглый год… Лаванда могла свободно выходить за территорию. Она поддерживала связь с друзьями со школы и регулярно навещала родителей… Что до её обязанностей… ну, она иногда присоединялась к нам с Нарциссой… у нас уходит много времени на самых маленьких… детское питание, пелёнки, плач… ну, ты знаешь… Если Лаванда и флиртовала с мужчинами, то это было не здесь.

Гермиона попрощалась кивком. Пребывание малышей, оставленных на первую половину дня, подходило к концу, и Флёр было некогда. Все пикты, драконологи и клоуны превращались в доставщиков. Самых маленьких несли в автобус, ходячих собирали в группы и, скандируя какие-то детские маршировки, вели туда же. В парке было более тысячи детей, и над теми, кто задерживался до вечера висел красный запрещающий значок.

Чарли бегал туда-сюда, как ужаленный, безрезультатно окликая запропастившегося Рона.

— Этот тоже неплох, — отметил Лорд.

— В вас открылась новая сторона, милорд? — лукаво изогнула бровь ведьма.

— Несоответствие сбивает, — жалящий намёк пропал втуне.

— Как имея глаза и возможность сравнивать, ведьма может предпочесть двум старшим братьям младшего?

У Гермионы зарделись скулы.

— Может быть, он, по-твоему, красивее?

— Нет…

— Умнее? Ловчее? Сильнее? Лучше играет в квиддич? Рыжее? Ну… хоть что-нибудь?

Гермиона не могла предложить ответа. Очевидно пункт, что он был другом, мало стоил что в самом вопросе отношений мужчина-женщина, что в свете демонстрируемой ныне агрессии.

— Может, дело во взаимности? — слабо предложила Грейнджер.

Челюсть мнимого мистера Грейнджера щёлкнула, и он негромко, но безудержно рассмеялся.

— Ещё ни один мужчина ни разу не прибегал ко мне в кабинет, чтобы отказаться от распределения… ха-хахх…

Это имело определённый смысл.

Вернувшись за руль, Гермиона спросила:

— Куда едем?

— Вам видней, — Лорд сложил руки в замок на животе. — Вам пора отдыхать.

— И… когда мы продолжим сбор информации? — если это можно было так назвать.

— С утра. Притворитесь, что подготовили какой-нибудь проект.

— И… как вы попадёте к себе в кабинет? Вы же не оставите беременную женщину без палочки в нескольких десятках километров от дома?

— Нет, конечно. Вы меня отвезёте.

— А… — не могли бы вы провалить к собачьим мерлинам? — Не могли бы мы продолжить расследование сейчас?

— Для вас это будет переработка, миссис Реддл, — неодобрительно отметил Лорд. — Вы должны посвятить время своим маленьким волшебникам и волшебницам.

— Младшие будут в саду до вечера, а насчёт старших я могу позвонить Розе…

— Откуда вы знаете кодовый позывной Руквуда? — строго уставился Волдеморт сквозь нелепые очки. — Где вы его слышали?

— От вас… — Гермиона запнулась. — Вот сейчас…

Маг смотрел так, будто решал, как убить ненужную свидетельницу.

— Я сменю его позывной…

Ведьма выдохнула.

— …а до тех пор придётся держать вас в поле зрения.

Вот это не приносило облегчения. Гермиона воспользовалась вознёй с зажиганием как способом разрядить обстановку. Лорд тоже предпочёл новую тему:

— Какие выводы мы можем сделать, дорогая миссис Реддл?

— Лично я не могу сказать, что извлекла принципиально новое из сегодняшней встречи.

Волдеморт скептически фыркнул поверх сложенных домиком пальцев.

— Нужно размышлять, миссис Реддл, а не только злорадствовать!

— Я не!..

— А кто пинал беспомощного мистера Уизли и кричал, что ваша дружба была давно, а давно рифмуется с говно?..

— Я такое делала?!

— А нет, действительно… это была Белла…

Лорд забормотал что-то о ностальгии, семидесятых и рыжих убийцах. Гермиона уже думала, что обеспечила себе поездку в молчании, но маг закончил внутренний монолог через пару минут.

— Едва ли можно сказать, что вы стараетесь достичь успеха в нашем деле, но я буду снисходителен, потому как отчасти вас понимаю… Рыжий оплот экстремизма… Вы меня слушаете, миссис Реддл? Первый вывод: у вас есть мотив желать зла мистеру Уизли.

— Мы что, меня подозреваем?!

— Не перебивайте. Общение с этой семейкой отбивает вам манеры?

— Извините! — прорычала ведьма, выжимая газ.

— И хотя вы скорее убили бы самого мистера Уизли, для этого вам пришлось бы приехать в Детский сад. Наш сегодняшний визит доказал, что вы не смогли бы сделать этого незаметно. Также он доказал, что работники сада не стали бы скрывать, если бы вы к ним приезжали… Здесь же мы должны учесть слова старшей Уизли о вашей готовности лечь под любого встречного — после «разгула Грейнджер» я не смог возражать на это заявление, уж извините меня, миссис Реддл… я серьёзно сомневался в том проекте, но вы настояли… Если бы вы убивали каждую разлучницу, магическая Британия была бы полна сирот… а я терпеть не могу приюты…

— А вы учитываете, что прошло слишком много времени с моего расставания с этим Уизли? — прорычала Гермиона.

— Отлично! — поощрил Лорд. — Вы наконец-то стали размышлять!

— И Мерлин с ним с мотивом! Почему вы не выясняете алиби? Я почти уверена, что была с детьми!..

— А!

— Да когда бы это ни произошло! Потому что я не с детьми, только когда я на работе!

— А я не об этом — уверен, что ваши дети не любят приюты не меньше, чем я. Уверен, какой бы вы ни были разгульной, дети всё равно предпочтут быть с вами, а значит, подтвердят ваше алиби. Они заинтересованная сторона.

— А способ совершения убийства? Мне до сих пор неизвестно, как это произошло, но, возможно, способ мне не доступен, или можно проверить мою палочку с помощью Приори Инкантатем?

— С этим придётся подождать… Снейп сказал, что потребуются сутки, иначе он без зазрения совести выдаст халтуру…

**

Экспелиармус прилетел в Лорда, прежде чем они ступили на порог Гриммо, 12. Палочка Гермионы отлетела, и ведьма, без сомнений бросив «напарника», поспешила за ней с крыльца. Когда она снова поднялась в прихожую, два мага таскали друг друга за воротники свитеров, пыхтели и пытались оскорблять.

Гермиона сделала невербальный пасс, растаскивая их в стороны. Маскирующий элемент слетел с плоской физиономии Лорда и валялся у старой подставки для зонтиков. Ведьма наклонилась за ним, оценивая ущерб, и тут же пожалела.

— Мне срочно надо…

Грейнджер поспешила в ванную, водрузив на рожу Лорду его нос, чтобы освободить руки. Когда она вернулась, маги уже снова переругивались. Также в холле стояла Джинни.

— Какого чёрта ты явился в мой дом?! Что значит эта дурацкая маскировка?! Это ты его привела?!!

— Сам такой, Поттер! Скажи спасибо, что кто-то ещё приходит в твой дом! Лаешь как собака из конуры! Как тебе моя волшебная палочка, а, Поттер?!

Лорд потянул что-то вытянутое из одежд, и побледневшая Гермиона заподозрила, что он всё-таки обманул её…

На свет показалась резиновая полицейская дубинка.

Волдеморт смеялся.

— Ты не посмеешь! — побледнел Гарри, ещё скованный заклинанием неподвижности.

— Прекратите! — завыла Гермиона. — Вы меня нервируете!

— А ты чьего бастарда носишь на этот раз? — с трудом повернул голову покрасневший пятнами бывший друг.

Лорд резко переменился, убрав насмешку с лица:

— Простите, миссис Реддл. Это было недостойно. Снимите с меня заклинание. Я буду вести себя сдержанно.

— Ха! Ты ему веришь?! Ты не можешь ему верить!!!

Освобождённый от чар Лорд отбросил дубинку в сторону и снял свою маскировку, пытаясь поправить скошенный набок нос относительно очков.

Обездвиженный Поттер тем временем почти выл от ненависти и беспомощности. Джинни скуксилась от слёз и бросилась обнимать его и утешать. Когда-то Гермиона тоже представляла, как будет дарить свою ласку единственному.

— Я есть хочу, — с претензией сообщила она, и Лорд не глядя потопал за ней на кухню.

— Грязнокровка! — завопила потревоженная Вальбурга. — Осквернение! Предательство крови!

Рука Лорда мягко вынула палочку у Гермионы. Портрет, который по заключению многих магов невозможно было открепить от стены, от неё и не открепился. Только изображение на нём трансфигурировалось в Боба Марли, неуловимо сохранив схожесть с костистой Вальбургой.

— Цвет кожи значит не больше, чем цвет глаз! — злобно прошипел образ.

Гермиона рассеянно приняла палочку обратно. Ей хотелось посмотреть и послушать портрет, но голод был сильнее.

Прячась под ушами от Лорда и лопоча свои пугливые причитания, Кричер подал на стол седло барашка, пироги с почками, пюре, крупные фаршированные оливки, йоркширский пудинг и поджаренные помидоры. Меню сильно отличалось от повседневного питания Гермионы. Насытившись, она икнула и велела Кричеру упаковать остатки с собой.

— Что вам надо? — негостеприимно потребовала Джинни. Поттер переминался поблизости, яростно растирая без того краснеющий шрам.

— Гранмастер собирает сведения о Лаванде.

— Не везёт моему брату на женщин…

— Подробнее, — подтолкнул Волдеморт.

Джинни скосила глаза на старого друга по переписке.

— Вместо того чтобы помогать в парке, только и делала, что шлялась по Косому. Строила глазки, искала папика, чтобы покупал ей зелья от Снейпа… у брата таких денег нет…

— По вашему, кому могла быть выгодна смерть миссис Реддл?

Миссис Поттер пожала плечом.

— Какому-нибудь хахалю, о котором она могла начать болтать. Или требовать слишком много…

— Хахалю… — Лорд будто пробовал слово на вкус. — Вы не думаете, что Волшебница Гермиона могла быть заинтересована в её смерти?

— У Рона с Лавандой в последнее время было не гладко. Думаю, Гермиона получала удовольствие, когда до неё доходили сплетни о них — она ведь сидит в открытом офисе!

Гермиона подставила бы своих ленивых коллег, если бы подтвердила, что их офис рассадник сплетен. Гермиона погрешила бы против совести, если бы стала заявлять, что никаких сплетен в офисе не распространяют. Гермиона промолчала. Так получалось, что даже при возможном наличии сплетен, она их не слушает, потому что ведёт себя профессионально.

…Действительно — и что теперь? Сможет ли демотивированная Нарцисса так же портить Ронни нервы, как удавалось Лаванде?

— Не кажется ли вам, что миссис Реддл легко представить виновной в смерти миссис Реддл? — со значением изрёк Лорд, водружая подбородок на соединённые пальцы.

— Чё? — почесал в затылке Поттер.

**

Как не в первый раз беременная, Гермиона отлично знала цену нервам, а потому в острой ситуации сбрасывала с нервной системы зажимы предрассудков, условностей и даже отчасти этики и морали, плывя по волнам здорового пофигизма… Здорового, так как с его лишь помощью ещё можно было сохранить какое-то здоровье.

Лорд твёрдо решил не выпускать Гермиону из вида, пока не сменит случайно выданные позывные Тайных Отцов. В таком состоянии с ним нельзя было спорить, ведь вариант со сбрасыванием в Дувр в машине уже был просчитан и отметён, как бесперспективный.

Волдеморт остался на ночёвку в её доме в Косом переулке. Гермиона философски невозмутимо припарковала машину у Дырявого Котла и прошла обычным маршрутом на волшебную улицу, ведя к родным детям психопата, диктатора и убийцу.

— Мам, привет! Я всех привела!

— Ты моя помощница! — похвалила Гермиона, устало сбрасывая туфли на по-мужски плоском каблуке. — А я привезла праздничный ужин… и гостя.

Дети не успели обрадоваться, синхронно повернувшись к Лорду со слегка перекошенным маск-носом.

— Вы — Тёмный Лорд, — изобличающе заявила Роза.

Стопы Гермионы горели, и она, даже не надевая тапочек, прошла на кухню, левитируя собранную Кричером снедь, с каким-то облегчением чувствуя подошвами холодные доски. Перепуганный старый домовик, не владея запасами одноразовых контейнеров, вынужден был отдать некоторые блюда в симпатичных медных котелках, и Гермиона не думала, что станет возвращать посуду.

До приезда малышей Каспия и Марко на Большом Принце оставалась примерно четверть часа, так что пока старшие наседали на Лорда, Гермиона запустила мытьё посуды, пока сама вручную прибиралась.

— …вы ведь не поднимете руку на ребёнка? — напряжённо осведомлялась Роза.

— Пф! Тот случай бесконечно раздут! Дело было не в возрасте, а в том, что это был Поттер!... С чего бы мне, вашему наречённому отцу, причинять вам вред? Вы, молодая леди, похоже, хотите стать новой звездой «Ежедневного Пророка»…

— Если честно, я не думала об этом… Вы видите во мне подходящие качества? Возможно, мне бы больше понравилось работать в Аврорате… я смогу туда устроиться?

— Для леди вашего поколения не будет ограничений по трудоустройству. Этого добился я, во имя вашего будущего…

— А вы знакомы с моим папой?

— Как тебя зовут, дитя?

— Иоланда Лестрейндж-Реддл.

— Да, я близко знаком со всеми Лестрейнджами, которые жили в последние пятьдесят лет…

— А вы друзья?

— По моему скромному мнению, мисс Лестрейндж-Реддл, кого и называть другом, как не того, кто готов сесть за тебя в тюрьму?

— Папа сидел в тюрьме, — произнесла Иоланда тоном, каким иные дети говорят, что их отцы служили во флоте или защитили кандидатскую по математике. — Тёмных магов ведь больше не сажают в тюрьму?

— Юная мисс, на этот вопрос ответить однозначно я не могу. Тёмная магия предполагает определённые поступки, но бывают корыстные цели, а бывает необходимость. Мы не можем расценивать их одинаково, а потому суд рассматривает каждое дело индивидуально… так что я надеюсь, что какая-нибудь гипотетическая молодая леди не станет вызывать Древних из любопытства, ибо это было бы трудно признать полезным с позиции общественного блага.

Иоланда зашаркала сандаликом.

— А с моим отцом вы дружите? — оживлённо обратился Эйлин.

— Насколько это возможно…

— А кто из них более сильный волшебник?

Спустя десять минут с начала оживлённой дискуссии, Лорд вспомнил о первоначальном намерении следить за миссис Реддл, а ещё понял, что без Авады быстро от детей не избавится. Он появился на вытянутой узкой кухне Гермионы, как Санта, окружённый маленькими волшебниками на Рождество. Сравнение возникало неслучайно — со времени рождения Розы Министерство изображало святого с добрыми красными глазами.

Лорд сел за стол, изучающе крутя головой по обстановке.

— А кто из вас более кудрявый? Мистер Снейп-Реддл, сила волшебника — это не линейный параметр…

— Самый кудрявый, — задумчиво выдала Роза, — у нас, пожалуй, Каспий… И мама нам просто сказала, что не будет сравнивать наших отцов — но нам интересно ваше мнение. Мы спрашиваем из практического интереса и не будем расстраиваться. Мы с Хьюго понимаем, что наши отцы не будут в начале списка… скорее переживать может Эйлин, хотя это у него как у отличника перед экзаменами. Все знают, что он сдаст, а он продолжает трястись…

Лорд очевидно ошалел от вываливающейся информации. Гермиона невозмутимо проследовала к двери, чтобы на крыльце дождаться Большого Принца. Назад она уже вернулась с двумя младшими сыновьями, контрастными брюнетом и блондином.

— …скорее проклятийник, — Волдеморт разводил руками перед внимающей аудиторией, — в то время как Северус больше зельевар. Оба они неплохи в тайных тёмных искусствах, но тут уж вообще трудно сравнивать… Вот если бы вы спросили, кто из них кому морду бы набил — я бы поставил на Руди.

— Морду бы всем набил мой папа, — весомо вступил Хьюго, — Грегори Гойл.

— Мда, — сразу перестав считать разговор интересным, Лорд повернулся на простом табурете, располагаясь за столом. — Так значит, ваша мать общается с волшебниками… не припомню, чтобы она была на коктейле четырнадцатого…

— Зачем это маме понадобилось алиби? — протянула Роза, не сводя глаз с Лорда.

— В Косом обсуждали убийство какой-то дамы, — задумчиво добавил тем же тоном Хьюго.

Хельга и Витольд многозначительно промолчали.

— Если маме потребовалось алиби, — на тонких губах Эйлина выступила знающая улыбка, — они с этой дамой были хорошо знакомы.

— Если маму подозревают, — нечитаемо смотрела Иоланда, — это кто-то, против кого мама имеет открытый мотив.

— Контакты мамы сводятся к работе, — рассуждала Роза. — И к… волшебникам.

— Мстить волшебницам, связанным с близкими знакомыми мамы, достаточно бессмысленно. Либо она должна была давно начать, либо лишь недавно имела дело с волшебником, которого по-настоящему взревновала.

— Мама бы едва ли пошла на то, чтобы оставить детей без матери.

— Это известно нам, — холодно отсёк довод Хьюго. — Если полагаться на наши сведения, то мама не может быть подозреваемой вообще. Ей было бы лень тратить время на убийство какой-то волшебницы. На свете слишком много ведьм, а мама вчера заснула, пока складывала вещи в шкаф.

— Короче, — жёстко бросила Хельга.

— Работа. Миссис Долорес Реддл, — выдал Эйлин. — Хотя не понимаю, зачем было так долго ждать…

— Личные отношения. Миссис Лаванда Реддл, — заявила Роза. — Хотя остаётся тот же вопрос о слишком холодной мести…

— Личное, — добавила Иоланда. — Неизвестная миссис. Мотив, происходящий из недавних отношений. Сложно отслеживаемо из-за проекта «Разгул Грейнджер».

Пока диктатор развлекал детей, Гермиона успела расставить тарелки, разогреть принесённый от Поттеров ужин, покормила младших сыновей и разложила перед старшими их порции.

Волдеморт поднял на ведьму расширенные горящие глаза.

— Миссис Реддл, я поспешил с выбором помощника… не так давно мне стали очевидны преимущества следственной группы…

— Им надо в школу, — не поддержала Гермиона. Допрашивать возможного убийцу в компании Волдеморта могло быть, конечно, весело, но Грейнджер не могла поощрить пропуск занятий ради развлечения.

Дети взялись за приборы. Лорд, стеснённый с обеих сторон, посмотрел влево и вправо, прижав к бокам локти.

— А мне?

— О, вы едите? — слегка удивилась Гермиона.

— Мёртвые животные мне вполне подходят, — поделился Лорд, принимая тарелку с бараниной и куском сыромятной колбасы.

Многие многодетные матери хороши в дробях — способны поделить любое целое на равноценные куски. Проблема в том, что изначально в учёте провизии на ужин фактор Волдеморта не закладывался в расчёт. Гермиона отдала свою порцию. Она, конечно, плотно перекусила ещё на Гриммо, и откровенно её порция была весьма значительной… но сейчас она бы не отказалась ещё поесть… пришлось разыскивать что-то готовое к употреблению. Среди баночек с перетёртыми овощами для первого прикорма, любимым йогуртом Витольда, Эйлина и Каспия, майонезом и банкой кильки ведьма зависла с выбором. Может, лучше налить чай и открыть консервированные ананасы?

— Итак, Реддлы, — занимаясь едой, официально заговорил Лорд, — доходов вашей матери хватает на обеспечение полноценного рациона?

Дети быстро и достаточно естественно переглянулись.

— А родительских прав у нас лишают? — практично осведомился Хьюго. Возможно, лишь капельку излишне прямолинейно.

— Кровь — не водица, — нравоучительно изрёк Волдеморт. — Зельеварение это ответственно заявляет. Родители не могут перестать быть родителями…

Дети что-то прикинули про себя в уме.

— Ну, допустим… — задумчиво протянул Хьюго. — Ради полноценного рациона маме приходится покрутиться…

— Она всё покупает оптом или по акции, — быстро вставила Роза.

— Несмотря на то, что у неё здорово получается, иногда без папы нам было бы не справиться…

— Он использует состояние семьи, которое никогда не зарабатывал, — сузил глаза Эйлин, — и спрашивает на это разрешение собственного отца! А мой папа…

— Очень занятый человек, — значительно выгнула бровь Роза, заставляя Снейпа опомниться. — Без его помощи нам бы тоже было трудно, но он больше интересуется здоровьем мамы, а не нашим рационом…

— Тем более теперь мама начала откладывать на Хогвартс, — встряла Иоланда. — Обычно мы донашиваем вещи друг друга, но академической мантии у нас нет. А ещё потребуются учебники, оборудование для зелий, канцелярия…

Роза грустно кивала в такт.

Гермиона вскипятила чайник и выложила на середину стола коробочку конфет:

— Раз уж у нас сегодня гость…

— Спасибо, мамочка! — с восторженным придыханием восхитились шестеро старших, копируя выражения детей с упаковки.

После ужина Лорд обошёл детские. Гермиона занималась обычными делами, то и дело пересекаясь с его словно бы плывущей высокой фигурой с заложенными за спину руками.

— Миссис Реддл, — хмыкнул он. — Будь у вас трактат по зельям за двадцать тысяч галлеонов — вы бы продали его и купили всё, что нужно детям, или предпочли бы кое-как сводить концы с концами, но владеть им?

— Продала бы, конечно, — вздохнула Гермиона. К сожалению, она была лишена всех книг, которые у неё раньше были — расширенную чарами сумочку изъяли после битвы.

— …Тогда вы можете продать мне этот экземпляр…

— К сожалению, не могу, — удивила Лорда ведьма. — Это Северус принёс почитать сыну на время.

Старшие сыновья прошли с перекинутыми через плечи полотенцами в спальню. Волдеморт оглянулся на них.

— Миссис Реддл, а где ваша спальня?

Грейнджер предприняла некоторые шаги, чтобы выглядеть более самоотверженной и нуждающейся матерью. Ночевать из-за этого предстояло на диване в гостиной. Её комнату заняли Роза с Иоландой, совершенно невзыскательный Марко остался в отдельной комнатке, как король, под предлогом того, что мал и часто плачет.

— Откуда вы знаете, как пользуются галошами? — утомлённо осведомилась Гермиона, за которой во имя сохранения кодового имени Руквуда и ночью продолжалось наблюдение, и может быть к лучшему, что уединение было невозможно.

— Это элементарно, — Лорд сидел, откинувшись на спинку кресла. — Вы же не спрашивали, как пользоваться лестницами, когда прибыли в Хогвартс…

— Я что-то о них читала…

— Возможно, я тоже что-то читал о галошах… что мы будем делать с вашими переработками? Возможно, мне придётся отпустить вас в декретный отпуск на пару недель раньше…

— Вы могли бы назначить мне дополнительные выплаты за эти часы, — невинно предложила ведьма, чутко прислушиваясь к темноте.

— Мог бы, — подумав, признал Лорд.

— Сколько? — нетерпеливо уточнила Грейнджер.

— Два сикля в неделю за каждого ребёнка…

— Что?! — взвилась Гермиона. — Как домовому эльфу?!

— А что вас не устраивает? — Лорд поудобнее переложил голову на подголовнике.

— Меня не устраивает, что это слишком мало! Мне надо собирать Розу в Хогвартс!

— Вам всего лишь надо было аккуратнее пользоваться своими вещами. Если бы вы не влезали во все авантюры с Поттером, у вас бы уже были готовые мантии для вашей девочки…

— У меня отняли все вещи после битвы!

— Ну вот — я о том и говорю… Спокойной ночи, миссис Реддл…

**

— Сладостная ведьма… — Снейп прочувственно выдыхал Гермионе в затылок. Сильные ладони фиксировали её голые бёдра. Под живот он предусмотрительно засунул ей подушку. Несмотря на его многогранные таланты, в министерской прозекторской они прежде не встречались.

— Северус? — позвал шипучий голос. — Где ты там запропастился?

Гермиона резко ощутила отсутствие его тепла за спиной. Через мгновение из-за ширмы уже донеслось:

— Мой Лорд…

— Что с телом? — сегодня Волдеморт шипел больше чем обычно.

— Изрезано.

— То есть, миссис Реддл зарезали? Просто так, ножом?

— Ножом тоже… вам отлично известно, что тело досталось мне после министерского коронера! Что, вы предполагаете, я мог обнаружить уже после вскрытия?! Я не нашёл следов зелий или чар, об остальном сказать невозможно — были ли эти раны, положившими конец жизни жертвы, или они были нанесены посмертно…

— Всё ясно, Северус, — резко прервал доклад Лорд. — Возвращайся в школу… Если понадобишься, я тебя вызову…

— Кто бы сомневался… — пробормотал Снейп, в раздражении вылетая прочь из помещения.

Гермиону кольнуло, что он забыл про неё, оставленную за ширмой со сбитой одеждой и скособоченной причёской. Она направила на себя палочку, насколько возможно приводя себя в порядок магией.

— Миссис Реддл? Это вы колдуете? — окликнул Лорд. — Я думал, вы вышли в туалет…

— Я… кое-что поправила, — смутилась Гермиона, сжимая обеими ладонями палочку.

— Надо сказать, у вас не очень получилось, — скептически изучил её облик Волдеморт. — Ну ладно… Вы слышали заключение специалиста?

— Я не поняла из него даже, было ли это магическое убийство… Может, оставим это дело Аврорату?..

— Конечно нет! — отсёк возражения Лорд. — Я никогда не останавливаюсь на полпути! Тем более осталось лишь допросить подозреваемых…

— Надеюсь, не меня? — нахмурилась Гермиона, пытаясь вытянуть мятую складку на своей висящей колокольчиком розовой форме.

— Конечно нет! Тех, кто хочет создать мнение, что это вы! — возвестил Волдеморт.

**

— Гранмастер! — Парвати вспыхнула, несмотря на смуглую кожу. — Я не видела, как вы выходили…

Гермиона закатила глаза, но промолчала. Пожалуй, со стороны Парвати было даже умно притвориться глупой курицей. Сама Грейнджер не сразу научилась не ляпать очевидных вещей. Никому не нужны были ни эти очевидности, ни её заявления. Наверное, поэтому и Снейп облезал от её выкриков с места во времена школы. Надо сказать, в качестве любовника ведьма находила его более приятным…

— Миссис Реддл? — окликнул Лорд. — Опять о мужчинах замечтались? Ничего с вами не поделать… хорошо, что мы направили вашу любвеобильность на общее благо…

Парвати услужливо хихикнула и даже скользнула взглядом усмехающихся глаз по небольшому животу Гермионы. Её собственный был раза в три больше.

— Миссис Реддл, вызовите Макнейра с задержанным. Далее по списку…

На этаже Аврората имелись все нужные помещения, включая лаконично пустые допросные. Волдеморт решил вести свои изыскания на привычном месте в кабинете в бывшем Отделе Тайн. На месте вызванных, получив приказ явиться сюда, Гермиона готовилась бы к смерти.

— Выпейте зелье, — налил для неё бокал Реддл, устраиваясь у себя за столом и сбрасывая трансфигурацию со своей одежды.

— Что это? — подозрительно осведомилась ведьма.

— Для улучшения кожи. Комбинат Гринграссов.

— А он не противопоказан беременным? — сегодня Гермиона была внимательна.

Лорд только сидел и моргал.

— Вот так оказия… — наконец выдал он, совсем не величественно нырнул под стол, звеня пузырьками, пока не выудил нужное и не вытянул это на свет. — Фуф… Нет, можно принимать при беременности. Проверено на Уизли… В конце концов, сейчас женщины не заинтересованы в средствах, которые нельзя принимать при беременности, верно? Выпейте. Раз уж я достал флакон, то вот, возьмите с собой.

— Спасибо…

— А теперь берите себе стул и сядьте куда-нибудь у моего плеча, чтобы все видели, что мы действуем совместно… И притворитесь, что стенографируете.

Гермиона не стала комментировать и спорить.

Макнейр не заставил себя ждать. Ведьма постаралась принять вид, что бывший любовник имеет для неё не большее значение, чем она для него. А она значила для отца собственной дочери не больше, чем ведьма, оказавшаяся с ним в одной очереди к камину. Сложно сказать, была ли Гермиона обижена на него. Если подумать, она никогда особо не злилась на него, воспринимая почти как анонимного донора спермы, с другой стороны, какая женщина потерпит такое пренебрежение к своей персоне? Так что удобнее всего было делать вид, что он не существует.

Пожиратель тащил несчастного перепуганного волшебника. Гермиона не узнавала его. Небольшого роста, со впалыми щеками и отчаянными голубыми глазами с мешками под ними. Он был в приметной полосатой форме, с поредевшими всклоченными волосами и скованными за спиной руками, из-за чего жилистый Макнейр привёл его почти волоком. Сложно было представить, чтобы Лаванда обратила на него внимание…

— Итак… — бросил первое пугающее слово Лорд. — Вы, встаньте лицом в угол.

Оставшийся в одиночестве Макнейр оглянулся на отползшего в указанное место пленника, как воин на убежавший перед ударом щит.

— Уолден, выпей зелье…

Гермиона не заметила, когда Лорд исхитрился наполнить стакан. Да, сейчас это был просто стакан, из обычного прозрачного стекла.

Макнейр выпил, как в прорубь нырнул.

— Это сыворотка правды, — задним числом сообщил Лорд. — Мне нужно получить от тебя несколько ответов.

Макнейр ожидал, повесив русую голову, отчего кожа под его подбородком собралась складками… Хельга была не особо миловидна, но получше родственников по этой линии. Гермиона была не слишком хороша в косметических чарах и малодушно надеялась, что при необходимости сможет примирить дочь с внешностью с помощью других детей.

Лорд откинулся на своём кресле, сложив когтистые белые пальцы домиком.

— Можешь ли ты подтвердить, что являешься Уолденом Макнейром?

— Да… это я…

— Узнаёшь эту женщину?

— Да…

— Спал с ней?

— Да…

— Она рожала от тебя?

— Да…

— Что плохого можешь о ней сказать?

Гермиона лишь медленно бросила взгляд на смазанный безносый профиль Лорда.

— Командует… постоянно…

Да она ему слова не сказала!

— Что можешь сказать хорошего?

— Стирала мои рубашки. Я даже не просил…

Ещё бы. На запах пота можно было топор вешать! Стирка — меньшее, что она могла сделать во имя всеобщего благополучия…

— Макнейр, — значимо вытянул гласные Лорд. — Это была не сыворотка.

— Что?..

— Просто вода. Что ты можешь сказать по этому поводу?

— Почему же она действовала? — вялым языком выговорил министерский палач.

Непонятно чего добившись, Волдеморт отправил Макнейра восвояси вместе с неизвестным пленником в полосатой робе.

Следующим в кабинет неслышно как кот на мягких лапах вошёл Рудольфус.

— Выпей зелье…

Это могло быть противостояние двух характеров, но Лестрейндж был беззаветно предан, потому просто опрокинул стакан, кратко обнажив взглядам бледный кадык под кудрявой щетиной.

— Ты знаком с миссис Реддл?

Пожиратель кивнул, не взглянув на неё.

— Что плохого можешь сказать о ней?

— Нечистокровна.

— Что хорошего?

— Настоящая женщина.

— Ты знаешь, Рудольфус, то, что ты пил, было не сывороткой правды…

— Нет, мой Лорд, — вдруг покачал головой Лестрейндж, — это была сыворотка.

Лорд нахмурился, дотянулся до стакана, обтерев вытянутым мизинцем стенки изнутри, слизнул, почмокал.

— Надо же…

Лестрейндж не удивлённо кивнул, прежде чем выйти из кабинета.

— Мы расследуем или дурью страдаем? — воспользовалась возможностью Грейнджер.

— Дурью…

— Так я и знала!

Действия микроскопической дозы не хватило надолго.

— Что? — включил дурачка Лорд.

Гермиона приняла сдержанный вид и с поджатыми губами откинулась на спинку стула, приподняв блокнот на колене, бесцельно оформляя запись.

— Мой Лорд, — отрывисто бросил нервничающий посетитель.

— Выпей зелье, Драко…

— Зачем? — напрягся чистокровный выскочка.

— Для дела.

— Какого дела?

— Важного.

— Но… у меня аллергия!

— На что? — удивился Лорд.

— На зелья…

Волдеморт постучал пальцами по лакированной поверхности стола.

— Как же мы допустили тебя до размножения? Ты же нам генофонд попортил…

Малфой закусил губу. Серые глаза забегали. Он явно придумывал удобное оправдание, чтобы не оказаться на обочине мужских развлечений, как несчастный Рабастан.

— Пей зелье-е-е! — прошипел Лорд, скалясь. Красные радужки глаз прицелились в жертву снайперскими лазерами.

Драко вздохнул, осознав поражение. Лишённая запаха и вкуса жидкость заставила его брезгливо поморщиться… Хотя уже трудно было сказать, что Лорд ему налил.

— Знаком с миссис Реддл?

— К сожалению…

— Спал с ней?

Малфой развратно ухмыльнулся.

— Не то чтобы спал…

— Что плохого можешь сказать о ней?

— Занудная командующая лохматая заучка…

— Что можешь хорошего сказать? — перебил Лорд.

— Можно ещё пять штук плохого назову вместо этого? — замялся Драко.

— Нет. Я жду.

— Ну… — с виду ему действительно приходилось поломать голову. — От неё… пахнет хорошо.

— То, что ты выпил, Драко, не было сывороткой правды, а просто…

— Водой? — с надеждой предположил Малфой.

— С чего ты взял? Нет, это было просто слабительное.

Драко рывком слетел с места и, не прощаясь, выбежал из кабинета.

— Что? — Волдеморт с подозрением оглянулся на Гермиону. — У меня кончилась вода. Миссис Реддл в таком положении, что совершенно неприлично отправлять её…

— Я ни в коем случае не критикую, — перебила оправдания Грейнджер. В очередной раз промолчав про очевидное Агуаменти, которое сейчас никого не интересовало.

Люциус Малфой важно прошёл в зал, изредка вспоминая коснуться тёмных полов тростью с набалдашником из серебра. Он высоко держал голову, а подбородок и того выше.

— Выпей зелье, Люциус…

Было уже интересно, что у него там. Гермиона почувствовала некое предвкушение. Если это спектакль, должна же и она получить какое-то удовольствие взамен потраченному времени?

Старший Малфой не стал предпринимать ходы самоотвода. Взял стакан с торжественностью, достойной Кубка Огня, и демонстративно осушил.

— Ты знаком с миссис Реддл?

— Как и все.

— Или всё же несколько лучше? — хмыкнул Лорд, сжимая пальцы одной руки в другой и уставив локти на подлокотники своего большого кресла.

— Как и всех.

— А ты… уже всех? — неконкретно выразился Волдеморт, явно на что-то намекая.

Малфой счёл вопрос необязательным. Похоже, всё-таки не сыворотка. Может, хотя бы слабительное? Гермиона продолжала надеяться.

— Н-нет, — всё-таки выдавил Люциус. — Ваши законы требуют наступления беременности, а на это уходит некоторое время…

— Но, тем не менее, уже многих успел?

— Мой Лорд ведь желал распространения безупречной генетики? — Малфой наклонил ухоженную голову.

— Так ты улучшал генетику миссис Реддл?

Люциус смерил её маленькую округлую фигуру кратким взглядом.

— Пытался.

— Ты получал на неё распределение?

— Нет, но она сама хотела.

— Это твой ребёнок? — длинный палец Лорда недобро нацелился на живот Гермионы, спрятанный за толстым блокнотом.

— Не могу знать.

— Почему же? Ты что же, вытащил миссис Реддл из чужих объятий? Или передал после? Может, ты стоял рядом, когда кто-то другой занимался с ней улучшением генетики?

Вопросы Люциусу не нравились. Если не закапывали в яму, то, по крайней мере, сбивали налёт куртуазности. Малфой-старший держался за свой светский налёт.

— Это не случайно получило название «Разгул Грейнджер». Миссис Реддл провела время с рядом мужчин. Кроме того известно, что она поддерживает регулярные отношения с некоторыми уважаемыми господами…

— Как же ты мог в таком случае согласиться на связь? — рассуждал Лорд, водя в воздухе рукой. — Ты же не мог предложить улучшение генетики уже занятой уважаемыми господами даме?

Люциус помолчал, глядя в пол и далеко в сторону отставив руку с тростью.

— Когда женщина предлагает, трудно устоять…

Что ж, Гермиона полагала, что это был довольно жалкий довод.

— Что плохого можешь сказать о миссис Реддл?

— Слаба на передок.

— Что в ней есть хорошего?

— Ей очень повезло с партнёрами.

— То, что ты выпил, Люциус, — наконец начал Лорд, — это не сыворотка правды.

Повисло молчание.

— Вы… ждёте наводящего вопроса? — выгнул бровь блондин.

— Было бы неплохо… это состав НР-5, личная разработка Снейпа.

— Постойте, — занервничал Малфой. — Но это же тоже зелье, заставляющее говорить правду… какое у него дополнительное действие?

— При желании допрашиваемого обвести спрашивающего вокруг пальца появляется хвост, — радостно просветил Лорд.

Люциус крутанулся на месте, будто рассчитывал что-то увидеть на спине. На его лице отразилось неприкрытое замешательство.

— Проверь голову, — подсказал Лорд.

Малфой завёл руку под шевелюру и вытянул метровую платиновую прядь. Когда предвкушение биологического позора отпустило его сознание, волшебник с недоумением уставился на господина.

— Мне все понятно, Люциус. Лучше признаться.

— В чём? — скривился Малфой, раздражаясь.

— Ты убил миссис Реддл.

— Какую вообще?!...

Теперь на уверенного Лорда с недоумением смотрела и Грейнджер.

— Хорошо, я расскажу, но больше возможности явиться с чистосердечным не будет… Ты был женат, Люциус. Твоя жена была преступницей и получила достойное наказание. Но ведь Малфои не отдают своё, и ты искал возможность отнять жену у Уизли, как они забрали твою.

— Что?! — округлил серые глаза Пожиратель.

— Ты попытался свершить свою месть, завладев Волшебницей Гермионой, но она оказалась слишком разгульной и слишком быстро меняла мужчин, о чём ты сам проговорился с таким разочарованием... Кроме того ты подозрительно много знаешь о ней. Ты следил за ней, пока вынашивал свой план. Как бы то ни было, твоя месть не была удовлетворена. Тогда ты обратил внимание на другую цель. Волшебница Лаванда отличалась чистокровным происхождением, к тому же весьма консервативно успела родить одного ребёнка и жила с одним мужчиной… который как раз следующий на очереди партнёр твоей бывшей жены! Волшебница Лаванда посещала злачные заведения, ища обеспеченного мужчину для продолжения работы на благо демографии. Тебе было легко привлечь её внимание. И ты убил её! Подчёркнуто немагическим способом, чтобы тебя не заподозрили! И подстроил всё так, чтобы общественность подумала на Волшебницу Гермиону! Это элементарно.

Гермиона выронила ручку.

И кажется нижнюю челюсть.

— Это вздор, мой Лорд! — выдохнул Люциус, говоря громче с каждым словом.

— Доводы неопровержимы! — Лорд предостерегающе поднял руку. — Руди!

Лестрейнджи будто ожидали под дверью. Рабастан глянул на Гермиону лихорадочно блестящими глазами и оскалился, прежде чем обхватить предплечья Малфоя. Рудольфус успел предварительно выбить у волшебника из руки трость, скрывающую магическое оружие.

Гермиона вытянулась на своём месте. Это было не то развлечение, которого она ожидала… Братья волокли невнятно ругающегося Люциуса Малфоя, и его каблуки царапали тёмный пол. Он больше не пытался воззвать к Лорду, а только неистово жёг его взглядом.

Гриффиндорка Грейнджер всю жизнь бросалась в бой за тех, с кем поступили несправедливо. Она знала, что Малфой прекрасно чувствовал себя без Нарциссы, как и без хоть дважды чистокровной Лаванды. Старший из Малфоев не был ни психом, ни дураком. У него с его-то характером всегда были враги, и он умел разбираться с ними, не полосуя ножом…

Лорд был благостен и доволен.

— Кх-кхм, — прочистила горло ведьма. Она тихо поднялась и положила блокнот на край стола.

— О, — вспомнил о её присутствии Волдеморт, — вы всё-таки умеете стенографировать!

— Нет… не умею, я просто всё записала…

— Почему тогда я ничего не могу прочесть? — обратил к ней красноглазое лицо Лорд.

Гермиона перевернула блокнот.

— О, — оценил Волдеморт. — А вот тут у вас ошибочка, миссис Реддл! Как вы невнимательны…

— Это фамилия Малфоя, — сухо заметила Гермиона, наблюдая, как Лорд жирно выводит вместо «а» какую-то закорючку.

Она должна была сказать. Да, возможно Люциусу и место в тюрьме, но за то, что он совершил. А сейчас кровожадный убийца был на свободе…

— Я… — она глубоко вздохнула и закрыла глаза. Возможный вред семье мог превзойти все ожидания… На самом деле с Гранмастером можно было говорить адекватно, нужно лишь подобрать слова…

— Хотите узнать точный размер доплаты за сверхурочные? — подсказал Лорд, помогая развеять предполагаемое стеснение. — Мой секретарь миссис Реддл отправит квитанцию в бухгалтерию…

— Нет… я… — Гермиона зажмурилась очень сильно, — хотела узнать… другое…

Опомнись, Гермиона! Что ты делаешь?! Подумай о семье!

— Вы в порядке, миссис Реддл? — насторожился Волдеморт.

— Не очень, — призналась Грейнджер.

Когда Лорд усадил её в кресло для посетительниц, у неё тряслись руки и дёргалась правая нога. Тёмный маг обмахивал её толстым блокнотом.

— Я…

— Не волнуйтесь, миссис Реддл! Мне вы можете сказать, что угодно!

На языке слизеринцев это значило: «ты пожалеешь, если скажешь мне то, что я не хочу слышать».

— …я… хотела спросить… — что к мерлинам собачим вы тут устроили? — как мне объяснить в офисе про тот конверт? Сказать, что алгоритм ошибся?..

Гермиона наивно открыла глаза на Лорда, утешая совесть тем, что сходит к мракоборцам и скажет, что убийцу Лаванды нужно продолжать искать, в конце концов, там были знакомые…

— Алгоритм не ошибается, — отрезал Волдеморт, возвращаясь в своё кресло. — Никогда.

— Но я ведь не могу получить распределение, — заспорила Гермиона.

Лорд чуть повернулся к ней и тонко улыбнулся.

У Грейнджер напрочь пропало желание заступаться за обделённых.