Музыка космоса (гет)

Пожалуй, самая прекрасная мечта человечества, это прикоснуться к космосу. Космос необъятный, необъяснимый простыми словами простор, в котором находятся миллиарды и триллионы звезд, планет и скоплений. Человечество манит этот блестящий и таинственный океан тьмы, потому что разум волнует мысль найти похожего на себя, такого же ищущего, такого же заинтересованного, такого же разумного, как он. Однажды, подняв голову мы хотим встретиться взглядом с таким же существом, что с интересом будет разглядывать нас, а мы его. Мы бы все хотели умилиться тому, как мы похожи или различаемся и друг для друга мы будем экзотикой. Сможем ли мы назвать его пришельцем, поскольку сами мы для него такой же «инородный вид».

Сколько вопросов будет у нас для него, а у него для нас. Сколько стереотипов мы разрушим, встретившись с теми, кого так долго искали. Возможно даже наше представление о них, как о жестоких существах измениться, как и для них представление о нас, как о низших существах.

Когда-то, в ходе жаркой беседы между учеными мужьями, в столовой прозвучал самый важный вопрос, который заставил задуматься всех: «где все?». Он словно рассек воздух, вселил в души людей то ли первородный страх, то ли распалил приключенческий дух. Страх, потому что, если многоуважаемый сэр Ферми был прав, то мы были бы единственной разумной цивилизацией во Вселенной; а приключения толкают нас дальше, в неизведанное, найти «того самого», кто будет рад встретиться с нами. Мы хотим прикоснуться к величию космического пространства, однако чем больше мы рвемся туда, тем больше наши страхи. Такие мы противоречивые, мы хотим и боимся одновременно. О, нет, не подумайте, что я пытаюсь выставить нас существами низшего порядка, которые будут прятаться под камень, как ящерицы от громкого хлопка или потому что им наступили на хвост. Мы давно не первобытные люди, чтобы бояться огня, мы живем в век технологий, которые позволяют нам представить грандиозность и масштабность «другой жизни».

Вселенная от нас далеко не денется, разве что станет чуточку шире? Умилительно представлять как на её большом черном, поглощающем свет, теле появляются новые и новые звезды, словно холеный кот, которого с заботой подкармливают сливками. Но давайте переместимся на что-то менее масштабное, углубимся в Галактическую Нить

Персея-Пегаса, комплекс галактик Рыб-Кита, сверхскопление Ланиакея, сквозь галактику Млечный Путь, проскользнем в рукаве Ориона и попадем в Солнечную систему, на живую, зеленую и дышащую планету Земля.

Нас интересует не каждый человек на этой большой и шумной планете. Нас интересует тот, кто прикоснулся к космосу своей кожей. Нет-нет, если вы подумали, что он ученый, то это не так: наш человек не был силён в математике, а полеты на Луну он рассматривал только в детстве, когда посмотрел «Пятый элемент» и «Звездный путь». Но люди взрослеют, меняются мечты и увлечения. Теперь его страстью была музыка: это его вдохновляло, она стала неотъемлемой частью его жизни, а также позволила собрать вокруг себя единомышленников, космос же остался в книжках по астрономии и физике. Еще в детстве, когда он пошел в музыкальный кружок и ему нужно было определиться с музыкальным инструментом, ему запали барабаны. Ритмичные удары по мембране всегда отзывались на удары его сердца, и порой ему казалось, что сама музыка, которую он создает, — это ритм его собственного сердца. Рэй Пауэлл был барабанщиком в небольшой музыкальной группе крупного города, их стиль — андеграунд; возможно, для большинства они казались типичными и низкосортными “музыкантишками”, которые гремели у себя в студии, не давая покоя многим людям по соседству, однако они играли живую и, пожалуй, самое главное, собственную музыку, стремясь наконец-то стать популярными исполнителями. У них уже был небольшой фанатский клуб, который одним из первых узнавал об их новых концертах или записанных аудиотреках. Они верили в своё детище и активно прикладывали усилия для этого. Однако пока они были простой малозаметной группой, которая сталкивалась с многочисленной конкуренцией и получала лишь небольшие доходы со своих концертов, Рэй часто подрабатывал барменом в одном из маленьких ресторанов, собирая и копя деньги на свой отпуск или новую барабанную установку. В общем-то, его жизнь была спокойной, размеренной настолько, что он даже не подозревал, что однажды его жизнь перевернется с ног на голову, а потом начнет кружиться как волчок.

Очередное утро, которое началось с комнаты, заливаемой ярким солнечным светом. Первое, что видят люди, — это, конечно же, солнце и свет, и вот до ушей уже доходит и гомон людей на улице, и чириканье птиц, и шум проезжающих машин. Издав протяжное урчание, парень потянулся и протер глаза. Голова все никак не хотела отрываться от нагретой пуховой подушки, а потому Рэй решил послушать свое тело и полежать ещё 5 минут, а потом ещё и еще. Возможно, он бы так и пролежал до полудня, зарывшись в одеяло, как гусеница в кокон, поджимая ноги и размышляя, чем бы ему заняться в выходные, если бы не телефон, который он оставил аж на рабочем столе.

— О, черт, — вздыхает он, понимая, что вставать все же придется. Не разрушая свою уютную защиту из одеяла, барабанщик находит ногами тапочки, поднимается и быстро хватает телефон со стола, снова падая на кровать. Ну нет, он с нагретым местом просто так не распрощается. Глаза его тут же скользнули на экран: «Ричи» — гласил вызывающий абонент, их вокалист. Пролистнув вправо, шатен приложил телефон к своему уху, выдавливая хрипучим и сонным голосом: — Да?

— С добрым утром, соня, — хихикает уже бодрый голос Ричарда, который, судя по всему, гремел посудой на кухне. Ох уж этот трудяга, ложится поздно и встаёт ни свет ни заря! И как у него получается высыпаться и быть таким энергичным? Мистика, не иначе! Периодически в их компании проскальзывали шутки, что их вокалист — это энергетический вампир, который питается с их концертов и омолаживается. Сам товарищ не обижался на такие шутки, а только хихикал и кивал головой. Однажды он еще и приоделся тематично на Хэллоуин, выйдя в костюме графа Дракулы под органную музыку, которую включил на своем телефоне.

— Угу, — пробубнил сонно Рэй, закрывая глаза на пару мгновений, а после вдыхая слегка спертый воздух в квартире. — Доброе утро, Рич. Случилось что? Ты обычно так рано не звонишь…

— Почти. Рэй, у меня для тебя важная миссия!

— О, спасти планету от астероида? Не-не, это ты звони Брюсу Уиллису! Я никуда не полечу.

Раздались смешки с обоих концов динамика, а после вокалист расслабленно вздохнул.

— Нет, другая миссия. На почту пришли новые динамики для комбоусилителя, я скину тебе все данные на телефон, а ты заберешь посылку, — объяснился Ричи, шурша вещами и расхаживая по комнате. Рэй наконец-то разлепил глаза и слегка нахмурился. Почему же он? А что насчёт Киллиана? А Жак? Почему не остальные ребята?

— Рич, я... я ещё сплю. Можешь попросить ребят? Я даже глаза с трудом открываю, — промямлил парень, потирая лицо рукой и стараясь убрать следы сна, ощущая, как он снова проваливается в сон за пару секунд, но его выдергивает громкий голос Ричарда.

— У меня сейчас будут дела, между прочим касающиеся нашей группы, а ребята… Киллиан у врача, Жак с семьей, в общем все заняты.

— Понятненько, — вздохнул юноша, отрывая свое тело от нагретого местечка. — Тогда… давай, пришли данные, я заберу…

— Ты настоящий друг, Рэй! — поблагодарил его Ричард, повесив трубку и оставляя барабанщика переваривать информацию и бодриться. Он всё-таки выбрался из одеяла, поплелся на кухню, где выпил кофе с остатками пиццы, а после направился в душ, где пробыл полчаса, затем вышел уже более свежим и собранным.

Шатен приблизился к зеркалу, зачесал рукой волосы назад, засучил рукава синей клетчатой рубашки и, схватив сумку со своим добром, вышел из квартиры, хлопнув дверью. День обещал быть солнечным, на небе нельзя было заметить даже намека на тучи — небо лазурное и чистое, как «душа младенца», сказал бы Киллиан. Город встретил парня утренним гулом людей и машин; где-то из автомобиля повалила басовая музыка, стучащая не только по ушам, но и отдававшаяся где-то вибрацией в груди. Какая-то безвкусица из разных хаотичных звуков, которые нельзя было назвать музыкой. Кажется, умирающий двигатель трактора звучал бы мелодичнее. Именно поэтому парень вставил в уши наушники, выбрав себе в плейлисте инди-рок. Прогулка пешком взбодрила Пауэлла, и тот более быстрым и энергичным шагом направился по делам, успев даже захватить кофе в одной из кофеен.

Ближе к полудню парень уже был на почтовом отделении, сидя в очереди, которая очень медленно продвигалась. Как оказалось, он попал в тот момент, когда в отделении начали барахлить и сайт, и интернет, а обработка теперь занимала очень много времени, поскольку доисторические компьютеры обрабатывали запросы мучительно долго. За это время Рэй уже начал скучать и записывал новые ритмы, что приходили ему в голову. Уже целый час духота помещения сводила его с ума, а на не менее доисторическом кондиционере была приклеена бумажка «Не работает». Единственное, что освежало, так это приоткрытое на дюйм окно, из которого били ярко-белые лучи полуденного солнца. Парень успел за это время изучить весь пол, прочитать все объявления на стене и пересчитать плитку. И вот очередь снова продвинулась: скоро он заберет посылку и отправится домой ремонтировать комбик, будь он проклят! Несмотря на качественную модель, их аппаратура была проклята еще на заводе, словно главная цель была именно в том, чтобы доводить всю группу до истерики. Особенно во время выступления.

Рэй с предвкушением вздохнул, когда увидел, что очередь продвинулась ещё больше, и снова обвел взглядом присутствующих, в том числе людей напротив. Именно в этот момент взгляд зацепился за девушку, которая прокручивала что-то на экране странных квадратных часов. Полупрозрачный ремешок, в котором можно было различить серебристые прожилки, похожие на провода, металлическая окантовка, а экран — небесно-голубой и очень яркий; Пауэллу он даже издалека бил по глазам. «Вот это технологии, наверно, стоят бешеных денег?» — подумал Рэй, поднимая взгляд чуть выше, рассматривая внешность особы, что сидела перед ним. Странно, но он не заметил, как она зашла… или же она всегда тут была? Кажется, никто не обратил на неё внимания, в том числе и барабанщик. В общем-то, и внешность у неё была неприметная: шатенка, прищуренные голубые глаза, прямой нос — кажется, такую можно встретить в любом модном журнале либо на просторах интернета. Рэю даже показалось, что он уже встречал её где-то в соцсетях, когда недавно листал от скуки разные профили. Это была та самая внешность, когда ты забываешь, как выглядел человек спустя час общения с ним.

Незнакомка что-то нажала на часах, а после полезла в сиреневую сумку, что так же неприметно лежала у неё рядом, и выудила оттуда пластмассовую карточку, которую приложила к часам. «Что это за часы такие, которым ещё и карточка нужна?» — задумался парень, прячась за большой тетрадью с нотами и делая музыку в наушниках тише. Забавно, со стороны он выглядел как типичный шпион: не хватает газеты с дырочками, черных солнцезащитных очков и шляпы. Однако юноше стало не смешно, когда неожиданно внешность девушки изменилась, словно в компьютерной игре кто-то потянул за ползунки, изменяя её облик до неузнаваемости. Длинные каштановые волосы укоротились и стали черными, чуть выше плеч, с челкой набок; носик стал меньше и курносый, кожа светлее и покрылась родинками. И только сейчас он заметил большие глаза, которые были светло-сиреневые, а не голубые, как он подумал раньше, и, кажется, сверкали, как если бы это было звездное скопление. У барабанщика сердце, кажется, пропустило удар, когда он это увидел. Но тут же он обратил внимание на других! Никто не шелохнулся! Никто не увидел, как девушка что-то нащелкала в своем технологичном аппарате и тут же изменилась до неузнаваемости. Неужели он один её видит?! Почему? Почему именно он должен был увидеть то, чего не должен был? А может, он сошел с ума? Может, от духоты у него начались галлюцинации?

От удивления Рэй даже забыл о конспирации и приподнял лицо от бумажек, пытаясь зацепиться за что-то взглядом, но после снова обратил внимание на девушку, а та, в свою очередь, смотрела на него такими же удивленными глазами. Кажется, они оба увидели то, что поразило их. Ее маленькие губы разомкнулись сначала от тихого вздоха, а после зашевелились:

— Ты... ты меня видишь?

Что это за вопрос? Конечно же, он её видит... Или он не должен был? Если она так удивлена, значит, он не должен был её заметить! Рэй покрылся испариной, а по его спине прокатились мурашки. Животный инстинкт, увидев нечто чужеродное, кричал, что нужно срочно бежать, ибо существо, что казалось невинной девочкой, не отводило от него взгляда и, кажется, внимательно разглядывало его! Как хищник перед нападением. «Наверно, хочет избавиться от свидетелей», — подумал он, когда неожиданно его слух уловил:

— Следующий! — крикнул оператор-мужчина, и барабанщик вскочил с кресла и прильнул к столу выдачи.

— П-побыстрее, если можно, — пролепетал он, вытирая со лба пот и ощущая, как сердце сильнее застучало от волнения. Он ощущал, как его спину и затылок прожигают неестественные фиолетовые оленьи глазки. Не прошло и пяти минут, как Рэй выбежал из почтового отделения, тяжело дыша и махая на себя папкой с нотами. Что это было? Ему показалось? Барабанщик присел на лавочку неподалеку и достал из рюкзака бутылку воды, которую тут же осушил наполовину.

И всё-таки этот момент не давал ему покоя. Что же он все-таки видел? Робота? Нежить или что-то такое, что человеческому разуму просто не понять?.. Рэй глянул на чистое голубое небо, как будто хотел убедиться в чем-то. Оно абсолютно такое же, как было вчера, неделю назад и десять лет назад, и, вероятнее всего, будет таким и завтра. Но, кажется, теперь весь мир, что его окружает, будет казаться ему другим! В его голову даже закралась мысль, что, возможно, он уже начинает сходить с ума, но эта идея разбилась тут же о стену, на которой было написано «здравый смысл», ведь он заметил, как из здания почты выходит та девушка, в руках которой была коробка. Значит, не привиделось, и он ещё здоров? А может, уже и нет.

Рэй подхватил свою коробку и покинул свое место отдыха.

Уже после обеда Рэй добрался до студии, где они с ребятами репетировали. Коробку барабанщик оставил на полу, а сам сполз по стене вниз, продолжая вертеть в своей голове лишь один вопрос: «Что я видел?». Пауэлл обхватил свои колени руками, уставившись куда-то в угол комнаты, продолжая в деталях пересматривать произошедшее в своей голове, чтобы дать самому себе ответ. От размышлений его отвлек голос:

— Рэй, ты чего?

Юноша тут же поднял взгляд на источник звука. Блондин с короткой стрижкой и выразительными голубыми глазами. Рядом же стояли ещё двое, они с удивлением и беспокойством смотрели на своего товарища: Киллиан, высокий парень с выбритыми висками и короткой стрижкой — груда мышц, а также худощавый Жак с длинными волосами черного цвета, которые он заплетал в хвост.

— Я... я... да я... да я не знаю, — выдавил из себя парень, поднимаясь с пола благодаря ребятам, что поддерживали его за плечи. — Что-то просто... день странный... стрессовый.

Хихикнул напоследок Рэй, внимательно рассматривая каждого. Никаких фиолетовых глаз или странных часов. Он среди людей, он в привычном мире, который сегодня немного пошатнулся.