Поспешишь - коров насмешишь (джен)

Беспокойство похоже на усохший стебель розы: сухой, безобразный, колючий, абсолютно ненужный. Такое лучше всего сжечь или выбросить в мусорку, не касаясь, а еще лучше обернуть какой-нибудь мягкой тряпкой, дабы о шипы никто не порезался. Тревожное состояние чаще всего придумано, увеличено в мозгах из-за усталости или деструктивного страха. Подумать только, человек — самое разумное существо на планете, но сам себе может стать палачом. Кто-то когда-то занижает жертве самооценку, дабы паразитически поднять свою, и вот, по итогу, личность не верит в себя, убиваясь бесконечными мыслями, тратя самое ценное, что у него есть, — время. А ведь вместо вытекающего в проблемы страха было бы лучше потратить его на что-то дорогое сердцу или кого-то важного.

Но наш герой не был мнительным, а уж тем более не переживал лишний раз о результатах своих действий. Роман Спешакин он же в простонародье верующих "зеленоглазый рыжий бес" принадлежал богатенькому слою общества и никогда не ломал голову из-за заработка до трагической гибели родителей. К счастью, у двадцатидвухлетнего парнишки осталась старшая на два года сестра, которая обещала его не покидать, но вышла замуж через месяц после обещания и махнула с мужем заграницу, не забыв обзавестись половиной родительского наследства и даже отхватила от части брата. Опечаленный юноша решил продать остаток добра, и на потере потерь скинул все в лотерейные билеты в стране и выиграл! Так, поверив в себя и вновь воспрянув духом, Рома решил начать свой бизнес…

Проведя беседу мастера по видению бизнеса в честном интернете, Спешакин, оправдывая свою фамилию, сразу же спустил большую половину выигрыша в приобретение личной фермы, ведь мастер убедительно повторял, что домашнее хозяйство самый прибыльный бизнес. Правда, уважаемый мужчина с большими усами, пробубнил что-то про ущербность, нажимая на кнопку отключения видеосвязи после получения оплаты за свой профессионализм.

Ферму Роман купил через агентство «Покидаем», и новомодный скрытый смысл его, как представителя «богатеньких», вообще не насторожил. С двумя дорогущими чемоданами, набитыми брендовыми вещами, в деловом костюме, отполированных туфлях из натуральной кожи, зачесывая выбившиеся из зализанной прически рыжие волосы, Рома приспуская галстук от жары в +37, пытался свериться с навигатором. Впечатлений у него уже была масса с утра, так как сел он на автобус, который почему-то ходил раз в неделю, а потом еще и сломался на полпути, а позже к ним два часа на первой улиточной ехал новый. Во время пересадки ему чуть не оттоптали ботинки, и вид у него был такой измученный, что местная бабуля предложила ему свое место на одиночном сидении у окна. Разумеется, сделала она это из вежливости, но, когда Рома, прослезившись, принял ее предложение, согнав бабку ее же предложением, она кряхтела вместе с поношенным двигателем всю дорогу что-то про бестолковую молодежь. Доехав под «музыкальное сопровождение проклинаний» не ведающий парень, вытолкнутый людским потоком из автобуса, оказался на дороге, уходящей вниз в цивилизацией забытую деревню…

Обещанная на высшем уровне мобильная связь сгинула в небытие еще по заезду в березовую рощу, высаженную еще чуть ли не после гибели динозавров матушкой природой. Зеленые глаза Романа еще тогда, как будто бы увидев родство с природой, восхищенно наблюдали за высокими деревьями, и он не придал значения отсутствующим палочкам в верхнем углу айфона. Когда он хотел спросить у пассажиров дорогу к нужному адресу, тех уже и след простыл, даже резвая бабуля с загруженной всяким нужным барахлом тачечкой скрылась с поля зрения. Тяжко вздохнув, Спешакин неспешно покатил по видавшей всякое дороге габаритные чемоданы.

Стоило герою уйти в глубокие раздумья о смысле его скромной жизни, как из высоких, высаженных на полях по бокам, подсолнухов вынырнул пучеглазый малец верхом на теленке… Рома, небрежно бросивший наземь чемоданы, был готов спасать десятилетнего на вид ребенка, но тот умело затормозил перед его носом, оставив массу первых впечатлений.

— Здарова, мужик, как звать? Я вот Генка Вертеухов! Знаешь, как с такой фамилией стремно в школу ходить? Уши прячу под ушанкой, чтоб не трогали, а учителя еще и подшучивают, мол, вертится у меня голова, а не уши. А ты знаешь, что наша Зинка Корзинка с ее частыми походами в лес скоро доведет лешего? По моей теории, ее вообще Баба Яга в ученицы возьмет! Собирает грибы всякие, сушит их, продает… Еще травки лечебные собирает. Я слышал, что как-то Борис-тухлый-редис хотел развести ее на бизнес, пообещав построить личный прилавок у местного магаза!..

Мальчишка и дальше что-то рассказывал, а у Спешакина связь с реальность отдалялась… Впечатлившись на жизнь вперед, парень, осев на коленочки, плавно лег на травушку у потрепанного асфальта, отключившись…

* * *

Свет в конце тоннеля и гомон незнакомых людишек быстро привели Романа в чувство. А еще его подтолкнул к бодрому пробуждению запах жаренных чебуреков, из-за которого его глаза цвета первой травы распахнулись, и он обнаружил себя лежащим на пододвинутых друг к другу чемоданах, всё на той же дороге. Какая-то пухленькая на вид женщина, жующая чебурек, отвешивала свободной рукой подзатыльник сыну аки Гене за то, что тот вместо того, чтоб коровок пасти, угнал теленка на покатушки. Рядом еще галдел какой-то заросший дедок, говоря что-то про непутевую молодежь, которая лежит средь бела дня на дороге вместо вспахивания земель, когда солнце высоко.

— Извините, — потирая затекшие ноги и привставая, вежливо обратился к ним Спешакин, — не подскажите ли, как пройти к недавно проданной ферме на улице «Загребульникова»?

— Да лан, ма, слышишь, эту развалюху реально купили! — беспардонно засмеялся в голос малец, отправив Романа в новый ступор.

— А я слышал, там хорошая связь с космосом, — потирая бороду, молвил мужчина.

— Да, мне сказали, что там отличная мобильная связь и интернет! — еще что-то ожидая, предвкушал дары цивилизации рыжик.

— Да не, ДедСтоЛет тебе говорит, что там часто кто-то звездюлей получает, — явно вспомнив что-то неприятное, хмуро перевел мелкий, почесывая свои русые волосы.

— Там разве кто-то жил? Фирма по продаже фермы мне сказала, что там уже пять лет никто не живет…

— Да там всю мою сознательную жизнь никто не живет! — опередил всех Генка с ответом. — Потому все там и бегают. Забор же покосился, дверь на крыше болтается. Ребятенки недавно там в домовят играли. Говорили, кто-то даже в Деда Мороза поиграть хотел, но не долез до дымаря и слетел на шифере вниз в сугроб.

Прекрасный летний вечер окрасился в свет фонарей, и резвые сверчки завели чарующую песнь. Острый, как бритва, серп луны благородно взошел на небосвод, а легкий, пахнущий полевыми цветами, ветер неторопливо гнал пятерку кремово-розовых облаков по темнеющему небу. Уставшие от дневной жары птицы летали между устеленных плодами деревьев, сыто заводя волшебные песни. Юркий кот, спавший у людей на сене, бегал по двору за сверчками, периодически отвлекаясь на ловких птиц и шуршащую под пушистыми лапками траву, которую обжигало солнце. За жилым поселением совсем тихо журчал ручей, мелко разливаясь на нити из-за недостатка дождей и испарения влаги. В водицу ныряла лягушка, испугавшись шумов рано пожелтевшей листвы, упавшей ей под лапки.

Рома до сих пор греб по видавшей всякое дороге, волоча за собой прилично поцарапанные чемоданы. Колесико на одном из них резво укатилось куда-то в траву, где копошились куры, бегающие по участкам у домов. Одного их злобного «зырка» хватило, чтобы понять, чья эта территория, потому Спешакин потопал дальше.

Генка вызывался проводить нового члена их колхоза, но его мама, она же Зойка Пирожкова, поглощающая пирожков больше, чем их продает, отвесила ребятенку словесную затрещину, из-за чего тот начал ныть, мол, пожалуется папке. Разумеется, активное дитя после начало нахваливать Ромке своего отца, и теперь он знал, что Владик Голл работает физруком в местной школе. Зойка мечтательно вспомнила, как они с мужем влюбились друг в друга еще в юности, когда учились в одном классе. Они играли в футбол, а Зоя, будучи пухленькой и сильной, любила стоять на воротах, умело отбивая мячи (однажды она его так пнула, что тот полетел через дорогу и повернул в одном доме спутниковую тарелку, из-за чего у бабули начали показывать двадцать четыре на семь турецкие сериалы в оригинале). Пирожкова гордилась собой, но увлеченный спортом Владик, будучи красавцем и умельцем всей школы, прокачал навыки и, улыбаясь во все оставшиеся после кутерьмы на футбике зубы, таки забил… С радостью победы он взглянул в глаза Зойке и пропал… Ему показалось, что в них отражалось само небо, что в ее русые волосы вплетено золото, а розовые губы похожи на малину… Девушка тоже потерялась в том моменте, проникшись к Владику высоким чувством… Она захотела откормить этого дрыща, ведь ее бабушка всегда учила делиться едой с другими.

Научившись печь пирожки, Зойка откармливала Владика, благодаря чему он становился красивее и... Юноше повезло с генами, ведь он мог много есть и не полнеть, а девушка же считала сей факт ненормальным. Она даже потащила своего черноволосого друга с сияющей улыбкой к врачу, который раз десять заверил, что всё с ним нормально. Проникнувшись еще более мощной симпатией, Владик открыл свое сердце Зойке, выложив из теннисных мячиков признание. Вспыхнув ярче новогодней елки, русоволосая закидала его этими мячиками, попав лишь чувствами в сердце юноши, который любит ее и по сей день.

История едва знакомых людей вызывала у Спешакина теплые чувства, но вместе с ними была и тень тоски по родителям. Его мама с папой столь же сумборно встали на путь любви, которую прививали и своим детям. Рома верил в высокие чувства, но он был слишком замкнутым для романтики. Возможно, мысленно, он думал, что рано влюбляться, ничего не добившись, ведь мужчина в семье добытчик. Вот только вместо работы по престижной профессии из-за ветренной и подлой сестры он избавился от прошлого, безуспешно строя поспешное будущее.

Ферма, возвышающаяся большим двухэтажным домом и габаритным сараем на мотив конюшни с покосившейся крышей, вызывали отрицательный восторг. Рома уже понял, что его развели, но слабая нить надежды вела его к конечной цели для собственных убеждений. То тут, то там в доме были треснуты стекла, большая территория поросла бурьяном и деревьями, а из собачьей будки вылез поросенок… Стоило Ромке открыть косую калитку и удержать ту от знакомства с землей-матушкой, зверь на него посмотрел глубоко и осознанно. Ветер всколыхнул рыжие волосы Спешакина, и нагнул травинки, в которые юркнул поросенок, летя на хозяина «руин», как бык на красную тряпку. Рома, совершенно упав духом, на автоматизме увернулся, и зверь выбежал на уличную площадку. Поставив на место калитку и припнув ее одним из чемоданов, Спешакин без бурных эмоций нырнул в траву, направляясь к дому.

Ключ, вставленный в скважину побитой новогодними петардами двери, упрямо не хотел проворачиваться, но после таки сдался, наконец, впуская хозяина в пыльный коридор. Оставив второй чемодан у выхода, по советским ковровым дорожкам Рома тихонько и как можно спокойнее пошел на осмотр своего имущества, но после кухни со столовой, где, к удивлению, не требовалось вызывать сразу три клининговых компании, он наткнулся на то, что не вписывалось в общую картину… В самой большой комнате с цветастым диваном и мягкими креслами, в неоновой подсветке, среди плакатов и игральных карт собрался «Анонимный клуб анимешников», как гласила вывеска на старой обоине, которую пыталась разукрасить розоволосая девушка лет девятнадцати-двадцати на вид.

— Машк-Стесняшк, подай, пожалуйста, баночку с блестками, — обратилась к подружке розоволосое недоразумение с прической, над которой явно потрудились те воинственные куры.

Светловолосая девчушка с двумя вьющимися длинными хвостиками, пряча глаза под челкой, скромно подала красивую баночку подруге, которую та небрежно открыла зубами. С девочками был еще парень их возраста, только вид у него был под минус сорок, прям под цвет белых волос. Сероглазый юноша подпирал стену, потупив взор куда-то вдаль, как будто бы кому-то позировал или ушел в режим энергосбережения. Он был красив, холоден и спокоен, и только тайком бросившая косой взгляд на друга Машка, краснея, подтвердила отрешённость парня.

— Морозкин, — зачем-то обратилась к нему владелица макаронной фабрики на голове, — не стой столбом, помогай, раз пришел.

Даже не взглянув на девочек, юноша молча открыл окно и вылез через него, уходя прочь.

— Вот же шампиньон растоптанный! — креативно выругалась розовласка ему вслед. — И как он может тебе нравиться? — спросила она уже тише у подруги.

— Ну, оно как-то само, — теребя края красивого малинового платья, зарделась блондинка. Ее голос нервно дрожал.

— Да Димка Леньков в сто раз разговорчивее будет, и это с его ленью! — активно рассыпая блестки по поверхности бумаги, пропитанной клеем, возмущалась подруга.

— Саша, он мусор раз в полгода выносит, и то, потому что ему из-за него негде спать становится.

— Зато розовощекий, подтянутый, веселый, — налепливала на оставшиеся места стикеры с потешными мордашками аниме-персонажей девушка.

— И непостоянный, потому что ему ухаживать за кем-то лень, семью заводить лень, ему всё лень, — забыв о скромности, распалилась негодуем Маша.

— Зато не уйдет от тебя, потому что лень.

— Спасибо, подруга, тебе бы в психологи идти учиться, зачем же ты пошла на дизайнера? — нотки обиды отчетливо звенели в красивом голоске блондинки, на что ее подруга совершенно не обращала внимания.

— Кхм-кхм, я вам не мешаю? — решив не вслушиваться в личные разговоры вторженцев, наконец, подал голос Спешакин.

— О, у нас новый член клуба! — отбросив прочь бумажульки, перевернув на себя блестки и подлетев к Роме, хлопнула липкими из-за остатков клея руками по плечам его Саша. — Из соседней деревни? Надолго тут? Проездом? «Наруто» или «Блич»? А может, — тон энергичного вихря стал заговорчески-тихим, — по «Харухи Сузумии», м?

Спешакин ничего не понял из сказанного, лишь тяжело вздохнул и после выдал:

— Харакири мне уже устроили до вас, расходитесь по домам.

— Чья мамка тебя пирожками накормила, а? — казалось, даже разноцветные линзы девушки потемнели. — Почему мы в своем возрасте не можем смотреть аниме, м? Что плохого смотреть анимированный сериал вместо обычного с живыми актерами? И тут, и там сюжеты похожие, но глубина в анимации больше! И вообще, мы уже взрослые, совершеннолетние! Почему мы должны стыдиться смотреть азиатские мультфильмы?!

Машка, прижав сложенные в замок ручки к сердцу, поддерживающе закивала.

— Вы не поняли, — улыбнулся Спешакин, пытаясь предотвратить свой очередной «хлобысь» на пол из-за переизбытка эмоций, — я тут живу.

— Слышь, бомж, думаешь, шмот красивый на помойке нашел и элита? Можешь нас теперь с заброшек выгонять, да? Да мы тут все комнаты раз в неделю прибираем, чтоб ты знал! — выпятив грудь вперед и вперев руки в бока, наступала на шокированного парня девушка.

— А вот в прихожей Григорий повесился, — на автоматизме выдал Рома, вспомнив имя, которое дал в детстве уличному пауку во время семейного отпуска.

— Какой Григорий? — Машка аж подскочила, к ней подбежала Сашка, хватая в руки розовый магический посох для косплея.

— Ты нас, бандюжка, не проведешь! Пошел прочь отседа, я научилась пару приемчикам у Пенделевой, сам от нас за решетку потопаешь, понял!

— Я о пауке на паутине, — совершенно спокойно произнес Спешакин, мечтая выйти из реальности и зайти через нормальную дверь обратно.

— Бомжуйкин, топай отсюда!

— Эта собственность принадлежит мне. Я честно купил эту ферму, могу показать документы.

— Да вы не в себе, сер, — слишком уважительно заговорила до этого испуганная Машка, глядя уже на Спешакина с сочувствием. — Но ничего, и вас вылечат. Мой дедушка всегда так говорит.

— Я сейчас схожу за чемоданом и покажу документы, — пропустив мимо ушей оскорбления, молвил он и пошел за вещами на улицу, но у калитки было пусто. Какая-то женщина в красном платье в горошек с широкой шляпой на голове важно вышагивала с чемоданом Спешакина, как будто бы нашла клад или же вернулась с Мальдив.

Ромка занимался спортом очень давно, еще в спортзале, куда ходил на встречу с другом больше, чем на тренировки. После эмоционально красочного дня ему хотелось лишь упасть бревнышком на ближайшую мягкую поверхность в своем доме и проспать, а потом проснуться, и чтобы весь этот дурдом в его жизни оказался кошмарным сном. В итоге запыхавшемуся ему приходилось бежать в позе креветки (спина сказала: «Ой, на этом мои полномочия всё») за разодетой дамочкой по улице, где кое-где не было фонарей. Ну, как не было, кто-то просто спер из них лампочки. Он и орал вслед воровке, и грозил заявлением за кражу, но та, вышагивая на тонких шпильках девяностых, напевала себе под нос какую-то песню про мокасины цвета «апельсины». Миновав пару улиц, ползя на первой улиточной, порядком отставший Спешакин, победно улыбнулся, ведь женщина остановилась, дабы поправить свои похожие на завитушки «Дошика» волосы.

— Стойте! — орал рыжик, у которого открылось второе дыхание для бега. — Это мой чемодан!

— Молодой человек, что вы такое себе позволяете? — повернулась к нему женщина, выразительно снимая солнцезащитные очки, которые уже были в сумерках давно не актуальны. — Это мой чемодан, вам такой позволить себе не по карману.

Спешакин бы обиделся, будь женщина ему знакома или будь он конфликтным, но вместо этого он взглянул на колеса и внешний вид чемодана. Женщина не лгала. Просто у нее был похожий чемодан, а его… Таскала за собой на мотив упряжки чья-то откормленная хаски, подгоняемая двумя чумазыми парнишками-близнецами…

Извинившись перед женщиной и отвоевав свои вещи у детей, Рома вернулся к десяти часам домой, где ему оставили любопытную записку:

«Если завтра к семи утра не принесешь в соседский дом напротив документ на ферму и удостоверение личности, будешь куковать в курятнике участкового».

Теперь Спешакину точно не светит долгий сон, а еще нужно хоть чем-то поужинать. Разумеется, газ был перекрыт, и Рома после электрической плиты и без интернета не смог с ним разобраться, поэтому пришлось жевать купленное на автостанции вяленое мясо неизвестного происхождения. В какой-то степени он был благодарен анимешникам за порядок в доме, а в какой-то… К ним было много вопросов. Вот, например, зачем в шкафу вместо простыней пять длинных подушек с аниме-персонажами? Это они злость на антагонистах вымещают, когда те в анимехах чудят, или Рома отстал от трендов, пока был в депрессняке из-за родных? Железная кровать скрипела от одного знакомства с ее поверхностью руки, намека на простыни не было, как и на подушки. Благо, хоть одеяло, которым побрезговала моль из-за жесткой ткани, было. Накидав на кровать аниме-подушки и рухнув на них, как на матрас для плаванья, Спешакин уснул почти мертвым сном… На втором этаже что-то эпично грохнулось, как в тех самых сценах напряженки из ужастика, но Рома, потушив прикроватную лампу, уснул убитым сном.

Долго спать юноше судьба не позволила. Ближе к трем часам ночи, когда в пятый раз что-то со скрипом свалилось сверху, Спешакин, встав, как разбуженный сразу же после закутывания мумий, потешными шажками босиком, в одних пижамных шортах, потопал вверх по скрипящей лестнице, не забыв перед этим захватит телефон для освещения (на втором этаже лампочки он не проверял). Как и ожидалось, выключатель не реагировал на нехитрые манипуляции, и потому, врубив фонарик и вооружившись потрепанной декоративной саблей со стены (наследие мушкетеров, не иначе), юноша угрюмо потопал к той комнате, что была над ним. Резко открыв дверь, Ромка уронил и телефон, и сабельку… В окружении мягко шумящих серверов и ярких мониторов стоял зеленоволосый юноша в очках, запутавшись в сетевых кабелях…

— Мне, конечно, говорили, что тут интернет хороший, но не слышал, чтобы провайдеры предоставляли услуги в столь позднее время суток, — могильным тоном молвил Спешакин. — Твоя лавочка криптовалюты подошла к завершению, серваки под мышки и гусиным бегом отсюда.

— А ты еще что за покемон? — едва слышным спокойным тоном спросил странный юноша.

— Владелец частного имущества. Топай отсюда, а я спать, — подняв телефон и повернувшись к выходу, отрезал рыжик, — и это, — он обернулся, — чтоб без шума.

— Анимешники всяких чудаков принимать начали, — обреченно пробурчал вслед хозяину незнакомец. — Помог бы выпутаться из проводов, что ли!

— До сабли доскачи и через дверь отсюда мчи, — смачно зевнув, законно гнал права Ромка, плетясь к кроватке, из-за которой ему точно обеспечен радикулит раньше времени.

* * *

Проснувшись с первыми петухами, забравшимися сквозь открытую форточку и сидящими на спинке кровати, Ромка мысленно на всех известных языках обругал компанию, которая его развела. Ночью стало жарко, пришлось открывать окошко, а тут еще и птицы с важным видом профессоров его изучали, будя, будто он на лекцию опоздал.

— Мать моя Орочимару, — пробубнил юноша, прочтя имя длинноволосой красавицы на анимешном плакате, что висел прямо по курсу. Он уже хотел встать с кровати, но тяжелый груз в виде упитанного рыжего кота на животе не позволил ему благополучно подняться. А еще рядом, сидя у кровати на полу, вцепившись юноше в руку, посапывала Машка. — Вот тебе и Скромняшка…

— Че на меня зыркаешь, бомжуйкин? — потусторонним тоном, противореча фамилии, заговорила анимешница. — Документы на стол, быстро!

— Я слышал, что в деревни ездят для душевного спокойствия. Это кликбейт. Руку отцепи и отвернись, оденусь и покажу тебе документ.

— Не заставляй меня ждать, — тоном грозного повелителя бросила девушка, выпуская хозяина дома из хватки. Подойдя к двери, она отвернулась, теребя свои длинные волосы, водопадом струящимися по спине. Заявилась она, кстати говоря, в косплее самурая, с декоративной катаной на поясе и пластиковыми щитками на плечах.

— У вас тут вирус чудаковатости воздушно-капельным путем не передается, случайно? Маски, антисептик и дистанция нужна? — натянув в тон шорт белую футболку, ворчал Рома, открывая ящик прикроватной тумбы. Вытащив оттуда папку с документами, он повернулся к девочке и почти напоролся на пластиковое острие ее опасного меча. — Тебе бы в исторических фильмах сниматься. И не хмурься, это комплимент.

— Спасибо, — убирая оружие на место, уже спокойнее заговорила девушка. — Просто, мало ли, что ты за человек. Ты парень, у тебя от природы сил больше.

— Ты бы по заброшкам меньше шаталась, — передавая вытащенный из папки документ блондинке, выдал здравую мысль Ромка.

— Тут в деревне мы друг друга с рождения знаем, каждая собака нас знает, бандитизма нет, — Мария несколько раз прошлась взглядом по документам. — Слушай, Рома… А почему у тебя фамилия, м, как у старых владельцев фермы? Хм, я тут вспомнила, что видела в дедушкином альбоме фото его друга, который жил здесь давно, и ты отдаленно похож на него. Зачем ты купил ферму у своих родственников? Ром, почему ты побледнел? Эй, не падай в обморок, у нас тут скоро аниме-сходка, и мы хотели бы выдвинуть тебе деловое предложение…

Но Спешакин уже ничего не слышал.

Спешакин пришел в себя из-за уже знакомого запаха чебуреков, из-за которого предательски заурчало в животе, да так громко, словно туда без арендной платы заселился жук.

— Мамка, кажется, не надо дожидаться Уколкина, Ромка жив! — звонкий голос Генки отбивался болью в висках рыжего. Ребятенок затаился, прислушиваясь и всматриваясь в лик хозяина дома.

— Слушайте, это, получается, если он еще раз хлопнется в обморок, а Уколкин будет на прививках в детском садике, скорую мы не дождемся? — рассуждала Саша, облокотившись на стену, где висел постер с веселым Тоби из «Наруто».

— Пф, — отмахнулась Пирожкова, — скорая, в лучшем случае, доедет до нас через сутки, и хорошо, если адрес правильно запишет. У нас же связь такая, что проще через дворы обмениваться сообщениями, перекрикиванием.

У Генки аж ушки дернулись, что Машка понимающе похлопала того по плечу. Ребенок из всех молодых ребят любил ее с Сашкой больше всего, так как у него не было старших братьев или сестер.

— Объясните, мне, пожалуйста, поподробнее о бывшем владельце фермы, — поднявшись, как восставший зомби, молвил Роман.

* * *

Спешакин в гордом одиночестве сидел на потрепанным временем диване в большой комнате аж с четырьмя окнами. Свет яркого солнца падал на его измученный лик и позволял четче разглядеть принесенные местными жителями старые почти выцветшие фотографии родича Ромки. В доме царила почти полнейшая тишина, лишь Петька Стремный, обещавший за проживание нарыть инфу про развод-контору, громко чертыхался, снова на верхнем этаже запутавшись в проводах.

Пирожкова советовала ему выплеснуть стресс, выдергивая сорняки, поэтому рыжик, натянув спортивные шорты и гавайскую рубаху с ярким принтом, купленную для отдыха заграницей, не забыв про налобную повязку с мотивирующим лозунгом «Джаст ду ит», вышел во двор. Он, как техасский мачо со старой тяпкой вместо револьвера грозным взглядом оценил поле боя. Казалось, сорняки под его пристальным взглядом прогнулись, моля о пощаде. Конечно, то был просто порыв ветра, но юноша, заорав, как закаленный в бою богатырь, бросился на самый высокий куст травы с тяпкой, целясь прямо у корня, но… Чудо-орудие не выдержало, из-за ржавчины поломавшись надвое, и в руках Спешакина осталась только деревянная ручка, которую побрезговали доедать термиты. Откинув прочь павшего в бою товарища, Ромка голыми руками с видом истинного самурая с криком «Хая» бросился на куст травы, пытаясь выдернуть его, но из-за сухой земли куст остался в родной земельке, а вот парниша подрал свою нежную кожу.

Вернувшись домой и напялив зимние варежки вместо рабочих перчаток, несломленный двумя поражениями юноша вооружился большой длинной косой… Увидевшая его хищный взгляд, обращенный к траве, проходившая мимо бабуся окрестила «внучка» жертвой «сатан-тикитока», и, почитав на всякий молитву за сохранность его оставшихся клеток разума, пошлепала дальше за хлебушком, энергично подбрасывая салафановый кулек. А Спешакин таки повалил врага наземь, и даже его гнусные зеленые побратимы легли рядом, пав в суровом бою. Рыжеволосоя «смертушка» под напевание задорного трека уложила загорать на ясно солнышко целый… метр травы. И Рома понял, что устал. Пот градом стекал с него, и он уяснил, как будет экономно поливать грядки, просто процапывая между ними траву… Усевшись прямо пятой точкой на приятно пахнущую свежескошенную траву, Спешакин позабыл о том, что его кожаные сандальки непригодны для сурового огорода, кишащего его местными насекомо-обитателями. Возможно, парню было суждено познать гнев потревоженных муравьев…

Вбежав с визгом в дом, под сопровождение быстро спустившегося Петьки, Ромка встал под душ, но вода сказала, что сложила полномочия. Побежав обратно на улицу, он включил кран, но оттуда сначала побежала грязная вода… Обкусанный, мокрый, измазанный в грязи, молодой огородник познакомился с испытывающей жажду пчелой… Жужжащая сестрица решила, что капли воды на его ногах блестят ярче, чем в луже у крана, поэтому началась игра: «Догони меня, пчела»… Петька орал со второго этажа, что пчелка заценила цветастый принт гавайской рубахи, Ромка ее снял и пытался отмахнуться от еще одной увязавшейся за ним пчелы. Соседка из дома справа орала что-то про стыд и срам. Прибежавший на топотулях паники пасечник орал через забор, чтобы так жестоко с его Майей сороковой и Майей пятьдесят девятой не обращались…

Короче говоря, медоносные пчелы оставили на щеках Ромки симметричные укусы, после чего улетели за быстро ретирующимся от возможного скандала пасечника, только вот Петька успел снять всё на видео и обещал выложить в интернет для разрушения репутации безответственного мужика. Мог бы хотя бы помочь, в самом деле. Только о своих пчелах и думал. И вообще, Спешакин недоумевал, как он им имена дает и всех запоминает?

Выдержав час отдыха с неприятными ощущениями, напялив хокейскую маску, несломленный колхозник из города вышел на борьбу с лозами, обвившими весь дом так, что скоро крышу за собой потянут, вооружившись сразу двумя секаторами. Возвращающаяся домой с хлебушком всё та же бабуся снова прочла молитву за целостность его ума-разума, а Ромка, как герой из комикса, с криками: «Хачча», вместе с лозами нечаянно перекусил интернет-провода, и как раз отправляющийся важному человеку код программы сбросился… Улица услышала обреченный вой Пети Стремного, которого местные жители окрестили волколакой…

Теперь Петька чинил обрезанные провода с помощью какого-то набора инструментов, а Спешакин делал «прическу» разросшемуся кусту ежевики, пока не изрешетил свои калоши от всемирного бренда…

Плюнув на всё, Ромка попер чикать секаторами траву, да так и застыл, увидев бабочку, запутавшуюся в паутине. Намотав паутину под возмущенным взором ползущего к «обеду» паука, рыжик спас белую бабочку и та благодарно вспорхнула в небушко, с которого внезапно полился град… Петька выругался на непонятном языке, градины размером с горошек, который Рома видел только в оливье, начали падать, как снаряды… Петька вбежал в дом через открытое окно, Ромка влетел через входную дверь, споткнулся на следе своей же намоченной обуви, распластался звездочкой в прихожке, где на него взирал одухотворенно бюст Ленина… И град закончился.

Услышавшая кутерьму Машка явилась к Ромке с Сашкой и Генкой с пестрыми дисками аниме, с ведром пожаренной картохи-фри и кастрюлькой чебуреков от Пирожковой. Они как знали, что знакомиться с деревенскими хлопотами Спешакину нужно постепенно…