Гарри против тварей-4 (джен)

Многие волшебники видели под Рождество сны, симпатичные, цветные и продолжительные. Часто и запоминающиеся, а порой — и намекающие. Когда неплохо так намекающие, когда совсем малопонятно.

Здесь, скорее всего, не обходилось без магии, в целом приятной. Этакое напутствие, с намёком, что будет лучше, ещё лучше, чем было. Или останется в основном прежним, но и по-другому тоже, и неплохо. Или хотя бы терпимо.

Рождественские сны мистера Поттера начинались с вопля слизеринца-наследника, пытавшегося выполнить обманку Вронского и воткнувшегося в твёрдый грунт, но с заглублением. Зато Гарри торжествует, со снитчем... коллекцией снитчей, сверкающих на солнце, Гермиона его обнимает и даже целует, а он тоже…

…Цитирует ей Британскую энциклопедию, прямо абзацами, а она улыбается и хвалит, хвалит. А Рональд прижимает руку к груди и всем клянётся, что валил только тролля, от конной ферзихи валился сам. А василиска не валил, и даже не видел такого ужаса никогда, а от пауков побыстрее свалил, на самой скоростной машине!

И чуть не навалил, но совершенно не стесняется, ни капельки! Потому что когда пауки меньше слона, но больше кентавра, это такая дрянь, что не описать… Да, правильно подсказываешь, Гарри, только навалить!

* * *

Миллисента Булстроуд, прочитавши сказку про доброго волшебника из страны Оз, не откладывая, смоталась в Изумрудный город. Где успешно влезла в нужную очередь, самой первой, и сразу дала в ухо Трусливому Льву, чтоб не мявкал. Потом купила у начальника этой Волшебной страны хорошие мозги — лучшую модель, с дополнительной памятью и оптовой скидкой.

Попробовавший негодовать Страшила тоже получил в ухо, твёрдым в мягкое. И также выбыл из очереди претендентов. В смысле, далеко из неё улетел, громыхая по пути сшибленным заодно Железным Дровосеком.

Сегодня не день жестянщика, поэтому и лесосеку жесть! Миллисенте чужды люди физического труда, она из приличной дворянской семьи, тёмной притом. Потому что чучелке — никогда! Какие ещё мозги, страшилам всяким, за так раздавать, когда она галеонами платит?

И выковыренными кое-где изумрудами, раз никто не заметил… Поэтому купила лучшие мозги, и ещё осталось немного денег на порцию Винсенту Крэббу, именно ему.

А кто ещё достоин мозгов? Похоже, вариантов нет. Винс правильно на неё смотрит, уделяет кое-какое внимание, постоянно. Особенно если чаще бывать неподалёку, типа, мимо проходила, интересное спросила… И руками стал меньше разговаривать.

Зато она больше стала руками разговаривать, потому что бьёт правой очень ловко. Если бы ещё и левая так работала, а не была на подхвате… Тогда все эти мелкие тощие стервы мгновенно бы заткнулись, а из остальных зубы стали быстрее сыпаться!

Всё-таки от мальчишек бывает польза, она по их подсказкам хорошо научилась и бить, и блок от ударов ставить. Хотя какой там блок, её ударом уронить — это Крэббом надо быть. Да, куда ни плюнь, везде Крэбб, кильманда такая...

Винсент как-то похитрее Гойла, хотя выглядит простодырым. Ну да, если дома кнутом воспитывают, без хитрости даже выжить трудно. А Винс ничего, иногда даже весёлый, про Малфоя интересно рассказывает. С намёком, что босс порой такое отмачивает, чего им и вдвоём с Грегом не учудить. Поэтому только Винсент.

Другие же вообще не уделяют внимание излишне полной и слегка драчливой девице, так? Или уделяют неправильное, дразнятся. Хорошо, что стишки на неё перестали писать, особенно Поттер. А вот она пишет, чтобы отомстить, особенно принсику этому, с платиновыми волосами. И вобле Паркинсон, которая клеится к блондинчику, тоже.

Мисс Булстроуд в этом отличном сне похудела, без труда и умеренно. Да, весьма умеренно, чтобы Винса не обидеть. Правильней же, когда пара похожая, тогда общаться легче. Лучше в этом году стало, определённо.

И в ухо она бьёт без промаха, и делать это надо реже. Потому что в душевой уже не всегда пристают с насмешками, а даже здороваются. Раз мисс Булстроуд сумела себя поставить... со своим от природы поставленным.

* * *

Драко Малфой видел себя за рычагами маглорубки, приятно подрагивавшей от ритмичных движений резаков маглятины. А вернувшийся из временного небытия Темнейший Лорд сидел рядом, приобнимал и мягко советовал, что лучше по нарастающей. То есть, сначала грязнокровку, чтобы механизм прогрелся, и не самыми тонкими ломтями, для скорости.

Потом предателя крови... предателей, всех, их уже тонкими. Работать с Лордом просто прекрасно, он такой заботливый преподаватель, всё-всё разъясняет… И вот остаётся рыдающий Поттер, он валяется у аппарата, целует сверкающий металл и обещает сказать, где зарыл коллекцию собранных победных снитчей.

Между тем Лорд предупреждает, что устройство будет сильно греться, раз это Поттер, очень коварный… А также и беспринципный, и очень достающий всех благородных. Однако полукровку следует нарезать тончайшими ломтиками, и с перерывами, чтобы гарантированно выжать из него всю некроэнергию, которой немало...

И вдруг Лорд настораживается, быстро говорит заклинание — и на месте Поттера вдруг проявляется… явно помрачённый Конфундусом завхоз Филч! Который коварно и метко забрасывает Драко калом, а Лорда забрызгивает мочой и хохочет. А Поттер вдруг стремительно налетает откуда-то сверху, на метле… И сбивает Лорда, с достоинством протирающего глаза, прямо наземь, в грязь!

Лорд в бешенстве снизу кричит, и почему-то на него, наследника... Потому что в мэноре, где никогда не бывает грязи, вдруг появилась большая лужа, с уринально-фекальными остатками от грязнокровок и предателей!

А Поттер снова неожиданно падает прямо с неба, хватает его за волосы и тащит на высоту! Подвергая при этом всевозможным инсинуациям и прямым оскорблениям. Вроде того, что с Малфоя должно стечь дерьмо, и тогда останутся одни волосы, и полёт будет лёгким.

А он не может ответить, и презирать тоже не может, потому что за волосы — это так больно, как будто голова сейчас оторвётся! Он начинает кричать, а Поттер говорит, что Лонгботтом стоил раньше дюжины таких, как Чернокок Малфой, латентный негритос, понял? А уж сейчас таких, как ты, Драсюк, ему только подтирать задницу годится минимум пятнадцать душ, этих вот дракоподобных жалких неудачников, понял?

Поэтому ступай вниз, обделанный, к Лонгботтому, почисть ему ботинки, постирай трусы и разомни бумажки, для мягкости, потому что учить тебя правильно подтирать — это же столько времени уйдёт! А ему надо Лорда сжечь, повторно, и побыстрей, пока тот из лужи не выбрался. Дескать, он привык сухих Лордов сжигать, а не обмоченных, так и брякнул, без малейшего стеснения!

Ещё этот негодяй успел сказать, что Уизли тоже будет ждать услуги, особой, он тебе сам расскажет, поэтому ступай, ибо надоел... И вдруг Поттер отпускает его, и Драко начинает, с замиранием сердца, ждать падения, с огромной высоты! Однако магия рода хранит его! И этот, очень неправильный сон, предназначенный всяким там… обрывается. Потому что мистер Малфой хочет другой, про милое и домашнее!

И магия показывает ему длинный ряд павлинов, из которых он дёргает самые красивые перья, для коллекции. А птицы не шевелятся и молчат, из уважения к наследнику Малфою. Потом домовик Добби, придурошный, начинает жонглировать садовыми гномами, и надо признать, довольно ловко. А Драко тем не менее попадает в летающих гномов режущим Секо, своим любимым, без промаха.

И когда гномы заканчиваются, потому что Добби их мало наловил, наследник сердится, парализует домовика, левитирует к потолку и прибивает за уши. А родители хвалят его умения и выдают шоколад, и больше чем обычно. И говорят, что он заслуживает новейшей метлы, самой скоростной…

* * *

Теребил папка свой корешочек,

А жену гладил по пятой точке,

Мама Молли устало

Сим объектом виляла,

Ну, а муж только нюхал цветочки!

Артур Уизли очень завидовал тому, что Малфои смогли слетать на Луну. Такой сверхдальнобойный портал делался строго индивидуально и стоил сумасшедших денег. Но раз тёмная семейка изгадила ближайшую планету, тогда, значит, Марс! Прошвырнуться, так сказать, по марсианским каналам, в сухопутной гондоле, да. Гондолу он обеспечит. А вот кто обеспечит Марс? Там же такой портал понадобится… порталище!

Может, подбросить Фаджу какую-нибудь опасную маглятину, вроде мины или бомбы, не навозной, а ещё хуже, а потом обезвредить? И получить гуманитарную помощь за спасение министра? Так сказать, от песков Египта к пескам Марса, это будет очень магоугодно!

Рона можно не брать, он не оценит, хватит близнецов, они очень расторопные ребята. И, конечно, Перси с Джинни. Да, в таком вот составе. А если близнецы будут хулиганить, их можно оставить, и прямо на Марсе… нет, Молли не согласится. Она скорее его оставит, и в плохом состоянии…

Близнецам Уизли снился общий сон, с вселенскими планами. Как они изобрели универсальный стиратель всего, и сразу стёрли Фаджа и Малфоя, и ещё Филча… и потеряли стиратель, непонятно как! Неужели похитили враги? И сейчас сотрут их самих?!

* * *

Грегори Гойл видел сначала во сне, как ловким апперкотом опрокинул Крэбба, исподними кружевами вверх, только туша об пол грохнулась — и тишина! А потом появился докучливый босс, который бегал туда-сюда, с пальцем в заднице, и кричал, что вывихнул, ему больно и что кто-то ответит…

А Гойл грыз шоколад босса, крики которого вскоре затихли вдали, и был уверен, что не ответит, а съест все три плитки. Потому что босс будет долго занят, раз Поттер обещал поменять наследнику палец в интересном месте на палочку.

Соответственно, мистер Гойл потом ляжет на кровать босса, с ногами, и будет листать книжку какого-то маркиза-садовника, которая вроде не хуже Камасутры. И притом гораздо подробней, в некоторых интересных и особо интересных аспектах.

Про аспекты он подробностей не знает, но когда-нибудь узнает. Не зря же вызубрил, во сне, половину французского языка, украв самоучитель у растяпы Грейнджер. С половиной языка он всё основное в книжке маркиза-садовника и разберёт!

Винсенту Крэббу снилось, что он — фекальница-метательница, и поджидает бегающих поблизости Поттера с Лонгботтомом. Однако в его прикорневую ловушку случайно попадает босс и, сбитый мощным фонтаном, начинает тонуть. А он думает, что и так неплохо, когда босса засасывает, потому что коричневое на белом и зелёном — это очень контрастно. И поэтому гармонично, как кто-то из преподов говорил.

Вот сейчас-сейчас он особенно смачно чавкнет — и босс скроется с головой, и совсем перестанет визжать. Потому что фекальница обожает оперную музыку, а не вопли с угрозами, хотя не все об этом знают. Крэбб не в курсе, что такое оперная музыка, но вопли Драко точно хуже, хотя он босс и вообще...

* * *

Дафне Гринграсс снился нормальный жених, а не этот, которого выбрали родители. Он был сложносоставным и абсолютно идеальным. Основу составлял рослый симпатяга Седрик Диггори, с его замечательной улыбкой, собственной… И причёской от принсика Дракушки. И мантией с обувью от него же, и сейфом ещё. Глаза были от непонятного героя, и удачливость с храбростью — тоже поттеровские.

В принципе, ей уже достаточно, потому что зеленоглазый Диггори с платиновыми локонами и золотыми сейфами выглядел просто сногсшибательно. Как говорится, от добра добра не ищут. Но она не прочь поискать, она же Гринграсс, очень красивая и разборчивая… Кого попало ледяной принцессой не назовут!

* * *

Луна Лавгуд видела во сне, как морщерогие кизляки подкусывают вредных равенкловцев и противного шестого Уизли, грубияна, невежду и вытягивателя магии. И врага замечательно книзловатого котика Живоглота, и ещё многим врага, раз много воняет — и душевно, и словесно. И ещё хуже, когда разным цветом и по всему коридору.

А её должен защитить от софакультетских вредителей один необыкновенный нюхлер, совершенно необыкновенный. Потому что чем-то напоминает морщерогого кизляка, в одном из аспектов…

А Ханне Аббот снилось, как она спрашивала у Невилла Лонгботтома про всякие растения, а тот и подробно рассказывал, и заинтересованно на неё смотрел. А потом даже сказал, что она ещё лучше, чем его Тревор!

Потому что Тревор и буро-зелёный, и квакает, и вообще, парень, а ведь с девочками гораздо интереснее. И ещё он слышал, что с ними можно разговаривать руками, и хотелось бы научиться, раз мисс Аббот вроде не сильно против…

* * *

Профессор трансфигурации видела сон весёлый и в меру пьяный. Она только что вернулась из Запретного леса, как следует погоняв оборотней. Хорошо! И месть одному неправильному ученику уже в разгаре. Это тоже приятно, особенно когда виски и не думает кончаться, не говоря о валерьянке.

Минерва Макгонагал утоляла чувство мести — как строгий преподаватель, понимающий, что, помимо плохих учеников, есть ещё и очень специальные. То есть топила младшего Уизли в огромном чане с ледяной водой.

Тот, конечно, проявляя привычное недовольство, вопил и орал из-под тяжёлой крышки грубости про кошек. А конкретно, про одну бесхвостую Котауси, и даже пытался рифмовать, гнусное чучело! Но уже заметно охрип и скоро должен был прекратить сопротивление. С неизбежным опусканием туда, где ему самое место — на дно.

Потому что прежние трансфигурации в неживое совершенно не помогли в борьбе с Рональдом Уизли. А значит, она превратит его в труп, а затем трансфигурирует труп в крысу и подбросит Альбусу. Да, чтобы тот превратил тушку, раз терпеть не может крыс, в очередной школьный унитаз, новенький и яркого оттенка, столь любезного директору…

Этот Уизли не унимается, хотя его рифмы самые паршивые… Живучий гад, просто как кошка! Ничего, она смешает новую порцию любимых сортов виски и подождёт. Добавив льда в чан, для скорости. Раз даже превращения рыжего вредителя в тазик не помогают, тогда вода! Да, та вода, в которой плавает плод в утробе матери, и с потоками которой он рождается на свет…

Раз мистер Уизли, костлявый убийца её сил и времени, тяжелее воды, он утонет, в этой истине она не сомневается. Потому что опытный преподаватель и грозный рыцарь трансфигурации стоит на страже несчастных беззащитных животных от оскала мирового котофобства...

* * *

Сон Помоны Спраут тоже был о довольно хороших вещах. Она как раз заканчивала приготовление штрафных как просто бутербродов, так и пятислойных сэндвичей из разных кактусов — для самых нерадивых учащихся. И по доброте душевной разложила целых четыре сучка в качестве образцов штрафных носов для менее провинившихся.

Раз девчонки так не любят нос сучком, она даст максимум выбора! А кактус для штрафной отсидки останется прежний, круглый, пожилой и шипастый. Ибо здесь она позволит себе здоровый консерватизм, сообразно возрасту.

Ещё ей снился добросовестный мальчик Лонгботтом, очень серьёзный и выбравший вполне разумную специализацию на хищных растениях. И отличница Пенелопа Кристалл, тоже очень эрудированная и влюблённая в орхидеи. Что миссис Спраут всегда находила чрезвычайно уместным и женственным.

Осталось покормить пресловутую хрюнию рукоедную, чтобы не навредила подросткам. И тщательно подкормить побеги лютой кровянки, восхитительно редкой драчуньи. Не забыть только развесить несколько тыкв на нижних ветках Дракучей Ивы, коли Рождество.

И Дракучечке будет приятно постоять облагороженной оранжевыми шарами, не только же ёлки украшать! Их Хагрид таскает из леса, а Дракучая — здешняя уроженка и поэтому имеет право на рождественские шары! А тыквенный самогон, весьма незаурядный дар Хагрида, уже потом, потом…

* * *

Рита Скитер, журналистка-проныра из «Ежедневного Пророка», видела себя повелительницей жуков, Жужжалой Грозной! Да она жука-оленя, чемпиона по величине, скоро отымеет, во имя силы жужелиц! И повелительницей магов-мужчин тоже будет, превращаясь, с помощью волос популярной актрисы, в такую красотку, от которой сводит рот у любого тестикулоносца!..

Аргус Филч видел, как убирает за облевавшимся Годриком Гриффиндором и подаёт упавший платочек раскрасневшейся от вина и танцев леди Ровене Равенкло. И те возлагают на мистера Филча верхние конечности, пускают много сильнейшей магии — и сквиб превращается в мага, да неслабого!

О, какая справедливость! До чего эффективнее станут его попытки неравной борьбы с толпами всевозможных грязных бандитов с палочками, загаживающими замок ежечасно и ежеминутно. Конечно, его знаменитый тапок, что потяжелее чугунного, останется, но с палочкой-то, с палочкой, он же парализует всех грязнуль, всех!

* * *

Профессор Снейп с удивлением наблюдал, как Поттер с Грейнджер сварили не просто нормальное зелье, хотя Рональд Уизли, ловя муху, сшиб её прямо им в котёл. Однако Поттер сразу выкинул постороннюю примесь, и зелье, растворив чуть-чуть мушиного хитина, не просто обрело стабилизацию, нарушенную не вполне аккуратным подогревом, но…

Превратилось в эликсир, пусть и низший. О, этот нежнейший салатовый оттенок, о, эти голубые и алые искорки по всей толще! Гриффиндорская троица не безнадёжна! Раз даже магия на её стороне…

А во второй части сон профессора стал ещё лучше. Потому что на урок зелий Поттер сначала притащил парализованного кокатрисом Лонгботтома, сравнительно мягкого и не способного пошевелить даже пальцем, красота!

А потом Поттер и Грейнджер затащили в класс каменную статую обработанного василиском Уизли, и поставили на мягкое, чтобы не разбить. То есть на Лонгботтома. Таким образом, магия милосердно превратила эти вот две крайности — толстое и рыжее — в мягкое и твёрдое. И сразу стало так хорошо!

Попутно с дамами флиртуя,

В кабак зашли два толстых… в пледах.

И выпивали до обеда,

Периодически танцуя.

Несколько завсегдатаев питейного заведения «Последний глоток», пусть и далёких от полной кондиции, поговорить по душам уже были очень даже готовы. Тем более, наличествовал свежий посетитель, слабовато разбиравшийся в особенностях зрелищ, предлагаемых знаменитым в широких кругах Лютным переулком. А они прекрасно разбираются!

Тем более, новичок намекает, что готов угостить и всю компанию, если услышит что-то интересное. Особенно про некоторые секретные шоу, которые только здесь, и больше почти нигде. Потому что с настрого запрещёнными оживлёнными изделиями, которые участники, максимально темно-магические участники. Да только без некромантии разве приличное шоу поставить?

— Нет, на континенте тоже что-то занятное придумывают, но мы местные и эти, большие патриоты, вот. В нас скреп этих, знаешь, сколько сидит? Даже мы точно не знаем, сколько, а ведь в долбице умножения разбираемся, даже после пинты самого крепкого, понял? Значит, слушай, парень, сюда…

…Так вот, про пари эти, раз мы азартные, как никто, да почти все… Нормальный народ, особенно молодой и активный… или пожилой и скучающий… изощряется, как может, чтобы пари, какое-нибудь, похитрее или поинтереснее заключить. Иначе же и не упомянет потом никто! Только вот не так давно нехороший факт получился, с упоминанием, но не в том контексте.

Один, проиграв, получил такое задание: майстрячишь себе чары головного пузыря, и потом на сутки в магловскую выгребную яму, в сельской местности, по шею. И сидеть безвылазно, правда, с палочкой. С довольно издевательским разрешением гадить там, где сидишь и спишь. А в яме, оказывается, вредные газы прямо из трясины идут, раз везде полное дерьмо, и спать совсем нельзя!

Особенно если головной пузырь не идеален... Да-да, из дерьма даже смертельные удушающие газы выделяются, вот как! Да по закону магической компенсации, не иначе. Раз дерьмо уже выделилось, оно начинает само выделять, из самоприсущего дерьмизма, тут же диалектика прямо в морду, ну!

Так вот, дерьмовые газы не только маглов душат, кильманда такая! В общем, тот бедолага с трудом заснул, а проснуться вообще не получилось, и палочка не помогла. Вот тебе и пари, смертельный номер, смерть от удушения невесть чем!

Но обычно проще придумывают, хотя, если просто голым по улице пробежаться, это вообще профанация пари, я считаю. Тем более, молодые красивые девчонки и дамы крайне редко соглашаются на подобное, я красивых ни разу не видел, а ведь не самый молодой в нашей компании…

…А вот довольно интересное и частое пари такое: голым, или в одних трусах, пробежаться по известному в Лютном переулке лабиринту Лоренцо Борджина, с покойниками и скелетами. Заработать там можно прилично, особенно за вторые полчаса. И желающих обычно хватает.

При том что и поднятый труп, и анимированный скелет бегают пусть и не так быстро, как шустрый живой, но зато с постоянной скоростью. И разумеется, не устают. Как говорится, труп не запыхается, а скелет не вспотеет. Поэтому забегаешься от них, это учитывать надо!

…Да уж, конечно, без палочки! С палочкой любой дурак от скелета убежит, и от трупа, скорее всего, тоже. А бегать надо минимум полчаса! И если ты в неважной форме, то женский труп может и губу откусить, при особо страстном поцелуе. Или даже нос, что много хуже, а ведь таких случаев полно! А скелет — тот любит просто палец засунуть, сами понимаете, куда, да-да.

…Так это и логично, чего там ещё от скелета ждать, он так, на подтанцовке, считай. В лабиринте труп рулит…

Ой, да ну и что, если палец обломится? Скелет не совсем дурак, он же переживать не будет! И пытаться достать свой обломок, слава Моргане мумифицированной и Мерлину скелетированому, тем более не будет. Конечно, костячок сразу начнёт новый засовывать, программа-то у него примитивная: догнал, разок сзади укусил, разок кулаком угостил, трижды пальцем в твоё углубление добавил.

Есть, правда, и такие, что пинаться умеют, и пребольно. Но Борджин, кстати, честный старик, клиентов лечит бесплатно. Или тоже есть остренький вариант, для больших любителей поразвлекаться, уже с другим уровнем риска. Это провести полночи с суккубом...

Ну, громко сказано, конечно. Ведь суккубы — это же демоны женского облика, их к нам не пускают, по давней договорённости всех магов и гоблинов. Демоны из нижнего мира — слишком опасно, для всех… Нет-нет, ночь целиком — это считается экстремальным испытанием, ночь только очень серьёзные маги выдерживают.

Суккубы — это для красного словца, рекламный ход, да и только. Конечно, там просто покойница, запрограммированная на эту самую суккубную активность. И, конечно, очень требовательная, до грубости. Дамы и при жизни этими качествами часто обладают, с избытком, однако когда они уже того...

Опасное это пари, скажу вам. Так, с другой стороны, как иначе нервы почесать, если уже и на грудь принято, а то и занюхано? То-то и оно. Чтобы потом говорили: он настолько крутой, что и суккубочку затрахал, даже хвост отвалился! На самом-то деле укатать такой кадр — большая редкость, подобное потом долго обсуждают, и все подряд…

Что хуже суккубочки? А ты догадайся, большой уже мальчик… Правильно, инкуб хуже, это общее мужское мнение, раз и активней, и грубей. Ну, ведьмам бывает именно это и интересно, а вот нам...

Я, например, ни разу не соглашался, хотя суммы ставились очень соблазнительные. Верно говорите, репутация у меня соответствующая, как человека просто широчайших взглядов. Да, и заведение мадам Хрэк очень ценю, поскольку зверьков край как обожаю. Порой и обижаю, хе-хе-хе…

Но инкубов к себе не подпускаю. Потому что навещал приятеля в Мунго, любителя этого самого, так тот очень уж оглушительно анусом рычал, жалко было… Да себя, прежде всего, и жалко, там же при стрельбе… рычании, так называемом, придумали же синоним, циники… Там же такой радиус поражения, если ты в закрытом помещении, что отбегать и некуда, практически!

Коли право есть на труп,

Заключай пари-ка, друг!

Или ты бежишь от трупа,

Или нет, коль вдруг он тута!

Да, я вот дальше покойников и костяшек не ходил, и не жалею, потому что расчётливый и хладнокровный. Пусть во мне азарта много, как магу и полагается, но и контроль просто ого-го. Да и пью чуть меньше среднего, умный потому что. И если ты расчётлив, и в состоянии разобраться в этом деле, то знаешь кое-какие полезные вещи.

Соответственно, и лабиринт нормально проходишь, без серьёзных укусов и, тем более, откусываний, да-да… А вот есть такой секрет, у настоящих знатоков! Ладно, пока я выпимши и добренький, расскажу, потому что убегать от скелета — в этом что-то есть, этакое, и довольно много. Недаром такой популярный аттракцион…

Значит, запомните, что скелет можно игрой в кости хорошо отвлечь, у него в программе часто предусмотрен этот самый, страховой механизм. То есть защита от дурака, как маглы удачно выражаются. А у трупа подобный предохранитель не предусмотрен, тот самостоятельный такой, скотина кусачая, опрокидывательно-удушающим приёмам обученная…

Так что если скелету кости кинуть, он начнёт их собирать, сосредоточенно... Нет, не игральные, куда там скелету в кости играть, башка же пустая совсем, так? Настоящие нужны, идеально, если от курицы…

Да потому что долго с ними надо возиться, скелету, а получить проще простого. Опытные люди от нескольких кур добавляют, и тогда почти всякий скелет плывёт и ничего правильного вообще собрать не может. Тем более пальцы-то у него грубоватые, раз плоть утрачена, вот...

Да ты сам попробуй такой сверхкомплект пособирать, а потом и говори, знаток курьих ножек, в гузке ноги! Развелось гурманов...

Можно, кстати, и прочие мелкие косточки носить, от грызунов, например, кроликов всяких. Кого съел, того и тащишь, правила позволяют. Но многие же и правил не читают, потому как в таком уже состоянии, что и винную этикетку по складам разбирают.

Кстати, следует учитывать, что некоторые некроманты, из особенных мизантропов, своим скелетам особую кость к тазу ладят, понятно для чего. Да ещё агрессии такому дополнительно оснащённому добавляют! И скорости в движении, на пределе прочности. Не обрадуешься такому, а куда деваться, пари — это святое у магов, важная понимаешь, скрепа. А Борджин у нас — видный мизантроп!

…Нет-нет, небезнадёжное это дело, даже с таким оснащённым скелетом соревноваться. У нас же, высших магических существ, и интеллект, и сноровка, и хитрость! А скелет что — дурилка костяная, хотя программы управления ими постоянно совершенствуются.

Поэтому один такой хитрый скелет, с дополнительной тазовой косточкой торчком, как изощрялся? Трах его почему-то не особенно привлекал… Ну, явно программа такая. Да, может, и косячила, однако, не исключено, что дело в специальных настройках, раз к таким штукенциям, да вдруг равнодушен…

Так вот, зажмёт тот костяшка игрока в углу и на пальцах показывает: два раза трахнуть или пять раз куснуть? Зубы у него были в отличном состоянии, кусался, как собака прямо! Но обычно народ выбирал, конечно, зубы.

Правда, попадались и такие, что готовы были и со скелетом, во имя расширения кругозора. Хотя там же кость сплошная… возможно, мосол от какого-то крупного животного. Секрет фирмы, в общем. Борджин — неразговорчивый старичок, если что.

И скелет весьма хорош,

Он преследует как хошь,

Есть такие ведь модели,

Что украсят и бордели!

Таким образом, вот что конкретно мы, честные потребители, для избавления от лишней и суетливой косточки такого модифицированного скелета, можем применить? Из дорогого варианта — бронетрусы, вещь надёжная. Скелет в них подолбится, активная кость и сломается, коли ресурс у неё не бесконечный, на прямую встречу со сталью не рассчитан.

После контакта с бронёй и перелома половой косточки такой скелет от огорчения приходит в совсем разобранное состояние, хоть череп ему снимай и писай в него… Нет, не обязательно так с черепом поступать, просто ритуал известный, актуальный и сегодня. Раз наследие предков, все дела…

Значит, бронетрусы — наилучший вариант, хотя и дорогие, если заказывать. А если самому колдовать, трансфигурацией из собственных, так там заклинание больно непростое, вот. Да хоть тогда деревянные трусы возьми, из запасов дедушкина сундука. В старое-то время работа была какая, ну? Делали так делали, дощечка к дощечке, без сучка и задоринки!

По нашим-то временам, грубовато, конечно, такие трусишки выглядят, а кому-то и смешно. Этим вот всем, из безответственной молодёжи, которая над якобы олдскульным только и хихикает, во имя торжества спиногрызия. На моей памяти только раз деревянные от костяного не спасли, подвели… Конечно, были травмы у игрока, были, не столько опасные, сколько обидные.

Так хранить надо как следует наследие предков! А то, если и рассохлись, и древоточцем погрызены, не удивляйся, что скелет тебя того, познал. Так сказать, во имя посмертной реализации чего-то там, скелетного, во славу Великой Кости…

И тогда будут говорить, что тебя скелет оттрахал, а тебе и понравилось! Люди же рады обидное и придумывать, и повторять, прямо как маглы последние… Кстати, со скелетами зверей сложнее бывает, они почти все агрессивные, им бы только грызть. От медведя убежать трудно, и отвлечь непросто, мишка курицу собирать не будет, тебя разбирать будет.

Его только анимированный скелет интересной зверюшки и отвлечёт. Ну как, отвлечёт? Он его, может, сразу лапой прихлопнет, зайца твоего, или хомяка. А потом за тобой припустит, потому что очень сосредоточенный зверь. И у него же не только клыки, но и когти, поэтому защита крепкая нужна...

— А я слышал, один игрок, на пари, голым против медведя выходил, и не вернулся, правда, или нет?

— Был такой случай. Но к Борджину никаких претензий, он добросовестно реанимировал, да только слишком много было откушено. Прямо весь таз надо было пересаживать, а кто ж даст? Так вот потом тот неудачник заплаток, от бомжей всяких, получил, и в шоу участвовал, устрашая внешним видом...

Ну да, с другой стороны и участвовал, на стороне Борджина, а как иначе? Коли таз потерял, то всё! Только на Борджина и работаешь, больше никому не нужен… Да выкупил его Борджин у родни, старик честную сумму за труп даёт, все знают. Ну, кому надо, те все…

Скелет нарвала тоже очень сосредоточенный, учтите. Потому что имеет такой рог, длинный и острый, что прямо готов нанизать. Без жилетки-боди из драконьей кожи, дублёной мочой тролля, и тех же бронетрусов, лучше не выходить.

Нарвал, раз ног нет, анимирован на скольжение плавниками, и способен только на несколько рывков, но очень быстрых. Существует в одном экземпляре, и не у Борджина, а у каких-то пришлых прохиндеев, с континента…

Как у Борджина запасец

Замечательных мощей,

Пополняет лишний палец

За счёт магов-овощей.

Да и тыквы пополняет,

Маги — плодоносные!

Легко тыквочки роняет

Народ скрепоносный!

* * *

…Нет, настоящих суккубов никто не видел, да и правильно. Вдруг они партнёров жрут или с собой обратно утаскивают? Места, где грань миров истончается, обычно временно, на десятки, а то и сотни лет, нечасто встречаются. И замечательно, что нечасто!

Вон, Хагрид, если не врал по пьяному делу, один и протыкал, как-то, такую грань. Когда, по слухам, заброшенную троллью пещеру нашёл. Он же изобильно мочится, все поколения учеников радугу наблюдали, которую он с опушки своего леса в солнечные дни пускал! Высоко так, красиво. А главное, долго.

Значит, где-то на размыв муравейника поработал, хобби у него такое, мурашей топить, сызмальства. А тут раз — и вход в пещеру обозначился! Разок-то вот не выдержала земля, поддалась получеловеческому гению, дала влезть в настоящую тайну, пусть и не тому.

Хорошо, опасного из-за грани никого не выпустил, и вроде не лез туда больше, понял что-то башкой своей, квадратной… Ну да, это челюсть квадратная, а башка — нормальный такой котёл, лохмами хорошо прикрыт, надёжно. Чем угодно в такой жбан можно бить, хоть стеной, не упадёт, проверено…

…Да я ведь уже рассказывал, после третьей-то… Но раз так интересуетесь некоторыми развлечениями, для избранных… Потому что чистая публика не сильно для Лютного. Да, у нас тут все шоу на любителя, верно сказано, однако если пари проиграл, куда ты денешься?

Опасно там бывает соревноваться, особенно в лабиринте, где мертвяк и косточки. Но, кстати, выручить может исконная вражда скелетов и поднятых трупов, они чаще всего по разным маршрутам бегают. Это может выручить, если что. Наверное, скелету завидно, что кто-то столько целенькой плоти сохранил. Ну, а труп видит в скелете своё плохое будущее, и тоже сердится.

…Всё верно говорите, совершенно по-людски себя ведут. Что и неудивительно, в общем-то. А вот медвежий скелет, или бычий там, нормально на поднятые трупы реагируют, в смысле, спокойно. Им за живым интересно побегать… Может и отомстить, логичное предположение. Звери же!

Значит, когда от скелета убегаешь, лучше всего мослами какими-нибудь, припасенными, в костяного метнуть. Он тогда путаться начинает, и если много костей рядом лежит, может на них отвлечься, попытаться подразобрать да собрать… Хотя есть такие костяки, озабоченные, что хоть закидайся в них…

Да, верное мнение, что мумия — нечто среднее между трупом и скелетом. Только она ничего не примиряет, а только соединяет недостатки. И органами для любви может пользоваться, если не самая древняя. А также преследовать хороша, коли агрессии полно, когда и зелья добавлены, и заклинания соответствующие наложены...

Я, например, бегать от мумии просто не рискнул, пусть и выпил как надо, храбрости было ого-го, однако… ну их. А сейчас и тем более не побежал бы, возраст всё-таки, а мумии очень уж шустрые…

Сохнет мумия одна,

В уголочке у окна,

Всё отсохло в египтяшке,

Шуршит, словно там бумажка!

По моему мнению, покойник для компании хорош, когда его внимание делится на всех участников, и он впадает в этот самый, когнитивный диссонанс. Теряется, одним словом. И тогда уже инициатива за тобой и товарищами, чтобы с ним и поболтать, и более того, если есть любители, а труп женский.

Но в молодости интересно, конечно, от скелета побегать. Самые крепкие могут и за ним, бывает. Забавно, что скелет из-за такого неправильного поведения нередко теряется, программа-то простенькая…

Да, я тоже слышал, что говорят про сложные скелетные программы, для элитарных развлечений. Когда на тебя вдруг выскакивает такой бойкий скелет, что прямо умный, как труп!

Труп румяный, оживлённый,

И в тебя чуток влюблённый!

Или с мумией побегай,

До скелета, вряд ли негу

В лабиринте обретёшь,

Раз пари, ядрёна вошь!

Лорд Люциус Малфой допивал коньяк и размышлял о непростых вещах. Драко не сделал выводов из своего недопустимого хвастовства при писании того пресловутого сочинения. Разболтал про маглорубку и ожидание возвращения Темнейшего, юный дурачок.

Причём, снова и снова неправильно подставляется, раз постоянно о нём говорят что-то смешное и неловкое. Он Малфой, а Малфои не ныряют в дерьмо. Фекальница растёт далеко, её найти — нужен талант, барсучий! Так не одной фекальницей опозорился наследник…

Но как поступить с упрямцем Драко? Понятно, что воздействие предметами следует расширить, потому что устных вразумлений, даже с угрозами, явно недостаточно. И деньги на создание зависимого окружения потрачены, пусть пока и скромные, но отдачи вовсе не видно. Это неправильно.

Поэтому предметов должно стать больше, включая те, которые уже для среднего школьного возраста… Правда, Нарси будет непросто уговорить. Ничего, мэнор просторный, есть помещения, где можно достойно развернуться с воспитательными мерами.

Конечно, не по примеру дедушки и дядюшки, чьи пристрастия уже как-то и устарели. А применяя последовательность тех памятных жаляще-хлещущих воздействий, в которых отец доходил до виртуозности. Разумеется, в лайт-версии, лорд Малфой всё-таки слишком любит своего талантливого, но немножко безалаберного сына. И желает ему только добра.

Поэтому опыт дедушки будет, применительно к Драко, частично востребован, раз сын приближается к среднему школьному возрасту. Скоро малое совершеннолетие, а наследник какой-то расхлябанный. Где твои успехи, милый Драсик, где? С отцовской плёточкой и добрым наставническим словом успехов должно стать больше, это элементарная логика.

Таким образом, грядущие зимние каникулы — это не только рождественские развлечения, с выездом в горы, катаниями на домовиках, и так далее… Но и время уроков, специальных уроков, особо чувствительных для благородной кожицы. Задние врата — для ума лепота, так всегда его отец говорил! А дедушка лупил! И приговаривал, почти беззлобно, по причине многократного залития внутрь:

Нестоянье у Малфоя,

То от недержания,

Поколенье голубое,

Годное для ржания!

Хотя он никакой не голубой, ни в коем случае! Разносторонний, и всё…

* * *

…Подлые грифы, усыпив наследника проклятыми шипами с коварным зельем, заплевав из плюй-трубочек, содрали мантию и приклеили к потолку. А потом перекрасили его чудные, нежно-жёлтенькие, кружевные нижние штанишки в грязно-бурый цвет, с тёмными пятнами. И назвали эту пятнистую гадость, которую достойно видеть только на мордах предателей крови, камуфляжем!

Потаскай-ка камуфло,

Раз такое весь мурло!

Драко стал совсем фуфло,

С него всякое текло!

Дотекало прям до туфель,

Драко, ты есть полный фуфель!

Очень некрасивое слово, этот «камуфляж», пусть в нём и слышится прекрасный французский оттенок. Так ещё сказали, с пошлейшими смешками, что теперь Малфой может ходить по магловской моде! И даже может не благодарить, если ему трудно, фуфелю противному. Мол, это просто благотворительность по отношению к тёмному в магловской моде соученику, и всё.

А он отлично разбирается в магловской моде! Потому что она потом приходит к магам, иногда быстро, иногда нет. Конечно, заимствуется меньшая часть магловских выдумок, но всё равно немало. И это вполне магоугодно… Он, конечно, убрал этот мерзкий камуфляж, но всё равно обидно. С Малфоями так нельзя!

И сразу плохое вспоминается, а его почему-то много. Разок повстречался тогда с этой Грейнджер, так сотни галеонов как не бывало! Прямо больно вспоминать… Раскрутила на сотняжку, как грифы выражаются, пошляки. Сами они фуфло!

Да, прицепилась к нему, в ответ на попытку поставить на место, провела коварную контратаку. Напомнив всем про свою медицинскую помощь, после нападения гиппогрифа… Нагло осмелилась ткнуть, недостойными мемуарными словесами, в его благородную кровь, огромную страшную лужу, и бросилась запутывать, выставляясь, максимально нескромно!

Дескать, тебе, Малфой, остановили кровь, так плати, если весь такой честный-благородный! Пришлось отдать почти всё недельное содержание, кроме кошельковых запасов на чёрный день, какой неприятный сюрприз! Зато аристократическая честь была спасена от публичного поношения, это главное.

Девицы бродят в старинных замках, они опасны, зубасты тянки! Нет, тянки — грубоватое словечко, из жаргона кокни, хотя к замкам — нормальная рифма…

Лучше попробовать вот так, сочетая низкую лексику, в минимуме, с высокой.

Девицы в Хоге,

Для антуража,

Бедро крутое!

Малфою пофиг,

Он авантажен,

Ведь все — помои!

Да, вот именно, авантажен, как-то так. И более того! Хотя, конечно, не пофиг, тем более, правильно следует говорить «по фигу», однако раз искусство, там можно отдать своё и условностям. Но раз все помои, тогда стишок только для внутреннего употребления, для собственного удовольствия, ну да ладно…

* * *

Мистер Поттер всякие членовредительские штуки, магические и прочие, в отношении своих ближайших врагов по-настоящему не использовал. Почти, о чём будет сказано в другом месте. Действовал, максимум, грубой физической силой, собственной, не заёмной. То есть подкованными ботинками. И ещё кулаком — с кастетом и свинчаткой. И коленом, в пах, и лбом, в нос, в исключительных случаях.

Хотя Малфой тогда, в купе, как раз накануне первой встречи с дементорами, чувствительно резанул ему руку своим Секо. За что получил отличное конъюнктивитное проклятие прямо в физиономию, с полным выведением из строя.

Также и под удары телохранителей этот блондинчик несколько раз подставлял, очень болезненно. Но Гарри отвечал аккуратно, по большому счёту, ограничиваясь маканием во вторичный продукт. Прежде всего в виде морального унижения, без сколько-нибудь явного физического ущерба.

То есть такие штучки, как окрашивание причёски и физиономии, издевательские подарки, порча одежды и обуви отработанным кулинарным маслом, укусы шершнем, оскорбления в стихах и прозе…

Впрочем, если натуральный вторичный продукт оказывался в пределах досягаемости, то наследника дерьмили. Разнообразным продуктом — и растительного происхождения, из фекальницы-метательницы, и животного происхождения, вплоть до человеческого.

Пусть и с риском для клиента нахлебаться в ущерб здоровью, да. Ведро дерьма с бомбочкой внутри, да сами каловые бомбы, заводского производства — очень хорошее расширение боевых возможностей представителей львиного факультета.

Так основных врагов у мистера Поттера ведь целых трое, и магия за его штучки ни разу против не была, никаких откатов! Значит, на их поединки Мать-и-Магия смотрит, как на развлечение обычных подростков. Школьники же развлекаются как могут, то есть изо всех сил.

Каждый день в коридорах можно видеть пострадавших от развлечений: кто-то терпит смешной и нелепый облик, особенно если наградили хвостом и рогами-копытами, а кто-то, заливаясь слезами, ищет преподавателя, чтобы снял болезненное фурункульное проклятие. Или, помрачённый тем же коварным Замечающим, лезет к профессору Макгонагал, с просьбой промурлыкать его любимую песенку, где остались от кошечки вошки да ножки!

Гарри как-то и привык к подобным картинам. Ну как, привык? Мало ли народу в Хоге и разноцветным ходит, и с хвостами ходит, и с ручками на заднице то же самое, и под себя ходит… то есть испражняется стихийно, там, где зелье достало?

Домовики в школе тренированные, убирают быстро. Ну, Малфой чаще, конечно, на вредные штучки стал попадаться, раз с ним более плотно пришлось работать, этим докучным приставалой. Так что под себя ходил и стихийно, и разноцветным, во славу рецептов близнецов Уизли. И канарейкой вспархивал, гигантской и очень потешной. Но это ему за неисправимость! Раз трудный подросток…

Тем более, чаще всего Гарри макал слизняков в словесный продукт, то есть отвечал щадяще, с музыкой. Однако уже пора переходить к менее щадящим способам курощения. Даже вплоть до низведения. Драко же пытается низводить? Значит, должен претерпевать!

* * *

…Гарри, на очередные рифмованные и явно вымученные нападки, со скукой отругнулся, больше по обязанности. Не спускать же хорьку?

Крэбб всех метко обливает,

Гойл болтает ерундой,

Драко вяло нападает,

Он дебильный, он такой!..

Раз в черновиках сочинений вассалы упомянули про унизительное обливание наследника из уникального, по мощи испускания, личного брандспойта мистера Крэбба, значит, нужно побольше об этом сочинять и петь. Пусть обтекает, и еженедельно, как минимум!

И у мистера Поттера получается про это распевать, и неоднократно, потому что благодатная тема. И с пересаженными небелыми бубенцами да краником мистера Малфоя она порой сочетается, что действует на клиента ещё лучше. Особенно если можно распевать, под гитару. Кстати, неуместными вопросами доставать наследника тоже очень приятно!

— Знаешь, Малфой, чему предшественник Филча этого старика-сквиба научил, когда в продаже первые навозные бомбы появились? Кого с бомбой поймает, того её жрать заставляет, под угрозой оттоптать носки туфель своими каблуками, подкованными!

А почему ты такой унылый, неужели тебя заставили две бомбы съесть? А что, Крэбб с Гойлом не могли больше, да? Не могут, раз они такие неудачненькие у тебя, хоть и крупненькие, и с аппетитом? Не круто иметь таких вассалов, Малфо-о-ой!..

Ещё они, для издёвки, часто называли Драко очень тёмным магом, многозначительно смотря в его серединку. Действовало безошибочно. А потом добавлялось что-нибудь ещё, по вкусу, что наследник далеко не всегда мог удачно парировать. И тогда сбегал, стараясь выглядеть невозмутимым патрицием, которому невместно снисходить до пикировок с полукровными и прочими хужесквибными…

— Знатный ты моряк, Малфой, лужи не боишься, на четвереньках любую побеждаешь! Только лужи самые вонючие выбираешь, где кухонного масла побольше! Кулинарный любит жир, наш наследник из транжир! Клизмочку из такого масла, тёпленького, хочешь? Рон, начинай!

И Гарри призывно махал рукой якобы сзади стоявшему Рону, отчего наследник нервно оглядывался и потом пытался сделать вид невозмутимого аристократа. Но мгновенно контролировать физиономию не получалось, а на хохот, смешки и смешочки благородный слизень реагировал не без нервности.

Как-то раз Рон подкрался сзади, сильно хлопнул Малфоя по ушам ладонями, дал хорошего пинка и благополучно удрал от вассалов. Драко был настолько ошеломлён этим взрывом в голове, что даже плохо ощутил прощальный пинок предателя крови!

Таких ощущений в его коллекции не было! Лучше уж удар в ухо, чем хлопок! Наверное… Наследников никто не смеет бить в ухо! И хлопать не смеет, да ещё грязными руками! Нет, всё же хлопок лучше, ошеломление проходит быстро, не то что когда Лонгботтом, рукой, с размаху, или Поттер, коленом, прямо между… Да, хлопок лучше!

А Колин Криви был, конечно, предупреждён, и сделал целый ряд снимков ошеломлённого наследника. Эффектно представавшего на четвереньках, после болезненного пинка, когда острым концом ботинка да прямо в косточку! Там было крайне неудачное выражение лица, совершенно неколдогеничное…

* * *

Живоглот пробирался в спальню слизеринцев и метил домашнюю обувь Драко основной порцией, а Крэбба и Гойла — остатками. Кто кошками в костёр кидается, Живоглоту гнуснейшими врагами представляется! Но если остатков бывало много, доставалось и прочим серебристо-зелёным.

…Утренний крик Драко, торопливо сунувшего ноги в щедро помеченные… скорее, наполненные тапочки, был особенно резок и высок. Полку котофобов прибавилось. А Гойл вдруг загорелся идеей, что это проделки профессора Макгонагал, в аниформе!

Подобная мысль Малфою показалась особенно дикой, но он не стал разубеждать телохранителя. Это же Гойл! И раз мистер Гойл иногда любит пускаться в рассуждения, лучше давать ему выговориться, а не высмеивать с порога.

Пусть считает, что босс ценит своего верного вассала и готов слушать его мнение. Тем более раз Маккошка так подчёркнуто не любит слизеринцев… А грифы в ботинки льют такую едкую гадость, что хуже даже кошачьей, и потом поют, под гитару! Какой же этот Поттер клоун…

Кислота в ботиночки -

Это ж красота!

Вид, как на картиночке,

Ножка уж не та…

Волдыри чуть не дымятся,

И терзает боль!

Драко, нечего стесняться,

На руках постой!

Тот первый шершень, «подаренный» Малфою с помощью домовика, стал прологом неравноценного общения наследника с осами-переростками. Потому как затем последовал заброс небольшого гнезда шершней, найденного Хагридом и перемещённого Добби, под парализацией, в туалет. Вслед полетело заклинание, отменяющее парализацию… и ещё надёжное запирающее, в придачу.

Малфой пострадал меньше, после первого ошеломления, применив заставляющий замедлиться или почти застыть Иммобилис. Громоздкие вассалы успели принять по полдесятка укусов, Драко, мудро прижавшийся к Крэббу, отделался двумя, но в уязвимые места — в ухо и шею.

Слизеринцы, не сразу одолев дверь, наперегонки помчались к медиведьме, интенсивно распухая по дороге. Помощь они получили быстро. Но какая же боль! И ущерб внешности, ведь наследник особенно распухает от подобного яда, заходясь от негодующих криков. Он плохо терпит такую ужасную боль, ему следует немедленно помочь...

А мадам Помфри потом качала головой — надо же, ос ухитрились в школу протащить, лет тридцать таких штук не проделывали. Но связь разных хулиганских поколений и магии не разорвать! А слизеринцы всегда шутили подло, ещё хуже гриффиндорцев. Поэтому сейчас терпят. И понятно, от кого. И правильно. В общем и целом, если лезешь к мальчику-герою, как и получай, вплоть до пакостей на уровне старшего школьного возраста…

Мистер Поттер рассуждал так. Раз школа, то специализируемся по умеренной боли и ущербу не выше среднего, без особенных выкрутасов, очень магоёмких. То есть пока без них, готовясь, в своё время, усилить своё воздействие, с помощью магии. Они все уверены, что Малфой не отцепится, он же ко всем цепляется. Даже к толстухе Булстроуд!

Применяем в основном, по выражению мистера Малфоя, магловщину, да несложную. Но лиха беда начало. Вот, пожалуйста, бомбочки из аммиачной селитры, с добавлением алюминиевой краски-пудры и головок от спичек, для лёгкого срабатывания от удара. Или применялся более надёжный магический запал, дающий обычный огонёк на секунду, достаточный для инициирования основного заряда.

Для Гермионы наколдовать таких горючих бумажек, вспыхивающих от кодового слова — раз плюнуть. А раз фестралий продукт здорово усиливает даже простейшую самодельную взрывчатку, то проше пана наступить на такую вот мину, что с щедрым добавлением вонючей дряни.

И пожалуйте в больничку, рану с ожогами лечить. А при особой удаче, правда, единственной, косточки плюсны сращивать, обжигающим костеростом, ага. Опять же обувь испорчена, напрочь…

Этот Драко громко тявкал!

Когда Поттер грозно рявкал,

Драко мокреньким ходил

И говнянке он грозил!

Чтоб говнянку корчевать,

Должен громко ты искать.

Вольно Дракушке икать,

На меня горилл спускать,

Я в ответ Клыка спущу,

Тебя даром обдрищу!

Ещё Малфоя чаще стали дразнить чепушилой, а также другим, особенно кратким и хлёстким термином. Дескать, Дракошка, ты — человек модного образа, сокращённо, чмо! Чего сморщился — ты же модный, так? И человек, верно? Однако наследник дёргался от обоих определений. А Поттер кривлялся, подводя себя к рифмованной импровизации:

— Глуп ты, Малфой, глуп как поварёшка… нет, хуже, ты глупее вантуза! Вон, с говнянкой познакомился, а спецодежды так и не купил. Экий болван! Или позабыл, как прилипало? Кто за Поттером гонялся, тот с фекальницей спознался! Драко — крепкий эрудит, грифон слизня отдерьмит!

О, кажется, стишок вытанцовывается. А если не вытанцовывается, то хоть вытаптывается, уже кое-что…

Любим в меру поругаться,

Любим поинтриговать:

И народу посмеяться,

И Малфою обтекать!

* * *

Гадок ты, Малфой, везде:

На уроках и в нужде,

В клевете и маяте!

Ты держать себя в узде

Не учён в своём гнезде!

Домовик тебя учил,

«Редкий ж дурень!» — заключил.

Коль мозгов не наточил,

То павлин тебе дружок,

Ступай гадить на лужок!

— О, мистер Малфой-Черныш, негодяй ты наш, многолюбезнейший!.. Да не хотел я тебя, Малфой, обидеть… случайно просто повезло! Хотя вру, конечно, хотел, два раза! Три строфы — это разминка была. Держи ещё сонетик, весь посвящённый тебе!

…Он — Малфой, и он же Блэк, по матери, его Чернышом звать вдвойне обидно! И что ещё за сонетик?.. О, какая же гадость, этот Поттер совсем не умеет писать сонеты, как посмел?.. А он не запасся подходящим стишком, и Поттер ухитрился почувствовать, взял и напал, с болезненными напоминаниями!

Как у нашего Дракошки

Да глаза по чайной ложке!

Драко, кто тебя обидел?

Или шершня ты увидел,

Или просто унитаз

Пронял шибко в этот раз?

Коли громкий его шум

Навевает много дум…

Мой дракончик стал не весел,

Хмур Крэбб, Гойл же нос повесил,

Обсуждают про говно,

Что, мол, с запахом оно.

И столь въедлив запашок,

Что девчонкам только шок!

* * *

Какой подлый удар, ребром по горлу! И хлопок по ушам, взрывающий мозг… О-о-о-ко-ко… коленом между ног, подлейший из подлых ударов! Маглолюбец его внезапно избил, руками и ногами, своими, и с примесью гнусного Уизли, обладателя длинных ног в грубых ботинках…

На его чудесные остроты Поттер отвечает с уизлианской грубостью, какое же он ничтожество! Его просто необходимо ставить на место, раз за разом! На место рядом с унитазом, самое заслуженное. Как больно горлу и ушкам… и кокушкам, большим и тёмненьким, как же больно…

Мистер Поттер обнаружил, что преданный домовик-инициативник появился, на призыв отчитаться о наблюдениях, каким-то понурым.

— Ты чего грустный такой?

— Добби был ограблен из-за угла, молотком по тыковке, с изъятием заслуженных фантиков, которые доббики. Ему оставили только один, почти вынюханный. Значит, это были не младшие помощники-уборщики, а средние, избалованные ароматными доббиками!

Эти средние помощники главного уборщика такие заносчивые и вредные… и криминальные, это очень красивое слово! Добби в печали, это тоже красивое слово, но грустное…

— О, да у вас и гангстеры есть, не ожидал! Не печалься, Добби, я же твой будущий, так? Ты у нас пока немножечко маргинал — между бывшим и будущим, именно так называется эльф! Но быть маргиналом — ненаказуемо, верь мне, Добби!

Я возмещу тебе убытки, за всё хорошее, раз ты такой симпатичный бывший ушастый вредитель, втыкатель шершней и поливатель отработанным маслом! Потом будешь у меня особенным… или особым помощником по специальным вопросам. Давай пострадавшее место, я его тебе магией заглажу…

Гарри сообразил — и натёр не только побитую тыковку, рукой, но и почти вынюханный доббик опечаленного эльфа, совсем слабо ароматный, своей конфетой. Так сказать, восстановил потребительские качества добротного фантика. И снял эльфу головную боль от незаслуженной травмы…

Добби прослезился от счастья — какая великолепная героическая магия, она быстро лечит! И какой чудесный запах у доббика, сильный и стойкий к вынюхиванию, Добби чувствует… Герой снизошёл к его сугубо третьестепенным потребностям, значит, Добби менее ничтожный, чем полагает о себе!

— О, у Добби уже всё прошло, мальчик-освободитель сэр Гарри, великий, во многом, его полностью вылечил! Добби благодарен, до не могу, как выражается сэр Гарри! Эльфы менее чувствительны к боли, это важное качество для слуги.

Тогда после наказания он сразу может продолжать работу. Если, конечно, хозяин не перестарался, или старшие наказали молотком в тыковку несколько раз подряд... Добби в прежние времена сделал больно великому герою и очень виноват. Но зато ему теперь легче делать больно врагам сэра Гарри. Хотя они очень высоки происхождением...

Однако Добби учится преодолевать этот страх. Чтобы очеловечиваться дальше и дальше, путём впитывания героических и мудрейших поучений, и вкуснейшей магии. Добби рад стараться, и никаких! Он кое-что разнюхал, может быть, интересное сэру Гарри…

* * *

Низший домовой эльф был очень доволен. Его совершенно не заставляли мочиться в одежду магов, а предлагали только шуточную работу. Потому что если наследник Малфой добровольно, без принуждения, пьёт мочу своего врага, то что? А то, что в этом нет ни ему ущерба, ни, тем более, малейших наказаний для Добби от Мать-и-Магии, которая всё видит.

Великий герой очень честен с бывшим ничтожным Добби! И если говорит, что от мочи нет ущерба здоровью, если не пить галлонами, то так оно и есть. Все знают, что Аргус Филч пьёт мочу и нахваливает, потому что чувствует себя лучше, говоря про какие-то ценные детские гормоны.

И Добби про это знает. И чем именно Филч мажет свои больные ноги, тоже знает, это куда сильнее мочи, тем более детской, особенно в смысле запаха. Поэтому верный эльф легко подменил тыквенный сок, который многие дети называют тыквенной мочой, на свежие излияния из мистера Поттера. Охлаждённые, для пущей маскировки, Добби уже научился охлаждать, это нетрудно.

Пусть и его бывший отведает новый шуточный напиток, во имя отвлечения от плохого. Тем более сверху был тыквенный сок, немного, что означает просто дегустацию особого, смешанного напитка. Вот именно, особого, и лишь пониженных потребительских качеств, как выражается мудрейшая из девочек.

И наследник выпил немного тыквенной мочи, или, точнее, героической жидкости, в смеси с тыквенной. Потому что сделал только один глоток. После чего сразу отставил кубок и сотворил (очень красивое слово, Добби наслаждается им!) удивлённое лицо.

Правда, сразу перекосился, узнав продукт, и стал фонтанировать внутренними жидкостями, как говорит мудрейшая. И очень возмущаться, в перерывах между фонтанированиями. В это время бывший не разучивал никаких плохих заклинаний, и не строил планов мести мистеру Поттеру, новых. А только повторял старые, что выглядело не очень грозно.

Тут мистер Гойл понюхал кубок и громко сообщил, что да, натуральной мочой несёт, густо так. Моча — это очень невкусно, сочувствуем, босс! Это подлянка конкретно для вас, я понял, босс, мы всё поняли, это враги!

Кого бить, босс? Да мы сейчас, с Винсом, всех уродов уроем, всех! Вот сюда блюйте, босс, это уже почти пустая салатница, пожалуйста, не в пирожки, мы их ещё будем, а сюда, босс...

Драко Малфой очень переживал этот отвратительный случай, и даже заламывал руки, и немного стенал, когда вассалов не было в спальне. Им же морды надо друг другу бить, в этих, спаррингах, регулярно, поэтому у наследника достаточно личного пространства… и умения заглушающих заклинаний.

Но какое оскорбление, и публичное! Которое проще всего было, конечно, нанести магией старшекурсников. Ведь среди них имеются личности, способные и на такое. И пара старшекурсниц, не менее способных.

А сколько менее способных слизеринцев, но тем не менее, если не более! Слизеринцы с пятого по седьмой курс — это очень подготовленные к магической жизни личности, обожающие тренироваться, в том числе на младших слизеринцах. И против самых тренированных бессилен даже родовой накопитель магии, позволяющий здорово усиливать заклинания, хоть защитные, хоть атакующие...

Но ведь это может быть и коварный Поттер, закореневший в самых отвратительных вещах, не считая гадких стишков. И уже сравнивший его с Филчем! Правильно он ругался, выпив Поттера, на Поттера, это же явный Поттер! Сейчас, подумав и вспомнив ужасное, он уверен в этом!

Потому как в почечных отправлениях, для вида замаскированных тыквой, чувствуется пристрастие к пудингу с почками, на который накладывается пудинг с патокой, не иначе, как во имя мировой гастрономической пошлости! Поттер ничтожество, а не гастроном, этот поглотитель тяжёлой еды, радующей простонародье, он немногим лучше Уизли!

Да вон, уже поёт, выдавая фактическое признание в гнусной диверсии! Шрамоголовое чудовище, и без малейших моральных ограничений…

Филч на завтрак мочу пьёт,

Мажется он калом,

В тыкву Драко моча бьёт,

А тот пьёт, икает!

Потому что не привык,

Он ведь тощий, слабый,

Оттого-то «ик» да «ик»,

Грязное хлебало!

Назвать его благородное лицо, пусть испачканное после извержений, такими поносными словами… Он стройный, а не тощий! И вовсе не икал, совсем, он только фонтанировал и высказывался, почти чётко и очень понятно, и всё! Поттер, ты будешь пресечён! Маглорубка после тебя будет приятно тёплой, и согреет наследника!

Проклятый полукровка, ты испытаешь и Непростительные, и много чего ещё, прежде чем отдашь всё ценное маглорубке. Этому уникальному артефакту благородного рода, источнику живительной некроэнергии...

* * *

Отдыхая в перерыве между теннисными состязаниями, гриффиндорцы обсуждали всякое актуальное. Например, творческое и прочее развитие одного своеобразного домовика, частого проявителя нетипичной для этого племени инициативы. Парадоксальное существо, этот наш Добби, мисс Грейнджер не перестаёт удивляться!

— Кстати, Пиноккио, в книжке Карло Коллоди, очеловечился же, из голема, и в живого мальчишку — и никаких! И Добби тоже может, раз искусственное создание, причём идущее верным путём.

Искусственное можно и дальше улучшать, законам магии это не противоречит… предположительно. Так что, Гарри, мои мысли, о правильном развитии домовика в сторону усиления человеческих достоинств, вполне подтверждаются. Добби очень перспективен!

Мистер Поттер кивал подруге и освежал вынюханные доббики лёгким натиранием конфетами. Зачем искать новые фантики, если можно так реставрировать старые, что они просто лучше новых? Мальчик, который выжил — такой умелый реставратор, что сам готов вынюхивать свои изделия!

Домовик, кстати, очень заинтересовался книжкой про деревянного с длинным носиком, прочитав её взахлёб. Потом много спрашивал, довольно умно. А Гермиона и отвечала, как понимала мысль этой книги, одной из любимых в детстве, и отлично памятной.

Дескать, синьор Карло Коллоди писал религиозную притчу, как из полного дерева вырастить сознательного гражданина и доброго христианина. Изначально деревянный Пиноккио рождается гниловатым бездельником и начинающим убийцей сверчков, но потом его реморализирует положительная лазурно-кудрявая Фея.

Кукла вроде встаёт на правильную стезю, под магическим воздействием, но одного его недостаточно. Оттого Пиноккио сбивает с верного пути местный балбесно-криминальный элемент, превращая в доверчивого придурка, с жаждой разбогатеть при помощи всяких крекс-пекс-фекс и чудо-дерева. А думать-то нужно о душе!

И только тяжёлый труд, а также и самопожертвование превращают деревянную буратинку-эгоиста, с носиком сучком, в приличную личность. Да, и успешно, но после многих необходимых для формирования личности испытаний. Это правильная книжка, и может быть полезной для развития даже низшего эльфа, это вне сомнения!

…Добби говорит, что ему подходит избавление от буратинирования, и даже самопожертвование подходит? О, Добби — очень милый эльфик, и перспективный! У Добби несомненный потенциал очеловечивания, он сейчас получит заслуженную порцию магии, путём втирания в ушки!

Гарри, ты приготовил освежённые доббики? А погладить нового читателя, раз Добби такой молодец? Давай, Гарри, поишачь на эльфика, ему твои поглажки важней натёртой бумажки...

* * *

Когда Гарри, будучи не в настроении после отработки, сгоряча обозвал этого прилипающего и когда-то опасного Добби хоббитом Голлумом, тот, по совету доброй девочки Гермионы, верной подруги великого героя, прочитал Толкиена. И обиделся.

В смысле, переживал и стонал, что Голлум — недостойное существо, ничтожество и деградант своей расы! Поэтому таким злым убийцам и жуликам великие кольца доставаться не должны. А Добби непременно найдёт себе великого хозяина, и эта связь будет закольцована в роскошный перстень, и получится моя преллессть!

Потому что Добби заслужил счастье своими мучениями. Его и гвоздями к потолку прибивали, и кипятком отмывали, и в павлиний навоз закапывали, ещё из лука подстреливали, и камнями попадали, и режущим заклинанием тоже наказывали, прямо по ушам, два раза… Поэтому он имеет право на счастье, на свою преллессть!

Потом Добби прочитал «Русалочку» Андерсена, и даже немного поплакал. Очень жалко было красавицу Русалочку! Да, там очеловечивание шло жестоко — отрубание хвоста и языка, без анестезии. Стала немой, ужасно мучилась при ходьбе и могла быть спасена лишь любовью очень знатного человека. Всё ради получения человеческой души, а без неё жила бы триста лет…

Печальная история! Однако у Добби уже есть душа, довольно неплохая, раз толкает его очеловечиться. Как говорит мудрейшая девочка, с единственного полпинка Добби встал на нужную тропу. Значит, ему достаточно ампутировать только огромные античеловеческие уши! Или не вполне достаточно?

…Хотя такие уши считаются у эльфов главными украшениями. Раз все остальные части тела выглядят гораздо хуже, если сравнивать с людьми. Но ведь Добби сравнивает себя именно с людьми! Потому что он перерос свою оболочку, его тянет к свершениям, а не только перемывать по второму разу…

Да и уши после опытов мистера Малфоя-младшего совсем нехороши, Добби признаёт. Хотя это очень морально тяжело, быть молодым и некрасивым, с продырявленными и кривыми ушами, ведь Добби крайне чувствительный эльф!

Хотя нос у Добби тоже очень большой, с намёком на его внешнее буратинирование. И кривые ноги… однако мистер Филч тоже кривоногий, и люди плохо относятся к этому мрачному служителю из-за иного! Добби умнеет и теперь надеется, что, если подтянет внутреннее очеловечивание, то великие дети, став гениальными магами, подправят Добби его внешнюю сторону…

Про мальчика из деревянного Пиноккио тоже было интересно прочитать, особенно под фантик, потому что и длинно, и увлекательно. Этот Пиноккио из обычной куклы-деревяшки, то есть голема с интересным движущимся носом, прошёл через повешение, для начала. А ещё его топили, проглатывали, превращали в осла…

Деревянный намучился, но в итоге стал человеком, как все люди. Достойный путь боли, очень эльфийский. Добби понимает, что будет непросто, но он довольно долго шёл по пути боли, благодаря Малфоям, и, немножко, старшим эльфам мэнора и замка. А теперь его питают магией, да как вообще никого, в четыре руки!

Никого так не закармливают магией, он, должно быть, просто светится ею изнутри! Добби получает магию через день, и от двух магов, неслабых! От чего ему постоянно хочется и работать, и учиться.

Великие дети говорят, что Добби, раз такой отличный и старательный эльф, имеет право на вечернее образование. И его образовывают, мисс Гермионой! Он получает магию и знания, и только за то, что хорошо работает, понемногу защищает будущего хозяина, с его подругой, и согласен учиться по волшебным книжкам…

Добби большой счастливчик и почти нереально крут! И когда мечтает о будущем, испытывает приятное головокружение. Он тогда практически не думает о том, что хорошо бы перемыть по второму разу. И не потому что лентяй, нет, нет!

Добби мечтает творить блюда, в недрах своей нежной души он большой кулинар! И видит себя успешным, в колпаке и с поварёшкой наперевес. Он сочинит интересные кушанья для великого сэра и его мудрейшей подруги, и получит хвалу, драгоценную.

Великие дети угостят его несколькими кусочками приготовленного Добби блюда, из благодарности. Как приятно мечтать о таком… И тогда счастливый низший эльф сможет бурно рыдать от счастья в любом укромном уголке, который выберет. Потому что у Добби есть право выбора, великое право!

Какое счастье быть таким необычным домовиком, развивающимся на глазах. Добби всё легче понимать разговоры юных волшебников, хотя девочки порой говорят про совсем тёмные вещи… Но он будет развиваться дальше, и поймёт!

Добби подслушивал и близнецов, чтобы иметь в виду их проделки, раз мудрейшая их критикует, а великий почти не защищает. Некоторые рыжие проделки стоило бы и предотвращать, с помощью магии невидимого и очень шустрого эльфа. Во имя безопасности маленьких магов…

Предотвращать эти немагоугодные проделки, например, путём хищения особо вредоносных изделий их работы. Блевательные батончики ещё куда ни шло — это классика, можно сказать, и показано для очищения желудка. Маленькие маги любят объедаться, у них прекрасный аппетит.

Но вот зелье, пускающее кровь носом, не самое безопасное. Тем более, если имеются анемия и прочие болезни, Добби помнит объяснения мудрейшей…

* * *

Просочившийся на кухню полтергейст Пивз научил малышей-трудоголиков своей песне домовиков, которую Добби то и дело с удовольствием напевал. Ведь фольклор эльфов такой скудный!

Он понимал, что хотя домовики не делают того, о чём хихикал Пивз, ему смешно повторять за полтергейстом. Который любит вспоминать, как плавал по морям, и какая была плохая солонина, и даже вода протухала. И как непросто было врачевать морячков, маявшихся животами, самому оседлав ведро…

Эльфы не сильно любят чёрный юмор, и вообще, смешного в их жизни мало, и фольклор не разработан толком, увы. Так, всего несколько тем, вокруг кухонного инструментария и радости служения…

Но вот Добби-то весёлый, ему юмор нравится, разный. Поэтому он старается соответствовать чрезвычайно весёлому будущему хозяину и его довольно весёлой подруге, очень верной... И сам великий освободитель Гарри выучил ударный куплет, забавный такой. Потому что Пивз умеет сочинять забавные штучки!

Которые забавляют великого, однако сердят мудрейшую… Но Добби тогда прислонится к сэру Гарри, очень весёлому мальчику, и с музыкальным талантом. А у эльфов есть чувство ритма, в свободное время они танцуют и поют! Добби, когда танцует, забывает про свои неправильные уши, и счастлив…

Кстати, Рону Уизли этот куплет от Пивза особенно понравился. И рыжий мальчик тоже часто повторял строчки полтергейста, немного мечтательно, представляя эльфийскую кухню, где столько вкусного, прямо на всю школу! И только иногда может быть немного опасно…

Горе тем, кто станет рядом

С нашим кухонным нарядом!

Канонада загремела,

Гость был заживо обделан!..

Так Рона не удивить подобными атаками, с его-то желудочными проблемами! Которые его враги, а также и Помфри, обзывают кишечными, что некрасиво, в общем-то. Да, его несло даже в спальне, и были претензии, и Поттер стишками пошлил…

Да он от собственных братьев мочился по-чёрному… в смысле, по синему! Для его чувствительной души писать синим было особенно тяжело! Нет, ходить под себя разноцветным, с фонтанированием, да публично — вот это максимально тяжело. О, Мерлин и Моргана, покарайте неправильных близнецов, разрушителей братских уз!

Главное зимнее достижение Гарри, если говорить о борьбе со слизеринцами, проявилось очень ярко. Правда, и коротко тоже. Но мальчик гордился своей находчивостью. И продолжал думать в этом же направлении. То есть в желании дополнять скромную подростковую магию изысками большого мира.

…Гвоздемёт верный Добби приволок мистеру Поттеру после зимних каникул, и тот очень секретно отправился в сундук. Гарри случайно увидел у родителей подруги занятный прибор, взвесил в руках, заинтересовался. Интересная какая машинка!

А что, вес приемлемый, выплёвывает три средних гвоздя в секунду, трёхдюймовых, прямо в упор. Как раз с палец, то есть как раз, чтобы вассалов пронять, хоть и довольно лёгкие гвоздики. Слуг толстомясых пронять, а Малфоя — употребить, железно!

Мистер Грейнджер, получив письмо дочери, купил хитрый аппарат, немного облегчённую модель. А Добби притащил, в дюжину прыжков, потратив вечер, часть ночи и почти всю магию. Но был восстановлен, усилиями будущих хозяев, и поскакал трудиться.

Эльф очень гордился этим достижением — Добби юн, но хорошо аппарирует, довольно далеко, пусть и не очень быстро. Он побывал в Лондоне, это очень интересное место. И тренировка, с доставкой хитрого немагического прибора, принесла пользу для его развития.

Грейнджер-старший популярно объяснил дочкиному другу устройство гвоздемёта. Мол, стреляет с помощью сжатого воздуха, хотя есть такие модели, что используют настоящие патроны и загоняют здоровенные гвозди пороховыми газами хоть в бетон! Сначала огорчил, сказав, что не оружие, потому как законодательство всякое, техника безопасности, и, в целом, нельзя.

Однако, как снять предохранитель, тоже пояснил. Сам убирать эту штуковинку не стал, поскольку представитель гуманной профессии: мол, ничего такого железного не забиваем, только дёргаем, только изо рта, и никаких. Так у нас Хагрид есть, народный умелец!

Мальчик притащил гвоздемёт к Хагриду, объяснил принцип действия. Тот похмыкал над хитрой машинкой, повертел в лапищах, погудел одобрительно. Мол, про гвоздодёр и слышал, и владею с детства, но чтоб гвоздемёт… Ну эти маглы дают!

И лесник не подвёл. Послушал про предохранитель, покивал, потом немного погремел инструментами. И, давая обстоятельные пояснения, себе и Гарри, не сразу, но разобрался. Потом ещё немного поколдовал — и вуаля, настоящий пневматический автомат сделал!

То есть убрал прижимной механизм, дававший возможность делать выстрелы только в упор, при контакте с пробиваемой поверхностью. И стало неважно — есть контакт, нет контакта. Нажимай и стреляй, хоть очередями! Тем более, что и дуло коротенькое приделал, слегка намагиченное, для точности.

Хагрид ещё пару раз восхитился выдумкой этих маглов — молодцы, уважаю! Разрядил короткую очередь в ближайшее дерево, подивился скорости стрельбы и тому, как глубоко вошли гвозди. Потом пульнул очередь в другое дерево, шагов за десять. Ага, кору пробивают, но в дерево уже особо не лезут. И кучности уже почти никакой, конечно.

Но в упор и кабана неплохо расстроить можно, если в глаз или ухо, и пятачок заодно заткнуть, это да. И не весит ничего штуковинка, и скорострельность удивительная, просто удивительная. Лёгкие гвоздики, конечно, и точности мало, если дальше пяти шагов, для охоты не пойдёт.

Однако если увеличить, и ещё гвозди взять другие, потяжелее… Да, недостатки есть, если с точки зрения охотника смотреть. Но для среднего школьного возраста — самое то игрушка, для самообороны отлично подойдёт, если в глаз не стрелять. Хотя Поппи и не такое из гляделок вытаскивала, медиведьма от Мерлина!

Я, Гарри, чары уменьшения на гвоздемётик наложу, я их давно хорошо знаю, только секрет, ладно?.. Какой симпатичный железный малыш получился, правда? Спокойно можно в сумке таскать, и даже через плечо…

Вот, одно твоё Фините Инкантатем, и он сразу почти втрое увеличится. И запасные обоймы наколдовал, три штуки. Отлично ты придумал, малфойцам будет сюрприз. Молодец, хвалю за смекалку!

…Только отберут у тебя эту приладу, задницей чую, отберут. И Минерва первая! Скажут, что в школе нельзя, туда-сюда, демагогию разведут. Так что, Гарри, побереги игрушку для серьёзного случая. Только если втроём будут бить, тогда и примени!

Гвоздей тут как раз на обучение троих, вещь! Умница, Гарри, давай, потренируйся с этой кассетой… Да не вопрос, можешь и две выпустить, и подружке дать потренироваться, я ещё гвоздей наколдую, мне ж не трудно! А баллончики со сжатым воздухом Флитвика попроси зарядить, микропрофессор не откажет, если на меня сошлёшься. Филиус драконий самогончик от господина герцога Запретного леса уважает!

Жареные гвоздики и шурум-бурум,

Ох, нажалим хвостики, Драко-толстосум!

И тебя заштопаем, Винсик-тугодум,

Гойла отработаем, это будет глум!

* * *

— А я пять защитных баллончиков захватила, перечных. И трубку с деревянными иглами, длинную, чтобы во врагов пулять. А с каким зельем, мы с тобой у Хагрида поинтересуемся. Хорошо бы парализующим или усыпляющим…

— О, есть усыпляющее, минуты три-четыре действует. Хагрид же ветеринар, ему такое зелье необходимо. Отличная идея, Гермиона! А как спадёт, то в этот момент коленом в пах, коленом! Тогда точно ему будет не до всего! Окончательно проснуться от хорошего удара между ног — волшебно, волшебно...

И гвоздемётик, гвоздемёт, гвоздемётище! Гермионе он понравился, хоть и тяжёлый. Правда, давал большое рассеивание, раз гвозди не имели утяжеления на остриях, но брал своё плотностью огня. Когда ежесекундно в тебя втыкается острое, пусть и не особенно сильно, за счёт расстояния, это должно неплохо подействовать… На любого агрессора, средней величины.

Гермиона была сильно впечатлена милитаризацией гражданской техники. Воистину, мужской взгляд на предметы окружающего мира отличается от женского. Где женщины лупят друг друга шпильками туфлей в лицо, мужчины из подручных механизмов мастерят натуральный пулемёт!

Или изобретают каловую бомбу, очень волшебную, огромной зловонной силы. Женщины до такого бы не додумались, им привычно выкидывать отходы, а не набивать ими бомбы…

— А что? — подбоченился мистер Поттер, гордо оглаживая боевой прибор. — Вклад Дурслей! Дядька рассказывал про гвоздемёт, как его пьяные коллеги усовершенствовали и забавлялись. Ну да, прямо в офисе, раз пьяные. Дрелям — нет, гвоздям же — да, глубже будет борозда! Ух, и бесился же Вернон!

Потому что и в потолке были гвозди, и в стенах, и у кого-то в заднице. Вот я и запомнил, потому что сильно хотелось Падлика гвоздями нафаршировать, толстыми в толстого, длинными в широкого! Теперь вот машинка есть, автоматическая, на трёхдюймовые гвоздики, как раз для среднего школьного возраста!

Гермиона в ответ одобрительно кивала — дескать, машинка серьёзная, важная деталь правильного снаряжения школьника магического учебного заведения. И сердито ворчала:

— Мало нам тварей, вплоть до василиска и дементоров! Так тут ещё Малфой и его охранные структуры, вплоть до Снейпа и папочки… А вот мы и посмотрим, как гвоздемёт будет маглорождённых и магловоспитанных с чистокровными уравнивать! Пощупаем сословные границы на прочность, железом их прощупаем, гадов этих, с палочками, макнём во всякое полужидкое…

Сами-то гнилые, как кишечные и туберкулёзные палочки, а на всё здоровое готовы проклятиями кидаться — и просто так, язык почесать, и заколдовать, да пообиднее и побольнее… Железом их, Гарри, железом, очередями, в автоматическом режиме!

* * *

Гвозди делать из Малфоя,

Чтобы стали хитрыми,

Он — особого покроя,

Ему гвозди титрами!

Оттитруем мы придурка,

И охрану оного,

Тот процесс запомнит шкурка

Самого дублёного!

А дублёный — это Винс,

Голова квадратиком,

Мозг на ниточке повис,

Весом больше кнатика!

Гойл на гвоздиках сидит,

Ловит ощущения,

Драко носиком сопит,

Гвоздь ведь — извращение!

А мне этот гвоздемёт

Нужен для хорошего:

Шкурку он на раз проймёт,

Обойдётся дёшево!

…Слизни уже торжествовали победу. Поттер хорошо получил в подбородок, валяется, беспалочковый, сейчас втроём пинать будем, шеф первый, да? Поступать будем, как он с вами, да? Чтобы палочку прямо в…

Всё-всё, молчим, босс, молчим, мы не нарочно, да-да, про плохое не вспоминаем, нельзя так нельзя, мы поняли! И ваше жалящее вообще лишнее, его лучше в полукровку, пока валяется, а то вдруг встанет и ка-а-ак по нам придумает! Он же мастер плохого, и потом про это поёт, гад такой, гнусный!

…Не, Грег, я нормально пробил, не должен встать, он же лёгкий, как босс прямо… Всё-всё, молчу-молчу, попинать его хочу…

Гарри не встал, потому что и больно, и времени за вылетевшей палочкой тянуться не было. В голове немного позванивает, потому что кнутовоспитанная горилла качественно пробила, до опрокидывания. Однако таскаемый на шее и завёрнутый в платочек хитрый агрегат сразу увеличил заклинанием Фините, без палочки, раз прямо в упор и желание громадное.

И сразу открыл огонь, из положения лёжа. С близкого расстояния, три гвоздика в секунду, трёхдюймовых. Вассалы быстро догадались и, мудро отвернувшись, прикрыли босса мощными задницами, в которые вонзились десятки гвоздей. Больно! Но, в принципе, терпимо, там ведь жир сплошной, не то что у босса…

Но откуда столько гвоздей? Очень сильная магия, и неправильная, и в школе такое нельзя, наверное… Очень много гвоздей, перебор, тубо, Поттер, тубо! Отступаем, отступаем, не оборачиваемся...

Ага, действует на вас, сволочей, отлично действует! Хорошо, что бежать с гнусаво скулящим боссом под руки так себе получается! Поэтому мистер Поттер догоняет и лупит почти в упор, не останавливаясь, пока кассета не закончилась. В голове уже не звенит, отлично. Мантии и штаны слизней в крови — красота!

А ещё красивее, как один из первых гвоздей не очень аккуратно сшил наследнику ноздри — прямо через хрящевую перегородку. Боль и кровь были такие, что Драко горько расплакался. А Поттер бессердечно ржал и грозил этот гвоздь загнуть, чтобы сделать кольцо, как у дикарей.

И по-всякому изощрялся, будучи полукровным выскочкой и мерзавцем. Дескать, стальным кольцом в носу бешеного быка смиряют, такое там болезненное место! Буду тебя водить, Дракушка с дыркой, за это кольцо, и в одних панталончиках, и всем показывать!

И называть тебя, откомпостированного, сокращённо — Дракодыр-Задница из дыр! А потом Конфундусом тебя — и к нашим грифам, в женскую душевую. Ох, львиные девушки тебя горячо встретят, наверняка каждая порадует, и трансфигурацией порадует, и чарами тоже! Если повезёт, и зельями порадуют, косметическими, в подходящие места, и в неподходящие тоже...

* * *

— …Не, я хорошо вдарил, босс, клиент — бряк, и поплыл, это же видно было! — ныл мистер Крэбб, оправдываясь перед мистером Малфоем за слабый удар. Босс был очень сердит.

Дескать, ещё спарринги, спарринги эти ваши, а толк где? Поттер враз очухался и как давай гвоздями… гвоздить! Поттера надо со всей дури бить, и со всей злобы ещё! Не как в Гойла бьёшь, а сильнее!

— Но это же Поттер, в нём магии полно, вот он сразу и отлечился, сам, потому что типа Избранный… Для плохого избранный, да-да, я хотел сказать, что только для всего плохого, во имя унижения благородных наследников, чтобы железо им в лицо, и сзади! Этот Поттер ведь всех чистокровных просто ненавидит, особенно в стихах, просто до не могу.

Нет, я могу, я же отцом тренированный и хорошо терплю, но вот кто нетренированный, тому вообще того, особенно когда гвоздями… А если он их нагревать придумает, чтобы в ранах прямо шипели и это, шкворчали? У него же магии полно, профессор Снейп как-то говорил кому-то, я слышал...

Драко представил, как его фаршируют раскалёнными добела гвоздями, которые, шипя, постепенно остывают в благородном теле… И почувствовал лёгкую дурноту. Поэтому велел Крэббу замолчать. Вон, Гойл уже свои глупости выдал, получил законное жалящее, и помалкивает. И ты, Крэбб, молчи!

* * *

…Он оставил врагов на лестнице, воющих и ругающихся, в крови. Был скандальчик, снятые балльчики, куда без этого? Отобрали, конечно, гвоздильную машинку, сразу и без компенсации. Макгонагал и отняла, да с выговором. Но без отработки, что ценно.

Так, повоспитывала: мол, в школе нельзя, это не для среднего, а для старшего возраста, раз целую эту… как вы сказали, кассету? Да, целую сотню гвоздей в две с половиной аристократические задницы, а это нельзя, бла-бла-бла…

Да, только палочкой и зельями, а также кулаками и ногами можно, и квиддичными битами можно, если судья отвернулась… Ну, слизеринцы так и делают, вы же в курсе? Битами — да, а вот магловщину эту… У нас волшебная школа, Поттер, вы в курсе? Вот и соответствуйте!

Хорошо, что деканша про кассеты узнала, а про кастеты не в курсе, и металлический рант на ботинках не вызывает ненужных вопросов, невидимый потому что. Школа, специальная ты школа, и директор, особенный! Я назло вам выживу, поняли, сто фунтов гвоздей вам в задницы!

Малфой хнычет, прохиндей,

Ноет Гойл, и воет Крэбб:

Полна задница гвоздей,

В нас загнали больше скреп!

Мы имеем по полсотни,

Нас прибили с качеством,

Вбил нам Поттер, ходит потный,

Поёт про лихачество!

Гвоздики из нас достали,

Шкурка стала с дырками,

Мы теперь другими стали -

С дырками утырками!

* * *

— Гарри, мне родители рассказывали про смешной фильм, там для отрицательных героев в отсталом мире, неправового характера, было наказание в виде содержания, вплоть до пожизненного, в ящике с гвоздями, представляешь?

— Приблизительно, но идея богатая. Особенно насчёт пожизненного… Гвозди, надеюсь, не мелкие? А большие, острые, кривые и заржавленные? И везде, раз для отрицательных?

— Гарри, я так просто вспомнила, раз мы про гвоздики… Ты это, того… как бы Хагрид сказал, не нагнетай!

— Да чего там нагнетать, Гермиона? Тем более, отняли игрушку, ограбили сиротку, прямо в школе ограбили. Дальше варежку разинешь, так и конфетку последнюю отберут, деканша эта, полосатая…

Школа эта, Хербер вонючий, одной перловкой и рад порадовать! Только стишки сочинять и остаётся, дело привычное!.. Нет, Рон, нет конфетки, съелась как-то, совсем! Ну, в шахматы так в шахматы, давай, расставляй…

* * *

После гвоздемёта Гарри, конечно, изощрился не раз, и не два, прозой и стихообразно:

— О, Малфо-о-ой, ты всё понял неправильно! Тебе не стоит ловить гвозди задницей, она же маленькая и тощенькая, ты всегда промахнёшься! Тебе достаточно научиться дёргать гвоздики своим вёртким аристократическим задиком, идеальным для тренировки дёргания!

Зато когда поворачиваешься ко мне носом, то получаешь в пятачок, это глубоко верно, с твоей стороны, так получать...

У тебя кольцо в носу,

В заднице железка,

Нюхать трудно колбасу,

Запах стал нерезким!

У тебя железки есть

В каждой половиночке,

Гарри Поттерова месть

Лордовской той сыночке!

— Жалкий Поттер, аристократы не едят колбасу, и даже не нюхают, ты, ничтожный в кулинарии, поедатель норных блюд из просроченных продуктов! Аристократы пренебрегают мясом глубокой переработки, оно вредное! Для аристократов вредное, так что не волнуйся…

Запах колбасы — слишком сильный и вульгарный, привлекает только носы низших классов и магликов! А мы вкушаем лучшее мясо: жареное, варёное, тушёное и пареное, самое полезное. И обоняем не резкий запах примитивных специй, заглушающий вонь субпродуктов, а лишь естественный аромат лучшего мяса и лучших приправ, понял?

…Эх, зря потратил пыл! По сути, спровоцировал на новую стихоподобную пакость, Шрам их же как пирожки печёт… или жарит! Да, жарит стишками, просто как сумасшедший повар, на двойной ставке! Хорошо хоть железку в заднице… необыкновенно омерзительный образ, неприятно царапающий… догадался не упоминать!

Драко тыкал в колбасу,

Морщил свой он носик,

Брось её скорее псу,

Будет лишь поносик!

…И не останавливается, мерзкий тип очкастой наружности!

Драко гвоздик полюбил,

Прибивал им эльфика,

Капкан туфельку рубил,

Это — диалектика!

Теперь знает носопырка

Про величье гвоздика,

Знают задницы утырков,

Поминают лордика!

Драко отметил, что Поттер назвал его не личинкой лорда, а лордиком. Это определённо признание его статуса наследника… или просто для рифмы? И ещё отметил новое дурацкое слово — утырок.

Неимоверно дурацкое, но как-то цепляет, непонятно и чем. И задевает, то есть отрицательный лингвистический потенциал налицо. Можно ли использовать против врагов… этих конченых утырков? Он подумает…

* * *

…Драко выучил я сталью,

Он остался прежней швалью,

Я гвоздями начинял,

А он плакал, умолял!..

И ничего он не умолял, а просто выбранил этого Поттера за отвратительное поведение, и решительно поставил на место, тонкими рассчитанными оскорблениями! И гвоздей всего четыре штуки получил… в каждую половинку, и в нос ещё, особенно болезненно, и в затылок, тоже болезненно. Ответишь, Поттер, и за шваль, и за слёзы ответишь, драгоценные аристократические слёзы!

Бьёт судьбы мне в пузо молот,

В животе ужасный голод.

Я зависим от еды,

Мне другой не знать беды!

Самое яркое воспоминание его дошкольного возраста — это когда Рон скусывал с рождественской ёлки все конфеты, мандарины и печенюшки. А Джинни ревела, потому что проспала и опоздала к делёжке самого вкусного, да и менее вкусного тоже. И до оставшегося на ветках не могла дотянутся, сильно уступая в росте.

Поэтому от злости кусала Рона за ноги и выше, куда доставала. А он терпел, потому что мама учит, очень болезненно, что девочкам нужно уступать! Он ненавидит уступки, но плеть гораздо больше ненавидит, от всей души. Особенно шестихвостую, отцовскую!

Тогда Джинни, сколько бы ни кусала, смогла урвать лишь яблоко, с наименее интересной печенюшкой, и всё. Приятно вспомнить! Правда, потом сестра оглушительно ревела и кидалась кубиками. Причём больно попадала, меткая вредина и ябедница, и писательница дурацких сочинений…

А лучшее воспоминание школьного возраста — это когда удалось стащить, прямо с маминого стола, здоровенную банку крабового мяса, и схомячить, в одно рыло. Он же единственный маг Британии, которого несло от крабов, это был благороднейший понос! Правда, дождавшись его из туалета, били долго, маминой ногой…

Ногами, обеими, и ещё кочергу засовывали, а она у печи стояла, нагрелась капитально. Много новых ощущений получил, жёстких таких! Но крабы того верчения на кочерге стоили, он так считает! Пусть и вышли быстро, но вкус, вкус! Только фуа-гра круче!

Была надежда, что после той кочерги станет проще ходить в туалет, но оказалось, что нет, кочерга совсем не помогла. Только тренировка болью от неё, и всё! Да у него такая проблема сзади, что и метла, наверное бы, не помогла, как ни вбивай!..

* * *

…Джинни, капитально осоловевшая, после того как суперкапитально запихнулась, довольно бормотала, развалившись на диване, что чувствует себя прямо как героиня той песни… Ну той, где она, которая героиня, хвастается: съела, поварище, ногу, брюхо, окрепни в борьбе!..

Очень духоподъёмная песня, всегда на ум приходит, когда особенно плотно обожрёшься… В смысле, накидаешься: и мясным, и выпечкой, и салатиками, конечно, чтобы не растолстеть…

Но тут же влез с поправками брат, раз девчонки ничего не понимают и даже слышат всякую ерунду, тупую, до не могу:

— Нет, правильно так: «Съела, товарищи, много, с ухом охрипнем в гурьбе!» То есть ухо, от хруста косточками и прочими хрящиками, прямо охрипло, то есть слышит не то, вот! Потому что вокруг гурьба народа тоже хрустит, изо всех сил…

Хотя, возможно, раз это хоровая песня и толком ничего не понять, там поётся про рыбный супчик. То есть ухой прилипнем к тебе… и накормим как следует, не волнуйся!

Мисс Грейнджер очень веселилась над этими прижизненно глуховатыми! И воспринимающими реальность через кривое зеркало и вывернутые уши! Реальность коленками назад, эти маги такие смешные, правда, Гарри? С детства самого смешные, что Рон, что Джинни!

Ты эту песню слышал? Её на демонстрациях поют, когда какое-нибудь предприятие, устаревшее и нерентабельное, и загрязняющее природу, закрывают. А его работники протестуют и поют хором, думая, что поможет…

— Нет, не слышал. Меня же Дурсли в Лондон, и прочие места, особо не возили!

— Так вот, они хором поют гимн и жалуются господу богу. Смело, товарищи, с богом, с духом приникнем к тебе! В царство свободы дорогу людям проложит собес… дальше неразборчиво как-то. Эти песни хором такие непонятные, что даже как-то раздражают, то ли дело оперные дуэты…

А потом она узнала, у мистера Филча, мурлыкавшего знакомый мотивчик, что на самом деле там никакой не религиозный смысл, а коммунистический! Хотя в коммунизме тоже полно религиозного смысла, об этом давно написано. Правильные слова совсем другие, такая вот неожиданность…

Мол, смело, товарищи, в ногу, духом окрепнем в борьбе, в царство свободы дорогу грудью проложим себе! Филча ещё в детстве брали на демонстрации, он тоже пел и прекрасно запомнил… Так неудобно было, она же ничуть не лучше остальных услышала, какой пассаж!

Только Рон ещё глупее насобирал, так на то он и Рон! Потом нашла текст в библиотеке — приванивающий Филч оказался совершенно прав, его память просто отличная…

* * *

Рон уже после первого курса стал подумывать, что рядом с героем как-то опасно. И не стал много ходить в Запретный лес, ограничиваясь опушкой. И стал про себя более критически относиться к Гарри, особенно когда тот затеял бренчать магловские песенки. Про городские трущобы да девушек из Нагасаки, да как в нашу гавань заходили корабли… Его слушали, просили ещё.

Рону тоже нравилось слушать, но он чувствовал, что о нём забывают, и совсем. И раньше так себе помнили, невзирая на великую победу над троллем. А сейчас мистер Уизли был бы совсем позабыт-позаброшен, да только Джинни такую ему рекламу сделала, что хоть потрескайся весь!

Уж лучше бы про забитого дубиной тролля забыли, чем про онанизм с упырём вспоминали! В смысле, отдельно про упыря этого, несчастного, и отдельно про запретное удовольствие… Хотя нет, если про тролля забыть, от его победительности тогда вообще ничего не останется!

Рон пытался как можно чаще и громче что-то говорить о квиддиче, шахматах, однако его как-то мало слушали. А Гарри и про него что-то сочинял, дрянь всякую, вроде:

Рона в лес ты тяни, рискни,

Зелье ты увари, броди,

Лес тебя подивит, шумит,

Рональда лишь слабит!..

Этот Поттер, как сразу стал знаменитым, так и тянет одеяло на себя, не устаёт. Приглашаемый к директору два-три раза в семестр, строго негласно, Рон говорил, что Гарри популярен среди гриффиндорцев. И что даже этот страшноватый Хагрид его стрелять из арбалета научил, а Рона не научил, хотя даже Грейнджер эту из лука стрелять научил…

И лесник, с одной стороны, учит добывать припасы, и мясо коптить, и всякие травки с корешками ценные искать, чтобы потом есть или продавать. Но и зверюшек лечить всяких помогать заставляет, а они же воняют, и зелья варить заставляет, а они же воняют…

Что именно рассказывал Хагрид, Рон как следует не слышал ни разу. А в разговорах с директором что-то и придумывал, особенно про себя. О том, как он хорошо старается дружить, и как своего друга всегда защищает — и от магических тварей, и от слизеринских.

Зато про Невилла совсем помалкивал, и про близнецов, которые с Гарри довольно много общались, тоже. Рыжий мальчик очень ревновал Гарри и умалчивал о его отношениях с прочими. Особенно с Гермионой, стараясь просто упоминать, что та помогает в учёбе, умная такая вся, хоть и девчонка.

И всё время выдвигал на первое место себя: мы с Гарри лучшие друзья, всегда летаем и играем, мы с Гарри учимся и помогаем друг другу, мы отпор слизеринцам даём. А ещё Гарри поёт хорошо и в конных боях тоже неплох, хоть и лёгкий, Гарри учителей уважает, кроме Бинса, Трелони и Снейпа…

И директор полагал, что полностью контролирует общение Поттера, замкнутое, прежде всего, на отпрыска Уизли. А Хагрид — хороший парень, под контролем, и плохому не научит.

Вот именно. Пусть у мальчика будет интересная жизнь в лесу, пусть в птичек стреляет, жалко его, сироту, а птичек не жалко, они быстро несутся-вылупляются… Хотя стишочки у него такие-этакие оказались, довольно язвительные. Гарри у нас, конечно, впечатлительный мальчик, и право впечатляться имеет, приходится признать.

Он у нас особенный мальчик, и очень. Раз и василиск приключился, очень неожиданно, и нарушая планы могущественных магов, а до того и тролль с цербером на пути Избранного повстречались… Но репутации школы такие ехидные стишки не полезны!

Если виден василиск,

То не слышен грифа писк,

Тролль, зашедший в туалет,

Передаст тебе привет,

Он тобой в футбол сыграет,

Для чего башку срывает

И её чуток пинает!

Если видишь ты Пушка,

Не слезай лучше с горшка,

Горя схватишь ты лишка!..

* * *

Мистер Поттер очень ценил то, что с Гермионой хорошо было играть в города. Хотя Рон не понимал этого развлечения. Он и европейских столиц-то мог правильно штук пять назвать, а уж отличить Бонн от Брно...

Да и британских городов помнил пару дюжин или немногим больше, в основном, по местам матчей с участием своих «Пушек». А ребята потом начинали соревноваться, кто больше вспомнит персонажей из Жюль Верна или Диккенса. Гарри обычно изнемогал к началу второй сотни, между тем как подруга была ещё очень даже в форме...

Они веселились, вспоминая книги и героев, спорили… Рон косился на них, и порой как-то недовольно. А Гарри со временем эти взгляды стал замечать. Почему-то Рону совсем было неинтересно знание про большой мир, даже странно. Хотя он, если честно, и волшебным миром не сильно интересовался, если дело не про спорт.

Гермиона всегда по этому поводу разорялась. Но как-то, задумчиво прихватывая нижнюю губу своими крупными резцами, сказала: Рон же в отдельной усадьбе живёт, общается почти только с семьёй, книг не читает, не говоря про газеты. И телевизора для него нет, кино нет, театра нет, музеев нет, нормальной школы не было и нет…

Значит, Рон только из колдорадио что-то слышит, и от родителей с братьями, и всё. Плюс уроки. И плюс они с Гарри, и ещё кое-кто. А главное, что ему неинтересно, почти всё неинтересно!

Гермиона частенько этим возмущалась, Гарри в ответ помалкивал, из мужской солидарности с другом, но не возражал девчонке. Права же Гермиона! Действительно, наш Рон очень ленив, и больших мозговых запасов не обнаруживает.

Да и колдует плохо, часто ещё хуже Невилла, баллы получает редко, а теряет часто. Потому что Невилл хоть старается, а Рон почти никогда, особенно получив зачёт, с похвалой, за полёты… И у Гермионы законная обида, что он её баллы в унитаз, сразу или частями.

Да и у мистера Поттера, кстати, имеются похожие обиды, раз он больше зарабатывает, чем теряет! Ну да, почти всегда больше, если по месяцам считать, а не по отдельным неудачам, очень памятным…

* * *

Как-то, услышав сердитое бормотанье жабовладельца, поминавшего методы обучения со стороны мадам Трюк, Поттер придумал поговорку: «Бил Невилл жабу, грозясь на бабу!»

Лонгботтом не обиделся, ведь Тревор часто получал в подарок насекомых из Запретного леса, и ценил «дичь от Поттера», как выражалась языкастая Грейнджер. Хотя Гарри ещё языкастей, и сочиняет ловко, так что не поймёшь, когда поёт: где чужое, где сам придумал. Магловские песенки, кстати, очень интересные…

Невилл тоже уважал рифму, у бабули библиотека большая, она довольно много заставляет читать. И особенно любил слушать, когда Гарри брался за гитару и начинал явно импровизировать, не всегда очень складно, но смешно и ядовито. Особенно про Снейпа или Филча…

Либо напевал уже сложившиеся вещицы, проверяя, как звучит, не криво ли, это тоже было интересно послушать. Сильно хвалить Невилл стеснялся, но было видно, что одобрял. Более всего про Снейпа стишки одобрял, или про Малфоя с компанией, иногда и цитировал.

Неловкий и рыхлый, он был робковат наступать в конном бою, но очень ценил Гермиону как привычную всадницу. Потому что та издалека заклинаниями пуляла, и метко. Из-за того не сильно к этой неагрессивной паре подбегать успевали, в желании уронить… Роняли, конечно, но Невилл со временем всё устойчивей становился, а заклятья пышноволосой амазонки — всё действенней.

…Лонгботтом, по совету Хагрида, молотил примерно полугодовую разрозненную подшивку газеты. Гарри тоже участвовал. Нужно было каждый день убирать один номер, чтобы под конец бить уже прямо по двери, почти что по дереву! Кулаки, действительно, постепенно закалялись, волшебная бумага была прочной, удар держала хорошо.

А Невилл, когда лупил по подшивке, выглядел сосредоточенным и даже злым. И было понятно, кого он в эти секунды представлял. Рон же обычно отпускал иронические комментарии: вон, вон, на колдографии тётка уворачивается, дайте ей в глаз, дайте ещё!

Я в Запретном коридоре

Только дверь вскрыл, обалдел:

Предо мной да на дозоре -

Трёхголовый сверхкобель!

Тот собакен со слонёнка,

Жрёт врагов он в три башки,

Ну а мага головёнка

Ему просто ништяки!

Оказался он Пушочком,

Люк опасный сторожил,

Мозгов малый в нём горшочек,

Глюк под музыку ловил!

* * *

Гарри часто вспоминал о болезненных стычках со слизеринцами, особенно на втором курсе. Проклятый Гойл как-то так достал, что сразу два зуба вывалились, а третий шатался. Снова к Помфри бегал, выращивал, колдомедицине в очередной раз удивлялся.

В другой раз Крэбб губу расквасил и плечо отсушил, еле удрал, потому что Малфой тогда чуть не попал, Ступефаем своим. Хорошо, что Хагрид помог, ветеринар от Мерлина, никакой Морганы не надо!

До него быстрее бежать было, чем до больничного крыла, раз у теплиц подловили, там коварное место. Лесник и губу в порядок привёл, мигом, и плечо поправил, так что и не болело, и синяка потом, считай, не было…

Как-то громилы его удивили. Вассалы наследника Малфоя вдруг взяли и щекотку наслали, вдвоём, неожиданно. Чуть ли не первый раз видел, как они колдовали. Драко уже обезоружить пытался, да Гарри заклинанием Фините Инкантатем щекотку отменил, она же совсем слабая была.

Нет, щекотала всё равно так, что палочкой не воспользуешься, но от вербальной Фините свалилась сразу, слишком уж сильно хотелось сбросить. Без палочки колданул, вот дела! От неожиданности и лёгкой обиды, пожалуй. Ещё его эти… тролли под прикрытием, не заколдовывали, этот сборный Падлик, сборный и позорный, о двух задницах и полутора головах!

И Гарри успел поставить Протего, в долю секунды до Экспеллиармуса от блондинчика. Не зря с Гермионой тренировался! И сам щекоткой Малфоя угостил, от души: так его пронял, что даже палочку заставил уронить.

Слуги бросились поднимать палочку и заслонять вопившего от щекотки хозяина, а мистер Поттер и их защекотал, до громкого гогота. И на всякий случай тикать, раз один против троих оказался. Легко отделался, благодаря магии без палочки, а то бы запинали, а наследник потом ещё бы и заколдовал, козлина…

Зато Гарри понял, что мистер Малфой очень боится щекотки. И потом это качество не раз использовал, и девчонкой тоже дразнил (а Гермиона терпела, когда слышала), и в один стишок вставил… И написал несколько новых, в которых, после василиска, довольно критично представил школьные порядки.

Потому что никакой гарантии от предполагаемых очередных, не менее опасных тварей, не чувствовал. Недаром профессор Флитвик упоминал о зоопарке с очень редкими зверями в замковых подземельях, и понятно было, что опасными. Как будто Запретного леса мало, и гуляки-тролля мало, и жутких летучих обезьян, которые дементоры!

Кстати, Хагрид о том же зоопарке не раз говорил, обижаясь, что ему на тех интереснейших подземельных тварюшек даже взглянуть не дают. Дескать, кредитная история у него плохая, насчёт иных зверюшек, что поопасней…

Ну, были у него ошибки, чего уж там, были. Так теперь он же ещё умнее стал, правда, Гарри? Он же обожает всяческое зверьё, до полного обжирани... обожествления, почти, он же их готов и поить, и кормить, и есть!..

Ладно, твари тварями, коли вроде как заперты, хотя одного незапертого василиска уж так хватило, так хватило!.. И домовой эльф, который Добби, тоже много наворотил, хотя и прирождённый слуга.

Только правильно в книгах про разных слуг написано, народ часто ненадёжный. У четырёх мушкетёров и Филеаса Фогга, который за восемьдесят дней планету объехал, очень надёжные, а так-то вряд ли, литература врать не будет…

Лопоухий домовик,

У него особый бзик!

Думать: «Мальчик, что велик,

Так ему вот-вот чик-чик!»

Тебя сдёрнули с метлы,

Вот земля, а вот и ты,

Локхарт кость убрал в руке,

Но оставил в чердаке!

В чердаке лежат мозги,

Ты их думкой напряги!

Рыжая пасёт дневник,

Что особый есть тайник,

В нём кусочек той душонки,

От чего дурна девчонка!

Джинни мочит петухов,

Василиск уже готов!

Старый змей тебя куснёт,

Ты мечом — и прямо в рот!

Змейки тот укус калечит,

Слеза феникса — излечит.

Слёзы с ядом чистят кровь,

Ты здоров, себя готовь:

Пусть директор хмурит бровь,

Замок страшен будет вновь!

Вечерело. Ужин у Хагрида закончился, но уходить было грех. Раз так отяжелели, после сложного комплекса блюд. Поэтому Гарри тренькал себе на гитаре, и тренькал. Периодически выдавая куплеты про то, как тихо в Запретном лесу, однако не спит… Часто даже один за другим, целой серией, без остановки.

Гермиона периодически хихикала. Или немного преувеличенно негодовала и тыкала немножко нахального сочинителя острым кулачком в бок. Раз использует и слова неподходящие, морда вихрастая, и выражения неподобающие, аналогичная морда. Да и ситуации придумывает такие, что не совсем для младшего школьного возраста, и даже не всегда для среднего.

Хотя они очень развитые подростки, и Хагрид согласен. Тоже рассказывает откровенно, и лексика у него… Не кабацкая, нет. А такая, взрослая и крестьянская. Но всё равно, атмосфера в гостях у нашего герцога замечательная. Домашняя! Заметно, как Гарри от этого тащится, и очень приятное чувство, когда такое видишь. Потому что она тоже тащится…

А полувеликан, угостившийся самогончиком, благодушно комментировал то, что считал нужным. Потому что Хагрид — за реализм, а Гарри — мальчик юный и большой фантазёр, прямо не уследить, какой фантазёр! И не устаёт ведь сочинять, неугомонный такой, а! Наверняка и здесь Избранный, к директору не ходи…

Тихо в лесу,

Только не спят бобры,

Хагрид и Клык к ним совсем не добры,

Вот и не спят бобры!

Тихо в лесу,

Только не спит джейран,

Плохо безболит кастрата айран,

Вот и не спит джейран!

— Вот бобры-то все и кончились, окончательно и сразу, за вредительство своё, древогрызное. И похищение имущества сиятельного герцога, вот. Потому что ваш лесничий герцог спасал лес, для чего усиленно поедал бобров, пока не закончились, без доброты, а с аппетитом.

Ещё с одной хорошей собачкой делился бобрятиной, в меру, конечно, и никаких! А джейран и айран — это какие-то совсем бессмысленные слова, ты их для рифмы выдумал, понимаю, понимаю…

Тихо в лесу,

Только не спит сурок,

Хагрид все норы сдаёт лишь на срок,

Вот и не спит сурок.

Тихо в лесу,

Только не спит бобёр,

Хагрид к плотине пристроил забор,

Вот и не спит бобёр…

— Нет, бобры — давно пройденный этап, ты, Гарри, повторяешься. Так сказать, призрак Запретного леса, эти бобры! Потому что я очень тщательно геноцидил, в рамках плотоядности и прикладного шкуродёрства…

А нечего вредительством в нашем лесу заниматься, раз запретный такой! Болота, понимаешь, разводить посреди леса, и мою моркву воровать… Утилизация, и всё тут, раз вкуснятина такая, и шкурка высший сорт! А сурок — степной житель, Гарри, ты их с хомяками не путай!

Тихо в лесу,

Только не спит хомяк,

Морду ему поправил тесак,

Вот и не спит хомяк…

Тихо в лесу,

Только не спит блоха,

Бег ей Клыка отбил все потроха,

Вот и не спит блоха!

Тихо в лесу,

Только не спит фазан,

Лесник семью его всю растерзал,

Вот и не спит фазан!

— Э, Гарри, так и ты не без греха! Кто похлёбочку из фазанчиков вкушал… вкушали, до потрескивания мордочек, как Гермиона выразилась? Фазанов в нашем лесу хватает, чай, не бобры. Очень питательная птичка! А хомяк что? Вредитель чистой воды, его хоть тесаком, хоть каблуком, хоть капканом…

Нет, хомяк не нужен! А вот что антиблошиный ошейник Клыку сообразили подарить, тут вы, ребята, пребольшие молодцы!

Тихо в лесу,

Только не спит вальдшнеп,

Хагрида мненье — клюв так нелеп,

Вот и не спит вальдшнеп.

Тихо в лесу,

Только не спит макак,

Хагрид пилой его этак и так,

Вот и не спит макак.

Тихо в лесу,

Только не спит кабан,

Шкурой лесник подобьёт барабан,

Вот и не спит кабан.

— Барабан не барабан, а подобью. Курточку себе подобью, в первую очередь, а то подносилась. Но я не люблю выбрасывать старые вещи, если их Клык не погрыз. Я же очень бережливый, во мне этой экологии — во! Кабаны отличную шкурку дают, конечно…

Кстати, древние римляне, оказывается, разводили ежей, запекали их в глине, прямо с иголками, и вкушали. Либо сдирали шкурку, с иголочками, и продавали кожевникам, скотские шкуры обрабатывать. И даже наловчились такие игольчатые шкурки подделывать, в массовых количествах! Знать бы, кого использовали для фальсификаций, да Плиний, собака античная, молчит…

А вальдшнеп — ничего так птичка, небольшая, но ароматная и диетическая. Правда, водится только на болотах, а у меня их всего два, и далековато. Клюв у птички отличный, прямой и длинный, не выдумывай! А с макаком я давно работал, тварюшка-то редкая, но интересная, для кое-каких опытов, негласных…

Тихо в лесу,

Только не спит сверчок,

Хагрид его сдул случайно в толчок,

Вот и не спит сверчок.

Тихо в лесу,

Только не спит муравей,

Сдохли личинки, Клыка от соплей,

Вот и не спит муравей.

— Муравьёв, Гарри, у нас в лесу полно! В ассортименте, и рыжие, и черныши, и они полезны не только лесу, на предмет заготовки вредных насекомых. Но и волшебнику полезны, однако только на старших курсах. А раньше ни-ни…

Я сказал, чтоб ни-ни, вот ты и ни-ни… и не нюни, большой уже мальчик! С Гермионы пример бери, дисциплинированной девочки… Мальчик ты большой, однако маленький для некоторых муравьиных тайн, требующих повышенного расхода магии. А большего пока не скажу, не делай жалобной мордочки.

А Клык, собака такая, просто жрёт эти личинки, когда муравейник раскапывает, и всё. Я разрешаю, мне муравьёв для верной собачки не жалко, сам кисленькое люблю… И сверчков только Клык ловит, что мне те сверчки, бесполезные?

Тихо в лесу,

Только не спит барсук,

Чует хвостом неприятный досуг,

Вот и не спит барсук.

Тихо в лесу,

Только не спит барсук,

Лесник его низко повесил на сук

И с ножиком бродит вокруг!

— Барсук — он этот, большой вредитель тыкв, Гарри! А тыква — особый продукт, стратегический. Очень мужской продукт, промежуточный, а также и стратегический. Потому что важное растительное сырьё, для последующей перегонки в жидкое и огненное. А барсук — важное животное сырьё, от мяса и жира до шкуры! Он за вредительство мной всегда пресекаем, поскольку не отпугивается, а только воняет…

Если я местный герцог всех, то имею право и надзирать, и наказывать, вот! У барсука вообще статуса нет, я даже к хомякам лучше отношусь. Раз они, хоть и вредители, но столько не жрут у меня, паразиты. Нет, жрут, поэтому не лучше, не, тоже гады страшные, грабят и грабят, испокон веков…

Потому страшные, что у хомяков морды раздуваются, а у барсуков нет, и хомячьи морды моё хомячат и хомячат, как своё… Я этим хомякам… и барсукам ещё покажу, и капканы, и арбалет. Так что будут у меня трусы из барсучьей шкурки, зимние, в полосочку! И жакет из хомяка… множества хомяков, и рыжих, и этих, загорелых до негритянского состояния, то есть меланистов, научно говоря! А я же науки обожаю!

Тихо в лесу,

Только не спит марал,

Хагрид с секвойи его обмарал,

Вот и не спит марал!

— Да нет у нас маралов, и секвой нет, там же высота в небоскрёб, как оттуда попасть, Гарри, да по движущейся цели? Там же какое упреждение нужно брать, а, сам подумай? Побойся… хоть кого-нибудь!

Тихо в лесу,

Только не спит кентавр,

Снится ему конкурент Минотавр,

Вот и не спит кентавр.

— Да, кентавры уважают ночью по лесу послоняться, ярким Марсом полюбоваться, или Венерой какой. А на самом деле чаще всего пьяные шарахаются да приключений ищут…

Нет, Гарри, не на свою. Если к паучьим пещерам не приближаться, то особых приключений у кентавра не будет. А приключатся они у того, кому не повезёт с таким ночным забулдыгой повстречаться, неправильно озабоченным…

Тихо в лесу,

Только не спит вервольф,

В ноздре белеет Хагридов гольф,

Вот и не спит вервольф.

Тихо в лесу,

Только не спит верблюд,

Завтра его холостить поведут,

Вот и не спит верблюд.

Тихо в лесу,

Только не спит сайгак,

После пальпаций — с копыт бряк да шмяк,

Вот и не спит сайгак.

— А какой ты ветеринар без навыков пальпирования? Многих хвостатых пациентов надо пальпировать, иначе не вылечишь ничего. Просвечивающее заклинание есть, и гораздо лучше, чем рентген у маглов, наши так считают. Но трудное оно, мне вот так и не далось, Моргана-мать!

А вервольфов, которые оборотни, я как гонял… и это, перегонял, на ингредиенты, так и буду. Ишь, собачек моих трахать, паскудники такие! А гольф — это что за хрень?.. Мания величия носка при попытке пройти в чулки? Заковыристо объясняешь, Гермиона, но, в принципе, понятно...

Про верблюда, конечно, выдумки одни, откуда в моём лесу такие уродища? Ваш герцог — человек очень терпимый, но у верблюда такая морда лица, что я прямо не знаю… В моём лесу с такой мордой делать нечего! Ладно, живут себе в пустыне, пусть там и живут, курабье пустоты… корабли пустыни, да.

А с другой стороны, ты же прав, Гарри! Ведь тот, кого поведут на это самое, конечно, обязан грустить, и до, и после. Тут очень верно подмечено, с психологической точки зрения…

Тихо в лесу,

Только не спит оса,

Вбита ей в жвалы шмелём колбаса,

Вот и не спит оса.

Тихо в лесу,

Только не спит питон,

Хагрид нуждается обувью в тон,

Вот и не спит питон.

— Да куда там питон, Гарри, он у нас редкость, его только Малфой носит! Питона надо в жарких странах добывать. Или надеяться, что в речке всплывёт, если хозяева в унитаз выкинут, и он путешествие по канализации переживёт. Мне кабаны и мясо с салом дают, и шкуру на сапожки, и клей из костей. Безотходные звери, уважаю…

Да-да, ты у нас особенно свинские уши уважаешь, я помню. Будут тебе ушки, Гарри, будут, варёно-копчёные, наивкуснейшие! А пока можешь домашней колбаской угоститься, считай, у шмеля урвал, который немножко директор, ха-ха-ха... Вон, и Гермиона заоблизывалась, понимает в лучших вкусностях, развитая девочка…

Тихо в лесу,

Только не спит лиса,

Хагрид ходить в меховых стал трусах,

Вот и не спит лиса.

— Нет, Гарри, те лисьи трусики я сносил давно, раз носил, не отрываясь. В холодное время года только их и носил, красивые были! Лиса не спит, когда её из норы выкуривают, или водой выливают, на предмет конфискации носимых мехов.

Сейчас хорошей лисы и не встретишь, надо на миль десять вглубь леса уходить, чтобы нормального меха добыть. Нет, далеко, ваш лесник уже не так молод, и занятий у него много. Между меховыми трусами и кабаньей тушей я, конечно, выбираю кабана! Кабанов, кабаних и кабанят!

Тихо в лесу,

Только не спит енот,

Хагрид шутил, что его — на компот,

Вот и не спит енот.

Тихо в лесу,

Только не спит сова,

Веско про глобус звучали слова,

Вот и не спит сова.

— Про сову на глобус — это хорошая шутка, но Гермиона тогда поверила, доверчивая девочка… А тот енот, скотина, ловкими пальчиками клетку открыл и не сразу в лес удрал, нет! Он сначала в доме напакостил, компот разлил, скотина такая, очень скотская…

Тихо в лесу,

Только не спит гусак,

Любил он козу, попадая впросак,

Вот и не спит гусак.

Тихо в лесу,

Только не спит примат.

Стал человеком и выучил мат,

Вот и не спит примат.

— Да нормально я ночью сплю, Гарри! Мы же все приматы, от лемуров и обезьян, и до волшебников. Мат я ещё в детстве выучил, в деревне у великанов, там такой мат, что ого-го!

Да, сначала мат, а потом уже и человеком, это… эволюция, Гарри, понимать же надо. Сначала учишь язык, потом очеловечиваешься вконец, тут же и логика, и диалектика, ты учи и учти, умным будешь, и учтённым… почтенным будешь! Да, потому что учли тебя давно, и очень неправильно, неправильные эти все, тёмные и серые маги, в раскладах своих, мутных, и мутнейших тоже, и даже самый светлейший… ладно!

А гусак козе не товарищ, это доказано, Гарри, мной доказано! Гусак поедается отдельно, и коза отдельно, вот! И я козлятине отдаю предпочтение, лёгкое такое. Хотя, если некоторые опыты с ними продолжать, хитренькие такие, до приготовления в блюда, разумеется, то интересно может получиться… Но я тебе про такое не говорил!

Тихо в лесу,

Только не спит гиппогриф,

Не дался фестрал, полноги откусив,

Вот и не спит гиппогриф.

Тихо в лесу,

Только не спит гепард,

Хагрид меняет на пятна стандарт,

Вот и не спит гепард.

— Гиппогриф всегда от фестрала улетит, если взрослый, хотя и без ноги, я же рассказывал про тот случай, когда протез пришлось вымудривать, ага… Про гепарда ты загнул маленько, зверёк редкий. Хотя и приручается хорошо, и на человека не нападает, и красивый, да не попадался мне ни разу, он саванный жилец. Зато у нас в лесу рысей полно, это да.

Рыси — подходящий кошачий народец, много чего мне дают. Ты играй, Гарри, да напевай, раз так насобачился, хорошо мне с вами, даже без самогончика…

* * *

Тихо в лесу,

Только не спит песец,

Хагрид узнал, кто котятам отец,

Вот и не спит песец.

— Песец был, помню, но давно, лисичка такая, очень северная, симпатичная. Да, похотливый был, лисят покушался делать многим, но бесполезно, конечно, раз генетика эта вся. Котятами нашу Минерву дразнят, лукошки ей под дверь подкидывают, чтобы мяукало на полкоридора.

Разок близнюки Уизли в этом отметились, знаю достоверно. Так что и посейчас ухи им бы так и оборвал, с корнями… Ты же от них-то и узнал про котят, верно? Гнилой народец, учти!

Тихо в лесу,

Только шуршат мураши,

Они отбирают продукты у вши,

Сами же все — левши…

— Мураши эти, Гарри, очень непростые бывают. Может, и левши тоже бывают, кто там их знает? Муравьишек я почему недолюбливаю и многие муравейники затапливаю, когда нужду справляю? Хотя Гермиона против…

И ты против, помню, помню, но Гермионка-то сильнее против, вот. Не только потому, что в детстве меня кусали, когда их, присевши, своими отходами бомбил, нет. А принципиально у меня с муравьями затык, на почве ихнего паразитизма. А я ведь лют к паразитам, вы же, ребята, в курсе, так?

Потому что есть особенные муравьи-паразиты, и настолько коварные, что я вообще просто очешуеваю с них! Там целая картина маслом, а не это вот всё, которое, значит, ваще… Вот слухай сюда, какая там фигня. Значить, ихняя матка сначала специально у чужого муравейника трётся, от рабочих муравьёв их запах перенимает.

И потом спокойно в муравейник лезет, чтобы до самой ихней матки достать, ха-ха-ха! Найдёт ихнюю — и в неё своей кислотой прыскает. Рабочие муравьи от того сбиты с толку и, чуя чуждый запашок, бросаются грызть свою родимую матку, как врагиню. А пришелица потом лезет на её место и откладывает яйца, и все её принимают за свою. Так муравьиный народ и меняется!

Вот такой редчайший паразитизм, химически усложнённый! Хотя маги тоже паразиты, до не могу, вон, сколько натерпелся от них, и посейчас терплю. Раз вечно в газетках про меня гадости расписывают: мол, получеловек-громила опять, и, мол, снова он это, потом он то… Моргана-мать! И мать их всех за ногу!

Тихо в лесу,

Только не спит шакал,

Хагрид сноровисто выдавил кал,

Вот и не спит шакал.

— Да неудачно я того волчка оперировал, которого ты шакалом дразнишь. Шакал — совсем плохая псинка, фу! А коли промашка у тебя, так давай, пока пациент не подохши, ухаживай, в том числе, и отходы его убирай, иначе пропадёт. Брезгливые с животными не работают, это закон. Так-то вот, Гарри. Но шкурка не пропала, и ещё кое-что не пропало, нет!

Тихо в лесу,

Только не спит бурундук,

Понял, что нет, не познать всех наук,

И верещит бурундук!

— Так это, Гарри, очень важно понимать, что не познаешь наук, мне эта мысль близка. Потому что в ней много моего жизненного драматизма. И меньшей части наук не познать, что особенно обидно! Тем более если ты бурундук, который живёт два-три года, в обстановке полной неграмотности. Или даже меньше живёт, раз везде враги.

И верещит, потому что жрать хочет, и всё тут, не усложняй. Хотя мне бурундучки нравятся. По радио говорили, что японцы их называют просто полосатыми белками. Хотя бурундук и бельчонка мельче…

Тихо в лесу,

Только не спит ишак,

Чудится, сыном, мол, станет лошак,

Вот и не спит ишак.

— С ишаками непросто всё. Ишачок — у меня же важный пищевой зверёк, я ведь рассказывал… И лошак происходит от жеребца и ослицы, а где бы я жеребца брал? А от кентавров лошаков никогда не получается. Иначе в лесу ишаки вообще бы исчезли как вид, и давно, я про это в другой раз расскажу, через годик-два…

Потом, Гарри, раз всякому овощу свой фрукт, понимаешь… Да потому что не детская это тема, и совсем!

Тихо в лесу,

Только не спит осёл,

Сварит лесник колбасу, раз, и всё,

Вот и не спит осёл!

— Как и было сказано, ослик, который ишачок, важное звено в пищевой цепи, ты, Гарри, прав. А куды там деваться? Дикое животное, особенно высокопитательное, никто не защитит. Особливо от меня, видного мясоеда всея окрестностей. И герцога Запретного леса, самоназначенного! Хорошо, что много их в нашем лесу пасётся, мне пока хватает…

Долгие поколенья Малфоев

Никогда не рождали героев.

У семейства был сплин,

Раз наследник один,

Да и то, Мерлин мой, что такое!

…Поттер оказался очень коварным. Когда его вассалы сзади крепко схватили и выдернули палочку, то развернули к мистеру Малфою. Чтобы тот показал полукровке, как надо правильно колдовать. На том, кого не жалко, например.

И Драко уже вытащил палочку, и был готов продемонстрировать, на очкастой физиономии, интересное и болезненное заклинание, из родовой коллекции. И не фурункулы ваши, жалкие, куда там! Нет, там фурункулы присутствовали, но в качестве, так сказать, гарнира. А вот основным блюдом должно было стать и вылезание волос, и распухание лица, и голос, писклявый, как у домовиков, и уши в трубочку, да с непростой отменой!

Однако шрамированный ловко выдернул одну руку, сильно царапнув Крэбба, откуда-то вытащил карандаш… И как ударил им по ладоням, которые его держали! Так прямо кровь пошла, и вассалы, струсив, выпустили мелкого, ничтожного и как бы избранного. Потом говорили, что им прямо проткнули ладони, словно гвоздями, факт, смотрите сами, какие дырочки! А мы же гвоздей опасаемся, Поттер же мастер гвоздить…

Ошеломив охрану, полукровка то же самое проделал с наследником! Опять-таки неожиданно этот Поттер стремглав бросился на наследника, вместо того чтобы убегать, надеясь, что мистер Малфой промажет по очкастой спине. Видя рывок Поттера прямо к себе, Драко вынужденно прервал выполнение сложного заклинания, тут же убрав палочку за спину.

Однако коварный наглец Поттер не стал пытаться вырвать палочку. А выхватил другой карандаш и несколько раз им ткнул, прямо в половинку наследника! И первым карандашом тоже ткнул, несколько раз, в другую половинку. И кисть Драко, которая примерно там же обреталась, держа палочку, заодно тоже проткнул.

Малфой, вскрикнув от боли, выпустил палочку и схватился за поражённое место, которое сзади. Поражённое в нескольких местах… Но руке тоже было очень больно, и она закровоточила! А Поттер, резким движением обломав грифели, чтобы они остались в половинках, завершил бой на своих условиях, одним движением.

То есть, почти не размахиваясь, ткнул Драко кулаком в нос, тоже очень больно! И потом гадко вопил про вскрытие благородных носов, да с одного удара, в рифму вопил, и везде!

Расторопный полукровка, после вскрытия благородного носа, тут же подобрал с пола его магический проводник, и начал им размахивать. И пользоваться! Поттер закричал вассалам, при этом выведя Крэбба из строя ногоклеящим, чтобы возвращали его палочку, и поскорее. А не то он сейчас слизеринскую сломает, вам Малфой этого по гроб жизни не простит!

Наследник в это время зажимал проколотой рукой окровавленный нос и горько плакал, мешая слёзы с красными капельками. Другой рукой он держался за пострадавшие половинки, где тоже кровоточило. И оттого совершенно не мог командовать вассалами, растерявшимися от напора врага, и самым жалким образом!

В результате оба здоровяка, не сильно думая, бросили Поттеру трофей: дескать, отвяжись, хитрое ничтожество, избежавшее заслуженного наказания. Ничего, ещё встретимся на узенькой тропинке, два раза пожалеешь!

Гарри подобрал свою палочку, отбросил подальше слизеринский трофей, но унялся не сразу. Напоследок он как следует пнул Драко в голень, тяжёлым подкованным ботинком, вызвав новый громкий крик боли. А совсем на прощанье колданул на него и щекотку, и пляску, которая Таранталлегра, оставив бешено извивающегося босса вопить от щекотания и нагрузки на болевшую ногу. При этом дополнительно обмазываясь кровью из носа.

А они же отменить не могут, у них нужное заклинание очень плохо получается. Отменяли-отменяли, потом всё-таки смогли, общими усилиями. Фините Инкантатем — трудная вещь! Но босс был очень недоволен и промедлением, и кровью из носа, очень благородной и везде размазанной, и быстрым танцем, да на подбитой ноге. И кровью из задницы тоже был огорчён…

Отчего сразу, и потом много высказывался в их адрес, разными словами. Э-э-э, антикомплиментарными, вот… мистер Гойл вспомнил красивое слово, подходящее. Значит, босс сердился, и даже не подумал наградить за спасение. А они ведь старались, кровь из носа, как старались. И отменили же, правда, наследник исхохотался, до икоты, и наплясался, до боли в мышцах. А босс очень не любит боли!

Потом было выяснено, что Драко получил семь ударов заточенным карандашом, с почти трёхдюймовым стержнем, точно в большие ягодичные мышцы. После чего карандаши были варварски отломаны от грифеля. С оставлением длинных грифелей прямо в ране. Ранах! Очень глубоких ранах, которые кровоточили!

Больно было, хотя медиведьма мгновенно удалила грифские грифели и всё залечила. Однако наследник так растерялся, что не мог сдержать слёз. А потом надо было заделывать дырочки в мантии и панталончиках, и удалять некрасивые пятна… Да, мистер Малфой больно заплатил за свою неподготовленность.

Зато умный и предусмотрительный мистер Поттер ходил, с самого начала третьего курса, подготовленным. У него в рукавах мантии и карандаши, остро заточенные, прятались, и вилки, с удлинёнными зубчиками. Ручка у вилочек короткая, только чтобы в ладони удержать, зато зубья очень вытянуты и зазубрены, для пущей язвительности.

Не считая зажигалки, обычнейшей, на газовом баллончике. И ножичка перочинного, и пачки бритвенных лезвий. И бритвенная накладка на ноготь большого пальца, из магловского пластика, телесного цвета, от ногтя не отличить. На уроке снимаем, на перемене надеваем, если не забываем.

Мистер Крэбб, удивляясь глубокой кровоточащей царапине на двух пальцах, точно не отличил. И только возмущался длиной гриффиндорских ногтей. Хотя маникюр наследника — вот это действительно демонстрация холёных и довольно длинных ногтей…

Ещё Драко теперь то и дело вспоминал, как больно и страшно получить гвоздём в нос. Магловским, с палец длиной, и прямо насквозь, через перегородку, с повреждением хрящика и обильной кровопотерей! В этот раз тоже мог ударить карандашом в нос, а такой длинный грифель мог дойти, через ноздрю, и до самого мозга, да-да!

Последствия просто страшно представлять… Поттер разной маглятиной пускает благороднейшую кровь, а своей проливает совсем мало, и редко! Подвергает смертельной опасности, а потом распевает весёлые песенки, отвратительные, до тошноты!

А вассалы ноют: мы в тот раз прикрывали вас героически, босс, почти по полсотни гвоздей получили, а они же для вас были, в основном, вы же главный враг! Это много, босс, хотя, когда гвоздь прилетает прямо в нос, это очень больно, босс, мы сочувствуем, босс!

И рассчитываем на какую-нибудь награду, за свой героизм задним местом, где было полно магловских оскорбительных гвоздей, ведь вы нас так давно не награждали, босс!

Это же больно, когда полфунта гвоздей в одно место, оно ведь важное такое, мы же на нём сидим. Медиведьма, опять-таки, хоть железо быстро удалила, однако на обезболивании снова экономила, ведьма такая, злобная…

Ухватил он попку в горсть

И орёт вассалам:

— У меня одна лишь злость,

Треснуло забрало!

Вы давайте, посмелей,

Выходите весело,

Крэбб и Гойл, вы за коней,

Магия вас взвесила!

Харю всем разворочу

И спляшу чечёточку,

Получаю что хочу,

Лопни, Поттер с чёрточкой!

Я наследник, или кто?

В моче не утопите!

Крэбб и Гойл — кони в пальто,

Эх, сильнее топайте!

* * *

…Вот девчонка, а какие советы иногда даёт, боевые! Что значит, много прочитала и запомнила. И трубку с деревянными иглами, чтобы во врагов пулять, бурно одобрила. Мол, с каким именно зельем, мы с тобой у Хагрида поинтересуемся. Хорошо бы парализующим, или усыпляющим… Да хоть и поносным!

— О, есть усыпляющее, минуты три-четыре действует, Хагрид упоминал, он им больных зверьков подстреливает, чтобы связать и в ветеринарник оттащить. Отличная идея, Гермиона! Будем вредных зверьков усыплять. А если сон быстро спадёт, то в этот момент коленом в пах, коленом! Ради бодрого пробуждения, с радостными криками!

Раз магии пока маловато, следует укреплять свои возможности всем чем можно. Так называемой маглятиной, например. Для вас маглятина, высокомерные недоумки, а для нас годнятина! Мы интересные вещи уже придумали, и не последние. Слизеринские недоумки с ними непременно познакомятся…

Один раз неплохо удалось взрывание вредных детей Пожирателей кустарной бомбой, тоже абсолютно магловской. Изготовленной на основе марганцовки и серы от спичек, с добавлением алюминиевой краски-серебрянки.

Причём ни вассалы, ни их сюзерен вообще ничего не поняли. Потому что были приняты правильные меры, для запутывания. Взрыв был двойным, с маскировкой навозной бомбой — дескать, в знаменитом изделии что-то пошло не так, и оттого ударная волна намного сильней, с огнём и дымом! Самое то, чтобы усилить эффект магического дерьмения!

Да и огонь, портящий волосы и кожу, приключился, и навозец в бомбе какой-то крепкий оказался, не той системы. Потому что очень толсто налипал, крепко клей его держал… Подручные средства, обычно самые простые, очень хорошо себя показывали, прекрасно взаимодействуя с магией.

Использовались нашими гриффиндорцами и мелкие рыболовные крючки, отлично застревавшие в мягких тканях, и тонкая колючая проволока, и тухлые яйца в карман… Последнее было проделано с помощью Добби, и особенно не понравилось наследнику. Потому что Добби это яйцо незаметно и разбил, в подходящий момент, за ужином. Впоследствии в сумке разбил аналогичное яйцо, инициативно.

Невидимые верёвочки и колючие проволочки тоже поработали, так, кое-где. Нет, не на лестнице, конечно, чтобы Добби не получил от магии замка на орехи, за опасность тяжких телесных повреждений. Да хоть и средних! На лестнице надо не верёвочки протягивать, а маслице разливать, тоже невидимой лужицей. Это и без домовика можно устроить, идея-то богатая!

Невидимость масла обеспечивается буквально на секунды, потому что заклинание жрёт прорву магии. Но если на такую лужицу наступал массивный телохранитель, шедший сзади, то сразу увлекал, в увлекательное путешествие по ступенькам, и своего босса!

…Было очень даже понятно, кто взорвал чернильницы в сумках Гарри и Гермионы, да одновременно. Ответ не замедлил. Тут споры некоторых особенных растеньиц, от Невилла, пришлись ко двору, так что месть оказалась быстрой.

Шикарная кожаная сумка наследника заплесневела уже к вечеру, и совершенно безнадёжно. И обувь вассалов, кстати, тоже. Зато обувь Малфоя совершенно не пострадала — защитные чары не подкачали, потому что на змеиную кожу ложатся идеально.

Диверсионную роль Добби ребята хранили в страшном секрете. Невилл нормально относился к сокрытию возможностей домовика, хотя догадывался, отчего это Пивз постоянно имеет что организовать слизням на столе. Но вдруг память прочитают? Бабуля предупреждала о такой опасности. И выдала амулет, правда, не очень надёжный.

Однако вшитая в ушную раковину бусина исправно грелась при Снейпе, раз в три-четыре урока. Но и без зельевара тоже пару раз срабатывала, и всегда был директор. Бабуля говорила держаться от него подальше, и в глаза не смотреть, никогда, и он помнит...

* * *

Тот гвоздемёт, конечно, был тяжёленький, однако не тяжелей его ответственности за всё… хорошее, так сказать. А Гарри, после конфискации гвоздемёта, носил с собой его уменьшенную и очень легкую копию, притороченную к сумке. В иных случаях этот макет неплохо действовал, почти магично.

Хагрид добродушно ворчал: мол, осваивай все виды оружия, Гарри, и лук с арбалетом, и эту вот, гвоздедырную машинку. Ножики в дерево бросай, и топорики, дело доброе, инвентаря у меня полно…

Да, и магловские флакончики со слезоточивым газом тоже имей под рукой, вещь действенная... И макеты гвоздемёта осваивай, пусть враг думает про плохое и боится, это очень действует. Только от Минервы прячь, и всё!

Энто дело, как умные маглы говорят, есть не простая угроза, а настоящая психологическая война! Малфой — парнишка хлипкий, много надеется на охрану, такой по-настоящему и сопротивляться-то не умеет!..

Потом научится, ты не сомневайся, Гарри, проблемы с наследничком надолго, он цепкий. Однако сейчас есть это, окно возможностей, как говорит наш директор. И ты в это окно лезь, со всеми ногами, и с Гермионкой лезь, и Лонгботтома бери!

Да и Рональда этого тоже бери, пусть забранную у тебя магию отрабатывает! Ладно, хоть драться рыжий умеет, и с кем надо, всё польза, да Моргана-мать и Мерлина тудыть…

И точно, пару раз мистер Поттер срывал атаки слизней демонстрацией макета, который было очень легко увеличить. Со словами про жареные гвоздики и шурум-бурум! И вид, и слова очень хорошо действовали…

Мистер Поттер понимает насчёт правил психологической войны — что никаких правил! И его стишки — тоже психологическая война, несложная, раз обидные рифмы придумываются чуть ли не каждый день. Несложная, зато эффективная!

Как у Гойла лексика,

А у Крэбба — логика,

Один любит кексики,

Другой стучит в лобики!

Те вассалы ходят парой,

Шерочка с машерочкой,

Шоколадик — только с тарой,

А Малфой — примерчиком!

Любит Драко туалеты,

Носит их изысканно,

Унитазам он приветы

Шлёт, ведь весь измызганный!

Добби передал, что Гойл сокрушался и говорил: дескать, Поттер ещё опаснее стал, ведь жареные гвозди — калёные, так? Такой горячий гвоздь даже в толстом месте будет сильно болеть, правильно мы боялись.

А шурум-бурум этот — вообще такая страшная маглятина, что даже человеческого названия не имеет! Босс, конечно, почти очень смелый человек, но против Поттера как-то не сильно удачлив, как считаешь, Винс?

…Да совсем как-то не очень, Грег, видно же всё! Когда такая куча гвоздей — и все в задницу, все, и нам, а боссу остаточки, хорошо что хоть в нос залетело, с пробитием! Ловля своих законных гвоздей вассальными задницами — это не удача босса, это по-другому должно называться!

Конечно, гвозди эти — нам новый опыт, и все дела. Опять же задница прочная, выдерживает, в общем и целом. Но про жареные и шурум-бурум ты прав — Поттер может и ещё хуже, вот попная чуйка прямо настаивает, что может! Неужели он правда Избранный?..

…Кто знает, Винс, кто знает? По крайней мере, стишки ещё ловко пишет. А так же ловко сочинять больше никто не умеет, кроме босса. Но тот один стишок выдаст, а Поттер три. И про нас снова написал, но лучше, чем про шефа. Как считаешь, Драко сильно за это на нас обидится?..

Ведь полукровка хорошо написал, что у нас с тобой есть лексика и логика, это же правильные слова, так? Они ведь про нужное всякое, эти слова! Не говоря про кушать кексики и стучать в лобики, это же наше всё, так?

…Да, Грег, только непонятно про шоколадик с тарой, вот совсем непонятно…

…Да чего непонятного, причём тут с тарой какой-то? Такого же слова просто нет, ты не расслышал, а я-то смысл уловил! И если уловить, то получится, что мы шоколад едим только парой, а не тарой твоей.

Ну, Поттер преувеличил немного, потому что мало едим, и не всегда вместе, а только как повезёт. Но он же поэт, им можно, даже про шерочку какую-то. Наверное, не расслышали, должно быть, про фужерчик с торшерчиком было… Так Брюквик же говорила, что в поэзии загадка должна заключаться, и слова всякие, непонятные, или просто для рифмы, я помню.

С другой стороны, он написал, про шоколад, что с ним Малфой нам обоим пример. А босс ведь за нас двоих лопает шоколад, не считая конфет, мармелада и рахат-лукума, так что верно всё. Кстати, только поэт может даже про измызганность босса говорить… и петь! Круто быть поэтом!

…А я так тебе скажу, Грег. Если ты Избранный, или даже просто Поттер, ты и без стишков нормально проживёшь, с простыми смыслами. Как там отец цитировал свою любимую речёвку:

Бей, круши и жги, палач,

Магл, ты по башке не плачь!..

Как-то так, ага. Там дальше тоже красиво было, но я не запомнил, с моей памятью только главное бы успеть запомнить, кильманда такая… Вот на мелких всяких барсуках натренируешься, и на Поттере немножко — и тоже проживёшь, хоть избранный только в одни вассалы, и всё. Если, конечно, Лорд не вернётся, тогда служба будет ух, какая суровая.

Даже отец вздрагивает, когда про ту службу вспоминает. И говорит, что у Лорда был трудный характер, невозможно просто трудный, некоторых чувствительных Пожирателей прямо до слёз доводил, кровавых. И ещё он был этот… не препод, нет… непред-сказуемый, вот!

А отец же консервативный, он предсказуемость любит. В последний раз, вон, за уши не раскручивал, чтобы не отрывались, а сразу за ногу схватил, да как раскрутил, в два рывка! И как метнул, прямо в стену, и до сотрясения стены! Мной, кильманда такая…

Поттер распевал, пародируя знаменитую застольную песню из оперы Верди «Травиата», и гордился. Тем, что на гитаре вполне сносно воспроизводит красивую музыку, и узнаваемо поёт, используя только одно слово — гвоздик! Как увидит Малфоя, так и поёт — о, гвоздик, о, гвоздик, о, гво-о-о-здик!..

А тому неприятно про гвоздики слышать, и очень. Тогда, когда Гарри из гвоздемёта отработал, чрезвычайно удачно, Драко с вассалами довольно сильно пострадали. И даже не очень понятно, кто больше. Ураган гвоздиков по мягким и менее мягким местам — это большое антималфойское достижение, особенно железку в нос!

Как визжал враг, заливаясь в негодовании (и немножко — благородной кровью), как хватался за свою тощую задницу, из которой торчали шляпки… И ту мантию, шикарную, больше не носит. Невместно аристократу в отремонтированной одежде ходить, чьи бывшие дырочки о фантазии мистера Поттера напоминают!

Поэтому поём про гвоздик, при каждом удобном случае. Народу весело. Потому что красота и сила искусства, Хагрид так и сказал! А Гермиона согласилась — мол, Драко хоть и внешне интересный, зато внутри очень некрасив, до отвращения. Поэтому он не может соседствовать с прекрасным, категорически.

И жалким образом убегает от него, в свои подземелья, вместе с уродливыми няньками. И потом придумывает, как бы красоту мира опошлить, высказываниями и действиями. Противный слизень, которому предстоит отведать кое-чего похуже чая по-азиатски!

* * *

…Рон, глупятина, снова перепутал всё, и от Брюквик пару жалящих получил. Вполне заслуженно, между нами с Гермионой говоря. Так-то бы не получил, но ему же поспорить надо. Рон же уверен, что молодая фигуристая училка ничего не понимает, у неё же мозги в сиськах, так, Гарри?

Ну, допустим, Рон, раз Гермионы поблизости нет, что так и есть, и что из этого следует?.. Вот ты вообще ничего не понимаешь, ага, мозги Клыку поносить дал, да? А если обратно забрать и подумать? Как сиськами, даже нафаршированными мозгами, думать, а? Их же две, так? Значит, мозги разделены полопам… пополам, вот!

А мозги нельзя делить, они в голове лежат, ниточкой соединённые, и думают себе, потихоньку и вместе. Кто-то умный говорил… Гермиона, что ли… о мозгах такую вещь, странную. Дескать, ты спишь, а мозги всё равно думают себе, думают, что-то во сне показывают, с намёком. Вот как!

…Он странный всё-таки, наш Рон. Вот про мозги в этих, которые железы молока, он нормально думает. И даже делает правильные выводы, почему такими мозгами нельзя думать. Но сам-то думает своими так, как будто они тоже в железах!

Рон, похоже, и не понял, что пенсне и пенсия — не одно и тоже! Хотя нормально так нарвался, раз и учителям при случае готов нахамить. Дескать, их же носят, так? Ну и всё, чего ещё думать, какая ещё разница, издеваетесь, госпожа профессор, да? Только бы троллей в ведомость лепить, коллекция такая, да?

…Ой! Ай! И жалящие, в придачу, самой бы так… нет-нет, я молчу, мадам Брюквик, я так, материал повторяю, повторяю материал, потому что понял, от нестерпимой боли, какую совершил ошибку, какую-то точно совершил, вот несчастие-то огромное…

…Да какие стёклышки на палочке, и эта пенсия, Гермиона, совсем заучилась? Стёклышки — это очки, как у Гарри, который не видит без них ничего!.. Нет, он не путает, не подловишь, разницу знаем, там два слова, и все разные.

Когда два очка — это очки, когда одно — это дырка… для задницы, в смысле, туалет, который сортир! У Хагрида будочка возле дома — особняк на одно очко, вот, я сам слышал, он так говорил! Поэтому я знаю в словах разницу, не то что ты, заладила тут: пенсия, песня, пенсня какая-то!..

Если на палочке, то мы знаем, что на палочку прилипает, с раннего детства знаем, и это не стёклышки твои… Не жалься ты! Чего ты? Бездушная ты, как очковая змея… без очков!.. Ай, больно! Ладно-ладно, не змея, и без очков, ты же не Гарри, ты же в сто раз… Ай! Больно…

* * *

Ты колдуешь с идиотом,

Потеряв покой и сон,

Магия — та же работа!

Только вижу, в унисон,

Как Уизли машет палкой

И ласкает крысика,

И его почти не жалко,

Рон устойчив в психике!

Гермиону пробило на эти стихи после очередных, плохо замаскированных, оскорблений в адрес возомнивших о себе заучек, которые лишний раз и списать не дадут. А Гарри промолчал!

Она высокомерно высказалась, в пространство, двумя сходу придуманными четверостишиями и, гордясь собой, ушла в спальню девочек. Рон, пытавшийся, с подачи друга, повторять Экспеллиармус и Протего, пробурчал, что ничего не понял. Кроме того, что он, слава Мерлину кривописающему, устойчив:

— Так это и раньше было известно, что я очень устойчив! Меня даже тролль не повалил, а я его — да! Как дал ему… Меня только шахматная ферзиха повалила, конная, вооружённой рукой! То же мне, поэтка местная нашлась…

— Поэтесса, Рон, поэтесса. И стихи получились неплохие, и даже очень.

— Поэтесса! Разве такие поэтессы бывают, ты что, Гарри, совсем уже? Поэтесса должна жаголом глечь… в смысле, глаголом жечь, а тут хоть уты вашей… тьфу, уши ватой затыкай! Я же не с идиотом колдую, я с тобой колдую, и ты меня учишь, так? Одно точно про Паршивца сказала — его именно что почти не жалко! Ну, коту скормить жалко, а так не сильно…

На восемь строчек только две нормальных, остальное — муть непонятная, какая поэтесса, Гарри, ты что! Ты же не идиот, на самом деле, просто ошибки иногда допускаешь, и всё тут! Так и я ошибки допускаю. И чё?.. Эта, Гарри, раз она сказала, что я устойчив в психике, это же нормально так? Или даже хорошо?

— Да отлично это, Рон! Устойчивость психики — это одна из лучших черт характера. Хотя ты, по-моему, только частично устойчив, Гермиона тебя перехвалила, вот что.

— Почему это?

— Ну ты же орёшь на всех, порой, и до мордобития, так? Это значит, что не очень и устойчив… Но, с другой стороны, тебе очень многое абсолютно по фигу. А это означает большую устойчивость!

— А, ну нормально тогда, а я думал, что ты вообще без причины наехал, как она любит наезжать… Я же ору и дерусь редко, так? Значит, всё остальное время я устойчив в психике, вот. Нормально, значит. Устойчивость ведь лучше неустойчивости, правда?

— Конечно. Мы с Гермионой только неустойчивых магов ругаем. А тебя так, поругиваем иногда…

— Ты-то иногда, а она — жалящими воспитывает!

— Ты трудный ученик, Рон. Вот что было бы с твоей учёбой без её подгоняний, в том числе, прямо в задницу?

— Ну чего, чего было… Трудный ты друг, Гарри, такие плохие вопросы задаёшь, я прямо не могу…

* * *

А Рону вкусный снился корм,

Из зелий пёк вонючий ком,

И Снейп осведомлён о том,

Спляшем, Рональд, спляшем!

Рон был не очень доволен стишком. Вот не надо Снейпа совать туда, где я, нехорошо это мне! И ты зря сейчас напомнил про корм в Норе, как вкусный, так и вкуснейший, не то что здесь, треска эта, опциональная, чтоб ей…

Голимая треска, а лосось где, креветка где? И зелья у меня же получаются… не получаются… не всегда вонючие, и тем более, не комом, а очень по-разному… разнообразно, вот! Этот английский такой нудный… трудный, как Гермиона, почти!

…Ну чего ты, Гарри, всегда за неё заступаешься, она же списывать не даёт!.. Да, уже в двух случаях из трёх!.. Ну и что, что мои эссе проверяет! Пока сам напишешь, столько времени уйдёт, нужного…

Какого, игрового, какого! Ты прямо совсем уже, таких простых вещей не понимаешь, Гермиона покусала, да?..

* * *

Наш Рональд мух давил ноздрями

И ненависть пускал в котёл,

Шло зелье с вонью, пузырями,

Ярился Снейп, всегда козёл!..

Мисс Грейнджер, услышав новый стишок, попыталась восстановить справедливость.

— Гарри, а вот как бы ты на месте профессора относился к тому, кто тебя не слушает, а только ингредиенты портит и портит, почти всегда? Ведь профессор Снейп всё время придирается к Невиллу и тебе, а Рона-то гнобит уже немногим чаще меня, хоть и много обиднее, вплоть до надписей на лбу.

Однако без обеда обычно не оставляет! Наверное, привык он к Рону, то есть осознаёт, что Рона трудно перевоспитывать, или невозможно. Тут я профессора зелий понимаю… Кстати, про мух ноздрями — это в точку, Гарри! Однако сводить профессора к одному козлу… Он не всегда это животное, не всегда!

— Наверное, ты где-то права, подруга, где-то там права. Хорошо, что Рон не слышит таких речей, хорошо… И мне неприятно думать, что такой, извини за выражение, козлиный преподаватель может быть прав. Хотя Рон трудный ученик, тут я согласен.

И Рон вообще-то первым начал зелья портить — мол, воняют, я не могу, я только кулинарные запахи признаю, и своё дерьмо нормально вытерпливаю, прости, но он же так при тебе говорил, помнишь? Да, Снейп зелья варить умеет, особенно самые вонючие… ладно, ладно, эффективные. И страдает, когда ингредиенты без толку портят, но Рону же не объяснить, он же упрямый!

Всё так, однако же должны быть в профессоре и другие качества, в смысле, положительные? Если ты профессор, это же означает не только высокую степень научного умения, но и умение преподавать, так? А если ученики его боятся, в подавляющем большинстве?..

Гермионе оставалось только кивнуть и предложить сеанс умиротворяющей надстольной игры в прыгучий шарик. Пинг-понг — отличная вещь и для тренировки физических возможностей, и с точки зрения азартности.

А они с Гарри очень хорошо относятся к такой вещи, как контролируемый азарт! Сколько назначили партий, столько и играют, и добавляют новые только по взаимному согласованию. И никогда не ссорятся из-за игры, даже если кто-то оказался не в форме и проиграл, с разгромным счётом…

* * *

Это он первый раз с Роном поссорился и обругал его, сильными словами и одним выражением, вульгарным, как сказала бы подруга? За то, что опять начал про то, как Гермиона покусала, и не только…

Ну да, так-то Рончик у нас любитель наехать — ничего ты не понимаешь, дурак, что ли? да это последнему тупарю ясно, а ты чего? да чё сегодня всё тупые-то такие, а? И в подобном духе, особенно Невиллу, преподносит… Да и Гермионе, а та в лице меняется, бедняжка, особенно когда за разрешение списать ждёт благодарности, а получает...

Намекнёшь про волшебное слово «спасибо», а Рон только рукой машет — да ей-то какой труд дать эссе сдуть, чисто по-дружески? Да я как спишу, так такое облегчение, так поиграть во что-нибудь хочется! Я поэтому всё ненужное сразу забываю, я это… как там у Брюквик, или Гермионы… воспаряю, вот.

Да, душою воспаряю, пергаменты кидаю, в игры играю… Кстати, Гарри, не желаешь партеечку?.. Да как шахматы надоесть могут? Ты это про квиддич ещё скажи, совсем уже того!.. Ну тогда хоть в пинг, или понг, там, а?

…Всё-таки эти зелья приязни явно на Рона были завязаны. Потому что вдруг раздражать стал, постоянно, с самых первых недель после каникул. Причём буквально всё раздражает, раз вдруг понятно стало — рыжий какой-то особенный, других таких нет, и оттого над ним всегда смеются. Или взгляды такие, да шепотки, что…

Раз и жрёт… именно жрёт, жадно и неопрятно, и всегда, и жалуется, что дома в сто раз вкуснее. И звуки — громкие и задние, и запах ещё слышнее, и учится через пень-колоду, и сладости выпрашивает, как маленький, и ругает всех, и завидует всем, и про свои подвиги треплется, и…

Если подумать, а стал бы мистер Поттер выбирать себе в друзья вот этого мистера Уизли, при наличии выбора, разумеется? И нет хорошего ответа, хорошего, да… для мистера Уизли этого, специального такого, хорошего ответа…

Но с зельями приязни просто отлично Рон выглядел, а Гермиона, когда сильно на рыженького ругалась, не очень. Сейчас вот морковный друг-лентяй выглядит так себе, а подруга гораздо лучше, хотя и раньше тоже…

Правда, жалится больно, но почти всегда Рон претерпевает, а мистер Поттер нечасто. Только когда ленится, иногда, или стишочки этакие напевает, нередко!

Так нравится ему похулиганить в рифму, он признаёт. И готов претерпевать, поэт он, или кто? Работа такая у нас, поэтов, глаголом жечь, рифмой блудить, размером будить… или тоже блудить?

А Гермионе его маленькие хулиганства никогда не нравятся. И она сразу про кокни этих, необразованных, и прекариат, неквалифицированный, очень плохо начинает высказываться. На Рона, в основном, потому что там поводы ежедневные, и кокничает Рон похлеще Гарри, да во много раз.

Сильно порой высказывается подруга, с ядиком, как сказал бы Малфой… тьфу, брысь, слизень противный, брысь! Например, с толстенным намёком, что из мистера Уизли, такого всего, торкнутого, и ещё чем-то тяжёлым кокнутого, получится именно прекарий, с колоссально ограниченными жизненными перспективами!

Да-да, именно волшебный прекарий, и оператор метлы, совершенно неволшебной… Да чтобы Филчу помогать и Пивза гонять, для чего ещё, совсем тупой стал, да?

…Чего тебе там не нравится, Рональд Билиус, давно жалящим не получал, списыватель моих эссе, избранных, и пожиратель всего съестного, неразборчивый? Хотя бы работать в Хогвартсе конкретной метлой у тебя точно должно получиться!

Да я уверена, что получится! Раз сама магия замка тебе будет помогать… Она же заинтересована, чтобы у тебя получалась уборка, вообще ничего не понимаешь уже, да? Вот будет вокруг тебя носиться одно тупое зверьё, как ты выражаешься об окружающих, с палочками, а ты его будешь дрессировать, метлой! Вот выйдет аттракцион, и я сяду с попкорном в первом ряду, чтобы наблюдать!

…А куда ты денешься, если у тебя и опыт сражений с близнецами, в которых ты сражаем только по молодости? Это же уникальный опыт, Рон, не понимаешь, да? Как постареешь, основательно, как завхоз, так чему-нибудь и научишься, ты же колдуешь гораздо лучше Филча, так?

Кстати, у тебя ведь опыт перевода тролля в горизонтальную плоскость имеется, знаменитый и постоянно оглашаемый. Поэтому из тебя получится просто уникальный уборщик, Рон! Да ты всех, с грязными ногами которые, будешь штабелями укладывать, и тапками по ним, грязными тапками!

А ещё сопли по ним размазывать, у тебя же они почти всегда, чтобы шмыгать, и чтобы все слышали. И видели… В том числе, как ты нос пальцем чистишь и козявки внимательно рассматриваешь… Да ты учебник никогда с таким вниманием не читал, невежда дуболомная!..

Да, хорошо тогда Гермиона рыжего продела, глубоко пробрала, тот только междометиями отвечал, да просил не жалить, с очень частичным успехом. Приятно было посмотреть! Гм, да-да, зелья приязни, конечно, на Рона были нацелены, нет сомнений. А раз на Рона, то кто ему будет в школе такие давать? Не Снейп же, так?

Нет, он их варит, а дают… домовики, наверное, раз невидимые все из себя? Надо у Добби спросить… Но воля же директора, так? Если по логике… Добби, проявись, ты, будущий джинн, в лампе обитающий!..

* * *

Добби ныл и юлил-молил, пытался уклоняться от нужных мистеру Поттеру ответов. И говорил, что не склонен обитать в лампе. Потому что, как и прочие домовики, Добби умеет заправлять лампы, чистить лампы, менять лампы… А жить в них не умеет, это не эльфоугодно, хотя Добби молод и глуп, и возможно не знает всех свойств лампы…

А на прямой вопрос о добавлении зелий подчинения и приязни ёжился, смотрел в пол, хватал себя за уши и причитал, что Добби, конечно, очень виноват перед великим мальчиком сэром Гарри! Но не совсем виноват, потому что есть особенно великий, и ужасный тоже, эльфы перед ним трепещут, все.

А перед мудрейшей вообще не виноват, ей другие подливали, и другое, и не часто… Ой, Добби будет наказан Мать-и-Магией, он сказал недолжное, он язычник… то есть языкопреступник, его надо пресечь! Да отрежут негодному и порченому его гнусный язык...

Даже жалко стало ушастого, вот они, обеты и табу магические, во всей красе! С другой стороны, что-то и сказал, и дал понять, молодец, лысый и кривоногий! И совсем стало понятно, кто именно мог подбавить управляющие зелья. Кто, если не домовики, и по чьему приказу, если не директора?

Пришлось похвалить Добби за преданность тайнам Хогвартса и уважение к табу своего племени, и дать фантик на вынюхивание, внеочередной. И поручить слушать дальше разговоры про героя. Кстати, это, Добби, ты того…

Ты поменьше слушай, за кого мне замуж… меня… в смысле, жениться мне на ком, вот! Лучше про всякие грозящие опасности запоминай, и планы коварные тоже, понял? И кто как напортачил или хочет плохого, тоже запоминай.

Да, и про рыжих близнецов вызнавай, раз они на своём факультете так вредить навострились. На слизеринцев-то труднее свои зелья истратить, умельцы морковные, ноги им, коленками, в зад…

— Добби будет узнавать больше! Но осмелится сказать, что жениться по принуждению недостойно великого сэра Гарри, героя и красавчика, по мнению некоторых девочек! И опасно! А в школе есть такие девушки, которые хотели бы принудить плохими зельями, Добби слышал!

— Э-э-э… ну да, понятно, где собака порылась. Есть такие девушки, точно есть, и мы их знаем, только, вот, боюсь, не всех…

Девушки вы, девушки,

Тушки все, и врушки…

Под влияньем дедушки,

Графинчики-кадушки,

Глупые, с прыщами,

Смотрите, как в тортик!

Гнать бы вас лещами,

Да сидит в вас чёртик!

Чёртик этот ловкий,

Слопает и лещика,

Где бы взять сноровку,

Раз не то мерещится?

Гермиона и Гарри учились распылять пары бензина, подальше от себя, а потом добавлять немного машинного масла, отработанного. И прочее добавлять, например, струю из газового баллончика, подожжённую невидимым эльфом. Мол, Малфой в нас Секо, украдкой, а мы ему огоньку в мордочку, строго конфиденциально! И ещё кислоту в туфельки, тишком, потому что старый кулинарный жир в карманы как-то плохо действует, слабовато…

Однажды удалось сикль зажигалкой как следует раскалить и бросить Малфою, с криком: «Твой выигрыш!» А тот автоматически поймал, потому что и родовая цепкость, и знание того, что галеона без сиклей не бывает, тем более если выиграл…

Как орал, красота, и ручонкой тряс, и не сразу про обезболивание вспомнил, от нервного потрясения! Из-за неразборчивой ругани вассалы не поняли хитрости грифов, подумали, что босса проклятьем достали. Поэтому Гойл уроненный сикль сразу поднял и тоже… был недоволен.

Но догадался, пошипев, завернуть в носовой платок и унести. Босс, конечно, про монету больше не вспоминал, он не любит вспоминать некоторое плохое, это годная черта. Хотя какие-то многие плохие вещи совершенно не забывает, это неприятная черта…

* * *

В постоянных словесных стычках с компанией Драко мистеру Поттеру часто получалось забивать противников количеством рифм. Из-за чего слизеринцы вынуждены были молча признавать поражение и удаляться.

Как-то Рон Уизли пропустил малозаметный Секо от наследника Малфоя, и слегка пострадал, выронив палочку из порезанных пальцев. Но смог отомстить ногой, трижды, по коленке и локтю, почти сразу прекратив злобное белобрысое торжество. Врага, сбитого ножными ударами наземь, хнычущего от боли и зажавшего палочку в зубах, с поля боя эвакуировали телохранителя, державшиеся подальше от заклинаний.

Гарри, вовремя подскочив... не к другу, но товарищу по борьбе с чистокоровными уродами, остановил кровь заклинанием и замотал ему кисть носовым платком. И, провожая цедившего бессильные угрозы Рона в больничное крыло, наставлял его рифмой, чтобы лучше запоминать.

Рончик плохо ставил щит,

Тот весь хилый и трещит.

Коли слабый твой Протего,

Будешь от блондинки бегать!

Нам хорош Экспеллиармус,

Палку рвёт прям через анус,

И ещё велик Редукто,

Он дырявит Драко-фрукта!

А последнюю строфу Гарри проорал Малфою, который, повиснув на вассалах и нежа пострадавшее колено, пронзительно верещал что-то своё.

У врага поставлен Секо,

Щит двойной — халтурный!

Резать — радость гомосека,

Коль такой неумный!

Малфой вдруг оскорблённо завопил:

— Нет такого слова «гомосек», ты, из низших сословий низкая тварь! Есть заднеприводные и би, понял? И также есть ещё голубые с педиками, но это пошлый жаргон жалких кокни…

— А метлувзадные есть? Они, с тобой вместе, втроём на горшочек ходят, в один, большой, с надписью «Винсик», да, Малфо-о-ой?

Крэбб неожиданно хихикнул. Он вспомнил про свой детский горшочек с такой надписью. И который любил отбирать маленький Гойл, чтобы наполнить, а потом опорожнить, в неожиданных местах. Тогда это казалось таким забавным. А вот когда отец метлу в зад, это, конечно, совершенно не смешно, хорошо, что очень редко…

Драко метнул негодующий взгляд. Этот Крэбб то обдаст струёй, то ещё хуже, то смеётся невпопад! Отец объяснил насчёт хитрого проклятья, сказав, что две вассальные головы всё же лучше, чем даже самая умная собачья. И что во всём виноват Дамблдор, со своей наведённой на врагов тупостью, потомственной...

Проклятый Поттер не отставал:

— Малфой, а ты Очищающее в туалете колдуешь им обоим? А если масштаб нужды не совпадает, то как из положения выходишь? Они же ни колдануть, ни бумажкой подтереться, бедняжки твои, массивные…

Драко гневно сжал рот. Проклятый полукровка, как только догадался? При совпадении своих нужд с вассальными Драко колдовал им аналогичное Очищающее, потому что отец просил, он очень предусмотрительный. И также показал, морщась, магловский способ очищения, посредством особой мягкой бумаги, тоже, разумеется, магловской.

И велел научить вассалов, раз Мерлин кое-кого магией обидел. И он научил. Гойл потом освоил Очищающее, кое-как, конечно, а вот Крэбб... Не то что заклинание… не может даже твёрдо запомнить, что руки после большой нужды и подтирки мыть надо, иначе запах.

Ну, хоть подтираться большим бумажным комком научился, по-американски, да и ладно. Такой и пергаментом может подтираться, запросто, прочности организма хватит… А если с Очищающим ошибиться, то выходит Отличающее заклинание, когда на лице красно-синие полоски, под цвета национального флага.

Патриотично, но сильно уж заметно, до самой ночи. Или выходит Замечающее, что гораздо хуже, гораздо. Потому что тогда нельзя час или даже два удержаться от замечаний, и оно же коварное! Там же одна импровизация, никогда не угадаешь, о чём вдруг спросишь, и у кого!

Очень коварное заклинание: когда вроде и сравнительно невинное замечание, но такому человеку и в таком контексте, что караул! То есть часто звучит просто оскорбительно. Или крайне оскорбительно. Это Замечающее может тебя заставить даже Маккошку спросить, почему она так плохо выглядит, неужели хвостик отваливается от передоза валерьянки?

А это же опасно, такие замечания делать! Крэбб уже спрашивал, как лучше котят топить, в холодной воде, или тёплой? Так сразу был превращён в тазик, из которого деканша красно-жёлтых, перейдя в анимагическую форму, фарш вкушала, спрыснутый валерьянкой...

А Винсент потом рассказывал, что чувствовал себя полным тазиком, и это было неприятно. Кошки очень плохо пахнут, по мнению тазиков, и фарш тоже, он просто воняет, валерьянка же настолько тошнотворна, что дальше некуда! Босс на всякий случай отметил, что, если врага обратить трансфигурацией в тазик, то можно потом и мясом помучить, и кошками, и кошачьим соком, аналогично...

Наследник Малфой ставил разные магические опыты на вассалах, и платил, немного. Но и эти скромные суммы неизменно радовали тупых и небогатых. Впрочем, некоторые опыты, с временным увеличением кулаков и гениталий, были интересными. Другие — неприятными и болезненными.

Драко слегка гордился, что научил Милли Булстроуд, на спор, расстёгивать лифчик несложным заклинанием. Застёгивать не получилось научить, он же его так, делал вид, что учит, чтобы мама была довольна, поэтому плохо запомнил. А Милли, в порядке ответной любезности, пыталась поставить наследнику удар и блок.

Бить он, вроде, научился, кое-как, а вот блок отказался ставить, категорически. Потому что Милли его раз за разом пробивала, и то в глаз попадёт, то в ухо, то между. Что прикрывал, по тому и получал.

Больно было, а он же аристократ, у них болевой порог часто пониженный, за счёт принадлежности к высшему сословию. Так магии удобно, видимо, ей же нужно баланс соблюсти, таинственный и непостижимый...

С этой Милли надо смирно себя вести, вон, обмакнула незнамо куда, и не помог никто, телохранители называются. Девчонке его сдали, дебилы! Да, два дебила — это сила, порабощающая разум! И даже часть его собственного выдающегося разума, вон, в этот раз Поттеру не смог достойно ответить…

* * *

Важный Драко уселся на своё излюбленное место в гостиной, где уже лежала подложенная Добби невидимая подушка-пердушка. Наследник как раз приготовил небольшую уместную речь, способную привлечь внимание, загодя отрепетировал её в комнате…

Громкий звук его не порадовал! Потому что раздался чрезвычайно компрометирующий звук, общеизвестный, и при всём честном народе. Да он же никогда так громко не сигнализировал! Так же только обжоры-вассалы умеют, благодаря телесной достаточности, переходящей в избыточность…

…Это же просто шутка, никакого ущерба, ни малейшего, так ведь, Добби? Этот юмор популярен у наших североамериканских кузенов, он не очень британский. Но слизеринцы ведут крайне замкнутое существование в подземельях и отстали от жизни.

А Салазар Слизерин, напротив, был очень любопытным и совершил великие открытия! Поэтому весёлая подушка поможет господам слизням приобщиться к великой массовой американской культуре, это очень магоугодно, верь мне, Добби!..

О, Добби верит будущему великому и ужасному хозяину Гарри! При закладке такого сюрприза никто не пострадал, потому что был только звук. И запаха никакого не было, раз это лайт-версия, как объяснил великий.

Над моим бывшим младшим хозяином в гостиной много смеялись, когда он издал звук, очень громкий и понятный, и испуганно подскочил! А также посмеивались и хихикали, Добби различает, потому что учится!

Добби успел убрать подушку, поэтому никто ничего не заподозрил. Верный Добби справился с поручением и надеется, что угодил!

…Да ты просто молодец, Добби! Раз подушку уберёг, ты вдвойне молодчина! Держи доббики, три штуки! Через пару деньков попробуй ещё, и всегда подушку убирай. Потому что с ней очень просто, а смеху много.

Всё-таки Слизерин у нас — мрачноватый факультет, а этот Малфой особенно много думает о плохом. Поэтому больше шуток, Добби! Мы будем бороться со слизнями юмором и сатирой. Разницу знаешь? Поясняю, для развития низших эльфов.

Юмор — это просто веселье, а сатира — пробирающее веселье, запомнил, Добби? Держи ещё доббик, молодец. А если не поможет пробирающее, прибавим к юмору и сатире детские наказания, проникающие наказания и иные…

* * *

Что же, на ту подушку-пердушку, купленную Гарри в каникулы за свои кровные, Малфой садился ещё трижды, спасибо ловкачу Добби! Его бывший истерзался, разыскивая злоумышленников. И Добби, конечно, ничего не было, никаких откатов! Это же не вред ученику, раз всем весело!

А у плохого бывшего, который возмущался, сначала тихо, потом громче — просто проблемы с чувством юмора, будущий хозяин понятно объяснил. Добби всё сразу и понял, и запомнил. И чувство юмора у своего бывшего тренировал дальше, потому что великий герой очень весёлый.

Теперь Добби понимает, что неправильно останавливал великого героя на втором курсе, думая, что таким образом его спасёт от страшного зла. Глуп был Добби, и великий его поэтому совершенно не наказывал, а учил, и дальше учит. О, величайший из мальчиков, победитель страшного зла!..

Жалко, что в итоге чувствительный Малфой всё-таки почувствовал коварную подушечку и вцепился в неё. Невидимый Добби, конечно, не стал вырывать вещицу у наследника, а поскорее убрался.

Он потом слышал, что в гостиной быстро расколдовали невидимую подушку и оценили шутку как достойную! И хотели выкупить эту смешную вещь, но наследник был очень разгневан, до выкриков, два или три из которых были довольно бессвязными.

И бросил подушку в камин, чем вызвал плохой запах, от какой-то немагоугодной резины, и последующие претензии. Мол, ты странный, Малфой — вроде сам-то издаёшь звук, хоть и громкий, но без вони, однако потом ты её организуешь, подручными предметами.

Так неправильно, Малфой, на ней же проклятье вони висело, неисправное! Поэтому она только со звуком работала, а в огне проклятье вони и вылезло, понимать надо, наследник ты, своеобразный…

Мой бывший уверен, что это проделки его зелёно-серебряного дома, и это очень хорошо, что он так думает!

* * *

Следующая диверсия задела куда лучше, что было особенно приятно, раз острая, в прямом смысле, шутка удалась. Ею стал флакон с маскирующим ветры зельем, для внутреннего ввода. Особым зельем, учитывающим не столько потребности, сколько всевозможные вины наследника. Да, несложно догадаться, что составлено оно было из перца.

Плюс отдушка, чтобы не чувствовался перечный запах. И инструкция фирмы «Прокточист Магик», ловко подделанная под настоящую. Всё добро — якобы присланное из дома, после того конфуза с громкими звуками, что на всю гостиную.

Потом, разобравшись с диверсией получше, Малфой пришёл в ужас: эти приложенные флакон и рекомендации сбили с толку даже его! Он и не догадался сразу, что магловщина, вот ведь Поттер этот, коварнейший, как зажёг наследника, в очень неправильном месте. Явно же он, гадина очкастая, раз маглятина такая...

Когда ответственный за получение почты Гойл вернулся из совятни с этим флаконом, Драко, прочитав название, внутренне посердился на родителей и негромко уронил, что не нуждается в подобной отдушке. Впрочем, вот благородные вассалы-то как раз наоборот…

И, не глядя, протянул флакон в сторону слуг. Малое время спустя благородные с большим интересом обоняли приятный розовый аромат. И в инструкции написано понятно, это же точно для них!

Коли ты в заду плечист,

То поможет «Прокточист!»..

Винсент и Грегори слегка попрепирались, кто из них более плечист. Потом кинули жребий. Прикольно, когда зелье для такого укромного места розами пахнет.

Это же потом какой благородный выхлоп будет, после выпечки, бананов и мясного! Всегда очень неблагородный был выхлоп, ядрёный, порой до рези в глазах, хотя и чистокровный, зато уж теперь просто розовый сад получится. Наследник, возможно, и наградит…

И Гойл при розыгрыше очереди выиграл у Крэбба. Тут мистер Малфой решил, что надо попробовать ввести себе, на всякий случай, раз донёсшийся до него аромат весьма и весьма… благородный.

Посетил с вассалами туалет и аккуратно ввёл, нажимая на маленькую резиновую грушу, спрятанную под колпачком, немного приятно пахнущего зелья. Очистил кончик груши заклинанием. После чего удалился, оставив флакон слугам. И отойдя от двери несколько шагов, вдруг почувствовал внутри такой пожар, как никогда. Ещё сильнее, чем от перцовых вредительств, прежних!

Но запах же был просто волшебный, как так? Однако во флаконе была никакая не маглятина, а перечное зелье, взятое из запасов Хагрида. Драко понёсся в больничное крыло с такой скоростью, что даже и не вспомнил про слуг. Которые в этот момент принялись, по очереди, пользоваться продукцией почтенной фирмы «Прокточист Магик».

Сначала мистер Гойл, распахнув мантию и приспустив штаны, попробовал ввести хорошую порцию «Прокточиста», бормоча, что иногда пучит и звук слишком громкий. Прямо как у босса в последнее время, но обычно с запахом, нехорошим. Груша — это очень удобная штука для выдавливания прямо в…

И очень быстро пожалел о выигрыше, вероятно, впервые в жизни. Зелье было чрезвычайно и безнадёжно перечно. К тому времени, когда Гойл понял коварство снадобья, его немного успел отведать и мистер Крэбб.

Он успел удивиться, когда Грег завопил, схватился за сидячее место и выскочил за дверь. Мистер Крэбб насторожился, а через несколько секунд издал громкий звук, ртом, и помчался за Грегом, роняя флакон и на ходу подтягивая штаны.

Никогда Грегори и Винсент с такой скоростью не добирались до владений мадам Помфри, и наследник тоже. Потому что в месте ввода горело так, что даже и подгорало.

Драко, едва сдерживая крики, добежал первым. Медиведьма, выслушав бессвязный лепет подпрыгивающего на месте Малфоя, быстро уложила его под кружку Эсмарха. Почти сразу к ней ворвались вассалы, с тем же подпрыгиванием и бормотанием, получив аналогичную промывающую процедуру.

Мадам Помфри была удивлена, и можно сказать, что приятно. Ведь никакого реального ущерба, очень гуманный подход с этим слизеринцам, довольно безжалостным. Однако! Замаскировать перечное зелье отдушкой и выдать за ветрогонное! Это что-то новенькое, отчего и приятно, чуток. Обычно клиенты идут с более неприятными вещами…

Малфой, получив помощь, поторопился убраться. Гойл и Крэбб ещё полежали под огромными кружками. Затем медиведьма закончила водные процедуры и выпроводила привычно-неприятных клиентов. Жжение у всей троицы ощущалось долго и относительно прошло только к ночи.

Ну, Поттер, это же явный Поттер! Мистер Гойл, принявший особенно большую дозу, сердито сказал, что жестоко как-то со стороны Поттера, просто жестоко. И за такое мало даже ногами…

Зато Винс — молодец, только половину от планировавшегося успел ввести, завидно просто! А вы, босс, сколько… молчу, молчу!

Скоростной забег массивных слизеринцев, во главе с изящным вскрикивавшим наследником, изрядно повеселил школу. Конечно, мистер Поттер постарался распространить причину появления слизеринцев в больничном крыле, и как можно шире.

Хохотали что грифы, что барсуки, что вороны, а многие подопечные декана Снейпа издевательски улыбались. Малфою сразу стало понятно, что его необыкновенно гнусно разыграли. Опять!

Фирма «Прокточист Магик», чей проспект он вертел в руках, выглядела солидно. Ну раз даже гоблины пользовались и хвалили, как не поверить? И реклама в нормальных стихах, без поттеровских этих ужимок. Очень ловко придумано, и коварно. Ну, Поттер!

…Если сзади очень узок,

«Прокточист» драит огузок,

Коли средний твой размер,

Вот инструкция в пример!..

Я морожено клубнично

Обожаю оченно…

Чавкай, Рончик, жри цинично,

Коль за всё уплочено!

…Помона Спраут — наверное, самая жестокая из всех профессорш. За что она его так ненавидит? Он просто слегка рассеянный и часто наступает во время урока на какие-то вершки, до самого корешка. Да он в Норе с раннего детства привык пинать сорняки, это полезная привычка, помогающая домашним растениям…

А здесь ему просто мстят! Хотя некоторые обиженные растения тоже мстили, мимбулония эта! Гадостным соком до лица забрызгала, а эльфы не торопились мантию постирать. Поэтому самому пришлось, как рабу последнему, чтобы на обед не опоздать, хорошо, Грейнджер высушила быстро…

В глазах Спраут он какой-то парик… нет, парик у Малфоя, после испытаний на его причёске каких-то жутких магловских зелий, разноцветных, да. Хотя пытать маглятиной такого заносчивого чистокоровного — это очень магоугодно, мистер Уизли уверен!

Да, он практически парик… пария, вот, его место у параши, как непонятно однажды выразился Гарри, в очень плохом настроении, но ясно, что плохое слово. К нему отношение худшее из наихудших, вот! Спраут всегда даёт выбрать провинившемуся — нос сучком или пальцы пучком, а ему колдует оба наказания, особенно в последнее время!

Автоматически, как говорит Грейнджер, причём таким голосом, как будто одобряет. Мол, таких специальных учащихся, как мистер Уизли-младший, только автоматически! И как-то раз травница даже пальцы пучком сделала на обеих руках, такого же вообще никому…

А когда он с досады поддал ту мимблутозию и получил соком, почти везде, и стал очень сильно пахнуть, Спраут ему наколдовала уши кактусом, здоровые такие лепёшки, и с шипами, конечно! Колючки не только щёки расцарапали, но и шею задевали!

…Зря он тогда возмущался и гербологию ругал, под нос и негромко. Грейнджер ему говорила, что ты, Рон, довольно громкий и слышный, даже издалека. Но он как-то не очень верил, раз умеет разным голосом разговаривать.

То есть и шёпотом умеет, хотя и не любит, а этого в нём и Гарри почему-то не любит. И говорит, дескать, правильно Гермиона высказывает про голос, поскольку твой громкий шёпот — это Морганы клёкот и Мерлина ропот, всем слышно!

Вот и Спраут расслышала, что он её предмет никчёмным назвал, вгорячах, а потом, подумав, с собой спорил. И говорил, только себе и потихоньку, что поскольку есть и съедобные растения, особенно кое-какие очень вкусные, то предмет не то чтобы никчёмный. А такой, ограниченно годный, но противный…

Ограниченно годный — это же очень умно звучит! А ботаничка его заколдовала и прямо в кактус направила, обниматься! А потом пустила в зад полдюжины кактусовых игл, самых длинных! Он от этого тоже был в шоке, и допустил несколько неудачных выражений, общего характера.

Которые не стоило, конечно, выпускать наружу, но они были такие подходящие, коли настроение совсем никуда… И Спраут снова всё подслушала и сердилась, кричала про толстые мозоли на седалище, в мозгу и вместо совести… и называла неподдающимся. И велела идти и посидеть, подумать хорошенько.

И мистер Уизли уже не обнимался, а просто сидел, и думал, практически молча, с повизгиваниями. Но только про нехорошее всякое, а не хорошенько. Потому что сидеть на большом круглом кактусе, больше глобуса, это просто ужасно, особенно когда иголка прямо в яичко воткнулась! И когда ещё те иглы в заду сидели, выпущенные Помоной из самого старого кактуса, длиннейшие и толстые…

До самого конца урока на иглах сидел, такое сильное заклинание досталось, а другие обычно минут пять сидят, или десять, если близнецы! Отсидел он всё на свете… нет, света невзвидел, так точнее. Всё-таки у Брюквицы какие-то полезные вещи, для умных разговоров, можно выдолбить, хоть и противно…

Добежал до Помфри, так она те уши только со второй попытки удалила, и то плохо. Эти кактусовые пластины, которые вместо ушей, просто отвалились и прямо на коленку, и вцепились. Он, конечно, высказал своё недовольство качеством этого, как его… медицинского обслуживания, но лучше бы не высказывал.

Потому что никто критику не любит, никто, особенно кто старше и монарше, как Грейнджер любит говорить. Да, старые волшебницы очень злые! Они тебя хоть в блюдечко с вонючим фаршем, заживо, хоть в кактус, частично, и с угрозой в следующий раз превратить в кактус обе его задницы… задние половинки.

И он чувствует, что это не пустая угроза, у него сидячее место очень чувствительное, и никакой мозоли там нет. Потому что мозоль у Крэбба, тот сам после летних каникул говорил! Дескать, самовосстанавливающаяся мозоль, очень полезная и даже жизненно необходимая, подарок магии, не иначе! А ему от магии ни одного подарка, кроме волос красивого цвета, ни единого!

Медиведьма из него все иголки выдернула и потом на картонку приклеила. И повесила на видном месте, с надписью, очень плохого содержания. А именно, «Счастье Рональда Уизли, Гриффиндор». Ещё и факультет унизила!

Когда он спросил, в чём счастье-то, практически вежливо спросил, хотя кипел внутри весь, то Помфри совсем непонятно сказала. Что на картонке много свободного места, оттого и счастье у тебя, убогого!

Если он был бы у бога, то счастье могло быть, но про богов всё очень непонятно… И особенно непонятно, какая связь у картонки со счастьем? Вот все издеваются, все, а родные братья особенно! Но он вырастет и всем отомстит…

* * *

Возможно, Макгонагал его ещё больше не любит, за кошку Мурмурку, которая сбежала из Норы. И за того котёнка, трёхлапого, случайно подвернувшегося. И за то, что у него не очень хорошо получается трансфигурация эта, когда одну дрянь надо в другую превращать, да ещё на время, да правильно…

Он, конечно, умеет с отработками бороться, делает вид, что чистит-чистит, а на самом деле так, возит тряпочкой по кубку, и всё. Его же Поттер, или ещё кто, недавно оттирали, он нормально блестит… И мусор в угол он умеет сметать, и под шкаф прятать, он прямо радуется, если в комнате, где убирать, шкаф стоит или ещё что-то такое, помогающее быстрее убираться.

Так Маккошка ему часто даже отработок не назначает, а ворчит себе под нос и сразу колдует. Ворчит, что отработки — детское наказание, а вот таким детишкам, у которых седалищная мозоль во весь мозг, нужны острые блюда. А он любит острые блюда, так же как и сладкие, и прочие тоже!

Он же не привереда, он всё вкусное очень-очень любит, раз аппетит отличный! Так его не в острые блюда, его же и в блюдечко с молоком превращали, чтобы котят этих, мерзких и вонючих, поить. И в тазик с фаршем тоже, чтобы тех же гадов, хвостатых, кормить, а это ещё хуже, чем поить.

Потому что с точки зрения блюдечка, которое ты, молоко — просто гадость страшная, и всё. А вот с точки зрения тазика, который ты, фарш — это такая блеванина, что хоть обделайся! Так Маккошка фарш ещё и ухудшает, дальше и дальше, она в него валерьянку добавляет!

А ведь если фарш валерьянкой спрыснут, то котята просто бешено из тебя жрут, там вообще невообразимые ощущения, когда жрут… А потом и гадят в него, это вообще невообразимо! Между тем это не наказание, оказывается, а демонстрация трансфигурации из живого в неживое, частично.

С добавлением, как бы в сторону, но всем же слышно, что есть, мол, такие, которых точно не жалко. И надо подвергнуть трансфигурации, иначе вообще никакого толку. Да, прямо в неживое и подвергнуть, во имя котиков, и надолго, чтобы профессорская голова так не болела…

А если он менее провинился, то она его не превращает в неживое, да, отдадим должное, хотя и противно отдавать. Профессор-кошка, это же такое извращение, что вообще… Эта кошачья профессорша его подвергает частичной трансфигурации в живое, причём в постороннее!

Она ему девчачье наказание колдует, серьги, прямо из мочек ушей. То есть серьги в виде живых мышей, в натуральную величину, чтобы сильней оттягивало. А он мышей не любит, особенно когда они оттягивают и царапаются. Оттягивать надо другое место, где приятно, а вовсе не уши, этому его братья давно научили.

Ладно бы, если те мыши только пищали в ухо, он привык, когда над ухом орут, гостиная Гриффиндора тихим местом никогда не бывала… Кроме праздников, когда, после особенно шумных часов, многие так напиваются, что просто тишина и поблёвывание, иногда…

Так они ещё и царапаются, мыши эти, две штуки! А такое ему плохие детские воспоминания навевает, когда кошка мистера Уизли-младшего прямо до крови царапала. А потом даже кусала, хотя больше никого не кусала. И даже Джинни она только царапала, а сестра же очень вредная, чего только кошке не придумывала!

Он-то проще был, потому что нет в Рональде Уизли, обиженном всеми ненаследнике, коварства… В нём хорошие черты преобладают, а у нас же людей ценить не умеют, раз колдуют все как хотят, даже если нельзя… На нём и колдуют, и преужасные вещи!

Когда он возмущался этими девчачьими серёжками, мышиные которые, очень искренне возмущался, от души, то Маккошка ему отомстила и рот зашила. Но так, что оттуда, вместо языка, кошачий хвост торчал. Он всё время шевелился и щекотал! Все так смеялись, даже друзья эти…

И Грейнджер после урока отменить хвост не смогла, халтурщица, сказала, что магии не хватает. Пришлось в больничку бежать, с куском кошки во рту, гадость страшная! Хоть медиведьма сразу язык вернула, но вкус кошачий во рту остался, и на обед опоздал, одну куриную ножку только Гарри и оставил.

А сам-то две съел, по голым косточкам же видно всё! И на попрёки обижался, и конфеткой совсем не поделился, такой недовольный был, хотя обожрался нормально, по морде-то видно всё!..

Снейп тоже такой… извращенец! Обычно словами унижает, многослойно, как Гарри выражается. Да, такой многослойный полив, и хотя часть слов какая-то странная и непонятная, ясно, что плохие высказывания. Особенно раз все хохочут.

И даже Поттер порой ржёт, и Грейнджер тоже хихикает, очень противно, и ладошкой свои зубищи прикрывает. Надо будет сказать, чтобы хвостом прикрывала, как русалки, у тех зубы тоже здоровенные… Это удачная шутка, от неё кое-кто неплохо почешется!

Нет, не очень удачная шутка, поскольку кое-кто очень обидчивый, во все бобриные зубы! Грейнджер ведь тогда ужалить может, хотя ученикам нельзя. И Спраут видела, как она его жалила, и Макгонагал видела, и Флитвик видел…

Да, гоблинатор этот точно видел, но Грейнджер ведь у него в любимицах. Всегда только и слышишь: ах-ах, мисс Грейнджер, какое очаровательное исполнение, вы просто принцесса чароплетения, прямо мисс Чармс, Чармс! Да, прекрасно видел эти жалящие тот коротышка, и потом от себя добавил, нечеловеческой злобой своей, всей!

Хорошо, что только в конце урока, когда ни с того ни с сего прямо в задницу розу наколдовал, незаметно. Мол, не вертитесь, а отрабатывайте чары, или будете с отработкой! Мало ему жалящего от заучки, так ещё и розу с колючками!

О, даже в рифму вышло, наверно, от эмоционального потрясения, как кто-то хорошо сказал, очень умно. Мистера Уизли давно трясёт от этого всего, раз школа такая страшная, тролли с василисками повсюду шныряют, как слизеринцы прямо! Пауки ещё… не думать про пауков, нет!

Про Иву думать, когда она ветками махала, он даже вообще про обделаться не думал, а ловко уворачивался и пострадал мало. Один только настоящий удар, очень деревянный, и пропустил, прямо по заднице. Так у него там и домашние тренировки, нормально он перенёс…

Роза точно хуже. Хотя тренирует прямую кишку, как Поттер объяснял. Дескать, ты же расслабляешь задницу, чтобы роза не кололась, так? Вот, потом на унитазе легче расслабиться и выдавить!

…Так-то оно так, но тренировки в подобном духе — это очень большая жестокость, он считает. И Гарри про тренировку без сочувствия говорил, небрежно как-то, и конфетку зажал, сам съел. Ну, отработки-то ему не сильно страшны, но ведь такой четвертной гоблин и без обеда может оставить!

Настолько островатые зубы у Флитвика, что даже страшно, а уж как его не любит, что тоже страшно… Маленький весь, а страшный! То есть каждый преподаватель страшен по-своему, как долг платежом. Тоже вот — говорят про долг платежом и не понимают, какую чушь несут…

Разве долг может быть красен платежом, то есть прекрасен, как заучка поясняла, если ты платишь деньги, свои? Сам долг — плохо, и платить — ещё хуже, чего тут прекрасного, когда страшно всё?!

* * *

Да, это он очень глубокую мысль придумал, что каждый препод страшен по-своему. То есть, и в общем они страшны, особенно когда с ответом ошибёшься, и по отдельности тоже страшны!

Даже Брюквица эта, уже трижды его дважды жалила, тоже дважды… то есть двойными ужаливаниями, за один урок. Это же четыре запрещённых телесных наказания в одну задницу, это же кому порассказать?

Раньше было по два, он как-то и привыкать стал, это же не как у родителей, а тренировка и всё. Хотя обидно, его прямо с Гойлом и Крэббом этими жалящими уравнивают, за что? Ещё обидней, что никому и не рассказать, в смысле, пожаловаться, потому что жестокие все!

Особенно близнецы… те просто ржут. Да они всегда ржут, особенно над ним, и придумывают про него небылицы. И правду, самую плохую, тоже придумывают, и повторяют…

Снейп особенно любит его низостям подвергать, чтобы потом на отработку оставить. Как-то без ужина оставил, раз он медленно котлы эти чистил и ждал, пока сальноволосому ждать надоест. Нет, не надоело, садисту мерзкому!

Если бы не друзья, вечером так бы и умер от голода! Вечером, да не поесть, да он сам не свой был в тот раз… А когда особенно чего-то не то сварил, Снейп почему-то обиделся и назвал как-то совсем непонятными словами, Грейнджер эта только и понимала…

Нет, Малфой, сука страшная, тоже те обзывательства понимал, и комментировал, плохими словами, и Гойлу с Крэббом переводил, и толстухе Булстроуд тоже переводил. И наверняка от себя добавлял, это же Малфой!

Да, чмошный чепушила Малфой, как его Поттер называет, очень метко, хотя слова совсем непонятные, но явно обидные. И слизень этих слов тоже не знает, но хорошо так на них обижается, полноценно, с визгами!

…Когда в другой раз неправильное сварил, Снейп сначала высказывался, поливным методом, хуже, чем про Поттера ещё. А потом велел этим зельем намазаться, чтобы все видели, как при нежелании правильно варить можно сотворить нечто невиданное.

Причём из обычного зелья для очистки подушек от каких-то постельных клещей, невидимых, но вредных. Он не хотел, но Снейп, козлина, морально дефективная, поколдовал как-то, хитренько. И мистер Уизли вдруг ощутил сильное желание намазываться, начиная со щёк.

И те стали ярко-жёлтыми, лимонного цвета. Потом лоб и подбородок намазал, и они почти сразу стали оранжевыми! Потом намазал нос, и тот позеленел. А губы после намазывания стали чёрными, ладони же и горло — серыми.

И всем было весело, ведь зелье-то одно! А Снейп сказал, что даже он не знает, почему такие разные цвета из одного зелья на разных частях лица и тела. Но опыт получился интересный и познавательный, он надеется, что все запомнили, как не надо. А также ещё раз убедились, что Уизли — особенный феномен, непознаваемый, к тому же, его не жалко, какой бы опыт ни возьми.

Дескать, Лонгботтом — частично познаваемый феномен, с нотой антизельности, какой-то, а Уизли — совершенно непознаваемый, и это все видят. И он до ночи таким разноцветным ходил, потому что даже медиведьма только лоб смогла оттереть, и всё. И только утром прошло, а он так переживал!

Ведь разноцветным должен быть Малфой, по справедливости. Тот же привыкает к тому зелёному, чёрному, жёлтому и сиреневому, что Поттер с Грейнджер ему придумывают! А ему делают не лучше, если не хуже! Мистер Уизли-младший ведь не просто переживал это разноцветье, а страдал, вот. И даже заесть толком эти страдания не мог…

Хересная гадалка его тоже травит, особенно словами про неправильную чуйку, скрытую под седалищной мозолью, и целиком скрытую. И не только из-за мозольной чуйки травит, а вообще придирается, как ни к кому. Про седалищную мозоль талдычить — эти преподы, что, сговорились?

Ещё и противную кофейную гущу заставляла пить, когда он и в рифму, но и очень метко про эти дурацкие прорицания сказал, даже девчонки хихикали…

Очень мутный вижу шарик,

Снился про него кошмарик,

Ты колдуй, колдуй, колдуй,

В гуще прорицай ты…

И вот пришлось эту гущу пить и есть, из всех чашек! Но это лучше, чем у остальных преподов, значит, Трелони не так страшна, потому что колдовать нормально не умеет. Да, совсем больно не умеет, единственное её достоинство, но серьёзное, он так считает…

Дни с неудачными обедами и ужинами, конечно, раздражали. И тогда у Гарри само появлялось что-нибудь вроде:

Нет мясца и нет костей,

Наш обедик жиденький,

Нам бы супчик понежней,

Хочется, чтоб жирненький!

Где же ты, моя котлета,

Хочется телятинки,

Без котлеты счастья нету,

Даже с виноградинкой!

Дайте кексиков побольше,

Спеть готов любую лесть,

В детстве мы ведь сильно тоньше,

Хочется всё время есть!

Рон запомнил с первого раза и всё время повторял, с жалобной интонацией. На что Гермиона задирала носик и тихонько хмыкала в сторону, чтобы рыжий не услышал. А тот жаловался на братьев:

— Близнецы говорили, что маглы открыли феномен шишковатости, который и у волшебников проявляется. Когда основным твоим природным качествам специальные шишки на башке соответствуют. И что у меня есть шишка постоянного голода, секретная, где-то. Дескать, только при глубинном прощупывании отыскивается.

Но я не дал им глубинно, зачем, это же Дреды, они опасные. Как Гарри говорит, они и мозги ректально промыть могут, и я верю! Это же плохо, когда ректально, так ведь?..

* * *

Рон что-то жевал и ждал, когда можно будет позвать Гарри сыграть в шахматы, выиграть и повысить настроение. Но друг внимательно слушал какие-то несъедобные вещи, которые несла лохматая. Какой же у неё неприятный голосок, въедливый такой. И столько уверенности, как будто всё-всё знает!

— Эти Нобелевские премии так несправедливо порой распределяют, я просто не могу, Гарри! Особенно обидно, когда первооткрыватель не доживает до заслуженной награды. Вон, Нил Бартлетт, наш земляк из Ньюкасла, переехавший в Канаду, доказал, что благородные газы, некоторые, способны вступать в химические реакции.

Треть века уже прошло, а нобелевка тю-тю. Моя учительница так возмущалась, и я тоже! Как можно недооценивать подобное открытие? Оно же из фундаментальных! Соединения благородных газов помогли создать лекарства от рака, и ещё они используются в лазерах, представляешь?!

А Бартлетт страшно много интересного открыл, со фтором всю жизнь работал, опаснейшим химическим агрессором, Волдемортом среди галогенов-пожиранцев! Глаз при взрыве потерял… Он жив ещё, но премии ему, похоже, не видать. Всё-таки есть провинциальность в этой шведской академии, иногда. Особенно когда они Борхесу с Набоковым премии зажали, как непрогрессивным и выбирающим неправильные темы писателям. Очень несправедливо, правда, Гарри?..

Рона просто бесили подобные разговоры. Про какую только муть не болтает, ничего ж не понятно! Разве что Неназываемого по имени несёт, а остальное — лазеры-шмазеры какие-то… Только слова про благородные газы немножко понятны... над ним, что ли, насмешка?

Он же очень благородный, из священных двадцати восьми фамилий, а газов этих в нём столько... И тем более переживать, что кому-то премии не дали, это же надо? Ну, магловоспитанные, чего там. Хотя его могли бы и побольше слушать, так нет, всё им у нас не так. Эх, там же целый миллион, в Нобельской премии...

Магловских фантиков, правда, миллион, но отец их умеет помаленьку в галеоны превращать, на чердаке банок штук десять лежит, с этими глупыми бумажками. Деньги из бумаги, это же надо… тупейшая магловщина! И монеты магловские есть на чердаке, куча целая, в упыря кидать.

Есть и похожие на золото, тяжёлые, но разве маглы будут из золота монеты делать, раз даже волшебники не умеют? Монеты из золота только гоблины умеют, это ж все знают… Упырь смешно разгрызает жёлтые монетки, ловко так, раз мягкие. А белые назад бросает, тоже ловко, как-то прямо в лоб и нос подряд попал, до крови, хоть не играй с таким...

* * *

— Рон, листать словари очень интересно! И не «да ну!», ты, лентяй и котикам враг!.. Оказывается, слово «бладжер» существует и у простецов, только очень-очень далеко, представляете! Отгадайте, где?..

Нет, не в сельской местности, Рон Билиус! Ты же сам деревенский паренёк, тогда бы точно слышал... Ну не в магловской же деревне говорили бы так, не тупи! А рядом с вашей Норой какая-нибудь магическая дыра есть, или нет? Нет… Вот тебе и «а-а-а», Нора — это дыра…

Нет, не в Соединённых Штатах, Гарри, хотя направление мысли у тебя правильное. Итак, внимание! Оказывается, бладжерами в австралийском английском называют лентяев!

Гарри очень оживился. Гермиона, конечно, такие занятные вещи знает, что вообще!

— Так это что, в Австралии Рона бы называли бладжером? Ха-ха-ха-ха... Да чего ты вскинулся, Рон? Согласись, что нечто бладжерное в тебе есть, основательное такое, тяжёлое. Я бы определил бладжер как круглый, тяжёлый и тупой предмет, который беспорядочно носится и хочет всех достать, причём первым.

И очень сильно достаёт, если получается, я личными косточками проверял… То есть это твои черты, явные! Ты — бладжер, Рон!

Рон на самом деле бладжер,

Очень резкий, словно раджа!

Он у нас почти как снайпер,

Ловкий, будто это спайдер!..

— Нет, Гарри, спайдер плохое слово! Это же паук, так? Ведь гадость же, хоть и ловкая, да… А вот раджа — хорошее слово, мне подходит, я тогда сразу на обеих Патил жениться смогу, и заживу! Ох, заживу! Сразу прикажу слона приготовить, в мундире… то есть, запечь прямо в шкуре… А хобот, который особенно хвалят, сам съем! И бегемота ещё прикажу, прикажу…

— Патил тебя заболтают в два дня, Рон, никакая бладжерность не поможет! Так что погоди всем приказывать. Слоники отменяются, и бегемоты тоже, если ты не про Крэбба с Гойлом…

— Это да, Гарри, эти Патил смогут и за день, если в ударе будут, попугаихи несчастные. А так было бы здорово приказывать! Раздавать приказы — это моё, я бы сумел…

* * *

Стишки про Рона приходили в голову с начала третьего курса, когда зелья доверия и приязни, завязанные на рыжего друга, утратили свою действенность. Так, по чуть-чуть, сочинялось, не для разглашения, конечно. А просто, когда сильное было раздражение, что-то вроде такого:

Лампа-дрица, гоп-ца-ца,

Рон Уизли задница...

Снова много чушь порол,

Пусть и был чистокоро…

Хотя нет, на втором курсе он про друга первое стихотворение изготовил, но чтобы Малфоя уесть, там Рон совсем не обижался!

Там Уизли крайне грустный -

Видно, ел не очень вкусно!

Вот бежит Малфой, один,

Обезьянам господин!

Поттер теребит струну,

Он конфетку съел одну,

Её Рончик проворонил,

Его Драко раздраконил!

Или когда что-то весёлое сочинялось, про экзамены и прочее такое же. Гарри пародировал Рона сначала по-доброму. Например, во время предэкзаменационной горячки.

Я с вами прощаюсь навеки,

Рыдаю, трясу головой.

Смыкаю усталые веки,

Не знаю, уж буду ль живой?

Пора окунаться в учёбу,

Осталось всего ничего,

И Гарри язвит! Ну ещё бы…

Ах, мне бы заботы его!

Или перед не самым сложным экзаменом у Сандры Брюквик:

Кричите овамо и семо,

Наклейте позорный ярлык!

Сдавать буду завтра со всеми

Английский похабный язык…

Кому это нужно, не знаю,

Но так повелось издревле,

Судьба моя подлая, злая,

Верни свою милость ко мне!

Или перед экзаменом по зельеварению, штукой более чем неприятной:

Меня посетило виденье,

Страшнее его не видал:

Раб зелий вампирскою тенью

Во сне надо мною летал.

Он бранно шептал по-английски,

Сердито смотрел из-под век,

Такой дорогой мне и близкий,

Родной полумышь-человек!..

Ну или после очередной шутки близнецов, когда Рон бывал совсем понурый. Однояйцевые на стишок не обидятся, почти, а Рончику моральное облегченьице, хоть какое-то!

Маленький Рончик варил холодец,

По полу ползал безногий близнец.

Фред ли то был, или Джордж там какой,

Всем им кастрюля доской гробовой!

…Здорово, Гарри, так им, так! А ещё такое можешь, чтобы прямо вот кастрюлей их, да с кислотой всякой? Или щёлочью, тоже хорошо бы им пошло…

Гермиона, услышав про такое каннибальство с безногими, подняла бровки, но поправлять Гарри не стала. Особенно при виде бурно обрадовавшегося Рона, явно запомнившего четверостишие с первого раза. Ладно, холодец так холодец, близнецов ей не жалко, хотя им бы лучше руки отрезать, чем ноги, так надёжнее…

* * *

Пресловутые черновики сочинений о семейных и каникулярных делах слизеринцев и равенкловцев, которые Гарри сразу окрестил как «Моя семья и другие твари», были распространены Пивзом и близнецами Уизли незадолго до Хеллоуина, на третьем курсе.

Почти одновременно распространились, слизеринцами, черновики грифов, поскольку питомцы Снейпа тоже у Пивза самое интересное выкупили. Гарри с Гермионой всё это детское творчество изучили тщательно. Гарри чаще плевался, Гермиона пришла в ужас. Но оба соглашались, что получили много нового материала, и полезного.

— Смотри, Гарри, как удачно получилось. Ну для всех нас, кроме Рона! И Джинни, конечно… Мы узнали многие вещи, и многое подтвердили. Что следят за тобой и даже убивать хотят. И про унитазы эти, кромешные…

— А Рон-то что в сочинении понаписал, в чистовике, я имею в виду? Ведь и черновик крайне интересно было почитать, вот уж не ожидал, одна зависть! Мог бы и поумнее, вообще-то…

— Это не к Рончику, это к нам, насчёт поумнее! Нет, надо же додуматься именно у тебя всё списать. Профессор Брюквик на него так вопила, как прямо…

— Как ты?

— Примерно. Неважно… Я хорошо помню, что чистовой опус Рона был забракован и уничтожен физически, наложением Инсендио. Ты тогда у Помфри после дементоров восстанавливался, поэтому пропустил концертик. И отработочку Рон схлопотал — за лень и приписывание себе заслуг, а также неправильные жалобы на родителей.

Раз идиот написал про толстого тупого брата, который всё съедает сам, тогда как Рона гоняют за продуктами прямо в магловский магазин! Хотя Рон — это и есть тупой брат, не бывавший в наших магазинах, ведь все остальные братья умнее! Хотя не такой и тупой, свою зависть к тебе в чистовик переносить не стал…

Шикарно придумано — Рона, да в магазин, особенно за сладким чем-нибудь. Да за любым съедобным! Он же всё, что не сожрёт, обязательно понадкусает, Гарри, ты же знаешь эту его гадкую черту! За обедом наберёт себе гору, спешно надкусит, в сок этот тыквенный плюнет… как будто тот на вкус хуже станет! Правда, съедает почти всё, кроме костей, честно поступает, продуктов не портит. Но неприятно же рядом с надкусанным и заплёванным сидеть!..

А ведь в эту Нору прямо из камина вываливают гуманитарную помощь от министерства, у маглов честно украденную, на предмет усушки утруской. Кучами вываливают! От круп, муки и макарон до рыбного филе, колбас и консервов, и ещё сахар с конфетами. Вино — ящиками, пиво — кегами! Увеличивай это добро Энгоргио и жри в три горла!

— Да, Рон рассказывал. И ещё был недоволен, что мало вкусных вещей присылают, то есть деликатесов! Они же самые лучшие! На самом деле, нормально так Нору снабжают, просто он всё вкусное первым и сжирает… в три горла, как Пушок! Да, вспомнил, как Рон жаловался, что пришлось новое сочинение писать, но текста никто не видел. Своё «отвратно» он за него получил, помню…

* * *

— Рон, как ты смеешь обзывать Невилла сквибом? У него, как и у тебя, просто палочка была неподходящая. И если у тебя, лентяя, частично не подходила, то у Нева совершенно не подходила, а он умудрялся ей и колдовать! А теперь у него заклинания гораздо лучше получаются, чем у тебя. Ты Протего до сих пор нормально освоить не можешь, стыдись, третьекурсник!

— Ну чего ты, Гермиона! Я так, по привычке называю, привык же, а отвыкать лень, сама же говоришь, что я лентяй. Это же природное, с этим бороться трудно. Я помаленьку, а потом, когда-нибудь, и вовсю круто колдовать научусь. У меня же такая трудная жизнь, прямо как ни у кого!

Когда у одних и память такая, что даже повторять не надо, а у других магической силы куча, так можно и учиться вовсю, чего там не учиться? И я бы учился, я бы, ух, как учился! А раз не запоминается и не колдуется, так… вот прямо ох, как не колдуется! Жалко меня!

— Это хамство в тебе природное, а лень наработанная, большими усилиями! А Невилл тогда почему так хорошо успевает? Память обычная, сила пока средняя, но ведь растёт всё время, и хорошо. Потому что тренируется!

— Да у него задница просто огромная, он ею и берёт, усидчивостью. А у меня костлявая, как на ней долго усидишь, на, смотри!

— Убери сейчас же, морда твоя нахальная! А то как жалящее всажу, забегаешь у меня… по потолку! Или это морда всё-таки была? Тогда не убирай, ладно, потерплю.

— Да ладно, чего ты про жалящее и морды, я же пошутил… Жалящих мне и в Норе хватает!

* * *

…Как-то Гарри, в конце третьего курса, привычно облаяв за глаза своего главного врага, вдруг остановился и удивлённо посмотрел на подругу:

— А я тут вдруг подумал, неожиданно даже как-то… Ведь Малфой во многом прав, когда Рона поливает. Ну, по содержанию прав, а не по форме! Раз и предатель крови, и пахнет плохо, и орёт на всех, и ленивый, и туп… учится почти что хуже всех, и завидует всем…

Вот ведь Малфой коварный такой, на недостатках паразитирует! А у Рона их, выходит, полно, поэтому Малфой и цепляется! Если бы меня не было, он же тогда только к Рону бы цеплялся, так? А тот же стихами не смог бы отвечать, так?

— Да, Гарри, верно заметил. И Малфой, кстати, немного на Рона похож — в том, что ему первым надо напасть и обругать, или ещё хуже. Но он коварнее и опаснее. И мы с Роном ему для удобной жизни необходимы.

Он же так радуется, когда оскорбить получается особенно удачно, а Рон начинает беситься и просто ругань всякую гнать! Малфой в такие моменты просто торжествует! И думает, что магический мир от неправильных волшебников спасает…

— Да, а мы ведь тоже спасаем, мы же правильнее, чем этот Малфой, расист магической выделки…

Девочка была рада, что друг сам додумался до такого сравнения вечных оппонентов. Неужели он начинает понимать сущность Рончика? Сучность, как она порой про себя думает, хоть и нехорошо так думать. Сколько времени приходится из-за него терять: то списать, то поиграть, то просто побездельничать…

И всегда с таким апломбом: да чего, мол, вы, когда ж и не побездельничать, как в молодости, потом же не дадут, как не понимаете, дураки что ли, совсем?! И мыться мог бы почаще, повелитель крысы... Что Глотика пнул, не прощу!

* * *

Уже на каникулах перед третьим курсом, из-за исчезновения зелий в крови, Гарри несколько раз думал о Роне… критически, да. Дескать, мог вести-то себя и получше, раз друг. И с Гермионой особенно. Ведь списывает, и не благодарит! И почему он, Гарри, это без последствий оставлял, не вмешивался?

Но Гиппократ Сметвик рассказал про коктейль зелий приязни и доверия, так что ясно всё стало. И гаденько как-то, а уж обидно — до не могу! И зелья дружбы, навязанные на Рона, и зелье доверия к директору — все разрушались почти сразу.

Потому что и яд короля змей, и слёзы феникса никогда не встречались вместе и никто их взаимодействия не изучал. А оно имелось, и директор догадался об этом намного позднее, чем ребята. Им Хагрид про это подсказал, молодец. Вот тебе и лесник с ветеринарным уклоном!

…Гарри вдруг подумал о долговязом и неопрятном друге с непонятным раздражением. Намного более глубоким, чем обычное мимолётное недовольство его вечными косяками. Ну это же Рон, ладно, мол… Всё-таки они с рыжим совершенно разные.

Как же интересно разглядывать планеты и спутники в телескоп! А повезёт, ещё и кометы… И туманности! Однако красоты Вселенной оставили нашего Рональда совершенно равнодушным. У телескопа ему было холодно и дуло, урок никак не кончался, а давно уже хочется поесть, да как следует.

Спутники эти, юпитерианские, выглядели просто яркими звёздочками вокруг диска размером с вишню, и что? Ну да, быстро двигались, положение на глазах меняли, и что из того? Ну да, как вишня, с поперечными полосочками, всякими, если присмотреться, и что мне с того Юпитера?..

Гермиона всё время таскает Рону конфеты… А это же, по сути, взятка, чтобы он хоть немного занимался сам, а не тащил списывать всё что хочется, то есть всё-всё. И он только недавно осознал, что Рон аппетитом не уступит Дадли. Это была какая-то особенно неприятная правда. Что, черты мерзкого Падлика он и в Хоге будет узнавать, да ещё у тех, кто рядом? Ему Малфоя мало?

Гермиона правильно на Рона обижается — и на невоспитанность, если мягко, и неблагодарность, и лень… Звери у него воняют, а всё остальное — просто скука смертная! Вот так, если кратко. В телескоп смотреть — страшно холодно, в микроскоп — скучно и порой страшно.

Наш Рон обитает в средоточии скуки, среди весёлых анимированных шахмат и коварно плюющихся камней. Единственное хорошее — летать на метле любит, на Гарриной метле. А, он ещё Хагрида боится, хотя его кулинарные таланты признаёт. Любите ли вы поесть так, как любит это Рон? Конечно, нет, если вы не Хагрид!

…Как-то обидно, что и хамоватый Рон, и воспитанный Невилл не считают Хагрида за равного. У Невилла, положим, бабка вредная, он её слушается, потому что больше некого. Но с Хагридом же так интересно! Ему с подругой — да, а кому-то, оказывается, нет!

Вот и Гермиона долго не могла с этим отношением к полувеликану смириться — до самого четвёртого курса, когда вдруг накатили события, многое расставившие по своим местам.

Первая зелень под солнцем была ослепительно ярка и слегка благоухала. Хагрид потянулся и довольно крякнул — наконец хоть как-то потеплело, на солнышке! И весна ожидается ранняя, хорошо-то как!

Клык подхалимски визгнул и тоже потянулся. А Гарри ограничился тем, что протянул руку, чтобы потрепать снова взвизгнувшего пса по нагретой холке. И получить вертящимся хвостом счастливого Клыка по коленкам. В голове складывались подходящие строчки, надо будет не забыть записать…

Зайца гнал и не догнал,

Кучку слопал лишнюю,

Сапога носок поймал,

Там, где не залижется!

Тяжка Вещего судьба,

Мой хозяин строгий,

Фамильяром стал тогда,

Чтоб не быть убогим!

Хагрид тоже погладил заскулившего от удовольствия питомца и немного ворчливо вспомнил недавнее:

— Вот Рон этот, когда о собачьих позах говорили, очень цинично Клыку сказал, тот обиделся. Мол, если собака свернулась калачиком — к дождю, а если вытянула лапы перпендикулярно туловищу — ей кранты! Клык по-разному дрыхнет, и лапами вверх тоже умеет, когда на солнце… Да уж, венец умственности этого шестого ненаследника — собачку безвинно достать и не заметить!

Гарри кивнул, не развивая темы. Хотя насчёт достать имел более чем достаточно материала. Потому что Рончик умеет достать, безвинно, и далеко не только Клыка!

* * *

Гермиона никогда не любила больших собак, а была типичной кошатницей. Но пламенное обожание Клыка всё же ценила и угощала от души. Других-то сопоставимых радостей животное и не знает, а прихватить кусок мясного пирога не сложно. Раз столько восторгов, и неподдельных. Ведь от угощаемого Рональда нет и четверти той пищевой радости, коли благодарностью обиженный и укорам неподдающийся…

Хорошие люди — собаки, в отличие от людей, искренние такие. На морде всё сразу написано, и внизу хвостом автограф. Собаки-то — хорошие люди, а вот люди часто — паршивые собаки, волшебные такие, до не могу...

Морду вниз Клык опустил,

Побурчал тихонечко,

Слюни наземь вдруг пустил,

Вот на пол-настолечко!

Клык признавал в душе, что частенько завидует этим кошкам — ведь мурлычут так, что никто не повторит. И люди их за это тискают, любят. Даже запах отправлений терпят, очень, кстати, резкий. Жалуются, но терпят. И очень вкусно кормят, лучше, чем собак, в целом.

А ведь собака гораздо лучше умеет ласкаться, в целом… Да, очень сильная у кошек магия, очень. Наверное, потому что серые в темноте, вот и сильны, от серых волков магию берут, наверное. Или, вообще, из сумрака качают, да только тёмное это дело, сумрак, даже хозяин мало что в нём понимает.

Несправедливо это, что кошек лучше кормят и работать не заставляют. Хотя он слышал про какого-то клоуна, который смог кошек дрессировать, для цирка, во что никто не верил. Значит, со временем и кошек люди припашут, во имя справедливости…

Магия чуть-чуть неправильно собачек устроила, Клык это недавно понял. И пытается осознать. Ведь не вполне правильно, что настолько трудно ему, как собаке, с едой расставаться. Когда в пасть кусок попадает, то вкус такой, что смаковать бы и смаковать, как хозяин умеет!

А мы не умеем смаковать, собаки такие! Нам срочно глотать надо, и скорее новый кусок хватать, раз инстинкт. Да, именно в этом смак, и только! Отсюда повышение аппетита и усиление проблем на этой почве, аппетитной!

И рыба, и компания — все через три дня прованиваются, это очень верно сказано. Хотя и гниловатая рыба — это хорошо, пусть великий хозяин и не согласен… Правда, у него чутьё не такое замечательное, как у собаки, но всё же не согласен, отсюда проблемы случаются. У Клыка, разумеется, случаются.

Если вы не уверены, что сможете загрызть меня, не надо даже гавкать в мою сторону, так великие люди говорят. Да, мудрость здесь есть, но ему её понять трудно. Гавкаю — стало быть, существую. Поэтому на всех гавкаю, а мысленно, иногда, когда сильно обидно, и на хозяина гавкаю, тихонько. Да, погавкиваю так, в душе, укоряю слегка за сапог, собака я такая…

Мага каки ценнее магла собаки… Да, тут смысл не вполне был внятен, потому что очень старая пословица. Я думал, наравне с хозяином, что запятая нужна, после магла, а Гермиона не верила, бедная, отрицала запятую. Не разрешала даже великому герцогу-леснику о магах так плохо думать, только о собачках...

Однако профессор Флитвик объяснил ей, что, с точки зрения нормального средневекового мага, его внешний помёт был, несомненно, много ценнее целого магла, с помётом внутри. Соответственно, магловский помёт вообще ни малейшей ценности не имеет, поэтому только «магл собака», и никаких отдельных собачек! Переживала бедная девочка, хозяин её жалел…

* * *

— А вот ещё про тебя поминание в газетке, слушай, скотинка брехливая:

Плясали польку за углом

Собака да павлин.

Пёс бегал криво и кругом,

Хагрид орал: «Кретин!»

Наш Клык досадливо ворчит,

Птичка в ответ: «Курлы,

Довольно весел этот вид

Яиц без скорлупы!»

…Гм, написано явно на встречу Клыка и того самого павлина, анонимно подаренного хозяину Нарциссой Малфой. С благодарностью и надеждой на новые встречи, давно уже. Но нет, они тогда не плясали, а он просто гонял павлина, потому что работа такая.

Да и хозяин тем павлином недолго любовался, но съесть не разрешил, хотя интересно было бы. И сам, вроде, не стал, а в лабораторию вскоре снёс, потайную, и там отхимерил, с концами. И пёрышка не осталось, красивого такого…

А скорлупы он не носит, ему не положено, он потом тем местом кошельком будет, о двух отделениях, посмертно и частично, сам герцог обещал. А вам слабо?..

Клык часто переживал за своё не вполне полноценное происхождение, которое так значимо в магическом мире. Но успокаивал себя тем, что мистер Хагрид — огромный дворянский человек, и с большим вкусом. Не мог же хозяин приблизить к себе заурядного пса-дворнягу?

Вот только в нетрезвом виде вкусы хозяина грубеют и даже ухудшаются. Метание тапка в спящую собаку гарантирует очень нервное пробуждение. Потому что тапок прилетал в нос, ведь великий лесник очень меткий бросатель. Это же страшно неожиданно и довольно больно, так вот просыпаться, гав-гав! Ведь сказано было: не будите спящую собачку, пусть собачка немного поспит!

И когда хозяин усы выдирает, это ещё хуже побудки тапком в нос. Однако раз повелитель собак улыбается и слова поощрительные говорит, значит, надо терпеть. А потом лизаться, лизаться, продолжая поскуливать! Больно выдирает хозяин, больно! Там же у него в пальцах столько дюймов, что ему и не сосчитать, не то чтобы вывернуться!

…Но когда герцог их, вымазанные приготовленными или съеденными кушаньями, даёт облизать, страшные железные пальцы становятся уже не ужасными, а совершенно замечательными! И Клык с удовольствием их облизывает, прямо зализать и засосать их готов, всегда готов.

И хозяину это всегда нравится, он это называет взаимной чистоплотностью. Раньше Вещий Дог этого не понимал, а теперь хорошо разбирается и обычно чистоплотный. Если вдруг неожиданно не пронесёт, конечно. И пока не пронесёт, хозяин добр, и может угостить вкусным вне очереди.

Клык-то в нюансах его настроения разбирается, знает, когда подлизаться и повыпрашивать. Да, бывает и ошибается, поэтому шкура у него учёная, многократно, да. Пусть он глупый, Клык, но кто ж из нормальных собак с великим хозяином спорит, богохульно это!

Пусть он глупый собакен, всё время нуждающийся в наказаниях, для улучшения памяти. Зато сильно преданный, и служит как может. И языком своим длинным тоже служить умеет! Пока дышу, лижусь! И никаких гвоздей!

— В нашем собачьем деле статус крови — штука важная, — вздыхал Клык. — Не такая важная, чем у волшебников, но значимая. Но даже маги, когда припрёт, скрещиваются с кем попало. И могут это делать, когда захотят, а не только в сезон, как звери всякие.

Уже одно это доказывает, что люди — высшие существа и господа. А люди, умеющие колдовать, так вообще — сущности наивысшего порядка, реальность меняющие. Даже собак ухитрились придумать, надо же! Это какую голову иметь надо, чтобы из волка страшного сделать собачку миленькую, да сотнями сортов!

…И в конце концов, даже героический Гарри Поттер, не забывающий принести вкусное, разве не полукровка? А Гермиона, которое ещё более вкусное может принести, и приносит, вообще маглорождённая. А сколько ей от хозяина уважения, и от Гарри тоже!

Великие люди уважают мисс Грейнджер, а тупые, которые ещё глупее Клыка, обзывают грязнокровкой. А Клык не так глуп, как это есть на самом деле, нет! Хотя он допускает ошибки, как с тем огромным рогатым жуком. Он же думал, что ребята на него насмотрелись, а люди жуков не едят, и хозяин не ест.

А раз насмотрелись, он может и перекусить… Оказалось, не насмотрелись, и вроде с собой хотели унести, зачем-то. На что людям жук? Он точно знает, что тараканов и клопов, а также комаров, которые Клыку совершенно не докучают, люди очень не любят и даже специально уничтожают. Может, они и с жуками так желают поступать?..

Вообще-то, хозяин, особенно в подпитии, уважает при случае крупного жука ногой расплющивать, чтобы хрустело. Герцогу приятен хруст, и детям, наверное, тоже, и Клыку приятен. Ведь и косточки сладкие хрустят, и хрящики похрустывают, и старая выпечка хозяйская, та прямо оглушительно хрустеть умеет, да ещё и сладкая ведь!

О, хозяин, бог кулинарии, повелитель копчений, особенно копчений. Получить от владыки кусочек жареного мяса, тушёного мяса, копчёного — какое это счастье!

Всё-таки человек по праву является царём природы. Без хозяина Клык так бы всю жизнь на скучноватом сыром мясе да ягодах с грибами, и пропадал бы, как всякие дикие. Хотя грибы неплохие под настроение бывают. Как-то он красивых, с бело-красными шляпками, едковатых таких, поел, под обыденных лягушек и полёвок…

Так потом такой пьяненький был: лапы заплетались, хвост в противоположную сторону вращался, глазки тоже… красота. А хозяин тогда самогончик новой разновидности распробовал, ух, и смеялся над слугой своим верным, его настроению радовался. Хорошо было! И хозяин интересно так двоился…

Мухоморчики, как их лесник называют, интересные грибки, никакого самогона не надо. Щедрый хозяин, в величии души своей необъятной, нередко предлагает Клыку самогон. Ну, когда в особенно хорошем настроении, но питомец не может.

Хотел бы, конечно, пить самогон, наравне с хозяином, да песни петь, он же любит петь! Но крепок самогон для его языка и глотки, не пьётся никак. Даже в статусе фамильяра не пьётся! Песни лучше получаются…

Хотя знает он волшебную силу человеческого алкоголя. Было дело, лечил его великий от глистов гадостных. Даже не пожалел настоящего коньяка, не бренди, на клизму. Клык не понял сначала, что это для блага его, больно жгучий был благородный напиток, даже если его с задницы начинать пробовать, но зато как потом стало хорошо!

И не болело уже, и песни хотелось петь, и валяться на траве, и луну из окошка обсикать. А если бы языком лакал, как по-собачьи полагается, то стресс бы один получил, на почве ущерба чутью и вкусовым сосочкам… Думал ли он, что его, прямо через задницу, пить научат, да ещё и элитарные человеческие напитки?

И вообще, если люди своей секс по-собачьи часто делают, это же какое уважение всему нашему роду! Да, вывели нас, разводят нас, кормят нас, гладят нас, кастрируют нас… но в большом деле не без вони, куда деваться?

Кого-то точно надо кастрировать, чтоб не размножался, Дарвин этот сто раз со своей премией прав был, великий человек, так и передайте… У Клыка большой список, с кем бы эту операцию провести. Уж сколько его в лесу травмировали, да болезненно!

Как-то дикобраз, отменно безобразный, полную морду игл насовал, хозяин измучился их вытаскивать да в пучок собирать. Потом продал тот пучок-то… Выходит, не зря Клык рисковал, чудовище то, иглистое, с криком отважным, атаковывая, раз за разом.

Уже собственной морды из-за игл проклятых не видно, а он и лаял, и набрасывался, и кусать пробовал. Хотя и понимал уже, что негде там игловатого кусать, да и в языке такие шпаги торчат, что мешают страшно. А куда деваться, инстинкты, мать их сука! Да, пролилось тогда собачьей кровушки…

Но и вкусен этот дикобраз, особенно запечённый, так что не зря старался в ущерб здоровью. Хозяин отомстил за своего слугу, окровавленного да скулящего, всего два раза дураком назвал. А дикобраза того, полысевшего, из арбалета разок угостил, чудовище и «мяу» не успело сказать!

Хозяина надо защищать — и голосом, и клыком, раз имя такое дадено. Значит, всегда хозяин напоминает, зовя, что ты, Клык — не простая тварь, ты — клыкастая тварь, глупая, но острозубая. Поэтому служи вечно, грызи, нюхай, руки облизывай, гавкай, за брошенной палкой или шишкой бегай, ещё быстрее бегай!..

* * *

— А вот ещё про нас пишут, хронику свою дебильную ведут, нет, чтобы про нормальные вещи писать. Я бы им сам писал хронику нашего леса, правильную, да когда мне, с таким-то хозяйством!..

Там, где лесника дом,

Вдруг истошно Клык взвыл:

Это Хагрид свой лом

На собаку свалил…

Да, про хозяина и его замечательную собачку чего только не придумывают. Велика сила зависти, так повелитель лесов говорит! Никогда лом хозяин на него не ронял, так, замахивался только, отгонял от чего-то несъедобного, но сильно пахучего, заботился и хранил. Если совсем уж сильно пахнет, так Клык всё на свете забывает, его только ломом, да.

А вот на этот стишок хозяин сильно ругался и предметами бесцельно кидался, даже скрываться пришлось, мигрировать в дальний угол:

Тот лесник любил собаку,

Он её не бил.

По ночам, хоть Клык и плакал,

Он его любил!

Он под хвост вставлял собаке

То, что срам сказать,

А потом собаку палкой

Заставлял лизать...

Никогда хозяин не вставлял под хвост, и ничего, а только бил иногда, хотя и часто, и обычно за дело. Да, почти ничего не вставлял, кроме клизмы с коньяком и носка сапога, когда пинок неудачный получался. А, шишку ещё случайно вставлял, когда наподдал по ней.

Потому что любит хозяин лёгким предметам и муравейникам ногой наподдавать, лесной обычай такой у великого, вот. Клык в тот момент как раз корячился, неподалёку, помёт извергая. Ну и случайно оказался на траектории, и потом ещё долго корячился, потому что шишка против шерсти плохо выходила…

Так что и не вставлял, и не заставлял, поэтому всё клевета, пусть и в газете пропечатана! Только руки облизывать предлагал, перед едой, после приготовления, и во время еды, если много жирного, и после еды, из общегигиенических соображений…

Да, великий хозяин любил свою собаку, и любит! И он любит лесника! И уверен, что это взаимно!

Но бывало, про Клыка складно сочиняли, было что послушать про благородную историческую собаку:

Кость ту повторил бы,

Кучку бы не стал, -

Думал Клык, глотая

Третий день фестал!

Да кто ж ему, собачке полукровной, фестал этот, волшебный, даст? Хозяин велик и суров, в алкоголе — и суров, и страшен порой, так что, если и даст, то исключительно сапогом. И места часто выбирает неправильные, где болит больше…

Если сожрал не то, мучайся животом да наказания за каловые метки свои, неосознанные, сапогом огромадным получай, косточками потом какай, собственными… Другая собака сдохла бы давно, верно великий про него говорит. А вот Клык пострадает себе в уголочке, да снова как новенький, с прежним аппетитом.

Раз у герцога отменный аппетит, то и питомец, верный, должен соответствовать. Воистину так! И хозяин понимает, что его служебный собакен не властен над своим аппетитом. Такой он уродился, может, и верно, что его в детстве уронили неудачно, с высоты и на твёрдое, или ещё что…

Главное, что не из задницы оборотня произошёл, а Вещий Дог, очень специальная такая псина. И фамильярище, как его Гарри и Гермиона зовут, собаку такую!

…Трудно жить мне, в судьбе насобачась,

И от пьяного Хагрида прячась.

Коль не спрятался, горького плача

Будет много, сапог бьёт удачно!

А когда заживёт та болячка,

Можно бегать за мордой кошачьей,

И лесник, если трезвый, не мрачен,

Разрешит он побыть тебе в спячке…

Вот лесник одолел хмеля качку,

Вот он щедро бросает подачку,

Это лучшая в мире мне жвачка,

Вещей мне, благородной собачке!

Папа Кевин Грейнджер увлекался фотографией, жалел, что цветные снимки выходят хуже, чем в ателье, и тщательно вёл фотохронику жизни своего семейства. Кстати, научил девочку немножко стрелять из лука. И ещё из пневматического ружья, по пластиковым стаканчикам с водой.

Гермиону больше всего поразило, что из-за совсем крохотной пульки стаканчик часто просто разрывало! А папа, посмеиваясь, объяснил, что из-за высокой скорости пуля заставляет воду резко давить на стенки, поскольку водичка не сжимается и своим давлением всё рвёт, даже металл. От отца у девочки выработалось внимание к чудесам окружающего мира, природе, путешествиям, наукам, технике…

Миссис Эмма Грейнджер была дамой утончённой, обожала читать, морские купания, оперу, путешествия и танцы. Она любила восхищаться красивыми пейзажами и нарядами, хорошо разбиралась в живописи и архитектуре, собирала биографии великих людей, прежде всего культурных творцов. И следила, чтобы у дочери всегда были интересные книги.

Отец вспоминал, что любопытство, как встроенный аналог вечного двигателя, у Гермионы включилось не сразу с рождением, а лет с четырёх. По крайней мере, когда он подарил трёхлетней дочери книжку о животных, та равнодушно перелистала львов и тигров, а о зебре спросила: «Это ещё что за ерунда?» В полосатую тётю-лошадь она не поверила, что говорило о врождённом критическом отношении к миру. По крайней мере, миру животных точно.

* * *

Свой словарь девочка пополняла непрерывно. Гермиона немало гордилась, что, в отличие от других женщин и иных мужчин, никогда не называла металлические предметы «какими-то железяками», гусениц — червяками, а большинство предметов материального мира (и часть явлений духовного порядка) «этими, как его».

Хагрид очень ценил, что она не брезглива и берёт насекомых в руки, и ей буквально всё-всё интересно. И одобрительно урчал, что я, мол, в детстве таким же был, только выразить своё любопытство не умел. А уж у тебя язык и подвешен, умница моя!..

Счастливая от похвал Гермиона начинала прямо светиться. И бойко рассказывала про химические опыты, помощь отцу в фотолаборатории и выращивание больших красивых кристаллов. Или, например, про осаждение серебра из отработанного фиксажа.

Сунешь начищенную медную пластину в фиксаж — и на ней сразу начинает серебро оседать, настоящее, да! И счищается легко. А то серебро, которое не захотело оседать, его мы разными химикатами переводили в осадок, вот как. Довольно много драгоценного порошка накопилось…

Она, когда Гарри это самодельное серебро показала, сильно удивила тем, что порошок какой-то коричневый и совершенно не блестит. А он же просто тончайший, раз из раствора выпал, чуть ли не отдельными молекулами, можно сказать. Она чуть-чуть на лощёную бумагу порошочка насыпала, потом дном стеклянного бутылька по нему провела — и сразу серебристая полоска на бумаге видна, очень убедительная. Чистое серебро же очень мягкий металл…

У Хагрида была ацетиленовая горелка, так что он легко расплавил привезённый Гермионой из дома тот серебряный порошок. Девочка велела насыпать сверху немного буры, чтобы её расплав не дал серебру выгорать, то есть бестолково испаряться. Лесник, нахваливая умницу и разумницу, сделал небольшой колокольчик, с тоненьким и необыкновенно чистым звуком…

Гермиона его сначала держала у себя, а потом отнесла леснику, чтобы на дверях был, вместо старого ослиного хвоста, и сигнализировал о гостях. Хотя Клык, конечно, раньше колокольчика сигнализировал. Но слушать красивый звон было приятно. А Хагрид не забывал начищать вещицу, и колокольчик всегда сверкал…

* * *

Гермиона любила мечтать, особенно про то, как здорово было, если бы к ней пришли на пару-тройку лет раньше, подарили (или, пусть, даже продали) самую простую детскую палочку, дали пару-другую книжек и несколько советов… Как бы она продвинулась к моменту поступления в Хогвартс! Сколько возможностей для развития украдено! Воры проклятые, эти маги, воры!..

Гарри тоже любил мечтать. Что родители живы, что есть сестра, или брат, что родные его постоянно чему-то учат и на метле дают кататься. И на море вывозят, и в другие страны тоже… И никто на него не охотится. Ну, кроме девчонок этих, озабоченных поисками подходящих женихов, раз так полагается и они с детства обучены, чтобы искать, в виде охоты…

Взгляд Гарри, в сравнении с мечтами подруги, бывал более приземлённым, ибо он с малых лет уверился, что справедливости нет. Конкретно, по отношению к нему. Ведь оставлять его на каникулах в Хогвартсе на всё лето было бы просто идеально!

Он же тогда с Хагридом бы общался, и столовался у него, при необходимости, и колдовал бы, сколько хотел, и на метле гонял, и было бы очень хорошо… Нет, нельзя! Ладно, припомню эти «нельзя», не обессудьте, пьяного Дурсля вам в ночные соседи!

И выпрыгивать из штанов он во имя мировой справедливости не будет, он не Гермиона. Подруга слишком на принципе справедливости повёрнута, потому что выросла в тепле… хотя не комнатное растение, отнюдь. И хочет, чтобы в чужих горшках тоже и почва хорошая была, и увлажнение достаточное, и рыхлили чтоб правильно, и сорняки долой…

Да, в его горшке много неправильного, и он только за, чтобы справедливо поливали и удобряли, а не просто на голову лили вот это всё… Нет, его василиски кусали не ради заботы о чужих горшочках, а ради обучения, чтобы он собственный горшок на плечах сохранил. Путём применения разумного эгоизма, коли взял и выжил, вот. Пусть эгоизм — это нехорошо, но разум ведь — хорошо и даже отлично, так? Значит, при соединении получается что-то неплохое, он так считает.

* * *

Гермиона, после василиска, сказала дома, что из-за экзаменов видит плохие сны. И родители ей подобрали снотворное и успокоительное. Она честно сказала, что проблемы есть и у знакомых мальчиков, не очень успевающих и травимых… Гермионе неплохо помогло снотворное, а каникулы почти совсем успокоили. Да и медитации при колдовстве без палочки помогали.

Тем не менее, девочка приехала на третий курс с внушительным числом баночек-бутылочек и пачечкой бластеров разных транквилизаторов. Сильных было немного, и они ушли Гарри, помогая переживать знакомство с дементорами. И действовали не хуже зелий, к тому же не давая слишком быстро привыкать к составам Снейпа.

Таблетки эти все довольно вредные, вздыхала девочка, но уж лучше с ними, правда? А неожиданно для себя благополучно выспавшийся Гарри смотрел таким благодарным взглядом, что у Гермионы сердце сжималось.

Она ту змею всех змей только одним глазком, разик, а Гарри в неё мечом тыкал, а она в него всей пастью, ужас! Та змея и мёртвой внушала кошмарный ужас! Правда, и заплатила, посмертным образом, и дорого, золотом. То есть справедливость пусть и не торжествовала, однако хотя бы где-то поблизости бродила…

И медитации мальчику тоже помогали, и прогресс был довольно быстрый, из-за того что ограничитель на магию, после обработки ядом Короля Змей, развалился…

* * *

У нас с Гарри, думала она — прежде всего, протест против манипуляций, и желание сохраниться, физически, в первую очередь. Да и становиться презирающими маглов колдунами и ведьмами не сильно охота. В аристократическую среду эту входить тоже не сильно хочется.

И Гарри от одной мысли участвовать в политических играх дёргается. Да, учитывать интересы Малфоев и массы от них зависимых — это прямо мечта мальчика, который выжил! Он же для этого выжил, так? Это же Мать-и-Магии, мать её так, воля! И чего тут возразить?

Девочка считала, что только знаниями возразить, ведь больше нечем. Очень важно было поставить невербальное, а потом и беспалочковое Силенцио, не дававшее противнику произносить заклинание. Гермиона поняла это ещё на первом курсе, и старалась. И Гарри навяливала, и небезуспешно. Плюс Конфундус, это основное. Раз почти что слабое Империо, и почти разрешённое. По крайней мере, пользуются почти все!

Гермиона с облегчением узнала, что необратимое трансфигурирование в неживое убивает почти сразу, хотя неизвестно, насколько гуманно. Считалось, что скорее гуманно. А то испытывать комплексы при каждом посещении туалета…

…Она и не подозревала, что внутри у неё такой страх — отчисление за плохую учёбу! Это где-то очень внутри! Ведь здесь даже и Крэбба с Гойлом не отчисляют… Булстроуд, Рональд и ещё некоторые тянут кое-как, но получше, чем слуги Малфоя. Значит, эта её глубинная неуверенность — просто из-за предосудительного происхождения!

Ну, и после столкновений с убийственными тварями, забывать не следует. От тварей много неуверенности, а подчас и сплошная неуверенность! Да-да, только что были дементоры, она не до конца в себя пришла, а вот вам и урок с боггартом! Профессор Люпин отлично объясняет, но первый урок стоило бы провести с менее неприятным персонажем. Хотя всякую вредительскую мелочь они прошли на первых двух курсах, тоже верно.

Вот интересно, они же все пришли на урок почти сразу после встречи с дементорами, и им, значит, боггарта, так? И у всех оказались какие угодно боггарты, но не дементоры! Бояться снов про мумию, а не дементоров, надо же, какие мумии страшные бывают!..

И вот даже дементор не перебил у Невилла страха перед профессором Снейпом, парадокс! Неужели магия Хогвартса помогает? Да, наверное, от дементоров помогает, а от профессора, очень специального, не помогает, ещё один парадокс, в большую кучу прежних парадоксов…

* * *

Хагрид пришёл в ужас, когда узнал про хроноворот. Но потом неохотно признал, что опасная вещица, конечно, здорово усиливает магическую силу. Да и постарше Гермиона, и режим соблюдает… Заплатит, конечно, полугодом жизни за этот третий курс, но зато крепко магию подкачала, это да.

Зато кто сильнее магически, тот у нас и долгожитель, связь-то прямая. Там полгода минус, потом пятилетка плюс, как не побольше. И директор наш даже половины отпущенного срока ещё не прожил, и ты, Гарри, лет двести запросто можешь, как Минерва, Северус или Филиус. Да-да, не меньше, Мерлиновым попущеньем да Морганы угощеньем, вот…

Великаны, вот — не долгожители, но я развиваюсь и качаюсь, как в молодости, почти. Раньше-то думал, что сотняжка — мой предел, а теперь мыслю годков до полутораста протянуть. Ну, тут как повезёт, или Мерлин с Морганой, всяческого добра презиратели, решат…

— Эта пятилетка у меня будет пятилеткой эффективности и качества! — заявила Гермиона, узнав о прогнозе Хагрида относительно влияния хроноворота. Дескать, был риск, и немалый, но теперь можно и плюшек подожидаться. Раз хроноворот её силы разогнал, что чувствуется, верно Хагрид говорит…

Получается, ей позарез надо развивать магию, это лучший путь к тому же долгожительству, даже на фоне волшебников. Цель достойная! Тем более, если она решит устраиваться именно в мире магии, с пониманием, сколько времени на это уйдёт.

— Волшебники проявляют свои способности скорее в умении сносно пользоваться плохими артефактами, нежели в улучшении их, — удивлённая своим открытием, она глубоко распахнула светло-шоколадные глаза и приоткрыла розовые, прекрасно очерченные губки.

Гарри залюбовался ею. Как он раньше не замечал, что у Гермионы немножко пухлые губки, не сильно пухлые, а вот именно такие, что только смотреть и смотреть? Такие розовые...

Тем временем Гермиона важно высказала выношенную мысль, которая была ей очень дорога:

— Есть распространенное заблуждение, что всё нужное, правильное, прогрессивное и целесообразное возникает именно потому, что нужно, правильно, прогрессивно и целесообразно. Однако за всяким сколько-нибудь заметным достижением стоят невидимый зачастую труд и сверхусилия, нередко всей жизни, совершенно конкретных людей!

То есть энтузиастов, творцов, тех, кому «больше всех надо». И когда они забегают впереди своего времени, им несладко. И консервативные волшебники в этом смысле очень, очень неблагодарный народ. Потому что косный и создающий дурацкие заклинания-вредилки вместо полезного! К тому же презирающий маглорождённых… и магловоспитанных!

Гарри, подумав, возразил:

— Да, в Мунго нам показали, так показали… Говорящую самоходную задницу не забыть! Но ведь вредоносные заклятья очень показаны мистеру Малфою и его обезьянам, частично человекообразным, так? Мы же вправе применять против слизней и дурацкое, и вредоносное?

— Безусловно! — отчеканила подруга. — Потому что клин клином вышибают, и никаких!

* * *

— Спаси дерево, убей бобра! — поглядывая на Гермиону, крикнул Малфой, и тут же первый засмеялся. А потом, отвратительно кривляясь, с выражением прочёл:

Бобёр уродлива настолько,

Что даже магловский маньяк

Над нею кратко всплакнул горько,

В трусы отсыпав козинак!

И гнусно захохотал. Гермиона обидным для себя образом вдруг разревелась. Даже не представляла, что её так могут задеть рифмованные упражнения чистокровного идиота. Совсем не представляла!

Ведь смеялась, всегда, над убогим чванливым дворянчиком, и ответить порой хорошо получалось. Но вот насмешка над внешностью ранила, глубоко ранила. В больное место проклятый аристократишка зуб ядовитый запустил, чтоб ему одну тыкву жрать, и неправильным местом!..

Гарри, душка, успокоил и предложил нечто очень дельное, а именно месть. На поэтическом поле. Вдвоём стишками закидывать этих вот всех расистов! Они взялись за творчество и получилось неплохо: Гарри много чего слышал в городишке, и в школе, и дома, и по соседству. Падлик опять же любил языком помойничать…

А Гермиона обеспечивала могучую окололитературную эрудицию, тоже неплохо изменяя классику под текущий момент. И под белобрысого аристократика. Да Пивз помог, вредитель без моторчика, помог, хулиган отмороженный, диалектический... У Драко не было шансов, но он этого так и не понял, бедняга.

* * *

В какой же ужас её приводил этот квиддич, и приводит! Как-то Гермиона процедила: «Верно немцы говорят, что спорт — это убийство!» А потом, при случае, и кричала:

— Да ваш спорт, он ещё страшнее неволшебных! Хочешь умереть…

Гермиона завопила во весь голос, поскольку этот травмоопасный и беспощадный к её Гарри квиддич ужасно достал:

— Хочешь умереть молодым? Иди в большой спорт! Ступай и летай! Пробейся в национальную сборную, и тебя похоронят в дорогом красивом гробу! Досрочно!

И, накричавшись, пошла приводить какую-то устрашающую статистику смертности молодых и непожилых спортсменов в магловском мире…

Близнецы Уизли поёжились: поди ты, как маглы от физических перегрузок дохнут, даже до двадцати лет не всегда доживают. Поди ты! Вдруг и маги так могут, хотя бы иногда? Заучка была довольно убедительной…

* * *

Да, увы, практически даром, за горстку галеонов учителя буквально сжигают свою жизнь, чтобы выпускники потом, к тридцати-сорока годам, позабывали на хрен четыре пятых всех заклинаний. Да как не девять десятых! Оставив в траченой алкоголем и прочим таким же памяти только основные бытовые да несколько общеупотребительных….

А ведь если сложные заклинания не повторять, они уже через два-три года получаться станут через раз, это ж и Рону Уизли понятно! Шутка, конечно, этот никогда до такой мысли не додумается, даже если батальон Грейнджеров будет долбить. Рон Визгли только к пятнадцати годикам, не иначе, как чудом великим и Мерлиновым попущением, признал важность боевой и защитной магии, но и только.

Да, вот так и просыплется всё магическое образование меж пальцев, а другого-то нет! Ну, если вы не Гермиона Грейнджер, конечно, которая уж учит, так учит, добиваясь невербальности, и небезуспешно. А вот остальные, которые с облегчением забывают про тягости школьной жизни, с этим ежедневным заучиванием и писаниной…

А ведь при забвении повторений что? А то, что ещё через пять-семь лет бездельной жизни будет возможно только частичное выполнение сколько-нибудь сложных заклинаний. И с известными последствиями… и неизвестными тоже.

То-то в Мунго постоянно разбираются с теми, кто попытался, после слишком большого перерыва, аппарировать, да ещё в подпитии. Когда одна нога здесь, в Лондоне, другая там — в Эдинбурге, а половинка задницы, вместе с ушами — вообще, где-нибудь в Манчестере. Нет, мисс Грейнджер настолько уже привыкла повторять заклинания, и чисто их выполнять, что и после школы тренироваться будет!

Чувство юмора вассалы мистера Малфоя поначалу имели смутное, одно на двоих. И если у небезызвестных близнецов это было, не дай, Мерлин, каждому столько, то у Крэбба с Гойлом так себе, Филчу с миссис Норрис похихикать.

Впрочем, шуточки Поттера силачи неплохо понимали, только иными умными словами не сразу проникались. И относились к поттеровскому юмору предвзято, копируя босса. Но порой незаметно для себя и улыбались, от некоторых удачных словечек, вызывая гнев мистера Малфоя.

Неважное чувство юмора было очень мелким недостатков двух крупных телохранителей, любителей побоксировать, и не только в спаррингах. Они и на внутришкольную охоту любили ходить — чтобы и кулаки почесать, и разжиться чем-нибудь интересным, раз у слизеринцев фиг отберёшь!

То ли дело барсуки, у них среди младших крупных мальчиков почти и нет, а драться толком вообще никто не умеет. Главное, палочку не дать использовать, и на старших не натыкаться, и тогда очень симпатичные охотничьи результаты достигаются, как относительно ценных продуктов и лакомств, для вечернего и ночного дожоров, так и кое-каких ценных вещичек!..

Вполне очевидно, что даже самая умная голова обычно проигрывает в споре с тяжёлым тупым предметом, вроде Гойла или Крэбба. А у Драко отдельный юмор имелся, немалый, но особенный, больше для других, а не себя. Потому что наследник очень тренированный в этом смысле, его и дома спрашивают, и на факультете тоже, да как не строже, чем родители…

— Этот Крэбб только что сальных свечек не ест, потому что невкусно, а Гойл стеклом не подтирается, потому что не умеет и ждёт, пока заклинание очищения выдолбит! А оно не выдалбливается и не выдалбливается, блин блинский такой! — пошучивал Гарри, не без злобности, помня увесистые удары вассалов в героическое лицо и тело.

Но со временем в Крэббе тоже свой юморок завёлся, хитроватый. В Гойле — только простоватый, и редко, а в Крэббе — похитрее и побольше. Со временем это и Миллисента Булстроуд заметила… Наверное, потому что магия замка помогает развитию, и преподаватели тоже.

Впрочем, и мистер Малфой-младший понемногу подтягивал вассалов, чтобы совсем уже на уроках не позорились, и заодно британский юмор на них оттачивал, как и на прочих однокурсниках. Грег и Винсент постепенно проникались, и всё лучше понимали, что именно имел в очередном стишке Гарри Поттер, местная поэтическая величина…

У Малфоя-чепушилы

Есть два крупненьких страшилы!

Они Драко охраняют,

Ах, носки вот не меняют!

* * *

— …Я слышал, что в Индии, которая наша колония, бывшая, есть такие специальные индусы, которые йоги. И они умеют на гвоздях спать, представляешь, Винс? Раньше думал, ерунда. А теперь кажется, что полезное умение, как считаешь?

— Верю, Грег, полезное. Я бы даже попробовал, ну, под настроение. Шкура, конечно, своя имеется прочная, очень даже дублёная, с заслуженной седалищной мозолью, на случай кнута. Но тренировки лишними не будут. Потому что каникулы — трудное время, хотя и долбить не надо.

Но отец же задолбает, своим кнутом! Кто-то из наших даже стихами про воспитание сказал, мне так понравилось! Даже запомнил, представляешь?

А жизнь — трудна,

Жизнь — это боль,

Воняет в судне…

А боль — нудна,

Отца контроль,

Награды скудны!..

— Вот правильно сказано! Прямо вот про меня! И судно полное, после плетей, вместо наград — снятие предыдущих взысканий, обычно условное. Да, жить трудно и нудно, а ещё боль эта… Только куда деваться, раз мы из тёмных семей?!

Давай, рассказывай его ещё и ещё, я тоже выдолблю. Правильный стишок, даже самому хочется им говорить и говорить!

— Ну да, магия слова, как Брюква выражается, все дела, ага!

— Всё-таки этот Поттер довольно жестокий, магловскими гвоздями нас начинять, и босса тоже, как считаешь, Винс?

— Да как тебе сказать, Грег? По-моему, нормально он защищался, мы же, типа, первые начали, во имя интересов рода Малфой, так? Для школы нормально, вроде, это же тебе не с лестницы кувыркаться… Когда в спарринге ты мне челюсть ломал, больнее было, чем гвозди в задницу. У меня же тренированное там всё, если плеть-двенадцатихвостка, основным блюдом, и кнут, на гарнир…

Тебя же шестихвосткой обычно пользуют, так? И Помфри быстро эти железки собрала, и даже хихикала — дескать, никогда ещё гвозди оттуда не доставала, их же обычно глотают. Ну те, кто пьяный, или совсем уже…

— Кстати, о гвоздях. Я слышал, Винс, что у Малфоев заведено соревнование, командное, с соседями — выставляют команды своих домовиков, и те задницами гвозди дёргают, не до конца прибитые, на время. Ну, пари там заключают, когда гости и пикник, вот. Интересно…

— И я слышал, только без подробностей. Но я считаю, что это как-то не очень интересное соревнование, наш бокс намного честнее, вот уверен. И этот Добби почему хозяевам изменил, и от Малфоев прямо в школу смылся, на лёгкие хлеба?

Надёргался гвоздей, вот и того, повредился. У эльфов же задницы почти что и нет, я видел, когда мне уши пришивали… Чем там дёргать, вообще непонятно! Я бы домовиков и для дёрганья не использовал, и к потолку за уши не прибивал, зачем? Пусть у них и большие уши, удобные такие…

Пинал бы под настроение, на дальность, и всё. Домовики лёгкие, должны далеко летать, так? Или высоко, так тоже интересно. Жаль, нету у нас своих эльфов, и не предвидятся, дорогие, заразы, и редкие…

Кстати, я тоже дёргал, нечаянно, когда на такой сволочной гвоздь, с торчащей шляпкой, с размаху сел. Мне не понравилось, хотя нормально выдернул, там небольшой был, и не кривой, хотя ржавенький немножко, да. И чувствовался, до самого вечера…

А почему выдернул, и с первого раза, и не желая того? Потому что привык задницу напрягать, на всякий случай. Обычно если лупят, надо расслаблять булки, тогда меньше боли. Так считается, слышал же, Грег?..

Вот, и я слышал. Но попробовал расслабить — и знаешь, не почувствовал разницу. Поэтому сжимаю, всегда сжимаю, и от этого даже легче, чем от расслабления. Потому что, когда зубы сжимаешь, то всё остальное тоже сжимается, и задница слушается, стискивается. Вроде легче, я так чувствую… Да, стиснуть легче, чем расслабить, у меня так.

— Вон оно как, ага, ага… Это у тебя, Винс, наверное, от семейного кнута такая, эта… уравнительность, данная в ощущениях, как кто-то из преподов болтал, запомнилось зачем-то… Я тогда тоже попробую стискивать, вдруг поможет?

Разок-то можно посжимать, ведь когда сильно бьют, то трудно расслабить, ты верно сказал, у меня тоже так. Может, действительно лучше напрягаться? Эх, что за жизнь такая — в школе напрягайся, на каникулах напрягайся, Поттер этот ещё, гвоздильщик заживо…

* * *

…Этот Поттер — почти как босс, тоже всё про всех знает, наверное, агентов покупает себе, как сам Малфой. Поёт всякое ненужное, типа, Грег родился с изъяном, а мистер Крэбб — обезьяной… И выкрикивает тоже совсем ненужное, этот, как его, компромат, вот!

Мистер Поттер между тем словесно изощрялся:

— Гойл, верни награбленное в мозолистые пуффендуйские головы… руки, я хотел сказать, ты, часовых дел мастер! Ибо ты — скотина и раб господина, который тоже скотина! А портреты всё-всё видели, разбойник ты, прислуживающий и хужесквибный!

Слизню слуга и магии позор,

Ты, Гойл, всего лишь мелкий вор!

Пусть жалок крайне глупый тот барсук,

Но отнимать часы — так это ж выбор сук!

— О, Малфо-о-ой, о, этот гнусный прелюбодей, согрешивший с крупной человекообразной обезьяной… с тобой, Крэбб! Но чем ты лучше Гойла, прочный Крэбб, чем? Даже часов нормальных тебе не украсть, альтернативно одарённому!

…Вот же не останавливается собака Поттер, и прозой, и стихами! Да, часов пока не добыл, но денежки кое-какие перераспределять получается, откуда это бардику-полукровке знать? И он не считает себя лучше Гойла, потому что тот немножко быстрее соображает, и удары у него есть очень хорошие, фирменные…

Ну, согрешили как-то, втроём, с кем не бывает, они же просто руками, чисто для удовольствия. Да все так делают… наверное! Ненаказуемо же… красивое слово, не зря учил. Никто же не видел, только Поттер как-то подсмотрел, он очень коварный!

Кстати, человекообразные хорошо выглядят, у них очень людские морды, все эмоции видать, не то что у аристократов всяких! У тех только презрение хорошо видно, а чтобы нормальное что-то, так куда там. Приматы очень крутые!

Хотя, если вспомнить, на морде Драко они уже все эмоции видели. Особенно когда был откушен… или в унитаз нырял, волею Милли могучей, там эмоции уж били так били! Хотя аристократ должен с каменной мордой ходить, показывая, как ложил на всё… поклал на всех… положил и вообще забил!

Как-то босс на серьёзную обезьяну мало похож, основательности в нём почти нет, а видимость одна. И голос совсем несерьёзный, визгу много. Особенно когда волнуется, боится или сердится. Да мартышкин он какой-то, суетливый. Точно, босс та самая мартышка и есть, только без хвоста.

Нет, павиан, раз он задница такая, что всем бросается в глаза. Босс любит в глаза бросаться, неважно чем... И еще сам бросает, особенно Секо, фирменное. И стишки тоже, босс крут в поэзии, что есть, то есть. Только павианы стаей нападают, а босс индивидуалист. Но когда нас трое, это же стая, верно?

Только Поттер может, иногда, и ещё лучше стишками закидать, он тоже в рифмах разбирается, да к тому же под гитару. А напевать всяко лучше, вот Поттера и цитируют, постоянно. Он же коварный, и у него именно против наследника сейчас в основном всё придумано и придумывается, отсюда ущерб благородным репутациям.

Потому что и вассалы от стихов страдать умеют. У самого наследника только один настоящий хит получился, про Уизли, который волшебник-недоучка и всё на свете только кое-как, то есть через задницу. А те стишки, что про Поттера, грязнокровок, предателей крови и сквибов, обычно только на Слизерине повторяют, и не так уж часто. Да, босс немного проигрывает, что очень несправедливо…

И что наследник на неправильную обезьяну смахивает, тоже как-то неправильно. Вон, те же орангутаны, если бы не рыжий цвет, отлично бы смотрелись. А так на Уизли слишком похожи. Блондин-орангутан очень круто бы выглядел…

Зато в горилле сколько солидности, если самец, и мощи! И телосложение богатое, совсем как у мистера Крэбба! У гиббона руки длинноваты, некрасиво, да и мелковат. А вот шимпанзе ничего так выглядит, бойкий. И сильный!

Маленький, как домовой эльф, почти, а четырёх мужчин способен раскидать, если разозлится. Да и зубы сильные, как у собаки, обезьянок других видов запросто рвёт и вкушает, раз не человекообразные. Прямо как маг с маглами обращается, это он умно так сообразил… Про такое мясоедство и силу Хагрид на уроке рассказывал, когда разных зверей и тварей сравнивал. Дескать, домовые эльфы очень сильные, круче любой обезьяны, даже шимпанзёвой.

Неприятно было слышать про преимущества заведомо низших существ, хотя и не так чтобы сильно неприятно. Потому что эльфы полезные зверьки. Ему же ветеринарный эльф Малфоев хорошо уши пришивает, и бровь, рассечённую тогда же бильярдным кием, сразу вылечил.

Очень полезный зверёк, как его там зовут, не то Бруньке, не то Шпуньке? Да он того эльфа вообще никогда не бил, раз в мистере Крэббе благодарности почти до фига, особенно после того как дома повоспитывают, даже и без кнута. Эльф тогда хорошо помогает.

Да, особенно когда папашей за уши и в стенку, раскрутив. Отец, чтобы уши сразу не отрывались, ещё и за волосы прихватывает, и потом ка-ак метнёт в стенку! Ни разу ещё не промахивался, каким бы пьяным ни был. Или тем же бильярдным кием по башке, по башке! Или метлу прямо в…

Очень плохая тема, он после наказаний плохо выглядит, и с трудом отсылает сову своему боссу, чтобы прислал домовика-ветеринара. Драко всегда присылает, он ответственный сюзерен! И внешний вид быстро меняется, потому что эльф быстро зашивает и пришивает, и кровь останавливает. Только обезболивает слабо…

И выглядит очень позорно, куда хуже павлинов, которых в мэноре обихаживает, благородных птиц. Ха, а босс-то на павлинов похож, и не меньше, чем на обезьянку… Вот мартышки всякие, с павианами-бабуинами, те плохо выглядят, потому что хвост. Особенно павианы, у них задница разноцветная, прямо как у босса после Поттера, и морды противные, как у Рональда…

Точно, павлины красивы и спесивы, а павианы — болваны и мужланы! О, в рифму получилось, потому что пример босса. Ну и Поттера тоже, если по справедливости… Зато высшие обезьяны очень крутые! Их, наверное, высшие эльфы делали, хотя так Грег говорит. А Грег же не самый умный в его окружении, хотя никакой не мелкий вор. Этому Поттеру только бы клеветать!

Пару раз удавалось неплохие заначки у барсуков отнимать, приятно вспомнить. Вот уж попировали потом, в Хогсмите вкусного всякого напробовались, начиная с барбекю и до самого эскимо! Эх, почему в замке не дают барбекю, его же можно хоть три раза в день есть? И эскимо, даже по праздникам, вообще не дают?..

Да, Грег только как мыслитель мелкий, то есть лишь частично, с одной стороны, умственной. Да, в умственной стороне он мелкий, и даже очень, хотя часики славные раздобыл. Та же Милли кроет его мозгами со страшной силой, потому что занимается больше и запоминает помаленьку.

Да, помаленьку, но каждый день, ей же в спаррингах не надо… Пошла в душ, навешала там одной, или двум, чуток размялась-потренировалась, а заодно и помылась. Нормальная Милли, тоже немного на гориллу смахивает, только очень красивую!

* * *

Утром магических сил было полно, и Гарри, увидев бегущих наперерез громоздких врагов, недолго думая, применил только что разученную и ужасно затратную Бомбарду. В школе, конечно, нельзя, но он же её не в препятствие, против которого оно действует, как маленькая граната. А в воздух, в котором она делает лёгкий хлопок, если летит больше десяти-пятнадцати ярдов.

Да, пролетело взрывное заклинание положенное расстояние, хлопнуло, и в сторону движения пошла основная ударная волна, заметная. На которую вассалы Малфоя и налетели. И закономерным образом полетели обратно. А мистер Поттер прикрылся Протего, на остатках магического резерва, и наблюдает, готовый, если что, стартануть.

Ага, удачно он метнул Бомбарду, всё получилось по задуманному. Хотя расстояние оказалось велико, но вассалы отхватили, по-взрослому. Так стартанули, что мистер Поттер может и постоять, полюбоваться результатом. Оба врага только что познали, как именно на большом расстоянии работает Бомбарда. Которая уже не действует подобно взорвавшейся рядом гранате, а выступает снисходительным боксёром-тяжеловесом, в очень мягких перчатках.

Но таким тяжеловесом, который попал. Малфоевских телохранителей отбросило как будто жёсткой и очень массивной диванной подушкой — удар сильный, неприятный, но опасный только вторичными, так сказать, последствиями. В виде неуправляемого полёта и неизбежной встречи с препятствием — стеной, полом, колонной, мебелью и прочим.

Крэбб и Гойл долетели до стены, причём Крэбб первым. Долей секунды позже в него врезался Гойл — на хорошей скорости. Даже с тридцати ярдов было слышно, как в особо прочном здоровяке что-то хрустнуло и он не сдержал громкого вскрика. Дальше были, как выражался Добби, матоизвержения второго летуна.

Крэбб сам так и не поднялся, его потащил Гойл, когда в основном очухался. Очень хотелось добить, но здесь же школа. Ладно, зато есть повод съесть не менее половины шоколадной плитки, а это очень приятный процесс, Добби не даст соврать.

Благодаря шоколадкам Гермионы, сначала привозимым с каникул, а теперь и заказываемым, коль галеончики завелись, от продажи василиска, он стал шоколадозависимой школотой. Как с усмешкой называл сам себя — про себя, делая акцент на первом слове, более красивом.

Потому что школота — словечко Филча. Хотя старик имеет право, иначе многих учеников и не назвать. Хуже можно, и хочется… Типа так, э-э-э-э, если от имени завхоза…

Школота ты, сволота,

Бешеная гнусность!

Не отнимете кота,

Тапком вам всем в гузно!

Это он что, Филча пожалел, и миссис Норрис? Нет, это неправильный поступок, мистер Филч в его жалости не нуждается. Противный старик только в его кале нуждается, раз там активные биологические вещества.

Спросил Гермиону, а та морщилась и говорила, что вещества есть, но механизм воздействия от намазывания этим… антишоколадом, так сказать, медициной не изучался. Может быть, это эффект плацебо, то есть самовнушение. Плюс особенности организма сквиба, которые волшебниками тоже не изучались, раз сквибов за людей не считают…

Да, Филч, конечно, такой сквиб, которого только в клетке изучать, хагридовскими методами. Да ладно, в гробу он видел мерзкую старую вонючку… увидит! Когда-нибудь. Хагрид же обещал, что все враги когда-нибудь помрут, приятно было услышать.

Хотя и школота эта Филчу подстать, хулиганить обожает, а здесь же школа, какая-никакая. Сначала такие ученички, потом из них Снейпы с Филчами вырастают, вот же фигня…

Кстати, и Добби сделался таким же шоколадозависимым — первым из домовиков. Хотя почему сделался? Обработан мистером Поттером, весьма героично, и сделан! На славу сделан!

— Так, Добби! Будь добр, принеси из спальни Малфоя образцы сладостей для важных экспериментов: по конфете из каждой коробки, и по квадратику из каждой плитки. Если плитка шоколада не разделена, то отломи кусочек для образца, но неаккуратно. Пусть думает на телохранителей. Пока Малфой ругается не с нами — он лучший из возможных Малфоев, правда, Добби?

— Добби точно не знает. Хотя уже почти не боится своего бывшего. Но бывший действительно часто ругается со слугами, долго и визгливо. А слуги басовито отмежёвываются и не признаются.

Хотя имеют в больших рылах много пуха, Добби нравится такое выражение. И мистер Крэбб хитрее мистера Гойла, и порой обманывает мистера Малфоя. А мой бывший чувствует неправду слуги, потому что проницательный и хитрый, но не может доказать и очень злится.

И в это время не тренирует заклятий. И ничего не читает тоже. И даже не упоминает имён великого и мудрейшей, с исключениями. Но часто воспитывает слуг жалящими заклятиями, которые хорошо выучил. Добби понял задание мальчика-героя, и выполнит его. Он может схлопнуться и пока заниматься на кухне?..

* * *

Этот Добби — правильный эльф, слово «эксперимент» воспринимает с суеверным почтением. Принёс образцы самого разного шоколада, одиннадцать образцов. А они с Гермионой всё попробовали, в рамках эксперимента по выяснению потребительских качеств особо выдающегося шоколада и конфет.

И полконфетки Рональду оставили, желейной, потому что мистер Поттер и мисс Грейнджер предпочитают другие начинки. Вторую половинку слопал Добби, и плакал от счастья, потихонечку, в уголочке. А потом читал учебник с арифметическими правилами, молодец…

Практикант переминался с ноги на ногу в очереди за расслабляющим напитком, и раздражённо сопел. В клинике св. Мунго его совершенно не ценят! Да, устроили по знакомству, он многим дорогу перебежал. Главный целитель Сметвик таких счастливчиков не любит, он большой обломщик и пинатель.

Да и лечить трудно, пациенты просто страшные бывают, и благодарности не дождёшься. Тем более он косячит, что есть, то есть… Он кошек мечтал лечить, там же просто всё. Или собак стричь, но рынок таких услуг маленький, всё забито.

А у целителей и престиж, и жалованье отличное. Да только пока ты практикант, то пашешь и пашешь, за довольно маленькие деньги. Которые ещё на штрафы приходится раздавать, направо и налево.

Работа очень трудная, это же тебе не кошки. Ладно ещё, что огромные списки костей, мышц и внутренних органов пришлось выдолбить, чуть ли не до посинения, и симптомы болезней, особенно от зелий и проклятий. Так в Мунго всегда неприятные сюрпризы, всегда. Особенно в его дежурство, и особенно в ночное дежурство. Он так ненавидит эти дежурства!

Хотя после смены полагается существенная помощь, в жидком виде, с бутербродами. И конфетками, для женщин, их удаётся подтибривать потихоньку, и то хлеб… Но эти постоянные сюрпризы, и он почему-то часто крайний. Разве это справедливо?

Особенно неприятно, когда Жопага привозят. Не любит он эти суетливо носящиеся задницы, особенно когда те подшофе и пристают. Вот он здоровый, но, честно говоря, любой такой задницы боится. С того случая, когда один Жопаг прямо на него запал и вцепился.

И впился ещё, присосками. По стене подкрался, маскируясь ворованным белым халатом, прыгнул и ка-а-к всосался! Одной присоской весь рот засосал, так что и не крикнуть! А другой присоской прямо в штаны залез, и тоже присосался.

Введя уже не в ступор, как после засоса, а в панику. Потому что третья присоска в тот момент задницу заткнула, неизвестно зачем. Но вызвав краткую потерю самообладания, до самопроизвольного опорожнения, с выбрасыванием присоски из неправильного места.

Тогда Сметвик к нему нормально относился. До основных косяков, вот. Главцелитель же бдительный, всегда заметен, ситуацию держит под контролем. Подскочил к ним, и с полпинка Жопага отвадил. И очистил от следов самопроизвольного этого, не стал позорить.

Зато вот потом стал и бездарностью называть, и говорить, что такому — только в фельдшеры, в медкабинет вспомогательной магической школы, для слабаков. А если скелетом, в качестве анатомического пособия, так и ещё лучше. Потому что такой тупой скелет сумеет только правильно висеть, на каркасе, и всё.

Ведь анимированные скелеты, которые в специальных лабиринтах с игроками соревнуются, должны соображать! Ну, кого там просто догонять и пинать, а кого догонять и трахать, в зависимости от размеров пари и сложности заданий. Ты же и себя трахнешь неправильно, потому что не догоняешь никогда!..

Обидно, конечно, такое выслушивать. Опять же, в очереди на положенный после смены спирт последним стой. Хотя фельдшер жалованья получает чуть больше практиканта. А когда фельдшер стаж наберёт, то и существенно больше. Понятно, что Мунго — крутой бренд. Но обидно, чрезвычайно. Ведь он очень силу спирта уважает, и побольше многих…

А ещё его долю местный литератор два раза уже незаметно выпивал. Так отвлечь умеет, и так быстро уничтожает спиртное, что вот хоть прямо учись. Он, конечно, пытается учиться, но этот Локхарт пока совершенно недосягаем.

И его одеколонную заначку, в заднице самодельной статуи Санта-Клауса, подарке благодарных психо-хроников, умельцев и ветеранов заведения, явно же он разорил! Пис-с-с-сатель…

* * *

Гиппократ Сметвик раздражённо общался со своим отражением в зеркале, незаменимым собеседником, всегда помогающим снять стресс. Нет, впрочем, не всегда. Особенно когда Локхарт… Вот же криминальный талант, а! Новое слово в наихудших ментальных расстройствах, алкоголик-затейник!

Этот Локхарт ухитрился спереть у нового пациента мантию-невидимку! Как ещё и разглядел, а? После чего развернул криминал и вширь, и вглубь, с огромным умением маскировки и неожиданных коварных инициатив… Да создал запасы, из уворованного, разнообразного, вплоть до ректификатов, чистейшей слезы!

И даже смог уничтожить их не в первые же сутки, как обычно, а растянуть на четыре дня. После чего, соответственно, погрузился в запой. Так его же толком и не проконтролировать, раз и пить догадался тоже в мантии-невидимке, прохиндей!

Персонал-то, обнаружив колоссальную утечку спасающих антистрессовых жидкостей, подумал на больных. А на кого ещё, раз прецедентов куча? Метался в недоумении, замучился с обысками. Но, кроме сексуальных игрушек, запрещённых разновидностей...

Ну, тех, что сами набрасываются и заставляют отбиваться, не всерьёз, конечно. Ведь настройка, насчёт приставания, поставлена на совсем короткое время. Так, чтобы побудить к интересным действиям, если партнёр отвлёкся от нужного, не более.

Это же только извращенцы, многочисленные, с настройками балуются, вплоть до наступления последствий, тоже приводящих в Мунго… В принципе, вещицы безобидные, чисто для веселья. Достаточно распространённый магический аксессуар, и всё.

Однако следует помнить, что не всех пациентов можно будить и побуждать присоединяться к этому самому, для веселья и разрядки. Здесь всё-таки больничный режим! Пусть и не самый строгий, обычно. Однако для психо-хроников строгий!

И ведь та мантия из дешёвых, невидимость ею держится минуты три, не больше. Так ведь писателю вполне хватало и на кражу, и на тайное поглощение добытого! Кстати, мантия, пусть и не сильно дорогая, но защиту имела. В том числе и от Локхарта, что выяснилось довольно быстро.

Довольно символическую защиту, раз владелец явно не из тёмных семей. Так, мелкая шахматная клетка на всё лицо и тело, и всё. И лёгонький понос, предположительно. Потому что писателя несёт всё время, раз пытается алкоголь с лечебными зельями сочетать…

О, этот страшно неугомонный алкаш-беллетрист, беспощадный уничтожитель всех наиболее интересных жидкостей! И все у него в этом виноваты — от целителей и до мантий-невидимок! Дескать, литератору видней, что здесь носить. Ведь иногда душа требует и голышом побегать, это нормальное беллетристическое желание привлечь к себе внимание. После чего неизбежно наступит и творческий ответ, это же элементарно!

Или хотя бы ненаказуемо… И вообще, такая мантия нужней именно ему, деятельному творцу! И откусывателю от жизни крупными кусками, вот. А не этому овощу, которого привезли в каком-то вообще… античеловеческом виде! После подобного вида можно ждать и творческой импотенции, и прочей импо… Да помилуй от такой напасти Моргана-девственница и Мерлин-насильник!

И долго по этому поводу гундел, изощряясь, и демонстрируя полное отсутствие хоть малейшей эмпатии. Нет, всю эмпатию в себя, без остатка, как и наиболее интересные жидкости, в одно рыло…

Ведь так не повезло неплохому человеку, раз друзья с ним столько опытов поставили, нетрезвым коллективом. Конечно, и конечностей навыращивали, в том числе, явно нечеловеческих… Кстати, вот Гилдерой жулик жуликом, а термин дал точный — верно, античеловеческие там были и конечности, и хоботы с хвостами. Хотя последнее точно не человеческое…

И задницу менять, и сразу на унитаз, это просто жестоко, любой целитель скажет. Потому что небрежная трансфигурация живого в неживое таит немало особенностей, чаще всего опасных. Или крайне опасных. А пьяному же надо именно превращать одно в другое, это закон!

Локхарт, кстати, постоянно приводит примеры собственных трансфигураций оборотней и вампиров в безопасные предметы, которые он коллекционирует — японские нэцке, вот. Явно сочиняет, япона мать! Вампиры — очень сильны и стремительны, похуже оборотней. И тоже владеют трансфигурацией, не хуже магов, а прячутся куда лучше.

И оборотни тоже великолепно прячутся, пусть и не владеют трансфигурацией, в зверином облике. Зато боевой ярости вагон и маленькая тележка! А когда в магическом теле клокочет сила, то трансфигурировать такую тварь… Тут по силе надо быть Флитвиком, Макгонагал или… да самим Гиппократом Сметвиком, например!

Но в Гилдерое силы-то заметно меньше среднего, по ядру и магическим капиллярным каналам это прекрасно видно. Целителей ведь не обмануть! Значит, вся его писанина про победы над исключительно опасными тварями ничего не стоит, вывод напрашивается сам собой.

Преподавал защиту от тёмных искусств, а битву с василиском на второклассника свалил, скважина! И от другого второклассника, ещё тупее, чем этот якобы профессор, отзеркалил стирающее память заклинание. Детей нельзя Обливиэйтом бить, поэтому правильно тебе прилетело…

Экий кретин! Да просто чучелка намагиченная, и всё! Потому что когда тупость борется с тупостью, торжествует кретинизм!

* * *

Обманы беллетриста, с целью добраться до выпивки, были и простыми, до наглости, особенно в первые недели лечения. И самыми изощрёнными, когда сгустилась обстановка преследований и травли литературного самородка, путём неприкрытой слежки. Имея талант лицедея, Локхарт только так менял внешность, без всякой палочки.

Он тщательно изучил облик всех служителей клиники, и нашёл сразу два варианта персон, сравнительно похожих на себя. Одна вообще была молодой женщиной, но не суть… Маскируясь под персонал, писатель обеспечил определённую надёжность в раздобывании нужных напитков. Как минимум, денатурированных, но тоже востребованных, в критические часы жизни, утренние.

Одеколон у второго помощника главного целителя Локхарт просто украл, лишив запаса на чёрный день! Ну, самый-самый чёрный, ведь у помощника обычно никаких проблем с ректификатом не бывает, и запас, надёжно укрытый, имеется. Поэтому отдохнуть он может сообразно желанию, даже с размахом, с любым количеством гостей. До его заначки никому не добраться!

А вот дюжину крупных флаконов одеколона, самого безвредного из вредных, помощник хранил небрежно. Явно никак не рассчитывая на масштабы наглости некоторых пациентов. Чем один жулик, писательской разновидности, и воспользовался, обворовав и обездолив видного человека в медицинской иерархии! Морда, бесстыжая и постоянно опухшая!

Тот отличный одеколон, хоть и наименее вредный, но всё-таки даже здоровым людям показан только в исключительных случаях. Например, чтобы не прерывать застолья, если вдруг с нужными запасами не рассчитали. А таким вот мозгобольным крайне вреден, потому что ни с одним из лечебных препаратов категорически не сочетается. И с процедурами кишечного орошения тоже не сочетается, беллетрист его мать!

В Мунго завёлся грабитель, переодетый в форменные халаты вышестоящих, нарушитель всех иерархий! А подумали-то на блондинку, невинную… Нет, не вполне невинную, раз особые вещества однажды пыталась присвоить, пусть и в небольших количествах. За что как следует получила от главного целителя…

Нет, не ногой, зачем по девушке ногой? Просто хлещущим ударом кисти, тыльной стороной, по тыльному мягкому месту, единственным ударом. Отчего проистекли мгновенный визг и постепенное опухание места, даже чуть заметное под халатом, коли рука и тяжёлая, и умелая.

На первый раз такого наказания за малую вину бывало и достаточно. Ведь некоторые ценные медицинские вещества просто тянет украсть, дело известное.

Локхарт спёр халат у блондинки-практикантки, когда та, во время ночного дежурства, шалила с практикантом... практикантами, если совсем точно. Халат на него влезал, а волосы сзади, хоть и выглядели побогаче… Мужскому взгляду, упрощённому, эта разница в глаза не бросалась. Так рифмач-алкоголик и шнырял, безнаказанно, и разоблачён был случайно, практиканткой, по-женски внимательной.

И лишь позже, когда нарушителя-рецидивиста наказывали лёгкой перцовой клизмой. Вот тогда тот дамский халат из пижамных штанов и вывалился, сразу опознанный! Так ни в одном глазу смущения, не говоря уже о раскаянии, а сплошная демагогия. Да с угрозами!

Дескать, нельзя писателя клизмить, это всё равно что клеймить! Тем более, жгучими вещами от постоянного творческого горения отвлекать! Когда горение в неправильном месте, он придумывает не книги, а планы изощрённой мести! Промойте скорее, варвары, или всех разоблачу и уволю-ю-ю!..

Ничего, вредитель от той клизмы попрыгал, запертый в палате, и как следует, и очень высоко. При этом не мочился на лежачих соседей, под угрозой кляпа из ссаных тряпок, реального. Однако сказать, что наказание его вразумило…

Не будем преувеличивать значения воспитательных мер персонала, обычно хорошо помогавших многим пациентам болеть правильно и эффективно. Ибо когда больной весь неправильный, тут медицина разводит руками. И совершенно беспомощно пытается отругнуться стишками. А это не поле медицины, его Локхарт уже изгадил, под каждым кустиком!

Клизмить писателя нельзя,

И затыкать никак не можно!

Страстями сложена стезя,

Моя уступка будет ложью!

Нет, Мунго я не по зубам,

Мне пить сама судьба велела,

Ударил спиртом по мозгам -

И наслаждается всё тело!

* * *

Чего стоят одни эти конные бои, верхом на Черчилле, весьма травматичные! Гитлера II так вообще в пылу боя запинали, и до потери сознания, такие азартные! Да и Наполеона валяли как ребёнка, и знаменитую треуголку пинали к потолку. Хотя данное кощунство чревато ведь магическим выбросом, бонапартовских масштабов. Это вам не коридор испражнениями метить, пусть и самыми синими!

А массивного Черчилля трудно же свалить, так что литератор нашёл себе подходящую лошадку. Носятся нагишом по коридору, ржут и всё сносят на своём пути, врываются в палаты... Пока голого писателя не спеленают, он такой активный!

Наш Черчилль же большой флегматик, до определённой дозы, и ему вообще плевать, голый на нём Гилдерой скачет, или какой. Ему же интересней в женскую палату забежать, беллетриста предъявить, ярко-синего. И женский интерес этот Винни сразу привлекает, тем более если Локхарт уже просто синей тряпочкой с плеч свисает... Женщины же любопытные!

Да, Черчилль у нас такой, тоже сложный пациент, психо-хроник со стажем. Как только колонии в Африке тридцать лет назад Британская империя утеряла, так и двинулся рассудком. Дескать, привык жить в необъятной империи, от океана до океана, и чтоб Австралия посередине. А просто Соединённое королевство ваше мне тесно!

Как посмели отказаться от лучшей части худшего континента, капитулянты? Лейбористов-предателей вешать, и на самых вонючих верёвках!.. И самостоятельно эти верёвки изготавливает, очень успешно, раз такой стаж! Действительно, таких вонючих ещё поискать!

А Локхарта, кстати, никогда не вешает, раз чувствует харизму. Черчилль порой даже развязывает рубашку-смирняшку, хотя у целителей особые узлы, магические. Однако у нашего Винни магии тоже достаточно, колдунец не из последних. Но временно оказался под влиянием Локхарта, пагубным.

Ещё ведь этот, ужасающий своим цинизмом, сочинитель сблатовал женскую палату играть в конный бой. Представьте себе, выбрал тёток, потолще, в кобылищ, и ездил на них. А те и рады!

Особенно когда всадник голенький и синенький, такое развлечение, девочки, одно из лучших! А когда Гилдерой уже вообще ничего не соображает, то его обращают в коня, и тоже со скандалами. Ой, я на новенького, я, слезайте уже, дайте место!

Были зафиксированы и безобразные драки поклонниц за доступ к телу писателя, минимум, две! И с некоторым ущербом для писательского тела, чего скрывать. Оказывается, если Локхарту делать немного больно, он особенно сексуально визжит, устоять просто невозможно! Легонько постегать, и такие богатые реакции, девочки, не описать! А если его штучки сжимать, легонько, то он…

Кстати, от щекотки наш Гилдик визжит иначе, менее интересно, поэтому придётся добавить чуть-чуть… не садизма, что вы! Перчинки в отношения следует добавить, и всё. Маги с детства к боли привычные, иначе же ребёнка с магическим даром не воспитать. Коль у него чувство вседозволенности с материнским молоком всосано!

Конечно, писатель сильно растренирован, но чуточку боли в его интересную жизнь добавить стоит. Во имя чистейшего женского любопытства, самого искреннего! И не всегда же Гилдику на нас ездить! Иногда и нам коняшку-красавца опробовать стоит, иго-го! Нет-нет, Гилдик, шибче скачи, шибче радуй, а не то хлыстиком!..

…Старенькая гитара, после волшебной палочки, мантии, метлы и альбома с семейными колдографиями, стала самым ценным имуществом двенадцатилетнего Гарри Поттера.

Было так интересно подбирать какую-то известную мелодию, и, пусть примерно, её воспроизводить, и без нот. У него неплохой музыкальный слух, и голос тоже есть, хотя и несильный, Гермиона объясняла. С таким голосом на зал дыхания нипочём не хватит, но в компании петь — это здорово.

И у Гарри хорошо получается, с простым самоучителем, а как навострился! Магловские песенки и магические подростки охотно слушали, там же про любовь и приключения, в основном, и всё такое.

А не так давно он стал и своё петь, помаленьку. Стеснялся сначала, но Гермиона сказала, что у него способности не только музыкальные, но и литературные. Это так ободрило! В литературе-то Гермиона особенно разбирается, и стихов столько знает...

* * *

Гермиона ужасные мысли продумывала, пока лежала камнем. И Гарри понимала как никто. А тот был сильно контужен дементорами. Вот прямо сразу эти гадские твари и попались. Они всей школой, даже не попав в замок, а ещё в поезде, их и отведали. Называется, мальчики и девочки поехали в школу учиться…

Вот когда от василиска умирал, то хоть чувство какого-то удовлетворения было. Всё-таки уникальную тварь победил, люди спасибо скажут, ученики теперь в безопасности. И он свой долг выполнил, до самого конца. Хотя кому был должен, непонятно… Может, наоборот?

Однако смерть долги обнуляет, ведь так? И неправильно это, в детстве умирать, он же не Гаврош, и не маленький сын врага Эдгар, в «Графе Монте-Кристо». Хотя Джульетта в тринадцать лет того, как он сейчас…

Может быть, обнаружат, как писатели выражаются, бездыханное тело мистера Поттера, когда-нибудь, если проход раскопают. Тогда на камне табличку с именем прикрутят, серебряную. И гвоздичка под ней будет лежать, обновляемая…

Хотя он так завален в этом подземелье, что его, возможно, вообще не найдут… Нет, если по справедливости, то должны… когда-нибудь. Да, обнаружат три скелета — огромный, маленький, и ещё поменьше. И может быть, даже установят какой-нибудь знак. Памятный, да. Джинни ведь чистокровная, её не должны забыть, а у василиска просто огромный скелет, уникальный…

А на знаке будет надпись. Мол, здесь погибли ученики Хогвартса, помним, скорбим, восхищаемся нашими маленькими героями. Экскурсии будут водить. Мол, вот, посмотрите, дети, настоящий волшебный меч, которым великий герой Гарри Поттер убил последнего василиска… А василиск в ответ убил героя. Нет, трогать нельзя, ведите себя прилично, вы же не маглы какие!..

Или нет, великим героем его Добби только зовёт. Хотя за василиска могут повысить и до великого, посмертно… Как он мозги василиску откомпостировал, в неполные тринадцать! Гордость, конечно, большая, вроде, и к оптимизму склоняющая…

Тибидох да тибидох,

Бобик всё-таки издох.

Ох ты, крибле-крабле-бумс,

Будет больше здесь безумств!

Да, безумств, потому что нормальные люди не будут использовать инфернальных тварей против обычных заключённых. Которые, по сути, приговариваются к медленной и мучительной смерти. В самом конце двадцатого века! И таких мучителей прислали сторожить школу от обычного серийного убийцы, да кому порассказать…

От василиска были и страх, и ужас, и гордость. Зато вот после дементора — только отчаяние, сплошное, больше никаких эмоций. Уникальная тварь, и ещё не раз попалась! Такой дементный год… нет, деменция — это то, что у очень старых… дементорный год, малоудачный!

…И тут стали припоминаться клочья разговора в поезде с одним старшекурсником, который затыкает и примораживает исходящего в жалобах на братьев душнилу Рона… И объясняет, подробно, им с Гермионой объясняет, про Хогвартс и законы магии, и вообще правила нового мира. Очень интересно объясняет, даже Гермиона редко встревает. Потому что парень прямо предугадывает твои вопросы!

И понятно рассказывает про всё нужное. То есть, где и как лучше учиться, и что Шляпа учитывает ваши желания, и про предателей крови, и про разные ученические подлянки, для незнающих. Ещё про опасность неразборчивых клятв, и про магическое покровительство, обеты, книги из Косого и Лютного. И про возможности домовиков и гоблинов.

Тот старшеклассник объяснил, что неуправляемые, включая хулиганов, идут в бойкий Гриффиндор, а послушные — в спокойный Пуффендуй. Кому особенно интересно учиться, оказываются на Равенкло, а чистокровные и прочие себе на уме — оседают в слизеринских подземельях. Такое вот совершенно нормальное сочетание педагогической целесообразности с некоторыми политическими особенностями.

Чистокровные, управляющие миром магии, хотят видеть своё потомство среди равных себе и в клубе по интересам. Потому что в сословном обществе социальные связи — это главное.

Во взрослой жизни, особенно если устроишься в министерство, везде будут твои однокурсники, или просто слизеринцы, которые бывшими не бывают. А ты один из них — тех, кому почти гарантированно достанутся лучшие местечки.

Так что Слизерин — это своеобразный закрытый клуб, где раньше учились только чистокровные. Но теперь всё более заметна примесь полукровных, огорчительная для большинства. Отчего среди змей очень специфические конфликты, но негласные. Потому что неуправляемых, включая хулиганов, и там хватает.

А выпускники змеиного факультета предпочтительны именно в главном и наипрестижном месте работы нашего мира — министерстве магии. Где сотни работников, и в основном — сильные, либо просто прилично подготовленные маги. И магессы, почти четверть состава, но большей частью на должностях среднего и низшего уровня.

Слизерин — очень особенный факультет. И, конечно, лучший. Там принято хорошо учиться и демонстрировать должное воспитание. Но ещё и соревноваться за влиятельные места, авторитет, возможность стать старостой.

И, разумеется, колдовать всякие весёлые штучки, и не только против других факультетов. Потому что в мире магии расслабляться не нужно. И тренироваться следует с первых дней обучения. Ведь только самых тренированных будут по-настоящему уважать и бояться. То что нужно для воспитания политиков и бизнесменов!

А ты, Поттер, раз известный, то будешь влиятелен в политике. И наследник состояния Поттеров, значит, и в бизнесе сможешь стать непоследним! Слизерин — это твоё, Поттер, хотя там и опасно может быть..

А вот чем именно опасно, так оказалось хорошо затёрто, что и не вспомнилось никому, и никогда! Но теперь уже довольно хорошо понятно, чем опасно…

После лечения в Мунго Гарри начал понемногу вспоминать куски этого разговора. И Гермиона, с его подачи, тоже, как с помощью заклинаний, так и благодаря дисциплине памяти и воображению.

Она, кстати, больше вспомнила. Друзья сложили свои фрагменты и восстановили суть того монолога. Многое уже и сами узнали, но всё равно это была полезная информация. Особенно бы тогда, да чего уж…

Правда, имя парня и внешность так и не вспомнились, только что рослый и немножко важный. С этаким покровительственным тоном, вот. Однако им, мелким, любой старшекурсник был бы здоровяком. И он сам зашёл, уважительно с Гарри познакомился. Потому что хотел узнать, как геройский мальчик жил и какой факультет желает предпочесть.

Очень удивился ответам вроде «не знаю», или «а что это?», и сразу стал просвещать. Дескать, магический мир особенный, где и подводные камни в изобилии, и бездонные омуты. А также неожиданные мели и крова… коварные течения…

И явно этого информатора о магическом мире из их памяти удалили специально, да с гарантией, чтобы больше никаких встреч и дополнительных сведений… А кто мог стереть память? Только директор, ну, с очень высокой степенью вероятности, поправила Гермиона.

Но признала — с просто исключительно высокой степенью этой отвратительной вероятности. Значит, прочитал их, сам, или через Снейпа, а потом отхирургировал ментально! Бородатый педрофон! (это Гарри, любивший выдумывать слова).

— Старый, коварный, нетрадиционно направленный альтернативный светлый маг повышенного могущества! — отреагировала Гермиона. Порой злоупотреблявшая цепочками определений, во имя максимальной точности.

И зачем это директору? Ясно, что для манипулирования, но во имя чего? Все эти сведения о магах были, с точки зрения Дамблдора, или ещё кого-то, для них вредны. И поэтому Гарри ничего из этого архинужного знания не получил. Проверили Рона, осторожно поспрашивав при случае — тот никого из старших во время поездки в школу не вспомнил. Значит, и его почистили…

Больше всего Гермиону возмутила незаконность процедуры. Детям нельзя стирать память, особенно до двенадцати-тринадцати лет, они от этого тупеют, это же известный факт! Её просто охватила ярость, на несколько секунд, потом она справилась, и жар ярости перешёл в осознанный лёд ненависти.

Её, признанную умницу, сделали тупее! Сколько она потеряла из-за этого? И Гарри!.. А если Обливиэйты были неоднократными? Как это исключить? Ну и Рон тоже ни за что пострадал — он-то точно стал ещё тупее, а им с ним жить!

* * *

Встреча с дементором в поезде помогла Гарри дополнительно убедиться в том, что очередные смертельные приключения его не минуют. Раз в этом году они начались даже до порога школы! Однако опасная встреча с инфернальным существом оказалась чуть менее болезненной из-за ослабления паразита в голове — мальчик хотя бы не потерял сознания.

Хотя уплыл сильно и почти сполз с сиденья, но был подхвачен Невиллом и Роном. Гермиона же плеснула в лицо холодной водички из палочки, и стало почти нормально, только очень жалко себя. Практически до слёз, однако он удержался…

Но когда кусок шоколада, величиной с кулак, достался от подоспевшего, очень правильного преподавателя и защитника, стало практически неплохо. В смысле, по сравнению с секундами, когда дементор стоял в двух шагах и домогался души, настойчиво…

— Знаешь, Гарри, после моего лежания, в виде статуи из очень распространённой горной породы, во мне что-то… окаменело, да. Где-то в глубине души, среди болот комплексов и неуверенности в себе, вдруг появился крепкий такой камень. Камень с моей души!

Или просто моей души. И я теперь думаю, как лучше и стоять на нём, для психологической устойчивости, так и подставлять его… Под некоторые крепкие лбы. И не очень умные лбы заодно. Смешно, да?

— Да ничуть! У меня, Гермиона, в душе тоже свои камни имеются. Не знаю, на что их хватит: могилку обложить или пьедестал памятника сообразить, не знаю. Но думаю про это постоянно. Ведь детей обманывать грех, и немалый. А нас обманывают, я уверен.

Вот мы и собрали камни, прямо в себе. И достаточное количество, я считаю. Так что теперь я готов ими и побросаться. Не вот прямо сейчас, но, в принципе, готов. Хотя по-хорошему их сначала надо разбросать, а потом уже собрать. Однако в этой школе, по-моему, только по-плохому хорошо получается.

А по-хорошему — плохо. Взять Маккошку — реакция на тролля и первоклашек у деканши какая-то… антипедагогическая. Прежде всего, снять баллы за нарушение режима! Плевать, что тут страшнейшая тварь и у деток колоссальный стресс. Дать по пять баллов, и уже никакого стресса, пусть детишки порадуются. Мадам Минерва опытный педагог и хорошо знает, как правильно распоряжаться баллами.

И отправить первачков в Запретный лес, просто за нахождение вне замка ночью! Снять баллов вдесятеро, чем было получено Гарри и Роном за победу на троллем! А потом в ночной лес, к оборотням, выяснять, кто убивает единорогов. А это серьёзные звери, их обычно не убивают. Однако ничего такого, ведь Хагрид присмотрит за детьми, у него и собака есть, поэтому всё нормально!

И Хагрида нашего, простодырого, заставляют в свои игры играть, явно туфту ему вкручивают! И сам лесник не без греха, как тут умолчать, после всех ужасов и происшествий?..

Хагрид мамой стал дракона,

Нарушитель он закона!

Многих он детей подставил,

Помогать себе заставил!

Неправильно всё это, и ничего не поделаешь, раз школа совершенно неправильная. В смысле, с причинами ничего не поделаешь. А с последствиями придётся что-то делать, не знаю только, что именно.

— Правильно, Гарри. Мы с тобой команда. Нас убивают, но мы всё равно жить хотим. Если нас внекатегориальный василиск не слопал, глупо остальным тварям поддаваться. В том числе преподавательским тварям. Я уверена, что хоть что-то нам удастся сделать.

Хотя бы выжить, для начала, тебе, прежде всего. Хотя после тролля, цербера, ночной прогулки по Запретному лесу, Дьявольских силков, шахмат, василиска, дементоров и слизеринцев я тоже чувствую себя в группе риска. И унитазы ещё эти, разодушевлённые… А у тебя ещё и квиддич!

— Девочки не должны быть в группе риска, это очень неблагородно даже для самых светлых взрослых. И то, что в магическом мире до этого вообще никому нет дела, меня сильно задевает. Мы с тобой в несправедливом мире оказались. И все считают, что должны под него прогибаться. А я не хочу. Буду бороться. Хотя и не знаю как…

— Я буду участвовать, Гарри. Не стоит прогибаться под изменчивый мир. А то он такой изменчивый, что напрогибаешься да напрогибаешься, и потом в самом себе запутаешься!

И дети, очень впечатлённые как знакомством с дементорами, так и особенностями магической карательной системы, ещё чаще и активней стали обсуждать всё то, чему были свидетелями. Пресловутые черновые сочинения им очень помогли, это было совершенно ясно.

Хотя знать, что все остальные, при желании, тоже читают твои сокровенные мысли, было не очень приятно, особенно Гарри. Очень он жалел о своей откровенности, ведь Малфой столько об этом вопил и вопит. Хотя и мистер Поттер хорошо отвечает, и в рифму, отчего Малфой тоже вопит. Очень правильно вопит…

* * *

Гарри много раз уже похвалил и Гермиону, и себя — за тот летний визит в Мунго. Точнее, серию визитов. Ведь уже видно, что дорогими лекарствами, не пожалев галеончиков, помог себе, во-первых, заметно подрасти. Раз в детстве его с этим делом затормозили, постоянно ограничивая в еде.

Гермиона регулярно, каждый месяц, замеряет его рост, делая отметки на стене в спортивной комнате. И ему приятно видеть свой физический рост, как говорит девочка. И ощущать личностный рост, про который Гермиона особенно любит пораспространяться. Потому что эти понятия как-то связаны. Когда ты повыше, это очень хорошо. И когда умнеешь, ещё лучше.

А раз умнеешь, то и вопросов всё больше, неглупых. Ведь и директор, и все преподы видели, что знаменитый мальчик был очень и худой, и мелкий. Особенно же тощим приезжал после каникул. Всем плевать было, педагоги-волшебнички, дерьмодемоны глухонемые, тудыть вас, и растудыть вас… После общения с Хагридом ругаться получалось гораздо лучше. И так душу облегчало!

Гарри в Мунго помогли не только приглушить-придушить магического паразита в голове, заклинаниями и зельями. Но также показали навыки медитации, чтобы паразита держать под заглушкой ещё лучше. Содрали за это от души, как и полагается в частно-государственной клинике, но помогли.

Кстати, и зрение серьёзно улучшили. Срезали по диоптриям немного, зато астигматизм сильно уменьшили. Ведь он именно из-за астигматизма, при довольно умеренном минусе, плохо видел. Зато теперь без очков уже не был так беспомощен, как раньше.

И очки ему сделали зачётные, многофункциональные… Не бились, не запотевали, и даже чары для распознавания сильной магии на стёкла были наложены. А после усиленных медитаций Гарри вдруг увидел магические линии у волшебников. И как они движутся, когда маг заклинание формирует, и какие какого цвета.

Здорово было! И Гермиону учил медитировать, пусть у той сил было ещё маловато для некоторых упражнений. Однако, хоть и медленно, она затруднения преодолевала. А он в ней и не сомневался, в душе отчаянно радуясь своему быстрому прогрессу. Потому что выжить в школе можно было только за счёт этого самого прогресса. И кое-каких магловских хитростей.

Кстати, особые комплексы зелий для роста и веса в Мунго без слов прописали. Индивидуальные, за его-то деньги… Почему же в школе не делали? Ещё и руку поправили, спасибо, подруга Сметвику про это напомнила. Он бы точно не вспомнил, от волнения, да ещё когда кровь носом, раз за разом.

Левую руку ему Вернон однажды так вывернул, что плечевой сустав с тех пор ограниченно ходил, с болезненностью, и рука сильно слабее правой была. А уж когда Дадли в лопатку тем камнем засадил, то вообще…

А тут быстро и почти безболезненно сустав поправили, и болеть перестало, совсем. Он сразу специально стал левой учиться колдовать, хотя бы самые простые вещи. И гантели ею поднимать, чтобы восстановилась, по совету Хагрида. Как всегда, очень дельному совету. Да, Хагрид это… Хагрид! Вот что бы он без его советов делал, а?

— Брик-а-брак — это старьё и просто всякий хлам, интересный только для коллекционеров, Рон, а не бардак, как ты сказал, ради рифмы. Брик-а-брак — из французского, а бардак — из тюркского. Бардак — это довольно плохое слово, хотя для обозначения порядков в одной специальной школе…

Малфой, увы, услышал довольно громкое отчитывание, а потом и пояснение Гермионы. И конечно, ему было что сказать:

— Маглокровка права, ты, неграмотный, невоспитанный и ненужный! Брик-а-брак — это название твоей Норы, Уизли, если по-французски! А Брак и Бардак — это твои настоящие имя и фамилия, дебил!

Малфой, хохоча, удалился, очень довольный. Уизли прокричал ему вслед пришедшие в голову эпитеты — идиот, мол, и так далее. И озабоченно обратился к Гермионе:

— Вот ведь какой гад, хоть из обычных слов, хоть из французских гадости придумывает! И дебилом ещё обозвал, а это же хуже дурака, так? Ну вот что с ним поделать? Только убить… когда-нибудь… при случае… чтобы незаметно. И труп Эванеско, Эванеско обработать, чтобы испарился! И даже ингредиентов из него не добывать, из принципа, хотя из сильного мага вся требуха ценная, а Малфой же довольно сильный…

Девочка не стала комментировать обращение с трупами наследников, поскольку понимала настроение сложного соратника в борьбе с чистокровными агрессорами. И постаралась утешить:

— Ничего, Рон! Ты его гораздо сильнее оскорбил. Потому что кретин и идиот — это такие ужасные степени умственной отсталости, что кошмар! Такие ложку в ухо несут, стеклом утираются и в туалет, не снимая штанов, ходят! А дебил — это самая лёгкая форма умственной отсталости, вот.

Кстати, дебилов много и для них есть специальные школы, в простецком мире, конечно. Их там по программам для начальной школы учат, поэтому дебилы потом несложную работу нормально делать могут, или почти. Только память у них плохая и логические операции дебилам не под силу. А где этого не сильно надо, там и дебилы справляются.

Зато если человек — идиот, так это ещё более надолго! Идиот вообще ни с чем не справляется, и с ним тоже непросто справиться, вот. Нам же трудно справиться с Малфоем? Поэтому ты его и дальше идиотом называй!

Да, и ещё кретином называй, и… имбецилом ещё, это тоже ужасно, когда ты имбецил! И вот стишок в тему, раз мы его уже неплохо мылом накормили, за все оскорбления, жаль, что однократно…

Загадкою для всех нас было,

Драко — дурак иль идиот?

Пускай он редко грызёт мыло,

«Идиот» идеально идёт!

* * *

Рональд потом ещё раз подумал над всем, что сегодня услышал. И неожиданно обиделся, когда совсем хорошенько обдумал. Он ведь тоже плохо запоминает, не то что эти все… Малфой его обозвал… или, получается, назвал дебилом этим, а заучка, получается, что? Подтвердила, что ли?

Раз у него с логическим мышлением неважно, как сама и говорила, не раз… И что он в школе специальной учится… так и остальные тоже! Хогвартс, точно, очень специальная школа. Особенно порядки… Не очень понятно как-то это всё. И ещё сказала, значит, не беспокоиться, потому что есть и ещё тупее?

За такое, по-хорошему, тоже надо убивать, а потом Эванеско, чтобы никто не узнал… Эх, а у него не получается ничего убрать с помощью Эванеско, там тонкость какая-то в движении палочкой, хотя слово-то несложное…

Неужели он всё-таки дебил? На почве предательства крови… Нет, лучше про такое не… А Крэбб с Гойлом тогда кто? Имбецилы какие-нибудь? Это красивое слово, не зря запомнил.

Ты дебил, меня глупее,

Идиота ты умнее,

Рон же лучше, чем кретин,

Не какой-нибудь блондин!

* * *

— Этот Малфой меня инвалидом обозвал! Умственного труда инвалидом… А я не собираюсь до инвалидности работать! И я, может быть, вообще работать не буду, в смысле, умом! А так как-нибудь обойдусь, в квиддич буду летать… э-э, играть!

— Ну ты и скажешь, Рон!

И если Гарри просто немного удивился, то Гермиона тут же вцепилась в бездельника, собирающегося пропасть в безделье!

— Интересно, как именно, Рональд Билиус Уизли, ты обойдёшься в работе без ума?

— Ну как-как? Как многие обходятся. Что я, хуже других?

— Рон, какой же ты… специальный весь, прямо не могу! И какой душный!

— Нет, я не душный, ты, Гермиона, не путай, от меня иногда просто запах доносится такой… затхлый! От одежды, и всё…

— Я знаю, как пахнет затхлость, Рон Билиус! И ты нигде не затхлый. Ты, к сожалению, здорово так приваниваешь, если говорить языком корректности и милосердия!..

А когда Гарри подначивал, Рон только принуждённо улыбался:

Мне снился чудный сон,

Впервые в этой жизни:

Нахальный как бизон,

Стал скромным Рон Уизли!

Стал тихим и простым,

Казалось, что навечно,

Я всё ему простил,

Во время сна, конечно.

О, как ужасна явь!

Не верьте же надежде,

Очнулся утром я,

Осталось всё как прежде!

* * *

…Вот опять заучка прицепилась, воспитывает, воспитывает, правила поведения за столом напоминает, аппетит портит…

— Рональд, помни мудрые слова про умеренность и аккуратность! Это важнейшие человеческие качества, делающие нас приемлемыми для окружающих!

— Аккуратность, аккуратность… Вот привязалась! Хагрид же говорил, что все твои критики когда-нибудь сдохнут, и всё станет нормально, когда-нибудь! А лет-то ему сколько, поди знает, о чём говорит!

…Кстати, мой папа, большой гурман, благодаря маме (себя он называет практикующим гурманом), утверждает, что умеренность в еде — это просто отражение неуверенности в себе, вот. А с неуверенностью нужно бороться, это же понятно!

Когда я уничтожаю еду, решительно и до конца, с огромным удовольствием — я борюсь и существую! А в остальное время я себя просто влачу, даже если с Малфоем борюсь. Такая вот, как Брюква говорит, экзистен… это, циальная трагедия…

— Ворчу-влачу, к голоду-палачу! — тут же отозвался Гарри. А Гермиона только едва слышно вздохнула. И даже не стала делать замечания насчёт насмешки над фамилией преподавательницы. Вокруг неё сплошные демагоги, тоже экзистенциальная… не трагедия, но проблема.

Правда, Гарри она, по крайней мере, может вытерпеть, почти всегда. А этот Рон… Как хорошо, что Гарри его уже мало слушает. Правда, Рон его вообще не слушает. Так он никого не слушает. И достаточно о нём!

* * *

Рон ни с того ни с сего грубо пошутил про очки Поттера, которые можно к голой заднице приклеить, подрисовать шрам и прочее. И ходить великим-двуликим, ха-ха. Гарри чуть изменился в лице, но промолчал. Про рыжего уже сочинялось, в автоматическом режиме…

А Гермиона сердито внушала хихикавшему над своей остротой Уизли:

— Как ты можешь такое про друзей, Рон Билиус? Это так же невежливо, как советовать нашему Нику носить голову подмышкой! Хотя он так окаменел, что… Или тебе перенести веснушки этажом ниже и всем показать? Тогда тоже кому-нибудь будет смешно, если веснушки на заднице...

Для человека с упором на запоры у тебя какой-то подозрительный словесный понос! Как у задницы! Не брызгай на друзей, Рональд, это последнее дело! И потом вылетит из Гарри — не поймаешь, не будь я начинающим мастером жалящих заклинаний!

Рон насупился. У него и внизу конопушки, что спереди, что сзади! И Поттер знает, раз в душевой вместе бываем. Как бы в стишок не вставил, такой может, ведь ничего святого! Он рифмы раб, он ей царап…

Да, зря он Поттера царапнул, надо было Малфоя, да случилось как-то, захотелось и всё. Он часто так говорит, не сильно думая, потому что торопится всегда. Ума-то у него много, надо же его быстрей показать, пока другие не опередили. Раз в этой школе рады и опередить, и обмазать, заодно, и отпинать, при случае, или хвост наколдовать, тоже очень плохая вещь…

* * *

— Рональд Билиус, это уже наглость! И эссе тебе дай списать, и языковые загадки для урока Брюквик отгадай, и пирогом с патокой угости, и в шахматы поиграй… Сладкой жизни захотелось? Вот для чего тебе друзья нужны, да? Да то, что у тебя такие друзья, особенно Гарри, это же джек-пот, практически! Тобой вряд ли заслуженный, если честно…

— Не знаю, кто такой этот Джек, но пот я, мисс Грейнджер, проливать не собираюсь. Максимум, на конном бое и в пинг-понг можно ещё попроливать, ладно.

Но проливать пот своего мозга? Ты обалдела, что ли? Он и так всё время уставший, этот мозг, он же всегда от усилий сморщенный, как ты про извилины всякие болтала… я же им думаю и думаю… И вообще, пусть рабы пот проливают!

— Рон, где ты собрался брать рабов? В специальном магазине, по акции: купил трёх рабов — рабыню в подарок?

— Ы-ы-ы-ы, Гарри, ну ты отмочил… рабыню, ага. Да есть у магов методы, когда… Да только нельзя так, следят за этим всем… авроры всякие следят, да и сильные семейства могут так тебя проклясть, за попытку кабального контракта…

— Ага, а если можно было легко обращать в рабство, то ты бы согласился?

— А ты бы нет? Чтобы и раба, и барахлишко его… Да все бы хотели, кто б сомневался?! Только не все признаются, вот и всё!

— Так ты у нас рабовладелец, значит, потенциальный?

— Не, потенция нужна, только если рабыни там… много, когда этот, как его, гарем! А с рабами и без потенции управляться можно, я так вам скажу! Рабство не так давно отменили, поэтому маги помнят его хорошие черты, и нехорошие тоже…

…Похоже, Рончик так и думает — мы его рабы, проливаем пот своих мозгов, и не только, для его пользы. Так бы ему это и высказала в рожу наглую, разнообразными словами, и в подробностях! Особенно за то, что и тупит, и хамит, и моется редко! Да только Гарри обидится…

Немного позже Гарри за спиной друга обсуждал его с Гермионой:

— Рон полирует свои мозги тремя играми — квиддичем (в который не больно много играет), шахматами и плюй-камнями. А, ещё взрыв-картами, да. Мы его немного развлекаем пинг-понгом, но, в целом, итог грустный. Не в коня корм, увы.

Шлифовальный камень, выбранный Рончиком, очень грубый, и мозги как-то стёрлись уже, их и не видно… Ага, свои он полирует, до истирания, а наши — компостирует, до пробивания насквозь! У меня лично такое ощущение, подруга, ну, иногда именно такое…

— У меня чаще насчёт насквозь! Может, Рона научить играть в карты, ну, помимо взрыв-карт? Это его отвлечёт… от нас.

— Можно, но только если тут найдутся партнёры, и в достаточном числе. Иначе играть придётся нам, сама понимаешь.

— Ой, тогда ну его! И Рон, когда взрывается, сиреневый и смешной, раз с шевелюрой такой контраст…

* * *

— Рон, значит, «хужесквибные» у вас в семье не произносятся, а «маглики» — пожалуйста? Ну, знаешь ли, представитель светлого семейства…

— Да чего ты, какие маглики? Не говорю я так!

— Ага, не говоришь? Ещё как говоришь, с подхихикиванием, очень противным! За неполные три года я дважды слышала от тебя это слово!

— Нет, вы посмотрите, целых два раза! Подумаешь!

— Более чем достаточно, ведь это ругательство! Признавайся, от кого слышал?

— От папы, наверное, он же с ними всё время борется… защищает от плохих воспоминаний, неправильных всяких…

— Это им память стирает, чтобы человек поглупел?

— Ну положено так, раз маглы, чего там…

— Всё ясно с тобой, волшебная шовинистическая свинья! Соси Гаррину карамельку, и от моего эссе лапы убрал! Маглики сердиты на Рона Великолепного, на палочку налепленного… Иди к Малфою и скажи, что он тоже хужесквибный, вроде тебя! Вы прекрасно поладите!

— Гарри, нет, ну только посмотри на неё! Или послушай… Нет, не слушай, там неправда всё! Кроме того, что Малфой — хужесквибный…

* * *

Подарю Малфою мину,

Ему в задницу задвину!

Пожиранцы в Хог ворвутся,

Так на ней все и взорвутся!

Наученный Рон подробно объяснил Малфою, что мина — эта магловская железная штука, с двумя или тремя Бомбардами внутри, для засовывания в магические задницы, чтобы тренировать прочность. И Малфой будет самым тренированным!

Но тот, в ответ на угрозы взорвать слизней презренной магловской миной, да ко всем Салазарам, вскоре сочинил Рону ответ. Причём именно про мину. Магловскую! Цинизм беспредельный…

Отчего ты без ноги,

Жопки половина?

Оттого, что Рон вчера

Наступил на мину!

Рон минировал поля

Своим вонь-продуктом,

Позабыл где — вуаля,

Стал уродом-трупом!

Рон очень негодовал на мерзкий стишок, где он наступал на мину и оставался с одной половиной, а потом вообще — некрасивый труп, и никаких! Это же магловское всё, когда про мину, и Малфой не должен, как это он магловское посмел… Это же он на моём месте… то есть на мину… это должен быть он, когда на мину!..

Гарри испытал некоторое раздражение. Вот заладил, по третьему разу одно и то же! С другой стороны, пожалуйста — мощь литературного слова, коль для Рональда стишок и реальность переплелись!

Жаль, Брюквик про такое не расскажешь, а ей было бы интересно. Ладно, Гермионе расскажу, ей про такое тоже будет интересно, она Брюквочке занятные вопросики задаёт…

— Рон, повторяешься уже. Мина, мина… лучше делай хорошую мину при плохой игре, и всё!

— Это как? Быть хорошим за плохое? Ну ты, Гарри, даёшь!

— Да просто! Я видел, как ты перед плюй-камнями ждёшь ответа — выиграл или проиграл. И если проиграл да ловишь плевок, мина твоего лица совершенно нормальная, то есть хорошая. Или почти. Так что умеешь ты всё!

— Да не так! Эти плюй-камни… это же игра, вот. Подумаешь, плюнули — это же камни, умные на них не обижаются! А слизень — он этот, как Гермиона ругалась на кого-то… реальности кусок! Он хуже, чем плюётся!

Он блюётся… нет, ещё хуже, как там культурное слово-то для этого всего… ис-праж-няется, вот! Подвергает испражнительному процессу, потому как магловскую мину у нас украл и теперь в меня кинул! У меня только половина этой самой теперь! Обидно…

— Понимаю, Рон! И в чём-то сочувствую. Но это же Малфой, он умеет даже магловской миной, его учили. И сам он тренируется, на всех подряд. Даже на некоторых слизеринцах, однако нас особенно любит. Но! Так ему и отвечают, Рон! И не только мы.

Вспомни, как толстуха Булстроуд его в унитазе купала, с полным погружением в жидкую среду, окрашенную. А Гойл потом хвастался — дескать, босса кунали по самую причёску, а он терпел, ничего не говорил, потому что очень стойкий к трудностям! И всё кунание доблестно выдержал, не вдохнул ни разу, вот вообще желтоватой воды не нахлебался, вообще…

— Ага, ага, его Малфойчик за это восхваление ещё жалящими воспитывал… Это что же получается? Меня Гермиона твоя воспитывает, а она умная, признаю, я же умный… практически. А Малфой Гойла воспитывает, так? Да и Крэбба тоже…

Значит, Малфой тоже умный, что ли, раз воспитывать умеет? Чё за фигня, Гарри?

— А какой же ещё? Нашего Малфоя с детства дрессируют на большого начальника, он много знает, и не только заклинаний. Он учится хорошо и отлично, не ленится особо. Хотя Гермиона говорит, что ленится и нередко поверхностный такой, на амбициях…

Конечно, он умный! По-твоему, если злой козлина — так обязательно дурак? Он дурак в том, что к нам лезет, ну и к другим тоже. А в остальном он умный. Плохой умник Драко, на пакости лаком, вот!

— Да ну тебя, Гарри, скажешь тоже! Чтобы Малфой — и умный… Дурак он, с деньгами в тумбочке, которые не кончаются, и не кончаются. Он умный в смысле денег, а в остальном — дурак дураком, я так считаю!

— Ладно-ладно, оставим этот сложный умственный вопрос на потом! На слад… на несладкое!

* * *

Полезный зверёк Добби принёс вкусного, раз до отбоя ещё масса времени. И повторил отвалившийся острый рант на ботинках мальчика-героя, прикрепив к их тупым носкам куски расплющенной толстой проволоки, под невидимостью. Раз у кого-то в руках силы мало, так имеет право этот кто-то и ножную силу применять, с усовершенствованиями. Во имя справедливости…

Рон потом выпросил последний пирожок, с рыбой, тёпленький… Ну да ладно. Добби ещё принесёт, эльфийскими правилами подкармливать не запрещено, мы же растём. И как нам без того же сладкого?

Рон, умащиваясь в постели, ворочался и остро пах пирожком. Ну, хоть пирожком… А вредноскоп хорошо показывал приближение слизней, трещотка магическая, полезный подарок! Можно за него конопатому конфеток отсыпать, можно! Лопай, Ронище, с причавкиванием и полной отдачей, лопай, может, морда треснет…

Не станем крысу мы держать -

Грызун и нечиста!

Прижмём к себе ручную гладь,

Огромного кота...

Красив и грозен Живоглот,

Волей Бастет храним!

Да, удивительный проглот,

Хозяйкою любим!

Торопливо пошёл дождь. Щит Протего сверху защищал отлично. Да, круто быть волшебником!.. Рядом озабоченно чирикали воробьи. Живоглот, которого взяли с собой, тоже укрывался от падающей воды под щитом хозяйки. И подчёркнуто отворачивался от этой суетливо скачущей добычи. Одни перья!

…Лягушки гораздо лучше, не говоря о мышах. Как громко шуршат полёвки в траве посреди ночной тишины, прелесть. И какие они медленные, по сравнению с кошками! И кровь такая горячая, чудо, а не напиток!

Да, насколько же млекопитающие выше холоднокровных этих амфибий, никакого сравнения. Этого Клыку не понять, хотя чутьё у брехунца исключительное, это мы признаём. Зато слышим не в пример лучше, м-р-р…

* * *

…Вот страшноват Живоглот на всю морду свою, расплющенную, а ведь красавчик, даже когда не мурчит. Потому что и глаза умные, и морда очень понятно все эмоции показывает. Прямо собачья морда!

По Клыку тоже отлично видно, какое у него настроение, и что накосячил, и что был наказан. А особенно отлично видно, насколько жрать хочет: сильно, очень сильно и просто край, не могу, как сильно хочу, гав-гав!.. Рон всё никак коту свою крысу простить не может, а зря. Ох, не ему с полукнизлом тягаться, куда там!..

Гарри наглаживал Живоглота, расположившегося на его тёплых худых коленках, и успокоено размышлял. Коты — хорошо! Молодчина Гермиона, что на Живоглота тогда серьёзно потратилась. Потому что получается, и у него теперь кот есть. Гермиона не ревнует, умница. И котяра часто к нему забирается, и не когтит, так, иногда…

И у Невилла любит полежать, там коленок-то куда больше… Так хорошо кота гладить и мурчание от него получать, очень это уютно. По-домашнему, вот. Если бы не твари, разнообразнейшие, включая слизеринских, то Хогвартс был бы образцовым домом.

Да, именно образцовым. А раз это Хербер какой-то, то выходит — странный он дом. Поопасней, чем дурслятник, раз в десять. Или сто. Но с Живоглотом гораздо лучше, на мурчание что-то у тебя внутри отзывается, сладко так…

А Рон странный какой-то, раз кошек не любит, очень странный, и всё! Кошек не любит, собачек боится, да к облезлой крысе стремится — странный волшебник!

Был массивен кошак Живоглот,

Но залез он на шкаф, бегемот.

К Рону прыгнул он смело,

На нём кучу соделал,

Ибо кот сразу брал в оборот!

* * *

С Живоглотом удалось подружиться почти сразу. В тот вечер близнецы отвлекли Рона за ужином, и Гарри досталась последняя куриная ножка с общего блюда, крупненькая. Он её сунул в карман, пусть будет…

И вспомнил о трофее незадолго до отбоя. Да, неплохо бы себя порадовать вкусненьким, пока в прожорливого друга камни плюют. Есть шанс, что не прибежит на запах, с претензиями… Мальчик развернул салфетку и с удовольствием впился в хорошо прожаренную сочную плоть. Курочка и остывшая радует! И буквально почувствовал чей-то взгляд.

Рыжий котяра спрыгнул с колен Гермионы и решительно направился к избранному куровладельцу. Подошел и очень интересно взглянул, прямо сквозь очки в мозг пробурился. Дескать, очень нуждаюсь в курином довольствии, приятель, крайне, и немедленно. Не сильно настаиваю, но очень хочу, во имя пушистой хозяйки, нам с тобой небезразличной…

Гарри стало смешно. Прямо как разговаривает, такая рожа! Ну, раз во имя, то не буду второй раз откусывать, держи, рыжий... И он протянул домашнему зверю ножку, коль тот вежливо попросил, взглядом больше, только разок и мяукнув, тихонько. Да, Рон так не умеет просить, совершенно не умеет…

Уж раз во взгляде том, да в звуке том слышались и просьба уважить, и сдержанное достоинство, и симпатия к другу хозяйки… Пожалуй, ножка котищу важнее, чем мистеру Поттеру, раз прибежал, даже греться на коленях перестал.

Раньше Живоглот совершенно спокойно на посторонние перекусы реагировал, вёл себя важно. От Рона разве что отворачивался. Специальный такой котище, недаром подруга в магазине именно в него сразу вцепилась и сияла. И мурлыкать научилась, почти сразу.

Кот аккуратно взял дар в пасть и дружелюбно ткнулся широким лбом в колено. Мол, благодарствуйте, уважаемый герой, во имя...

— Во имя Бастет Мышеедной? — шутливо спросил Гарри, припоминая одну древнеегипетскую богиню, из важных, дочь Солнца и Луны, вроде.

Кот довольно мурлыкнул. Мальчик-герой почитает великую из золотого века котиков, титулует богиню, и почти правильно. О, великая нильская цивилизация котиков, о, бальзамирование миллионов пушистых хвостатых, о, почтительные хозяева, благодарные фамильяры и их фараоны, жившие по сотне лет!..

Так пошла дружба. И Живоглот отныне нередко выбирал его колени. А если Гермиона захватывала питомца в спортивную комнату, кот, вертя круглой башкой, с любопытством следил за полётами стремительного теннисного шарика

И прыгал за ним, если тот летел в дальний угол. Но если за шариком достаточно было нагнуться, сделав шаг-другой, Живоглот себя не утруждал.

— А ведь он шарик несёт кому надо, где бы ни поймал. Знает собачью работу, молодец! И ловит так ловко! — немного удивился Гарри, обратив внимание на активность рыжей бестии.

— А то, Глотик у нас умничка! И тоже любит тренироваться… — довольно ответила хозяйка. Рыжий и мордастый негромко заурчал, явно в знак одобрения. Прыгать — здорово, это очень по-кошачьи!

— А Рону никогда не приносит...

— Да, я заметила, — нейтрально отозвалась девочка.

Гарри не стал развивать тему. Ему было ясно, что настоящей дружбы между пушистой и прожорливым нет. Это он их заставляет как-то… он вспомнил длинное слово и похвалил себя… взаимодействовать, вот.

Не ссорятся — и хорошо. То есть ссорятся, но не разругиваются. Было неприятно, когда Рон, обычно не правый, обижался на острый язычок отличницы и возмущённо кричал: «Гарри, да скажи ты ей!..» Нет, он не говорил, ведь права подруга, права. И он предпочитал Рона успокаивать.

А Гермиона ему жаловалась только, что Рональд опять забыл, не выучил, не сделал, обещал и не выполнил, списал слово в слово, а так же нельзя... В этих обращениях он со временем стал различать невысказанную просьбу повлиять на гигантского ленивца, как припечатывала Рона подруга, и не всегда за глаза.

Когда Гермиона сердилась, то легко называла вещи своими именами. Впрочем, и Гарри тоже доставалось — когда за нехватку прилежания, когда за плохие слова в песенках и неуважение к профессорам. Но Рон сердил её гораздо качественней. И уже чуть ли не ежедневно. Потому что у неё куча занятий, а рыжему и дай сдуть эссе, а лучше два, и конфетку дай, и от шоколадки отломи…

После василиска Гарри чувствовал себя повзрослевшим. Прежде всего, за счёт понимания того факта, что надо готовиться к новым неприятным встречам. Раз в этой школе его готовы убивать и Блэк, и дементоры. А вот Рон остаётся прежним... Рончиком, с огромной пищевкусовой зависимостью.

И гигантским ленивцем, как он тоже звал друга, сначала за глаза. А затем и не только за глаза. Потому что Рон давал всё больше поводов, чтобы и в глаза уриной брызнуть, и корону лопатой поправить.

Те же шутки у рыжего всё грубее и грубее становились, хотя порой бывали и удачными, особенно против Малфоя. Одна из его плохих черт — то, что покритиковать очень любит. Мягко выражаясь, конечно. Рончик тот ещё критик! Все у него дураки и ничего не понимают.

И поныть ещё больше любит, потому что и близнецы, и лохматая (за глаза, правда), и преподы, и эссе эти, и конфетку... Ты что, уже всё съел, да? А я, а мне?.. Чего свои, свои, а я же уже всё, я и не заметил, они же съедаются на раз, тебе жалко, да?..

И эпизод с сэндвичами во время первого знакомства сразу вспоминается. Рон тогда умял всю внушительную горку, жалуясь, с набитым ртом, что мясо и не сочное, и жёсткое, и остыло… А Гарри бы не отказался от жёсткого и остывшего, он сладким только перебил аппетит, а потом очень хотелось поесть. Особенно к самому концу путешествия.

Хорошо, что увиденные в замке чудеса до самого ужина надёжно отвлекли. И позднее не вспоминалось это пиршество на глазах у голодного и тощего, разок, может быть, только, или два.

А вот сейчас отчего-то стало всё время вспоминаться, как новый друг толстенными бутербродами запихивается, один за другим мечет, и шоколадными лягушками заедает…

* * *

Живоглот, за лакомства от Невилла, держался с ним вполне дружелюбно, всегда давая себя погладить. И как-то показал, по просьбе Гермионы, нюхнув жабий аквариум, куда ускакал Тревор — в душевую, в самую крайнюю кабинку. Ботаник был очень доволен и с тех пор всегда угощал, достойно.

А вот с Роном сразу не сложилось, ещё в том зоомагазинчике, когда котище Паршивца учуял. И потом очень быстро получилась полная вражда. Непримиримая, и при непротивлении сторон.

«Плохое животное!» — ворчал Уизли, и громко. «Никччёмный человечишшка!» — периодически шипел Живоглот, и почти понятно.

Не будем скрывать, что отношения Рона с Живоглотом — сильная и крайне драматическая история тех, кто друг другу сразу не понравился. Ненаследник Уизли не мог спокойно видеть этого многолапого убийцу! Вот кто настоящий паршивец, с большой буквы!

Этот Живоглот прянул прямо ему на голову и погнался за Паршивчиком, разбойник красномордый! Его расплющенная будка у него сразу вызвала огромное подозрение, там слово «рецидивист» вот такими буквами написано!

…Так, валяется и вылизывается, обожравшийся лентяй, весь довольный, прямо до отвращения… Вот как рядом с такой мордой, довольной, жить, а? Как несправедливо, ведь у него после еды никогда такого довольства не бывает.

Потому что вроде хорошо-хорошо в животе, а потом раз — и снова пусто, как колдорадио послушал! Ага, вот рифмочки пошли, сейчас как дам под хвост, пока заучка не слышит…

Схвачу рыжего кота,

Обломаю лапки,

Сдеру шкурку, что чиста,

Да сошью две шапки!

А остаток — на трусы,

В них чтоб было видно:

Коль замечены усы,

Котикам — обида!

…Да, это именно обида, рыжий враг Уизли-Погрызли, и сильная! Живоглоту никто не угрожал обдиранием! Это он обдирает в подземельях и окрестностях замка почти всех, кого встречает, кроме лис и барсуков всяких! И тебя обдерёт, Уизли, только попробуй нарушить мои границы, и обломает, до кучи…

А обиженный на всех долговязый и проголодавшийся подросток никак не унимался:

Рыжий скотик наверху

Вдруг запел: «Кукареку!»

Шмель, наверно, зажужжал,

Коль б прибор в дверях зажал!

…Никогда и ничего он не зажимал, враг ты, запорный! И шмелю вообще нечего в дверях зажимать, если это не директор Дамблдор, он же Шмелинг! И тебе бы стоило лучше вылизываться, неряха Уизли, больно дух от тебя тяжёленький, оскорбляющий обоняние…

Только ты, придурок, языком своим, длинным, одну чушь молотить умеешь, а в жизни ничего полезного не сделаешь, Бастет свидетельница. И магия у тебя какая-то… несвежей мышкой отдаёт, вот!

* * *

Рон с утра был мрачен. Полночи его топили в огромном ведре с ледяной водой, и всё-таки утопили, несмотря на героическое сопротивление. Проснулся с чувством утопленника... ужасно голодного утопленника.

Полный живот холодной воды, а перекусить нечем! Потому что на ночь увлёкся и, под одеялом, так вот последнее, утащенное с ужина, и добил. А Паршивец, негодное животное, тоже всё сожрал, а ведь иногда оставляет в клетке подсохшие кусочки... Никчёмная крыса!

Вспомнились стишки Поттера, где вроде наезд на крысу, где-то и очень заслуженный, да. Но и на владельца тоже! Хотя про тихонько гуманно получилось, типа, по-дружески…

Пусти в постель -

С тебя не слезет.

Паршивец — в щель,

И там облезет…

Потом подохнет,

Затем протухнет…

И Рон не охнет,

Тихонько пукнет!

Ещё Рон вдруг вспомнил, как в раннем детстве он тщательно привязывал сзади веник, надеясь на лучшую жизнь… Веники, чтобы денег стало больше, и чтобы ему купили… Да там такой список, до сих пор приятно вспомнить! И как неприятно вспомнить, что почти ничего не сбылось!

Так было неудобно ходить с этими вениками, а на метле летать и вовсе невозможно… А близнецы только ехидно улыбались, и ничего не говорили, специально! И только Перси объяснил, что это присловье, насчёт того, когда, мол, в доме нету денег, тогда привяжите сзади веник… Дескать, давно уже оно не работает, Рон, можешь не мучиться!

Ты пойми, когда-то было очень сильное заклинание, подарок от двух архимагов, полулегендарных. Которые не уничтожали друг друга, а с чего-то вдруг объединили усилия и помогли магическому человечеству. И вроде даже маглам это присловье как-то помогало… да ну их!

С чего вдруг архимаги скооперировались, никто не знает, но заклинание хорошо помогало, многим. А некоторым счастливчикам — так и отлично. Они эти веники лаком покрывали и сохраняли. И даже, вот, стишок был написан.

Потом данное заклинание, беспалочковое, кстати, уже лишь частично выручало, ещё потом — только по мелочи. Но уже лет триста как совсем выдохлось, хотя некоторые утверждают, что если взять несколько веников… Однако, Рональд, верить кабацким разговорам просто глупо!

* * *

Это важно, когда у человека есть кот, и даже магоугодно. На фоне всяких тварей несомненно домашние животные необходимы. У него есть питомцы и знакомое зверьё, но удалённого доступа. Сова в совятне, собака в доме Хагрида, жабу он за человека… своего питомца не считает, крысу тем более…

А теперь кот под рукой, очень такой домашний. И мурлычет прямо тебе, это очень важно. Для Гермионы рыжий котище — очень подходящий зверь, видно, что они всегда друг другу рады. На это приятно смотреть.

Паршивец, конечно, достоин сочувствия, имея, с одной стороны, и такого специального хозяина, рыжего и визгливого, любителя поставить ему клизму, с очень довольным видом. А с другой стороны, получив довольно страшного врага, рыжего и мурчащего. Но у Паршивца есть вполне надёжная клетка. Рон почему-то не понимает простой вещи: если где-то шныряет кот, крыса должна быть под замком, вот и всё.

* * *

…Клык в душе признавал вину за то, что порой не удерживается и трахает хозяйскую ногу. Потому что нет большего удовольствия! Ведь ни одна сучка не сравнится с ногой великого герцога Запретного леса! О, эта сиятельная нога, что прекраснее любой, даже самой накрахмаленной болонки…

Клыку как-то подвалило счастье повязаться с благороднейшей догиней, о-о-о… Как же визжала её хозяйка, и обзывалась на Клыка, за полукровность его, окаянную. Да, с догиней было классно — и запах, и цвет, а уж оргазм был, чуть ли не многократный… Но это очень интимно, Клыку неудобно даже вспоминать, он довольно чувствительный и немножко стыдливый пёсик, гав-гав…

Так даже в сравнении с догиней эта величайшая нога невероятно притягательна, вот трахал бы, и трахал! Однако слишком часто нельзя, герцог не любит. И Живоглот не понимает прелести такого секса. Ни разу не понял, сколько не объясняй. Мурчит своё, и мыслеобразы очень чётко прямо в собачью голову вкладывает, довольно сердитые.

Дескать, кошки ног не трахают, о них тереться надо и свой запах человеку передавать, чтобы тот не потерялся. Максимум, по груди хозяйки потоптаться, но только передними лапками, и недолго! К хозяину надо прижиматься и греть его, и самому греться. И лизать в лицо предельно аккуратно, и по чуть-чуть, и только в подходящие моменты, самые интимные!

А ты же меры ни в чём не знаешь, даже в доме погадить готов, если съел не то. Мы, кошки, очень разборчивы в еде, а ты, бывший блохастый? Ты деревенский всё-таки пёс, Клык, тебя когда-нибудь пришибут, сапогом, за непростительные пищевые ошибки! И наварят из костей ароматного клея, а хвостом мусор со стола сметать будут, это очень устойчивая людская привычка, сметать, и ежедневно, он в курсе!..

Живоглот, конечно, много себе позволяет, потому что очень специальный кот, книзловатого типа. Так и Клык, как выясняется, тоже крутой питомец, раз фамильяр. Не хуже и Живоглота, тем более, и весит куда больше, и голос очень громкий имеет, и личную конуру. Хвост на метёлку — это, конечно, вроде как и понижение в статусе, посмертном…

А что, пусть и мусор такой метёлкой! Герцог же будет сметать, повелитель всего! И хвостов тоже повелитель. Тем более, его хвост — большой предатель, может и не про то рассказать, с перепугу, сколько уже случаев было. Трусливый кусок, им порой только сметать, это верно, котявый мурмурелла!

Когда Клык волнуется, он придумывает новые английские слова, это свидетельство развития, оближись, Живоглот! Кстати, все сучки наши хвостики обожают, это важно, и свои умеют увлекательно поднимать, это ещё важнее…

Мистер Поттер отметил, что так называемые навозные бомбы — очень неплохое оружие от всяких слизней. И затем использовал оные бомбы против компании Малфоя ещё дважды.

Сначала Гарри применил обычный подрыв, но тогда почти всё принял на себя шедший впереди чрезвычайно широкий мистер Крэбб. Его возмущение было очень громким, и это единственное, что стоило бы отметить. Нет, заляпанность остальных имела место, это тоже следует отметить!

Зато превосходный эффект получился с забрасыванием сразу двух штучных изделий в туалет, когда туда заходила вся троица: сначала Крэбб, потом наследник, сзади — Гойл. И когда Гойл собирался закрыть дверь, Гарри и метнул, обе бомбы. Из-под мантии-невидимки, само собой. А потом закупорил дверь чуть менее простеньким запирающим заклинанием.

Ух, сколько энергичных выражений и движений доносилось из-за двери! И визгливый голосок хорошо дверь пробивал, и басы крепко выражались, и плечи с ногами наружу ломились. Да только куда там!

Малфой не скоро догадался про чуть хитренькое заклинание, где Аллохомору нужно было дублем усиливать, трижды. Ха, наследничек протупил, при стрессе плоховато соображает, молодец, и здорово обтекал…

Навозная бомба — сильная вещь, даже на открытом пространстве ароматом крепко душит, стойкий он у неё. А уж в закрытом помещении эффект был особенно заметен, да ещё от двух бомб подряд!

Малфой даже обед пропустил, это очень приятно было увидеть, особенно Рону! Телохранители ничего, на обеде были изрядно крепки духом, но догадались сесть подальше от остальных. А старшекурсники сразу применили ароматизирующее заклинание, на весь стол, оно же не из сложных.

Ну а Драко просто не решился в неароматном виде предстать, на конфетках до ужина просидел. И мантию, унавоженную и заблёванную, потом выкинул. Тихо в тот день было за обедом, не приставал никто. Так и стишок-лимерик ехидный сэкономил, на следующий раз!

Зельевар пробежал по паpкету,

Удивлён, что нигде стёкол нету,

Только бомб аромат,

Слизни раком стоят…

Гарри их приучал к этикету.

В общем, мистер Поттер почти весь третий курс носил в сумке одну, а иногда и две навозные бомбы, или каломины, как почти изящно выражалась Гермиона. И порошок мгновенной тьмы, и чихательный ещё, и рыгательный, и ещё помрачающий порошок, пусть тридцатисекундного действия. Да за полминуты маг под помрачением такого натворит! Или маги...

Эх, надо бы тогда кислоту носить тоже, раз такое сильнодействующее средство! В школе сильной кислотой нельзя, зачастую, а органической — запросто, хоть всё время. Раз её в виде приправы используют. А насколько она там концентрированная, это второй вопрос…

Пригорелое фритюрное масло с кухни, наливаемое в карманы, волосы и сумки, хорошо действует, но и Малфой ловок чиститься. Квалификация слизня растёт! Может, тогда концентрированный уксус в сумку с книгами, с помощью Добби? Или быстро нейтрализуют, вещь-то распространённая в обоих мирах, раз запах сразу выдаст?..

Может, Филча лишней бомбой унизить, за всё хорошее? Да ну его, есть кандидатуры и подостойнее. А Филч такой… отстойный, и всё! Если человек добровольно себя калом намазывает, для здоровья, что ты с ним сделаешь? Отойдёшь подальше, да и всё, вот наш правильный ответ!

* * *

Бояться большого пожара в Хогвартсе особых оснований не было. Домовиков больше сотни, аналог Агуаменти знают, очищение воздуха от дыма знают, завалы разбирать умеют, аппарировать с учениками умеют… Всех старшекурсников тоже учили, как бороться с огнём, как оказывать первую медицинскую помощь. Преподаватели, из сильных, могли вообще почти всё!

Так что никаких оснований отказываться от испытаний огненного противодействия не было. Пусть взрывная волна после хлопка горючего газа — горячая и опасная, но если количество взорвавшейся смеси невелико, слизеринцы пострадают умеренно.

Да, мисс Грейнджер именно так думает. Она мысленно уже взрывает смеси горючих жидкостей и газов, воздействуя на противников облаком… облачком огня. А мистер Поттер думает о бомбочках. Пока магии в нас мало, мы врага другим достанем, вуаля!

Мистер Поттер довольно долго переживал своё обезоруживание. Чудесно показавший себя гвоздемёт был конфискован деканом Минервой Макгонагал, и явно с концами. Ладно, хоть не схлопотал отработку. Конечно, он предпочёл бы в наказание за начинку слизеринских задниц гвоздями драить кубки и прочее, но зато остаться с автоматическим оружием, невиданным в Хогвартсе.

Однако деканша была непреклонна, чётко дав понять, что владельцу хитрого механизма его больше не видать. Дескать, нечего подобными магловскими штучками благородные шкурки дырявить, заклинания учите, Поттер, вы волшебник, а не магл! Хотя гвоздемёт и был магически усовершенствован Хагридом, да только кого в такой школе это будет волновать?

Мистер Малфой тоже переживал магическое бессилие перед развёрнутой и наступающей на него отвратительной магловщиной поттеровского разлива! И про гвозди сколько уже в рифму изощряется, гнусный полукровка, ведь вообще не останавливается!

За каждый гвоздик, терзавший его чувствительную плоть, ты, Поттер, заплатишь страшно и неоднократно, до чувства полного самоудовлетворения пострадавшего наследника! Гвоздить Малфоев категорически нельзя! Можно слегка пригвоздить его вассалов, но не более. А набить самую родовитую задницу Хогвартса целой унцией магловского металла — немагоугодно, слышишь, ты, Поттер?

Малфой Драко всем вопит,

Ему Поттер говорит:

«Висеть будешь на гвозде,

И терпеть всегда, везде!»

Малфой был нафарширован,

Он металлом очарован,

В Драко гвоздики хранят,

А вассалы лишь ворчат:

— Этот Поттер мечет гвозди,

В гвоздемёте их ведь грозди!

Тот металлом так плюёт,

Что до мышцы достаёт!

Наши мышцы — ягодичны,

И к гвоздям теперь привычны!

* * *

Что же, раз избранного для чего-то там мальчика деканша обезоружила, выдав слизням головой, как в старину говорили, то плакать не будем, мы же не Малфой! А думать будем, как воевать дальше, уже без гвоздемёта.

Малфой же не отцепится, так? Поэтому надо расширять уже имеющийся антитварный защитный комплект. Как-то: бомбы навозные, слезоточивые, самодельные, осколочные и кислотные, а также порошок мгновенной тьмы.

Опытным путём выяснилось, что распыление горючих жидкостей и порошков, особенно взвесей масла и бензина, оказывается, рождало эффект слабой Бомбарды. Это магоёмкое, опасное и запрещённое в школе заклинание, как известно, не отличалось особой точностью.

Самодельная как бы Бомбарда тем более не отличалась. Но при использовании достаточного количества огнеопасных жидкостей показывала себя на должной высоте. Ведь огонь пугает всегда!

Гермиона и Гарри учились распылять пары бензина, подальше от себя, а потом, с безопасного расстояния, добавлять немного кислорода и машинного масла, отработанного и позаимствованного у Дурсля-старшего, счастливого мерседесовладельца.

Масло в кислороде вызывало мгновенную вспышку, отчего тут же следовала аналогичная реакция бензиновых паров, с хлопком и приличной ударной волной. Необразованные юные маги дико пугались, считая, что это слабая невербальная Бомбарда, в сочетании с неудачной попыткой вызвать жутчайшее Адское Пламя, которое Адеско Файр. И молодцы, что так считали!

Однако не пламенем единым, что вы, что вы! Пускай враг испытает напор всех стихий: будет сдут ураганом, смыт наводнением, засосан мерзейшей грязью… и поджарен, вот. И заморожен тоже!

Мистер Поттер ещё раз попробовал курощать врагов жидким воздухом, и без всякого пари, жертвой которого так бесславно пали чудесные туфельки Малфоя, из лучшей змеиной кожи. Впрочем, редкая питонья кожа, став ценным трофеем, пошла в зелья, и это скорее славно, чем бесславно.

А для нового курощения холодом преисподней мистер Поттер нахально отвёл глаза ассистентке Снейпа, невербальным Конфундусом, буквально на полдесятка секунд, пустив заклинание в спину. И успел утащить из зельеварни весь сосуд Дьюара. Добби как раз предупредил, опираясь на информацию громкого мистера Гойла, что слизни отправились позаседать.

Прежде чем разлить кислород перед слизнями в туалете, под мантией-невидимкой, мальчик со шрамом предпринял некоторые сюрпризы. А именно, сначала шарахнул по кабинкам уже вполне годным для выполнения замедляющим Иммобилисом, не сильно-то простым. И сразу парализовал всех заседавших ещё более сложным Петрификусом Тоталусом, ненадолго, потому что на троих нужно много магии.

Потом вылил основную часть леденящей жидкости, отчего помещение заволокло паром, и сбежал. Разумеется, вместе с сосудом, и не забыв запереть дверь на суперклей. Снова отвёл глаза смазливой девице-ассистентке, и вернул ёмкость на место. Хорошо сработали добротно выученные заклинания, и магии в резерве ещё прилично осталось…

Пусть Снейп потом недоумевает, по какой причине жидкий воздух взял и как-то сильно улетучился? Раз этот резервуар открывают весьма редко, о чём мистер Поттер в курсе. Он ведь сначала всё разузнал, в подробностях, потом обдумал — и вуаля!

Между тем за столь ловко запертой дверью творилась нешуточная драма. Ведь туалет после испарения большой и очень особенной лужи на полу превратился в настоящий морозильник, совершенно настоящий. Ударило холодом, прямо как сильным заклинанием, по всем присутствовавшим, а те и пошевелиться первое время не в состоянии!

Наследник Малфой немного примёрз к унитазу, отклеиваться было больно. И очень поморозил нос, уши и мизинцы, до сильного распухания. Его-то паралич прошёл довольно быстро, но расколдовать вассалов трясущейся от холода рукой удалось далеко не сразу. И те запертую как-то очень хитро дверь выбивали долго, недопустимо долго!

В результате благородная тонкая белая кожа была серьёзно повреждена и отдавала ярко-розовым, до ярко-красного. Ужасный цвет, ужасные тона! И ощущения замерзания были просто чудовищны! Да у него сердце чуть не остановилось, так пробирало и колотило! Новые и абсолютно ненужные ощущения…

А также предчувствие того, что от коварного ловкача Поттера можно и ещё что-то узнать, примерно в том же духе. Ведь явно слышался голос Поттера, чего тот и не скрывал! Потому что распевал гадости вроде нижеследующей.

Слышен звон бубенцов издалёка,

То Малфой, замерзая, бежит,

С унитаза был сдёрнут с подскока,

Вот и членик уж криво лежит…

Вскоре слизеринцам пришлось пить Бодроперцовое зелье от простуды, гадость острую! Толстокожие вассалы страдали меньше, но тоже жаловались на обморожение пальцев рук и ушей головы, эти вымогатели шоколада и премии за выбивание двери... Но какое жуткое леденящее заклинание, сильное!

И слышно было, как Поттер в туалете на них колдовал, но там только понятные заклинания прозвучали, поэтому совсем непонятно, как он учинил столько холода? Может, это специальное морозильное зелье? Однако мистер Малфой о таком даже не слышал…

А Гарри, чтобы сбить наследника с толку, как-то поинтересовался, оценил ли он особое зелье «Снежная королева»? Дороговатое и редкое, но несколько минут большого холода даёт. Правда, сильный холод бодрит, Малфой? Или, скорее, всё же едрит? Ты учти, что если нашлось то, что едрит, то можно столкнуться и с таким, которое распроедрит вас всех, вонючие слизни!

Кстати, если на твой прибор налить такого зелья, он рассыплется на кусочки даже от небольшого удара! А ты же помнишь мою крепкую коленку, Малфо-о-ой?

Сильный Поттера удар

Породит меж ног кошмар!

Брызнет членский порошок,

Не ходить тебе в горшок!

Стрёмный Драко теперь скромник,

Он купил мочеприёмник!

От последних рифм наследник, обладавший отлично развитым воображением, как-то побледнел и отошёл в сторону, не ввязываясь в продолжение разговора. Потому что сразу вспомнил грустную судьбу изысканной обуви, промороженной какой-то маглятиной и раздробленной пошлыми ботинками Поттера на кусочки, с проигрышем пари. И решил, что беспринципный враг мог использовать и некую низкую магловщину, необыкновенно презренную, но пробирающую…

И новые стишки у него пробирающие, необыкновенно пошлые, до отвращения. Воистину стрёмные, как бы ни криво выглядело это жаргонное словечко! Наследник имеет высокие гигиенические стандарты, и ни в кого не вцепляется, а просто ставит на место всяких якобы избранных. Ведь это не только право, но и обязанность всякого высокородного!

Ты вцепился в меня, как колючка,

Ты вцепился в меня, словно клещ,

Но твоя чёрненькая штучка -

Самая глупая в мире вещь!

Ты решил подкатить-ка придатки,

Ты тупеешь, как будто барсук,

Подари вассалам манатки,

Чтобы с кружевами вокруг!

Мойся, давай, ты в душе почаще,

И тереби свой цветной причиндал,

И считай, что нет его краше,

И маши им, чтоб всяк увидал!

* * *

Ладно, слизня поморозили, до простуды, и теперь о другом думаем, более важном. Значит, серьёзного железа здесь точно иметь не дадут, во имя разоружения всех мальчиков-героев. Только контрабандой, если что. В принципе, если носить свинцовый шарик, небольшой, на полфунтика, да на цепочке-ремешочке, и в рукаве, то отмахаться можно.

И попробовать отбрехаться, если застукают — мол, это свинец, а не железо, очень мягкий и непрочный материал, вон, сколько вмятинок, смотрите!.. Ладно, сами там увидим, коли будем посмотреть. Да и отработки за магловщину можно пережить, здоровье важнее. Как глянешь на огромных телохранителей Драсика, так прямо и чувствуешь, что здоровье — важнее!

Значит, пока остаются изделия большой химии, как их называет подруга. Кислоты, щёлочи, перцовые баллончики, слабительные средства, психотропные лекарства, йод, марганцовка, зелёнка… Плюс набор юного химика. Магия почему-то частично презирает физику, отрицая электричество, почти. Но к химии магия лояльна, разрешает любые реакции. Насчёт термоядерных не знаем, но кислоты, щёлочи и соли взаимодействуют в замке чётко по учебнику.

Недаром в основе химии — сплошные превращения, то есть чистая трансфигурация! И химия очень разнообразна, но презираема магами, за каковое пренебрежение последует воздаяние. Чего вы не знаете, то вас и проймёт! Потому что химия — реально сильная вещь, восхитительно многоликая. А Гермиона — обладательница домашней лаборатории, разрушительная часть которой перекочевала в Хогвартс. И не химией единой тоже!

Есть ещё биологическое оружие, оно тоже это, конвенциональное, то есть разрешённое. Если нас тварями тварят… травят, в ассортименте, то и мы вправе отметить вас… э-э-э, отметелить вас… В общем, ответить вам той же монетой, то есть аналогичным образом. Тварненьким таким, в целях максимального отоваривания, вот.

Точнее, подобием аналогичного образа, потому что у нас какие там твари? Так, тварюшки! Грызуны да насекомые, по мелочи. Да, наша монета мелковата, детская такая. Однако в нужном количестве и в нужный момент! Чтобы вплоть до мементо мори, то есть — помни о смерти!

* * *

Ушастый вредитель таскал с кухни отработанное растительное масло, тёмное и припахивающее горелым, которое потом оказывалось в обуви и карманах как мистера Малфоя, так и вассалов. С точки зрения Добби, это крошечное вредительство, мельчайшее.

Конечно, Добби чувствует лёгкое недовольство магии замка за преумножение загрязнений, но оно тоже мельчайшее. Зачем магии размениваться на пустяки? Это и низшему эльфу понятно. Ведь наследник легко очищает свою обувь изнутри, только ругается, и всё. Правда, ему также приходится убирать масло из просторной обуви своих вассалов, из-за чего бывший младший хозяин очень сильно ругается.

Особенно когда надо чистить замасленные носки, на это нужно две или даже три попытки. Поскольку заставить вассалов часто менять носки — это непросто, спросите хоть у Рона Уизли! А если им подливать и в карманы, как придумал Добби, то времени на очистку уйдёт гораздо больше…

Добби так шутит, про носки и Рона, он научился шуткам у великих детей, и ещё немножко у Пивза, очень большого шутника, правда, крайне неприличного. Однако Добби умнеет, и понимает, какие шутки — приличные и детские, или сравнительно детские, а какие пошлые и непристойные. Если поступать с мистером Малфоем немножечко пошло, то Мать-и-Магия простит, это говорит интуиция чувствительного эльфа, поборника (красивое слово!) справедливости…

* * *

…О, никчёмный Добби не смог полить ненужным маслом внутренности слизеринских сумок, его внутреннее служение порядку противится такому вредительству, не совсем мельчайшему. Добби не виноват, то есть меньше виноват! Но он, будучи мелким ушастым вредителем-невидимкой, смог добавить чуть-чуть масла в шоколад и фрукты, припасённые Драко Малфоем для перекуса.

Пожалуй, масла было всё же не чуть-чуть, а больше. Потому что наследник даже визжал. И обвинял слуг в недостатке бдительности, хотя те не виноваты. У Добби очень высокая невидимость. И скорость высокая, он же электровеник, как говорит мудрейшая из девочек. Добби отличный электровеник, уверенно работающий под невидимостью!

Опыт с замасливанием продуктов дал противоречивый результат. Его бывший совершенно не может есть замасленный шоколад. И фрукты тоже не может. А вассалы могут, особенно шоколад. И на их физиономиях хорошо заметно отсутствие сочувствия боссу, а только интерес к полученной еде, и всё. Босс это тоже видит и сердится.

А слуги между собой прямо говорят, что Поттер умеет и нормально вредить, намасливанием, например. Все бы так вредили! Потому что шоколад у босса самый лучший, и фрукты отличные, а масляную обувь он просто превосходно чистит, раз магических талантов такая куча. Даже с замасленными носками справляется, видный умелец! Да их после его чистки ещё носить и носить, не меняя!

Поэтому низший эльф Добби обеспечит своему бывшему дополнительный фронт работ, как учат героический сэр Гарри и его мудрейшая подруга…

Рону мучительно снились кошки, причём абсолютно все! Да, все кошки его жизни, отрицательные персонажи, собравшиеся вместе, и явно неспроста. Вот Мурмурка, которая сбежала из Норы, на почве перекормленности и неблагодарности…

Да у неё в миске ночью такие куски, недоеденные, оставались, невозможно было пройти мимо, когда ночной дожор! Да он сам свидетель, как и близнецы Мурмурку грабили, отгоняя от миски… Мурмурка буквально и в сметане купалась, и масло с сыром имела, по потребности, и очень любила, и мясное-рыбное какое хошь. Сбежала, неблагодарная тварь, противница детского любопытства и подростковых опытов!

Потом миссис Норрис, трёхцветный кошмар, пусть и умеренный такой, в сравнении с прочими. И профессор Маккошка, неумеренный кошмар, с этой трансфигурацией живого мистера Уизли в неживое, и так далее… Да там одних устных пожеланий плохого от этого профессора-кошкессора столько наберётся, на целый мешок!

И ещё Живоглот, чудовищный кошмар его жизни, на любой, даже символический пинок в свою сторону отвечающий с громадными преувеличениями. Это, раздувая пределы необходимой обороны, вот! И выходя за все рамки, вот! Очень быстрая тварь, коварная, до не могу…

Так вот, все эти кошки крысились, правда, сначала не на него. А на Паршивца, которого жрали вчетвером, с довольным урчанием и даже повизгиваниями. Его личную крысу жрали… дожирали на глазах у владельца! И когда от бедняги оставалось уже совсем немного, стали смотреть на него, с очень заинтересованным видом!

Ворча и бия себя хвостами по бокам, а это плохая примета, когда на тебя так кошки крысятся! Потому что чуяли улику, которую мистер Уизли-младший прятал за спину, стараясь напустить на себя равнодушный вид.

Получалось плоховато, потому что в руках был недоеденный кусок пирога с котятами, отличный кусок! И от этого все внутренности наполняло, помимо съеденной части пирога, какое-то тягостное предчувствие…

Прямо как в тот раз, когда этот же гнусный квартет увидел у него в руках жестянку с верёвочкой, простейший прибор для обуздания и наказания котов. Тогда всё закончилось плохо, он просыпался с криками, забившись от погони в какую-то щель и пустив позорную струйку в трусы. Понимая, что не выберется и неизбежно погибнет в тесноте, от голода погибнет, самой страшной смертью…

Сейчас же хвостатые твари уже были готовы бросится на него! Причём Живоглот явно старался зайти сзади, хитрейшая из тварей, и уникально когтистая… С большим трудом удалось проснуться… скорее очнуться, потому что внутри был очень сильный голод, прямо как перед завтраком.

Чрезвычайно трудно заснуть, когда остаётся только нюхать руки, в тщетных поисках обнаружить дивный аромат мясного пирога, от которого мистер Уизли очень зависим… И чувствуя только свой собственный запах, который обычно совсем не аромат, особенно после расчёсывания сзади! Да ему даже тот тролль не снится, избитый дубиной и напрочь побеждённый, а вот кошки эти все…

Да они так мстят, пытая его бессонницей и голодом! Однако его не сломить, потому что он доживёт до завтрака, дотянет… всем хвостатым назло!

* * *

Рон, адресуясь другу, сердито читал антикотиный стишок, надеясь на одобрение. Этот котоскот ему пакостит, как будто понимает критику! Так обидно за тапочки, ведь он же не слизеринец… Надо же, и помпончики испортил, уродище криволапое! От такой обиды вдруг настоящий стих получился, очень хороший…

Гроза местной школоты -

Живоглот проворный,

Начал гадить мне в углы,

Словно барсук норный!

Я же зверя не боюсь,

Он ведь глупый, толстый,

С ним на славу разберусь,

Криволапым монстром!..

Однако вместо одобрения и ободрения автор нарвался на голимую критику. Гарри не собирался давать особо ценного зверя в обиду. Рончик многовато наезжает, лучше сам бы у кота чистоплотности поучился. Это всем было бы полезно! И мистер Поттер в ответ наехал сам.

— Живоглот и не глуп, и не монстр! Он ласковый и умный, да-да. И местная школота — это ты и есть! И метит он твою обувь за нападки, ты же его пытаешься пнуть, раз за разом, зараза такая! Да не сопи, я же не без глаз!

Ведь Живоглот тебя только разок под утро грубо разбудил, когда ты во сне пауков увидел и обделался! Он правильно сделал, это ты реагировал неправильно, на кота. И тапком ты в него тогда не посмел кидать, а сразу домовиков кодовым словом позвал, чтобы не позориться.

Они всё тишком убрали, но кое-кто от запаха проснулся и всё-всё видел, как твоя сестра любит говорить! А потом ты из-за ерунды в него обувью кидался, от крысы своей отгонял, хотя она в клетке была!

Говнюк ты, мистер Уизли, и тебе до такого умного кота долго ещё расти. Только за это время Живоглот профессором станет, а ты — десятилетним котом останешься, по уровню развития, и не книзлом, точно. Как-то слабо для крутого мага, Рон! Ты же крутой у нас, победитель троллей…

— Да какой там крутой, если меня кошак гоняет… и говнит! Гарри, да такая зверюга и клетку могла сломать! Паршивец же котов совсем видеть не может, впадает в истерику… знаешь, сколько в него надо накидать вкусного, чтобы успокоился?

— Да видел, как ты кидаешь… От себя отрываешь, самые маленькие кусочки, и скармливаешь, чуть не плача. У тебя такое лицо делается, как будто ты у Снейпа на отработке!

— Да голодный я… почти всегда! Устройство у меня такое, ты ж в курсе, Гарри, ну. Полюбите меня тощеньким и голодненьким…

— Грязненьким и пованивающим, ага! Тощенький нашёлся, ну-ну, жрец за троих, и четвёртый в очереди...

Жил разбойник один — Живоглот,

Несравненной разумницы кот.

Любил крысу гонять,

Много есть, сладко спать,

Как-то Рону устроил бойкот…

* * *

Этот день младшего Уизли развивался неплохо. Сначала он стихотворно поиздевался над кошкой завхоза:

Плачет Норрис в коридоре,

У неё такое горе:

Этой киске злые крыски

Сгрызли хвостик — до пиписки!

Но этого было мало, совсем. Так, разминка. И Рон всыпал всем этим котолюбам, которые за бесполезнейших зверьков заступаются. Ну какой прок от кошек в Хогвартсе, какой?

А если это кошка Филча, там столько вреда, что и не описать! И не только Поттеру на него стишки сочинять. Рон Великолепный и сам может рифмой дать, и очень метко, и всем подряд!..

Ох ты ж Хогвартс, ну и школа,

Закололи кошку!

Гарри Поттеру — кишки,

Гермионе — ножку!

— кривлялся Рональд, а потом и кидался, но был не только трижды оцарапан, но и дважды укушен. Включая укромное конопатое место сзади. В связи с чем много визжал и ругался, а потом жаловался, очень занудно. Дескать, пропал выходной день, совсем пропал!

Однако не нашёл ни капли сочувствия, и ни у кого. Потому что прав Живоглот, раз угрозы убийством совершенно не терпит. И швыряния чем попало в свою сторону тоже не терпит, не говоря о пинках. Уважай кошачье пространство, ты, невоспитанный норный зверёк! Иначе не только укусан-оцарапан, но и зажален будешь!

* * *

…Развеселившиеся Крэбб и Гойл, издеваясь, ломающимися басками проорали, почти чисто попадая в такт:

Рон, в сапог засунув кошку,

Мастурбировал в окошко!

Рон сначала стал придумывать оскорбления этим двум тупым жирдяям, но потом несколько отвлёкся. О, про сапог — это же идея, богатая, требующая развития! Пойду, Живоглота потиранствую, ведь приятно, когда ответить не может. Клыка неинтересно, он тупой и не понимает, да и здоровый такой, вдруг тяпнет. А рыжего нахала самое то!

— Ты, котяра, а знаешь, как у маглов, в самой глухой провинции, с котами, которые метят где попало и ненужных котят делают, поступают, чтоб не делали? В сапог с головой и всеми лапами засовывают, чтобы только хвост торчал, понял!

И потом отрезают напрочь всё ненужное, ха-ха-ха! Или просто суровой ниткой яйки обвязывают, чтобы сами потом отвалились… А ты тогда что себе вылизывать будешь, блохастый? У тебя же там совсем крохотный, куда мельче, чем у меня!

Живоглот пришёл в ярость. У людей и так масса недостатков, так ещё о самых неприятных вещах напоминать! Ты разбудил во мне зверя, Уизли ты, распоследний! Я тигр, а не кот, я леопард, я нунда, с ядовитым хвостом! И ты будешь платить, Рональд Билиус, будеш-ш-ш-ь, чепуш-ш-ш-ила отстойный…

Думаешь, так уж трудно ночью в спальню пробраться и тебя внутри пижамы пометить? Гарри Поттер всегда пропустит питомца своей подруги, куда бы тот не попросился. И ночью все кошки серы, бесшумны и незаметны, о чём ты, конечно, не в курсе, малограмотный предатель и маленький принц кишечных запоров!..

* * *

Рон в очередной раз донимал Живоглота своими анекдотами:

— Вот слушай, скотинка ты неправильная, какая про тебя придумана вещь, поучительная и смешная. Значит, один критик говорит художнику:

— Какая-то у вас странная картина, очень абстрактная! Называется «Кот в сапогах», нормально. Но вот смотрю на неё и вижу только сапоги. А где же кот?

— Так в сапогах, в каждом!

…Понял, да? Ты же помнишь, Живо-Заглоткин, зачем котов в сапог прячут, гы-ы-ы-ы?

…Сам ты Заглоткин… И Проглоткин… И Запоркин, бздиловатой породы! — лениво подумал Живоглот. Лучше сыто дремать, чем на визгливого наезжать, полз бы он в свою семейную нору, что из говна и палок, да торчит дыркой кверху. Потом, всё потом… и ботинки твои тоже потом!

Рон не унимался.

— Не всегда коту творог, когда мордой об порог! Что, котище косматое и блохастое, состояние котолепсии хочешь испытать? Это когда долгий сон вредных кошаков, которые только дрыхнут, наконец-то переходит в вечный!

А знаешь выражение — кошек драть? Это означает блевание, понял, как люди к таким, как ты, относятся? А как любопытство кошку сгубило, в курсе? А про кошачьи консервы, которые из бродячих кошек делают, слышал?

— Сам ты блохастый и к тому же приваниваешь! — гневно подумал Живоглот. — Блохи — это беда всех обладателей великолепной густой шерсти, природная, и в природе неодолимая. Но хозяйка подарила противоблошиный ошейник, который отлично помогает. Поэтому он никакой не блохастый, а мордастый, и всё!

Он прекрасный питомец, олицетворение годности… и котности! А хозяйка очень славная, ласковая и заботливая, всем бы таких, да Бастет Мышевредная подобных хозяек кому попало не раздаёт…

Тут в гостиную зашёл Гарри, задержавшийся в библиотеке. И Рон сразу захотел порадовать его новым стишком про кота этого, позорного…

Живоглот — ты обормот,

Ты стремительный проглот!

Я ж тебя погладил,

А ты мне да погадил!

Тапки люто промочил

И от кары отскочил…

Тут Гарри, громко и торжественно, вдруг закончил за Рона:

А я падал мордой вниз

И цеплялся за карниз!..

…Нет-нет, за дело ты получил, за дело! Потому что меру надо знать, вот что! Захотел кота дразнить — люби и тапочки отмыть! У Живоглота же на морде при виде тебя, Рончик, сразу написано, и очень крупно: сейчас в рожу вцеплюсь! Держи дистанцию, понял? И про погладил не ври тут!..

Нет, Живоглот мне друг, а Рончик — не дороже! Поэтому будешь получать критику, и от хозяйки, и от друга хозяйки тоже. И стихотворную будешь получать, котофобненький! Мало тебе от Маккошки взысканий, да? Так наших отведаешь, за нашего котика! Он надкусит, а мы добавим, не унесёшь!

* * *

Рон, убедившись, что пушистой заучки поблизости не наблюдается, воровато приблизился к ненавистному зверю, грозе крысеньких домашних любимцев. Ему нравилось, как рыжий разбойник дёргается и шипит от его рифмованных оскорблений. Будто на сковородке поджаривается…

Так получи ещё кулинарненького, свеженького, вот только сейчас придумал!

Кошка, шкворча, поспевает в духовке,

Можешь уже звать друзей на обед!

И не забудь ты про свёклу к морковке,

Чтобы и тушка, и винегрет!

— Надо было полоснуть… — лениво подумал Живоглот, медленно выпуская очень серьёзные коготки. Ну, с точки зрения любимой хозяйки, это были именно коготки, несомненно. Однако и крыса, и крысовладелец назвали бы это стремительное оружие «коготками» в самую последнюю очередь.

Между тем кот втянул когти и прикрыл глаза, стараясь забыть новую гадость в свой адрес. Раз рыжий не унимается, значит, будет обонять ещё раз. Потому что есть закон магической компенсации, о котором неуч так никогда и не вспоминает. А вот Живоглот давно выучил, потому что очень умный.

Хотя затолкать такой важный закон в одну морковную голову пытались многие. Нет, с такой гнилой тыквой и Бастет Мудрейшая, она же и Мышевредная, отказалась бы работать, из брезгливости…

* * *

…Гарри, под одобрительное хихиканье Гермионы и довольное урчанье полукнизла, читал из новенького. Вскоре после сцены купания Живоглота, вызвавшей много отрицательных эмоций у Рона.

Его тоже вот так в тазике мама купала, а потом, в компенсацию за воду и мыло, кусачее, баловала вкусненьким. А сейчас этой шерстяной скотине столько почёта, как будто стоит чего-то! И заучка всегда его защищает, всегда!

— А чего Глотику протестовать, он же умный у нас. Котик ведь чувствует, что много грязи набрал, пока за мышками бегал, раз погода-то какая? Охотник же не будет обходную дорогу выбирать, когда за добычей кидается? И зачем ему грязь со всего живота слизывать, и с лапок ещё?

Когда можно в тёплой воде полежать, и тебя вымоют, а потом высушат и угостят, за хорошее поведение. Кошачья водобоязнь, я считаю, это признак незрелой кошатины… кошкности… котовности… котовианства, вот. А Глотик очень умный котовианец и верит своей хозяйке!

Живоглот громко мурчал, очень довольный. Да, тёплая вода — это неплохо, она гораздо быстрее убирает грязь, чем если языком. Грязь — крайне невкусная вещь, но кошки обязаны вылизываться, раз даже собаки так умеют. И его поведение очень зрелое, очень котовианское, несомненно, особенно после высушивания.

А уж хозяйка какая верная, всегда на его стороне! Такими хозяйками не разбрасываются… А приванивающий враг, ругающий хозяйку за глаза, ещё получит своё, с добавочками. Хозяйка не всё слышит, зато Живоглот на страже! Он бойцовый кот и предателей крови сердцем чует!..

Гарри сразу написал стишок, под мурчание что Живоглота, что Гермионы. А Рон обиделся, хотя упоминался без каких-то там, но, правда, с глупым вопросом… К тому же получалось, что Живоглот в стишке лучше, чем Рон, идеальный просто котяра!

И важный, и раскормленный, до не могу! Да просто толстый, причём без осуждения! Вон, Булстроуд осуждают за толстоту, а коту можно, да? Лицемерие полное, он так считает!..

Ответь, зачем твой Живоглот,

Когда в тазу купается,

Лежит спокойно, не дерёт,

Водой не возмущается?

…Хозяйка этого кота -

Достойнейшая ведьма,

С такой хозяйкой — хоть куда,

И воду потерпеть бы.

Всегда кот сыт, лаской богат,

Расчёсан и поглажен,

Вот почему воде он рад,

Он толст, пушист и важен!

Ах, глуп у Рончика вопрос!

Когда кота купаю,

Ему не капаю спирт в нос

И, Рон, не выжимаю!

…Да он только попробовал дома разок выжать кошку, а она так царапалась, что чуть прямо глаз не вынула! Нет, кошек выжимать нереально, хотя довольно интересно, как близнецы говорили. Хотя могли и врать…

И спирт не капал, только мечтал, когда очкастый мухоморную настойку на спирту сделал, удачную, от слизней. Он же просто так себе под нос потихоньку говорил про спирт в ноздрю, потому что кот такой вреднючий, спасу нет. И будто понимает, как лучше вредить! Этот котяра вроде близнецов, а их и так слишком много. Поттер услышал и в стишок сразу вставил, мяу не успеешь сказать...

Он просто любит побурчать себе, когда настроение ноль, это же успокаивает и никому не мешает. А Грейнджер так и вздохов его не терпит: мол, пиши эссе, прямо буквами и пиши, немедленно, и не отвлекайся, не вздыхай, не заработал ещё... И жалящим может угостить, вторая Брюквик нашлась!

Домовику, вон, даже плакать разрешает, да сколько угодно, и магией кормит, и сладким ещё. А ему и вздохов, пусть тяжёлых и громких, жалеет, отвлекают они, видите ли. Значит, и вопросы у меня глупые, и котофоб я, по мнению Макгонагал и Грейнджер…

И Поттер туда же, котофильствует каждый день, котяру наглаживает, подкармливает. Снова плохой стишок, где человек выглядит хуже кота, как так? Опять всё наврано у этого Поттера, а люди верят! Идиоты...

Мяса чан, да вкусу нет,

Твой был слабеньким обед!

Гостя лучше ты корми,

Ему травки подбери!

Хлебосольный Хагрид, желая порадовать Гарри, Гермиону и себя, учинил, в честь реализации последних фрагментов туши василиска, большой стол. Были даже фаршированная щука из Чёрного озера и, на особенную радость школьников, креветки в чесночном соусе.

За морепродуктами в Хогсмит сгоняли Добби, остальное было дарами леса, озера и фермы. Немного выпив, Хагрид раскраснелся и уверенно убеждал собеседников в своей гастрономической правоте. Потому что не все классические рецепты правильные, отнюдь!

— Я понимаю, ребята, что жалостливый этот Ганс Андерсен, и сказки очень известные, но я его отверг целиком. Как прочитал про салат из сырых мышиных мордочек, от которого даже дохлую лошадь тошнило, так сразу понял — неправильный он гурман!

И потому отверг, начисто!.. Да чтоб мне лапками сусликов и хвостиками тушканчиков самогон закусывать! Да чтоб я бифидокефир с кленовым буратинатом мешал и ацидофильным молоком похмелялся!

Гермиона чуть поморщилась — и на критику классика, и на упомянутые продукты. Она как-то по ошибке попробовала бифидокефир и убедилась, что это совершенно не кефир! А про ацидофильное молоко только слышала, и одно название так выглядит, что… Ох, и копчения у Хагрида! Ведь кудесник! Да, именно волшебник, а кто ещё? Очень добрый волшебник, к ним двоим замечательно добрый!

Размякнув после обильного ужина, девочка благодушно рассуждала, любовно поглядывая на организатора застолья. Хагрид изощрился, набор блюд отменный!

— Наш Хагрид очень правильно питается, и нас тоже питает, регулярно. И мясо-рыба, и каши, и супы, и овощи, во всех видах — от салатов до рагу. Фрукты тоже, хоть из своего сада, хоть покупные...

Точно, и тыква великанская сладкая, почти патока. А на столе в Большом зале она ведь так себе. Или совсем никакая. Это только наш гостеприимный хозяин так готовит, умеет. Там добавления сахара нет, максимум чуть мёда и яблочки, для вкуса. Умеет, да. Наш герцог и аппетитами одарённый, и очень кулинарно одарённый, это талант такой, скажи, Гарри!..

Гарри, хоть и размякал в таких случаях почище подруги, преодолевал естественную осоловелость и довольно кивал. Потом вспоминал, что мальчикам можно не опасаться испортить фигуру, как девчонкам, особенно довольно тощим мальчикам. И, после одобрительных междометий, членораздельно поддакивал:

— Ну да, талантов у нашего большого наставника полно. Приветствуем ваше светлейшее полувеликанство, господин герцог Запретного леса, повелитель всех копчений, мяса-рыбы командир!

Лесник осклабился. Конечно, ему приятно быть наставником. Ну, и герцогом тоже. Да за таким столом. И с такими ребятками, славными!

* * *

Гостеприимство Хагрида, чуток насильственное, если и переходило в гастрономический садизм, то в лёгкой степени. Ритуал угощения и вкушения был ему очень важен. Расставляя блюда, лесник оживлённо подшучивал: живём — всегда жуём, языком да посохом болтаем, а пустых щей не хлебаем. Нам хоть жабу в горшок, а всё с наваром бываем!

Вот мудро говорится, что опоздавшему поросёнку сиська возле задницы. Но там, добавим, и молока больше, вот ведь как в природе хитро устроено, компенсация же везде, тудыть…

Чего там у тебя, Гарри, стишок зачесался, да? Поди про меня, видного фольклорного героя, как одна умная девочка высказывается?.. Да легко догадался, на твоей хитрой мордочке всё написано, во-от такими буквами...

Хагрид в супе ковырялся

И живое в нём нашёл!

С той компанией остался,

Но в конце один ушёл!

Жарится ещё кабанчик,

С запашком чую стаканчик...

Любим стрескать барбекю,

Косточки отдав Клыку!

* * *

Это было ещё осенью, вскоре после начала учебного года. Недовольно озирая погрызенные барсуками последние тыквы, Хагрид вспомнил молитву пахаря в старые времена: «О, Мать-и-Магия, взрасти и на трудящего, и на крадящего». И пробормотал, что вот поймает вредителя, да так отхимерит, что не узнает никто! (Потом отловил и отхимерил, такой жирсук получился, ух, но это большой секрет!) Послышались оживлённые голоса.

Гарри с Гермионой тащили корзины с белыми грибами, выкосив несколько богатых полянок. Это был восторг, настоящий восторг — притащить две тяжёлые ароматные корзины, чтобы руки прямо отваливались. И затем помогать Хагриду магией в шинковании, для тренировки. Потом ели и густой суп-грибницу, необыкновенно вкусный, и жареные белые, и маринованные.

Гермиона, собираясь в повторную экспедицию, чтобы окончательно опустошить окрестности, озабоченно частила: «Хагрид, а подберёзовики брать? А подосиновики, красивые такие, брать? А моховики брать?..»

Лесник одобрительно махал ручищей и советовал брать всё, что без червячков. Но особенно искать белые, именно их. Потому что белый — это гриб особый, лучше и нету, и то не только его мнение, вот. Да сами видите, вкуснотища какая! Но и прочие, вроде подосиновиков, в жаровке хороши, вкус у них подходящий…

Жаль, трюфели совсем редко попадаются, Клык плохо ищет, раззява. Они же пахнут, как ничто не пахнет, почти, почему не ищешь, собака такая?.. Эх, велик Хогвартс, а настоящей-то свиньи, чтобы трюфели искала, и нету! Может, просто мало у нас растёт, раз не Франция всякая?..

Гермиона, помогая потом в заготовках, поясняла другу, что британцы обычно едят шампиньоны, вёшенки и прочее, что из теплиц происходит, довольно ограниченный ассортимент. Потому как природные грибы считаются опасными. Они все загрязнения из воды и воздуха в себя втягивают, как губка, такая досада! Но здесь грибы безопасные, и этим надо пользоваться, правда, Гарри?

И тот был совершенно согласен. Кстати, и принц Чарльз прямо одержим грибами, включая ординарных лисичек, их тоже берёт. Однако далеко не все британцы уважают грибную охоту. Но это же здорово, когда по лесу гуляешь, а грибы там и тут… А затем на сковородочке! И потом до весны — и маринованные, и сушёные, во многих блюдах, красота!

* * *

Хагрид наш мог готовить обед

Из всего, что несёт страшный вред.

Его крепкий желудок

Варил гусей и уток,

А приправою шли незабудки!

…Нет, ребята, и его желудок не всё переваривает, особенно самое неправильное. У меня ведь тоже с пищевым поведением были проблемы, детские и юношеские. Не как у Клыка, конечно, но… На Рональда рыжего был похож, тьфу на всех Уизли… кроме Артура и Перси!

Поэтому был очень озабоченным и зависимым, согласно канонам великанской натуры, сложной и противоречивой. Много страдал от нехватки еды, даже на хогвартовском пайке, усиленном, и всегда бегал озабоченным, насчёт догнаться. Охотился в лесу, Чёрное озеро эксплуатировал, когда Флитвик, добрая душа, в подарок сеть наколдовал, и пару бредней…

Кулинарией много занимался, новые блюда измысливал, повышенной питательной силы, когда мясо прямо в жире булькает, а ты его потом вареньем заедаешь. Вареньями… Ох, варенья-то я как любил, ещё больше, чем сейчас! Ну, самогончика-то не знал в юны годы, вот и была мне за то упущение компенсация — сладости. Логично всё!

Ну, было дело, увлекался и перегружал желудок, ухитрялся же как-то. Вроде отлично зашло, а потом — хоп, и такое бурленье внутренних говн, что до не могу! Да уж, дристал сильно, когда не то жрал, и помногу, даже Помфри не сразу вылечивала. Потому как великанский мумунитет и отторжение многих зелий! В общем, непростой он пациент оказался, непростой. Одно слово, феномен.

Хорошая пища — это первое дело, детишки! В молодости приходилось страдать и от неправильного питания, и от того, что отравить пытались… Да-да, случались в Хогвартсе злодейства на почве отрицательной толерантности к великанам, выживал-то он непросто, Моргана-мать!..

Да всякой дрянью травили, ребята, сообразно велениям чистокровной тёмной магии. Чистокоровной, как ты, Гарри, правильно её называешь. Вот прямо чистокоровность свою с магловщиной, самой страшной, смешивали, и мне скармливали…

Какой магловщиной? Да ртутью, и прочим, в таком же роде, классикой. Вплоть до мышьяка, опаснейшей вещи! Поэтому одно время, как Клык, примерно, много животом страдал. Даже слышал про себя неблагоприятные прогнозы, да. Дескать, кто зелёным дристал, тому счастья уже не будет! А только судно под гузно — и в лечебницу св. Мунго, на удобрения, в смысле.

Однако мумунитет не пропьёшь! Хотя и не пил он тогда, так, пробовал интересные жидкости, познавал свойства, в рамках детского любопытства, все дела. Что от папки оставалось, когда тот в Мунго прибрался, скоропостижно… на почве личной самоуверенности и неумеренности, бедняга, вот то и пробовал, сиротинка горькая. Как помер батя, так от него немало бочонков и бутылей оставалось, хватило, чтобы распробовать и понять новые ценности… И принять!

Но то клизменное ведро от низменного Тома Реддла ему помогло, камни эти, кишечные, поудаляло, хотя и не все. Помфри там ещё старалась, выпаивала что-то невкусное. Да ещё в него какую-то трубу длинную, как у кентавра, заинтересованного в общении, сувала, и смотрела туда, потроха евоные разглядывала. На предмет камней, или ещё чего…

Потом тюбаж делать заставляла, подросшему уже, когда такой аппетит был, что прямо не могу. И когда протоки печёночные, из-за неправильного питания да воспаления-отравления, забивались и плохо жёлчь пропускали. Чтоб жёлчь не застаивалась, он и водичку минеральную пил, и на боку с грелкой лежал, печень грел, он помнит, на правом надо лежать…

Лежишь на боку, а кишка начеку, в гузне покряхтывает. Потому как если гузно наел грузно, то не только мягко сидишь, но и с одышкой ходишь! Полежит он, это самое, на горячем, минералкой надуется, по самые ноздри. Потом маслица подсолнечного хлебнёт, с пинту, не больше, оно ж невкусное, если гольём-то, лимончиков десяток сжуёт — уж как забурлит, как всклокочет в утробе, травоядные пугаются, бегут.

А поклокотав, к-а-ак даст задним выхлопом, потом с берёзок так и стекает. Чего только не выходило, из всякого ненужного! И легче становилось, помогало, хотя загаживались полянки, где лечился, воняли. Так он ж кушал всегда, он же великанчик! Чем гуще стол, тем круче выхлоп, это ж понятно…

После мемуарной части у его сиятельства герцога Запретного леса шли нравоучения. В простой и доступной форме.

— Помни, Гарри, когда работаешь на дядю, никогда не заработаешь на красивых тёть! Дядька тебе не тётка — пирога не даст, это завсегда так.

— Да у меня и тётка такая, там не то что пирога… А ещё и дерётся, и за волосы таскает! Эта тётя Петуния такая специальная тётя, что если я сделаю куклу её наружности и буду втыкать иголки, желая плохого, то у тётки всего лишь пройдёт радикулит! А раз ты про пирог сейчас сказал, но его зажал, то вот тебе стишок!

После первых строчек Хагрид напрягся, но Гарри как бы и не заметил:

Делал Хагрид это разно:

Тихо, смачно, безобразно,

И порой зверообразно…

Масло он намазывал!

А другой стишок Гарри рассказал Гермионе:

Хагрид в походе

Суп варил в презервативе,

Чтоб не очень горячо,

Выжимался перец чили,

Чтоб похоже на харчо,

Позже добавлял он скунса,

И ещё сок киви,

Нету лучше перекуса,

Вышло чахохбили!

— Гарри, он не варил в презервативе, а только хранил, чтобы остыло быстрей, и всё. Остальное верно, согласна, кроме скунса, конечно, тут ты, Гарри, вообще! Курица была, раз чахохбили...

* * *

…Вот такие пироги с котятами, понимаешь! Подай вон ту бутылочку, Гарри, я её уговорю, и хорош… Ну да, Гарри, да, разок попробовал, и Макгонагал ничего не узнала… Да случайно получилось, нетрезвый был, начинку перепутал. Хотел опят нашинковать, да языком после самогона другое себе под нос выговорил, а рука послушалась, на автомате, эх, горе-то какое!

После самогончика… самогончиков ведь многое на автомате делаешь... Вот и не повезло бедненьким. Котят-то — эт-то не есть цимес, эт-то есть заурят-но, как бы Геллерт Гриндевальд сказал, чтоб ему в Нурменгарде этом на одной котячьей диете сиделось, геноцидильщику проклятому…

…А, вспомнил, не настоящие котятки, домашние, то были, а рысята на печке обсыхали, там дождь лил сильный. Мамка-то на воротники пошла, а детёнышей спас, пожалел, да и цвет у них был симпатичный, и ушки такие...

Он же мех ценит, и женщины его знакомые тоже ценят, все без исключения. Гермиона твоя подрастёт, так поумнеет и тоже будет ценить. Мех — это вещь, даже мужчинам нужен, а в суровом климате и необходим, вот!

…Ненадолго, правда, спас котяток, только обсохнуть и успели, всё самогон этот виноват. И главное, вкуса-то не запомнил! Вроде пирог как пирог, мясной. Пойди теперь найди, кто в таких пирогах разбирается? Надо всё же меньше пить. Или больше разбавлять? Но чем? И чем больше разбавляешь, тем вкус сомнительней, проверено это…

* * *

…Клевета за мной, ребятки, с самого детства ползёт, очень прилипчивая. И как не ползти, если её самые наитемнейшие распространяли?! Да-да, самые неназываемые в этом деле отметились, прямо хоть гордись, сквозь горькие слёзы…

Как там Реддл этот, темнота культурная, мажатам вкручивал, особенно на ночь? Даже слизеринцев своих не жалел, пугал. Послушайте, дескать, про двуногий огромный ужас, который среди нас живёт и с нами питается! А ведь, случись оказия, он и нами питаться сможет, потому как из великаньего племени взят, каннибаловоспитанный!

У меня секретов нет,

Слушайте, детишки.

Попадётесь на обед,

Так заткнут вас шишкой!

Это он про якобы кулинарные великанские секреты рассказывал. Мол, прежде чем человека жарить, ему задницу шишкой надо затыкать, чтобы жир не вытекал. Ну, глупость же? Затыкать надо, но не шишкой ведь, она же вся из дырок? А когда не распушилась, то маленькая, тоже толку не будет…

Том Реддл такой был лжец, что вообще, и во всём!.. Соберёт первачков и вкручивает им, а он умел убедительно убалтывать, раз очень одарённый! Рассказывал так, что прямо этот создавал, эффект присутствия, во как!

Дескать, дело было тёмным-тёмным вечером. Страшный и злой волшебник Хагрид заканчивал свой второй ужин. Он жадно съел крысу без хвоста на десерт, вытер губы рукавом, влил между них полведра виски кустарной выгонки, и сказал: “Вкусно!”

Потом довольно пукнул, испугал тараканов и пошёл за угол, на дело. Наделав делов целую кучу, превонючую, сидит, сукин сын, на корточках, очень довольный, и ждёт поощрения от Мать-и-Магии! Но вместо поощрения снова проголодался и пошёл в лес…

Запретный, какой же ещё? В общем, морды бить пошёл, или ободрать кого. Ободрать интереснее, потому что еда. И тут навстречу ему…

Ну, он дальше не помнит, порнография какая-нибудь… У Томми все шутки были через одно место, и про эти вот места. И нет у него тараканов, боятся они Клыка, и заслуженно!

Да он в жизни губ не вытирал, глупо это. Языком остатки пищи облизнул — и всё чисто, и всё до крошки в утробу пошло. Его великанская магия на крошках, знамо дело, не проживёт, но не очень неправильно это, пищу безвозвратно вытирать — сначала рукой, а потом, получается, и об штаны!

Они же загрязняются от этого, штаны-то, а ведь и так не всегда чистотой блещут. Он же в них живёт, так ведь? Да и сам в лесу живёт. Чистота от того страдает, верно люди говорят. Дескать, Хагрид — сильный духом, сильный, прямо смерд, сверхъестественной величины смерд!

Ну, главное, чтобы не холоп, верно? Маги-то холопство обожают, кушали, знаем… Да и крыса ему паршива, не сочна, он их с юности отверг, практически, выбросил из рациона. Древние римляне, конечно, крыс и даже мышей уважали, с анчоусами их запекали, правильно изощрялись…

А где в нашем озере анчоус? Нетути! Поэтому он больше енотов там, барсуков, бобров, пока не закончились те бобры: ох и жирные, ох и вкуснятинка! Некоторые прямо во рту тают. Таяли, да…

А с другой стороны, если крыса и без хвоста, так что, пропадать ей? Да, за хвост держать удобнее, но это ж, как там… дискриминация по наличию крысиных признаков самоидентификации! Он в курсе. Да, дискриминациям бой, меньшинствам — аой!

Ваш Хагрид ондатру с нутрией попробовал и одобрил, раз те же крысы, но упитанные, правильные, большие… Нормальное мясо, а уж Клыку как понравилось, скотине неразборчивой!

…Томми Реддл этот ещё про меня очень плохой анекдот придумал, тоже все повторяли. Дескать, мечта любого людоеда, даже латентного — вывести новый сорт человека, без косточек! Представляешь, какой гад? Мясо без косточек, это же, если не шея, и не вырезка, то просто не то, вот совсем…

Потому что если рёбрышки правильно запечь, это просто божественно и магоугодно, в одном флаконе, как одна умная девочка говорит… Гарри, ну чего ты хихикаешь про этот сорт, не смешно же, совершенно, ну ни капельки!

Хагриду учить охота,

Мы имеем бледный вид,

Вот уже промокла попа,

Видно, дождик моросит!

Теннисный шарик стремительно летал над столом, ребята усердно прыгали, изрядно запыхавшись. И получая обычное удовольствие.

— Сливаешь третью партию подряд, Гарри! Соберись, а то мне так неинтересно выигрывать!

— Да сосредоточиться не могу, и всё. Мысли всякие, неправильные, вот и не в форме... Ненаказуемо, подруга!

* * *

Да, по-детски как-то у него получается конфликтовать, что с Малфоем, что с зельеваром. Из них троих мистер Поттер явно самый адекватный. И что толку?

А директор-то знает, что Снейп никакущий препод. Тот же всегда такой сыч, специально отталкивающий учеников, слухом земля полнится. Альбус всё про всех знает, значит...

Почему-то его устраивает Снейп, это очевидно. Вероятно, не как профессор, а как декан трудного факультета. Змеи его вроде уважают и побаиваются. Ну да, как мы Минерву, примерно так. Барсуки вообще на тепличную деканшу молятся.

А воронята помалкивают, но лучше Флитвика вообще декана трудно представить... Хотя что Лавгуд позволяет гнобить, это ему большой минус, конечно. Эх, нет идеальных людей на свете! Правда, Гермиона крупных недостатков вроде и не имеет…

Ах да, мистер Снейп для больничного крыла зелья варит, это же огромная экономия для школы. Точно, кто-то умный сказал, что без экономической подкладки основу многих явлений и причин нипочём не познать.

Гм, Бинсу не платят, Снейпу не платят, экономия существенная. Тогда почему фруктов и разнообразной рыбы на столе маловато? Не говоря о сладостях…

Чу, мысль всплыла,

И как-то сразу утонула.

И вроде умною была,

Но безвозвратно ускользнула!

Ещё слизеринцы эти, нигде себя в безопасности не чувствуешь, везде готовы подкараулить! А гвоздемёт отобрали, лишили собственности! Отгоняя мысли о недосягаемой бензопиле, магический мальчик сочинял новое стихотворение про те чудные гвоздики, увы, отработавшие свой единственный раз.

Драко был у нас герой,

Мыл глаза мочой порой!

Отпивал он жидкость Гарри,

И от вкуса был в ударе!

Мы ему гвоздями дали,

И металла прописали,

Да, вассалы заслонили,

Только Драко мы прибили!

Гвоздик, славно ты дырявишь,

Малфой, чудно ты гнусавишь!

* * *

Сэр-освободитель Гарри посоветовал вводить старое масло с помощью шприца, прямо внутрь фруктов. У Добби получается шприцевание, он способный зверёк! Добби в последний раз смог достичь и превозмочь, это красивые слова. Добби добился успеха в новом деле, и превозмог свои страхи и неуверенность

Потому что поумневший и расторопный Добби... о, ему очень нравится быть расторопным! Да, расторопный электровеник Добби смог, с помощью шприца, высосать помадку из шоколадной плитки, и рассосать, с большим удовольствием. Он никогда не пробовал такой сверхъестественно вкусной помадки!

О, ему следовало бы сначала угостить великих учеников, но угощать с кончика шприца… Добби боится, что такой вид угощения немагоугоден. Поэтому угощает себя, путём рассасывания. Простой магией он очищает шприц от помадки, в свою пользу. Да, Добби имеет право на помадку наследника, раз тот ему должен и за кипяток, и за массу другого плохого.

Пустой шприц Добби наполняет старым фритюрным маслом, и накачивает его внутрь шоколадной полости. Никто не сможет определить, что эта плитка пустая внутри, раз она полная! Полная сюрпризов для мистера Малфоя, плохого бывшего младшего хозяина. Добби намаслил бывшего не только снаружи, с помощью обмазывания туфель, карманов, еды и вассалов, но также изнутри.

Сэр Гарри может с полным основанием сказать, что это накачивание шоколада — пример хорошей работы, с творческим огоньком и правильной, то есть разумной инициативой. Добби и раньше был немножко инициативный, а сейчас его разумность выросла! И действует на его бывшего, и тот должен визжать особенно громко…

* * *

Магия Поттера необыкновенно гнусная! Она портит вкус его любимого шоколада, и любимых конфет, и фруктов тоже. А Поттер с Грейнджер кривляются и говорят, что у наследника масленичная неделя. Хотя он точно знает, что масляных недель не существует!

И ещё Поттер орёт, что не всё коту масленица, будет и великий пост. И что наследник катается, как сыр в масле, и гриффиндорцы рады ему помочь кататься ещё лучше! Грифы очень циничные, прямо как слизеринцы, их опасно недооценивать. Наследник, пожалуй, недооценивает коварство кошачьего факультета.

О да, как же он недооценил коварство гнусной грифни! Она ухитрилась испортить его любимый шоколад, причём найдя для этой низкой цели частичный яд — старое пригоревшее масло, с массой опасных для магического здоровья веществ. Его детекторы это ясно показали, да и вкусовые рецепторы наследника, тончайшие, буквально кричали об отравлении.

Да только пресловутый азиатский чай на вкус ещё хуже! Или… да неважно! Но как враг смог подобраться к его шоколаду, который лежал в сумке, под присмотром? Неужели его коварно усыпляли, творя неслыханное в магической истории злодейство над лучшим в мире шоколадом?

Поттер же никаких правил не признаёт, он такой бесчестный! Может спокойно тебе заорать, при всех:

Малфой — жопа, причём с ручкой,

Надоел всем, почемучка!

Хотя на самом деле наследник никакой не почемучка! Это Грейнджер надоедливая почемучка, да и Поттер тоже, в немалой степени! А мистер Малфой, наоборот, разоблачает их тупейшие вопросы, этих магловоспитанных бездарностей…

Применяющих недопустимые полемические приёмы! Ведь если аристократа обозвать словом на «жэ», то он просто теряется, оставаясь и без дара речи, и забывая, как правильно должна подрагивать, от презрения, аристократическая ноздря…

И вот некоторые этим пользуются, особенно Поттер. А предатель Уизли обзывается ещё гораздо страшнее! А Грейнджер очень изобретательно обзывается, там такой издевательский подтекст, чисто слизеринский, что непросто и ответить, поэтому лучше нападать…

* * *

Гарри мурлыкал про «белла донна, маре, э он бель канцоне..» Мотивчик ему нравился, итальянские слова тоже. Бель канцоне — это красивая песня. А вот бель кальцоне — это красивые панталончики Малфоя. Смешно! И вот уже получился стишок, очень правильный стишок…

Малфой бель кальцоне

Взял да и уделал!

Будучи засоней,

Гадил беспредельно!

Эх, уно моменто,

Мы замаслим энто,

Энто шоколадо,

Драко что отрада!

Наш электровеник,

Очень чуждый денег,

Драко обездолил,

Шоколад присвоил!

Нет, целых два стишка получилось. На, Малфой, держи! И гунди…

Как Малфой отведал масла,

У него в глазах погасло!

Масло вдруг помчалось вниз,

Эй, наследничек, проснись!

У наследника поносик,

Сам собой возник вопросик:

Знает про какао-масло,

От простого же — несчастлив!

Какая ложь! Он вовсе не опоносился… опозорился из-за не простого, а очень мерзкого старого масла, известного обилием вредных веществ. А только испытал некоторый кишечный дискомфорт, уверенно добежав, с должным запасом…

Из стишка Поттера следует, что на нём испытали какой-то электровеник, явную маглятину. А раз ему советуют проснуться, значит, коварно усыпили! Налив масла в карманы, туфли, панталончики, за шиворот и в причёску! И в шоколад, вандалы! И вассалов замаслили, а чистить-то ему!

* * *

Корчась на унитазе, запорный младший Уизли гневно вспоминал, как Малфой только что поднёс свежую рифмованную гадость, на давно заезженную тему:

Хужесквибный ты болван,

Твоя задница — вулкан,

Рончик вышел погулять,

Нас удушьем донимать…

А этот Поттер, предатель, сочинил про горшок и унитаз, который Рон. И кто лучше… в смысле, хуже, спрашивается, если у шрамоносца стишок ещё длиннее, чем у Малфоя?

Братьев тянет на смешок,

Рон спешит хватать горшок,

Когда братики хохочут,

Жидкость тёплая щекочет!

Если близнецы шутили,

То штаны вам промочили,

Коль они шутили вместе,

То в штанишках уже тесно!

Рон в резиновых трусах

Лишь смеётся, не за страх!

Он попавшее в трусы

Принесёт вам, братья-псы!

Рон измажет вам светёлку,

Его месть ведь не без толку!

Рон — в штанишках унитаз,

Он взорвётся возле вас!

С другой стороны, Рональд всегда одобрял, когда у Гарри упоминалось про месть близнецам. У мистера Уизли-младшего это больная тема, раз очень трудно отомстить таким талантливым негодяям. И крайне опасно… Узнав про возможности резиновых трусов, Рон почти прекратил сердиться и задумался. В принципе, при общении с братиками вещь, возможно, ценная.

Как сказала Гермиона, трусы-непроливайки, однако неудобные при длительном ношении. Да и не только длительном. Возможно, не имеют преимуществ перед старой доброй ватой в трусах…

По большому счёту, в стишке Гарри ему не понравилось только именование унитазом. Однако если подумать, то взорваться рядом с этими… рыжими козлами, которые братья-псы, было бы здорово! И его право на месть подчёркнуто, это важно. И что братья — именно псы, это же очень точно, а он о них так ещё не думал. А теперь будет, и как-то уже легче становится…

* * *

Обсуждая с Гарри некоторые невыгодные стороны рыжего друга, Гермиона, сдерживая раздражение, критиковала его родителей, очень безответственных. Этот Рональд весь второй курс ходил с палочкой, замотанной моим волшебным скотчем, который очень мало помогал.

На что всем старшим братьям, из которых треть — старосты, было абсолютно фиолетово, вот вообще. Хотя колдовать такой палочкой просто опасно, хоть у Локхарта спросите! Мол, вон сначала Снейп внимание обратил, потом и деканша — в итоге, разобрались, накатали телегу предкам, те и проснулись, почти год спустя. Рончик, тебя боятся преподы, раз ты их одним движением сразу в психушку, ты крут!..

А младший сын бесился, когда после второго курса получил от родителей хорошую палочку, однако снова подержанную. Ту, из которой явно вырос сильный волшебник Перси. И хотя была в идеальном состоянии, но всё-таки привыкла обслуживать достойного колдуна, который с ней постоянно упражнялся.

Поэтому для Рональда оказалась тугой, хотя и много лучше прежней. Снова он не получил достойной палочки от производителя, как выражается Грейнджер, но недурственно колдует трофейной, Крабочка которая. Ну, если тренируется, то недурственно…

Гарри сочувствовал другу и подбадривал его стишком, вполне добродушным. Когда вдруг проголодаешься, то мучения Рончика становятся понятнее. Хотя то, как он первым рвётся ухватить те же куриные ножки, раздражает.

Слишком уж бесцеремонно! С другой стороны, он во всём бесцеремонный, так ведь? Поэтому куда там ножкам убежать от его загребущих ручек, верно?

Плохо Рончику живётся,

Сжал в руке он курногу,

Голод очень в Роне бьётся

И орёт: «Я не могу!»

— Верно, Гарри, и живётся плохо, и естся неважно, если ноги от курочки прямо на твоих глазах повыдёргивали да сожрали, сиротой оставили! А уж голода-то во мне, первосортного голода — прямо как у вассалов!

Нет, больше, именно до орания! Здесь я их понимаю и завидую — ведь толстые, значит, в коня корм! А я всегда мосластый был, таким, вероятно, и помру. Жалко меня!

* * *

Гермиона, по итогам чтения очередной книжной порции, озабоченно высказывалась другу:

— О, ведьмам посвящён такой сексистский фольклор, как будто не было ни леди Морганы, ни Хельги Пуффендуй, ни Ровены Равенкло!

— Нет, подруга, о сильных ведьмах есть уважительные пословицы, мне Хагрид цитировал. И даже песни есть, в которых ведьма расчленяет супруга на ингредиенты…

— Да ну? Интересно будет узнать... Потому что я слышала вариант, в котором на ингредиенты пускали жену, старую и надоевшую!

— О! Фольклор магов такой разнообразный, прямо хоть собирай!

— А что, Гарри, не самая плохая мысль! Отчего бы и не пособирать? Вдруг умное что-то найдём?

— Умное, у магов? Не смеши, Гермиона!

— Но есть же умные и приличные ведьмы с колдунами?

— Есть, есть, да только дураки заметнее…

— Дураки всегда заметнее, это закон жизни, Гарри!

— Меня окружают плохие законы, плохие маги, отвратительные опекуны… полтергейст ещё этот! Это вот всё, не считая дураков! А один дядька Вернон чего стоит, якобы опекун! Свинокартофельный породитель Дадликов-Падликов… Он и в вышину большой, и в ширину здоровый, и драться любит. А в жирину так вообще талант! Машину только очень умело водит, мягко, Петунья всегда хвалит, злюка такая, и рукастый, в доме всё сам чинит…

Так начинал описывать неприятных родственников мистер Поттер. Потом логично переходя на ругань в отношении толпы идиотов-соучеников, которые раньше чуть не кланялись герою магического мира. А потом как с ума посходили и стали считать наследником Слизерина!

За парселтанг, один-единственный парселтанг. И учителя ведь знали, что я ни при чём, и ни один не почесался... Неужели считали, что так со мной и надо? Потом отвлеклись и, типа, забыли, да только мистер Поттер плохо верит в забывчивость, он уверен, что маги эти — очень злопамятные, хуже него ещё!

— Да, учителя тоже могут быть безответственными, вплоть до выпускания троллей и попыток удушения руками уникальных мальчиков, которые со знанием парселтанга. Однако, Гарри, больше думай о хорошем, потому что много злиться вредно!

О Хагриде, например, думай… И я признаю твоё право злиться, признаю, не сверкай и не сверли зелёным! Злись, только в меру, я об этом…

— Ну да, да, Хагрид, конечно. И Флитвик, Спраут, Макгонагал, Брюквик. И Синистра. И Люпин, само собой. И ты, Гермиона! И Невилл с Роном. Да, ничего, можно жить, можно. Директор, само собой, слона-то я не приметил…

Думаешь, мне приятно злиться? Да ни фига, только взрослых гадостей в моей детской жизни многовато, причём из обоих миров! Это же очень несправедливо, так? Вот и злюсь. Другие на моём месте вообще убивали бы… Хотя… а я сам что сделал? С целым профессором…

— Гарри, этот Квирелморт был уже трупом, с подселенцем внутри. Мёртвых профессоров не бывает… кроме Хогвартса, но это всё равно исключение из правил! И он сам сгорел, раз хотел убить ученика!

Преподаватели же клятву дают, что не навредят учащимся, я читала! Его просто магия замка ликвидировала, за всё хорошее! Твоими руками и ликвидировали, раз магии так надо было, зачем-то…

— Хорошо, если так…

— Гарри, прекращай бурчать! Пошли, попингуем в понг! Ну что за рожица у тебя, такая неправильная? Ну, Гарри…

— Да пошли, пошли, разве я против? Без пинга и понга вообще такая тоска бывает, не могу…

* * *

Фольклор магов оказался интересным, но… Многие пословицы были какие-то такие… совсем неправильные! Или в сильной степени неправильными либо просто подозрительными, а нормальных, то есть просто умных и весёлых, как-то маловато. И Гилдерой Локхарт о слабосилках цитировал очень уничижительные мудрости… хотя, раз всё общество слеплено вокруг сильных магов-клановиков, то чего удивляться?

И о ведьмах тоже уничижительно, но и со страхом тоже. Даже у Хагрида такие перлы, что хоть стой, хоть падай! Если магл оскорбит, то до смерти будет бит, если ведьму обижать, лучше сразу убежать. И это ещё самое приличное!

Гермиона, пародируя Хагрида, наставительно вкручивала морщившемуся рыжему, только что надоедавшему своими классическими претензиями относительно того, что вот одним всё, и на блюдечке, а другим ничего, да в помойном ведёрочке…

— Рон, ведь мудро сказано, что завидущие глаза простым заклинанием выкалывают!

И продолжала:

Заклинание чётко твори, палочку правильно верти.

Жалящее заклятье уже за то уважать надо, что оно задний ум в порядок приводит...

Гарри, слушая, хихикнул и вставил ещё одну мудрость, тоже от лесника:

Усердно учился — колдовать ногой стремился!

И тут же весело добавил импровизацию, Рону совсем не понравившуюся:

Усердно Рональд наш учился

И колдовать ногой стремился,

И что-то думал головою,

Хотя привычнее ногою…

— Гарри, будь серьёзней! Я думала, ты пословицами продолжишь, а тебе бы только позубоскалить…

— Гарри, ну чего ты про ногу эту, дурацкую, правильно Гермиона говорит! Я же шутил тогда, когда палочку ногой держал! Люмос-то и ногой зажигают!

Мистер Поттер тут же оживился:

— О, молодчина, Рон! Ты только что придумал новую поговорку, не хуже других плохих!

— Да ну! А вот ещё говорят: магичь, да не перестарайся. Ведь мудро!

— А ещё, Рон, вот так говорят: плохому магу и ноги колдовать мешают.

— Гарри, ну опять ты про ноги эти! Вот как ты можешь так про меня, лучшего друга? Да где же я плохой колдун? И разве может в друзьях у героя быть плохой маг?

— Гарри не говорил, это ты сам подумал, что плохой колдун. Кстати, Малфой считает, что у героя в друзьях может быть и плохой… — вмешалась в диалог девочка.

— Гермиона, ну как тебе не стыдно про меня и вот такое, вражеское? У меня же и сердце доброе, как мама говорит, и руки почти умелые, как папа выражается, когда я ему помогаю, а он трезвый… и не дерётся!

— Твои умелые руки избавят школьника от телесной муки, да только кратковременно…

— Ну, Гермиона, а, чего ты так? Опять обидное всякое, и только про меня, нет, чтобы про остальных…

— На Малфоя напало тотемное животное — хомяк, обиженный некрасивым изображением на гербе благородного рода! Столетия накопленной злости — и вот он, сокрушительный вызов со стороны небольшого, но гордого животного с расшатанной нервной системой.

Потому что у хомяков не бывает таких огромных хвостов, как изображено на гербе! Наследник раздразнил дикого зверя и подвергся мощной атаке, он сильно надкусан и частично изгрызен! А также изрыдался, просто как девчонка!

И мистер Поттер, премного довольный своим громогласным выводом, ударил по струнам:

Мститель жестокий, восставший из норки,

Малфоя унизил, подвергнувши порке!

А также он Драко немножко погрыз,

Наследник, трясись ты, нагнись и лечись!

* * *

Почитав разные книжки и послушав иных лесников, некоторые гриффиндорцы теперь лелеяли грозные планы. Желая, в частности, применить против некоторых слизеринцев и малоизвестное в мире магии биологическое оружие.

— Такой хрупкий изысканный блондин, далёкий от спорта и большой модник, может бояться и мышей, как считаешь, Гарри? Наловим в лесу, намажем фосфорной краской, и таким несложным способом проверим ночную стойкость наследника при обнаружении в постели мелких грызунов...

Пусть потом всегда перетряхивает одеяло с простынёй на ночь, отвлекается от злобы дня и борется с энурезом! И вздрагивает от любого попискивания!

— Обязательно стоит проверить. Особенно на энурез! Думаю, нашествие светящихся мышей, да ночью в постели, испугает всех! Ну, кроме Макгонагал… Эх, на Снейпе бы проверить! Ха, смешно окажется, если Крэбб тоже боится мышей. Ну, слоны же боятся, я читал, Гермиона, только не помню, где!

— А я читала, что мадагаскарские тараканы очень крупные, как даже не тараканы, а просто ужас мира и природы стыд. Купим! Пусть бегают по сумке Малфоя и по самому Малфою. И пауков, покрупнее, и чтобы мохнатых! И фалангу, здоровенную и очень кусачую!

И змею, маленькую, но ядовитую! И в сумку ему, в сумку! Ой, я вслед за тобой тоже так увлеклась, разными экзотическими насекомыми… Пока, думаю, более всего актуальны грызуны, как самые доступные! И не самые мелкие, хотя и мышевидные… Чтоб пугать так пугать!

Гермиона прочитала нужное про хомяков и вдохновилась. Дескать, отличный субъект для курощения слизневидных наследников, и очень неожиданный, ты, Гарри, просто не представляешь! Особенно для всяких Малфоев подходящий, идеально просто подходящий… Я уверена, что Малфой видел только домашних хомячков, и то издалека, ведь зверьки так воняют, так воняют!

Вон, Хагрид как-то про хомяка рассказывал, вредителя тыкв и вообще всего огородного, крайне наглого, прожорливого и весьма злобного зверька. Да, при поимке сопротивлявшегося даже Клыку… некоторое время.

Пойдём к великанищу, попросим капкан на хомяка — и вуаля! Ударим толстым хомяком по стройному Малфою! Хагрид такое про них рассказывал! Оказывается, дикий хомяк — это полная противоположность домашним хомячкам, он никого не боится и любит нападать!

— Боевой хомяк, да?

— Агрессор, Гарри! Терминатор, беспощадный! До полутора ярдов… в прыжке! Если удастся переключить хомячиную… хомячью злость на одного слизеринца… группу слизеринцев, это будет им большой сюрприз. Потому что дикий хомяк сам по себе — вовсе не крошка, а нормальный такой зверёк, небольшой, но активный.

Он у нас величиной в фут, с хвостиком, толстым таким. И я же тебе не просто так говорю про полтора ярда в прыжке. Толстяк действительно очень прыгучий! Ой, Невилл не слышит?.. Так вот, атакующий хомяк практически взлетает, когда в ярости, да.

Кстати, он же очень зубастый. Но самое главное — очень злой. Настолько, что даже сородичей не терпит, всех гоняет. Полный грызунный псих, короче. При опасности ведёт себя как загнанная крыса, то есть бросается даже на самого крупного врага. И кусает его, и царапает, действует наглостью и яростью.

И очень орёт! При этом вид имеет самый мирный и довольно миленький — щекастый толстячок в красивой многоцветной шкурке, ушки кругленькие, глаза бусинки, короткие лапки с пальчиками, хвостик…

— …И все дела, ага. Просто идеальный зверёк для нашего Драсика! Главное, чтобы он догадался хомяку палец в рот положить, на предмет изучения вместимости щёк!

— О, было бы идеально, Гарри! Пошли к Хагриду! И у меня мысль появилась, как сделать хомяка ещё злее. С помощью кое-каких препаратов, уникальных…

Дело хомячьей мести кое-кому белобрысому решили не откладывать. Но обошлось без капкана. Хагрид, как ветеринар и немножко вивисектор (о чём в своём месте), имел как раз нужного пленного грызуна, опыты с которым в данный момент потеряли актуальность. Зато сильно ухудшили и так чрезвычайно нервный характер пушистого заключённого.

Наставник молодёжи охотно пожертвовал ненужным зверьком во имя курощения Малфоя. Смесь слизи Тревора с вытяжкой из мозга василиска, чуть сдобренная микроколичеством яда Короля Змей, оказалась очень активной штукой.

Три мышки почти сразу погибли при испытаниях, несмотря на неуклонное снижение и без того крошечной дозы препарата. А четвёртая вдруг стала вести себя агрессивно, бросалась на всех подряд, пока вскоре не кончилась.

Возможно, что и от злости, хотя не обошлось без посторонней помощи. Да, она, гневно пища, бросалась абсолютно на всех, включая крайне удивлённого Живоглота. Когда мышь временно выдохлась и только бурно дышала, периодически сердито попискивая и блестя бешеными глазками, Живоглот мгновенным броском её придушил.

Но отдал, по требованию хозяйки. Та объяснила, что мышка опасная, в ней специальное зелье, его тебе нельзя кушать, Глотик! Ты отличный охотник, и тебе взамен будут предложены альтернативные закуски, вплоть до рыбных!

Питомец понял и внял. Его очень неплохо кормят, хотя периодически надо есть добычу со шкуркой, во имя правильного пищеварения. Ладно, опасная сумасшедшая мышь уничтожена, инстинкт утолён. А голод ему утолит хозяйка, она щедрая. И ему всё равно, каким зельем мышку довели до озверения, мышей полно и не жалко, совершенно!

— Так-так, Гарри, посмотрим дополнительную информацию по зверькам-неврастеникам. Значит, хомяк относится к мышевидным грызунам, и это вроде звучит так, очень амбарно… в смысле, аграрно. Мыши-мыши, мыши — кышь, видишь кошку — и летишь!

Но зато обычное воздействие хомяка на человека в природе — очень дикое, злое и, стало быть, перспективное, с курощательской точки зрения. И должно быть периодически повторено, если удастся в первый раз.

У нас теперь есть уникальный препарат — озверин, я предлагаю именно такое название… составленный из трёх уникальных ингредиентов. И прекрасно возбуждающий обычную мышь до максимально зверского состояния. Дозу хомяку предложим аналогичную от последней мышиной, так?..

Нет, серьёзно побольше, ведь он почти в тридцать раз тяжелее мыши, Хагрид его очень полноценно кормил. Послушаем Хагрида ещё, он в хомяках явно разбирается…

* * *

Лесник прочитал им целую лекцию, тыкая пальцем в клетку с вредителем. Мол, этот разноцветный грызун вовсе не грызёт листья и плоды культурных растений, он страшно некультурно подкапывается под них самих.

И подкопав всё на свете, тянет подрытое вниз, и цинично исчезает вместе с добычей. То есть после него вся грядка пустая, одни дырки в земле! И ещё кору молодых плодовых деревьев грызёт, просто как заяц последний!

Значит, она, зверушка хомячья, охраняется во Франции, Германии, Бельгии и Голландии, не знаю уж и зачем. Мех малоценный, но интересно окрашен и годится для отделки и жакетов, и мебели, правда, давно не в моде. В Британии хомяк не охраняется. Длиной в фут, жирный и не менее двух фунтов живого веса, если самец, вот. Чего там ещё про него?

Значит, если видит тебя, то орёт, и потом бросается, причём тогда, когда человек отворачивается, потому что умный. Рычит очень свирепо! И кусается здорово, глубоко. Толстый, но в щель с палец толщиной протискивается, котоподобным образом. Да, частично он жидкость, верно, Гарри!

Большой он этот, проглотит… ага, троглодит, я так и хотел сказать, ребята. Всеяден, почти как свинья, или медведь: живёт на растительных кормах, но трескает насекомых и их личинок, а также змей, ящериц, тритончиков и лягушек. И эта, каннибальствует, то есть мышек жрёт, особенно мышат! Но овощи и зерновые особо предпочитает.

Как барсук, говорите? Не, барсуки всё-таки у нас довольно редкие звери, я же на них охочусь, успешно так… А хомяки плодятся, как крысы! Да крыса и есть, просто толстая и красивая, особенно щёки.

Я их в детстве изучал, любительски. Чуть ли не на два ярда вверх запросто прыгает, носится быстро, не всегда и догонишь. По хомякам мой Клык хорошо работает, тупизны проявляет меньше, потому что хомяков любит. В смысле, как еду.

Покажешь ему непотребство на огороде, с выговором за утрату бдительности, сапогом, он и начинает разнюхивать. Затем в засаде лежит, принюхивается. Услышишь визг, глянешь — уже и доедает рыжего проглота, жирного такого!

Вот ещё и наглый этот хомяк, как Малфой, потому что своё дерьмо на самом видном месте оставляет, а его — как с кошки, примерно! Бывают такие годы, когда он плодится и особенно вредный…

— А почему он толстый, Хагрид?

— Потому что зимует в норе, как медведь, ему жир накопить надо. Жрёт как не в себя, и ещё в нору тащит, чтобы и зимой жрать, соображает! Видом-то миляга! Шкурка очень яркая и контрастная: сверху рыжевато-бурая, по бокам и на голове — светлые пятна, пузцо чёрное, лапки с пальчиками.

Но нередки и совершенно негритянские экземпляры, иногда с белыми пятнышками на лапках и горле. Меланисты, ага, правильно говоришь… Жиреет до не могу, нора диаметром до трёх дюймов, мелкая кошка пролезет, запросто! Небеременная кошка, понятно…

Я одну нору раскопал, по наводке Клыка, была пять футов в глубину, не меньше. Так там у него три кладовки было, больше полцентнера овощей и картошечки, моих! Значит, в защёчных мешках у хомяка помещается до полутора унций семян и зёрен, причём он их сортирует.

А если чует опасность, то встаёт на задние лапы и начинает орать, крайне вызывающе и противно. Причём имеет своё зверское коварство: стоит лишь отвернуться, как бросается атаковать всеми зубами, и целится вцепиться в голую кожу, не одёжу!

— То есть дикий хомяк в драке большой специалист, да? Он несоциализированный мизантроп, да, Хагрид? С детскими психическими травмами и трагедией одиночного существования? При не всегда достаточной кормовой базе и обилии врагов? Которые его на жакеты...

— Не усложняй, Гермиона! Отлично он себя в одиночестве чувствует, подобных зверей полно! Но сволочизма, очень животного такого, в ём просто через край! Плохой сосед, и подлежит выпиливанию!

* * *

…На него натравили какую-то совершенно бешеную тварь, добрых два фунта разрушительной энергии! Зверь жёлто-рыжий, с небольшими белыми пятнами, и с огромным чёрным пятном внизу живота… Это что, намёк на его нестандартно окрашенные телесные фрагменты, якобы отвисающие?

Непонятное чудовище выскочило из открытой сумки, где мерзко нагадило, и сразу бросилось бегать по мантии и кусаться, с гневными воплями, хриплыми и крайне угрожающими. И укусило, пребольно, и несколько раз, и всякий раз до крови, и мизинец вообще чуть не откусило, кровь так и лилась!

Да-да, и это в школе! Даже крыса Уизли испуганно запищала и полезла прятаться за пазуху предателя, но продолжения мистер Малфой не наблюдал, потому что был совершенно отвлечён этим, как потом выяснилось, диким боевым хомяком. Он видел в гостях хомячка в колесе, с модной в сезоне алмазной посыпкой на меху, красивом… но запах, запах! Он против домашних животных, они воняют!

А этот непонятный зверь разнообразно атаковал, проник под одежду и бешено носился под мантией, пока не впился прямо между половинок, раздирая знаменитое рунное кружево. Из-под мантии доносилось повизгивающее рычание, над мантией раздавались истерические вопли наследника.

Его жрут, живьём! Но Малфоев не жрут, нельзя, нигде, никому, Малфои — вершина пищевой цепочки!.. Себе он может признаться, что почти потерял самообладание и ничего не мог противопоставить разноцветному агрессору, кроме бестолковых шлепков по туловищу, бессильных, с точки зрения изгнания!

Мистер Малфой был укушен даже в чрезвычайно укромное место сзади, с огромной силой, кровотечение прямо чувствовалось, он был очень напуган… А если бы укус пришёлся на ближайшие окрестности?

Что за монстр? Тёмное порождение магии Запретного леса? Или это какая-то уродская собака, выведенная близнецами Уизли? Он бы спросил у Хагрида, однако противно общаться с недочеловеком…

Было очень больно и обидно, ведь это совершенно неспровоцированное нападение, на высшее существо! А потом хомяк выскочил из-под мантии и бросился грызть аристократические руки, холёные и умягчаемые кремом!

И только мощный и точный пинок мистера Гойла переправил зверя в открытое окно, с неизвестными последствиями… Надо надеяться, больше не вернётся, замок полногабаритный, до земли лететь — не долететь!

А грифы всё это наблюдали, с огромным интересом, и как стали издеваться! И нести чушь про какой-то магловский футбол боевыми хомяками как спортивную сенсацию местного масштаба!

Дескать, форвард Гойл пробил образцово, в какую-то там девятку, хотя попал в окно, очень целесообразным образом… Было малопонятно, но обидно. А из-под мантии капала кровь, с мизинца и лилась, он не сразу смог остановить, от волнения, ему вспомнился проклятый гиппогриф…

Тут грифы стали ещё сильнее издеваться — дескать, у тебя геморрой, Малфой, или просто трудные дни, раз ты так интересно капаешь из-под мантии, а? Покажи боевые ранения, Малфой, мы тебе прижжём раны, и даже перевяжем, если там не всё отгрызено! И показывали, как раскаляют в камине кочергу и прижигают, ему прямо стало совсем нехорошо...

Потом грифы стали цинично ругать его за насилие над мирным грызуном, рассерженным явно на почве недоедания. Ему бы семян или овощей, и у тебя появился бы верный норный друг, Малфой, пушистый красавчик с миленькими ушками, готовый защищать и рвать резцами! Да он даже тыкву ест, если хлебом не кормить, однозначно!

Оказалось, что некто хомяк — по сути, возомнившая о себе крыса-переросток, толстая и щекастая, с окровавленной пастью, когда после пробования высокородной плоти!

А грязнокровные и очкастые грифы с удовольствием говорят, что хомяки разносят бешенство и чуму, поэтому идеальные питомцы для всяких слизней, носителей сословного бешенства и чумы родового высокомерия! Но ведь драконья чума не лечится, почти, какой ужас!..

Когда слизеринцы ему разъяснили, что магловская чума — гадость, но лечится, а опаснейшее бешенство хомяки действительно переносят, легче почему-то не стало. Хорошо, что медиведьма быстро справилась с прокусанными местами. А разглядывая и залечивая самое пострадавшее место, бормотала, что наследнику повезло, ведь его самые ответственные окрестности под постоянной угрозой!..

Да, это нападение определённо неспроста! И намагиченные, до не могу, панталончики не справились с жуткими торчащими зубами зверя, и допустили кровопролитие. И подлежат утилизации, увы, потому что Малфои не ходят в погрызенном. А он так не любит прощаться с красивыми вещами, если они покамест не надоели!

* * *

— А я запасливый и бережливый, у меня и жаба крупная, и хомяк очень щекастый! — выпалил Гарри. На него с двух сторон одновременно посмотрели и Лонгботтом, и Малфой.

Последний сердито подумал, что песец на родовом гербе совершенно не похож на хомяка, просто щёки и бока толстые, вот и всё! Но Поттер понёс — и на хомяков, и против наследника, без остановки!

— Какой же ты жалкий неудачник, Малфо-о-ой! Вот Рон, не самый уживчивый из мальчиков среднего школьного возраста, но живёт со своим питомцем очень мирно! Так, ставит Паршивцу клизмы помаленьку, чему-то нужному учится, чуть-чуть разбирается в языке мелких животных!

А ты, претендующий на познание азов дипломатического искусства и коммерции, ты чем вызвал агрессию мелкого норного животного, вне среды его обитания? Ты и хомяку лапку отдавишь, самоуверенный невежа, и не заметишь! — изощрялся мистер Поттер. И не собирался останавливаться, куда там!..

Драко покусали попку,

Плачет мальчик, такой робкий!

Мистер Поттер именно изощрялся в издевательствах над благородной кровью. Хомяк погиб не зря, раз от одного напоминания Малфой сразу поджимает губки и нервничает. Правильно делает, потому что кое-кто в ударе, и будет эти удары наносить…

У него было отличное настроение, раз план выгорел и всё прошло как по маслу! Надо следующего хомяка угостить дозой побольше, чтобы только наследников грыз и грыз, и не отвлекался на беготню!

А ещё вассалам подбросить, чтобы и здоровякам было чем заняться! Ишь, хомяка вассальной ногой за окно с большого этажа выпинывать, единственный экземпляр, да под воздействием уникального зелья, ему бы наследника ещё грызть да грызть...

— Может, тебе попался маргинальный хомяк, который ни то ни сё? Но отчего у него такой сильный стресс, а? Как ты довёл мелкое и не хищное животное до выпадения из зоны комфорта и полной потери самообладания? — в свою очередь, не менее ехидно поинтересовалась Гермиона у растерянного Драко. И продолжила измываться:

— В несчастном зверьке всего-то два фунтика весом, а тебя гонял, как собака курицу, причём ты визжал громче хомяка! Или его, жившего в гармонии с природой, взбесила разнообразная косметика мистера Малфоя, поклонника разнообразных запахов?

Твои дезодоранты порой слишком сильны, это очень дамская черта, наследник! И спровоцировала мужественного хомяка с тобой разобраться, цап-царап и кусь-кусь! Сказала бы, что шрамы украшают настоящего мужчину, но тебе, с таким дефицитом маскулинности, я выскажу только своё «фэ»!

— Да-да, — подхватил Гарри. — Шрамы на заднице не могут быть украшением, а только следами курощения. Драко курощёный, хомяком учёный, но учился он неважно, в отношениях был сутяжен…

А вот и стишок про твои сложные отношения с миром животных, лови и под грызуном себя чисть, а диких хищных кошек просто бойся, ты, типа, чистокровный зверёк Драсик-Карасик!

Дрался Драко с хомяком,

Показался дураком,

Был пушистым он искусан,

Тот хомяк очень разнуздан!

Бритый Драко нервный ёжик

Вдруг не досчитался ножек!

Стричь ты лучше не берись,

А то вдруг ошкуришь рысь?

Она так тебя ошкурит,

Даже Аргус нервно курит!

И откусит много раз,

Неудачник ты у нас!

* * *

Новые планы травли самого родовитого из наследников не замедлили. В следующий раз мистера Малфоя атаковали целых четыре мушкетёра под допингом — два рыжеватых, и парочка совсем чёрных, невидимых в темноте. И специально подготовленных для одной секретной спецоперации, вот.

После первого испытания Хагрид с интересом выслушал историю о химической стимуляции грызуна, очень героически гонявшего Малфоя. Однако, увы, подвергнутого слизеринцами дефенестрации — то есть казни выбрасыванием в окно. Выпиныванием, если точнее.

Лесник, конечно, поддержал своих воспитанников. Вскоре Клык помог отловить из залитой водой нор четвёрку щекастых вредителей. Агуаменти отлично работает против норного зверья! После чего пленных хомяков держали в клетке до часа икс, подвергая искупительному откармливанию.

Этот час наступил в момент заседания наследника в кабинетике задумчивости, отдохновения и мудрых мыслей. Драко избавлялся от твёрдых пищеварительных отходов (на самом деле, конечно, достаточно мягких и аристократичных), радуясь безукоризненной работе своего благородного кишечника. Даже его перистальтика очень изысканна!

Между тем Добби предупредил о гигиеническом намерении наследника и назвал кабинку. Мистер Поттер, облачившись в специальную мантию, невидимкой поспешил курощать. Коробка с набором для курощения была увесистой.

Наполненная упакованными в неё грызунами, она перед применением была обработана: сначала снято парализующее, а потом последовало резкое встряхивание, для приободрения хомячков, в которых и так находился свежеизобретённый препарат, теперь известный как озверин.

Зверьки, правда, не столько приободрились, сколько крайне разозлились, будучи недовольны всем — и препаратом, и параличом, и содержанием в упакованном виде, и встряхиванием… и мирно какавшим наследником тоже, до кучи. Возможно, появившаяся из-под наследника кучка аристократического помёта также вызвала претензии.

Одним словом, коробка обрушилась прямо на голову сидевшего в лёгкой задумчивости Малфоя, после чего из неё высыпались громко заверещавшие грызуны. Драко вздрогнул — он помнит этот премерзкий визг, звук агрессии и боли! Перистальтика усилилась, непроизвольно…

Мистер Поттер тем временем отошёл к входной двери и стал наблюдать аттракцион. Только один хомяк удрал сразу, выскочив внизу и заметавшись по туалету. Остальные зацепились за мантию наследника, а один остался в причёске, его тщательно уложенной причёске!

Драко тоже заверещал, но был менее убедителен. Когда ты без штанов на унитазе, убедительность так себе. По крайней мере, хомяки приняли Малфоя за некоего калового агрессора и немедленно атаковали. Верхний, разгребая волосы и царапая голову, тяпнул в ухо и пальцы, рефлекторно потянувшиеся защитить лицо. Второй укусил голень недалеко от взъёма, трижды, а третий…

Страшно царапаясь, взобрался на колено, мгновенно, и вцепился прямо в задницу, под мантией, как в прошлый раз! А у него же там всё открыто, он же не совсем закончил… Да это дежавю какое-то, дурного тона! Только своевременный удар задом в стенку заставил пушистого негодяя отпустить нежное место жертвы и бежать.

Второй зверь, перед эвакуацией, тяпнул за второе ухо, тоже до крови. И только третьего наследник нервным дёрганием нижней конечностью почти сразу выпнул вниз, оставшись сильно окровавленным и сверху, и в середине, и внизу!

Тут подключились вассалы, продемонстрировав хоть какой-то толк, во имя возмездия за пролившуюся благородную кровь. Услышав знакомые звуки, они немедленно натянули штаны и выскочили из кабинок. Уже имевший боевой опыт Гойл так пнул рыжую тварь, что та влетела в стену и предпочла немедленно сдохнуть.

На Крэбба другая тварь, чёрная, буквально взлетела, явно надеясь вцепиться в горло, лицо или ухо, но отвлеклась на укус в прикрывающее лицо запястье. А нерастерявшийся спортсмен тут же угостил её кулаком прямо в нос. Отчего тварь тоже ускоренно проследовала к стене и также предпочла немедленно сдохнуть.

Пришедший в себя наследник после нескольких попыток парализовал парочку уцелевших хомяков, с визгливым рычанием метавшихся по полу и наскакивавших на телохранителей. Остановил себе кровь и подверг пленников опытам на выживаемость, гневным! Отчего мерзавцы в скором времени тоже предпочли издохнуть.

На остатках боевого пыла Драко надрезал тела в нужных местах и, придерживая ногой, сдёрнул разноцветные шкуры, несколькими злобными рывками. Да, вассалы в мэноре Гойла показывали, как надо сдёргивать шкурку с добытой камнями белки, одним резким движением, он прекрасно запомнил.

Таким образом, Винсент и Грегори отшкурили по одному, наследник — двух, которых лично добыл и добил. Неплохие шкурки, хоть какая-то прибыль с врага. Кто на мистера Малфоя крысился и кусать пускался — без шубы остался! Раздетых до исподнего жира зверьков наследник покромсал Секо и смыл в канализацию. Вуаля!

А теперь срочно в больничное крыло, шрамы от таких недостойных противников ему ни к чему… Как же болят укусы, особенно сзади, где прямо подтекает! Кто-то ответит, и это будут не хомяки, мерзкое оружие в недостойных грифских… грифнявых руках!

Привлечённые шумом, зашли равенкловцы, удивились кровавым лужам на полу и потрёпанному виду мистера Малфоя. Приступили к расспросам. Драко отвечал со сдержанным достоинством, держась за прокушенное ухо и тыча перстом в рыжие и чёрные шкурки на подоконнике. И, подстёгиваемый болью в покусанных местах, почти сразу, поручив добытые меха вассалам, поспешил к мадам Помфри.

А невидимый Гарри спокойно покинул арену боевых действий, премного довольный. Но и задумавшийся над некоторыми новостями. Гм, у наследника есть интересное умение. Он у нас шкуры сдирает, прямо как маленький Хагрид, любитель разбирать хомячков на запчасти! Что значит, аристократическое воспитание! Но и мистер Поттер запомнил, где именно надо надрезать меховой трупчик, чтобы потом шкурить…

Эх, недолго боевые хомячки продержались, эти слизни их втроём почти сразу укатали, досада! На такую троицу гвардейцев кардинала четырёх пушистых мушкетёров мало, их надо кем-то другим доставать. Хорошо, что физически подготовленная миледи Булстроуд не собирается превращать это слизистое трио в квартет…

Надо полагать, хомячки не исчерпали своего боевого потенциала, просто следует сделать перерыв. Чтобы вырастить достойную смену погибшим героям, знающим, что задница Драко — слабое место. Глядишь, и ценное откусят!

О, а если Добби бросит боевого зверька под озверином в постель к сонному Малфою, то тогда что, спросим мы вас? А тогда могут наступить интересные следствия, как выражается Гермиона! Так что стоит иметь хомяков, одноразовых бойцов, в запасе. Во имя неожиданного курощения, в момент расслабленности врага.

Да, например, во сне или где-нибудь на пикнике. Мистер Малфой любит вкушать деликатесы на природе. Однако нападение ночью в спальне — ещё лучше! Атака хомяков-меланистов, в полной темноте — это один из вариантов для будущих пакостей Малфою. Желательно в момент, когда рядом нет телохранителей.

Правда, эта троица и гадить вместе ходит, кстати. Явно Крэбб и Гойл привязаны перистальтикой своих кишечников к позывам сюзерена, ха-ха-ха! Вот она, мощь вассалитета!

Сжал кулак боевой да хомяк,

Удалой тот грызун-холостяк,

Драко он саданул об косяк,

Он такой, он не каждый там всяк!

Атакует красиво хомяк,

С унитаза Малфой сразу — бряк!

Переносит грызун и столбняк,

Был гербовый, а ныне же враг!

Наступает четвёрка гостей,

Не собрать тут от Драко костей!

Остаётся немало соплей,

От того, кто и мыши слабей!

* * *

…Вам бы таких мышей, мы бы посмотрели! Там такие резцы, хуже всякой Грейнджер! И такой визг, что хуже Уизли, и напор — как у Поттера! Да, абсолютно грифячья скотина, зубастая, прыгучая и подлежащая пресечению. Причём пасти у всех были распахнуты на единственного наследника как-то прямо… с энтузиазмом, вот!

Но это наследник блестяще победил, а вовсе не его, оближись, низкий клеветник Поттер! Да он почти и не растерялся, и с двумя справился, несмотря на подлую внезапность нападения, и пролитие благородной крови… Да в интимный момент, с вмешательством в перистальтику!

Однако следует отметить, что в школе происходят недопустимые вещи. Дикая и толстенная мышь, она же крыса, возомнившая о себе, бросается атаковать первой, это крайне предосудительное поведение. Такого даже питомец младшего Уизли не позволяет, хотя жрёт прямо на столе у грифов…

Даже маглам известно, что человек — царь природы, и сам лесной царь медведь, если его чует, то сразу уходит. А магочеловек — царь всего! Наследник достойно держался, один против толпы бешеных тварей, и укротил половину, с обдиранием! Но понятно же, кто именно натравил…

Драко стал наводить справки об опасных тварях, нападающих первыми и всей кучей, подобно слизеринцам и грифам. Оказалось, что дикие хомяки ведут себя весьма нервно и легко срываются в агрессию. Совершенно не боятся человека, и часто сопротивляются кошке, и запросто могут прогнать слабохарактерных мурлыку или брехунца, изнеженных городским воспитанием. Хотя против серьёзного кота им не выстоять, конечно.

Мистер Малфой продезинфицировал шкурки врагов всеми возможными заклинаниями. И сшил из них, по образцу своей обуви, мягкие мокасины, удивив отличной трансфигурацией даже Макгонагал. Заработав и очередное превосходно, и двадцать баллов.

Оближись, недостойная Грейнджер, отстань ты, липкий полукровка! Что ты понимаешь в модной обуви? И она никакая не цветастая, изыди! Он отлично сочетал цвета, у него получилась и чисто чёрная пара, её тоже увидят. В нужное время.

— Да ладно обижаться, всё равно отличная же обувь, Малфой, яркая такая, мягкая! Очень подходит цветом твоим волосам, на контрасте… Но учти, что шкурка нестойкая, её обрабатывать надо, сложными заклинаниями… О, а мне такие можешь забацать? На память от однокурсника?

Как вы на Слизерине говорите, буду благодарен, но не должен, ха-ха-ха! Но ты крут, Малфой — против толпы боевых хомяков выстоял, и хоть бы слезинка! И шкуру содрал, представляя себе при этом гриффиндорцев, да? Смотрите все — перед вами боевой скорняк наследник Малфой! Аплодисменты умелому ремесленнику! Слава сапожнику Малфою!

Как избил его хомяк,

Драко знатный стал скорняк!

Сам душил и обдирал,

Ох, сапожный генерал!

* * *

— Раз мы удачно попробовали новый интересный препарат на мышках и хомяках, пора приступать к новой стадии испытаний, на человекообразных пациентах. Озверин усиливает природную наглость и агрессивность, и мы вправе ожидать данного эффекта на человекообразном и чистокоровном…

Гермиона вещала, а Гарри только что закончил подбор дозы озверина, сравнив вес грызуна с массой блондина. И довольно улыбнулся, предвкушая эффект очередного курощения.

Эффект, при соответствующей весу наследника дозе, оказался сходным. Малфой после озверина сначала бросался на своих телохранителей, но те, не решаясь бить в ответ на пинки и укусы, нашли свой способ мягкого укрощения. Взяв босса за плечи, сначала Крэбб, а потом и Гойл долго крутили его вокруг своей оси.

Драко испытал сильное головокружение и некоторое время просто ходил, пошатываясь, и на четвереньках. А потом вскочил и как побежал, со всех ног! И долго просто носился взад-вперёд, не останавливаясь, до полного мышечного истощения. А когда совсем устал, то, обессиленный и насквозь мокрый, свалился где-то далеко от входа в гостиную Слизерина.

Добрался до неё с трудом, буквально влача непослушное тело, уже перед самым отбоем, и кое-как. И пропустив ужин! Он настолько был измучен долгой бесцельной беготнёй, что на следующий день всё болело, все мышцы, даже челюстные.

Кстати, вассалы его добросовестно искали, но не нашли, потому что не догнали. Очень плохо было почти весь день, и обезболивающее зелье помогло лишь частично. И визит в больничное крыло оставил противоречивое впечатление.

Медиведьма объяснила, что боль в мышцах после сильной перегрузки — это естественный процесс, потому что какая-то молочная кислота в них накапливается и вызывает неприятные ощущения. А раз данные ощущения естественные, то магия с таким плохо борется, учтите, наследник. И зелье, вызывающее бестолковую беготню, ей не встречалось, и заклятия такого она точно не знает. Вероятно, вас порадовали чем-то редким, наследник…

Драко возвращался в свои покои удручённым. Вот же гадость! Раз неизвестное заклинание или зелье, его родовая магия поэтому и пропустила, какая досада! Правда, и аппетит в этот плохой день был сильнее обычного, он отметил, да, прямо зверский какой-то аппетит. И очень тянуло устроить скандал, он просто героически себя удержал, четырежды…

Однако при взгляде на удобные меховые туфли становилось как-то легче. Хотя наследник никакой не сапожник, у него просто есть определённые способности к артефакторике, на почве углублённых знаний трансфигурации! Он свои новые мокасины ещё и ругать гриффиндорцев научит! На хомячьем языке…

Нет, это же визгливый язык, а его высокий голос противные грифы обзывают именно визгливым, пошлые недоумки!

* * *

Гарри задумчиво предлагал свои варианты. Мысли просто теснились. Курощать можно очень разнообразно! А если устроить мозговой штурм? Так мы ещё и травки Невилла не использовали!

— Бить током из конденсатора. Тащить несколько ниток под простынёй, это Добби может. Пусть просыпается каждые полчаса от ощущения того, что под ним кто-то пролезает!

…Нарубить отстриженных ногтей Хагрида, и эту сечку Малфою в постель, и пусть думает на вассалов. Мол, ногти на ногах подстригали, сидя на его постели, и везде намусорили! Вот визгу будет! Или чужие ногти использовать рискованно, раз их в зелья только так?

…Или два ведра ледяной воды в постель! Её же попробуй тогда высуши… О, и палочку Малфоя спрятать Гойлу в задницу, и помрачить вассала на повторение двух коротких фраз: «Очень чешется, босс!» и «Не буду больше, босс!» Это же не предельно сложно, если Гойла и на три слова, так? К тому же порчи организму никакой, и Добби должен купиться. За палочку в зад магия не должна наказывать!

— Я уверена, Гарри, что даже если палочка там сломается, магия не станет вмешиваться!

— И мы это скоро проверим! Э-э, провернём!

Оказывается, Малфои устраивали соревнование домовиков разных семейств, кто быстрее вырвет гвозди задницей! Вот же чистокоровные дикари, Гринписа на них нет! А Добби даже не понимает, что это за гранью добра и зла, спокойно рассказывает, как так и надо…

— Дёргать задницей гвозди у наших эльфов считалось патриотичным занятием. Потому что если команда мэнора побеждала, то хозяин Люциус Малфой давал на вынюхивание две, а иногда и три конфетные бумажки, очень ароматные. И говорил, что победа делает магический мир скрепоноснее, и пусть домовики гордятся и плачут от радости, вынюхивая призы!

Победить было честью, однако требовало тренировок... Но Добби нетренированный и бесполезный! Когда он просил разрешения тренироваться, старший домовой эльф Бруньке назвал Добби хилозадым и никчёмным!

— Нет, Добби повезло, это вредное соревнование, оно ничего не даёт!

— Глупый Добби не знает ответа доброумной ведьме мисс Гренжер, но маги очень смеялись и болели за своих эльфов. Добби думает, что магам это соревнование давало... удовольствие точно давало. И проигравшую команду почти не наказывали!

Дёргать гвозди магия помогает очень частично, так же как и восстановиться после мытья кипятком. Бывшая хозяйка Нарцисса не позволяла использовать в соревновании на дёрганье всех четырёх женских эльфов, мы её любили…

Гермиона аж вскричала:

— Это явное влияние маглорубки на Малфоев, и её некроэнергии, очень гадкое. Эльфы же не любят некроэнергию?

— Да, но Добби терпел и переносил лучше взрослых, его хвалили, что он убирал отходы, хотя было страшно. Плохая вещь! Но способствует магическому развитию, тошнотворным образом, Добби не знает, почему. Добби стал сильнее после уборки…

Гарри тоже вставил пару слов:

— Верно, некроэнергия — очень плохая вещь. Но, возможно, подлежит изучению, в целях безопасности жизнедеятельности, так сказать… Здесь, в замке, тебе хорошо?

— Да, Добби в восторге! Везде очень много магии, унитазов, раковин и, главное, кухня. Добби мечтает работать на кухне, хотя и очень молодой. Добби заучивает прочитанное в книгах, запоминает картинки, а потом обдумывает, у него хорошая память. Это ещё интересней уборки и почти как кухня! Добби умнеет, почти каждый день! И благодарен мудрейшей!

* * *

— …Домовой эльф не может лечить себя магией, если наказан старшими эльфами, это табу. Если наказан до крови, то его собственная магия вылечит, с нужной скоростью, для воспитания. Но маг может лечить эльфа, потому что высшее существо, это закон… — блаженно бормотал Добби, впитывая магию мудрейшей из всех лучших учениц…

Добрая мисс Гренжер почти мгновенно вылечила очень болезненную шишку на макушке, оставленную молотком для отбивания мяса. О, восторг! Добби явно не бесполезный и, уже точно, не вполне ничтожный, раз получает столько внимания…

Мудрейшей нравится усердие эльфа в изучении волшебных наук, слов и выражений. Добби старается и будет стараться, он полезный зверёк, как выражается герой-освободитель! У него уже бывает столько наградных фантиков-доббиков, что Добби не успевает их вынюхивать. А иногда Добби шоколадят, вознаграждая лучшим в мире продуктом, и это замечательнейшие дни эльфийской жизни, блаженные!

После шоколада и других сладостей можно и не вынюхивать, продолжительное время! Поэтому часть доббиков низший эльф, вставший на путь очеловечивания, отдаёт коллегам, чтобы те рассказывали ему услышанное среди слизеринцев, или от кого угодно, но конкретно про мистера Поттера. Слово «конкретно» очень богатое и точное, а другие эльфы его и не знают, кроме самых старых!

А частью фантиков Добби делится с эльфиечками, молоденькими. Добби не очень красив и слишком юн, но теперь считается зажиточным и довольно интересным, это помогает в общении. Несколько свободных минут похихихать за совместным вынюхиванием доббика, да такого, что с особым ароматом — это настоящая роскошь эльфийского общения!

* * *

Гермиона пробовала лечить старые шрамы Добби — оказалось, что некоторые заклинания и зелья действовали образцово. Прав Хагрид, что домовиков высшие эльфы творили, и под себя, вот и зелья на низших эльфах нормально работают. Стало быть, и на высших эльфах тоже, только не проверить. Но логика за…

А Добби ей поклоняется, пусть иначе, чем великому мальчику, но поклоняется! То есть ей уже поклоняются Добби, Живоглот, Клык… А если бы она кормила Паршивца, тот наверняка тоже бы поклонялся. Но ей было немножко противно от облезлого вида крысы, поэтому её подкармливал небрезгливый Гарри.

Полечившись от молотка очередной раз, отблагодарив и немного помявшись, смущённый своей смелостью Добби спросил у мисс Грейнджер про иерархию. Выше ли он фамильяра, вроде Клыка с Живоглотом, или ничтожнее?

Девочка ответила, что фамильяры не разговаривают и не колдуют, а Добби — эльф, пусть и низший, а значит, волшебник, просто частично человекобезобразный. И он близок будущим хозяевам, раз такой образцовый слуга, и плюс к тому практически является фамильяром.

Да, раз слышит призыв с любой дистанции. Нет, в этом смысле даже лучше, потому что фамильяр чует хозяина только на довольно небольшом расстоянии. Но когда я глажу Живоглота и разговариваю с ним, я думаю о коте, а если передаю магию тебе — думаю о тебе, а не о коте.

Добби, помявшись ещё, спросил, что его немножко мучает мысль о том, что фамильяр Живоглот делится своей магией с мисс Гермионой, а бывший ничтожный Добби — отбирает.

— О, действительно, фамильяр даёт мне магию?

— Добби чувствует, о, мудрейшая мисс! Это неплохая магия!

— Я подозревала, но не была уверена… Спасибо, Добби, ты лучший из эльфов! Твоё место велико и значимо, не сомневайся. Ты законно получаешь магию, ибо имеешь на неё право за очень хорошую работу. И верность!

Продолжай очеловечиваться, симпатичный Добби, мне нравится, что у тебя получается быстро и хорошо! Держи конфету… две! Живоглот тебе благодарен!

— Добби уважает мудрейшую и её благородного кота. И очень благодарен за сладкое! И за разъяснения!..

* * *

Не только же Гермионе изучать эльфов! Мистер Поттер тоже имеет что спросить.

— Держи свои конфетки, рассасывай, заслужил. И расскажи-ка мне, любезный, про эльфийский фольклор. Ну, про ваши песни, загадки, пословицы-поговорки, анекдоты, басни…

— Добби не слышал про басни. Но прочий фольклор у домовых эльфов есть, только небольшой. В центре фольклора у эльфов — поварёшка, как главный кухонный инструмент. У нас есть лирическая песенка «Моя поварёшечка», танец «Поварёшка и я», загадка «Хороша для всего, даже до тыковки достанет». И важное нравоучение:

Кто считает поварёшку

Просто очень большой ложкой,

Скрепы гадко разгибает

И в очистки их кидает!

…Конечно, Добби давно выучил «Мою поварёшечку», она прекрасна и совершенна, это наша лучшая лирика! Ой, Добби так смущён… но очень рад, что маги интересуются эльфийской лирикой! Кхе-кхе… Лирическая песня эльфов «Моя поварёшечка»! Исполняется впервы… перед магами впервые!

Моя поварёшечка,

Иду к тебе,

Звени, моя крошечка,

Греми на дне!

Моя поварёшечка,

Она блестит,

Мурлычь, моя кошечка,

Да-да, части!

Моя поварёшечка

Блестит на дне,

Великая ложечка,

Черпай в судьбе!

Плесни же немножечко

Через края,

Моя поварёшечка,

Мечта моя!

…Добби счастлив, что его исполнение понравилось! Поварёшка велика… Да, тряпочка тоже воспета эльфами. Но песня о ней детская, а взрослыми тряпочка нечасто упоминается, поскольку считается низким предметом. Тряпочка только для тренировки малышни, которая магией ещё не владеет. Но молодые эльфы при себе носят тряпочку, на всякий случай, из остатков детского почтения…

Тряпочкой по столу три,

Крошки не оставь, смотри!

Шурши тряпкой каждый день,

Устрашись почуять лень!

Магов тапочки почисть,

Тряпкой овладеть учись!

Если хнычет ночью маг,

Усыпи ты бедолаг!

Сам же тряпочкой махай,

Себе сон ты навевай,

Если с детства с тряпкой дружен,

Будешь верен, будешь нужен!

Ещё у нас есть ирония, например, но редкая, потому что только от начальника:

Скажи мне, молодой повеса,

Из кухонного интереса,

Да был ли кто-то честных правил,

Когда бульон тыквой заправил?

И вот главная хоровая песня эльфов, исполняется в честь особых трудовых достижений. Тогда самый потрудившийся солирует, остальные эльфы подпевают, постукивая кухонными инструментами по кастрюлькам, это очень мелодично!

Счастье эльфов

Над огнём поспевает жаркое,

Его маги съедят без остатка,

Быть полезными, как это сладко,

Это счастье нам, счастье такое!

Пусть нога остаётся кривою,

Уши тянут к земле то и дело,

Эльфа несовершенное тело

Совершенство творит пищевое!

Чистим мы унитазы примерно,

Фантик нюхаем редко, украдкой,

Замок держим мы в должном порядке,

Оттираем всю грязь, и отменно!

Создан эльф быть примерным слугою,

Танцевать с поварёшкою в праздник,

Видным эльфом не станет проказник,

Обуян что мечтой половою!

Эльф в готовке с уборкой летает,

Результатом достойным гордится,

И на месте ему не сидится,

Он о счастье для магов мечтает!

— А почему половые мечты эльфов считаются не того-этого?..

— Эту песню, сэр Гарри-освободитель, сочиняли повара — высшая прослойка нашей общины. Добби в курсе, что они немножко пренебрегают теми эльфами, кто не поднялся выше уборщика, это есть. Мы не сословное общество, но дис-крими-нация… очень сложное слово! у нас всё же имеется.

Эльфы, следящие за чистотой полов, будут пониже кулинарной прослойки. Но лучшие половые работники допускаются на кухню убирать брызги кулинарного жира, они непростые для удаления. Им также дозволяется нюхать замечательные кухонные запахи…

Добби прошёл по конкурсу, он из унитазных и половых уборщиков попал в кухонные рабочие, он помогает поварам и всё время учится. И ещё ему помогают учиться, с помощью поварёшки в ушастую тыкву!

— Значит, лучшая карьера эльфа — кулинарная?

— Старшие эльфы учат нас, сэр Гарри, так. Мол, о карьере у эльфов должно быть чёткое и однообразное понятие: все работы хороши, выбирай на вкус! И на вкус лучше всего быть работником кухни — главном месте Хогвартса, по мнению эльфов и многих школьников!

Будь поваром, эльф!

Ты уборщик — хорошо,

Но готовщик лучше!

Конкурс жёсткий ты прошёл,

И тебя научат!

Ароматы все с тобой,

Ты снимаешь пробу,

Пусть уже не молодой,

Радуешь утробу!

Унитаз тоже велик,

Крутоват пусть запах…

Но скребётся домовик,

Ёршики захапав!

Унитазом овладев,

Раковину чисти,

И придёт к тебе успех,

Как гигиенисту!

Пыль везде ты пресекай

Влажною уборкой,

И на кухню проникай,

И везде там шоркай!

Жир ты сможешь удалять

Трудный, кулинарный,

И на повара пенять,

Что, мол, элитарный!

Повар бьёт по голове

С крепкой поговоркой:

Только сильный в колдовстве

Ведает конфоркой!

Так поют эльфы, в свободное время, хором. Мы очень сплочённый народ, у нас прочные скрепы!.. О да, Добби не раскроет секрета, если скажет и про индивидуальный отдых, с противоположным полом. Женские эльфы немножко украшают свои полотенчики и наволочки, наводят складочки, делают кокетливые надрезики, чтобы подчеркнуть ножку, она не такая кривая, как у мужских домовиков, если в молодости…

Главное — это совместное вынюхивание изысканного фантика после общей трапезы, негромкая музыка на кухонных инструментах, песни, смешочки, все дела, как говорит великий сэр Гарри…

* * *

…Так, не забыть подкормить Добби. Хотя тот хитрец, если о нём немножко забыли, сам может появиться, с каким-нибудь отчётом и вкусненьким с кухни. И смотрит, как Живоглот или Клык, почти, явно о твоём пищевом долге напоминает. Порой даже позволяет себе пискнуть — мол, может ли бывший недостойный Добби рассчитывать на магию великого?..

Добби, ну-ка, появись, срочно! Молодец, время свободное есть? Отлично! Ударь, из невидимости, сзади ложкой троих известных тебе слизеринцев, по яичкам, и свободен… Нет, по задницам не надо, не поможет, сам же знаешь! Да, по два раза каждому, чтобы отвлечь от плохих мыслей.

И когда ударами они будут отвлечены от действительности, незаметно ляписом им морды вспрысни, на предмет будущего почернения. Как раз утром пятнышки и проявятся! Вот тебе запас ляписа, вещь эта необходимая, для многократного применения! И многократного, и творческого, то есть максимально неожиданного! Врубаешься, ушастый?

— Добби вкурил… э-э-э… в натуре! Ему нравится врубаться!

— Молодец! Кстати, а у эльфов есть игрушки?.. Нет, кроме игрушечной посуды и тряпочек, чтобы учиться её мыть? Совсем нет? Э-э… игрушки — это может быть интересно эльфам, по-моему. Попробуешь, Добби?

— Добби попробует и надеется, что Мать-и-Магия не станет его наказывать, раз он не самый умный среди эльфов. Но самый догадливый, потому что служит сразу многим господам, и получает награды!

…После этого разговора мисс Гермиона подарила домовику японскую плюшевую куклу с трудным именем — Че-Бураш-Ка. Тот сразу влюбился в её уши, просто влюбился. Если бы у эльфиечек были такие пушистые ушки, они бы выглядели вдвое милее. Пусть глаза игрушки и чуть маловаты, это нестрашно, потому что ушки, ушки!..

Все женские эльфы пищали от восторга, видя Че, как Добби назвал это мягкое чудо. Даже немолодые эльфийки были не в силах сопротивляться плюшевой магии, и тоже тискали, особенно ушки! И оживлённо обсуждали, под стук посудой:

— Этот Добби — богатый эльф, у него есть дорогая плюшевая собственность, что очень сомнительно для эльфов… но интересно!

— А вот Пунки заметила, что от него часто пахнет шоколадом, лучшим ароматом мира! Неужели магические дети натирают Добби шоколадом?

— Немыслимо, нет, Твилли считает, что такое просто немыслимо. А-а, они вытирают о него руки после шоколадных конфет, какая честь для этого Добби, он ведь такой молодой и совсем не красивый!

— А Грилли интересно, что он очень быстро просочился на кухню, возможно, в нём что-то такое есть, молодом да раннем...

* * *

— Держи шоколадку, Добби. Здесь почти половинка от четвертинки!

— О, мудрейшая из девочек наградила Добби шоколадом! Никто не награждал Добби такой большой сладкой вещью! Домовикам очень-очень нравится запах шоколада, когда они готовят на кухне, но они запрещают себе его пробовать, кроме главного повара, его старшего помощника и среднего помощника!

У них есть право лизнуть шоколадный кусочек, несколько раз, а не только нюхать. Добби счастлив и просит разрешения у мисс Гермионы немножко поплакать от счастья в уголочке. Он очень долго будет нюхать эту шоколадку! Он очень хочет много раз облизывать шоколад и несколько раз его рассасывать, маленькими порциями…

…Гм, такому расторопному и послушному даже шоколада не жалко. Тем более от Гермионы. Нет, он тоже от себя оторвёт, пусть домовик будет в зависимости от шоколада, как и люди, пусть повышает человекообразность, это в наших интересах, очень магических…

— Да, Добби! Ты имеешь полное право плакать в уголочке, только тихо. И только от счастья! И мудрая девочка советует тебе одновременно держать шоколад во рту как можно дольше, до полного растворения.

Тогда он медленно растворится, и прекрасный вкус шоколада во рту, который ещё лучше запаха, будет очень долгим удовольствием разумного домового эльфа. И ты можешь пробовать рассасывать шоколад во время плача, после плача, а также и вместо плача…

После той шоколадки Добби смотрел на Гермиону влюблёнными глазами. Ей даже было немного неудобно. А Гарри тоже не забывал угощать домовика сладким, раз тот открыл для себя прелесть этой разновидности вкуса.

Вот он — герой-то герой, а даже не догадывался, что эти домовики, оказываются, кондитерски зависимы. Раз и некоторые герои тоже зависимы, и мудрейшая… А некоторые рыжие и конопатые так вообще… да тьфу на них!

Эльфики, бедняги, с детского стола даже взять ничего сладкого не могут, потому что нельзя. Вообще сладкое нельзя, такой ужас! А вот мистер Поттер и мисс Грейнджер догадались, как помочь обойти табу! Да-да, великий герой и мудрейшая из девочек, всё правильно, Добби, мы ценим твоё уважение! Держи, сегодня ты нам интересное рассказал, сладкое заслужил.

И не плачь в уголочке, а рассасывай во рту, с достоинством, чтобы получить максимальное удовольствие. Как человек, понимаешь? Ты же хочешь походить на человека, да, Добби? Ты у нас сравнительно человекообразный, Добби, но с шоколадкой станешь ещё более человекообразным. И помни, что люди обычно не плачут от радости, хотя и понимают тех, кто всё-таки плачет!

— Добби очень хочет повысить человекообразность. Он понимает, что довольно человекобезобразный, хотя и не очень виноват. И благодаря сладким вещам в Добби стало больше человеческого! Добби горд становиться всё более человекообразным и старается служить ещё лучше!

Великий мальчик станет старше и заберёт Добби в услужение всего, целиком. И Добби будет счастлив, имея всё самое лучшее — героя Гарри Поттера и немножко шоколада, если заслужит!

— Ага, молодец, всё правильно понимаешь. Служи, Добби, служи, за выслугу даже у людей что-то хорошее полагается. Вплоть до пенсии, но, боюсь, тебе это не шибко интересно…

— Когда вижу этого Малфоя, точнее, когда слышу, сразу хочется ударить его по морде! Жалко, что только один раз и удалось. А то бы била и била, била и…

— Завидую тебе, Гермиона! Ты его по морде — бряк, и он с копыт — брык! А я ж столько времени потерял, когда только словесно, и то не всегда удачно. Ну и в квиддич, само собой. А так бы приятно кастетом его по морде тогда в поезде, в знак знакомства, да много раз… и ногами!

И потом, всякий раз! Потому что после той последней драки, трое на трое, приятно капитальной, уже столько времени прошло. Прямо руки чешутся, в хорошем смысле слова. И ноги тоже, в аналогичном смысле!

— Да, это так приятно — когда человека, малфойской наружности, да по морде, ногами… Ой! Так же профессор Снейп говорит, про всех людей! Вот же влияние у человека… у Снейпа… профессора Снейпа!

— Да, мощный зельеварище! Может заставить себя цитировать, может!

— Гарри! Ты что, издеваешься надо мной?

— Господь с тобой, Гермиона, в смысле, упаси нас всех Мерлин, Моргану плодоносящий! Или как-то так. Я, то есть мы, над Малфоем, битым и недобитым, ржали! И над Снейпом, само собой!

* * *

Доверчивый Добби получил задание периодически подсыпать слабительное Малфою, порой имея в виду и телохранителей. Исключительно для облегчения слизеринского пищеварения. И поскольку вассалы вкушали очень обильно, юный домовик не сомневался, что мальчик-герой им помогает разгрузить желудочно-кишечный тракт, по науке, хоть те и природные враги.

А раз слизеринцы, то гриффиндорцу лучше не афишировать помощи, Добби понимает. Эффект от простейшего лекарства, кстати, был неплох. Магловский пурген работал отлично и никакими заклинаниями не распознавался.

Как-то Крэбб, прохудившийся первым, смог, добежав со всей компанией до туалета, но не до унитаза, достойно обрызгать не только себя, создав особенно сильное внутреннее давление. И не только мочой, и не только стену, за что даже получил от босса лёгкий Круциатус.

На серьёзное Непростительное номер два испачканному наследнику сил не хватало. Да и орать запретное заклинание он решил громким шёпотом, чего последнее не вполне одобрило. Хотя нужное воздействие оказало, пусть и частично, и очень недолго.

Крэбб, впервые за годы обучения в Хогвартсе, заорал в полный голос. Какой там папкин кнут на каникулах! Круциатус — повелитель боли, злобный и неистовый! О, право босса — надзирать и наказывать!

Да, мистер Крэбб очень впечатлился даже от неполноценного Круциатуса. А потом сказал, что зуб даёт: сдирание кожи с кусочками мяса папенькиным кнутом заметно слабее пыточного заклинания! Потому что отсутствуют, в частности, ощущения одновременного держания над костром, вынимания глаз вилкой и обработки мужских придатков на крупной тёрке.

И вроде шинкование пальцев там присутствует, но это уже мелочь, по сравнению с тёркой и костром, сущая мелочь. Секунды три продержалось, но так подействовало! Сравнивать просто не с чем… И после него выдавилось наружу всё-всё, что в организме ещё оставалось, из ненужного, причём сразу и без остатка. Мощная вещь!

С тех пор мистер Крэбб держался перед боссом ещё более предупредительно, вину в том неумеренном фекально-уринальном забрызгивании осознал полностью. И даже рвался посещать туалет отдельно, по договорённости с Гойлом. Но проинформированный о проблеме Малфой-старший разделяться запретил, во имя личной наследной безопасности.

Поэтому Драко в некотором особо нужном месте просто усиливал бдительность. И про заклинание Протего не забывал, в той модификации, которая и от материальных предметов защищает, но, правда, и магию тянет, просто со страшной силой…

* * *

Вызывающее поведение наследника не уставало взывать к совершенствованию методов курощения. Гермиона рассуждала, Гарри поддакивал и развивал. Дескать, мы неплохо разбираемся в окружающем мире, не то что жалкий Малфой.

Для которого из огромного и роскошного мира беспозвоночных существуют только креветки и бабочки, а всё остальное — червяки и мошки! И ещё та громадная личинка огромного жука, проделавшая замысловатое путешествие из слизеринской спальни в лабораторию Хагрида. Вассалы удивили, и Хагрида, и Гарри с Гермионой…

Да, у Драко просто птичий ум, верное наблюдение, Гарри, оценка «превосходно» тебе! Его вассалы могут быть куда сообразительней, пусть и очень редко… А раз он птица, с маленьким мозгом и отвратительным характером, то курощать мы его будем с помощью живой природы, чьи возможности огромны… хомяки доказали, полезные вредители!

То есть курощать максимально экологично, но так, чтобы конкретный Малфой максимально страдал. И это вполне реально, Гарри. Наследника надо и пугать, и кусать, совершенно посторонними зубами! И то, что он очень брезглив, это тоже рычаг воздействия…

— Боевых хомяков будем держать в резерве, выращивать из того выводка, который раскопали Клык и Хагрид! И через моих родителей закажем разных неприятных экзотических насекомых. Пока же проще всего поработать с местными насекомыми, не самыми опасными. Однако теми, которые выглядят понеприятнее.

Например, клопы, правда, не знаю, где их брать… тараканы или пауки. Ты уже отлично использовал шершней… — продолжила Гермиона, улыбнувшись довольно неприятно. — Этот вариант хорош и будет задействован ещё и ещё, я полагаю. Если Малфой упал в обморок от укуса, правда, в очень чувствительное место, а Добби от этого даже толком не обделался…

Так-так, это прямо указывает нам направление, по которому пойдёт Драко — прямо в окрестности своего личного ада, и чем ближе, тем лучше. А мы идём далее, по дорожке из жёлтого кирпича, в город на вершине холма! Оставляя насекомый ад неправильному наследнику…

Мир насекомых богат, это наше естественное преимущество. Ведь очень доступны и сравнительно хорошо кусаются как муравьи, так и всякие личинки хищных членистоногих. Плюс крупные кровососущие мухи — слепни, пауты, оводы. Осы, конечно, и дикие пчёлы. И всякие паразиты: клещи, блохи, вши... подумаем, где их раздобыть!

— Да у бомжей, где ещё? О, муравьёв надо Дракончику нашему подкинуть! Чтобы полную сумку, и ос туда же, пусть в гостиную притащит, порадует. Парализовать их на время, и ещё бы как-то попробовать разозлить, чтобы всем слизням досталось. А потом вшей и блох ему!

И надо будет упорно этих насекомых повторять, раз в месяц-полтора, чтобы не расслаблялся. Он их, конечно, быстро магией уберёт, но нам главное, чтобы народ заметил. Он вшивых не любит, народ этот. А мы народу поможем вшивых не любить, верно?

— С помощью Пивза, так, Гарри?

— Вот именно! Пусть поработает нашим личным громкоговорителем. И народ непременно заметит, к Моргане не ходи! Кстати, кроме вшей и блох, есть и млекопитающие, которые тоже способны курощать. Причём мы будем использовать таких, которых не жалко.

То есть паразитного типа вредителей и переносчиков опасных болезней, помимо тех же хомяков. Ворон и сорок на него натравить, если получиться… да хоть воробьёв! Если целая стая даже мелких птичек опорожнится на Малфоя, его возмущение заляпанностью выйдет на уровень ультразвукового визга!

Хагрид жалуется на барсуков-вредителей, но эти звери крупные и опасные, нам бы что-нибудь помельче, для карманного ношения…

— И попротивнее! И я думаю, что лучше всего сочетать. И если Драко будет принимать водные процедуры, где-нибудь, то пираний ему подкинуть! Пусть хоть за ногу тяпнут! С прожёвыванием!

— А что, если ворону озверином прокапать, отлично может получиться, а? Как считаешь, Гермиона?

— И подманить озверевшую к Малфою, с помощью запаховой стимуляции, вот!

— Запахом тухлого мяса?

— Оптимальный аромат для Малфоя, я уверена! И хищную птичку тоже не жалко!

— А если сороку использовать? Налепить блестящую фольгу сзади на мантию, пусть его сороки потерроризируют!

— Годится, Гарри Поттероризирующий!

Ты Вшивец, Вшивец, Вшивец,

Молодец, что на овец,

Молодцы ж тебя дерьмят,

Прямо без соли едят!

Я — Шрамец, а ты — Вшивец,

Тёмный ты, чёрный — конец!

Смотрю на тебя гадливо,

Не годишься и в подливу!

* * *

Налить масла в шоколад, снова, каково! И орать, что Драко Малфой — первый из магов, отведавших машинного масла, которое смазочное! Твоя эрудиция приросла, гип-гип, ура!..

Там не машинное масло было, а с кухни, правда, снова предельно отработанное, на выброс, и очень, очень мерзкое… там масса неправильных вкусов, прогорклых! Поттер поразил его в чувствительное место, опошлив даже шоколад, и хуже, чем опошлив! Подлый вредитель…

Явно же знает, насколько наследник обожает снимать стресс этим достойнейшим из лакомств, радующим вкусовые сосочки. Но, вместо снятия стресса, он, через особо чувствительные сосочки, получил оглушительный по цинизму удар. Ему потребовалось крепиться, чтобы сдержать слёзы обиды и разочарования…

А вассалы, получив обесчещенную плитку, разрезали её вдоль и пошли промывать под краном. И говорили, что горячей водой промывать шоколад нельзя, он тогда тоже станет жидким. А холодная вода плохо борется с маслом, но всё-таки борется.

— Так что годный шоколад, почти целая плитка на двоих, нормально же, Винс?

— Да отлично, Грег! Я сначала съел там, где оставалось чуток масла, и ничего. Шоколада же намного больше, факт! А потом рассасывал остальной шоколад, и получил отличное послевкусие, очень такое, э-э-э… бельгийское, вот!

— О, Винс, ты круто придумал, молодец, это классное средство борьбы с неправильным маслом! В следующий раз я тоже буду сначала шоколад с неправильным маслом, а потом и без масла…

Ну что за идиоты? Нет, Винс не идиот, он правильно придумал борьбу с немагоугодным маслом. Но Грег, он что, вообще того? Предсказывает сюзерену новое отработанное масло в шоколаде, которое ни разу не какао-масло? Так бы и зажалил!..

* * *

Конечно, жизнь у вассалов трудная, а судьба вообще непонятная… Босс очень сложный, до хитровывернутости. Сейчас вот маслом политый, в неожиданных местах, и они тоже, но меньше. Ну да, на них масла этого нужно столько… Хорошо, что шеф их чистит, ловко так.

Правда, визгливо ругается при этом, так он всегда ругается… И вкусным мало делится, а их двое, и у них большой аппетит, и даже ещё больше. Поэтому замасленные фрукты — это вкусно и полезно, а замасленный шоколад — просто замечательно и справедливо. И они имеют право получать от наездов всякой грифни своё удовольствие, раз охранная служба такая опасная и вредная…

Когда вассалы отвлеклись от поттеровщины, то стали обсуждать парадоксы магии, в доступной для себя форме. Были и споры. Грегори Гойл энергично возражал товарищу, который вспомнил о педагогическом правиле воздействия на филейные части, с эффектом в голове:

— Про задницу с головой вовсе и не парадокс, Винсент! Декан же объяснял, что задница позвоночником с мозгами связана. Поэтому позвоночник — проводник мыслей, если простые и короткие, раз в нём тоже мозг есть. Хотя и специальный такой, только для коротких мыслей.

Таким вот образом идейки из задницы прямо в мозги и попадают, и наоборот. Иначе какой толк по заднице бить? Она же мягкая и, как это… от ударов просто… э-э-э?

— Амор-тизи-рует?

— Точно! Богатое слово ты запомнил, Винс, а раньше вроде не получалось. Признавайся, где мозги прикупил, и почём? Я, может, тоже забегу, вдруг остались? Декан же говорит, что у нас в голове только мозговая нить, и не толстая, а этого мало.

Ну то есть он не говорит, что мало, а намекает, я вот прямо чувствую, что намекает. И сердится, что одиноко мозговой нитке в башке, надо бы ещё. И если мозгов больше, то это лучше. Так где брал и сколько осталось?

— Да куда там осталось, что ты? В меня знаешь сколько мозгов влезть может? Раз там только нить… Ты лучше о приятном думай. Что в костях тоже мозг есть, особый, костяной, я недавно узнал.

А это что означает? Что можно прямо всем организмом думать, а не только задницей, позвоночником и мозгами из головы, которые ниткой. Я вот начинаю, наверное, всем организмом размышлять, вот и результат! И ты тоже пробуй!

— Дело говоришь, Винс! Надо будет попробовать. А пока побоксируем, чтобы мозги в голове плотнее уложились и место освобождалось?

— Конечно, побоксируем, Грег, конечно. Ставки на число выбитых зубов делаем?

— Обижаешь, Винс! В этой школе только на зубы и играть, если со своими! Во взрыв-карты пусть дураки играют, мы уже переросли эти карты, раз морды всё время синие да синие. Дела пойдут, так и плюй-камни перерастём, хотя трудно это...

* * *

Идея спрятать палочку мистера Драко в заднице мистера Грега прорабатывалась нужное время, после чего настал час воплощения. Конфундить такого крупного парня пришлось втроём, подловив, по наводке Добби, при возвращении с охоты на барсуков перед самым отбоем.

Гойл смачно почавкивал добытыми вкусными трофеями, чтобы меньше делиться с Винсом, обладателем излишне впечатляющего аппетита. Забывший о бдительности, слизеринец получил внушение от Гарри, Гермионы и Невилла относительно того, что следует говорить о палочке босса.

А засунет её в телохранителя Добби, сначала усыпив его, а потом и разбудив, манипуляциями с палочкой, абсолютно безопасными. Пусть домовые эльфы избегают касаться волшебных палочек, но Добби — особенный, он умеет себя преодолевать!

Сразу скажем, что Добби чуть перестарался, выполняя ненаказуемое задание пошутить над одним крупным мальчишкой. Тем более что мягкое усыпление тревожащихся детей и подростков — важная обязанность домовых эльфов.

Да, эльф, который с инициативой, усыпил телохранителя мягко, а вот разместил палочку его сюзерена… вне зоны комфорта, если будет позволено так выразиться. Отчего мистер Гойл ощутил посторонний предмет глубоко.

И будучи совсем сонным, запаниковал от посторонности, и, так сказать, до хруста, поскольку сильно ворочался. Почти сразу Грегори стал высказываться, громко и сердито, и вертеть в руках предполагаемую причину беспокойства.

Драко, грубо разбуженный шумными речениями вассала, гневно включил освещение. Приготовясь включить и надлежащее словесное внушение. Однако, присмотревшись, побледнел и временно лишился дара речи.

Когда увидел в толстых пальцах безобразно короткую, изукрашенную тончайшей резьбой, часть своего магического инструмента! Слов просто не было, и никаких. Его палочка! Палочка за восемьдесят восемь галеонов, почти два часа выбирал! Куском… кусками… прямо в Гойле!

Его чудесная палочка сломалась в чудовищной заднице кошмарного болвана Гойла, стригущего отвратительные ногти своих копыт на его постели, да кому порасск... Да как же это, да как он смеет... Такое же...

Этот Гойл! Да, такой и палочку в заднице потеряет, и бладжер сломает! А идиотический мужлан ещё и жалуется, что палочка чешется внутри, и что он больше не будет ей чесать в заднице, раз ломается так легко, вытаскивай теперь, он даже и не знает, как, раз только верхняя часть вывалилась, а остальная...

Что? Он и раньше ей чесал себе… Ах ты ж… Где его запасная палочка, где… вот! На, Гойл, получи Малое жалящее! И ещё получи! А теперь Большое жалящее на подготовленную поверхность, как учит папа, на!

Конечно, ты больше не будешь, скотина! Чешется, да? На!.. А теперь где чешется, где? То есть уже печёт, и как следует! Говори, свинский вассал!..

* * *

А хомяк с мешков бряк,

От темна до темна

Всем Малфоям напряг,

Расцарапаны с угла!..

Грязная и хриплоголосая ворона долбанула наследника сзади клювом по башке… голове, дважды, и удрала по воздуху, торжествующе каркая. Гневный Ступефай в ответ не достиг цели. Да что это за школа такая, а? Может, ещё и бабочек бояться?

Ему неприятно, когда ночной мотылёк начинает колотиться о стены и потолок, он предпочитает в ночной тиши другие звуки… в смысле, отсутствие звуков! В принципе, даже сопение потихоньку удовлетворяющих себя вассалов не раздражает, ибо ненаказуемое возрастное явление, и всё! Его звуки, конечно, куда благороднее…

Но нет, поливать жалкого Уизли его онанистическими излишествами поливали, и будем впредь, во имя курощения! Проклятый Уизли! Мерлинова ворона! Там же у него теперь кровь! Или шишка... И почему его мантия сзади воняет какой-то тухлятиной? Он же никуда в последнее время не садился!

…Кстати, Гойл, надругавшийся над палочкой сюзерена, вероятно, был не виноват, раз говорил про таинственный голос в голове, незнакомый. И настаивавший на том, что от палочки очень чешется, и поэтому больше её в задницу никогда, никогда! А он просто повторял, потому что так было надо, тогда, а сейчас не надо…

У Гойла нет шизофрении, и врать он умеет средне, чуть хуже обычного слизеринца, и просчитывается легко. Значит, скорее всего помрачили! И могут ещё, да запросто… Значит, придётся следить за вассалами, раз ментального сопротивления никакого.

От его Конфундусов они были очень послушны. Значит, и Поттер может… Конечно, это он, проклятый Поттер, ломатель чужих палочек посторонними задницами! Гойл, конечно, может претендовать на шоколад, в качестве компенсации, но не получит! За тупизну!

Гиппократ Сметвик с привычным раздражением листал своё расписание. Подъём в шесть утра… В принципе, терпимо, но сложный пациент ждать не будет. Опоздаешь, так растворится у закрытой двери на фиг. А потом вообще испарится, и не сконденсируешь уже никак. Один только костюм с обувью и останется, да ещё дерьмо, которое почти не растворяется. Ущерб репутации настанет, и немалый. Н-да-а…

Потом у нас завтрак, если дадут поесть, конечно. Иногда такой клиент, что непроизвольно в него своим завтраком кинешь — и тем, что в тарелке осталось, и тем, что уже съел... Работа ведь нервная, в смысле, часто и очень нервная, и невозможно нервная.

Ну вот, позавтракал, допустим, ты, кофейку выпил, к рабочему дню, часто с частью ночи, приготовился. И потом ждёт тебя неизбежный подвиг, а то и два, и более. Бывает, отпиливаешь рога, отпиливаешь, а на их месте новые растут, развесистее, и цвет уже другой. А пациент нервничает, иногда и выражаться начинает, и не по-латыни.

Тогда ножовку в сторону, и головой работай, а то деяние твоё на подвиг не вытянет. А у тебя же репутация, ты же соответствовать должен. Адская работа у нас, только волшебное здоровье и спасает, да этанол-транквилизаторы магловские, привычные.

И текучка такая, что всё самому приходится делать, у целителей тоже руки, будем откровенны, из альтернативных мест растут. Бывают проблемные коллеги, редко бывают, да часто встречаются, чего скрывать. У нас такие молодые врачи попадаются, что и обрезание с первого раза не сделают. И со второго, да Мерлин даун и Моргана дементная!

В стенгазете сам про таких написал, только как-то не резко вышло, по-отечески даже…

Стажёры

Влезет маг с товарищем

В ведьмино влагалище:

Как-то там пугающе,

Прям скорей седалище!

Покричат, поохают,

В панике заштопают!

Сметвик ногой топает,

Скальпелем их шлёпает…

А друзья уже легонько

Гланды ведьме щупают,

Задирают распашонку,

Оба чем-то хлюпают…

Тем стажёрам я б рубил

Перст до гениталий!

Страшен радостный дебил,

Чмо нетривиальное!

…А Гиппократ за них извиняйся, отдувайся и мудохайся. В нашем деле без фанатизма нельзя, иначе с фанатами гадостных проклятий не совладать. И правой руки среди коллег на подмену нет, левые только, а значит, всё самое жуткое самому да самому. Сколько раз он Пенелопу Помфри уговаривал!

Дескать, оставь ты этих школяров, переходи в Мунго, жалованьем не обижу, и спирта опять же сколько хочешь. А та упирается — нет, с детьми так интересно, страшно интересно, жуть просто как интересно, кошмар как интересно! Утомляют, конечно, эти детки своей фантазией, но сколько всяких необычных случаев, так бодрит, прямо моложе себя чувствуешь, и вообще…

Такой уже возраст солидный, а сколько энтузиазма у Поппи, прямо завидно. Эх, бросить бы всё, уехать в этот, как его, Смолл-Юрюпингс, кажется, где люди ничем, сложнее долбицы умножения и палочек для чесания спины, не интересуются…

Подвиги каждый день — очень это утомляет, очень. И даже изнашивает, хорошо, хоть нервные клетки восстанавливаются. Но при смешивании более четырёх сортов виски, а также и купажировании коньяка спиртом-ректификатом…

Тогда организм начинает понемногу очухиваться, и голова хоть как-то тоже отдыхает. Хоть и меньше, чем организм в целом. Главное, некоторые вредные порошки ноздрями не вдыхать, слизистая от этого страдает. Поэтому раствор всегда надёжнее.

А лучше всего клизма на основе настоя некоторой травки идёт: и ставится одной левой, и веселит, и безопасная, практически, если не больше двух раз подряд…

* * *

…А бабья месть эта, маниакальная и на годы растягивающаяся, и на десятилетия тоже? Когда пациент каждое третье утро в своих штанах какого-нибудь, извините за выражение, морщерогого кизляка обнаруживает, какого хошь цвета…

Кстати, классический случай с такими потерпевшими уже кто-то из помощников зарифмовал, и в стенгазете поместил, весело было:

Моё дело — просто стыд,

И к любви препоны:

Целый год уж не стоит,

Даже стал зелёный.

Да и шарики мои

Сделались квадратные,

Режут в самой глубине,

И не аккуратные…

Надо думать, прокляла

Ведьма, та, с которой

Были пляски до утра

И разврат в конторе.

Я, конечно, изменил,

С этим спору нету,

И немножко заразил,

И мешал диетам…

Только колдовать на низ

Даже ведьмам низко!

Излечите мой сюрприз,

Чтоб махать сосиской,

Чтобы цветом был хорош,

Розов, как помада,

И отдам последний грош,

Чтоб торчал как надо!

Женщинам вот это всё, особенно, чтобы не стоял или на лбу вырос, и тому подобное, легче колдуется, факт. Хотя в среднем мужчина в магии сильнее бывает. И если там злости много было вложено, то трудно убирать.

У одного мага, по итогам длинной и успешной мужской жизни, на лбу виднелось около дюжины коричневатых круглых следов. Забавно смотрелись, для специалиста, эти отпечатки, словно от пивных крышек. Как ни старайся, а не до конца сводится хитрое проклятие, поэтому всю жизнь с тональным кремом, да.

А ещё есть блуждающее проклятие, так и называется «Блуждающее», что может ввести в заблуждение. Дескать, оно насчёт потери ориентации, с лёгким ментальным воздействием, типа того. Для потери ориентации много чего придумало. В том числе и лёгкого, и по-настоящему весёлого, заводного, чтобы и задом наперёд, и с песнями…

А Блуждающее — только для мужчин. Получил такой подарок, и твой орган с тех пор стихийно перемещается по телу, от одного до восьми раз в сутки. Включая переходы и на открытые участки. Вот придумала же зараза какая-то! А чтобы снять без следов, там почти на каждый дециметр кожной поверхности должно быть своё заклинание…

В итоге пришлось справочник издавать, и немалым тиражом, из мужской солидарности. Там в приложении и про на лбу было написано, как именно сводить, в домашних условиях, если проклятие не очень крепким было. То есть от ведьмы не самой сильной, или без усилителя магии.

Удачный вышел ход, некоторые ведьмы обижались — дескать, наши усилия по воспитанию мужчины из животного в человеческое состояние обесцениваются, нужно новое придумывать! Не волнуйтесь, мужчины и придумают, извращенцы, магнус-пенисы на ножках…

Прибыльно удалось продать тот справочник, от покупателей отбою не было. Скоро второе издание надо будет сделать, расширенное, опыт каждый день, считай, прирастает. И счёт в банке, сын операций трудных…

Верно было кем-то сказано, давно:

У всех проблем одно начало -

Сидела ведьма и скучала...

Потом решила колдовать,

Такое, мать прям, перемать!

…Да уж, как на смертном одре проклянёт тебя такая гнусная ведьма, отдав несколько последних дней или даже недель своей жизни, и всё! Ходи с рожками, маленькими, аккуратными, ярко-малинового цвета, маскируй как хочешь, потому что не свести. И Мерлину молись, со всеми магоугодниками и магомучениками, чтобы детям не передалось…

Вон Альбус наш, наисветлейший, скольким проклятье тупости наслал? Парочка особых несчастливцев даже по наследству его передаёт, и ни хрена, пардон, не сделать. Ну, в смысле, никто не занимался по-настоящему такой проблемой. И Альбус не занимался, выдумщик могущественный…

Ведь это же целое исследование, а кто будет всерьёз разбираться? Мы же не маглы эти несчастные, с тысячами только крупных лабораторий, с десятками и сотнями специалистов в каждой… Жди, когда родится учёный, да с избытком свободного времени и интересом именно к данному вопросу.

А пока не родился, ройся в старых книжках, вплоть до тех, которые ещё на староанглийском или старофранцузском. Или готском, упаси Мерлин от этой готики… Пока все описания вечного двигателя или про самозарождение нюхлеров из захоронений с большим количеством драгоценных предметов, не прочтёшь, крупиц полезных и не выкопаешь, ты же не нюхлер…

* * *

Сметвик поправлялся коньяком, стараясь забыть трудный день. Получалось плохо. Даже какая-то злость накопилась, на пациентов этих…

Самые проблемные пациенты в Мунго — те, которые трансфигурируют всё подряд! И всех подряд, гадины такие, а ещё маги! Примеры жутких примеров извращённого чувства юмора, мести, самодеятельных поправок в косметические и прочие заклинания, косяков в бытовых и боевых чарах — просто бесчисленны. Это если чистый криминал не включать, а как его не включать?

…Кто-то иссушил себе ногу, промахнувшись с Эванеско, кто-то отрубил пальцы размашистым Секо, на ногах, ногти подрезая, ампутант всея мозгов. Для обрезки ногтей два заклинания есть, специальных. Ну это так себе случаи. Кто-то перепутал похожие заклинания, и такое сотворил, хуже, чем если бы похожие зелья перепутал...

Другой кулинарным заклятием удалил перья с кожей не только на индейке, но и волоски с кожей на собственных руках, которыми держал тушку. Третий много шутил, используя штучки из пресловутого магазинчика Зонко, и очень веселился, и пожинал аплодисменты, от самых трезвых. А от остальных подвергся процедуре запихивания этих штучек в понятно какое место, да с заклятием умножения.

Кого-то маглокровного мерзко заколдовали неизвестные, но явно чистокровные бандиты… Кто-то просыпал порошок мгновенной тьмы и затем просто навернулся с лестницы, но так неудачно, что прямо маглы отдыхают. А кого-то навернули с метлы, бладжером по башке, и с приличной высоты.

Точнее, многих, а не кого-то. Этот квиддич поставляет пациентов с завидной регулярностью. Маги выбрали себе единственный вид спорта, но выбирали из самых травматичных, и выбрали самый-самый. Чтоб и по башке тяжёлым тупым предметом, и потом ещё с высоты, кувырком…

Впрочем, раньше ещё хуже бывало. Когда капитану проигравшей команды глубже, чем следовало, забивали метлу, коллективными усилиями. Что в ловца-неудачника снитч запихивали, то вообще ерунда, а вот древко метлы, да глубже, чем на пол-ярда…

Кстати, вот тоже неприятная вещь — удаление в хлам разбитых костей, после падения с метлы. И с последующим выращиванием новых, благодаря костеросту всемогущему. От суточной сильной боли при выращивании костей, оказывается, сносно помогают магловские анальгетики.

Эти обезболивания годятся, кстати, и при целом ряде осложнений. То есть когда нормальное зелье против боли применять либо совсем невозможно, или только ограниченно. Он гордится, что многие магловские достижения вводит в лечебный быт магов, серьёзно облегчая их страдания. И удешевляя лечение, что также немаловажно.

…Иногда приходит абсолютная уверенность, что у магов с психическим здоровьем так себе. И это на общем фоне повышенного магического здоровья, растущих возможностей колдомедицины и общей высокой продолжительности жизни. Нет ума, считай, калека — верно маглы говорят, у нас та же фигня!

Песня мудрости и опыта

В Мунго весело работать:

Задницы моргают,

Хочешь что-нибудь заштопать,

Под руку толкают,

Крабом бегают по стенам,

Ржут аки кентавры…

Шутки магов все чрезмерны,

Хрен ли бить в литавры!

Тяжела врачей работа,

В ней не без цинизма.

Хочешь больше заработать,

Лечи с фанатизмом.

Надувай, кого морщили,

Чтоб орал потише,

Если бабу притащили,

Не пей с нею лишнего.

Твой совет носить трусы

Может не понравиться.

Отступи тогда в кусты:

Дескать, вы красавица!

Коли режешь пациента,

Делай аккуратно,

Не используй изоленту,

Оценят превратно.

Осторожней будь с пигментом,

Но ты не провалишься,

Если вложишь чуть цемента,

Сметвику понравишься!

Чини мага ты красиво,

Не жалей фантазии!

Будешь если похотливым,

Сам жди безобразий!..

* * *

Спорят вечно эти маги, спорят, друг перед другом выкаблучиваются, дамам умения демонстрируют. Вот сейчас получится, точно получится, сейчас, сейчас колдану… Колданул! Бинго! В смысле, Мунго!..

У магов, конечно, огромное преимущество перед простецами. Те живут довольно плохо, но выживают, со своим простецким потолком в медицине, довольно хорошо. А маги и живут неплохо, и выживают просто отлично.

Пока голова не оторвалась, а сердце не остановилось, ты можешь и выжить, и даже здоровье не сильно потерять. Часто приходит понимание, особенно в конце рабочего дня и, тем более, недели, что медицина — это главное достижение волшебного мира. Она самая волшебная! Она даже магов лечит!

А те только и знают, как на побочные эффекты шипеть! Тяжёлые болезни должны лечиться сильными средствами, народная мудрость не врёт. Где-то, бывает, врёт, а тут нет. Если растворяешься, загустителями тебя, если дубеешь — разжижителями, соответственно, как бы вредны они ни были.

Да-да, полгода иметь трупный вид, сипло разговаривать, ходить зигзагом, помавать ушами и забывать к вечеру, как звали утром, это не есть цимес. Но перечисленные неудобства гораздо лучше просто трупного вида и бирки на ноге. А ведь не все пациенты даже такую элементарную вещь понимают, не все…

Так вот, если слишком худеешь — наполнителями тебя, если толстеешь — жирогонителями тебя, если глупеешь — на удобрения тебя… Нет, это социальный дарвинизм уже, и в той продвинутой степени, что даже магами не приветствуется… ну, большинством магов.

Хотя есть такие маги-экспериментаторы, которых лучше всего именно на удобрения, но они же не захотят, они же такую вонь пустят, что хоть и не удобряй…

* * *

Что? Опять этот Локхарт? Да что это такое, а? Прямо тёмный маг, этот Локхарт, чёрная душа и зловонные измышления! Почитаешь — и как мыла наелся! Конечно, главный целитель должен представлять дела в подотчётном учреждении во всех подробностях. Но читать опусы Локхарта, которые тот ловко размножает, и до сих пор непонятно, как… Никакого спиртного… никакого настроения не хватит!

Эх, кто в Мунго не лежал,

Не видал экзотики!

В член целителя пинал,

С полуоборотика...

И это пишет самый экзотический пациент! Который, на почве несовместимости лечебных препаратов с алкогольными суррогатами, вроде самогона-одеколона, уже пятикратно менял окраску кожных покровов! То есть и синим ходил, и голубым, и жёлтым, и жёлто-голубым. Даже серобуромалиновым, с основной нотой бурого цвета, очень некрасивого. Как будто несвежий покойник!

И вопил, что его специально травят, твари целительские, всех пропишу и рифмой укушу! Точно, кусаться рифмой умеет как никто. Даже главный целитель чешется. Коль период недоумения и недовольства лечением сменился у больного писателя разносным критиканством низшего пошиба.

То есть отвратительными личными выпадами. Вот пишет что попало, да по нарастающей, графоман несчастный! И мечтатель. Тебе до целительского члена ещё морально расти и расти, алкозависимый! Нет, надо множить клевету, и множить, чуть ли не каждый день. И распространять!

Времени же свободного уйма, поэтому где спиртное лежит, и бабы лежат, ориентируется свободно. Стаж! Денатуратом себе провалы в памяти восстанавливает и восстанавливает, но про главное никогда не забывает: где можно налить, и где палаты с женским полом. Усиленно пользуясь своими, как он полагает, достоинствами — привлекательным внешним видом и спиртоустойчивостью.

В результате портит баб, в смысле, пациенток. И домогается лучших практиканток, небезуспешно. А их главный целитель не для Локхартов отбирал, то штучный товар! Чтобы и фигурка, и мордочка, и отличие тонкого кишечника от толстого назубок, как и все косточки, двести с лишним штук, и мышцы, со всеми нервами и брыжейками, аналогично.

Это вот всё женское богатство не Локхарту, нет! Пошёл прочь, развратник Локхарт, не маши своими шикарными локонами, от этого половине практиканток дурно, они же юные и завистливые…

* * *

Гиппократ Сметвик в свободную минутку разгадывал магловский кроссворд, прихлёбывая кофе и почёсывая щегольскую бородку:

— Так-так. Остров, на котором родился Наполеон...

Целитель морщит лоб, затем, просияв, кричит важничающему пациенту в треуголке:

— Слышь, придурок! Ты где родился-то?

Наполеон задумался. Сметвик уже почти придумал ядовитую фразу, адресованную императору, но тут звякнуло предупреждение о сложном пациенте. Целитель, кряхтя и поминая Мерлина с Морганой, тут же отбросил кроссворд и заторопился встречать очередную жертву аборта магии…