Поцелуй может спасти мир (гет)

Кареглазая девушка с густыми волосами стояла, прислонившись к стене коридора, ожидая, пока ее лучшая подруга закончит говорить с ее любимым профессором. Ожидая, она не могла не задуматься об изменениях в своей жизни за последние несколько месяцев, черт возьми, за последние несколько лет, и поняла, что «лучший друг» больше не отражает того, что он для нее значил — просто он был самым важным человеком. в ее жизни.

После их побега с Клюва она наконец призналась себе, что любит его. Всю свою жизнь она боялась высоты, но когда Гарри протянул руку и посмотрел на нее, умоляя своими великолепными зелёными глазами, она не колебалась. Ехать за ним, конечно же, крепко держась за него, было величайшим волнением в ее жизни и мгновенным лекарством от ее фобии. Настолько, что теперь они повторили этот опыт, правда, на его «молнии», под предлогом того, что помогли ей научиться летать в качестве частичного обмена на ее вклад в его подготовку к турниру.

Турнир Трех Волшебников поставил ее в затруднительное положение; она не могла решить, ненавидит она это или любит!

Что касается ненависти, то вся школа, Мерлин и вся страна, благодаря этой суке Рите Скитер, думали, что он обманул свой путь на турнир и был бедным, потерянным ребенком, ищущим внимания. Даже его так называемый лучший друг, Рональд Билл Уизли, не поверил ему и, что еще хуже, даже не стал с ним разговаривать; Гермиона была уверена, что под Билиусом в словаре будет написано: ревнивый, бесчувственный, неуверенный в себе, детский придурок!

Дальше были сами задания.

Когда она обняла его перед тем, как ему пришлось встретиться с драконом, да, с проклятым драконом, ей потребовалась вся сила воли, чтобы отпустить его. Наблюдение за, казалось бы, крошечной фигуркой на метле, уклоняющейся от пламени, зубов и шипастого хвоста этого монстра, вызывало у нее кошмары. После задания стало еще хуже, когда она полетела обратно в его объятия и, собрав всю свою гриффиндорскую храбрость, собиралась наконец поцеловать своего лучшего друга, когда появится Билиус.

Он прибыл с каким-то невнятным и нерешительным извинением, и Гарри, поскольку Гарри простил его, она осталась стоять там, все еще обнимая Гарри и пытаясь улыбнуться, в то время как в ее голове проносились одни из худших проклятий и проклятий, которые она знала.

Представить, что они сделают с рыжим придурком, было единственным способом сохранить фальшивую улыбку.

Положительная сторона турнира сблизила их с Гарри, как никогда. Один взгляд на его лицо, когда его имя было вырвано из пылающего кубка, и она знала, что он не вошел, она сказала ему об этом, прежде чем он вышел из зала, чтобы попытаться разрешить ситуацию. Когда позже она узнала, что его заставляют участвовать в соревнованиях, она была в ярости, но вызвалась помочь с его тренировками и всем остальным, что необходимо.

Поскольку больше никто не разговаривал с Гарри, они проводили все время вместе, и она была на небесах. У Гарри также появилось совершенно новое, более зрелое отношение к учебе, тренировкам и жизни в целом, что заставило ее полюбить его еще больше. Часы, проведенные вместе за учебой и тренировками, были одними из самых счастливых, которые она провела в Хогвартсе.

Когда Гарри простил этого придурка, она ожидала, что он снова начнет бездельничать с Роном, а ей снова придется играть роль придирчивой старшей сестры и помощницы по домашним заданиям. К ее изумлению, Гарри продолжил обучение по графику, хотя и предложил Рону возможность присоединиться к ним.

У нее были смешанные чувства по поводу этой конфронтации, поскольку продолжение их графика Гарри доставило ей больше удовольствия, чем он мог себе представить, в то время как словесный отказ Рона, который тут же положил конец ее дружбе с ним:

Воспоминания

Гарри и Гермиона прошли через отверстие в портрете, и на них тут же набросился Рон.

Привет вам двоим, эй, Гарри, хочешь сыграть в шахматы? Гермиона, ты уже написала эссе по зельям для Снейпа?

Гарри посмотрел на Гермиону и, увидев трепет в ее глазах, ответил: «Извини, Рон, мы просто собираем несколько книг, прежде чем отправиться в библиотеку, чтобы заняться изучением, хотя ты всегда можешь присоединиться к нам, приятель».

Ошарашенный Рон почти потерял дар речи, но сумел выдавить: «Эх, нет, я думаю, я пропущу это, и мы сможем сыграть в эту игру после ужина.

Все еще глядя на Гермиону: «Опять не повезло, приятель, мы будем работать над моим яйцом для следующего задания». Гарри был вознагражден улыбкой, которая осветила все ее лицо.

Рон только что стал громче: «Но до этого еще несколько месяцев — у тебя полно времени! Черт возьми, приятель, ты проводишь слишком много времени с Гермионой. Ты даже начинаешь походить на нее. Хорошая игра в шахматы — это просто что вам нужно, чтобы разобраться в своих проблемах, а не проводить время в библиотеке с нашим постоянным книжным червем».

К этому времени уже немало людей обратило внимание на продолжающиеся неприятности гриффиндорской троицы. Гарри наблюдал, как улыбка сменилась выражением обиды и смущения на лице Гермионы, которое, казалось, разожгло холодную ярость в его душе. Когда он оглянулся на Рона, его зеленые глаза, казалось, пылали огнем, а сила исходила от него, требуя внимания всех в гостиной. Внезапно появился Гарри Поттер, который мог победить дракона, убить василиска и победить Волдеморта ТРИ раза.

Реакция наблюдавших студентов, казалось, была в основном обусловлена ​​полом: волшебники пятились, а ведьмы казались мотыльками на пламя. Джинни Уизли была готова потерять сознание с выражением полного блаженства на лице. Когда Гарри обнял Гермиону за талию и притянул ее к себе, сила, казалось, исходила от них обоих и теперь освещала всю гостиную.

Рон совершенно не обращал внимания на количество проявленной силы, но когда Гарри обнял Гермиону, Уизли взорвался.

Черт возьми, Гарри, конечно

Он так и не продвинулся дальше, поскольку Гарри поднял руку, и Рон мгновенно замолчал. Гарри говорил голосом, едва слышимым шепотом, но его легко могли услышать все в гостиной, от этого у них кровь стыла в жилах. «Рон, очень тщательно выбирай следующие слова, поскольку я уже делаю скидку на тебя — и всех остальных! На прошлой неделе я был мошенником, который жаждал денег, славы и славы, никто не хотел со мной разговаривать. Теперь все хотят чтобы снова стать моим другом, ну, ты скажи мне, что изменилось, потому что я тот же человек, которым был на прошлой неделе».

Он посмотрел на Гермиону: «Если бы не дружба и помощь Гермионы, меня, вероятно, не было бы здесь на этой неделе, в лучшем случае я бы все еще был в лазарете. Так что, если вы думаете, что я ченнелирую своего лучшего друга тогда это самый большой комплимент, который кто-либо мог мне сделать».

Гермиона буквально светилась, и это не имело ничего общего с силой, которую они оба теперь излучали, ее Гарри (ее Гарри?) да, ее Гарри защитил ее от Рона на глазах у всего Гриффиндора.

Но Гарри еще не закончил: «О, что касается твоего второго вопроса, конечно, мы уже закончили сочинения по зельям. Я бы посоветовал тебе отказаться от шахмат и закончить свое, предполагая, что ты уже начал, потому что у нас есть очень плотный график, и в его задачу не входит вытаскивание Рональда Уизли из его домашних заданий».

Это очень редкий случай, когда все ученики Гриффиндора в чем-то сходятся, все они были уверены, что если бы Гарри так на них посмотрел и заговорил, то потребовалось бы новое нижнее белье. Рон был слишком глуп, чтобы осознавать, в какие неприятности он попал, и никто не собирался связываться с Гарри, чтобы рассказать об этом этому придурку. Среди ведьм также было стопроцентное согласие, что взгляд Гарри, когда он повернулся к Гермионе, чтобы заговорить, растопил бы любое из их сердец.

Что-нибудь хочешь добавить к этому, Гермиона? — спросил Гарри.

Гермиона попыталась быть строгой, но ничто не могло скрыть ее счастья: «Нет, Гарри, я думаю, ты достаточно хорошо это описал. Хорошо, все точно знают, где мы находимся сейчас, таких сцен, как эта, следует избегать в будущем».

Пока они шли к лестнице, рука Гарри все еще обнимала ее за талию, не было слышно ни звука.

Конец воспоминаний

Это было вчера, она поднялась по лестнице в свое общежитие, но через минуту ее грубо прервали две ее соседки по общежитию, Лаванда и Парвати, а также разъярённая Джинни.

Ладно, девочка, расскажи правду, — сказал Пав, — и хватит больше этой чуши о лучших друзьях! Мерлин, мне бы хотелось иметь такого лучшего друга, каждая девушка в гостиной была готова бросить в него свои трусики. Я» Я никогда даже не слышал о такой силе, а уж тем более не видел и не чувствовал ее. Как ты можешь не поддаваться ее влиянию?»

Она просто понимающе улыбнулась им: «Я понятия не имею, о чем вы, ведьмы, говорите, так что, если вы не возражаете, Гарри ждет меня»

Джинни все время стояла у двери, словно окаменев, и смотрела на Гермиону взглядом, полным ненависти. Когда Гермиона пошла уходить, Джинни все еще стояла, блокируя дверь.

Джинни, Гарри и я только что потеряли одного друга сегодня вечером; мне не хотелось бы, чтобы их было двое из-за этого знаменитого характера Уизли», — сказала Гермиона.

Это как будто привело в чувство младшую рыжую, она тут же отодвинулась в сторону. На лице Джинни теперь было смущение, и с ее губ сорвались невнятные, но искренние извинения.

Спускаясь по лестнице, Гермиона услышала, как Лаванда спросила Джинни, сколько она хочет за свой плакат о Гарри Поттере. Она не могла не рассмеяться над запыхавшимся ответом Джинни: «Не продается ни за какие деньги».

Гермиона была настолько поглощена своими мыслями, что не заметила, как Гарри покинул класс Макгонагалл. Теперь он стоял прямо перед ней со странным, озорным взглядом в глазах.

Галеон для них, Гермиона? Он предложил.

Галеон, не слишком ли дорого? Обычная ставка — кнут», — засмеялась она.

Ради твоих мыслей я бы опустошил свое хранилище», — ответил Гарри.

Гермиона видела, что он шутит лишь наполовину, и, задаваясь вопросом, к чему ведёт этот разговор, решила сменить тему: — Так для чего же профессор МакГонагалл просила тебя остаться?

Гарри странно посмотрел на нее, прежде чем ответить на ее вопрос: «Ну, очевидно, в рамках Три-волшебства в Хогвартсе проводится рождественский бал».

Гермиона закусила губу, ожидая продолжения истории.

Гарри продолжил: «Да, и как чемпиону мне нужно назначить свидание и вести танцы».

Гермиона не могла обрести голос.

Гарри продолжил: «МакГонагалл также сказала мне, что я буду представлять Гриффиндор, поэтому я уже решил пригласить самую красивую ведьму в школе быть со мной на свидании.

Гермиона опустила голову и посмотрела на свои туфли.

Гарри был в замешательстве, он был уверен, что это сработает, просто тогда придется делать это по старинке. Протянув руку, он положил руку ей под подбородок и осторожно поднял ее голову, пока она не посмотрела ему в глаза. — Гермиона Джейн Грейнджер, для меня будет честью, если ты согласишься стать моей спутницей на Святочном балу?

Гермиона перешла от отчаяния к восторгу быстрее, чем она могла себе представить, спросил он ее — считает ли он ее красивой? Она знала, что не уродлива, но считала себя в лучшем случае некрасивой, а ее волосы! Ее мысли были прерваны неким темноволосым мальчиком, стоявшим прямо перед ней.

Гермиона, я умираю здесь! Если ты не хочешь…» Она приложила палец к его губам, прежде чем он успел сказать что-нибудь еще.

Она спросила: «Почему я, Гарри? Почему я, когда в замке может быть кто угодно?»

Ладно, подумал Гарри, это еще не отказ. Это Гермиона, ты же знаешь, ей нужно все объяснять. Только не упусти это, это слишком важно. «Ну, Гермиона, в последнее время я много думал и, надеюсь, немного повзрослев, я начал спрашивать себя: «Чего я хочу от жизни». В каждой ситуации, которую я представлял, ты был рядом со мной. Знаешь ли ты, что, кроме того, что Хагрид сказал мне, что я волшебник, и в каждом счастливом воспоминании в моей жизни, ты был там со мной».

Гарри начал по-настоящему волноваться из-за отсутствия у нее ответа, но просто продолжал говорить: «Возможно, я не так умен, как ты, но даже я вижу связь. Мои чувства к тебе становятся все сильнее, и я отчаянно пытаюсь чтобы придумать, как предложить тебе стать моей девушкой. Это казалось идеальной возможностью, поэтому, пожалуйста, скажи что-нибудь, я буквально умираю здесь», — умолял он

Сияющая Гермиона просто сказала: «Поцелуй меня!».

Теперь настала очередь Гарри столкнуться с серьезными проблемами с голосовыми связками, хотя испуганное «что?» удалось спросить.

Гермиона ответила своим лучшим профессорским голосом: «Ну, если ты собираешься быть моим парнем, я думаю, тебе следует поцеловать меня, не так ли?»

Когда руки Гарри обняли ее за талию, «совершенно великолепная идея, мисс Грейнджер, пять тысяч баллов Гриффиндору», — пробормотал он.

Ее руки, казалось, проникли в его волосы, а их губы приблизились к тому, что для них обоих станет их первым поцелуем.

Поцелуй, который изменит их мир.

Когда их губы встретились, парочку окружило золотое сияние, и по мере того, как они углубляли поцелуй, это сияние превратилось в пульсирующий свет, освещавший каждый угол коридора. Затем ноги молодой пары оторвались от пола и взлетели примерно на метр в воздух. Гарри и Гермиона не обращали внимания на меняющуюся обстановку, оба были заняты излиянием своих чувств в этом чудесном поцелуе. Казалось, в нем отражалась любовь, которую они больше не скрывали друг от друга.

Внезапно в их головах взорвалась мучительная боль, заставившая их закричать от боли. Зеленый туман появился из-за шрама Гарри и принял почти человеческий облик, прежде чем тоже закричать.

Крик прекратился так же внезапно, как и начался, когда Гарри и Гермиону покинул Гарри и Гермиону с силой звукового удара, в результате чего зеленый туман превратился в ничто, в то время как пара рухнула на пол без сознания, все еще держась в объятиях друг друга.

Дом Риддла, Литтл-Хэнглтон

Самозваный Темный Лорд, он же Том Марволо Риддл, был вне себя от гнева. Он насылал свое любимое проклятие на своего бесполезного слугу Хвоста за то, что он имел наглость подвергнуть сомнению ЕГО решение. Он знал, что утечка силы, вероятно, нанесла больше вреда этому существу, телу, в котором он жил, чем его жертве, но правило страха нужно было поддерживать, его слово было законом.

Он снял проклятие Круциатус, поскольку Червехвост был без сознания. Огромная змея ждала зеленого света от палки своего хозяина, это означало время еды. Существо, которое было Волдемортом, неожиданно издало пронзительный крик, а затем рухнуло на землю, корчась в агонии. Тем временем змею окутало золотое сияние, и она металась по комнате, пытаясь найти освобождение от вызванной боли. Зеленый туман покинул уже мертвое тело змеи, где она, казалось, приняла гуманоидную форму, прежде чем начать кричать.

Кабинет завуча

Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор сидел в своем кабинете со свитками, содержащими отчеты о последних событиях в Министерстве магии. Ему невольно вспомнилась маггловская пословица: «Верблюд — это лошадь, созданная комитетом!»

Альбус думал, что волшебному миру нужен выдающийся лидер, который сможет вывести их в следующее тысячелетие. Немного посмеиваясь про себя, он подумал, что знает только обладателя Ордена Мерлина для этой работы, когда все его планы осуществились. Его грубо разбудили от приятных мечтаний, когда волшебное цунами, эпицентр которого находился в бессознательной паре, обрушилось на его офис

Все его серебряные инструменты и измерительные приборы, расставленные по всему кабинету, взорвались. Альбуса подняли со стула и повалили на спину на пол, а все стекла, включая окна, разлетелись на тысячи осколков

Лаборатория зелий

Северус Снейп не был счастливым волшебником, но, опять же, Северус Снейп никогда не был счастливым волшебником. Он любил варить зелья, но единственное, что он ненавидел больше детей, — это обучение детей зельям. Он считал обучение кого-либо младше седьмого курса, а не слизеринцев, пустой тратой своего драгоценного времени и талантов, поскольку подавляющее большинство его времени проводилось вне этого занятия, что ему не очень нравилось.

Что еще больше усугубило рану, Поттер смог пройти мимо дракона относительно невредимым. Размышляя о несправедливости жизни, он утешал себя мыслью, что, по крайней мере, хуже уже быть не может. Судьба иногда обладает чувством юмора. Рука Снейпа ощущалась так, словно она горела, когда темная метка внезапно пронзила его тело болью, швырнув его на пол, корчась в агонии.

Хотя в тот момент ничто не могло убедить его в этом, пребывание на полу оказалось замаскированным благословением, поскольку магический импульс обрушился на лабораторию зелий, взорвав тысячи контейнеров всех форм и размеров. Это создало виртуальный град стекла, который прорезал пространство, которое он занимал мгновение назад, и только пребывание за столом спасло мастеру зелий жизнь.

Большой зал

Пока студенты садились обедать, поведение профессоров Муди и Каркарова за верхним столом практически осталось незамеченным. Оба волшебника одновременно схватились за свои левые руки и в агонии упали на пол. Причина, по которой это странное поведение осталось незамеченным, заключалась в том, что через несколько секунд появился пульс, выбив все окна в холле на, к счастью, пустой двор внизу.

Звук, создаваемый этим явлением, заставил пару рыжеволосых гриффиндорцев мечтать воссоздать этот эффект в своем новейшем фейерверке, который они сразу же назвали «Шок и трепет», потому что именно так они и чувствовали.

Кроме пролитого тыквенного сока, ни один человек не пострадал, и все считали себя очень удачливыми..

Кухни

В замке распознали пульс и знали, откуда он берется и, что еще более важно, что он означает. Хогвартс немедленно перешёл от нынешнего директора к своему новому защитнику и законному владельцу.

В Хогвартсе было самое большое количество домашних эльфов в Британии, и в один из самых загруженных периодов дня они работали как хорошо смазанная машина. Когда пульс достиг кухни, ущерб был нанесен лишь минимальный, но один эльф, в частности, не смог сдержать волнения и подпрыгнул на месте, потому что, как и в замке, эльфы узнали своего нового владельца.

Комната требований

В огромной кладовой забытых и выброшенных вещей внезапно начала плавать старая пыльная тиара. Во время плавания он был окружен золотой аурой, которую затем нарушил зеленый туман, который казался почти разумным и начал кричать. Когда он пытался спастись от свечения, ударил магический импульс, в результате чего от таинственного тумана не осталось и следа.

Волшебный импульс пронесся по стране вдоль и поперёк и, казалось, имел заранее определённые цели: кольцо, чаша и медальон постигла одинаковая участь.

Министерство Магии

Эпидемия «схватившись за руку и упав на землю», казалось, выбрала конкретных волшебников и ведьм по всей стране. Даже министр магии и его старший заместитель были затронуты, поскольку их нашел на полу его кабинета частично одетыми аврор. Аврор с пепельным лицом немедленно закрыл и запер дверь, а затем бросился искать обливиатор, чтобы удалить воспоминание, которое в противном случае преследовало бы его всю оставшуюся жизнь.

Магический импульс охватил здание министерства, но ущерб ограничился только одним отделом. Никто из Управления по неправомерному использованию магии никогда не использовал бы слово «ограниченный», чтобы описать хаос, вызванный взрывом всей их аппаратуры наблюдения, оставив Министерство слепым к любой магии несовершеннолетних, незаконным призракам, использованию портключей и многим другим действиям, которые волшебная публика не знали, что за ними следят.

Гринготтс Банк

В своем кабинете Рагнок, генеральный директор банка Гринготтс и лидер нации гоблинов, имел взгляд, который вселил бы страх смерти в любую ведьму или волшебника, имевшего несчастье взглянуть на него; другой гоблин узнал бы очень большое ухмылка на лице их лидеров. Он нажал кнопку на своем столе, и тут же перед чрезвычайно счастливым гоблином появился его помощник и стал ждать его указаний.

Скажи Грипхуку, что у него скоро будут гости, и предложит им любую помощь со стороны банка и Нации гоблинов», — сказал все еще улыбающийся Рагнок.

Ассистент не мог поверить в то, что слышал, но, поскольку Рагнок, по-видимому, был в исключительно хорошем настроении, он не собирался произносить ничего, кроме «да, сэр», когда он спешил выполнить свой приказ, задаваясь вопросом, кем же могли быть посетители.

Дом Риддла, Литтл-Хэнглтон

Пока жалкое существо боролось с болью своего умирающего тела, последним геркулесовым усилием существо, которое было Волдемортом, потянулось к зеленому туману и поглотило его в себя. Не прошло и секунды, как магический импульс ударил в особняк, но прошел насквозь, не причинив никакого ущерба.

Кабинет завуча

Прошло много, много лет с тех пор, как что-либо могло сбить Альбуса Персиваля Вулфрика Брайана Дамблдора с ног, и пока он лежал там, среди разрушений его офиса вокруг него, он почувствовал, что контроль над замком покинул его. Пытаясь сформулировать план действий, ему помешали два слова, которые повторялись в его голове снова и снова: «Чёрт возьми!»

Гарри и Гермиону разбудил беспокойный вид главы дома: «С вами все в порядке?» спросила МакГонагалл

Посмотрев друг на друга, они оба кивнули, в данный момент не доверяя своему голосу.

Ну, подожди в моем классе, пока мы не выясним, что произошло, сейчас ты должен быть там в безопасности», — она ​​поспешила по коридору с палочкой в ​​руке.

Войдя в класс трансфигурации, Гермиона закрыла дверь и наложила запирающие и заглушающие чары, прежде чем повернуться к Гарри и броситься в его ожидающие объятия.

Когда они обнялись, Гарри подумал : «Я никогда не хотел ее отпускать

Когда Гермиона ответила: «Не волнуйся, Гарри, теперь ты мой, и я никогда тебя не отпущу»

Ему потребовалось несколько секунд, чтобы понять, что на самом деле он не произносил эти слова вслух.

Гермиона, когда моя жизнь станет нормальной, один поцелуй, и нас разбудит на полу в коридоре МакГонагалл».

Это заставило Гермиону улыбнуться, вспоминая тот чудесный поцелуй

Гарри продолжил: «Мне просто хотелось бы знать, что там произошло, и безопасно ли снова поцеловать тебя, потому что я планирую делать это часто».

Во время разговора он прикоснулся к ее губам и уже собирался поцеловать второй раз в своей жизни, когда два громких треска разнеслись по классу, когда перед ними появилась пара домашних эльфов.

Мои Лорд и Леди, чем мы можем быть вам полезны?»

Гарри и Гермионе пришлось дважды посмотреть, чтобы убедиться, что очень формальные эльфы, кланяющиеся им и делающие реверанс, на самом деле были Добби и Винки. — Добби, что с Лордом и Леди? Я думал, мы договорились, что меня зовут Гарри, и как ты себя сейчас чувствуешь, Винки?

Я чувствую себя намного лучше, мой Лорд, и спасибо, что спросили».

Гарри начал раздражаться: «Можем ли мы, пожалуйста, прекратить разговоры о Лорде и почему так формально?»

Мы должны быть формальными в просьбе, которую мы хотим обратиться к моему Лорду», — ответил Добби

Тот факт, что Добби был в присутствии Гарри, а не подпрыгивал, как двухлетний ребенок на третьей чашке эспрессо, заставил Гермиону зазвенеть в тревожные колокольчики: «И что это за просьба?» она спросила.

Ну, теперь, когда вы связаны узами и вам нужно заботиться обо всех своих домах, мы хотели бы быть связаны узами благородных лорда и леди Гриффиндора», — сказал ожидающий Добби.

"ЧТО!"

Гарри подвел Гермиону к месту, а затем сел сам, хотя, как только его девушка поняла, что они больше не соприкасаются, она немедленно сменила положение и села ему на колено, положив руку ему на плечо. Это вызвало понимающую улыбку на лицах обоих эльфов, а подростки остановились, чтобы обдумать свой следующий шаг.

Заговорил Гарри, хотя по какой-то причине он точно знал, о чем Гермиона хотела спросить: «Хорошо, вы двое подойдите сюда и присядьте, а потом, возможно, вы сможете рассказать нам, что, черт возьми, происходит».

Обычно это привело бы к слезам радости и громким заявлениям о том, каким великим волшебником был Гарри, но когда оба эльфа спокойно подошли и сели лицом к ним, Гермиона теперь серьезно волновалась

Затем Добби спокойно перевернул весь их мир с ног на голову: «Когда вы поцеловались, возникла душевная связь, которая в волшебном мире считается юридически обязывающим браком, поэтому вы оба немедленно стали взрослыми, освободив свое наследство. Теперь вы Лорд и Леди. Гриффиндор, владелец Хогвартса и всей земли на многие мили вокруг, включая деревню Хогсмид».

Подростки были ошеломлены, чтобы отреагировать, даже когда Винки добавила: «Это не считая наследства Поттеров и включенной в него собственности означает, что вам нужны домашние эльфы, и, поскольку мы не связаны узами, для нас было бы за честь служить таким замечательным людям, как вы. "

Гермиона села на своих парней, а не на колени мужа, и попыталась обработать полученную информацию, но все, что она получила, было «миссис Гермиона Поттер», и улыбка озарила ее лицо, поскольку ее самое большое желание, казалось, сбылось. Она начала чувствовать тревогу, исходящую от Гарри: разве он не хочет жениться на мне? Гермиона повернулась и увидела беспокойство в его глазах, когда внезапно в ее голове сформировались слова «ее отец меня убьет», поэтому она сделала первое, что пришла в голову, чтобы успокоить его, — поцеловала его.

Гермиона села на своих парней, а не на колени мужа, и попыталась обработать полученную информацию, но все, что она получила, было «миссис Гермиона Поттер», и улыбка озарила ее лицо, поскольку ее самое большое желание, казалось, сбылось. Она начала чувствовать тревогу, исходящую от Гарри: разве он не хочет жениться на мне? Гермиона повернулась и увидела беспокойство в его глазах, когда внезапно в ее голове сформировались слова «ее отец меня убьет», поэтому она сделала первое, что пришла в голову, чтобы успокоить его, — поцеловала его.

Добби и Винки едва взглянули друг на друга, прежде чем одновременно ответить: «Мы принимаем!»

Встав со стула, Гарри и Гермиона, все еще жаждали контакта, держась за руки, подошли к своим маленьким друзьям и положили свободные руки на головы каждого эльфа. Едва был установлен контакт, как золотое сияние окутало квартет, и магия, казалось, вылилась из пары в эльфов.

Когда сияние рассеялось, появились сильно изменившиеся Добби и Винки. Оба теперь стали как минимум на четыре дюйма выше, и хотя Добби, казалось, набрал изрядную массу мускулов, Винки теперь стала заметно женственной, но самые поразительные изменения произошли в чертах их лиц. Их мультяшные черты лица были перерисованы, и эффект был поразительным. Исчезла слишком большая круглая голова, глаза, похожие на теннисные мячи, и уши, похожие на летучие мыши, и их заменила голова овальных пропорций, глаза меньшего размера, и хотя их уши все еще были заострёнными, они были меньше половины своего первоначального размера.

Прежде чем кто-либо успел заговорить, Добби взял на себя ответственность: «Милорд и леди, здесь небезопасно. Мы должны доставить вас туда, где никто не сможет нас найти. Нам еще многое нужно объяснить и ответить на множество вопросов. Пожалуйста, пойдите с нами».

Прежде чем кто-либо успел заговорить, Добби взял на себя ответственность: «Милорд и леди, здесь небезопасно. Мы должны доставить вас туда, где никто не сможет нас найти. Нам еще многое нужно объяснить и ответить на множество вопросов. Пожалуйста, пойдите с нами».

Не оставляя времени на обсуждение, Добби схватил Гарри, а Винки сжал Гермиону, и все четверо бесшумно исчезли, всего за несколько секунд до того, как Дамблдор и МакГонагалл ворвались в комнату.

Обнаружив, что класс пуст и зная, что запирающие чары, которые он только что отключил, должно быть, были наложены изнутри комнаты, Дамблдор с очень обеспокоенным видом повернулся к своему заместителю: «Вы уверены, что они были здесь?» он спросил.

Только для того, чтобы услышать гневное «ДА» от теперь уже нахмуренной МакГонагалл: «И пришло время рассказать мне, что происходит, Альбус, начни говорить!»

Все четверо молча появились в комнате, которая была почти знакома, так как по размеру, форме и цвету декора она напоминала гостиную Гриффиндора, но на этом все сходство заканчивалось, поскольку мебель, приспособления и приспособления можно было назвать только роскошными.

Там были полки, заполненные древними на вид книгами, а одна стена была почти полностью стеклянной, с дверью, ведущей на большой балкон, с которого открывался потрясающий вид на озеро, подтверждающий, что они все еще находились в замке Хогвартс.

Коридор в задней части комнаты вел к большой спальне и трем другим очень большим спальням, но прежде чем они смогли исследовать дальше, их внимание было привлечено к великолепному камину или, скорее, к портрету наверху.

На портрете был рыцарь, но это был не сэр Кардиган, нет, в каждой черте этого рыцаря было запечатлено благородство, и с его длинными темными волосами и козлиной бородкой он действительно был в некотором роде грубоватым экипажем, но это был меч, который он держал. это привлекло внимание Гарри, он знал этот меч, он убивал этим мечом.

«Годрик Гриффиндор!» он прошептал

Не успели эти слова сойти с его уст, как картина ожила: «Наконец-то, добро пожаловать, наследники в апартаменты Гриффиндора, у меня так давно не было компании, пожалуйста, присядьте, и мы сможем поговорить».

Гарри и Гермиона в последнее время пережили столько потрясений, что просто восприняли тот факт, что один из основателей хотел поболтать с ними, как обычное явление, — Гарри сказал, что его жизнь никогда не бывает нормальной, возможно, именно таково быть миссис Поттер, — подумала Гермиона. Она начала смеяться, а затем обнаружила, что не может остановиться, пока Гарри не потянул ее рядом с собой на диван лицом к Годрику, где она уткнулась головой ему в грудь, и смех сменился слезами.

Гарри собирался спросить, что ее беспокоит, но тут ему пришла в голову мысль : «Она не хочет выходить за меня замуж, ее нельзя винить, и теперь она боится мне сказать».

Это заставило Гермиону разразиться тирадой: «Гарри Джеймс Поттер, прекрати это прямо сейчас. Я много лет мечтала выйти за тебя замуж. Я даже выбрала чертово платье, но ни на минуту не думала, что ты захочешь выйти замуж за густые волосы, кривые зубы, книга…» Остальное было потеряно, когда Гарри ответил на услугу ранее, и они целовались, пока она не успокоилась, хотя теперь оба были совсем не спокойны.

Когда они в следующий раз обратили внимание на свое окружение, на столе перед ними оказался чайник и две чашки, а также невероятный выбор закусок и пирожных

Гарри взглянул на Добби и Винки и вопросительно поднял бровь. Он выдерживал их взгляды, пока Добби не щёлкнул пальцами, и рядом с другим диваном не появились еще две чашки, на которые сели оба эльфа, а все четверо улыбнулись и вместе наслаждались чаем.

Этот короткий оазис нормальности оживил Гермиону, которая несколько минут назад страдала от информационной перегрузки и имела больше вопросов, требующих ответов, чем когда-либо с момента открытия магии. Внезапно она почувствовала, что вернула себе часть контроля, который уходил от нее, когда она вынимала из сумки пергамент, перо и чернила. Гермиона пыталась найти твердую почву под ногами. — Хорошо, давай запишем факты, которые мы знаем, и мы сможем добавлять к ним, когда получим ответы на вопросы, — сказала она авторитетно в голосе.

Они все улыбнулись, даже портрет. «У нас с Гарри душевная связь, что фактически означает, что мы женаты», — заявила она.

Оба эльфа кивнули в знак согласия, в то время как Гарри улыбнулся до ушей, а Гермиона продолжила: «Благодаря этой связи мы теперь эмансипированные взрослые».

И снова оба эльфа кивнули, а Гарри внезапно осознал значение этого факта: «Больше никаких Дурслей!» он крикнул.

Выражение радости на его лице растопило сердце Гермионы, и она мысленно включила «разобраться с Дурслями» в свой список дел. Затем она суммировала их информацию: «Теперь Гарри здесь наследник Годрика, поэтому мы теперь лорд и леди Гриффиндор и владеем замком и Хогсмидом».

При этом Годрик решил помочь прекрасной молодой гриффиндорской паре, говорящая картина добавила: «Ну, на самом деле это нечто большее, чем просто владение замком, Хогвартс — это гораздо больше, чем просто здание. Когда мы строили этот чудесный замок, мы хотели, чтобы она была разумны, поэтому каждый из основателей доверил замку часть нашей души. Это не имеет ничего общего с теми мерзостями, называемыми крестражами, о которых мы поговорим позже, а скорее как труд любви. Хогвартс отвечает перед действующим директором, если он не отклонится от света, а наш нынешний совершил кое-какие поступки, за которые ему следует сесть в тюрьму».

Воспоминание пришло к Гарри и Гермионе, и пока они смотрели, как оно разворачивается, гнев, который оно вызвало, не имел аналогов ни с чем, что когда-либо чувствовали подростки, и в конце было прошептано только одно слово: «ублюдок!

Прежде чем что-либо еще можно было сказать, Годрик прервал его: «Портреты и призраки только что сообщили, что Альбус собирается найти кого-то по имени Сириус, а затем семью под названием Грейнджеры. По какой-то причине он отчаянно пытается помешать вам добраться до Гринготтса и исходя из прошлого опыта. он пойдет на все».

Мы должны что-то сделать, Гарри, мои родители понятия не имеют, что происходит».

У нас есть некоторые преимущества, — сказал Годрик, — у его феникса только что случился пожар, а в замке закрыта система камина, так что ему приходится идти к краю защиты, пока любой, кто прикоснется к наследнику, сможет аппарировать из замка».

Теперь у Гарри была задача с определенными целями, поэтому он приступил к действиям: «Гермиона и Винки готовят комнату для Сириуса и посмотрим, сможете ли вы найти какую-нибудь одежду, которую он мог бы носить. Мы с Добби схватим его и вернемся тогда вчетвером. заберу твоих родителей. Пойдём, Добби».

Добби схватил Гарри за руку, и они ушли прежде, чем кто-либо из дам успел возразить против этого плана.

Большая черная собака свернулась калачиком, пытаясь согреться в холодной пещере с видом на деревню Хогсмид. Он проводил время, мечтая о горячей ванне, сытном обеде и мягкой постели, когда его обостренные чувства закричали тревогой, когда он осознал, что к нему пришла незваная компания.

Альбус не мог припомнить, чтобы у Фоукса когда-либо был такой плохой день: сначала у Фоукса был такой жгучий день, как раз тогда, когда он был ему нужен, затем сломалась система камина, и теперь чертова лестница играла глупые педерасты. Если бы близнецы Уизли разыграли лестницу, то Аргус Филч мог бы использовать свои винты с накатанной головкой в ​​качестве раннего рождественского подарка.

В конце концов он выбрался через главные двери и поспешил к воротам, прежде чем пройти через них и защитные обереги, немедленно аппарировавшие в пещеру, в которую он поместил Сириуса.

Сириус, это я! Тебе нужно трансформироваться

Черная собака внезапно превратилась в человека со всеми очевидными признаками грубой жизни: «Какого черта ты здесь делаешь? Борода Мерлина, ты напугала меня до смерти»

Прости, Сириус, но у нас нет на это времени, ты сейчас пойдешь со мной.

Пещера теперь была пуста

В квартире Гриффиндора Гермиона нашла несколько мантий, которые должны были подойти Сириусу, пока Винки стояла на столе горячая еда, пока они ждали возвращения своих людей.

Гарри, Добби и Сириус аппарировали в квартиру, но прежде чем Сириус успел выразить свой гнев на ситуацию, он был сбит с толку ракетой с густыми волосами, нацеленной на его крестника, прыгнувшей на Гарри и окутывающей его конечностями, пока он бессмысленно целовал его. Сириус был вне себя от шока: что, черт возьми, происходит? Он издавал звуки «прокашливаясь», пытаясь привлечь внимание молодых пар.

Когда Годрик сказал: «Я не думаю, что этого будет достаточно, я думаю, тебе придется попробовать что-нибудь погромче».

Сириус кивнул в знак согласия, прежде чем сунуть два пальца в рот и издать оглушительный свист

Гарри и Гермиона медленно разошлись, хотя все еще были в объятиях друг друга. — О, привет, Сириус, рада снова тебя видеть, — сказала Гермиона, — на столе есть еда, для тебя осталось много горячей воды и чистой одежды. Нам нужно уходи сейчас же, чтобы забрать моих родителей, но мы не задержимся надолго».

Да, нужно пойти и забрать родственников жены, так что лучшее поведение от крестного отца, поскольку мы пытаемся произвести здесь хорошее впечатление», — сказал Гарри.

Две пары взялись за руки, и озадаченный анимаг недоумевал, что же было в этом последнем кусочке еды, который он собрал, потому что это не могло быть реальностью. Затем запах еды достиг его ноздрей, и голод рассеял все сомнения, и он приготовился к первому за многие годы настоящему обеду.

Дамблдор обнаружил, что пещера пуста, но знал, что Сириус не далеко, и, присев на валун, решил дать ему десять минут, чтобы появиться.

В стоматологической клинике Грейнджер в Кенсингтоне оба врача пили кофе, оформляя документы и с нетерпением ожидая возможности отправиться домой на выходные, когда их побеспокоил очень знакомый голос, которому нечего было здесь находиться.

Мама. Папа, вы еще здесь?»

Мы в офисе, дорогая», — сказала Эмма

Дверь открылась, и Гермиона ворвалась и помчалась обнимать своих родителей, в то время как Гарри и эльфы вошли более спокойным шагом.

Дэн Грейнджер обнял дочь, пока его мысли метались, пытаясь найти причину этого визита. Он заметил, что мальчик и Гермиона все еще носили школьные мантии Хогвартса в Кенсингтоне, а кем были двое других посетителей, он понятия не имел. Принимая во внимание скорость, с которой она вошла в дверь, и ярость ее объятий, Дэн понял, что с его прилежной дочерью что-то серьезно не так.

Ну, дорогая, я думаю, нам следует сначала представиться, а затем объясниться, не так ли?» — сказала обеспокоенная Эмма Грейнджер, которая была столь же умна, как и ее муж, и пришла к такому же выводу о серьезности ситуации.

Ой, извини, я так волновалась, что забыла свои манеры. Мама, папа, познакомьтесь с Гарри Поттером».

Итак, наконец-то мы встретились с мальчиком, упомянутым во всех твоих письмах и о котором ты никогда не перестаешь говорить», — сказала Эмма, смущенно пожимая руку Гарри.

Рад познакомиться», — сказал Гарри, пожимая руки своим, еще ничего не подозревающим родственникам жены.

Это Винки и Добби, эльфы», — представила Гермиона кланяющуюся пару, чтобы отвлечь внимание родителей от Гарри. Она знала, что им нужно уйти как можно быстрее, поэтому решила, что все объяснения придется подождать в более безопасном месте.

Гермиона глубоко вздохнула и помолилась, чтобы убедить родителей уйти без промедления: «Мама, папа, сегодня произошло что-то, что повлияет на всю нашу жизнь, но на данный момент у нас нет всех фактов. Единственное, что можно сказать наверняка. в том, что мы окажемся в большой опасности, если останемся здесь. Мне нужно, чтобы вы оба поверили мне и пошли с нами в безопасное место, где мы, надеюсь, сможем ответить на все вопросы, которые я вижу в ваших глазах. Пожалуйста, поверьте мне, что нам нужно уйти СЕЙЧАС.

Настойчивость в ее голосе и мольба в глазах убедили Дэна и Эмму, которые понимали, что они не в своих силах в волшебном мире, поэтому им приходилось верить, что Гермиона знает, что делает.

Давайте возьмем наши пальто, хотя я не думаю, что мы шестеро поместимся в машину, дорогая», — сказала Эмма, направляясь забрать их из объединенного магазина и гардеробной в коридоре.

Облегчение нахлынуло на Гермиону, когда Гарри выдохнул, хотя и не осознавал, что сдерживал дыхание. — Не волнуйся, мам, мы не поедем на машине, — улыбнулась Гермиона.

Терпение Альбуса было на исходе, пока он сидел в ожидании Сириуса.

Он не ожидал пустой пещеры и начал серьезно раздражаться, когда люди не следовали его указаниям: «Оставайся в пещере, и никто тебя не найдет!»

Как это было тяжело, но он сидел и ждал, пока этот идиот Блэк, вероятно, бродил по сельской местности вместо того, чтобы выполнять его приказы. Он решил, что ждал достаточно долго; пришло время перейти к следующим целям

Старик с нелепо длинной бородой и жаждущей внимания волшебной мантией появился в огороженном заднем дворе резиденции Грейнджеров только для того, чтобы обнаружить, что дом пуст, поэтому он сидел на садовом стуле и накладывал на себя согревающие чары, Альбус устроился и ждал.

Группа из шести человек, появившаяся на верхней ступеньке Гринготтса, заставила многих повернуться. Учитывая, что группа состояла из двух магглов, двух студентов Хогвартса в гриффиндорских мантиях и двух домашних эльфов, идущих рядом со своими хозяевами с высоко поднятыми головами, вероятно, неудивительно, что группа привлекла внимание.

Пока старшие Грейнджеры приходили в себя сбоку вместе с призраком, Гермиона провела их в банк: «Можете ли вы объяснить, почему в Косом переулке мы в большей безопасности, чем в нашем офисе, и почему все смотрят на нас?» — сказала Эмма, которую все еще тошнило.

Невозможно аппарировать в Гринготтс, так как это банк, в конце концов, поэтому мы подошли настолько близко, насколько это было разрешено, и, поскольку им управляют гоблины, то по их законам волшебник или ведьма не могут вытащить палочку в банке, а тем более использовать ее. хочу связываться с гоблинами, — сказала Гермиона.

Гарри подошел к стойке, но его перехватил Крюкохват, предлагающий свою помощь. Через несколько минут группу провели в довольно шикарный офис с впечатляющим письменным столом, которому, казалось, уже несколько столетий. Грипхук прошёл за стол и сотворил четыре стула для своих гостей. Родители Гермионы, похоже, остро нуждались в месте, поэтому с благодарностью заняли предложенные стулья, а Гарри и Гермиона остались стоять, оба уставились на Крюкоклюка, который был глубоко обеспокоен.

Его приказы исходили сверху, и он, казалось, оскорбил лорда и леди Гриффиндора, но понятия не имел, что он сделал. Взгляд Гарри на мгновение покинул Крюкохвата, когда он взглянул на стоящих эльфов, и уже вспотевший гоблин понял, что они не будут сидеть, пока стоят их домашние эльфы, поэтому шокированный Крюкохват принес извинения, в то время как появились еще два стула. Казалось бы, это были не обычные волшебники.

Восстановив самообладание, Грипхук приступил к делу: «Лорд и леди Гриффиндор, позвольте мне от имени банка Гринготтс и нации гоблинов поздравить вас с вашей связью и спросить, чем мы можем быть вам полезны».

Гермиона наблюдала, как ее родители от шока чуть не упали со стульев.

Гарри ответил: «Спасибо, Грипхук, а теперь могу ли я посмотреть список наших активов, это сделают мои родители, копии всех транзакций со счетов, и мы будем очень признательны за любую литературу, которую вы можете предоставить о душевных связях, и нас зовут Гарри и Гермиона.

Это может занять некоторое время, мой дорогой… Гарри, не хочешь ли ты и твои гости чего-нибудь освежиться во время ожидания?Было бы великолепно, но не могли бы мы выпить немного бренди для моих родителей, поскольку они только что пережили небольшой шок!» ответила Гермиона.

Очень редко можно было увидеть посмеивающегося гоблина, когда Грипхук махнул рукой, и появился стол, полный закусок: «Я очень скоро вернусь с вашими просьбами», и вышел из комнаты, когда оба Грейнджера пристально посмотрели на подростков.

Гарри повернулся к Грейнджерам: «Я думаю, мы должны вам объяснить, но, пожалуйста, поймите, что для нас это тоже все в новинку».

Дэн бросил на Гарри взгляд, говорящий: «Продолжай, и пусть все будет хорошо», и он так и сделал.

«Когда мы сегодня закончили занятия, я попросил Гермиону быть моей спутницей на балу и моей девушкой, она сказала да, мы поцеловались и теперь женаты».

Дэн подождал, но когда Гарри больше ничего не сказал, он взорвался: «Ты сбежал из школы, вытащил нас из офиса на другой конец Лондона, а потом несешь нам эту чушь! Ты серьезно?» — спросил разгневанный Дэн Грейнджер.

Хихикающая Гермиона поднялась и села на колени Гарри, прежде чем сказать: «Нет, папа, это его крестный отец, ты встретишься с ним позже».

Вид хихикающей их книжной дочери был таким шоком, что ни один из родителей не прокомментировал ее новое расположение сидений.

Сэр, я просто хотел заверить вас и миссис Грейнджер, что ничего неуместного не произошло и что я люблю вашу дочь всем сердцем. Она была моей лучшей подругой с одиннадцати лет, и если бы все шло нормально, у нас было бы несколько лет для этого. вы оба должны узнать меня получше, прежде чем я попрошу руки Гермионы, но в тот момент, когда мы поцеловались, возникла душевная связь, которая является юридически обязывающим браком на все времена».

Гермиона продолжила: «По какой-то причине это очень расстроило нашего директора, поэтому нам пришлось доставить наши семьи в безопасное место, и мы надеемся, что Гринготтс знает ответ

Дэн Грейнджер был в затруднительном положении, тот факт, что его дочь хихикала и теперь сидела на коленях этого молодого человека, обняв его за шею, давал такое чувство облегчения, что его одинокая маленькая девочка нашла кого-то, кто, очевидно, думал о ней очень хорошо, но проблема в том, что она все еще его маленькая девочка. Он посмотрел на своего лучшего друга, и они поняли, что должны сделать это правильно: все руководства для родителей были отправлены в мусорное ведро, как только магия вошла в уравнение! На что вы смотрите, когда на вашу дочь нападает горный тролль в женском туалете или окаменевает василиск в школьном коридоре? Они посмотрели на свою дочь, и ни один из них никогда не видел ее более счастливой, что для них обоих было важнее всего остального.

Гермиона видела, как ее родители борются с ситуацией, поэтому попыталась помочь: «Мама, папа, у нас еще нет всех ответов, поэтому Гарри попросил Грипхука дать ему какие-нибудь книги о душевных связях. В маггловском мире это называлось бы книгой. брак, заключенный на небесах, волшебный мир действительно может обнаружить эффект и признать его юридически. Когда мы с Гарри поцеловались, и образовалась связь, это было настолько сильно, что мы оба потеряли сознание».

Этот комментарий вызвал громкий смех обоих эльфов, прежде чем Добби смог объяснить: «Прошу прощения, моя Леди, но это было сильнее, чем вы думаете, когда вы разбили половину окон в замке», когда оба эльфа растворились в новых приступах ярости. смех.

Мы не собираемся получать за это счет, не так ли, и что насчет Лорда и Леди, твоя мама должна делать реверанс, когда приносит тебе завтрак?» — сказал улыбающийся Дэн, пытаясь сохранить легкое настроение.

На самом деле, папа, мы владеем Хогвартсом, мой официальный титул — Леди Гермиона Джейн Поттер Гриффиндор, и я не жду, что мама принесет мне и моему мужу завтрак, поскольку это расстроит эльфов

Ей удалось сдержать свои эмоции под контролем, но выражение лиц ее родителей вызвало у нее хихиканье, которое вскоре переросло в приступы смеха, к которому все не могли не присоединиться. Под взрывы смеха Крюкохват снова вошел в комнату, нагруженный папками и свитками. Он начал понимать радость директора Рагнока, когда эта молодая пара собиралась перевернуть волшебный мир с ног на голову, обращение с их эльфами шокировало Грипхука, но теперь он понимал, что их не считают рабами.

Вся нация гоблинов была настроена поддержать эту пару в надежде, что их можно будет считать равными волшебникам и всем другим магическим существам. Он разложил документы на своем столе, пока все пришли в себя. — С чего бы ты хотел начать, Гарри? спросил гоблин.

Я думаю, нам нужно сделать это в хронологическом порядке, и, надеюсь, выяснится закономерность, поскольку у нас есть подозрения, но на данный момент нет доказательств», — сказала Гермиона, а Гарри кивнул в знак согласия.

Затем Грипхук выполнил завещание Джеймса и Лили Поттер: «Я обобщу основные положения всех документов, которые мы здесь рассматриваем, и отправлю копии всего в место по вашему выбору. Как и ожидалось, ваши родители оставили все вам, но это размещение вас с Дурслями, которое нас беспокоит, поскольку в завещании перечислены шесть различных вариантов размещения и конкретно указано, что ни при каких условиях вы не должны оставаться с вашей тетей. Дамблдор, по сути, похитил вас, и с заключением без суда вашего крестного отца он объявил себя твой волшебный законный опекун.

Тишина в комнате была оглушительной

Как ваш магический опекун, он имел доступ к части вашего счета и заплатил Вернону Дурслю в общей сложности сто двадцать тысяч фунтов стерлингов за четырнадцатилетний период. За тот же период он также оплатил обучение в Хогвартсе для всех Уизли. дети."

Когда они подумали, что хуже уже быть не может, так и случилось!

Грипхук знал, что следующее откровение вызовет реакцию, и не был разочарован: «Дамблдор также заключил брачный контракт на шестнадцатый день рождения Гарри с Джиневра Молли Уизли.

Гермиона взорвалась: «Старый манипулирующий ублюдок! Я надеру ему костлявую задницу до самого Хогсмида, и я не забуду чертовых Уизли и Дурслей. Множество людей заплатят за то, что причинили вред моему Гарри».

Сила, исходящая от Гермионы, фактически сотрясала берег, в то время как внутри комнаты гоблин, двое Грейнджер и оба эльфа прятались за всем, что могли найти, а воздух потрескивал от энергии. Дверь распахнулась, и директор Рагнок с четырьмя охранниками попытался войти, но был вынужден вернуться.

Гарри, все еще обнимавший Гермиону, сказал: «Я люблю вас, миссис Поттер!» Это отвлекло Гермиону на достаточно долгое время, чтобы Гарри втянул ее в поцелуй, истощая ее гнев, поскольку их страсть углублялась, и в данный момент больше ничего не существовало

Когда поцелуй закончился, Гермиона ахнула: «Спасибо, Гарри, мне это было нужно. Ты понимаешь, что если Джинни подойдет к тебе на расстояние двадцати футов, я раздавлю ее, как жука?»

Гарри просто кивнул, прежде чем повернуться к гоблину: «Крюкохват, попробуй сломать нам это немного мягче, не мог бы ты, поскольку моя жена, похоже, собственнический тип, теперь мне нужно, чтобы ты сказал нам, какие у нас есть варианты, потому что нет никакого способа, что ты назвал его любовью? Ах да, этому старому манипулирующему ублюдку это сходит с рук, — они снова смотрели друг другу в глаза, совершенно не подозревая о хаосе вокруг них.

Что это было?" — потребовала ошеломленная Эмма Грейнджер.

Это была непреодолимая сила природы, известная как характер Гермионы Поттер», — сказал Гарри, который намеренно использовал ее фамилию, чтобы напомнить ей, кого он любит

Дэн быстро уловил тактику Гарри и увидел, что она работает, поэтому подошел к паре и обнял их обоих, говоря: «Как хорошо, что ты забрал ее из наших рук, Гарри, она действительно может разрушить дом».

Эмма присоединилась к объятию, которое теперь превратилось в четырехстороннее объятие: «Добро пожаловать в семью, Гарри, нам понадобится некоторое время, чтобы осознать это, но счастье нашей дочери значит для нас все, и мы уже видим, что Гермиона значит для тебя», — она — сказала она, и слезы потекли по ее щеке.

Не волнуйся, мама Гарри уже знает, что я выбрала платье, так что ты все равно сыграешь свадьбу и подожди, пока в гольф-клубе услышат, что твой густоволосый книжный червь выходит замуж за лорда».

Лорд и леди Гриффиндор, пожалуйста, позвольте мне представиться. Меня зовут Рагнок, и я директор Гринготтса. О, возможно, вам будет интересно узнать, мистер Грейнджер, что ваш зять владеет несколькими полями для гольфа»

Интерес Дэна сразу же достиг пика: «Где же именно эти поля?»

Поттеры были одними из основателей R&A и владеют всеми курсами в Сент-Эндрюсе», — ответил Рагнок.

«О, он настоящий игрок», — пошутила Эмма, пока Дэн потерял сознание!.

Примерно через десять минут в комнате был восстановлен порядок, Дэн и Эмма сидели, потягивая большие бренди и тихо разговаривая между собой. Добби и Винки помогли собрать комнату воедино и теперь сидели, наблюдая за своими хозяевами/лордом и леди/друзьями?Т

Четверо гоблинов-охранников познали страх, но необходимость беспомощно наблюдать, как эта юная леди потрясла их банк до самого основания, было за гранью их опыта.

Только радостное выражение лица их лидера заставляло их стоять и охранять дверь, а наблюдение и ожидание казалось их единственным выходом на данный момент.

Гермиона заняла свое теперь уже привычное положение на коленях у Гарри, обняв его за шею, а руки успокаивающе обняли ее за талию.

Они общались молча, и Гермионе показалось, что с практикой это станет легче, и она положила голову ему на плечо, когда остатки ее гнева рассеялись.

Рагнок решил наблюдать за происходящим, а Крюкохват стоял сзади и слева, как и положено хорошему помощнику.

Рагнок сказал: «Крюкохват сообщил мне, чего мы достигли в ходе разбирательства, и я вижу, что вызвало понятную реакцию ее Светлости. Прежде чем двигаться дальше, я надеюсь успокоить ваши умы информацией о том, что, как полагают, существует душевная связь. Судьба решит, что два человека должны быть вместе до конца своей жизни! Это сводит на нет все брачные контракты».

Гермиона и Гарри были так обрадованы этой новостью, что сияли так ярко, что ее маггловские родители могли это видеть.

Рагнок продолжил: «Эта связь также дает иммунитет к любым любовным зельям, которые люди могут попробовать на вас, а также ко всем формам атак разума, и отменит любые чары памяти, уже наложенные на любого из вас»

Гарри просто взглянул на Гермиону и сказал: «Мы уже испытали освобожденное воспоминание, которое усилило наши подозрения в отношении старого козла».

Ну, любому, кто попытается помешать связанной паре, грозит поездка на райский остров Азкабан. Это считается покушением на убийство, поскольку разрыв связи может убить пару», — сказал серьезный Грипхук.

У вас есть полный доступ к семейным хранилищам Поттеров и Гриффиндора, вы владеете Хогвартсом и всей землей на многие мили вокруг, включая деревню Хогсмид, четырнадцатью домами, разбросанными по всему миру, включая поместье Поттеров и непригодный для нанесения на карту остров в Карибском море, имеете доли в обоих магловских владениях. и волшебные компании, которые хочется перечислить. Короче говоря, вы — самая богатая молодая пара в Британии», — сказал сияющий Рагнок.

Дэн и Эмма были рады, что сели, и бренди им очень помог, когда они осушили свои стаканы; казалось, потрясения продолжали приходить

Дэн никогда в жизни не падал в обморок, но его голова снова закружилась, когда он задавался вопросом, как, черт возьми, дети так хорошо справляются со всем этим.

Дети мысленно разговаривали друг с другом, и если раньше это их почти пугало, то теперь это казалось настолько естественным, что они даже не задумывались об этом, было просто множество других неотложных дел, требующих их внимания.

Директор Рагнок, я хотел бы выразить свою благодарность за ваше время здесь сегодня. Совершенно очевидно, что Дамблдор пытался контролировать мою жизнь, но не почему. Есть ли у вас какая-либо информация, которая могла бы пролить свет на это?» — спросил Гарри.

Рагнок улыбнулся: они действительно были восхитительной парой, идеально дополнявшей друг друга и только что задавшей именно тот вопрос, на который он надеялся.

Пожалуйста, просто Рагнок, и да, я думаю, мы можем ответить на этот вопрос. Незадолго до вашего рождения он проходил собеседование у профессора предсказаний, я полагаю, вы оба ее знаете?»

Их стоны недовольства — это все, что пара могла выдавить перед смехом.

Рагнок подхватил историю

«Ну, интервью шло плохо, когда внезапно Трелони, казалось, сделала пророчество, суть которого заключалась в том, что только вы, мой Лорд, сможете победить Волдеморта».

Пожалуйста, Рагнок, это Гарри, а мою жену зовут Гермиона, если этот старый дурак поверил ей, то он еще более разбирается в сути дела, чем мы думали», — ответил Гарри, недоверчиво покачивая головой.

«Вы должны понимать время, Волан-де-Морт и его Пожиратели Смерти были повсюду! Убивали безнаказанно, поскольку они владели и до сих пор владеют Министерством. Все смотрели на великого волшебника, героя первой войны, и ему грозила опасность быть раскрыто его мошенничество", — сказал Рагнок.

«Простите, но я думал, что он победил темного лорда Гриндевальда и положил конец войне, по крайней мере, так говорится во всех книгах, которые я читал на эту тему. Вы хотите сказать, что он этого не сделал?» спросила любопытная Гермиона.

Лидер гоблинов ответил на ее вопрос: «О, он убил его, Гермиона, но книги не говорят вам, что они были большими друзьями и что Дамблдор пробрался в дом Гриндевальда с маггловским пистолетом и шесть раз выстрелил ему в спину. !"

Рагнок посмотрел на свою потрясенную аудиторию: «Это не совсем тот храбрый и героический образ, который хочет изобразить этот человек, не так ли! Теперь от вашего внимания не могло ускользнуть то, как волшебный мир боготворит выжившего мальчика, что, должно быть, раздражало его еще больше». прятал тебя десять лет в надежде, что все пройдет»

Эмма больше не могла сдерживать себя: «Не могли бы вы просто объяснить это, чтобы мы, родители, могли понять, почему их директор все это делает?»

«Я прошу прощения, миссис Грейнджер, мы полагаем, что Гарри собирались использовать для борьбы с Волан-де-Мортом, при этом Дамблдор получил бы признание и с женой, чья семья была пожизненной поддержкой, и он мог бы контролировать любую ситуацию», — ответил Рагнок.

Все просто сидели тихо, переживая еще одно шокирующее открытие, которое можно добавить к и без того длинному списку.

В конце концов Гарри спросил: «Итак, Рагнок, что мы можем с этим поделать?»

Сияющий Рагнок в предвкушении заламывал руки.

«Гринготтс может справиться только с финансовой стороной, но был бы более чем готов оказать нашу поддержку в отношениях с Министерством магии. Деньги, выплаченные Дурслям, могут быть возвращены, поскольку никакой помощи не было оказано, и большая часть денег была потрачена на их ожирение. У вас нет финансовой причины платить тысячи галеонов за обучение за семью Уизли, и деньги были сняты с вашего счета еще до того, как вы с ними познакомились. Что касается Дамблдора, мы можем принять меры в случае финансового неэффективного управления вашим счетом, но решение должно исходить от вас!».

Гарри и Гермиона мысленно обсуждали ситуацию, пытаясь обдумать последствия. Дамблдор и Дурсли не задумывались, но действительно ли они хотели эффективно выставить Уизли на улицу.

«Можем ли мы увидеть брачный контракт, пожалуйста?» — спросила Гермиона.

Детали контракта заставили их кровь застыть в жилах.

Вот оно, черно-белое: вся жизнь Гарри была гигантской ложью, инсценированной Альбусом Дамблдором с сообщниками клана Уизли.

Контракт был датирован всего через несколько дней после того, как Гарри оставили на пороге своей тети, и был подписан Молли и Артуром.

Они продали туда единственную дочь за плату за обучение, неудивительно, что Джинни была влюблена в Гарри; ее с самого раннего возраста запрограммировали выйти за него замуж.

Были ли Рон или Джинни на самом деле вовлечены в обман, или ими манипулировали так же, как Гарри, это вопрос для другого дня, поскольку ответ мог причинить больше боли, чем что-либо еще, раскрытое до сих пор.

Гарри и Гермиона встали, положили на стол уже недействительный брачный контракт и настолько формальным голосом, насколько он мог, Гарри отдал приказ.

«Директор Рагнок, я бы попросил банк Гринготтс принять максимально возможные меры во всех трех случаях».

Не успели эти слова быть произнесены, как они прижались друг к другу, явно расстроенные только что принятым решением, хотя оба понимали, что это правильно, но это не облегчило принятие решения.

Молодая пара чувствовала, что их детство отрывается по частям, но с компенсацией их связи оба знали, что они станут сильнее и ближе, поскольку они будут получать утешение друг от друга.

Восхищение Дэна Грейнджера этим молодым человеком, ставшим его сыном, росло как на дрожжах; вся его жизнь только что была разрушена, а он здесь, стоит рядом со своей дочерью и принимает решения, которые, должно быть, разбивают ему сердце.

Когда они прижались друг к другу, Дэн и Эмма немедленно присоединились к ним в семейных объятиях, пытаясь хоть немного утешить.

По кивку Рагнока Крюкохват немедленно ушел выполнять приказы Поттера, а его лидер вынул древний свиток из своей куртки.

Ему очень хотелось избавить их от этого, но события развивались с угрожающей скоростью, и информация, которой он обладал, имела решающее значение для всего магического мира.

«Извините, но нам еще многое предстоит обсудить, и в связи с событиями, происходящими в волшебном мире, даже сейчас, когда мы говорим, просто не могу дождаться»

Рагнок теперь привлек их внимание, когда все четверо снова сели, а Гермиона заняла свое теперь обычное положение.

«Настоящее пророчество было сделано много лет назад, и нация гоблинов считает, что оно касается вас обоих. Судя по появлению Добби и Винки, я могу предположить, что нация Элвинов тоже верит в это?»

"Да!" ответил Винки

Рагнок продолжил: «Это пророчество не касается Волдеморта, о котором бы позаботились много лет назад, если бы не жадность и некомпетентность, это имеет гораздо более серьезные последствия».

Двое выйдут из дома храбрых

Их силы, объединенные в этот мир, спасут

С любовью они увидят падение родословных.

И станьте едиными волшебными существами, все

Последовавшая за этим тишина была в конце концов нарушена еще одним взрывом гнева Грейнджер, хотя, к счастью, на этот раз не Гермионы.

Эмма Грейнджер была на ногах на долю секунды раньше мужа, отчего охранники напряглись, прежде чем взгляд директора заверил их, что опасности нет.

Очень разгневанная мать сказала лидеру гоблинов: «Какого черта ты думаешь, во что ты здесь играешь, я сидела тихо и слышала, как им лгали, манипулировали, обманывали и эффективно спасали свою жизнь раньше». сегодня и сейчас ты практически возлагаешь спасение всего волшебного мира на их юные плечи! Что ж, я думаю, нам следует отправиться на этот остров, который никто больше не сможет найти, и оставить вас всех вариться в том беспорядке, который вы устроили!".

Хорошо, миссис Грейнджер», — сказал Гарри, потрясенный яростью в ее голосе.

Рагнок попытался успокоить разгневанную женщину: «Миссис Грейнджер, пожалуйста, поймите, что мы не просим вести здесь войну, в данный момент Гарри и Гермиона — два самых могущественных существа на планете, и в ближайшие недели их связь станет крепче. они будут практически неприкасаемы».

И Добби, и Винки согласно кивали головами.

Добби сказал: «Много лет назад я знал, что Гарри был тем, о ком говорится в пророчестве, поэтому я пытался помочь, и когда я увидел, как он сидел в больнице, держа за руку окаменевшую Гермиону и болтая с ней, я знал, кто был вторым человеком».

Добби улыбнулся паре: «Если бы вы не собрались вместе, мне, вероятно, пришлось бы снова вам помогать».

Реакция на это заявление была разной: Гарри и Гермиона содрогнулись от ужаса, вспомнив бладжер, заклинание атаковать Гарри, Дэн и Эмма выглядели озадаченными, а Добби и Винки рухнули от смеха.

Рагнок сказал: «Я уверен, что все в этой комнате страстно верят в то, что означает пророчество, но, возможно, никто больше, чем двое молодых людей передо мной! Вы оба видели и страдали от чистокровных, которые думают, что это их право по рождению. править нашим миром и позволить своему высокомерию ослепить их, заставив их следовать за полукровкой Томом Риддлом, также известным как Волан-де-Морт. Когда его изгнали в первый раз, почти все Пожиратели смерти смогли с помощью взятки выбраться из неприятностей и сидят, ожидая его возвращения в снова профинансировать его движение».

Теперь он действительно вошел в курс дела: «Нам нужно изменить условия, которые позволяют темным лордам закрепиться и распространять свои фанатичные послания. Нам нужно общество, в котором способности, а не кровь определяют вашу позицию в жизни. Нам нужны сильные честные лидеры. с непоколебимыми моральными компасами, способностью принимать трудные решения, но с чувствительностью чувствовать, когда больно, кто обладает волшебной, финансовой и политической силой, чтобы привести нас туда, короче говоря, нам нужны вы оба!»

Это была речь, которая тронула всех в комнате, заставила охранников быть готовыми встретиться лицом к лицу с любым врагом и послужила призывом к сплочению ради дела, дорогого всем их сердцам, и пока гриффиндорцы ринулись туда, куда боятся ступить ангелы, эти два молодых льва быстро росли.

Гарри снова сел, и Гермиона вернулась в свою позицию, пока они обдумывали свой ответ.

Эмма поняла, что контакт, которого они жаждали, казалось, сохранял их спокойствие, и пока они не разговаривали, у нее не было сомнений в том, что они общаются, глядя друг другу в глаза. Было одновременно нервно и невероятно красиво видеть любовь и абсолютное доверие, которые они испытывали друг к другу.

Гарри нарушил молчание: «Рагнок, ты упомянул события, происходящие где-то в другом месте, которые, как мы полагаем, связаны между собой и, похоже, определяют временные рамки нашего решения, не мог бы ты быть немного более конкретным, пожалуйста?»

Он разразился от души смехом: «О, вы действительно будете золотой парой, и я хочу, чтобы мне приписали эту фразу до того, как ее заявит Рита Скитер. Верно, если только это не банковский бизнес, который этика запрещает мне обсуждать, я обещаю полное раскрытие информации и никогда не буду ее обсуждать». врать тебе"

Они были удивлены тем, что национальный лидер дал такую ​​клятву, и кивнули, выражая согласие и понимание подразумеваемого доверия.

Есть информация, о которой вы должны были быть проинформированы, и многое другое, что произошло сегодня, положив начало цепочке событий, которые дали нам этот временной график. Некоторые из этих событий будут тревожными, но, пожалуйста, дайте мне закончить, а затем я отвечу на все вопросы. ... Причина, по которой Волан-де-Морт убил твоих родителей, заключается в том, что некий жирноволосый пожиратель смерти услышал первую часть и сообщил об этом своему хозяину.

Гарри и Гермиона одновременно прошептали ненавистное имя: «Снейп!»

Рагнок продолжил: «Мы могли бы быть здесь всю ночь, обсуждая теории о том, как Гарри стал мальчиком, который выжил, но что я могу сказать наверняка, так это то, почему Волан-де-Морт не умер, когда проклятие отразилось на нем. Он создал мерзости, называемые крестражами, где он расколол свою душу. и поместил его в объект для безопасного хранения, что сделало его бессмертным, по крайней мере, он так думал! Дневник, который ты уничтожил в камере, был одним. Всего он создал шесть, а часть в нем была седьмой.

Он сделал паузу, чтобы убедиться, что его аудитория все еще с ним: «Когда вы связались, это было самое мощное из никогда не записанных, я говорю никогда, потому что оно разнесло вдребезги все записывающие устройства министерства! Теперь в интересах безопасности моего банка я даю вам честное слово. предупреждаю, что следующая часть вам понравится даже меньше, чем новости о Снейпе, но клянусь, это неплохие новости, поэтому, пожалуйста, дайте мне закончить, прежде чем что-либо разрушать.

Рагнок попытался снять напряжение с помощью улыбки, но потерпел неудачу.

Причина, по которой Гарри смог увидеть мерзкое существо, которым стал Волан-де-Морт, заключается в том, что он оставил в тебе частичку своей души в ту ночь, когда его проклятие дало обратный эффект!»

Спешим действовать ради здоровья каждого

Когда вы соединились, любовь, льющаяся из вас обоих, была намного хуже, чем проклятие Круциатус, наложенное на Волдеморта, она вытеснила крестраж из головы Гарри, а затем магический импульс пронесся по всей стране, убивая все крестражи и смертельно ранив Волдеморта»

Гермиона больше не могла сдерживаться: «Это то, что заставило нас потерять сознание, крестраж покинул твою голову, и я предполагаю, что пульс был развязанным твоим магическим ядром».

Рагнок теперь был на ногах: «Его ядро ​​​​было связано? Кто мог сделать такое и почему? Это могло и, вероятно, убило бы Гарри, если бы его не освободили до его семнадцатого дня рождения

Рагнок был злым гоблином!

Дамблдор связал мою магию, когда мне было семь лет. Мой дядя избивал меня и только что сломал мне руку, когда моя магия вспыхнула и отшвырнула его в стену. Появился отдел случайной магии, спросил меня, как меня зовут, и когда они увидели, что произошло арестовали моих тетю и дядю, когда он появился с мадам Помфри и профессором МакГонагалл».

Гермиона положила голову ему на плечо и крепко обняла, пока он продолжал.

Между МакГонагалл и Дамблдором разгорелся грандиозный спор, когда она порвала ему новую, но как только Поппи починила мою руку, он всех заткнул!»

Рагнок выглядел готовым убить.

Затем мой дядя велел ему вывести меня из дома, так как я был опасным уродом, но Дамблдор пообещал, что сможет контролировать меня и связать мою магию, прежде чем уничтожить меня, а также оставить меня беспомощным в руках этого злобного ублюдка»

Эмма открыто рыдала в плечо Дэна, в то время как у Гермионы кипел холодный расчетливый гнев.

Рагнок взорвался: «Я прикажу их судить по гоблинскому закону! Азкабан слишком хорош для этой грязи»

В тот момент ни одна страховая компания в мире не тронула бы Дурслей, продолжительность жизни которых только что серьезно снизилась.

Гермиона поделилась воспоминаниями Гарри ранее, когда связь разблокировала их, поэтому все еще концентрировалась на словах Рагнока

.

«Значит, Волдеморт смертельно ранен, а его резервную копию только что стерли?» она спросила

Очень кратко изложив Гермиону, но есть еще один последний кусочек мозаики, который означает, что часы идут по этому плану. Когда Волдеморт рухнул, то же самое произошло с каждым пожирателем смерти в стране!» ответил Рагнок

"ЧТО!" — кричали Гарри и Гермиона.

Рагнок не мог полностью скрыть восторг в своем голосе: «Да, и когда он умрет, они тоже умрут, поскольку их темная метка связана с его душой».

Дэн Грейнджер почувствовал себя обязанным заявить очевидное: «Вы говорите нам, что мы могли бы сидеть здесь, наслаждаться еще бренди, и все плохие парни сделают приличный поступок и умрут, потому что это похоже на мой план!»

«Легко понять, откуда Гермиона черпает свои знания, но вы не совсем точны, мистер Грейнджер, скажите мне, Гарри, что произойдет, если Люциус Малфой умрет?» спросил гоблин

Гарри задумался на секунду и точно понял, что имел в виду Рагнок: «Следующее поколение Драко будет таким же отвратительным, как и его отец, и он станет главой семьи Малфоев со всем богатством и привилегиями, которые это дает. То же самое произойдет». в большинстве семей пожирателей смерти"

«Правильно, Гарри, и весь цикл начнется заново, когда ты и твоя жена окажетесь впереди битвы, но у нас может быть решение! Пожиратели смерти выстроились в очередь, чтобы добровольно связать себя с Волдемортом, и умрут, когда он это сделает, ничто не может остановить это, кроме возможно, мы сможем остановить развитие следующего поколения».

Рагнок знал, что он завладел их безраздельным вниманием.

«Если бы волшебник убил Волан-де-Морта и произнес древнее заклинание, которое наградило бы победителя военными трофеями, мы считаем, что это также лишило бы всех активов и титулов Пожирателей смерти. Это, по сути, дало бы вам почти полный контроль над волшебным миром.

Гарри чувствовал себя так, будто его ударили парализатором, а Гермионе было любопытно.

«Что это за заклинание и почему оно до сих пор не используется?» она спросила

Рагнок усмехнулся: «Гермиона, если бы Гринготтс мог позволить себе тебя, здесь есть работа на всю жизнь! Заклинание — Праедия Беллика, и оно вышло из употребления, потому что вместе с имуществом пришли и жены, но, поскольку твоя душевная связь имеет приоритет над всем, вместо этого Гарри стал бы главой их дома». Это также возложит на тебя ответственность за большую часть населения домашних эльфов, поскольку Хогвартс уже подчиняется тебе.

Можем ли мы найти время, чтобы обсудить это, пожалуйста, Рагнок, ты хоть представляешь, сколько времени у нас есть? Я предполагаю, что ты знаешь, где он?» сказал Гарри

Вы видели, какой он в Гарри, он требует постоянного ухода, между пульсом любви, которым вы двое поразили его, и смертью всех его пожирателей смерти, я думаю, мы говорим часы. О, я забыл упомянуть, что министр Фадж и его старший заместитель были среди раненых! Мы оставим вам прохладительные напитки, вы можете позвонить, когда будете готовы, и, конечно, мы знаем, где он!"

Все гоблины ушли, а Гарри остановил уходящих эльфов, пока все шестеро сели за стол.

Хорошо, так или иначе, это решение повлияет на всех, кто здесь сидит, поэтому все мнения будут выслушаны, прежде чем мы с Гермионой примем решение», — сказал Гарри.

— Гарри, ты не против убить кого-нибудь? — спросила Эмма, которая не могла поверить, что сидит и обсуждает столь небрежное обсуждение чьей-то жизни.

«Миссис Грейнджер, он убил обоих моих родителей и пытался убить меня, когда мне был год, но потерпел неудачу, я изгнал его. Когда мне было одиннадцать, он овладел учителем и дважды пытался убить меня, но потерпел неудачу, и учитель умер. Когда мне было двенадцать лет он овладел учеником, окаменел Гермиону и снова попытался меня убить!"

Настала очередь Гарри утешать Гермиону; воспоминания о том, как она окаменела, были определенно нехорошими

Гарри продолжил: «Он потерпел неудачу, и теперь я знаю, что уничтожил часть его души. Когда мы с Гермионой сблизились, мы, очевидно, уничтожили большую часть его души, даже не осознавая этого, так что теперь все, что осталось от человека, который когда-то был Томом Риддлом, — это маленький часть его души, заключенная в отвратительном теле размером с ребенка, скрепленном темной магией и быстро разрушающемся».

Гарри теперь был очень серьезен: «Вы спрашиваете меня, смогу ли я убить его, ответ — да, потому что, пока он жив, Гермиона никогда не будет в безопасности, и она значит для меня больше, чем что-либо еще».

Дэн поймал себя на том, что уже думает о Гарри как о сыне, и он так гордился тем, что сумел справиться со всей этой ситуацией, что недостаточно знал о волшебном мире, но довольно быстро понял, что здесь происходит.

Гарри и Гермиона будут эффективно управлять волшебным миром, и тот факт, что Рагнок был готов доверить этим двум подросткам такое количество власти, многое говорил о характере Гарри.

Дэн внимательно наблюдал, когда упоминалось имя Драко Малфоя, вспомнил это имя из одного из писем Гермионы и понял, что между ними существует настоящая вражда.

Если бы этот план сработал, он бы фактически поставил на колени следующее поколение террористов, а решающее правительство смогло бы противостоять любым новым движениям, прежде чем они начнут действовать.

Следующим заговорил Добби: «Вы имеете некоторое представление о том, какой была моя жизнь до того, как вы освободили меня, и есть гораздо больше эльфов в таких же плохих условиях. Это может нанести серьезный удар по нации Элвинов и стать поворотным моментом в ее истории. Наша история"

На глазах у Добби и Винки стояли слезы, но Гарри и Гермиона знали, что поддержат их, что бы они ни решили.

«Папа, ты вел себя очень тихо, у тебя тоже есть право голоса», — сказала Гермиона.

У меня только один вопрос, и я почти уверен, что знаю ответ! Сможете ли вы оба быть счастливы, живя на частном тропическом острове, зная, какой хаос вы оставили после себя?» он спросил

Гарри улыбнулся: «Ты не представляешь, насколько это заманчиво, всю свою жизнь я хотел двух вещей: быть частью семьи и быть просто Гарри! Я никогда не хотел всей этой ерунды со знаменитостями, я просто хочу быть нормальным парнем и целоваться». моя прекрасная подруга, как можно чаще, но один поцелуй, и здесь мы все обсуждаем судьбу волшебного мира. Как я сказала Гермионе сегодня утром, я не поступаю нормально, так что вы правы, сэр, мы не могли этого сделать, — зовет Гермиона это мое спасение людей».

Гермиона взяла его лицо в свои руки. «Я так горжусь тем, что я твоя жена», и нежно поцеловала его.

Сердце Эммы разрывалось от счастья, когда она наблюдала за своей дочерью с мужчиной, в которого она, очевидно, была глубоко влюблена.

— Гарри, а как насчет твоего крестного отца, ты не думаешь, что он хотел бы участвовать в его решении? она спросила

Гермиона рассмеялась: «Не надо, мам, мы точно знаем, что сказал бы Сириус».

«Да, надери этим ублюдкам задницу ради Лилли и Джеймса», — сказал Гарри.

Заметив растерянность на лице Эммы, он вспомнил, что она не знала.

«Лилли и Джеймс были моими мамой и папой, а Сириус был их лучшим другом»

Эмма понимающе кивнула.

«Добби, не мог бы ты попросить Рагнока вернуться, мы уже приняли решение», — сказала Гермиона.

Добби и Винки подошли

«Я всегда говорил, что Гарри Поттер — великий волшебник, но с его Гермионой рядом с ним они станут величайшими ведьмами и волшебниками на свете!» — заявил эмоциональный Добби.

«Ты сказал мое имя!» — сказала столь же эмоциональная Гермиона. — Нам нужно докопаться до сути изменений, произошедших в вас двоих, и мне нужно полное объяснение.

Винки рассмеялась: «Думаю, сейчас у нас полное решето мыслей, возможно, завтрашний день будет не таким беспокойным!»

Добби вернулся с Рагноком, и Гарри просто спокойно сказал: «Мы сделаем это!»

Рагнок не ожидал меньшего, и приготовления шли полным ходом.

Гермиона спросила: «Как мы собираемся это сделать? Гарри не использует Аваду Кедавру, даже на Волдеморта!»

«Вообще-то, Гермиона, я не думаю, что Гарри был бы способен наложить смертельное проклятие, потому что для того, чтобы заклинание подействовало, нужно чувствовать ненависть. Гарри может разозлиться, как и все мы»,

Обе женщины Грейнджер не смогли скрыть румянец.

Лидер гоблинов продолжил: «Но чтобы перейти от гнева к ненависти, необходим большой скачок. В пророчестве говорилось: «С любовью они увидят падение родословных», поэтому лучше всего было бы заклинание, основанное на положительных эмоциях».

Гарри и Гермиона улыбались.

Рагнок, можно ли получить твое разрешение провести заклинание в Гринготтсе?» — спросила Гермиона.

Рагнок официально ответил: «Лорд и леди Гриффиндор являются друзьями нации гоблинов и имеют право на все привилегии, которые влечет за собой этот титул».

Гермиона была шокирована оказанной им честью, а Гарри пожалел, что не уделял больше внимания занятиям профессора Бинна.

Гермиона объяснила своим ошеломленным родителям: «Друг нации гоблинов имел в виду, что гоблины считали их своей семьей, и единственная вещь, которая хуже, чем связываться с гоблинами, — это пытаться связываться с их семьей. Это великая честь и очень редкое явление с последний известный — Годрик Гриффиндор».

Оба волшебника вытащили свои палочки и, думая о своем первом поцелуе, сказали: «Экспекто Патронум».

Из палочки Гарри выстрелили зубцы, но вместо серебра его форма теперь была золотой, больше и ярче, чем когда-либо прежде.

Гермиона ожидала своего патронуса-выдру, но была явно удивлена, когда золотая лань, похожая на лань Гарри по размеру и яркости, вырвалась вперед и, не обнаружив врагов, с которыми можно было бы вступить в бой, начала тыкать носом зубцы перед потрясенной комнатой.

В то время как Дэн и Эмма, поскольку маглы не могли видеть золотых животных, вся комната была наполнена таким количеством положительной энергии, что дантисты надеялись, что ее можно будет разлить по бутылкам для использования в их комнате ожидания.

Дэн спросил Рагнока: «Насколько опасны эти двое?»

Мы возьмем гоблинов-охранников и связались с Амелией Боунс в министерстве. Они захотят присутствия, поэтому это должно быть в полной безопасности. В конце концов, Волдеморт и все его последователи без сознания».

О, хорошо», сказала Эмма, «тогда ты не будешь возражать против того, чтобы мы пошли с тобой».

Гермиона попыталась возразить, когда ее мать прервала ее: «Послушай меня, ни один из вас не уйдет из моего поля зрения, пока у нас не будет времени поговорить!»

Акцент на слове «разговор» заставил Гермиону покраснеть, а когда сбитый с толку Гарри получил телепатическое сообщение: «Птицы и пчелы!» от жены, по его спине пробежала дрожь, а цвет лица приобрел отчетливо зеленый оттенок.

Гермиона не могла не обнять его, думая: «Он готов прикончить темного лорда, но боится моей матери!» Оба подростка рассмеялись, и напряжение в комнате исчезло.

Четыре гоблина вошли в комнату с узлами, которые были подарены подросткам и обоим эльфам.

«Мы не думали, что школьные мантии подходят для этой задачи», — сказал улыбающийся Рагнок

Гарри и Гермиона получили доспехи из драконьей шкуры и черные мантии из настолько тонкого материала, что, очевидно, они были сделаны гоблинами, а Добби и Винки, щелкнув пальцами, выглядели великолепно в своих новых туниках и плащах, под стать своим друзьям.

Именно тогда Гарри заметил гербы Поттера и Гриффиндора на каждом из четырёх плащей, он решил, что им нужно изучить эльфийскую магию, необходимую для быстрой смены одежды

Гарри и Гермиону отвели в другую комнату, чтобы переодеться, и когда дверь закрылась, остались двое застенчивых, покрасневших подростков.

Это был первый раз, когда они остались наедине с момента обнаружения их связи, и ни один из них не знал, как действовать.

Как и ожидалось, Гермиона первой восстановила контроль.

«О, ради всего святого, Гарри, мы только переодеваемся, а тебе разрешено смотреть на свою жену!» сказала она, снимая с себя одежду.

Несмотря на всю свою предполагаемую храбрость, Гермиона боялась, что она не понравится Гарри. Вся ее подростковая неуверенность стала безудержной, поскольку теперь на ней были только бюстгальтер и трусики.

Пытаясь надеть брюки из драконьей шкуры, она внезапно представила, как Хагрид целует мадам Максим. Обиженная Гермиона спросила: «Гарри, что ты делаешь?»

Гарри без рубашки смущенно ответил: «Ну, ты сказал, что я могу посмотреть, что вызвало… проблему! Поскольку холодного душа не было, я пытался придумать что-нибудь, чтобы решить проблему. Мне жаль, Гермиона».

Она набросилась на него и бессмысленно поцеловала, думая: «Он находит меня привлекательной!»

Когда поцелуй закончился, Гарри взял лицо Гермионы в свои руки: «Гермиона, ты самое великолепное зрелище, которое я когда-либо видел! У меня перехватило дыхание, и я не могу поверить твоим, хотя думаю, нам лучше поторопиться и переодеться раньше». твоя мать выламывает дверь, чтобы мы могли поговорить».

Когда застенчивость была по-настоящему изгнана, они быстро закончили одеваться, и когда они вернулись в другую комнату, облаченные в облегающие кожаные доспехи. Их плащи развевались так, что Снейп мог бы позавидовать, и каждый мог видеть их такими, какими они были на самом деле: двумя самыми могущественными воинами света в волшебном мире.

Все, кроме аврора по имени Долиш

Мадам Боунс и четыре аврора вместе с Рагноком и охранником из десяти гоблинов, родители Добби, Винки и Гермионы ждали юных воинов, но когда они подошли к ним, один из авроров начал кричать.

«Министерство в полном беспорядке, никто не знает, что происходит, а мы здесь потворствуем вниманию, ища Поттера и его грязнокровную подружку! Ты не можешь быть…»

Он больше не смог ничего сказать, поскольку невидимая сила отбросила его к стене и удержала там, в метре от земли.

Остальные трое авроров наблюдали, как их раненый коллега врезался в стену, и начали тянуться за палочками, чтобы помочь, но вид одиннадцати очень разгневанных, тяжеловооруженных гоблинов изменил их мнение.

Гарри подошел к нему: «Если ты ценишь свою жизнь, ты извинишься перед моей женой!»

Амелия Боунс никогда не видела такой силы, а у него даже не было палочки в руке.

Простите, мистер Поттер.

Я лорд Гриффиндора, мадам Боунс. Мы с женой собираемся выиграть эту войну и ради чего? Чтобы мою жену оскорбил сотрудник министерства, не меньше аврор! Если такое отношение нам приходится терпеть, может ли кто-нибудь пожалуйста, объясни, почему мы должны тебя спасти?»

«Я прошу прощения, лорд Гриффиндор, но мы все сегодня немного на взводе из-за необъяснимых событий в министерстве и некоторых выдающихся гражданах волшебных миров», — сказала Амелия Боунс.

«Сегодня мы с женой смертельно ранили Лорда Волан-де-Морта, что оказало значительное влияние на его отмеченных пожирателей смерти, и теперь мы уходим отсюда, чтобы закончить работу. Вы и другие авроры можете сопровождать нас, но он останется, пока у меня не будет времени, чтобы разобраться с этим делом».

Боунс был в полном шоке от последствий того, что только что сказал этот молодой человек; Волдеморт вернулся, министр магии, пожиратель смерти, мы выступаем против темного лорда.

Она посмотрела на Рагнока в поисках подтверждения.

Все, что сказал Лорд Гриффиндор, — правда. Вся нация гоблинов поддерживает Лорда и Леди Гриффиндор, и я считаю делом чести, что Леди была оскорблена в Гринготтсе, поэтому прошу прощения у Лордов, но мы имеем право первыми заявить на него."

Рагнок подмигнул Гарри, пока аврор по имени Долиш обмочился.

Спасибо, Рагнок, нам предстоит жарить рыбу покрупнее», — сказал теперь уже спокойный Гарри, когда вошли еще два гоблина-охранника и безуспешно попытались оторвать испуганного аврора от стены.

— Простите, лорд Гриффиндор, не могли бы вы освободить пленника? Гарри просто оглянулся, и Долиш упал на пол, прежде чем его увели.

«Мадам Боунс, портключ уйдет через одну минуту, это ваш выбор, хотите ли вы стать свидетелем гибели Волдеморта». — сказал Рагнок, доставая длинное копье, чтобы каждый мог за него держаться.

Гарри и Гермиона испытали этот вид путешествий, поэтому тренировали ее родителей, которые теперь были одеты в одни и те же плащи Поттера/Гриффиндора поверх маггловской одежды.

Гарри задавался вопросом, была ли когда-нибудь незнакомая группа, которая взяла портключ: одиннадцать гоблинов, два эльфа, пара магглов и незадолго до активации присоединились авроры, составив три ведьмы и три волшебника.

Все благополучно добрались до дома, который Гарри видел в видении тем летом. Гоблины-охранники быстро установили периметр вокруг здания, хотя никакого движения обнаружено не было, и это нельзя было считать само собой разумеющимся.

Гарри шел впереди, предполагая, что они окажутся в одной комнате из летнего видения, в то время как Гермиона никогда не отходила от него, и каждый держал палочку наготове.

Группа достигла лестницы: Гарри и Гермиона шли впереди, а Добби и Винки следовали очень близко.

За парой гоблинов-охранников следовали Рагнок и Грейнджеры, которые теперь поняли, насколько далеко они зашли в тупик. Амелия Боунс и авроры замыкали шествие.

Когда они подошли к открытой двери комнаты, где Гарри ожидал увидеть существо Волан-де-Морта, послышались жалкие хныканье.

Они остановились у двери и, решив не рисковать, еще на лестничной площадке наложили заклинание патронуса.

Когда они подошли к открытой двери комнаты, где Гарри ожидал увидеть существо Волан-де-Морта, послышались жалкие хныканье.

Они остановились у двери и, решив не рисковать, еще на лестничной площадке наложили заклинание патронуса.

Воспользовавшись воспоминанием о поцелуе в раздевалке, они осветили весь дом как зубцы, и его приятель ворвался в комнату в поисках цели.

Обнаружить человека, ползающего по полу в самой отвратительной форме, размером с ребенка, которую только можно себе представить.

Лань Гермионы не колебалась, просто опустила голову и бросилась на существо, которое кричало от любви и позитивной энергии, которые лань вливала в свое злое тело, быстро подавляя темную магию, поддерживающую его жизнь, и его больше не было.

Когда существо умерло, зеленый газ покинул его тело, приняв почти человеческую форму и ища кого-нибудь еще, чтобы вселиться, но в этот момент зубцы набросились на него. Его рога пронзили зеленый туман, вызывая звуки, превосходящие крики, которые были слышны в качестве последнего часть души Тома Марвело Риддла умерла.

Когда Зубцы положили конец террору Волан-де-Морта, Гарри вошел в комнату, поднял палочку вверх и произнес заклинание Праедия Беллика, в результате чего тонкая, как карандаш, струя белого света покинула его палочку и прошла сквозь рассеивающийся зеленый туман.

Внезапно из его палочки вылетело все больше и больше лучей, один из них попал в скрытую фигуру, лежавшую в углу комнаты.

Потребовалось несколько минут, чтобы лучи остановились, и к этому времени к нему в комнате присоединились Гермиона и Рагнок, а эльфы заперли дверь всем остальным.

Гарри действительно чувствовал себя опустошенным между зубцами и многочисленными белыми лучами, он использовал много магической силы. Когда Гермиона обняла его и нежно поцеловала в губы, это было похоже на подключение к электрической розетке, когда его ядро ​​перезаряжалось.

Гермиона тоже это почувствовала: «Их силы, объединенные в этот мир, спасут» «Означает ли это, что мы можем делиться силой так же, как и мыслями? Мы ведь никогда не просили у Рагнока книгу о душевных связях, не так ли?»

«Это был довольно напряженный день, любимая», — усмехнулся Гарри.

Дэн и Эмма присоединились к ним в объятиях, и слезы облегчения бесстыдно текли по их щекам.

Гарри жестом пригласил Добби и Винки присоединиться к ним, сказав: «Вы оба часть нашей семьи», и группа вернулась к шести, а два эльфа рыдали от счастья.

Рагнок стоял, гордо глядя на групповые объятия, пока авроры проверяли комнату.

Гарри сказал: «Мадам Боунс, тело там — Питер Петтигрю, который, как вы можете видеть, был жив несколько минут назад. Мой крестный отец, Сириус Блэк, провел двенадцать лет в Азкабане без суда за преступления, совершенные этим человеком. Фадж знал об этом в прошлом году. но теперь мы понимаем, почему не было предпринято никаких действий. На самом деле это поэтично, поскольку Сириус жив, а Фадж умер, пожиратель смерти. Я ожидаю, что о его помиловании будет объявлено самое позднее завтра».

Даю слово, справедливость восторжествует, Лорд Гриффиндор. Не могли бы вы объяснить, что здесь произошло сегодня вечером? Я уверен, что это палочка Темного Лорда, а вот эта штука и змея?» — спросила Амелия.

«Это Волдеморт; он в основном состоит из темной магии и змеиного яда.

Поскольку его верный слуга не мог о нем позаботиться, существо умирало. Моя жена и я использовали чары патронуса, положительную энергию и любовь были как яд, и дух Волан-де-Морта тоже был уничтожен. На этот раз возвращения не будет». сказал Гарри

Розоволосый аврор подошел к Гарри: «Привет, меня зовут Тонкс, а Сириус Блэк — мой двоюродный брат. Если ты увидишь его, не мог бы ты передать привет от меня. Моя мать никогда не верила, что он виновен, она также знала твоих мать и отца. Она всегда говорил, что Сириус умрет, прежде чем предаст их».

Спасибо, Тонкс, думаю, это тоже делает вас семьей», — он обнял испуганную юную ведьму, и ее волосы изменили цвет, «это был настоящий день красной буквы для семьи, но утомительный, если не сказать больше».

Глядя на Гермиону: «Думаю, пора идти домой, любимая, а тебе?»

Гермиона улыбнулась мужу: «Вторая лучшая идея, которая пришла тебе в голову за весь день, дорогой. Рагнок, как повезло с книгой, которую мы просили?

Рагнок вытащил из кармана тоненький томик и протянул его Гермионе: «Увидимся завтра, так как у нас много дел, хотя вопросы, которые мы обсуждали сегодня, уже хорошо решены».

Гарри пожал руку Рагноку: «Спасибо за все, и, пожалуйста, подождите до завтра, прежде чем навязывать что-то слишком постоянное в наших проблемах. Я, по крайней мере, хочу услышать их точку зрения. Мадам Боунс, я бы хотел увидеть вас и завтра, если это можно устроить. Я доверяю тебе, и, к сожалению, не о многих в министерстве магии я могу сказать это».

«За то, что вы сделали, я всегда буду готов, лорд Гриффиндор. Волшебный мир в долгу перед вами, который никогда не сможет быть погашен».

«Попробуй сказать это Рите Скитер!» — сказала Гермиона. — Мам, папа, держись. Винки, Добби отвези нас домой. И они исчезли.

В тот вечер Молли и Артур сидели в норе и слушали по радио сводки новостей, весь волшебный мир был в смятении.

Ведьмы и волшебники рухнули по всей стране, что стало причиной этого? это было заразно? может ли это случиться снова?

Поскольку все рухнули одновременно и пока не было зарегистрировано ни одного повторного случая, ситуация немного успокоилась, но беспокойство все еще было. Кто будет следующим?

Радио снова привлекло их внимание: «Теперь у нас есть объявление от Амелии Боунс, которая только что была назначена исполняющей обязанности министра магии». Муж и жена с нетерпением смотрели на коробку.

«Добрый вечер, я хотел бы успокоить всех, сказав, что теперь мы знаем, что вызвало массовый обвал, и это не повлияет, повторяю, ни на кого больше не повлияет».

Если бы устройства мониторинга министерств не были уже уничтожены, они бы подверглись тяжелым испытаниям всплеском положительной магической энергии со всей страны, которая могла бы управлять небольшим городом.

Ранее сегодня лорд и леди Гриффиндор сражались с тем, кто… Лорд Волан-де-Морт получил тяжелую травму. Затем он начал черпать силу из своих отмеченных пожирателей смерти, заставляя их всех падать. Сегодня вечером я был частью группы, которая сопровождала их обоих в его логово. и навсегда покончил с Волдемортом».

Производство энергии теперь достигло городского масштаба.

А кто такие героические лорд и леди Гриффиндор? Почему не кто иной, как Гарри Поттер и его новая жена Гермиона Поттер, урожденная Грейнджер».

Словесный взрыв в норе, вероятно, был уникальным в волшебном мире: Артур Уизли тупо смотрел на инструмент, который только что произнес свою судьбу, а его жена кричала во весь голос: «НЕЕЕТ...»

Молли приготовила зелье и была готова добавить его в пирожные для Гарри, когда начнется тот кровавый турнир.

Она не могла позволить ему сражаться с драконами, пока он накачан любовным зельем, его могут убить, и тогда где они будут?

Какого черта Альбус хотел позволить ему жениться? Просто подождите, пока она не схватит этого своего никчемного сына, поссорится с Гарри и бросит его в объятия грязнокровных сучек. Она будет..

Мы никогда не узнаем, что бы она сделала, потому что в этот момент одновременно разлетелись парадная и задняя двери норы. Прежде чем Молли и Артур успели даже подумать о своих палочках, в комнату ворвались дюжина гоблинов-охранников, наложив на них обоих подавляющие магию кандалы.

Нору раздирали, пока гоблины искали улики, когда в руку главного охранника вложили колбу с зельем, сняв крышку, он понюхал содержимое, прежде чем посмотреть на них с явным презрением.

«Лорду и леди Гриффиндор присвоен статус друга». Он сказал.

Оба Уизли знали, что они облажались.

В доме номер 4 по Тисовой улице Вернон и Петуния Дурсли сидели перед самым большим телевизором на своей улице, подняв ноги, с бокалом вина в руке и жалуясь на качество доступных программ. В общем, вечер идеальный!

Идеальный вечер довольно быстро испортился из-за незапланированного вмешательства около дюжины зловещих существ с самыми длинными ножами, которые они когда-либо видели. Они без особых усилий швырнули Вернона в стену и удерживали его там с помощью гоблинского меча под подбородком.

Когда гоблины начали свои поиски, контраст между спальней Дадли и Гарри ухудшил их настроение, но когда они нашли его старую спальню под лестницей — начался настоящий ад

Сильно разозленный гоблин может нанести большой ущерб, но если умножить его на двенадцать и бросить его в середину маггловского дома, получится настоящая бойня.

Гоблины покинули Литтл-Уингинг с обоими Дурслями на буксире, не произнеся ни слова, менее чем через пять минут после входа.

В доме № 4 по Тисовой улице не осталось ни одного предмета внутри дома, и не удалось найти никаких предметов размером больше спичечного коробка — разрушение было полным.

Бородатому старику в саду за домом Грейнджера понадобилась всего лишь удочка, чтобы соответствовать маггловскому представлению о садовом гноме, садовом гноме шести футов, но тем не менее гноме.

Альбус Дамблдор терял терпение. А также его работа, его должность Верховного Чудака Международной Конфедерации Волшебников и Главного Чернокнижника Визенгамота, его Орден Мерлина первой степени — НЕТ! Он мог бы спасти это. В конце концов, он был чертовым Альбусом Дамблдором — самым могущественным волшебником своего времени. Все, что ему было нужно, это родители маленькой грязнокровки, которые достанут ему грязнокровку, и через нее Поттера.

Он мог бы сделать это, хотя без него могли бы обойтись двадцать гоблинов-охранников в полной броне и с оружием наготове, которые только что появились. Эх, пора идти — черт! защита от призраков, так что это аварийный портключ — глубокая херня! анти-портключевые варды, а также.

Чем я могу помочь тебе в эту прекрасную ночь?» — сказал он, заметив брешь в их рядах. Он решил сбежать, поскольку, как только он выйдет за пределы воздвигнутых защитных защитных защитных защитных защитных защитных защитных ворот, он сможет путешествовать и видеть призраков.

Он вытащил палочку и выстрелил в гоблинов оглушающими устройствами, пока бежал через пропасть, внезапно земля вокруг него обернулась, и он оказался под водой. Выронив палочку, он обнаружил, что чем больше он боролся, тем больше он запутывался в этой странной земле, а ледяная вода пыталась проникнуть в его легкие, и чернота настигала его. Альбус Дамблдор никогда раньше не видел покрытия для бассейна.

Группа вернулась в апартаменты Гриффиндора, где их встретил уборщик, но не менее расстроенный Сириус Блэк, который, казалось, протер бороздку на ковре, расхаживая взад и вперед.

«Гарри Поттер! Ты не сдвинешься с этого места, пока не скажешь мне, что, черт возьми, происходит».

Улыбающийся Гарри, обнимавший Гермиону за талию, не мог удержаться от того, чтобы завести своего теперь вычищенного и причесанного крестного отца. «Хорошо! Короче говоря, мы женаты, Волди и все его приспешники сдохли, и твое помилование должно быть завершено к завтрашнему дню! Есть вопросы?»

Ошеломленный Сириус, казалось, не мог соединиться между своим ртом и мозгом, но ему удалось прохрипеть: «Ты серьезно?»

Эмма быстро, как вспышка, ответила: «Я думала, что это ты, я Эмма, а это мой муж Дэн».

Сириус Блэк начал делать то, чего не делал уже много лет: он разразился смехом, прежде чем схватить Гарри и Гермиону и начать танцевать по комнате. Его смех был заразителен, и вскоре к нему присоединились все.

Комментарий Гарри о «способе произвести впечатление на родственников мужа, Сириуса», заставил всю сцену начаться заново.

Все рухнуло на различные диваны и кресла, разбросанные по комнате, с Гермионой в ее обычном положении на коленях у Гарри.

Эмма спросила: «Где именно здесь и почему мы не дома?»

Гермиона собиралась объяснить, когда большая кошка прыгнула ей на колени, требуя внимания, в то время как полярная сова приземлилась на спинку их стула и ласково укусила Гарри за ухо.

— Косолапус, Хегвиг, как ты сюда попал? — сказала Гермиона, почесывая за ухом уже мурлыкающую кошку.

Гарри просто посмотрел на эльфов, и ответ дал довольно сдержанный Добби.

Ваши чемоданы были перенесены в главный костюм, а сюда доставлены ваши фамильяры для их защиты», — сказал он.

Он повернулся к Дэну и Эмме: «Вы найдете некоторые из своих вещей в первой комнате для гостей. Когда они были собраны, некий Альбус Дамблдор был замечен сидящим в вашем саду и ожидающим вашего возвращения домой, как мы полагаем».

Годрик выбрал этот момент, чтобы заявить о своем присутствии, к изумлению Грейнджеров. «Пока порядок не вернется в волшебный мир, это самое безопасное место в Британии.

Наверняка будут попытки возмездия, и, как магглы, я боюсь, что вы станете легкой мишенью»..

Мама и папа Годрик правы, они воспользуются тобой, чтобы добраться до нас. Нам всем придется сесть и обсудить будущее, но не сегодня, пожалуйста, нам всем нужно хорошо выспаться, прежде чем заняться чем-то еще».

Эмма сразу перешла в режим матери: «А где ты будешь спать, юная леди?»

«МАМА! Я буду спать, я имею в виду спать с мужем. Сегодня мы впервые поцеловались и пока не готовы к чему-то большему, но мы просто не можем вынести разлуки».

Гарри обнял свою краснеющую жену: «Мы с Гермионой уже можем делиться мыслями, эмоциями и магической силой. Одним поцелуем Волдеморт и его пожиратели смерти были уничтожены. Нам всем нужно узнать гораздо больше об этой связи, прежде чем мы непреднамеренно уничтожить Британию!"

Сириус ничего не мог поделать, он просто не мог быть строгим родителем, и мысль о том, что маленький Гарри разрушит Биг-Бен, просто взбесила его, и он чуть не упал на пол от смеха.

Дэн понятия не имел, как справиться с этой ситуацией, стандарт «сделай больно моей дочери, я убью тебя» на самом деле не применим, когда рассматриваемый мальчик может прижать к стене вооруженного магического полицейского, который оскорбил Гермиону, просто взглянув на него.

Он почти усмехнулся при мысли о том, что он сделает с каждым, кто осмелится попытаться причинить ей вред.

Гермиона была такой же сильной, как Гарри, и чуть не разрушила здание, когда услышала о том, что сделал Дамблдор.

Как, черт возьми, ты собирался наказывать двух самых могущественных подростков в мире?

Потом был этот брак, тот факт, что они обожали друг друга и ему нравился Гарри, и что делать

Когда Гарри пошутил об «уничтожить Британию», разум Дэна выкрикнул «TMI», прежде чем присоединиться к смеху Сириуса.

Эмма осталась единственным голосом родительства, но что она могла сделать? Это был вопрос доверия, а она всегда доверяла своей дочери.

К ее выбору молодого человека нельзя было придраться, поскольку Гарри произвел на нее чертовски сильное впечатление, а произвести впечатление на Эмму Грейнджер было непросто.

Она решила сделать им перерыв, но не отпускать их полностью: «Гермиона Джейн Поттер, мы поговорим, и мне бы очень хотелось взглянуть на книгу, которую дал тебе Рагнок, когда ты ее прочтешь».

Гермиона улыбалась, зная, что ее мама намеренно сказала «Поттер», чтобы не обидеть это замечание.

Ее родители делали все возможное, чтобы справиться с ситуацией, и она любила их за это: «Конечно, мам, обещаю в следующие несколько дней».

Теперь она держала в руке сливочное пиво и оглядывалась: все выпивали с ее родителями, Сириус пил шампанское, Добби и Винки держали стаканы с тыквенным соком, а Гарри, как и она, пил сливочное пиво.

Добби поднял свой бокал: «За кончину тьмы, свободу Сириуса и объединение двух лучших людей, которых я знаю!» они все выпили за это.

Гарри подумал: «Нам действительно нужно сесть с этими двумя, хотя мне так больше нравится».

« Это в моем списке дел, любимый », — ответила Гермиона.

Минерва МакГонагалл сидела в большом зале Хогвартса, оглядывая столы и гадая, что еще может произойти сегодня.

Она знала, что двое ее любимых учеников пропали со стола ее дома, но другие также покинули школу, поскольку семьи пострадали от захвата рук и коллапса, трое учителей были заражены и отправлены в лазарет.

Она почти оправилась от шока, когда один из них превратился в уже мертвого осужденного пожирателя смерти, когда Поппи сообщила, что все трое только что скончались.

Где, черт возьми, Альбус?

Он обстрелял школу так, будто его мантия горела, и с тех пор о нем не было слышно. К счастью, повреждения, нанесенные замку, были минимальными и быстро были устранены, хотя отдел зелий придется полностью пополнить.

Она разрешила трансляцию Волшебной беспроводной сети в большой зал, все отчаянно нуждались в новостях.

Объявление мадам Боунс о том, что Волан-де-Морт наконец-то ушел, вызвало самые громкие аплодисменты, которые когда-либо слышали в Хогвартсе, раскрывая личности лорда и леди Гриффиндор, было встречено полной тишиной, поскольку все головы повернулись к пустым местам, которые обычно занимала пара до того, как разразился бедлам.

Вспыльчивость Рона Уизли, казалось, не знала границ, когда он кричал во весь голос, что они ходят за его спиной.

Никто на самом деле не мог понять, откуда взялось это чувство предательства, поскольку вся школа слышала об их последней и последней ссоре в гостиной Гриффиндора.

Его младшая сестра безудержно плакала, в то время как близнецы утешали его, хотя она ни в коем случае не была единственной ведьмой, плачущей при известии о женитьбе Гарри на Гермионе, она казалась наиболее обезумевшей.

Минерва решила, что пришло время открыть бутылку односолодового виски сорокалетней давности; ей нужно было выпить сегодня вечером!

Гарри забрался на кровать рядом с Гермионой, когда она отложила книгу о душевных связях и прижалась к нему.

«Гермиона, это правда? Я всё жду, что проснусь в общежитии и пойму, что опаздываю на двойные зелья», — спросил он.

«Гарри, если я проснусь завтра в общежитии, тебе придется иметь дело с одной чрезвычайно разозленной ведьмой!»

Гермиона махнула рукой, и свет пога

Гарри проснулся от одной темноволосой ведьмы в объятиях и подумал : «Я мог бы привыкнуть к таким просыпаниям».

« Тебе лучше, поскольку я планирую побыть здесь какое-то время», — последовал ответ Гермионы, но Гарри мог сказать, что в ее мыслях был намек на печаль.

«В чем дело, любимая? Я храплю? Украла все одеяла?» — сказал Гарри, пытаясь поднять ей настроение.

Она прижала его крепче: «О боже, нет, Гарри! Ничего подобного, я просто веду себя глупо, вот и все!»

Гермиона Поттер ведет себя глупо, теперь я должен это услышать! Ты же знаешь, что мы не можем хранить секреты друг от друга, поэтому и открыто».

Гермиона уткнулась лицом ему в грудь, чтобы скрыть румянец.

Гарри, я просто глупая маленькая девочка, чьей фантазией было идти к алтарю и ждать принца ее мечты, и все, кто когда-либо называл меня зубастой, уродливой книжным червем, густоволосой, невыносимой, знают все это. смотреть! Прочитав книгу вчера вечером, мы знаем, что это невозможно, но у меня есть принц моей мечты, так что все остальное не имеет значения!»

Гарри почувствовал, как ее теплые слезы упали на его грудь, и подумал, что его сердце взорвется от любви, которую он испытывает к своей жене.

Поцеловав ее в макушку, он спросил: «Как насчет следующей субботы? Я знаю, что Рождество будет более романтичным, но у меня свидание, от которого меня ничто не заставит, так что суббота мне подходит».

Гермиона подняла голову и посмотрела на Гарри с явным замешательством в глазах.

Гарри улыбнулся ей: «Хорошо, тебе нужны слова! Гермиона Джейн Поттер. Для меня будет большой честью, если ты согласишься стать моей невестой в следующую субботу в месте по твоему выбору».

Он не был уверен, отрастила ли Гермиона дополнительные конечности или наложила бесшумное связывание всего тела, поскольку объятия, казалось, выжимали из него жизнь, но пока она продолжала так целоваться, у него не было шансов жаловаться!.

Когда они, наконец, решили, что дыхание не является обязательным, а на самом деле необходимостью, Гарри крепко обнял ее и спросил: «Никаких остроумных подшучиваний, никаких «поцелуй меня», просто сразу к делу!»

Гермиона теперь смеялась: «Гарри, ты знаешь, что мы теперь старше, так зачем тратить время на разговоры, когда мы могли бы целоваться!»

Теперь я женился на гении, — сказал Гарри, поцеловав ее в кончик носа, — но, если я не ошибаюсь, мы только что добавили к и без того очень длинному списку дел, поэтому я предлагаю, чтобы пришло время встретиться с родителями и крестными родителями». или мы могли бы остаться здесь на весь день?»

Гермиона нежно поцеловала его в губы, прежде чем распутаться и отправиться в ванную принять душ…

Ненавижу, когда она права, подумала, что Гарри «Винки» он назвал

Она появилась мгновенно

Доброе утро, Винки, как все сегодня утром? И могу сказать, что ты выглядишь великолепно в своей тунике»

До этого момента Гарри не знал, что эльфы могут краснеть, но у Винки на щеках был ярко выраженный розовый оттенок.

«Утро, Гарри, Грейнджеры и Сириус выпили еще несколько бренди после того, как вы с Гермионой пошли спать, так что у меня готово для них лекарство от похмелья»

Гарри засмеялся: «Это великолепно, Винки, я уверен, они это оценят! Можем ли мы позавтракать на семь человек примерно через двадцать минут, пожалуйста?»

Винки собиралась возразить по поводу количества завтрака, но один взгляд на Гарри заставил ее улыбнуться и передумать: «Да, Гарри».

Гарри и Гермиона первыми вошли в «общаю комнату» и пошли поболтать с портретом своего предка.

«Что такого срочного в замке и что нам нужно знать о Годрике?» спросил Гарри

«Краткая версия: Грюм был многострадальным пожирателем смерти, Дурмстрангу нужен новый директор, Хогвартсу нужен новый учитель зелий, а Альбуса не видели с тех пор, как он вчера покинул замок!»

Хорошо, список дел стал еще длиннее! Думаю, нам также нужны МакГонагалл и Помфри для родительской беседы. Годрик, ты знаешь, где они и как мы можем их сюда доставить?» спросила Гермиона

«На самом деле вам повезло, поскольку они оба в лазарете обсуждают настоящего Муди, который несколько месяцев был заперт в собственном сундуке. Вы можете использовать камин, чтобы позвонить им, и я установлю права доступа, чтобы они могли пользоваться камином. в квартиру Гриффиндора»

Спасибо, Гермиона, можешь собрать взрослых и спросить Винки, может ли она добавить еще двоих на завтрак

. Могу ли я как-нибудь поделиться воспоминаниями о Годрике? Мы с Гермионой можем поделиться друг с другом, но я хочу показать конкретное воспоминание одному из них. группа.»

— Что тебе нужно, так это Омут мыслей, Гарри, он должен быть на полке с книгами по магии разума. Спроси Сириуса, как им пользоваться, — сказал Годрик.

Не успела голова Гарри выбраться из камина, как изумленная голова Хауса вылезла из камина вслед за целителем Хогвартса.

Мистер Поттер, вам нужно кое-что объяснить

Минерва МакГонагалл преподавала в Хогвартсе почти сорок лет, она была главой факультета Мародеров, ее называли «Строгой шотландкой», она краснела, как легкомысленная школьница, когда красивый молодой человек заключил ее в объятия. , поцеловал ее в щеку и сказал: «Спасибо за заботу».

Она стояла, потеряв дар речи, пока он повторял процесс, с тем же результатом для ее подруги Поппи, когда по комнате разнесся громкий смех.

«Ты действительно сын мародера, это было просто великолепно! Почему мы никогда не додумались попробовать это?» — сказал Сириус, пытаясь отдышаться от смеха.

Минерва не собиралась позволять бывшей ученице сойти с рук: «Возможно, потому, что ни у кого из вас никогда не хватало харизмы, чтобы осуществить это!» и Сириус замолчал!

Вся комната теперь смеялась над эффектным падением и ожогом «Мародера».

Винки накрыла завтрак на балконе, и согревающее очарование охватило всю территорию, и поскольку захватывающий вид на пейзаж Хогвартса сочетался с великолепной едой, группа наслаждалась обществом друг друга, зная, что ответы скоро придут.

Все поняли, что пора, и прошли в гостиную, пока Гарри достал мысленное фильтра Годрика, Сириус снял серебряную нить воспоминаний со лба Гарри и настроил мысленное омут так, чтобы проецировать образы на всеобщее обозрение.

Все женщины были в слезах, пока Дэн и Сириус готовились совершить убийство, даже Добби выглядел свирепым,

пытаясь утешить рыдающую Винки, пока все они смотрели полную сцену, где Дамблдор Обливиатор безраздельно властвовал на Тисовой улице.

Гарри сидел, обнявшись, со своей женой, пока все получали небольшой кусочек его детства.

Когда воспоминания закончились, Гарри спросил: «Мадам Помфри, можете ли вы определить, был ли профессор забыт более одного раза?»

.

Поппи произнесла сложное заклинание над головой подруги, и выражение ее лица дало ответ

Гермиона спросила: «Сириус, откуда Дамблдор узнал, где найти Поттеров?» его замешательство заставило ее продолжить: «Если бы только хранитель секрета мог раскрыть местонахождение, Питеру наверняка пришлось бы сказать ему!»

Сириус выглядел готовым вырвать, а Минерва продолжала повторять «ублюдок!» ее голос едва громче шепота.

Он хотел, чтобы Гарри избили и сломали, чтобы он мог манипулировать им и с помощью Уизли контролировать его! Есть воля? их память. Великий Альбус Дамблдор, герой волшебного мира. МОЯ ЗАДНИЦА!» — закричала Гермиона.

«Мне очень нравится ваша милая задница, миссис Поттер»

, когда Гарри попробовал ту же успокаивающую тактику, что и в банке.

К сожалению, Минервы не было в Гринготтсе, иначе она бы никогда не спросила: «Какое отношение к этому имеют Уизли?»

Гарри встал с Гермионой на руках и направился на балкон, целуя ее внимание, отвлекая от вопроса и обращая внимание на другие вещи, в то время как внутри Грейнджеры и эльфы объясняли, почему было крайне плохой идеей упоминать рыжеволосых в «Миссис». Присутствие Поттера

Это была слегка растрепанная Гермиона, которая вернулась в комнату, обняла мужа и продолжила сидеть у него на коленях, как будто было совершенно нормально, когда ее вытаскивали из комнаты и бессмысленно целовали.

Дэн и Эмма широко улыбнулись, а Гарри выглядел довольным собой.

Минерва и Поппи болтали с портретом, когда подросток вернулся. Она взглянула на двух своих учеников и задалась вопросом, как они так хорошо справляются, она едва справлялась с меняющейся ситуацией, и это было на окраине шторма!

Минерва читала, что в центре урагана было спокойно, но она не знала, чему и кому больше верить. Ее вырвало из мысленных блужданий, когда она услышала свое имя, но оно звучало по-другому!

«Директор МакГонагалл, — сказал Гарри, улыбаясь во второй раз, — ты смотрел туда за много миль. Я бы предложил тебе за них галеон, но в прошлый раз, когда я делал это предложение, я в итоге женился!»

За этим замечанием последовало укол Гермионы по ребрам, прежде чем Минерва наконец поняла, как ее называл Гарри.

«О нет, мистер Поттер, нам нужно связаться с правлением по поводу Альбуса, на самом деле министерство было бы лучше, хотя в том состоянии, в котором оно находится на данный момент, он, вероятно, мог бы стать министром, учитывая, что последний поддерживал Волдеморта!»

Гарри и Гермиона просто улыбнулись и сказали как один: «С ним разбираются!»

Полная убежденность в их голосах не оставляла права на ошибку, но Сириус жаждал крови: «Как ты можешь быть таким уверенным? Он вытащит что-нибудь из этих нелепых рукавов и, вероятно, заберет всю славу!»

«Рагнок не позволит ему проделывать какие-либо трюки, и его будут судить по гоблинскому закону за преступления против друзей нации гоблинов, а именно нас!» — продолжила Гермиона. — Уизли и Дурсли тоже судят по гоблинскому закону

Сириус выглядел так, будто Рождество наступило рано.

Гарри и Гермиона знали, что МакГонагалл им нужна, чтобы их планы относительно Хогвартса имели хоть какой-то шанс на успех.

Школа Хогвартс была центральным элементом их плана по изменению волшебного мира, и требовался директор, который не требовал бы от учеников и персонала только самого лучшего, но при этом относился ко всем справедливо.

Их выбором была Минерва МакГонагалл на пост директрисы или уход из волшебного мира, поскольку ни одна из них не могла себе представить, что дети попадут в нынешнее волшебное общество. Пришло время раскрыть некоторые из своих планов!

Гарри заговорил, его голос дрожал от такого волнения, что все были заворожены, когда этот молодой человек обнажил свою душу.

«Когда Хагрид пришел мне на помощь, он сказал мне, что я пойду в лучшую школу чародейства и волшебства в мире! Он также сказал мне, что я буду учиться под руководством величайшего директора Хогвартса, Альбуса Дамблдора! как будто одно из этих утверждений является правдой».

Как лорд и леди Гриффиндор, мы владеем Хогвартсом, и в нашем списке декана Хогвартса есть только одно имя, и это имя — Минерва МакГонагалл. Прежде чем вы ответите, позвольте мне сказать несколько вещей, которые мы хотели бы увидеть».

«Самым важным было бы то, что в этих стенах больше не будут терпеть плохих учителей. Вы должны знать, что стандарты по некоторым предметам были, мягко говоря, плохими».

Минерва могла только кивнуть Гарри в знак признания. Стыдно не только потому, что он был прав, но и потому, что она была бессильна вмешаться.

Гарри продолжал настаивать на их аргументах: «Как можно преподавать маггловедение, если ни одно из их устройств не работает в замке? В этом году в спортивной программе для всей школы участвуют два ученика, и один из них был принят нелегально! Где проходят занятия? по искусству, музыке и танцам? Меньше чем через две недели состоится бал, на котором мы с Гермионой должны начать процедуру, но в школе не учат танцам».

Он сделал паузу, чтобы перевести дух, прежде чем продолжить, не замечая золотого сияния силы, которое охватило и его, и его жену, пока его эмоции нарастали.

«Битва против следующего темного лорда начинается прямо здесь, в Хогвартсе, с ведьмами и волшебниками завтрашнего дня.

Мы должны объединить маггловское и магическое прошлое и рассказать ученикам о преимуществах обоих, чтобы потенциальный Том Риддл не нашел общества. созрел для эксплуатации, используя фанатизм, чтобы настроить брата против брата

Гарри старался не замечать слез в глазах Сириуса, но это нужно было сказать: «Я с радостью потрачу все свое состояние, помогая учить принятию и терпимости, в надежде, что ни один ребенок больше никогда не вырастет одиноким, потому что наше общество не выдержит вплоть до фанатика с палочкой!»

Никто не хотел первым нарушить молчание, последовавшее за речью/заявлением/видением будущего Гарри.

Доверьтесь портрету, чтобы сломать лед, гордо крича: «Это говорит наследник Гриффиндора с влиянием жены, которая самая умная со времен Ровены Рэйвенкло».

Минерва раньше пошутила по поводу харизмы Гарри, но это была не шутка!

Это был лидер, которого жаждал волшебный мир, а не Фадж, который не почесал бы себе задницу, не заглянув в «Ежедневный пророк», чтобы узнать, какую руку использовать, или «высшее благо» Дамблдор в мантии, предназначенной для того, чтобы отвести ваш взгляд от его руки с палочкой. как этот ублюдок тебя забыл.

Это было настоящее дело: кто-то, кто отстаивал то, во что верил, с богатством и магической силой, подкрепляющими это.

Возможно, она первая, кто попал под чары Поттеров, но готов поспорить, что не последняя

Я возьмусь за эту работу»

Сириус был потрясен, задумавшись, он вернулся в жизнь своего крестника всего около шести месяцев назад, но изменения в Гарри были невероятными!

Ему придется использовать свой легендарный такт Сириуса Блэка: «Когда ты стал таким чертовски умным, Гарри?» он крикнул.

Молодая пара лишь улыбнулась, они этого ожидали и благодаря книге Рагнока получили ответы.

«Мадам Помфри, я верю, что существует заклинание, которое мытари используют, чтобы определить возраст человека, покупающего алкоголь. Не могли бы вы наложить его на нас, пожалуйста?» — спросила Гермиона.

Встав, пока Поппи произносила заклинание, потрясла палочкой, повторила заклинание, затем по-настоящему посмотрела на Гермиону, прежде чем наложить заклинание на Гарри с предсказуемо теми же результатами.

«Гермионе семнадцать лет, один месяц и двенадцать дней, а Гарри шестнадцать лет, одиннадцать месяцев и двадцать один день», — сказала Поппи недоверчивой аудитории.

Я думаю, мы знаем, сколько лет нашей дочери, и несколько месяцев назад ей исполнилось пятнадцать лет», — ответила возмущенная Эмма Грейнджер, бросая вызов любому оспорить ее факты.

Это была Гермиона, у которой в глазах сверкнуло «Я знаю кое-что, чего ты не знаешь», и она, как обычно, давала ответы.

Мама, позволь мне объяснить. Теперь мы с Гарри думаем, что наша связь началась в ту ночь, когда мы поехали на Клювокрыле на свободу. Я довольно крепко держала Гарри, и можно предположить, что наши магические ядра узнали свою вторую половинку, и связь начала формироваться. все знают, что мы всегда были очень близки, за исключением тех случаев, когда вмешивался Рон.

Это заставило Гермиону сделать паузу, пока все размышляли о возможных последствиях ее последнего заявления.

Думаешь, он был частью этого, Гермиона?

Я правда не знаю, но, честно говоря, я перестал считать его другом несколько месяцев назад! Джинни, с другой стороны, было бы очень больно, поскольку я стала считать ее сестрой и лучшим другом! Как только я оправилась от шока в Гринготтсе…

Это было больше, чем шок, ты чуть не разрушил это место»

Хорошо , пытаюсь оставить это позади! В любом случае, я поняла, что Джинни можно было манипулировать почти так же хорошо как и тобой, дорогой! Нам действительно нужно знать правду о Уизли.

Из этого молчаливого разговора их вырвала Эмма: «Гермиона? Раскажи, пожалуйста

Ах, да, ну, с той ночи мы стали неразлучны, несколько раз почти целовались, поскольку Гарри продолжал искать идеальную возможность пригласить меня на свидание, прежде чем меня коридоре».

Гарри беспрепятственно продолжил: «На днях меня обвинили в том, что я преследую Гермиону из-за моего нового взрослого отношения, но теперь мы подозреваем, что это было значительно старше, чем моя прекрасная молодая жена здесь, а именно сама Хогвартс!»

Ты не сможешь пролить свет на эту тему, Годрик? — спросила Гермиона сладко-сладким голосом, но не оставляющим сомнений в том, что они ожидают ответов.

Годрик усмехнулся: «Хогвартс сказал мне, что вы двое особенные, и я должен с ним согласиться. Я думаю, что это должно быть баллом гриффиндоиу Минерва, поскольку эта молодая пара совершенно правильна, а портреты не могут приносить очки. Замок признал вашу формирующуюся связь молодой Наследник и помогает подготовить тебя к завершению вашей душевной связи».

Теперь я хотел бы услышать объяснение наших маленьких остроухих друзей», — Гарри попытался подражать голосу Гермионы, сказанному ранее, но потерпел неудачу из-за того, что все время смеялся.

Добби попытался выглядеть расстроенным из-за оскорбления в ушах, но, как и Гарри, и по той же причине потерпел неудачу.

Винки пришлось дать ответ: «Когда мы попросили о узах, ваше предложение дружбы, а не рабства, разрушило древнее проклятие. Эльфы были вынуждены стать рабами много веков назад из-за проклятия, которое связывало магию эльфов с хозяином дома. .Если эльф был в опале и получил одежду, связь разрывалась, поэтому эльф постепенно терял свою магию и вскоре умирал!Добби выжил, потому что Гарри обманом заставил Малфоев освободить его, тем самым создав между ними жизненный долг, и, оставаясь рядом с Гарри, он сохранил свою магию. Ему даже удалось передать кое-что мне».

Застенчивый взгляд на Добби был полон восхищения.

Теперь краснеющий Добби продолжил рассказ: «Когда мы стали друзьями, твоя магия ускорила изменения в наших телах, и мы думаем, что Хогвартс, возможно, тоже помог. Именно такими должны быть эльфы, а не домашний эльф, которого создало проклятие».

Эмма выслушала очень внимательно и даже поняла все, что было сказано, но у нее все еще оставался без ответа вопрос: «Почему ты должен быть старше?»

Вот оно, БОЛЬШОЕ, молодая супружеская пара крепче обняла друг друга, когда Гермиона глубоко вздохнула и дала матери ответ, который она определенно не хотела слышать.

«Физическая и эмоциональная зрелость — это способ наших связей гарантировать, что мы готовы к последнему шагу. Наша магия сведет на нет любые методы контроля над рождаемостью, и душевная связь будет полной, когда я беременна!»

Драко Малфой вышел из камина «Дырявого котла» и прошел в заднюю часть паба, постукивая палочкой по соответствующим кирпичам. Он ни разу не посмотрел ни направо, ни налево. Драко был волшебником с миссией!

Его отец умер прошлой ночью, и хотя где-то в его теле был намек на печаль, основной эмоцией, протекавшей в его крови, было волнение.

Теперь он был главой дома Малфоев, и его юношеский разум трясся от чудесных возможностей, которые открывали ЕГО деньги и власть.

Когда Драко с важным видом прогуливался по Косому переулку, было еще рано, и было открыто лишь несколько магазинов, но он был равнодушен, когда его цель появилась в поле зрения, он явно был готов заняться бизнесом, и этого было достаточно для самопровозглашенного принца Слизерина.

На Драко было кольцо, которое он снял с мертвого пальца Люциуса Малфоя сегодня утром, его мать, соблюдая волшебные обычаи, сидела рядом со своим мертвым мужем, с прямой спиной и одетая с головы до ног в черное. Она соблюдала 24-часовой траур перед тем, как тело будет помещено в семейную гробницу Малфоев.

Драко знал, что он нарушал традиционные правила приличия в отношении покойного, но был нетерпелив и знал, что его мать воздержится от комментариев, когда он снимет кольцо, она прекрасно знала, где теперь находится сила.

Когда Драко проходил через массивные двери Волшебного банка Гринготтс, мысли о полураздетой молодой женщине у его ног, с метлой в одной руке, в то время как в другой он держал золотой снитч, а сломанное тело Поттера лежало на поле.

Он с важным видом подошел к кассиру: «Меня зовут Драко Малфой, и я здесь, чтобы заявить права на свое наследство!»

Кассир взглянул на этого высокомерного молодого волшебника и сразу же перешел в режим «действовать как можно более мешать», и, хотя многие маггловские продавцы могут практиковать эту технику, гоблины были в ней мастерами.

«У вас есть какое-либо удостоверение личности, молодой господин?» спросил Скайхук

Драко помпезно положил руку на стол Скайхука ладонью вниз, так что его кольцо было ясно видно.

Если Драко ожидал, что гоблин встанет на колени и поцелует его ноги, то реакция Скайхука его шокировала.

Мммм… это кольцо кажется слишком большим для твоего пальца, молодой господин Малфой!

Драко злился, да, кольцо было большим, и ему приходилось держать пальцы вместе, иначе оно соскользнет, ​​но он знал, что кольцо автоматически изменит размер в соответствии с размером своего владельца после 24-часового траура.

Он быстро выходил из себя, но держал его под контролем, решив, что сейчас не время и определенно не место.

Сэр, как глава дома Малфоев, я с уважением прошу помощи Гринготтса в получении наследства Малфоев. Я знаю, что срок нарушает этикет, но надеюсь, что мы сможем решить проблему нескольких часов».

Скайхук теперь почти улыбался: «Боюсь, мне придется поговорить с одним из руководителей моего банка, так что, если вы меня извините, я не задержусь надолго».

Драко Малфой остался стоять у стойки как никто, где его личная комната, где его напитки, получая при этом многочисленные извинения за его задержание?

Чертов гоблин просто ушел, не оставив ему даже полузадого «извини за это», которое кто-то собирался заплатить!

Грипхук подошел к стойке:

«Мистер Малфой, насколько я понимаю, вы желаете, чтобы присоединение к наследству Малфоев произошло сейчас, это правильно?»

Наконец-то он куда-то добился, нужно узнать имя этого гоблина, чтобы в следующий раз, когда он придет в банк, не было ошибок: «да, немедленно!»

Да будет так», — сказал Крюкохват, поворачиваясь, чтобы уйти, но его остановил Драко.

Может кто-нибудь отвести меня в мои хранилища?»

Грипхук обернулся: «У вас нет хранилищ, прошлый хозяин Люциуса Малфоя потерпел поражение, и все его имущество забрал победитель. Все деньги, собственность и титулы Малфоя теперь принадлежат главе вашего факультета, лорду Гриффиндору».

Драко посмотрел на свою руку, и кольцо исчезло. Он провел ночь, оплакивая своего отца каким-то превосходным портвейном, поэтому понятия не имел, кто этот лорд Гриффиндор, которого так спросили.

Грипхук ответил: «Думаю, вы знаете его лучше как Гарри Поттера».

Драко в буквальном смысле потерял голову!

При упоминании ужасного имени Поттер он вытащил палочку и произнес первое слово убийственного проклятия, прежде чем его голосовые связки были разорваны.

В движении, из-за которого почти обезглавленный Ник пожалел, что у него есть гоблин-палач, меч ближайшего охранника оторвал голову Драко от его плеч, и когда он покатился по полу, его обезглавленное тело рухнуло, палочка выпала из его теперь уже мертвой руки.

Пролилась первая кровь второго поколения!

Хорошо, Эмма, ты можешь это сделать! Разделити это и разберитесь с этим по частям

Физическая и эмоциональная зрелость — это наши узы, способ гарантировать, что мы готовы к последнему шагу»

Ну, они определенно проявили не по годам зрелость с тех пор, как пришли за нами вчера — это было только вчера?

Один взгляд на ее дочь в обтягивающих доспехах показал, что она повзрослела за свои пятнадцать лет, и если бы они не преследовали худшего темного лорда на планете, она, возможно, нашла бы время упомянуть об этом.

Один взгляд на ее дочь в обтягивающих доспехах показал, что она повзрослела за свои пятнадцать лет, и если бы они не преследовали худшего темного лорда на планете, она, возможно, нашла бы время упомянуть об этом.

Да, я могу купиться на их магию, которая сделает их старше и мудрее, доказательства лежат передо мной! А теперь она просто не готова к…

« Наша магия сведет на нет любые методы контроля над рождаемостью, и душевная связь будет полной, когда я забеременею!»

Черт Беременная , черт Беременная ! я слишком молода, чтобы быть бабушкой!

Гарри и Гермиона сидели и ждали реакции, никакой реакции, ничего.

Затем Эмма Грейнджер начала хихикать; она хихикала и хихикала, прежде чем разразиться искренним смехом.

Дэн Грейнджер был в полной растерянности; он не думал, что кто-либо в истории воспитания детей когда-либо сталкивался с подобной ситуацией.

Его пятнадцатилетней дочери было уже больше семнадцати благодаря ее магической связи с мужем, и когда они впервые занялись любовью, она собиралась забеременеть.

Ему действительно пора начать это записывать, чтобы не отставать или перестать допоздна засиживаться с Сириусом, пить бренди и говорить о своих любимых подростках.

Затем он услышал, как его вторая девушка Грейнджер хихикала за 24 часа, и ему внезапно захотелось еще бренди.

Поппи Помфри, как и остальным магам, без труда поверила, что все возможно, когда в дело вовлечены Гарри и Гермиона, нет, они спокойно ждали реакции Грейнджер.

Когда Эмма выглядела так, будто у нее началась истерика, Поппи тайком наложила диагностическое заклинание на смеющегося дантиста, но результат оказался прекрасным.

Эмма видела, как Поппи наложила заклинание, и сказала: «Все в порядке, ребята, и со мной все в порядке. Просто нужна минутка здесь», пытаясь восстановить самообладание, но взгляд на двух подростков был похож на ведро с холодной водой над ее головой. когда она поняла, что они, должно быть, волнуются, ожидая ее реакции.

Эмма подошла и села рядом с парой, притянув их в объятия втроем: «Мне очень жаль, вас двоих я как раз вспоминала тот момент, когда мы с вашим отцом сказали его матери, что у нас будет ребенок, она взорвалась! После того, как она успокоилась, мы поняли причину ее реакции: она была слишком молода, чтобы быть бабушкой. У меня возникла та же мысль, которая заставила меня рассмеяться, поскольку вы двое определенно получите задание сказать ей, что она прабабушка».

Напряжение в комнате упало на несколько ступеней, когда Эмма продолжила: «Она испортила то, что должно было быть счастливым моментом, и я поклялась не делать этого, когда подошла моя очередь, хотя я чувствую, что должна отметить, что я моложе ее». затем!"

Последняя часть была сказана лишь частично в шутку.

Дэн подошел и присоединился к ним: «Вы, возможно, ошибаетесь, дорогая. Вы забыли, что наша Гермиона — леди Гриффиндор, мама будет повсюду вокруг них и будет ждать приглашений на открытие церковного праздника»

Сириус опустился на колени рядом с ними. «Гарри и Гермиона, клянусь, я буду здесь ради вашего ребенка!»

У него, как и у крестника, по обеим щекам текли слезы.

Гермиона нежно вытерла его щеки рукой: «Сириус, ты сбежал из Азкабана ради Гарри, ты жил в пещере как собака, чтобы быть рядом с Гарри, Джеймс и Лили знают, как сильно ты его любишь, так что не о чем беспокоиться».

Сириус почувствовал, будто с его плеч свалился огромный груз.

Хотя Ремус будет недоволен, если ты сразу же не пошлешь сову . Вмешался Гарри, который затем решил пойти ва-банк: «Не забудь сказать ему, что в субботу у него свадьба, так как я хочу, чтобы мир увидел мою прекрасную жену в этом платье, о котором я слышал».

К сожалению, радостный визг Эммы донёсся прямо до уха Гарри

Он узнал этот звук, поскольку слышал его с трибун каждый раз, когда ловил снитч, и был просто рад, что Гермиона пощадила его второе ухо.

Тайм-аут», — сказал Дэн с практичной головой, — «где вы выходите замуж, кто проводит церемонию, магический или маггловский, и как насчет вашего официального возраста? Должно быть, есть и другие вещи, которые я забыл, но и этих хватит, чтобы продолжаться». с."

Эмма теперь рыдала: «О, как жаль, что им пришлось закрыть старую церковь Святой Марии, это было место, где мы с твоим отцом поженились! Он расположен на берегу реки в Оксфорде и был прекрасен с потрясающими витражами, это было бы было идеально!"

О, он все еще там, Гарри, просто он в очень плохом состоянии и, вероятно, скоро будет снесен, чтобы построить новые дома».

Один взгляд Гарри на эльфов, и они исчезли

И вы можете называть нас Дэном и Эммой или мамой и папой, если хотите, но не могли бы вы мне сказать кое-что, все ли в вашем мире общаются молча?»

Гермиона только рассмеялась: «Я думаю, это только мы, мама, преподобный Стюарт все еще практикует или уже вышел на пенсию?»

Он вроде как на пенсии, просто устраивает странные свадьбы и похороны, почему?

Эльфы вернулись в комнату, и Добби кивнул Гарри.

Улыбающийся Гарри обратился к своему тестю: «Хорошо, Дэн, давай ответим на эти вопросы. Свадьба состоится в недавно отреставрированной церкви Святой Марии в субботу в час дня, а маггловскую церемонию будет исполнять преподобный Стюарт. мы уже женаты в волшебном мире, и Гринготтс предоставит нам все необходимые документы! Не все наши гости будут строго людьми, поэтому потребуется немного гламура».

— Они уже это починили? — спросил изумленный Дэн Грейнджер.

Нет, я только что подтвердил, что это можно сделать вовремя. Это будет мой свадебный подарок моей прекрасной невесте»

Гермиона ничего не могла с собой поделать!

Это была самая романтическая вещь, которую она когда-либо слышала: ее очаровательный принц восстанавливал церковь, чтобы у нее был идеальный день, поэтому, игнорируя всех в комнате, она схватила Гарри и поцеловала его, вкладывая каждую унцию любви в поцелуй, который зажег весь замок и изменил потолок большого зала на прекрасный солнечный день.

Поцелуй развеял все сомнения Дэна в том, что его маленькая девочка уже выросла; он просто очень не хотел этого видеть!

Первой заговорила Минерва: «Я действительно не хочу снимать баллы с Гриффиндора за неподобающее поведение», — пошутила она.

Это прервало поцелуй не из-за того, что он указал, а из-за новости, которую они должны были сообщить: «Извините, директриса, но мы с женой оба покидаем Хогвартс».

что!» было услышано до того, как Гермиона продолжила: «Мы с мужем оба совершеннолетние или скоро достигнем этого возраста, но это не главная причина ухода».

Гарри и Гермиона без палочек и молча создали по дюжине красных роз каждый и левитировали их Минерве и Поппи. Затем Гарри подарил Эмме дюжину белых роз и собирался сделать то же самое для Винки, когда покрасневший Добби опередил его.

«Как вы можете видеть, мы в значительной степени контролируем нашу магию, мы просто говорим ей, что делать, даем силу, и она делает это, никаких заклинаний или движений палочки не требуется», — сказал он.

Гарри махнул рукой Сириусу, который, к его большому шоку, превратился в Гилдероя Локхарта, облаченного в фиолетовые мантии.

«Кроме того, когда один из нас читает или учит что-то, другой тоже получает информацию, мы не можем сдавать экзамены, поскольку это было бы списыванием!» — сказала Гермиона, махнув рукой Сириусу, который превратился в Сибиллу Трелони, в сопровождении бутылки кулинарного шерри.

Это просто жестоко», — засмеялся Гарри, возвращая Сириуса в нормальное состояние, — «это гламурные чары, которые некоторые из наших гостей будут использовать, чтобы смешаться с магглами».

Минерва была поражена тем, как они небрежно применили сложную магию, глядя на прекрасный подарок в виде роз, она видела, что каждый лепесток был безупречен, аромат был безупречен, и они даже думали удалить шипы!

Ей не хотелось признавать, что даже с палочкой она не смогла бы добиться большего или даже такого же успеха, как двое ее любимых теперь бывших учениц!

Сириус также был поражен их силой:

«Могу ли я одолжить Хедвиг, чтобы связаться с Муни? Мне нужно подкрепление, чтобы вы двое могли рассчитывать на разыгрывание!»

Добби, могут ли эльфы наложить на себя гламурные чары, чтобы мы не пугали магглов?

Гарри-эльфы могут оставаться невидимыми для волшебников и магглов»

— Я не об этом спрашивал Добби.

Смущенный Добби щелкнул пальцами, и Эмма сказала: «Он достаточно похож на Гарри, чтобы быть ему братом!»

«Добби, окажешь ли ты мне честь быть рядом со мной, когда я женюсь на этой великолепной молодой женщине в субботу? Ты будешь моим шафером или даже лучшим эльфом?» спросил Гарри

Винки, не окажешь ли ты мне честь быть моей подружкой невесты? Может быть, есть еще одна, но мы узнаем сегодня позже», — сказала Гермиона.

Два эльфа были совершенно потрясены, они не только были нужны на этом мероприятии, но и увидеть их стоящими рядом с этими замечательными молодыми людьми было за гранью мечты, это было немыслимо, это происходило, когда они оба кивнули в знак согласия, не желая доверять своим голосам.

Еще больше объятий и обещание приглашений Минерве и Поппи, прежде чем Гермиона всех успокоит.

«У нас очень длинный список дел, но если все помогут, мы, возможно, увидим Рождество!» заявила Гермиона

Гарри только покачал головой: «Это было бы смешно, если бы это было неправдой! Хорошо, давайте начнем с Хогвартса, нам нужны идеи, и они нужны сегодня, поэтому, директор, если вы встретитесь с персоналом для обсуждений, мы могли бы возобновить работу сегодня позже. Я думаю школе придется закрыться на каникулы, но мы знаем, что не все ученики идут домой, и мы прекрасно понимаем, что приближается определенный бал, поэтому, Добби, не мог бы ты узнать в Гринготтсе, есть ли у нас подходящая недвижимость, где можно было бы временно разместить учеников и мог быть Святочный бал"

Гарри теперь был занят делами.

Винки, мы собираемся получить несколько эльфов в плохом состоянии, все, что тебе нужно, — твое, и мне очень нравятся эти туники, можем ли мы получить что-то подобное для всех эльфов? Мне нужны имена самых злостных волшебников, я Я теперь глава дома эльфов, поэтому они должны тебе сказать.

В следующей части он смотрел прямо на обоих эльфов.

В ближайшие недели также будет много работы. Я хочу, чтобы каждый нашел время, чтобы поесть и поспать, а не работать до изнеможения. Сегодня мы поговорим с Рагноком и организуем покупку и восстановление церкви. "

Взрослые просто не могли поверить, что этот молодой человек отдает приказы, как генерал, и собирает свои войска для предстоящих сражений

Сириус, приведи сюда Ремуса, ведь у нас есть специальный проект, который прямо на твоей улице! Как твои способности к зельям? Ремус — блестящий учитель DADA, и ты не можешь быть хуже Снейпа!»

Сириусу просто нужно было что-то сказать: «Подожди минутку, щенок! Это я должен присматривать за тобой, а не наоборот».

Его смех дал всем понять, что он не злится, а просто шокирован тем, как его крестник изменил свою, а не общую жизнь.

Посмеивающийся Гарри продолжил: «Дэн и Эмма, на субботу нужно устроить свадьбу, и я боюсь сказать, что большая часть организации ляжет на вас обоих! Просто помните, что это волшебный мир, и деньги не имеют значения. так что, что бы вы ни пожелали, мы согласны. Завтра Гермиона будет свободна, а сегодня Винки попросит пару эльфов из Хогвартса помочь вам во всем».

Гермиона, похоже, поговорила с Гарри наедине, прежде чем неохотно согласилась.

Ну, я думаю, мой муж покрыл большую часть того, что требуется, так что, если вы извините нас, нам нужно переодеться для нашей встречи с Рагнок и мадам Боунс»

Эмма вмешалась: «Можно мне пару слов, прежде чем ты уйдешь, Гермиона?»

Пока все занимались своими делами, Эмма вывела Гермиону на балкон, чтобы поболтать мать-дочь.

«Гермиона, все в порядке? Похоже, ты не была счастлива в конце, разве ты не хочешь, чтобы мы организовали эту свадьбу?»

«О нет, мам, ничего подобного. Это просто сложно».

Гермиона, я могу понять многое Расскажи мне

Ну, Гарри завтра придется сделать что-то очень неприятное, и он не хочет, чтобы я была там. Он также уверен, что я могу справиться с любой проблемой, хотя он будет сильно волноваться, пока мы не вернемся».

Ты поняла все это с первого взгляда?» сказала изумленная Эмма

Мама, когда Гарри говорит, это исходит от нас обоих, и наоборот, мы находимся в головах друг друга, и он знает каждое сказанное здесь слово. Я понимаю, насколько это кажется странным всем остальным, но для нас это чудесно, мы мы оба счастливее, чем когда-либо, и знаем, что никогда больше не будем чувствовать себя одинокими

Мать и дочь держались друг за друга со слезами на глазах

«У нас никогда не было такого разговора!» пошутила Эмма

Не волнуйся, мама, мы подождем, пока поженимся, мы можем подождать до субботы, но я не буду проводить ночь вдали от мужа!»

Десять минут спустя двое мужчин обнаружили, что их жены болтают и смеются на балконе.

Лорд и леди Гриффиндор в сопровождении эльфов приковывали к себе взгляды всех присутствующих, когда они поднимались по ступеням Гринготтса, а их плащи гоблинов развевались за ними, вызывая настоящий переполох, когда все смотрели на этот могущественный квартет.

Они вошли в банк и прошли по уже обескровленному полу, где их встретил Крюкохват и провел в ту же отдельную комнату, что и вчера.

Рагнок вошел с новым исполняющим обязанности министра Боунсом и двумя аврорами, Тонкс и Шеклболтом, с которыми они познакомились вчера, но обстоятельства не позволили представиться.

Встреча прошла очень хорошо, планы на сегодняшний вечер были официально оформлены, и через два часа она закончилась, но Гарри спросил мадам Боунс, не хочет ли она участвовать в некоторых допросах, которые они проводили.

Вернон и Петуния Дурсли были в ужасе, когда их вывели из камеры в большую комнату, где был освещен только центр.

Перед столом стояли два пустых стула, за ним сидели два человека в черном, с капюшонами, скрывавшими лица в тени.

Пока гоблины-охранники вели магглов на свободные места, Вернон попробовал свою обычную тактику: «Послушайте, где-то была допущена ужасная ошибка, мы не уроды — мы были нормальными!»

Я думаю, нам следует позволить доказательствам решить это», — сказала одна из фигур в капюшонах женским голосом.

Каменный таз на столе начал проецировать изображения Тисовой дороги. У Гарри был богатый выбор воспоминаний, но он остановился на полной версии инцидента с Дамблдором.

Это показало избиение, ответственное за случайную магию, и после того, как Дамблдор еще раз избил исцелившегося Гарри, после чего его заперли в шкафу.

Один чих — и оба Дурсли потеряли бы головы, — взбесились гоблины-охранники

Для гоблинов дети — священный дар, и в их обществе нет наказания за жестокое обращение с детьми, поскольку ни один гоблин даже не подумает об этом.

Видеть, как с этим ребенком, которого теперь считали другом-гоблином, обращаются таким образом, было почти больше, чем они могли вынести, только осознание того, что их лидер сидел в тени и обещал справедливость, поддерживало жизнь этих двух мерзостей!

Мне любопытно, мистер Дурсль; пожалуйста, опишите мне, как поведение, свидетелями которого мы только что стали, можно считать нормальным». Женский голос теперь излучал едва сдерживаемую силу.

«Я нормальный, а урод это мальчик! Я пытался выбить из него неестественность. Тоже бы сработало, если бы его не забрали в школу для уродов».

«Я ненавижу тот факт, что ты связан со мной», — эмоции в ее голосе не оставляли сомнений в истинности этого утверждения.

«Что это за чудачество, я требую поговорить с ответственным лицом». кричал Вернон

«Это был бы я!» — сказал узнаваемый мужской голос, когда Гарри встал и подошел к ним, откинув капюшон.

ТЫ, послушай, мальчик, я требую, чтобы…» Всплеск Вернона был остановлен лезвием гоблина, не слишком мягко прижавшимся к его горлу.

Гнев Гермионы грозил снова вырваться наружу, когда она бросилась к Дурслям.

Гоблины сегодня уже обезглавили одного человека, еще один или два не будут иметь особого значения. Видишь в этом месте Вернона и Петунию, ВЫ УРоды

Гарри обнял ее, притягивая в объятия, пока она боролась со своим гневом.

Петуния тихо спросила: «Гарри, кто эта девушка и почему мы здесь? А как насчет Дадли?»

Это моя жена, леди Гермиона Джейн Поттер, Гриффиндор, и вы оба обвиняетесь в жестоком обращении с детьми и воровстве. Дадли пойдет в маггловскую службу по уходу за детьми, а я продолжу оплачивать его учебу, а также любые расходы на дальнейшее образование, если потребуется. Хотел бы спросить, что случилось со ста двадцатью тысячами фунтов, которые вы получили за мое попечение?»

Взгляд на охранника снял лезвие с шеи Вернона

Ты не можешь жениться, мы не давали тебе разрешения, я…» клинок был возвращен.

«Пожалуйста, слушайте внимательно, пока я объясняю серьезность ситуации. Если Гарри щелкнет пальцами, вы мертвы! У вас здесь нет ни власти, ни полномочий, ничего. Вас обвиняют в жестоком обращении с детьми и нецелевом использовании средств, поскольку Гарри не получил никакой заботы. Следующее предложение, которое слетит с твоих губ, может оказаться последним, поэтому я советую тебе выбирать с умом, — сказала Гермиона

Лезвие едва покинуло горло Вернона, как он начал кричать. То, что он кричал, останется одной из загадок жизни, поскольку Гермиона наложила заглушающее заклинание. Они услышали достаточно, и Дурслей увели.

Альбус задавался вопросом, как ему выйти из этой ситуации, он ни на секунду не думал, что не выйдет, просто не совсем знал, как именно в этот конкретный момент времени!

Он проснулся с большой шишкой на голове и был одет в еще мокрую одежду. Разве эти люди не знали, сколько ему лет? Браслеты, запрещающие магию, на его запястьях не помогли, и, конечно же, никакая палочка.

В конце концов он высох, думая, что его волосы и борода должны выглядеть зрелищно, когда четыре тяжеловооруженных гоблина открыли дверь и отвели его в то, что лучше всего можно было бы назвать комнатой для допросов.

За столом сидели три человека, но Альбуса беспокоил тот, кто был без плаща, Рагнок

Рагнок сказал: «Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор, вы обвиняетесь в преступлениях против друга нации гоблинов. Доказательства будут представлены, и вам будет предоставлена ​​возможность ответить на обвинения в конце разбирательства»

.

Были представлены убедительные доказательства, показывающие, что воля игнорируется, когда Гарри оказывается в оскорбительной среде, финансовые махинации, брачный контракт и демонстрация его знаний об обращении с Гарри, образ того, как он связывает власть Гарри и забывает всех.

Альбус осознавал, что попал в беду, но был уверен в своей способности выбраться из нее, ведь он делал это уже много лет!

Директор Рагнок, уважаемые судьи, пожалуйста, имейте в виду, что я знаю, как плохо это выглядит, но каждое мое действие было направлено на благо всего волшебного мира. Лорд Волан-де-Морт не умер, и когда он вернется…»

«Извините, но ваша информация неверна, Лорд Волан-де-Морт мертв!» сказал Рагнок

Альбус использовал свой лучший голос «профессора, разговаривающего с глупым ребенком»: «Ах, но вы видите, в ту ночь Хэллоуина, когда малыш Гарри отразил проклятие в ответ, Волдеморт не умер!»

«Ваша информация верна, но неактуальна! Вчера вечером лорд и леди Гриффиндор убили Тома Риддла, он морально, этически, духовно, физически, позитивно, абсолютно, неоспоримо и достоверно искренне мертв».

После слов Рагнока холодная рука страха сжала его внутренности, но сейчас было не время для паники.

«Вы в курсе, что он сделал крестражи, он не может умереть, пока они существуют»

Все крестражи уничтожены, и каждый отмеченный пожиратель смерти мертв». Рагнок дал отпор

Альбус был в отчаянии.

У Гарри Поттера в голове крестраж: « ни один не может жить, пока выживает другой», он должен умереть, чтобы я мог убить Волдеморта!»

Рагнок усмехнулся: «Боюсь, что леди Гриффиндор может возразить против этой идеи и поверьте мне, когда я скажу, что это та женщина, которую вы не захотите злить».

Гарри и Гермиона сняли капюшоны, и Альбус подумал, что у него есть возможность.

Гарри, мой мальчик», — сказал он, испуская полные дедовские вибрации, которые были прерваны, когда Гермиона взорвала его через всю комнату.

Перед допроса Уизли они сделали перерыв, поскольку это будет самым болезненным.

.

Первые два слушания, как они подозревали, пройдут довольно просто, и так оно и оказалось

Рагнок сообщил им, что они допросили Билла, Чарли и Перси Уизли с их разрешения , используя Веритасерум, и никто не имел ни малейшего представления о действиях против Гарри или о брачных контрактах.

Они попросили присутствовать на собеседовании, и я думаю, что мы должны позволить это; они по понятным причинам скептически относятся к тому, что это может быть правдой; это действительно тот случай, когда «увидеть — значит поверить» с их родителями».

Эта новость обрадовала пару, дав им надежду на то, что остальные члены семьи оставались в неведении.

Они решили поговорить с Уизли отдельно, когда Артура провели в комнату, он увидел троих людей за столом, но не заметил присутствия министра и троих его сына.

Он охотно принял Веритасерум, и вопросы начались с имени, адреса и рода деятельности, прежде чем начались настоящие вопросы

Вопрос: «Вы подписали брачный контракт между вашей дочерью и Гарри Поттером?»

«да»

Вопрос: «Вы знали, что Дамблдор не имел законного права предлагать этот контракт?»

«да»

Вопрос: «Почему ты это подписал?»

«Альбус сказал, что это была помолвка, и дети могли решить сами, когда Гарри исполнилось шестнадцать, он хотел, чтобы у него была светлая семья»

Вопрос: «Вы сознательно взяли деньги со счета Поттера, чтобы оплатить обучение в Хогвартсе для своих детей?»

«Да, Альбус сказал, что, поскольку они были помолвлены, мы могли использовать деньги на нужды, я не был уверен, что это строго законно, но в какой-то момент у меня в Хогвартсе одновременно было пятеро детей. Как ты выбираешь, кого из твоих детей ты хочешь?» может позволить себе образование?»

Вопрос: кто-нибудь из ваших детей знал о брачном контракте или деньгах , которые платил Гарри?

Нет, я надеялся на Гарри и Джинни, он такой прекрасный молодой человек, но слепой мог видеть, что его сердце уже занято.

Вопрос: «Вы знали, что магическое ядро ​​Гарри было связано?»

«Абсолютно нет! Кто бы сделал такое?»

На этом вопросы закончились, и Артура увели, а Гарри и Гермиона почувствовали облегчение: Дамблдор обманул его и взял деньги на образование своих детей.

Да, он нарушил закон, но, что более важно, не сердца Гермионы и Гарри!

Теперь они ждали Молли.

Молли вошла, и разница не могла быть более заметной.

Охранникам-гоблинам пришлось практически затащить ее в кресло, а затем насильно кормить Веритасерумом, поскольку она отказалась принять его добровольно.

Затем были заданы стандартные вопросы, перейдя к делу.

Вопрос: «Вы подписали брачный контракт между вашей дочерью и Гарри Поттером?»

Да

Вопрос: «Вы знали, что Дамблдор не имел законного права предлагать этот контракт?»

«да»

Вопрос: «Почему ты это подписал?»

«Альбус сказал, что это даст нам доступ к Хранилищам Поттеров»

Вопрос: «Вы сознательно взяли деньги со счета Поттера, чтобы оплатить обучение в Хогвартсе для своих детей?»

«Да, конечно! Я хотел большего, но Артур сказал, что новая кухня не является необходимостью! Я пыталась убедить его в течение многих лет!»

Вопрос: кто-нибудь из ваших детей знал о брачном контракте или деньгах, которые платил Гарри?

Рон знал, что нам нужно Свести Гарри и Джинни вместе, его работа заключалась в том, чтобы держать Гарри подальше от этой грязнокровной суки!»

Вопрос: «Вы делали что-нибудь еще, чтобы добиться брака Гарри и вашей дочери?»

Джинни была запрограммирована любить Гарри с самого детства, и когда тот проклятый турнир прервался, у меня было уже готово любовное зелье»

Вопрос: «Вы знали, что магическое ядро ​​Гарри было связано?»

«Да, Альбус сказал, что он должен умереть, прежде чем Волдеморта можно будет убить. Мне нужно было убедиться, что Джинни беременна, прежде чем Гарри исполнится семнадцать. Я запланировала несколько зелий похоти на летние каникулы».

Вопрос: «Почему было важно, чтобы Джинни была беременна?»

«Чтобы получить состояние Поттера! Если бы ребенок родился до его смерти, глупый мальчик позаботился бы о том, чтобы это был наследник

Уберите эту суку отсюда, пока она еще жива!» — закричала Гермиона.

К счастью, охранники присутствовали вчера и видели Гермиону, когда ее гнев вышел из нее, схватив Молли, они выбежали за дверь, волоча ее за собой.

Когда свет загорелся полностью, Гермиона рыдала на коленях у Гарри, Билл и Чарли выглядели зелеными, а Перси рвало в углу.

Рагнок и Амелия совещались, а двое авроров смотрели на них, испытывая отвращение от увиденного сегодня.

Билл и Чарли подошли к паре, но Гарри сказал: «Не сейчас, ребята, нам нужно поговорить, но дайте нам минутку. Выяснилось, что ваш так называемый лучший друг — обманчивый ублюдок, а женщина, которая была для меня ближе всего к матери, просто искала производителя детей, чтобы получить к богатому доступ нам нужно немного привыкнуть»

После того, как все немного остыли, Гарри и Гермиона пообедали с Рагноком и министром, который спросил, какие наказания следует применить.

Пара объяснила, что у них на уме.

Винки и Добби вместе с Грипхуком осматривали владения Поттера и решали, где можно временно разместить студентов Хогвартса, когда самый пронзительный смех, который они когда-либо слышали, разнесся по всему зданию.

Билл Уизли был разрушителем проклятий банка Гринготтс, профессия старшего Уизли требовала, чтобы он сохранял полный контроль над своими действиями и эмоциями — от этого зависела его жизнь! Именно в этот момент Биллу было бы трудно написать свое имя, хладнокровная внешность Билла скрывала бушующую внутри суматоху, пока его разум изо всех сил пытался обработать образы, поступающие от его чувств.

Мысль о том, что его мать использует их любимую младшую сестру как своего рода племенную кобылу ради финансовой выгоды, убивая Гарри, чуть не вызвала у него рвоту.

Перси, сидевший справа от него, потерял свой обед, и, хотя Чарли был сделан из более прочного материала, он не выглядел так, будто сможет что-либо есть какое-то время, пока сидел слева от Билла и ждал молодую пару, державшую в руках Уизли. будущее в их руках.

Билл всегда предполагал, что они учились в Хогвартсе по какой-то стипендиальной схеме или в рамках благотворительного фонда, а отказ его родителей обсуждать ситуацию, по его мнению, задевал их гордость, поскольку Уизли всегда шли своим путем, ни от кого ничего не зависящее

Тот факт, что они украли наследство Гарри еще до того, как встретили мальчика, был еще одним важным фактором в дилемме Билла: как отплатить Гарри, профинансировать четырех Уизли, все еще посещающих Хогвартс, и предоставить им дом.

Тот факт, что они украли наследство Гарри еще до того, как встретили мальчика, был еще одним важным фактором в дилемме Билла: как отплатить Гарри, профинансировать четырех Уизли, все еще посещающих Хогвартс, и предоставить им дом.

Равновесие Билла было еще больше нарушено поведением Поттеров, когда они вошли в комнату, пожимали руки, обнимались, и даже Перси поцеловал в щеку, когда Гермиона спросила, чувствует ли он себя лучше! Тем временем Гарри начал извиняться перед Уизли за причиненные им неприятности и пообещал убедиться, что это не повлияет на их карьеру.

Удивительно, но именно Перси первым получил контроль, его карьера, возможно, не закончилась, и это могло стать катализатором: «Извините, но это кажется немного сюрреалистичным, мы сидим здесь, пытаясь понять, как это сделать, от имени всей семьи Уизли, приносим извинения». тебе!"

Гарри только покачал головой: «Мы уже знали, каковы были планы Дамблдора, мы просто не знали, насколько вовлечены и участвует Уизли, мы были рады, что никто из вас не участвовал, довольны своим отцом и невероятно потрясены своей матерью».

Как ты можешь быть доволен моим отцом? Он украл твои деньги и привязал тебя к нашей сестре!» сказал растерянный Чарли

Именно Гермиона ответила за них обоих: «Дело никогда не было в деньгах, Чарли, когда началось разбирательство, это был единственный доступный нам вариант. Когда Рагнок присвоил нам статус друзей, все изменилось! Билл расскажет вам, как серьезно гоблины относятся к семье. ; вопрос всегда был в доверии. Мы уже знали о контракте и деньгах Хогвартса, это была причина, которая имела гораздо большее значение, чем когда-либо могли бы деньги».

Гарри продолжил в манере, которая напомнила трем братьям их младших близнецов: «Ваш отец подписал контракт и взял деньги, с какой стороны вы на это ни посмотрите, это неправильно! Но он не возьмет больше, чем плата за обучение, он никогда бы не взял стоял рядом, пока вводили зелья, и через секунду проинформировал бы министерство, если бы оно хотя бы заподозрило, что мое ядро ​​​​связано. Вот почему мы были рады, что касается вашей матери, наши реакции, вероятно, очень похожи на вашу собственную и немного слишком грубы, чтобы говорить примерно на данный момент».

Просто чтобы вы успокоились, мы с Гермионой разделяем душевную связь, из-за которой все контракты становятся недействительными, но мне нужно попросить Билла об одной серьезной услуге».

Гарри, все, что я могу для тебя сделать, считай выполненным», — сказал Билл с большим облегчением, который теперь мог видеть свет в конце очень темного туннеля.

Ребята, я надеюсь, вы понимаете, но мы должны знать, были ли в этом замешаны остальные четверо Уизли. Мы уже держимся подальше от Рона до того, как началось это безумие, но мы с уважением просим у главы дома Уизли разрешения использовать Веритасыворотку, при необходимости вынужденную Хогвартс Уизли, — мрачно сказал Гарри.

Все братья заметили изменившееся настроение и хорошо поняли причину этого: «Я собираюсь дать свое разрешение главным образом потому, что нам нужно все высказать открыто, прежде чем начнется исцеление».

Гарри слабо улыбнулся: «Говоришь как настоящий Уизли, где семья превыше всего! Если ты хочешь навестить отца, гоблины позволят это сделать, ему только что показали суд над Молли, и, как ты можешь себе представить, он не очень хорошо это воспринял. Пожалуйста. скажи ему, что мы с Гермионой прощаем его».

Что с ними будет?» — спросил Перси, действительно не уверенный, хочет ли он знать ответ.

Гоблины очень строго относятся к семье, поэтому они оба потеряли все родительские права. Твой отец будет работать на гоблинов, занимаясь техническим обслуживанием, а твоя мать будет работать в туннелях — министерство хотело, чтобы ее поцеловал дементор!» — сказала Гермиона, которая все еще не была уверена, что это не лучший вариант, но когда она согласилась с планом Гарри, она не была готова задушить коварную, варящую зелья и жадную до денег ведьму, так что время покажет.

Встреча завершилась новыми рукопожатиями и объятиями. Биллу пообещали воспоминания о том, как разворачивались дела в Хогвартсе, когда трое братьев отправились навестить своего отца

Гарри и Гермиона стояли, наблюдая за уходом Уизли и надеясь, что остаток дня пройдет так же хорошо, как и эта встреча.

Они мысленно пересматривали сегодняшний список; встретиться с сотрудниками Хогвартса, Сириусом и Ремусом, поговорить с собравшимися учениками Хогвартса, прежде чем наконец сказать Уизли, что они фактически остались без родителей.

«Как наша жизнь стала такой сумасшедшей?» подумала Гермиона

Юмористическая мысль вернулась : «Я же говорил тебе, дорогая, что я не веду себя нормально!» Просто с нетерпением жди субботы»

«Я больше жду субботнего вечера, любовник!» — ответила Гермиона, и это была улыбающаяся пара, которая отправилась искать Грипхука и эльфов.

Встреча преподавателей в Хогвартсе была предсказуемой; Трелони сказали, что летом после экзаменов на сов и тритонов гадание проводиться не будет, конечно, она это предвидела, поэтому не удивилась.

Гарри пришлось лично сказать Биннсу, что его увольняют, призрак отказывался слушать, если только это не наследник Хогвартса.

Когда Гарри и Гермиона изложили новый курс маггловедения, предполагаемый профессор этого предмета немедленно подал в отставку, так как большую часть курса он не понимал.

Филча уволили, поскольку Гарри объяснил, что любой, кто хочет подвесить одиннадцатилетнего ребенка к потолку с помощью цепей и кандалов, совершенно непригоден для работы в образовательном учреждении, полном детей

Ремус был рад вернуться в качестве профессора защиты, в то время как Сириус согласился временно занять должность зельевара, если больше никого не будет, но упал со смеху при предложении, что он станет главой факультета Слизерина

Профессор Флитвик занял вакантную должность заместителя директора. Первоначально он боялся, что гоблинская кровь дисквалифицирует его, пока Гарри не сообщил персоналу, что совет теперь является консультативным органом, министерство больше не может вмешиваться в дела Хогвартса, и единственным человеком, чье мнение учитывалось, был директриса.

Самой большой проблемой, во всех смыслах этого слова, был Хагрид, он всю встречу плакал о Дамблдоре, в одну минуту он был ублюдком за то, что сделал с Гарри, в следующую Хагрид был уверен, что все это была огромная ошибка и великая человек скоро вернется.

В конце концов Хагрид решил, что он не может оставаться в Хогвартсе, это будет слишком больно. После того как Гарри устроил его на работу в Шармбатон под руководством мадам Максим, его настроение резко улучшилось.

Услышав подробности проекта, Сириусу и Ремусу потребовалось менее двух минут, чтобы принять участие.

Гарри, Гермиона и эльфы стояли возле большого зала, ожидая обращения к ничего не подозревающим студентам, когда они заканчивали ужин.

«Хорошо, Гермиона, нам нужно войти, просто войдите туда, как будто это место принадлежит нам».

Гарри, дорогой, ты забыл, это место принадлежит нам?»

Все четверо улыбнулись попытке Гарри снять напряжение, и они вошли в зал, Винки и Добби были немного позади и рядом с Поттерами, поскольку кружащиеся накидки снова были в порядке вещей. Полная тишина сопровождала их продвижение к передней части большого зала.

Когда проклятие пришло, оно произошло с такого близкого расстояния и из такого неожиданного места, что ни у кого не было времени на щиты

Когда проклятие метнулось прямо в Гермиону, Винки удалось слегка её двинуть, что означало, что проклятие частично попало ей в бок, а не в центр спины Гермионы, куда оно было нацелено.

Проклятие редукто в центре спины человека оставит жертву парализованной от шеи и ниже, но девяносто девять человек из ста не будут беспокоиться об этом, поскольку они будут мертвы!

Гарри даже не посмотрел; он использовал свою магию, чтобы оттолкнуть нападавшего, и был рядом с Гермионой, а оба эльфа стояли над ними, создавая щит вокруг квартета, который не пропускал никого и ничего.

Гарри чувствовал ее боль, проклятие развернуло ее, и она тяжело ударилась о землю. В зале царил хаос, но Гарри даже не заметил этого, стоя на коленях и держа на руках потерявшую сознание Гермиону.

Лаванда и Парвати попытались помочь паре, но оказались отброшенными щитом Элвина. Пав пытался спорить с Винки, что они друзья этой пары, но ее ответ был тоном, которого никогда раньше не слышали от эльфа. Яд в ее голосе был безошибочным, когда она указала через зал на нападавшего: «Он тоже!»

Когда Гарри оттолкнул нападавшего, он высвободил больше силы, чем обычно, заставив фигуру в мантии выстрелить в воздух, пока его продвижение не было остановлено стеной, которая простояла тысячу лет, и даже магия не могла отменить результат путешествия тела, превышающего расстояние пятьдесят миль в час врезаются в стену. Уже умирающий волшебник в гриффиндорской мантии, казалось, медленно скатился по стене. Рыжеволосые близнецы подошли к нему незадолго до его смерти и услышали последние слова, когда-либо сказанные Рональдом Билиусом Уизли: «Скажи маме, что мне жаль, что я подвел семью».

Добби пропустил Поппи через щит, но Минерва отскочила. Она собиралась отругать эльфа, но он заговорил первым: «Разве ты не думаешь, что было бы более уместно взять оставшихся учеников под контроль, директриса?»

Минерва почувствовала себя так, будто ее ударили по лицу, но эльф был прав, некоторые кричали позже, и все ученики сидели за столами своих домов, вытянув перед собой обе руки ладонями вниз. Сегодня палочек больше не доставали!

Поппи просканировала Гермиону своей палочкой и вздохнула с облегчением: «У нее будут синяки, но доспехи спасли ей жизнь, она ударилась головой, когда упала на пол, но с ней все в порядке»

Гарри чуть не заплакал от радости, когда целительница наложила реанимацию, а Гермиона открыла глаза: «Я думала, что потеряла тебя, любовь моя, ты мой мир, и он просто остановился!»

Она притянула его к себе и нежно поцеловала: «Ты изменил мой мир поцелуем, так что теперь ты останешеся со мной, Поттер!»

Заплаканный Гарри сказал: «Лучшее, что я когда-либо делал, миссис Поттер

Поппи прервала сцену, поскольку они все еще были в большом зале: «Вы будете болеть около часа, но пока ваш метаболизм не придет в норму, я не хочу давать вам никаких зелий»

Когда Гарри помог ей встать, Гермиона ответила: «Поттер веди себя нормально, что, черт возьми, случилось?»

Они оглянулись и увидели трех плачущих рыжеволосых людей, стоящих на коленях возле тела. Ситуация постепенно прояснилась, когда они держа друг за друга, шли к своему бывшему другу.

Они опустились на колени и плакали вместе с Уизли: «Извините, ребята, я только что увидел, как проклятие поразило Гермиону, и отреагировал, я знал, что поймал того, кто применил проклятие, но не знал, кто или что произошло, почему он это сделал?» воскликнул Гарри

Фред ответил: «Он сказал передать маме, что сожалеет, что подвёл семью, но мы понятия не имеем, что он имел в виду».

Гермиона крепко обнимала Гарри, пока они рыдали: «О, Рон, ты, глупый, глупый ублюдок

Если вы знаете, почему он пытался убить Гермиону, нам нужно это знать», — сказала рыдающая Джинни.

Сначала нам нужно поговорить со всеми, а потом мы расскажем тебе все, что знаем, обещаю», — сказал все еще плачущий Гарри.

Флитвик увел Уизли; Поппи отвезла тело Рона в лазарет, пока Гарри и Гермиона пытались прийти в себя.

Гарри заговорил: — Добби, не мог бы ты привести Сириуса, Ремуса и Грейнджеров и отвезти их туда, где находятся Уизли, мы скоро приедем. Скажи Сириусу, что нам нужно Омут памяти.

Затем он повернулся к Винки и голосом, который ясно разнесся по всему большому залу: «Винки, оставайся рядом с Гермионой, и если ты хотя бы подозреваешь, что кто-то потянется за палочкой, оглуши его».

Мысли Гермионы прозвучали громко и ясно: «Я могу позаботиться о себе, Гарри!»

Я знаю любовь, но профилактика лучше лечения. Взгляните на Винки, она меня пугает !»

Винки действительно выглядела свирепой, когда она осматривала зал, почти заставляя кого-нибудь пошевелиться, пока трио направлялось к подиуму.

На трибуну поднялся очень мрачный Гарри и начал говорить: «Хогвартс подвели поколения ведьм и волшебников, поэтому без сожаления сообщаю вам, что Хогвартс закроет свои двери в понедельник».

Был шум

Гарри поднял руки, и все очень быстро стихло: «Поскольку лорд и леди Гриффиндор, моя жена и я владеем Хогвартсом, так что то, что здесь происходит, в наших руках! Новый Хогвартс откроется в январе, но для его посещения потребуется совершенно новый подход! Независимо от того, за каким столом вы сидите, будь то маг первого или двадцать первого поколения, все будут относиться ко всем одинаково ».

Гарри продолжил: «Волан-де-Морт мертв, его пожиратели смерти мертвы, включая министра магии, а Дамблдор находится в тюрьме за преступления, совершенные ради так называемого высшего блага. Однокурсник только что врезался в стену, пытаясь убить мою жену, шахматист оказался пешкой в ​​чужой игре, и еще одна молодая жизнь осталась нереализованной

У Гарри бесстыдно текли слезы, когда плачущая Гермиона присоединилась к нему на подиуме, обняв его за талию, предлагая поддержку.

Он продолжил: «Теперь другой мир, январь принесет другой год, и Хогвартс будет другой школой, новыми зданиями, персоналом и курсами. Если вы хотите стать частью этого, пожалуйста, проявите правильное отношение в первый день семестра». если нет, то мы желаем вам удачи в ваших альтернативных договоренностях».

Небольшое предупреждение всем, кто возвращается с намерением нарушить порядок, имейте в виду, что будет действовать политика абсолютной нетерпимости: если вы незаконно нанесете проклятие на кого-то, вам будет предъявлено обвинение, больше никаких потерь очков или чистки туалетов».

Гарри теперь лучше контролировал свои эмоции: «Чашка трех волшебников должна была способствовать развитию межшкольных отношений, мы говорим: мусор и его царапины»

Теперь Гермиона успокоила толпу, взяв на себя управление: «В новом соревновании будут участвовать команды из трех человек, которые будут соревноваться за общий приз в три тысячи галеонов, и оно будет открыто для всех возрастов! Во всех командах должно быть по одному ученику из каждой школы и команде, которая победит. будут Флер, Виктор и Седрик с заданиями, поставленными двумя самыми коварными людьми, которых мы знаем. Поговорите с учениками из других школ, сформируйте свои команды и назовите имена профессору Флитвику.

Гарри продолжил, не упуская ни секунды: «Студенты, оставшиеся на Рождество, будут размещены в альтернативном жилье, а место проведения Святочного бала будет держаться в секрете, поэтому, если вы будете там присутствовать, убедитесь, что директриса МакГонагалл знает, куда послать временный портключ».

Ты не соревнуешься, Гарри? спросил Седрик, это открыло шлюзы

«Ты действительно замужем?»

«Как ты убил того, имя кого нельзя называть?»

— Ты использовал темную магию?

«Успокойся, и мы ответим на большинство твоих вопросов. Да, мы женаты, нет, я не могу соревноваться, поскольку мы покинули Хогвартс, и вот заклинание, которое прикончило Волдеморта!»

Они оба думали о том, чтобы проснуться вместе в постели, когда золотой олень и лань ворвутся в зал, еще больше и ярче, чем раньше.

Волан-де-Морт был создан из темной магии и ненависти! Наш патронус, как вы можете видеть, представляет собой чисто светлую магию и питается любовью, чистым ядом для него».

Минерва взяла на себя заботу о том, чтобы все теперь были в курсе всех приготовлений, что заставило Гарри задуматься, как быстро о Роне забыли, очевидно, турнир был важнее.

Они присоединились к группе в классе Минервы, и Гермиона закрыла дверь с легчайшим прикосновением дежавю, когда все заняли места.

Гарри сказал: «Нет простого способа сказать это: оба твоих родителя были арестованы по очень серьезным обвинениям, и вот воспоминания об их испытаниях».

Они смотрели суд над Артуром, и Джинни взорвалась! "Продаются как кусок мяса, ублюдки, подождите, пока я им палочку не достану" указанную палочку пришлось отобрать у нее.

Когда разыгрался суд над Молли, Джинни сломалась, боль намного перевесила даже ее гнев, она была безутешна, и только Гарри получил от нее какой-либо ответ, когда он протянул руки, она полетела к ним, уткнувшись головой ему в грудь и обхватив руками, цепляясь за нее. туго, когда она рыдала.

Гермиона посмотрела на плачущих близнецов: «Ненавижу спрашивать, ребята, но нам действительно нужно знать ответ».

Близнецы подняли свои палочки и одновременно поклялись на магии, что не знают ни о каких заговорах или финансировании.

Джинни жестом попросила палочку сделать то же самое, но не могла говорить, так как сильно плакала.

Гарри сел, посадив крошечную рыжую девочку к себе на колени, а она отказывалась отпускать его: «Джинни, твоего слова всегда будет достаточно для нас».

Между рыданиями ей удавалось произносить «не знаю», что превратилось в мантру, которую она повторяла снова и снова.

Гарри крепко держал ее, а Гермиона стояла, обняв мужа, чувствуя его облегчение от полученных ответов.

Гермиона объяснила влияние уз на контракт и их разговор со старшим братом.

Гарри сказал: «Ребята, ваши взносы оплачены до лета, а к тому времени, когда вы достигнете совершеннолетия, вы сможете вернуться сюда в сентябре или открыть свой бизнес при нашей поддержке, у вас есть выбор, о Джинни позаботятся, и нам очень жаль Рона». Это заставило Гарри начать рыдать, поскольку обе девушки крепко обнимали его.

Сириус попытался обратиться к нему: «Гарри, это не твоя вина, ему сказали разделить вас на пары, и, должно быть, он запаниковал, когда вы оба прошли мимо, у тебя еще не было времени приспособиться к дополнительной силе, поэтому любой, кто нападает на Гермиону всегда будет в серьезной беде».

«Дело не только в том, что Сириус, я говорю всем, что делать, когда я едва знаю себя, мои решения могут привести к гибели людей. Невинные люди сейчас проходят через ад из-за моих приказов. Я пытаюсь вести их по другому пути. путь, но такими же были Дамблдор и Волан-де-Морт! Где линия от меня до них и как я узнаю, перейду ли я ее?»

Голос послышался от крошечного рыжего, сидящего у него на коленях: «Ты узнаешь, потому что Гермиона даст тебе пощечину, и я надеру тебе задницу, Поттер! Мои родители ограбили тебя, пытались изнасиловать и убить, но ты все еще здесь, заботясь о мы, ты думаешь, Том или другой придурок так бы поступили? Интересно, как долго бы я прожил после твоего ухода? Дамблдор хотел полностью контролировать ребенка, и маленькая скорбящая Джинни попала бы в несчастный случай, как и ты!»

Это заставило всех в комнате задуматься, и все молча согласились с скорбящей рыжей.

Моя манипулятивная мать была либо слишком ослеплена собственной жадностью, чтобы увидеть, что задумал Дамблдор, либо она знала и не обращала внимания на свою дорогую дочь. Учитывая, что она собиралась напоить меня снадобьями и забеременеть к пятнадцати годам, мои деньги были бы будь на последнем».

Эта мысль снова разозлила Джинни, она цеплялась за Гарри как за единственную константу в своей жизни. Теперь она подвергла сомнению все, во что когда-либо верила, кроме Гарри Поттера! Он всегда был рядом с ней, сражался за нее с василиском и ценил честность превыше всего.

Теперь он был женат на ее лучшей подруге, но оба по-прежнему хотели, чтобы она была в их жизни, и для нее этого было достаточно.

Гермиона поговорила с Винки, а затем представила Фреда и Джорджа Бродяге и Муни.

Наблюдая за тем, как близнецы болтают со своими до сих пор, неизвестные герои немного облегчили горе в комнате. Гермиона думала, что «жизнь продолжается» — одно из самых вредных, но в то же время и самое правдивое высказывание на английском языке.

МакГонагалл связалась с Биллом, чтобы объяснить, что произошло, и утром он будет в Хогвартсе.

Джинни перешла на всхлипывание, но все еще цеплялась за Гарри, как будто от этого зависела ее жизнь. Гермиона заключила их обоих в объятия, а Винки перенес троицу прямо в главную спальню в апартаментах Гриффиндора, а затем ушел.

Джинни в шоке огляделась: «Где мы?»

Гермиона ответила: «Это наша спальня в замке, ты останешься с нами сегодня вечером, Джинни, это был действительно плохой день для всех нас, и никто сегодня не спит один», она повела еще более потрясенную Джинни в ванную, чтобы готовьтесь ко сну, разговаривая с Гарри через связь

«Она только что фактически потеряла обоих родителей и Рона, либо это, либо зелье для сна без сновидений в лазарете, Джинни должен держать на руках кто-то, кто заботится о ней, и это ты, мой дорогой муж»

Гарри ответил : «Ты уверена, любимая

Гарри, Джинни — тринадцатилетняя девочка, чья жизнь только что оборвалась!» Ей до сих пор время от времени снятся кошмары из-за дневника, и сейчас она доверяет нам с тобой больше, чем кому-либо еще, кого она знает. Ей нужно чувствовать себя желанной, потому что она не кусок мяса на аукционе».

Девочки вернулись в спальню, и Джинни была одета в пижаму Гермионы, а на ней была футболка Гриффиндора для квиддича с Поттером на спине.

Как уместно, миссис Поттер», — пошутил Гарри, уходя переодеваться спать.

Когда он вернулся, оба уже лежали в постели и ждали, а в центре осталось место, очевидно, для него.

Он забрался в постель, и обе девочки тут же крепко прижались к Гарри, а когда события дня настигли их, они начали тихо плакать.

Гарри дал им несколько минут, прежде чем сказать: «Просто мне повезло, в моей постели лежат две красивые женщины, и они обе начинают плакать, этого достаточно, чтобы у парня комплекс!»

За этот комментарий Гарри получил удар по ребрам и пощечину, но плач прекратился, и теперь можно было услышать случайное хихиканье.

Теперь эти прекрасные ведьмы смеются надо мной, о горе!» — пошутил Гарри, который не получил ударов, но обе девушки расслабились, используя его вместо подушки.

Через несколько минут Джинни спросила: «Гарри, что ты с ними сделал?»

Так сказал ей Гарри.

. Эмма Грейнджер не знала, что и думать, она видела, как молодая рыжеволосая женщина прижалась к Гарри, и теперь она, очевидно, была в их спальне. Она была еще больше озадачена буйным смехом, который внезапно раздался из хозяйской спальни. слова с дочерью утром.

Сознание Маркуса Флинта пошатнулось, цепочка событий началась с взрыва окон в большом зале, затем в течение дня продолжали прилетать совы с сообщениями о возвращении домой, и на самом деле за ним пришла МакГонагалл, когда Снейп лежал без сознания в лазарете.

Его отец так и не пришел в сознание, и он с уважением ждал 24 часа, когда прибыли гоблины и арестовали всю его семью. Его мать и сестру увели, пока его перебрасывали на остров Азкабан, и теперь он оказался в крошечной, холодной и сырой камере с каменная скамейка была единственной мебелью, и он чувствовал рядом дементора.

Для начала тот, кто сделал это с ним, собирался поплатиться жизнью.

Путь Блеза Забини к своей камере в Азкабане повторял путь всех остальных, но его мысли были заняты защитой своей семьи.

.

Его отец присоединился к Пожирателям смерти по необходимости, а не из чистокровных убеждений.

Как последний мужчина Забини, его обязанностью было сохранить имя и наследие, но гораздо больше он беспокоился о своей матери и трех сестрах, которых увезли.

Как последний мужчина Забини, его обязанностью было сохранить имя и наследие, но гораздо больше он беспокоился о своей матери и трех сестрах, которых увезли.

Когда дементор приблизился к камере, Блейз начал вновь переживать свой самый большой страх, беспомощно стоя в то время, как его мать и сестры подвергаются нападению. Он поклялся, что этого не произойдет.

Теодор Нотт, как и Блейз, предполагал, что это должен быть кто-то могущественный, чтобы осуществить это, но в отличие от Блейза его заботой было сблизиться с этим человеком и либо поделиться, либо предпочтительно забрать его или ее силу. Он будет ждать своего часа

Винсенту Крэббу, как и его другу Грегу Гойлу, не хватало воображения, помимо прочего, чтобы быть кем-то иным, кроме последователя.

В этот самый момент ему некому было говорить, что делать или думать, поэтому он лег на каменную скамейку и попытался заснуть.

Три ячейки вдоль Грегори Гойла сделали то же самое.

Панси Паркинсон, после того как ее разлучили с матерью и младшей сестрой, провели в довольно роскошный номер, она серьезно волновалась

Когда девушку фактически держали в плену в таких комнатах, это не сулило ничего хорошего ее добродетели. Несмотря на постоянное давление со стороны Драко, она сопротивлялась его физическим нападкам, но теперь казалось, что у ее нового лорда были другие планы.

Панси услышала, как за ее спиной открылась дверь, и, в ужасе высоко подняв голову, повернулась лицом к судьбе, Нарциссе Малфой!

Панси стояла ошеломленная, когда дверь заперлась за матриархом Малфоев, и Нарциссе потребовалось два произнесенных слова, чтобы положить конец противостоянию: «Драко мертв

Эти слова вывели Панси из ступора, когда она споткнулась и удержала обычно отстраненную женщину, пока они оба оплакивали одну, потерянную в столь молодом возрасте.

Гарри проснулся от смеси рыжих и каштановых волос на лице, когда обе девушки положили головы ему на грудь и тихо говорили о своем любимом мужчине.

Доброе утро, любимый», — сказала Гермиона, поцеловав мужа. «Я иду в душ», вставая и оставляя испуганного Гарри в постели с Джинни

Джинни хочет кое-что у тебя спросить, просто скажи «да», — сказала Гермиона.

Джинни все еще обнимала Гарри, когда она начала говорить: «Гермиона рассказала мне, как ты изменил ее жизнь с помощью поцелуя, и мне действительно нужно, чтобы моя жизнь изменилась, так что не могли бы вы поцеловать меня? Я знаю, что моя мечта стать миссис Джинни Поттер недоступна. больше, но я все еще хочу быть частью твоей жизни, я спала прошлой ночью, потому что я никогда не чувствовала себя в большей безопасности и более любимой. Мне бы хотелось поцелуя, чтобы я могла продолжать свою жизнь, не задаваясь вопросом, что, если бы Гарри поцеловал меня, я Мне нужно знать. Пожалуйста, Гарри».

Гарри обеими руками обнимал Джинни в постели, пока его жена принимала душ! Это доводило фразу «Поттеры ненормальные» до крайности.

Джинни, я дам тебе выбор, позиция миссис Поттер уже занята, но для мисс Поттер есть вакансия, так что ты можешь присоединиться к нашей семье или поцеловаться!»

«Ты бы сделал это для меня? Ты можешь это сделать?» спросила изумленная Джинни

Я когда-нибудь подводил тебя, Джинни? — тихо сказал Гарри

Джинни взвизгнула от волнения, схватила лицо Гарри и тщательно его поцеловала.

«Значит, ты не хочешь быть частью моей семьи, это разочаровывает, но я понимаю», — сказал Гарри, когда Джинни закончила его целовать.

В панике Джинни внезапно поняла, что она сделала: «О нет, Гарри, я так этого хочу, я просто люблю вас, ребята, и увлеклась, пожалуйста, Гарри, я не...» Гарри больше не мог сдерживать смех и за издевательства получил по голове.

— Поттер, придурок, я думал, что серьезно напортачил! — сказала уже улыбающаяся Джинни, которая поцеловала его в голову там, где только что ударила, а затем уткнулась головой ему в грудь.

Могу ли я вернуть мужа, пожалуйста?" — сказала улыбающаяся Гермиона, входя в спальню.

Я оставила тебе кое-что, Джин, так как у нас впереди напряженный день, нам нужно купить тебе платье подружки невесты на субботу!»

Джинни просто посмотрела на Гарри, который кивнул, вызвав еще одну комбинацию визга, поцелуя и объятий, прежде чем вскочила с кровати и повторила представление с Гермионой, а затем скользнула в ванную.

Гермиона наклонилась и нежно поцеловала мужа: «Ты хороший человек, Гарри Поттер»

Вы знаете, что это только вопрос времени, когда Пророк заполучит это, и Джинни будет поноситься всем магическим сообществом! Таким образом, мы сможем защитить ее, возможно, нам придется полностью усыновить ее, чтобы полностью защитить ее, но выражение ее лица это было бесценно! Я поговорю с Биллом сегодня утром, и когда вы пойдете по магазинам, купите ей новый гардероб, и все, что вы, дамы, купите, я одобряю! Вы не знаете, приглашал ли ее кто-нибудь на бал?

Джинни сказала мне сегодня утром, что Невилл пригласил ее, и она писала домой, чтобы попросить платье»

Можете ли вы с Эммой подарить ей что-нибудь сегодня? Эти карты Гринготтса обладают маггловскими и магическими свойствами, просто, пожалуйста, будьте осторожны и кричите о помощи через связь, если она вам понадобится

Гермиона снова поцеловала его, когда вошла Джинни. «Так что не только у меня возникает привыкание к поцелуям с Гарри», — пошутила она.

«Нет, я не думаю, что когда-нибудь насытусь им», — шутливо вздохнула Гермиона.

Как будто моя жизнь была недостаточно плоха, если в ней была одна женщина!» заработал Гарри несколько игривых поглаживаний и поцелуев, пока он направлялся к ожидающему душу: «Вы двое, идите вперед, а я присоединюсь к вам на завтрак»

Джинни и Гермиона сели завтракать, и на них тут же набросилась ледяная Эмма Грейнджер: «Что могу я спросить, что было причиной всего смеха, доносившегося из вашей спальни вчера вечером?»

Джинни ответила: «Я спросила Гарри, что он сделал с моей бывшей матерью, и он рассказал мне», она ошиблась в озадаченных взглядах, поэтому продолжила: «Гарри и Гермиона попросили меня стать частью их семьи, поэтому я собираюсь стать Поттером».

."

— И поэтому ты смеялся? — спросил озадаченный Сириус, сидя рядом с таким же смущенным Ремусом, который присоединился к ним на завтрак.

нет, это ее наказание заставило меня рассмеяться, это было так уместно», — Джинни теперь поняла, что никто из них не знал, поэтому приступила к объяснению.

Гарри зашел к своей семье, которая завтракала, и обнаружил полный хаос: повсюду разбросаны кусочки еды, и они глупо смеялись.

Альбус никогда не осознавал, что у гоблинов есть чувство юмора, но доказательства висели на стене прямо перед ним. В рамке, которая представляла собой жуткую копию той, на которой держал его Орден Мерлина первой степени, была его последняя награда.

Лучший сотрудник Гринготтса

Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор

Должность

Гринготтс Драконье дерьмо Лопатка

Это было в его волосах, в его бороде, и его прекрасная одежда была испорчена! Альбус никогда не считал провидение одним из своих многочисленных талантов, но был вынужден признать, что его предчувствие, сделанное на днях, было необычайно точным! Он буквально был в дерьме, распихивая его по мешкам с надписью «Хогвартс». Он надеялся, что маленькие ублюдки упали и задохнулись!

Визгливый голос пожаловался гоблинскому охраннику "как он получает сертификат? Мой Вернон перелопатил столько же дерьма, сколько и он! Дискриминация, вот что это, просто потому что мой муж нормальный, ты отдаешь сертификат уроду с бородой. "

«Меньше разговоров, больше лопаты,

женщина», — ответил охранник, — «почему вы не можете научиться работать спокойно, как ваш муж?»

Он не мог ничего сказать с тех пор, как жена Гарри что-то с ним сделала»

Не упоминай эту суку в моем присутствии» кричала Молли Уизли.

Мне она показалась очень милой девушкой», — сказала Петуния, получившая за свои комментарии лопату драконьего дерьма в лицо

Возмездие было неизбежным, сопротивление бесполезно, и вскоре даже сертификат Дамблдора был закрыт, в то время как охранники-гоблины стояли вне зоны досягаемости, глупо смеясь и тянули жребий, чтобы определить, кто получит удовольствие сообщить им, что в тюремном блоке нет душа.

Гарри встретился с Биллом, который от имени семьи Уизли извинился за покушение на Гермиону. Он видел воспоминания Минервы и знал, что Гарри действовал исключительно инстинктивно, как и Винки, которая, вероятно, спасла жизнь Гермионе.

Затем Гарри заговорил о том, почему Джинни стала частью его семьи, и о причинах, по которым он это сделал. Он также отметил, что ни он, ни Чарли не в состоянии присматривать за ней, а холостяцкая квартирка Перси не совсем подходит для воспитания девочки-подростка.

Единственной заботой Билла было счастье Джинни, поэтому Гарри спросил Гермиону через их связь, могут ли обе девочки появиться.

Винки принесла их, и Джинни тут же побежала к своему старшему брату, чьи объятия включали в себя разворот на 360 градусов, от чего Джинни визжала от восторга.

В конце концов Билл посадил Джинни и спросил, как у нее дела.

Ответ Джинни: «На удивление хорошо, благодаря этим двоим» развеял большую часть его сомнений. «Прошлой ночью я осталась в их апартаментах, и в субботу меня попросили стать подружкой невесты у Гермионы. Невилл Лонгботтом пригласил меня на Святочный бал, и сегодня мы с миссис Грейнджер идем за платьями».

Билл тихо проговорил: «Гарри спросил, хочешь ли ты стать Поттером, мне нужно знать, чего ты хочешь».

«Билл, ты видел, что она пыталась сделать со мной и Гарри, но эти двое все еще хотят, чтобы маленькая Джинни Уизли была в их жизни. Как я мог этого не хотеть? Египет — это ты, Билл, точно так же, как Чарли не мог оставить своих драконов. Перси, пожалуйста! Даже не упоминай о близнецах! Мое ​​сердце и голова говорят, что это мой лучший вариант, Билл, и я определенно потеряю свое второе имя».

Билл улыбнулся, затем посмотрел на Гарри: «Я должен спросить, какая у тебя причина это делать?»

Мы с Гермионой теперь два чрезвычайно могущественных пользователя магии, и мы пытаемся изменить наш мир к лучшему. Было бы так легко потерять связь с вещами, которые действительно важны, как это сделал Дамблдор, Джинни надерет нам задницы, прежде чем это произойдет. и всегда говорите правду, а не то, что, по ее мнению, мы хотим услышать. Она подружка невесты Гермионы в субботу, будет крестной матерью наших детей и частью нашей жизни, пока она захочет. Короче говоря, Билл, мы любим твою сестру».

«То, что я меняю фамилию, не мешает мне быть твоей сестрой, Билл, у меня появляются новые отношения, но я могу сохранить и тех, кого хочу, даже Перси!»

«Как я могу отказать этому! Будучи Поттером, у тебя будет больше возможностей, и человеку, который сражался с шестидесятифутовым василиском, чтобы спасти твою жизнь, наверняка можно доверить заботу о тебе».

«Спасибо, Билл, я начну оформлять документы сегодня, но при согласии всех сторон это должно стать формальностью», — сказал Гарри. Затем он позвонил Добби, чтобы рассказать об особом поручении, которое он выполнял.

Появился Добби с бархатной шкатулкой для драгоценностей. «Мы с Грипхуком прошлись по хранилищам и нашли вот это». В шкатулке была подборка украшенных драгоценными камнями ожерелий и колец.

Добби пошел за Эммой и Винки, в то время как Гарри надел на Гермиону бриллиантовое ожерелье и попытался подарить Джинни изумрудный кулон, но она возразила, что это слишком, поэтому Гарри попросил Билла отсканировать его.

Билл тихо присвистнул: «Защитные чары на них — лучшие, которые я когда-либо видел, они стоят целое состояние!»

«Да, но то, что защищается, бесценно», — он надел ожерелье на шею покрасневшей Джинни.

Эмма и Винки при появлении получили ожерелья, и девушки пообещали никогда их не снимать.

Гарри поцеловал Гермиону, и, прошептав «будь осторожна», четыре женщины отправились делать то, что у них получается лучше всего, — шопинг!

Он вошел в гостиную Гриффиндора и был засыпан вопросами, в основном от девочек, но динамичный рыжеволосый дуэт бросился к нему на помощь и выступил в качестве телохранителей, пока он вошел в общежитие мальчиков, чтобы найти Невилла.

Гарри попросил Невилла быть шафером на его свадьбе в субботу, он быстро согласился, хотя его ответ был застенчивым и отрицательным, когда были упомянуты танцевальные способности. Короткое слово через связь и уроки были организованы благодаря Дэну и Эмме.

Когда зашла речь о Джинни, Невилл заверил его, что они пойдут на бал как друзья, что порадовало Гарри, когда он объяснил Невиллу Джинни Поттер, чувствуя, что ему нужно это знать. «Она замечательная девушка, которой понадобятся друзья, и вы всегда будете желанными гостями в Поттерс-Невилле»

Затем Гарри отвел близнецов в сторону, чтобы быстро поболтать и объяснить им, что такое Джинни; он также хотел поговорить с ними о карьере. Он изложил свои планы относительно новой маггловской пристройки, в которой будет полностью функционирующая квартира, несколько магазинов и мини-театр/кинотеатр. Все маггловские устройства будут работать, а Интернет и мобильные телефоны будут доступны для использования.

Гарри пытался продать им свою идею: «Рядом с учебными помещениями будут частные мастерские, где я хочу, чтобы эти устройства были разобраны и произведены магические эквиваленты или гибриды. Я хотел бы, чтобы вы, ребята, приняли в этом участие, и все, что вы узнаете, только поможет магазину шуток».

Фред и Джордж не поняли всего, что сказал Гарри, но предложение разобрать вещи было достаточным стимулом для их участия.

Гарри и Добби вернулись в апартаменты, где ждал Дэн. — Ты готов к сегодняшнему дню, Гарри?

«Нет, но это необходимо сделать, мы с Гермионой подумали об этом и довольно хорошо представляем, что произойдет, хотя все может очень быстро пойти совсем не так. Сможешь ли ты найти место для своей практики?»

Гарри, наша практика — это наша жизнь, а не ваша жизнь. На самом деле мы откладывали деньги на обучение Гермионы в университете, на свадьбу и помогали ей получить квартиру или что-то в этом роде! Вы, ребята, как бы исключили это, чтобы мы с Эммой могли продать практику и живем вполне комфортно, думаешь, они за нами придут?» спросил Дэн

Гарри с мрачным лицом ответил: «Некоторые из этих людей не смирятся с этим, глупцы набросятся прямо на нас, и мы с этим разберемся, те, кто сидит в тихих комнатах и ​​планирует, как причинить нам боль, не разоблачая». их причастность — это люди, о которых мы беспокоимся, вы и Эмма — главные цели, потому что вы магглы и не можете дать отпор, учитывая тот ущерб, который это может нанести Гермионе и мне. Когда что-то предпринимается в первый раз, наш ответ придется быть жестоким, чтобы обескуражить других. Мы должны сделать выбор нашего пути намного более привлекательным, чем альтернативный».

«Дэн, эти кольца дают владельцу некоторую защиту от нападения, не мог бы ты выбрать одно и надеть его. Это может спасти тебе жизнь!»

Дэн выбрал кольцо с фамильным гербом Поттеров, и оно изменило размер под его палец.

«Спасибо, Дэн, у всех девушек есть ожерелья, которые выполняют одну и ту же функцию, и Добби выберет кольцо после того, как отвезет меня в Гринготтс. Он заберет тебя и останется с тобой сегодня; любая проблема, и ты уйдешь оттуда». ! Мы пока ничего не ожидаем, но не будем рисковать"

Когда Гарри прибыл в Гринготтс, его встретили Крюкохват и Рагнок и сообщили, что все прошло по плану. Всех только что перевели в большой конференц-зал банка.

Гарри был одет в свои доспехи и плащ и боялся того, что, как он знал, ему придется сделать, чтобы осуществить это. Идя по коридору, он знал, что, если все будет сделано правильно, начнутся те изменения, которых они хотели, в этом нет необходимости. Стоя перед массивными двойными дверями, он прошептал себе: «Время шоу».

Блез был рад видеть свою мать и сестер потрясенными, но совершенно невредимыми. Тот, кто это сделал, должно быть, имел в виду свою точку зрения, и, по его мнению, это было довольно хорошо, поскольку все были напуганы, но никакого вреда не было причинено. Двери распахнулись, и в комнату вошла фигура, одетая в черное и в крутейшем плаще.

«ПОТТЕР!» — закричал Маркус Флинт, не делая никаких усилий, чтобы скрыть свою ярость или презрение. — Если ты думаешь, что я приму маленького полукровного придурка вроде тебя в качестве главы факультета, то ты еще безумнее, чем этот старый придурок Дамблдор!

«Поскольку ты глава факультета, я мог бы убить тебя там, где ты стоишь, Маркус», — ответил Гарри почти скучающим голосом.

«Не говори мне об этом дерьме, у тебя нет на это смелости, мальчик», — кричал Флинт, надеясь спровоцировать Гарри на драку, он знал, что его гриффиндорская честная игра не позволит его просто убить.

«Похоже, что ты хочешь бросить вызов моему авторитету, и я не могу этого допустить, поэтому мы сразимся здесь и сейчас», — в голосе Гарри не было никаких эмоций.

Маркус был в восторге; он не мог поверить, как легко было заставить этого дурака драться. «Я выбираю клинки, палочки недопустимы», — сказал чрезвычайно уверенный в себе слизеринец.

Гарри просто кивнул и снял плащ, передав его Грипхуку. Среди собравшихся женщин кто-то ахнул, а Миллисент Булстроуд почти пускала слюни — это был не тощий коротышка Поттер, к которому они привыкли, это был хорошо развитый молодой человек в обтягивающих доспехах. Миллисент решила, что может потребовать от нее свои права в любое время.

Гоблин-охранник предложил свой клинок Маркусу Флинту, который принял его и несколькими тренировочными ударами кивнул, признавая прекрасное оружие.

Рагнок предложил Гарри свой великолепный клинок, но Гарри почтительно отклонил его щедрое предложение, сказав: «Клинок моего предка, выкованный гоблином, хорошо послужил мне в прошлом и сослужит мне еще раз здесь сегодня».

Гарри повернулся к Флинту, протянул руку, и в его руке появился меч Годрика Гриффиндора.

В зале царило абсолютное недоверие, и не в последнюю очередь гоблины, которые слышали только истории об этом легендарном клинке. Маркус планировал брать Поттера по частям, прежде чем медленно убивать его, теперь его цель заключалась в том, чтобы закончить эту дуэль как можно быстрее.

Оба дуэлянта поклонились друг другу, прежде чем Флинт направил клинок в шею Гарри со всей скоростью и силой, на которые был способен. Удар обезглавил бы Гарри, если бы он попал в цель, но, к счастью, гриффиндорский меч преградил путь лезвия, что привело к разрушительным последствиям.

Лезвие Флинта не просто сломалось, оно разбилось, оставив часть в его руке как самый большой кусок. Пока он размышлял над этим, навершие меча Гарри ударило его в рот, когда он отшатнулся назад, выкованное гоблином лезвие прошло через его правое плечо и вонзилось в стену позади, оставив его прижатым, как жука в банке с образцами.

Гарри оторвал клинок Годрика от стены, и волшебник замер в ожидании.

Гоблин-охранник, отдавший волшебнику клинок, не мог в это поверить. Его заветный меч, доставшийся ему от отца, пропал, а у труса не хватило приличия хотя бы умереть с честью! Он стоял наготове с запасным мечом в руке; прекрасное лезвие, но оно не имело привкуса крови.

Волшебник достал палочку: «Клянусь отомстить! Авада…»

Гоблин-охранник подумал, что его запасное лезвие действительно было прекрасным, когда вторая голова волшебника покатилась по полу Гринготтса за столько же дней.

Гарри был в ярости из-за глупой траты жизни, но присутствовавшие ведьмы и волшебники не знали, поэтому он был зол, когда стоял там в своих обтягивающих доспехах, забрызганных кровью Флинта с исходящей от него силой, он был довольно внушительным фигура.

«Вы, глупые ублюдки! Время для нескольких домашних истин, вы мои! По праву завоевания, потому что вы бывший глава дома, сделали неправильный выбор. У вас нет денег, имущества или статуса, ничего! Вы мои рабы Делай, что захочу, и твое лечение полностью зависит от тебя. Вчера вечером ты испытал одну альтернативу».

Гарри сделал паузу на несколько секунд, чтобы осознать это, прежде чем подойти и поднять отрубленную голову за волосы: «Ну, вот еще!»

«Ты убил моего сына», — кричала мать Флинта, держа на руках младшую девочку.

«У тебя нет сына и нет дочери, их жизни принадлежат мне, и я могу делать то, что пожелаю». Гарри передал голову гоблину, когда они забрали тело: «Я мог бы изнасиловать каждую девушку и женщину в этой комнате здесь и сейчас, если бы мне это понравилось, разве это еще не дошло? Вы ниже домашних эльфов, некоторые из ты так любил ругать»

«Моя дочь обручена, ее нельзя трогать», — кричала мать Флинта.

Гарри вздохнул успокаивающе: «Все брачные контракты, касающиеся кого-либо из моего дома, настоящим объявляются недействительными».

В комнате было более шестидесяти человек; большинство из них женщины, которые только начинали понимать смысл слов Гарри.

«В этих браках нет необходимости, поскольку у вас больше нет родословной, которую нужно защищать. Это решение было принято, когда вы, глава дома, связали свою душу с сумасшедшим-полукровкой Волан-де-Мортом, который хотел править миром». Гарри знал, что ему придется подтолкнуть их сейчас.

У меня нет намерения чем-либо управлять, я хочу, чтобы волшебный мир был обществом равных прав, где с каждым магическим существом обращаются одинаково, и прежде чем кто-либо здесь начнет выкрикивать оскорбления, помните, что согласно старым законам, которые вы поддерживали, рабы не имеют никаких прав». он надеялся, что они действительно слушают

«Мисс Флинт, подойдите сюда, пожалуйста»

«Держи руки подальше от нее, ублюдок», — кричала ее мать, с которой Гарри решил, что ему придется разобраться в первую очередь.

«Миссис Флинт, Винки сообщила мне, что эльфы, о которых вы заботитесь, относятся к числу самых жестоких издевательств, которых она когда-либо видела»

«Они домашние эльфы!» она заявила так, как будто это объясняло ситуацию

«А ты рабыня», — сказал Гарри, ударив ее проклятием, заставив ее закричать от боли.

«Если ты решишь придерживаться старых обычаев, то я, конечно, уважу твое желание и буду относиться к тебе соответственно! Ты будешь работать домашним эльфом в течение недели, чтобы заменить услуги, которых мне стоило твое плохое обращение, забери ее, пожалуйста. "

Ее все еще трясло от воздействия заклинания, пока ее вывели из комнаты. Гарри жестом пригласил девушку присоединиться к нему и спросил ее имя и возраст.

«Меня зовут Анджела Флинт, и мне четырнадцать», — ответила она со слезами, текущими по ее щекам.

«Мне искренне жаль твоего брата, я сделал все, что в моих силах, чтобы сохранить ему жизнь, но он не оставил охраннику выбора. С твоей мамой все будет в порядке, она будет мыть посуду неделю, а потом я» Я поговорю с ней еще раз. На ком ты собирался жениться?»

«Я должна была выйти замуж за знакомого моего отца, бизнес которого он хотел контролировать»

Гарри спросил: «Что ты об этом думаешь?», по ее ошеломленному выражению лица он пришел к выводу, что ее мнение никогда раньше не спрашивали: «Позвольте мне кое-что объяснить вам, как члену моего дома, ваше мнение имеет значение, равенство работает и для женщин! Почему ты не в Хогвартсе? Чем ты хочешь заниматься в жизни? Будучи частью моего дома, у тебя есть выбор».

У Анжелы кружилась голова; ее мнения раньше никогда не спрашивали, у нее, конечно, были мечты, а у кого нет, но осмелилась бы она говорить о них?

Мой отец сказал, что выберет для меня мужа и не будет тратить золото, отправляя меня в Хогвартс, моя мать ничему меня не учила, потому что у моего мужа были домашние эльфы»

«Хотели бы вы поступить в Хогвартс?» — спросил Гарри.

Она огляделась вокруг, словно ища инструкций, прежде чем сказать «да», а все ее лицо осветилось красивой улыбкой.

Гарри почувствовал, как меняется настроение в комнате, поэтому сделал еще один легкий толчок: «Анжела, будет Святочный бал, и, как студентка Хогвартса, ты теперь имеешь право присутствовать на нем. Хочешь пойти?»

Теперь ее улыбка озарила комнату.

«Тогда Анжела, ты пойдешь на бал. Все, что нам сейчас нужно, это подходящий сопровождающий для тебя».

Блейз уделял этому пристальное внимание и без сомнения знал, что Поттер был человеком слова, поэтому его выбор заключался в том, чтобы придерживаться старых обычаев, обрекая свою семью на рабство, или принять новый образ жизни, и его сестрам не придется выходить замуж за стариков. его отец продал их.

Блейз сделал свой выбор, подошел прямо к Гарри и спросил: «Лорд Гриффиндор, могу ли я иметь честь сопровождать мисс Анджелу на бал?»

Гарри казалось, что его эмоции испарились, но это сработало!

«Блейз, меня зовут Гарри, и будь то мяч или муж, это всегда решение женщины в моем доме», эта мысль была настолько чуждой в обществе чистокровных, что они не были уверены, осознавал ли он последствия этого заявления.

«Позвольте мне прояснить это! Ни одной даме в моем доме никогда не будет сказано, за кого выходить замуж, по какой-либо причине. Любой, кто попытается заставить их против их воли, меня крайне разозлит!»

Блейз пригласил Анджелу на бал, и сияющая молодая леди сказала «да».

Гарри попросил Блейза представить свою семью, и три его сестры сразу же подтвердили, что хотели бы поступить в Хогвартс, хотя только Клэр была совершеннолетней, чтобы присутствовать на балу. Меня быстро пригласил Теодор Нотт.

особенной молодой девушкой. Я знаю, что мы начали здесь не с лучших тем, но я хочу Чтобы попросить тебя об одолжении, пожалуйста, зови меня Эммой, а не бабушкой, я пока не готова к тринадцатилетней внучке!»

И Джинни, и Эмма плакали и не заметили рядом с собой Гермиону.

«Ты могла бы просто спросить меня, мама, но нет, тебе пришлось пойти и расстроить Джинни! К твоему сведению, мы оба спали прошлой ночью в объятиях Гарри и будем спать сегодня вечером, учитывая, с чем мы столкнулись, если это каким-то образом нарушает твое чувство порядочности, тогда жесткий!"

Эмма посмотрела на Джинни и сказала: «Кажется, я разозлила твою новую мать, мисс Поттер, но мне все равно, ты не будешь называть меня бабушкой!» это сменило слезы на смех.

Джинни все еще оставалась Джинни, и последнее слово должно было оставаться за ней: «Хорошо, мам, нам лучше пригласить бабушку на чашку чая, ее старые кости не помешают отдохнуть».

Все засмеялись, но по какой-то причине Винки это показалось забавным, и он продолжал хихикать до конца утра.

Из задумчивости Джинни вывел Рагнок, передавший ей небольшую продолговатую карточку, похожую на ту, которую Гермиона использовала для оплаты одежды, с именем Джинни Поттер внизу.

Он также передал два Эмме, которая протестовала, но ей сообщили, что Гарри устроил хранилище для свадебных расходов.

Джинни озадаченно посмотрела на черную карточку: «Извините, но что это?»

Рагнок ответил: «Вы можете использовать эту карту для покупки чего угодно в маггловском или магическом мире. Это избавит вас от необходимости носить с собой мешки галеонов».

Джинни была в шоке: «Мешки? Сколько стоит эта карточка?»

Улыбающийся Рагнок объяснил: «Эта карта ничего не стоит, когда вы ее используете, деньги поступают из хранилищ для оплаты товаров».

Она все еще была в замешательстве: «Но откуда мне знать, могу ли я что-то себе позволить?»

Рагнок теперь смеялся: «Имя Поттер на этой карточке гарантирует, что вы можете позволить себе все, что захотите, вы могли бы купить Хогсмид, если бы Поттеры еще не владели им. Когда вы подпишете бумаги, которые у меня есть, вы присоединитесь к самой богатой семье волшебников. мир"

Джинни смотрела на Эмму с ошеломленным выражением лица, пытаясь осознать этот факт. Большая часть их покупок совершалась в маггловском мире, и Джинни понятия не имела, как это работает. Она думала, что за это платила Гермиона, но теперь она вспомнила, что та же самая карта использовалась для ее бального платья и новых мантий в магазине мадам Малкин.

"Это правда?" она спросила Эмму

«Да», засмеялась Эмма, «Реакция Гарри и Гермионы была очень похожа на твою, когда они узнали об этом».

Рагнок протянул Джинни бумаги на подпись, и она сделала несколько глубоких вдохов, пытаясь взять свои эмоции под контроль, только Гарри смог забыть упомянуть: «О, кстати, Джинни, ты будешь неприлично богата, когда станешь Поттером!» Ну, она делала это не поэтому, так что еще один глубокий вдох, и ее рука перестала трястись настолько, что ее подпись стала разборчивой.

Рагнок забрал его обратно: «Гарри, Билл и министр уже подписали его, так что, когда мы приведем сюда Гермиону, вы официально станете Джинни Поттер! Кстати, миссис Грейнджер, церковь будет готова в четверг, если вы хотите устроить свадебную репетицию. на пятницу"

«Это отличная новость, я хотел бы пригласить вас и Грипхука на церемонию, вы можете сделать эти гламурные вещи?»

Рагнок громко рассмеялся, ему очень понравились эти люди! Он помахал рукой над своим телом и превратился в красивого пожилого джентльмена.

Джинни и Винки не могли поверить в то, что Эмма сказала лидеру гоблинов, и его реакция ошеломила их обоих!

Они оба встали и глубоко поклонились, сказав: «Вы оказываете нашему дому большую честь, сэр».

Эмма выглядела озадаченной, пока Джинни не объяснила на понятном ей языке: «Это то же самое, что пригласить королеву, но потребовать, чтобы она появилась в маскарадном костюме!»

Дерьмо! Думала Эмма,Гермиона взорвётся!

Нарцисса Малфой проснулась в странной обстановке, и ей потребовалось время, чтобы понять, где она находится: спит на диване с Пэнси Паркинсон, свернувшейся калачиком у нее на коленях. Оба до поздней ночи говорили и плакали о ситуации, в которой оказались.

Они оба послушно оставались возле тел своих покойников и не слышали радиопередачу, поэтому никто не знал личности своего нового лорда. Спекуляции становились все более дикими, поскольку оба пытались объяснить затруднительное положение, в котором они сейчас оказались, но сон в конечном итоге преодолел их страхи.

Нарцисса посмотрела на девушку и поняла, почему их господин поместил Пэнси в такую ​​квартиру, кроме нее, теперь это было загадкой. Нарцисса знала, что она все еще привлекательная женщина, благодарные взгляды мужчин, когда она была висела на руке Люциуса, были единственной причиной, по которой ей разрешили покинуть поместье, ее муж любил выставлять напоказ свое имущество, но она не могла конкурировать с этой молодой девушкой. .

Она сидела и размышляла, в какой именно момент ее жизнь превратилась в дерьмо!

Когда она росла, она была счастлива и очень близка со своими сестрами Беллатрисой и Андромедой, но все начало меняться, когда их отец начал переговоры о браке. Белла заключила контракт с Рудольфом Лестрейнджем и послушно подчинилась, в то время как Энди категорически отказался стать орудием переговоров отца. Это закончилось тем, что от нее отреклись от семьи, оставив Нарциссу на продажу Малфоям!

Поначалу все было не так уж плохо, казалось, что всегда было какое-то мероприятие, на которое, конечно, требовалось новое платье, но как только она забеременела, Люциус перевез ее в отдельную квартиру внутри особняка или в шикарную тюрьму, когда она пришла. чтобы позвонить ему. Ее муж больше никогда не вступал в супружеское ложе, родился Драко и в семье Малфоев появился наследник.

Драко в конечном итоге стал самым большим разочарованием в ее жизни! Вначале она возлагала такие большие надежды на своего сына, но влияние его отца постепенно задушило все добро и порядочность, которые были в его теле, оставив после себя оболочку, наполненную высокомерием, ненавистью и ревностью — не было места ни для чего другого.

Когда она снимала кольцо своего отца, резкий взгляд Драко вызвал у нее чувство страха и отвращения, пробежавшее по ее спине, и она знала внутри себя, что, если бы он не был убит, его матери пришлось бы сделать это самой, желательно до того, как он ее изнасиловал!

Волдеморт был еще одним важным фактором, разрушившим ее жизнь; он убил двоюродного брата Регулуса, Сириус был в Азкабане с Беллой, прежде чем сбежать, в то время как Люциус использовал золото, чтобы купить свою свободу, но провел остаток своей жизни в ожидании возвращения своего господина.

Разговоры с Пэнси на протяжении всей ночи были, безусловно, самым большим контактом с другим человеком, который у нее был за многие годы, и, если подвести итоги ее жизни на сегодняшний день, сумма внизу оказалась большим жирным нулем.

Думать, что твоя жизнь окончена, было достаточно плохо, но что делать, если она так и не началась!

Панси зашевелилась на коленях, и Нарцисса не могла не почувствовать, что молодой девушке повезло избежать смерти сына. Люциус, по крайней мере, относился к ней с уважением, в то время как Драко так и не узнал значения этого слова.

Когда Панси проснулась, на столе появился завтрак, и женщины поняли, что кем бы ни был этот новый лорд, по крайней мере, о них позаботятся.

Гарри и Гермиона вошли в кабинет Рагнока и встретились с довольно застенчивой на вид Эммой Грейнджер, объясняющей свое титаническое нарушение этикета.

Гермиона увидела блеск в глазах Рагнока и решила подыграть: «Ну, мама, единственный способ решить эту проблему, не вызвав серьезного дипломатического инцидента, — это пообещать директору Рагноку танец на свадьбе!»

Рагнок не мог вспомнить, когда он так сильно смеялся, что Гермиона начала его снова. Придя в себя, он встал и поклонился: «Для меня будет честью танцевать с любой из присутствующих прекрасных дам, и я хочу танцевать с каждой из вас на Хотя бы раз! Миссис Поттер, мое предложение о работе остается в Сили , любая работа!

Гарри объяснил ситуацию с аврорами, и Джинни тут же вскочила на ноги и потянулась за палочкой, когда пара рук обвила ее тело, крепко прижимая к груди Гарри.

Она почувствовала его дыхание на своей шее, когда он прошептал: «Джинни, теперь ты Поттер, и мы, по крайней мере, пытаемся подумать, прежде чем приступить к действию. Ты собиралась вытащить палочку внутри Гринготтса и в присутствии лидера гоблинов. Даже я не смог бы тебя спасти!»

Любые мысли Джинни о том, как хорошо было находиться в объятиях Гарри, тут же исчезли, поскольку реальность того, что она так чуть не сделала, достигла цели, краска исчезла с ее лица, а сильные руки, обхватившие ее молодое тело, теперь были необходимы, чтобы она могла оставаться в вертикальном положении. . Ей стало плохо!

Гарри все еще шептал ей на ухо: «Все в порядке, Джинни, ты ничего не сделала, я обещал присмотреть за тобой и всегда держу свои обещания».

Затем он обратился ко всем в комнате: «Если вы извините нас, на минутку, мисс Поттер немного плохо себя чувствует», при этом он буквально поднял Джинни на руки и вынес ее из комнаты.

Через секунду после ухода Джинни держалась за Гарри и рыдала: «О, Гарри, мне очень жаль, Поттер меньше пяти минут, а уже смущение! Еще не поздно, Гермиона еще не подписала его, но мы можем остановиться…»

Гарри приложил палец к ее губам, заглушая самообвинения.

«Послушай, Джинни, мы все совершаем ошибки, но важно то, что мы учимся на них. Ты была готова вытащить свою палочку и сразиться с аврорами, чтобы защитить Гермиону и меня. Хотя я восхищаюсь твоей преданностью, я люблю тебя, и я Я хочу увидеть впечатляющую женщину, которой ты становишься! Этого не произойдет, если ты не сможешь контролировать свой характер, потому что это приведет к серьезным неприятностям. Быть Поттером принесет свою долю неприятностей, не создавая лишних проблем!»

Глядя в эти зеленые глаза и видя любовь, которую он явно испытывал к ней, сердце Джинни растаяло.

Когда она облажалась до того, как в результате кричащей спички сотряслись окна норы и продолжалась несколько часов, Гарри спокойно объяснял ситуацию и спрашивал, да, просил ее попытаться контролировать свой гнев.

Как можно было не любить этого человека! «Прости, Гарри, я очень постараюсь измениться ради тебя»

Гарри взял ее лицо в свои руки и поцеловал в лоб. — Джинни, ты меня неправильно поняла, я никогда не хочу, чтобы ты менялась, просто попробуй подумать, прежде чем действовать!

«О, ты имеешь в виду, как сразиться с шестидесятифутовым василиском мечом? Что-то в этом роде, Гарри?» — поддразнила Джинни, за что получила игривый удар по заднице, когда они направились обратно, чтобы присоединиться к компании.

Все они согласились, что когда-нибудь придется столкнуться с Визенгамотом, и быть втянутым туда по вызову какого-то старого пердуна было не первым впечатлением, которое Поттеры хотели произвести.

Винки собиралась забрать Эмму и протестующую Джинни обратно в их апартаменты в Хогвартсе, Гарри пришлось пригрозить Джину переездом в ее общежитие, но поскольку оба знали, что сегодня школа пустеет, прежде чем завтра начнется работа, она поняла, что Гарри хочет, чтобы она была в безопасности, поэтому согласилась. его план.

Винки вернулся с доспехами Гермионы, так как пара надеялась, что у них будет время для последнего дела до прибытия авроров.

Нарцисса и Панси только что закончили обед и начали задаваться вопросом, забыли ли о них, когда в дверь постучали, обе посмотрели друг на друга, прежде чем Нарцисса встала, чтобы ответить. За все часы догадок о паре, стоящей там, даже не было упомянуто!

— Можно войти? — спросил Гарри, когда они вошли в комнату, снимая плащи, прежде чем сесть. — Пожалуйста, извините за одежду, мы ожидаем неприятностей позже.

Обе женщины были в замешательстве, но первой пришла в себя Пэнси. — Поттер, Грейнджер, какого черта вы двое здесь делаете?

Гермиона ответила: «На самом деле, Панси, это лорд и леди Гриффиндор, и мы твой декан!»

«Не могли бы вы рассказать нам, что происходит? Почему умер мой муж и отец Пэнси? Что случилось с Драко и почему нас привезли сюда?» Нарцисса знала, что она бессвязна, но ничего не могла с собой поделать: ей нужны были ответы!

«Миссис Малфой, мы здесь, чтобы ответить на все ваши вопросы, поэтому, пожалуйста, будьте с нами. Мы с Гермионой убили Волдеморта и заявили о своих правах на завоевание. Это также привело к тому, что все его отмеченные пожиратели смерти умерли, и все их имущество перешло к нам».

Нарцисса воспротивилась словам Гарри: «Означает ли это, что мы твои жены?»

Гермиона улыбнулась: «Нет, мы с Гарри связаны душами, поэтому он становится твоим главой дома. Драко пытался наложить смертельное проклятие на гоблина в центре Гринготтса!»

Его мать и подруга не могли в это поверить: должен быть более верный способ убить себя, чем натянуть палочку на гоблина в Гринготтсе, просто его еще никто не нашел.

Гарри продолжил: «Семьи пожирателей смерти провели неприятную ночь в жилье, предназначенном для того, чтобы заставить их задуматься о своем жизненном выборе. Пэнси, ты потеряла отца и парня, в то время как миссис Малфой, твой муж и сестра умерли от их метки, а вспыльчивость Драко стоила ему жизни. Мы чувствовали, что вы оба уже достаточно пострадали».

Мы пытаемся изменить волшебный мир, чтобы положить конец фанатизму в отношении всего и каждого, кто не является чистокровным мужчиной! Как у членов дома Поттеров, у вас есть возможности и выбор в жизни», — сказала Гермиона.

Тот факт, что Гермиона говорила, а Гарри согласно кивал, впечатлил женщин почти так же сильно, как и слова, которые она произнесла.

«Пэнси, мы поговорили с твоей матерью и сестрой, они знают твой сейф. Хогвартс сегодня закрылся на масштабный ремонт и пересмотр учебной программы, но когда он откроется, новые правила запретят издевательства в любой форме со стороны персонала или учеников. Выбор за тобой»

Панси только кивнула Гермионе, соглашаясь, что еще ей оставалось делать!

«Один внизу, еще один», — подумал Гарри, переключив свое внимание на блондинку. «Миссис Малфой, я не знаю о вас ничего, кроме того, что сказал мне Сириус, и его информация немного устарела! Честно говоря, он с большим удовольствием подставляет меня, так почему бы тебе не рассказать нам, чего ты хочешь!»

У Нарциссы была информационная перегрузка, и кто-то спросил ее мнение впервые за многие годы! Она встала и взяла стакан воды, чтобы дать своему мозгу время отряхнуться от десятилетнего сна. Может ли это быть ее второй шанс на жизнь?

— Ты знаешь Сириуса? Ты говорил с ним? спросила Нарцисса

«Он мой крестный отец и сбежал из Азкабана, чтобы защитить меня. Сириуса только что помиловали, и на данный момент мы все живем в Хогвартсе»

«Вы спросили меня, чего я хочу, но, как глава моего дома, именно вы должны говорить мне, что делать! Мой статус на данный момент — раб вашего дома»

«Если вы хотите жить по этим законам, тогда хорошо, но вам предлагается шанс быть тем, кем вы хотите. Вы свободны выбирать, даже жениться снова, если это ваш выбор».

«Пэнси, первое, что я сделал, это расторгнул все ожидающие брачные контракты в моем доме, когда ты захочешь выйти замуж, это будет твое решение!» сказал Гарри

Это было слишком большим откровением для Нарциссы: «Есть ли у нас в этом месте что-нибудь сильнее воды?»

Гермиона рассмеялась: «Моим родителям тоже нужно было немного бренди, чтобы разобраться в этом. Винки!» появилась эльфийка в тунике и плаще: «Не могли бы вы принести миссис Малфой бренди Винки?»

— Хорошо, Гермиона, может кто-нибудь еще что-нибудь хочет? спросил Винки

— Есть новости от Амелии, Винки?

«Нет, Гарри, хотя Рагнок следит за ситуацией». Винки ушел, но быстро вернулся с бренди Нарциссы, прежде чем снова уйти.

Нарцисса взяла бренди, хотя, увидев эльфа, который выглядит и ведет себя так, ей, вероятно, захотелось еще.

Когда напиток попал в ее кровь, она сказала: «Я закончила Хогвартс с пятью НЬЮТАМИ на отметке «0», но в ту минуту, когда я стала миссис Малфой, мое мнение уже не имело значения, жизнь заключалась в том, чтобы меня выкатили на публичные выступления, а затем положили обратно в коробку. Ты спрашиваешь меня, чего я хочу, и у меня нет никакой идеи, кроме как перестать называть меня миссис Малфой. Я ненавижу это имя!»

Гарри знал, что у него есть новообращенный: «У нас есть несколько вакансий, которые могут вас заинтересовать или порекомендовать кого-нибудь на роль мисс Блэк».

Нарцисса ответила: «Если ты сможешь это сделать, я помою для тебя полы».

Гермиона улыбнулась: «Мы можем сделать это легко, и нет необходимости мыть полы, для этого у нас есть миссис Флинт».

«Это другая история, любовь моя, и у нас сейчас нет на это времени. Хогвартс претерпевает огромные изменения с целью дать выпускникам возможность чувствовать себя комфортно как в магловском, так и в волшебном мире. Нам нужен кто-то, кто будет преподавать волшебную культуру, будучи учениками, получившими магловское воспитание. понятия не имеет, как устроен волшебный мир. От основ волшебного хозяйства до того, как работает министерство».

«Занятия будут посвящены магическому/магловскому воспитанию, чтобы каждый мог помочь в своем лучшем предмете. Мы не пытаемся судить одну систему над другой, просто показываем преимущества каждой и устраняем страх, на котором играл Волан-де-Морт. Нам также нужна голова. Слизерина, когда Сириус чуть не обмочился от смеха, когда мы его спросили!»

Гермиона легко взяла на себя управление, что они и делали сейчас, не осознавая: «Мы также находимся в процессе покупки «Ежедневного пророка», но мы хотим, чтобы в нем печаталась правда, а не всякая чушь, которую они придумали за несколькими напитками за обедом. Нам нужно редактор, который будет гарантировать, что газета печатает факты, и работа выполняется с гарантией, что мы не будем вмешиваться. Печатайте то, что вам нравится даже о нас, если это правда!»

«Наконец, нам понадобится личный секретарь, поскольку наши дни становятся все более сумасшедшими, но вскоре нас завалят люди, желающие, чтобы мы одобрили это или сделали пожертвование на это и посетили что-то еще. Мы хотим способствовать переменам, но не собираемся руководить волшебный мир. Нам нужны хорошие люди на подходящей работе, и мы должны предоставить им возможность продолжать свою работу, чтобы мы могли жить с максимальной конфиденциальностью!"

Нарциссе хотелось бы, чтобы она не выпила все бренди; поскольку ей сейчас это нужно, поговорим о решениях, меняющих жизнь!

Она посмотрела на Пэнси, которая, казалось, больше интересовалась парой, чем их идеями, которые, как она знала, потрясут общество чистокровных до самых его основ.

Они выйдут сражаться!

«Мы не ожидаем сегодня каких-либо решений, мисс Блэк, мы просто хотели предложить вам несколько вариантов», — сказал Гарри.

«Вы двое ничего не делаете наполовину!» засмеялась Нарцисса

«Поттеры не поступают нормально — это новый семейный девиз», — пошутила Гермиона.

«Когда вы поженились?» — спросила Панси, но от рассказа истории их спасло появление Винки.

«К Гринготтсу направляется группа из двадцати авроров, Гарри, хочешь, я приведу Добби?» спросил Винки

«Извини, Винки, мы с Гермионой разберемся с этим. Это наша битва»

«Ты ошибаешься, Гарри, это общая битва, и Добби будет очень расстроен, если пропустит ее. Гоблины-охранники в настоящее время тянут жребий, поскольку Рагнок ограничил их число четырьмя, хотя я думаю, что и он, и Грипхук тоже тянули жребий».

— Она права, Гарри, можем ли мы обеспечить некоторую защиту моему отцу, прежде чем Добби покинет Винки?

«Три эльфа уже в пути, и Добби сейчас будет здесь», — Винки едва успела произнести слова, как появился Добби.

«Гарри и Гермиона не собирались сражаться без своих друзей, не так ли?»

Гермиона рассмеялась и поцеловала его в макушку: «Добби и не мечтал об этом».

— Ты не можешь быть тем Добби, который раньше работал у Малфоев? сказала Нарцисса

Да, и я бы сказал, что мне жаль слышать о твоем муже и сыне, но Гарри ненавидит, когда кто-то лжет, поэтому я не буду!» — прорычал Добби, который выглядел готовым к драке, поэтому пара надела плащи и ушла с эльфами, после замечания Добби больше нечего было сказать.

Их ждали трое гоблинов-охранников и ухмыляющийся Крюкохват. — И что у нас есть Крюкохват? спросил Гарри

«У нас двадцать авроров под предводительством Руфуса Скримджера в вестибюле Гринготтса требуют выдачи вас. Каков план?»

Гермиона улыбнулась, от которой у гоблинов пробежала бы дрожь страха, если бы она была направлена ​​на них: «Мы собираемся немного повозиться с их головами, но когда начнется бой, давайте будем действовать взвешенно, постараемся не ранить их слишком сильно, но если кто-то упадет, я не хочу, чтобы это был кто-то из этой группы, понимаю"

Они понимали, что не убивайте, а просто побейте их, но если другая сторона начнет бросать смертельные проклятия, все ставки будут отменены.

Группа вошла в вестибюль: Гарри и Гермиона впереди, Добби и Винки по обе стороны, а гоблины прикрывают их спины.

Мракоборец, которого они приняли за Руфуса Скримджера, вышел вперед и провозгласил глубоким громким голосом: «Во имя Визенгамота я требую…»

"СТОП", крикнул Гарри, "кто ты такой, и Визенгамот не может ничего требовать, его глава в настоящее время находится в тюрьме гоблинов, куда мы поместили его за то, что он ублюдок с манией величия, так что скажи мне, кто тебя послал!"

Прежде чем он успел ответить, значок вылетел из аврора и приземлился у ног ведущего аврора.

«Это ерунда, и ты это знаешь, Скримджер», — кричала Тонкс, выходя из рядов мракоборцев и направляясь к Гарри, — «мы должны уважать этих людей, а не пытаться арестовать их по какому-то сфабрикованному обвинению, чтобы ты мог взять мой значок и засунуть его себе в задницу». !"

Когда она подошла к Гарри с палочкой в ​​руке: «Я клянусь в верности Дому Поттеров», когда сияние покинуло ее палочку и вошло в Гарри, он поклонился и обнял молодого бывшего аврора.

Скримджер выглядел апоплексичным, и, казалось, у него подергивалось лицо, когда он боролся за контроль над своими эмоциями, молодой выскочка, которую он показывал ему: «Меня зовут Руфус Скримджер, и я здесь глава Мракоборческого офиса от имени Визенгамота, чтобы потребовать… "

«Я ХОЧУ ИМЯ РУФУС!» — крикнул Гарри. — Кто дал тебе приказ, я хочу знать, куда отправить части тела?

Скримджер продолжил: «потребовать присутствия Гарри Джеймса Поттера и Гермионы Джейн Грейнджер…»

Гарри взорвался: «Это лорд и леди Гриффиндор, засранец, ты оскорбил мою жену, я требую удовлетворения!»

«Я принимаю вызов», — сказал Скримджер, выходя вперед и принимая дуэльную позицию.

Гарри шагнул вперед, когда в его руке появился меч Гриффиндора.

«Я выбираю палочки!» — крикнул Руфус Скримджер.

«У меня его нет», — сказал Гарри.

Жаль» был комментарий, когда Скримджер выпустил редукто-заклятие прямо в грудь Гарри, но увидел, как его проклятие вернулось прямо к нему и оторвало его руку с палочкой чуть ниже плеча.

«Я говорил, что у меня не было палочки», — сказал Гарри, подходя к распростертой фигуре Руфуса Скримджера и приставив меч к его горлу. «На самом деле я хотел сказать, что она мне не нужна, теперь я хочу это имя!»

Руфус Скримджер не был трусом, но и не идиотом, и один взгляд на огонь в этих зеленых глазах подсказал ему, что ему нужно назвать имя или заняться глотанием меча! «Тим Дэвис», — прохрипел он.

Гарри повернулся и увидел, что великолепная семерка сбила всех авроров, а Тонкс стояла там с таким видом, словно только что приняла лучшее решение в своей жизни.

«Все в порядке», — спросил Гарри и получил в ответ сияющую улыбку. Гоблины использовали плоскость своих клинков, чтобы вызвать головную боль, что было лучше, чем обезглавить, в то время как Гермиона и эльфы оглушили более половины авроров всего за несколько секунд.

Тонкс спросила: «Не будут ли у тебя серьезные проблемы из-за нападения на авроров, Гарри?»

Гарри только рассмеялся: «Тонкс, у меня будут большие проблемы, если я назову всем твое имя, да, Сириус сказал мне! Мы с Гермионой друзья нации гоблинов, мы в Гринготтсе, поэтому у нас есть полное право защищать себя, и никто из нашей группы не использовал палочки». Мы не нарушили ни одного закона, ведь авроры здесь не имеют власти"

Гермиона и эльфы связали всех авроров, в то время как Грипхук договорился о том, чтобы медик обработал культю Скримджера. «Хорошо, кто поедет в министерство?» спросил Гарри

Старожилы Косого переулка думали, что видели все это, но сегодня доказали, что они ошибались, поскольку невероятное зрелище развернулось по центру улицы.

Гарри и Гермиона маршировали впереди, а Добби и Винки на эфирной стороне, и все четверо действовали в маскировке, но даже это была лишь малая часть парада, поскольку шеренга в ряд из девятнадцати бессознательных и связанных авроров плыла сзади, а рядом с ними шли гоблинские охранники.

К тому времени, когда они достигли фасада министерства, магический парад был единственным термином, описывающим его, поскольку ведьмы и волшебники следовали за ними, пока они публично пробирались к дверям власти в волшебной Британии.

Приближающийся к ним шум, и когда они увидели внушительные фигуры, возглавляющие процессию, оба мужчины встали со своих мест, направляясь к своим двум любимым подросткам, и все мысли о запланированном визите к аптекарю были забыты.

Гермиона увидела их первой и помахала рукой: «Сириус, Ремус сюда! Мы собираемся немного поболтать с Визенгамотом, должно быть весело, если тебе больше нечем заняться!»

Сириус ухмылялся, как сумасшедший, в то время как на лице Ремуса было отчетливо волчье выражение восторга, когда оба повторили: «О, мы бы ни за что не пропустили это!»

К тому времени, когда они достигли входа в министерство магии, парад был единственным термином, описывающим это событие, поскольку ведьмы и волшебники следовали за ними, пока они публично пробирались к дверям власти в волшебной Британии.

К контрольно-пропускному пункту направлялось более ста человек, а дежурный волшебник храбро стоял, вытянув руки, подавая универсальный сигнал остановиться, перекрикивая шум толпы.

«Мне нужны ваши имена, характер деятельности Министерства, и мне нужно взвесить ваши палочки!»

Гарри просто улыбнулся: «Я лорд Гриффиндор, а эта прекрасная молодая леди — моя жена, у нас назначена встреча с Визенгамотом, и мы не носим палочек!»

У охранника не было ответа, особенно когда Гарри указал через плечо на потерявших сознание авроров и собравшуюся толпу.

«О, и они с нами!»

имени злого волшебника по-прежнему был единственным звуком.

«Мне нужно имя Дэвис и сколько тебе заплатили!»

Гарри стоял с мечом наготове и излучал силу, пытаясь совладать с собой, и только успокаивающие слова Гермионы через узы удерживали его вместе.

Тим Дэвис сидел в ужасе; исполняющий обязанности главного колдуна готовился залезть под скамейку, пытаясь добраться до выхода позади себя. Это не было чем-то вроде плана, но ведь Дэвис и не был таким уж волшебником! Внезапно он обнаружил, что поднялся со своего сиденья и завис в трех метрах от земли в центре комнаты.

«Я хочу получить ответы!»

Дэвис теперь вращался вверх тормашками, и когда галеоны начали выпадать из его карманов, Гарри вызвал, а затем передал монеты Грипхуку, который сложил их в стопки для пересчета.

Через минуту, когда золота больше не было, Грипхук выдал цифру.

Гермиона взорвалась

«Двести галеонов, вы чуть не начали войну за двести галеонов! Жизнь каждого аврора, отправленного сегодня, стоила десяти галеонов!»

Гермиона теперь серьезно разозлилась, поскольку люди искали укрытие от силы, ускользающей от разъяренной ведьмы.

Дэвис бросился к Гермионе и смотрел ей в глаза, пока она говор

имя сейчас

«ИМЯ, СЕЙЧАС!»

Он справился с «Гри» прежде, чем его сердце перестало биться, и он рухнул на пол замертво от нерушимой клятвы.

Гермиона искала, что бы взорвать, когда почувствовала, как руки мужа притянули ее в объятия, что, по крайней мере, остановило тряску здания.

Когда члены Визенгамота начали поднимать головы, Гермиона разорвала объятия, теперь у нее был выход для своего гнева.

«Что с вами не так, люди? Вы являетесь членами самого выдающегося собрания в волшебном мире, но используете это положение, чтобы наполнить свои хранилища взятками и голосовать, руководствуясь коммерческими интересами на каждом шагу. Ваш список неудач впечатляет, и вся наша мир платит цену»

«Почему с Волдемортом не разобрались? У гоблинов была вся необходимая информация, но никто не удосужился их спросить. Невиновный человек, Сириус Блэк, провел двенадцать лет в Азкабане без суда! Мой муж проигнорировал законное завещание своих родителей, хранилища Поттеров. ограблен, его магическое ядро ​​связано, а память забыта Главным Кровавым Чернокнижником Визенгамота!"

Руки Гарри снова обвили его жену, когда он предложил ей свою поддержку и любовь.

Гарри взял верх: «Визенгамот не может продолжать свое существование в его нынешнем виде, Амелия, кому ты доверяешь?»

Амелия ответила: «Гризельда Марчбэнкс — самый честный и заслуживающий доверия человек, которого я знаю».

«Нас этого вполне устраивает, есть возражения?»

Не было слышно ни звука

«Поздравляем, мадам Марчбэнкс, и желаем вам успехов в выполнении этой грандиозной задачи. Наша философия заключается в том, чтобы назначать лучших людей на должности, а затем позволять им выполнять свою работу, поэтому в нашей новой компании Stag Industries есть Грипхук, Добби, Винки, Сириус Блэк, Ремус Люпин. , Дэн и Эмма Грейнджер, а также Поттеры как режиссеры. Мы все в глубине души заботимся об интересах волшебного мира».

Значение слов Гарри в сочетании с шокирующей демонстрацией магической силы пары не оставило места сомнениям ни в ком: меняйтесь добровольно, или мы сделаем это за вас!

От них не затерялся состав его совета директоров: гоблин, 2 эльфа, 2 чистокровных, оборотень, 2 магла, полукровка и магглорожденный!

Инклюзивность и равенство станут новыми модными словечками министерства.

Амелия и Гризельда знали, что ответственность за изменение волшебного мира вот-вот ляжет на их плечи, но так и должно быть, им не нужна пара подростков, чтобы спасать свои задницы на каждом шагу, хотя было приятно осознавать, что они были доступны при необходимости! Они оба повернулись к Поттерам и кивнули.

Затем Гермиона бросила ручную гранату в Визенгамот: «Мадам Марчбэнкс, вы можете ожидать нескольких отставок, поскольку любой, кто в прошлом исключал взятки, должен уйти в отставку до завтра или опубликовать подробную информацию об упомянутых взятках и о том, на что они были потрачены в «Дейли». Пророк!"

Был шум, пока Гарри не поднял руку.

«Любой, кто считает, что с ним обошлись несправедливо, может встретиться со мной лично»

Гарри услышал, как за его спиной Сириус начал смеяться, и его комментарий «как будто это произойдет» заставил всю толпу, состоящую из работников министерства, мракоборцев и просто волшебников, смеяться над членами Визенгамота, получившими возмездие.

Гермиона спросила: «Амелия, просто ради интереса, какие обвинения нам предъявлены сегодня?»

Смущенная Амелия ответила: «Использование магии несовершеннолетними».

Толпа стала некрасивой, вспомнив о стульях и дементорах.

Гарри сказал: «Мадам Марчбэнкс, мы считаем, что никто не стоит выше закона. Пожалуйста, не могли бы вы наложить заклинание проверки возраста на меня и мою жену?»

Она также выглядела смущенной, но подчинилась, и, как и Поппи, снова наложила чары, чтобы подтвердить свои результаты, «похоже, что извинения уместны, поскольку вы оба совершеннолетние».

«Спасибо, если наши дела здесь завершены, нам следует уйти и позволить этим хорошим людям вернуться к работе. Завтра Пророк должен быть интересным!»

С этими словами они ушли, бросив двести галеонов в фонтан на выходе.

Они только что покинули министерство, когда Сириус больше не мог его удерживать: «уничтожьте более двадцати авроров, штурмуйте министерство, убейте пару дементоров, заставляя Визенгамот отступить! Не удовлетворены тем, что вы выбираете следующую Главную Ведьму и приказать половине Визенгамота уйти в отставку, иначе — обычный день для Поттеров?»

«Это было самое потрясающее проявление магии, которое я когда-либо видел, но что такое Stag Industries?» спросил Ремус

«Это было в нашем списке дел, но не здесь, нам нужно пойти в какое-нибудь уединенное место для этого обсуждения», — сказал Гарри.

«На самом деле мне нравится, что на публике было бы лучше с несколькими заглушающими чарами, пусть люди видят группу», — сказала Гермиона.

«Как обычно, моя великолепная жена права, Добби, можешь пригласить Дэна, Винки, я думаю, Джинни и Эмма сейчас сойдут с ума, так что мы все встретимся в кафе-мороженом Фортескью»

Эльфы бросились собирать остальную группу, пока все направлялись в гостиную.

Когда девочки прибыли, Джинни обняла Гарри, а Эмма держала Гермиону на расстоянии вытянутой руки, проверяя, нет ли травм, прежде чем последовать примеру молодой ведьмы и обнять свою дочь.

Флореан был рад снова увидеть Гарри и предоставил группе большой стол у окна, принимая приказы десяти из них, поскольку трое охранников ушли в Гринготтс, а Дэн прибыл с Добби.

Эльфам было трудно сидеть за столом, пока их кто-то обслуживал, но они с удовольствием наслаждались мороженым.

Грипхук оказал честь заглушающим заклинанием, пока Гарри задавал вопрос.

«Кто-нибудь здесь думал, что то, что произошло сегодня в министерстве, позволит достичь всех наших целей?»

Никто не ответил

большинство просто хотят вести как можно более нормальную жизнь», — ответил Ремус.

Гарри взглянул на эльфов и Крюкохвата, которые кивнули: «Да, о нем позаботились!»

Крики «что!» и как!" пришел от Сириуса и Ремуса

Гарри объяснил: «Волшебники ходят с превосходным отношением, но Добби бросил Люциуса Малфоя на задницу, и это было до того, как он трансформировался!» Сегодня мы уничтожили двадцать авроров, сдерживавшихся, гоблины — прирожденные бойцы, и я чувствовал себя очень комфортно, зная, что они меня поддерживают. Эльфы найдут Грейбека, а гоблины займутся его делами».

«Неужели это действительно так просто?» спросил Сириус

«Причина успеха Волан-де-Морта заключалась в том, что у чиновников министерства и членов Визенгамота есть свои собственные планы или их можно купить. Наш мир полон людей, которых учили, что их право по рождению — быть лучше всех остальных, и все, что они хотят, принадлежит им. Они не были выше закона, они были законом!»

Идея о том, что способности и трудолюбие приносят успех, является совершенно чуждой концепцией. Гермиона невероятно могущественна, чрезвычайно умна, потрясающе красива и грязно богата, но для значительной части нашего общества она всегда будет просто грязнокровкой, и любой, кто оскорбит ее, умрет. — их правила, а не мои!»

Гермиона наклонилась и поцеловала мужа: «Ремус разъяснил сообществу, что бесплатное зелье волчьего отравы, работа и жилье для них и их семей скоро будут доступны через Stag Industries».

Ремус не мог говорить; он пожимал руку Гарри и целовал Гермиону в щеку, проливая слезы радости

«Добби и Винки, можем ли мы узнать, подвергаются ли другие эльфы насилию, а затем позаботиться о том, чтобы вытащить их оттуда! Любые законные варианты доступны, даже если нам придется пойти на вариант финансового краха, любой, кто плохо обращается с эльфом, является дерьмом в нашей глаза, и сон не будет потерян из-за этого». Сказал Гарри очень счастливым эльфам.

«На самом деле мы думали о деревне эльфов, где вы могли бы жить, а не на чердаках или шкафах. Постройте дома по вашему проекту и сформируйте сообщество где-нибудь недалеко от Хогвартса, мы уже владеем землей, но это ваше решение!»

Добби, как Ремус, пожал Гарри руку и поцеловал Гермиону, в то время как Винки целовала всех, хотя, похоже, она целовала Добби намного дольше, чем кто-либо другой!

«Я так понимаю, тогда да!» сказала сияющая Гермиона

«Мама, папа, мы не забыли немагический народ. Каждый год в этой стране дети умирают от болезней, которые можно вылечить в волшебном мире. Мы планируем открыть клинику Лили Поттер, чтобы спасти как можно больше людей. быть маленькой частной клиникой, и с помощью гоблинов мы сможем обойти немагические правила. Даже если нам придется забыть, чтобы сохранить наш мир в тайне, что значит потеря крошечного кусочка вашей памяти по сравнению с потерей вашего ребенка?»

У Сириуса теперь тоже были слезы на глазах: «Пронгс и Лили были бы так горды, черт возьми, я так горжусь вами двоими, что мог бы лопнуть!»

Гарри повернулся к Грипхуку: «Я знаю, что гоблины хотят признания как равные, и в наших глазах у тебя есть это и даже больше, мой друг, но достижение твоих целей займет больше всего времени. Мы думали, что гоблин будет преподавать инвестиции и финансы в Хогвартсе, но это поможет, но Теперь я хотел бы добавить к этому списку благородное искусство фехтования, увидев вас в бою».

«Я польщен вашими словами и восхищен предложением о том, чтобы гоблины преподавали в Хогвартсе. Нация гоблинов присоединилась к лорду и леди Гриффиндор, и идеалы, выраженные здесь сегодня, заставляют меня гордиться тем, что я сыграл небольшую роль. приятно работать в Stag Industries». Объявлен Грипхук

Сириус положил правую руку на центр стола и сказал: «Присчитайте меня!»

Ремус немедленно проследил за его действиями, положив руку на руку Сириуса.

Гермионой, Джейн Поттер, Гриффиндор!»

«Думаю, мне не помешает еще один маленький херес Дэниел», — сказала Аманда.

Взяв ее стакан, чтобы наполнить его, Дэн пошутил: «Не волнуйся, мама, ты воспринял это лучше, чем я, я потерял сознание!»

«Я думаю, это больше связано с отцом, игравшим на поле для гольфа!» Гермиона рассмеялась

«Миссис Грейнджер Хогвартс сейчас перестраивается, но я был бы рад провести вам экскурсию по замку, когда он будет закончен», — сказал Гарри.

Аманда с надеждой спросила: «Ты сможешь это сделать?»

Смеющаяся Эмма сказала: «Мама Гарри и Гермиона владеют Хогвартсом!»

«Где этот Шерри Дэниел?»

Теперь рядом с прижавшейся к ним Джинни стояли другие Гарри и Гермиона, одетые в черное, с семейными гербами Поттеров и Гриффиндора на плащах.

Гарри оглядел небольшую группу, собравшуюся на причудливой частной поляне в вечернем свете сразу за замком, и увидел пятерых оставшихся братьев Уизли с опущенными головами, а гроб Рона лежал перед небольшим подиумом. Присутствовали и сотрудники Хогвартса.

Это была не религиозная служба, а скорее собрание семьи и друзей, чтобы поделиться историями и вспомнить об умершем.

Сначала Билл рассказал о том, что Рон предпочитает бегать по норе без одежды, от чего некоторые люди покраснели, пока Билл небрежно не упомянул, что ему в то время было всего три года!

Затем Чарли рассказал историю о том, как Рон впервые оказался на метле, хотя выговор, который последовал за этим, был замаскирован.

Перси вспомнил, как учил Рона правилам шахмат и как с тех пор никому не удавалось его победить!

Близнецы рассказали о многочисленных розыгрышах, которые они устроили над своим младшим братом, или о том, чтобы дать ему полное название «испытуемый».

МакГонагалл описала сцену в женском туалете, в которой находились трое первокурсников Гриффиндора и взрослый, к счастью, потерявший сознание к тому времени, когда она добралась туда, горный тролль. Это был также день, когда некая шатенка ведьма солгала главе своего дома!

Когда они встали, чтобы вспомнить свое любимое воспоминание о Роне, Гермиона все еще краснела от того, что ее бывший декан факультета знал, что она солгала.

Рассказывают о гигантских шахматах и ​​жертве их лучшего друга Рона, чтобы они оба могли продолжить задачу помешать Волдеморту добраться до камня.

Ирония в том, что через несколько лет он погибнет, пытаясь разделить их, не ускользнула от внимания собравшихся людей.

Джинни была слишком взволнована, чтобы говорить, она цеплялась за Гарри и Гермиону, отпуская их только тогда, когда они подходили, чтобы сказать свою часть. В настоящее время ее держал Билл, но сразу же переключился на Поттеров после того, как их речь закончилась.

Когда солнце садилось, гроб Рона опустили в могилу и засыпали землей.

В небо взорвался фейерверк, но он был необычным: разноцветное изображение, обычно ассоциирующееся с фейерверками, было заменено ярко-оранжевым в честь любимой команды Рона по квидитчу.

Появилось простое, но красивое мраморное надгробие с шахматной фигурой белого коня и надписью:

Рональд Биллиус Уизли

Брат и друг

Трое Поттеров снова делили постель, но сегодня вечером не было смеха, только много слез, когда они обнимались, пытаясь утешить друг друга, насколько могли.

Независимо от вашего возраста или магической зрелости, потерять брата/лучшего друга чертовски больно.

В ту ночь имя Молли Уизли было проклято несколько раз!

Гарри открыл глаза и увидел смесь рыжих и каштановых волос. Его разбудило чувство беспокойства, исходившее от его жены.

« В чем дело, любимая?» Гарри спросил по залогу

« Я волнуюсь, Гарри»

« Я могу сказать, что это любовь, но тебе нужно дать мне немного больше, чтобы я мог работать здесь!»

« Я лежу в постели со своим мужем, который тоже обнимает другую девушку»

« Это была твоя идея, любимая, ты знаешь, что нечего ревновать»

Это просто моя точка зрения, Гарри, я ни капельки не завидую. Я проснулся с таким умиротворением, хотя несколько дней назад я бы убил Джинни за то, что она посмотрела на тебя! Еще есть мои родители и то, как быстро они это приняли. Я никогда не видела маму такой взволнованной, а папе не терпелось показать нас бабушке. Я знаю, что Поттеры ненормальные, но что ты думаешь?

« Когда ты складываешь все части вместе, я понимаю, что ты имеешь в виду, но что тебя так беспокоит?»

« Я боюсь, что наша связь, магия или как бы вы это ни называли, влияет на людей вокруг нас!»

Это действительно привлекло внимание Гарри, поскольку мысль о магическом манипулировании людьми даже подсознательно заставляла его чувствовать себя плохо.

Джинни сразу же проснулась, почувствовав дискомфорт Гарри: «Хорошо, ребята, что случилось? Не говорите ничего, потому что я это чувствую».

Черт ! Как вы думаете, это повлияло на Джинни? Подумал Гарри, все еще используя связь.

« Она была с нами больше, чем кто-либо другой».

«Ребята, вы меня здесь пугаете! Что я наделал?» — спросила обеспокоенная Джинни.

«Дело не в тебе, Джинни, а в нас. Мы думаем, что наша связь может повлиять на людей вокруг нас». сказала Гермиона

«Даже не думай меня оттолкнуть! Это убьет меня, пожалуйста!» — сказала паникующая Джинни со слезами на глазах.

Гарри и Гермиона притянули ее к себе.

Гарри обратился к уже плачущей Джинни: «Успокойся, Джин, нам просто нужно сначала разобраться, есть ли проблема, прежде чем искать решения».

Гермиона решила рассказать Джинни о своих опасениях. «Той ночью в общей комнате ты так завидовал мне и Гарри, но теперь мы смеемся и шутим по этому поводу. Когда мы узнали о контракте, я был готов совершить убийство, но мы оба лежим здесь, в объятиях Гарри! Мои мама и папа мы только что познакомились с Гарри, но он, кажется, им обоим очень нравится, я думаю, что эта связь влияет на людей вокруг нас, заставляя их действовать по-другому».

Джинни на мгновение замолчала, тщательно обдумывая свой ответ.

«Той ночью в гостиной всем, кроме тебя, было очевидно, что Гарри по уши влюблен в Гермиону Джейн Грейнджер, и я так ревновала. Когда я услышала, что ты вышла замуж, я рыдала вместе с половиной других девочек в Хогвартсе. В ту минуту, когда вы оба вошли в большой зал, все поняли, что вы созданы друг для друга, ни у одной девушки не было шанса».

Джинни прижалась к Гарри, ища поддержки, она знала, что следующий шаг будет самым трудным.

«После просмотра этих воспоминаний я почувствовал себя нечистым, никчемным, оскорбленным и в сто раз хуже, чем одержимость Риддла. Я потерял брата, отца, мать, лучшего друга и человека, которому я доверял и которым восхищался больше всего на свете, моя жизнь закончилась. ."

Гарри и Гермиона крепко обнимали ее.

«Когда Гарри держал меня на руках, это было похоже на очищение, даже на рождение заново, и когда ты присоединился к нам в объятиях, я знал, что смогу встретить следующий день. Сон на руках Гарри дает чувство безопасности, которого я никогда не знал». ничего плохого не может случиться, пока Гарри держит тебя на руках, но просить меня стать Поттером было за пределами моих самых смелых мечтаний».

Джинни теперь посмотрела на Гермиону: «Я не думаю, что ваша связь повлияла на мои решения, но я бы спросила вас: если бы наши позиции поменялись местами и вам был предоставлен мой выбор, вы бы сделали что-нибудь по-другому?»

Гермиона знала, что даже если бы Гарри женился на ком-то другом, она все равно хотела бы быть частью его жизни.

«Нет, Джинни, я думаю, что твой выбор был логичным и правильным. Могу я наложить на тебя заклинание, чтобы что-то подтвердить?»

Джинни кивнула, когда Гермиона призвала свою палочку, чтобы наложить заклинание, определяющее возраст, и, повернувшись к Гарри, сказала: «Именно того возраста, которого ей должно быть!»

Джинни была озадачена, она чувствовала, как напряжение покидает тело Гарри, но не знала причину.

«Почему знание того, что мое тело подходящего возраста, так радует вас двоих? Ваши тела состарились только до… НЕТ, НИКАКОГО ЧЕРТОВОГО ШАНСА, Я НИКОГДА НЕ БЫ…»

Ее остановил нежный поцелуй Гарри в губы: «Мы знаем Джинни, но нам нужно было убедиться, что наша связь не втягивает и тебя».

«Гарри, все знают, что я люблю тебя, но ты женат на моей лучшей подруге, и я думаю, что это чудесно. Я надеюсь встретить кого-нибудь, влюбиться и выйти замуж, но до тех пор я планирую много обниматься, несколько поцелуев и дразнить всю жизнь. моего красивого родственника, конечно, с разрешения его жены. Я не собираюсь подавать заявку на членство в гареме Гарри!»

По какой-то причине это, казалось, взбесило Гермиону, и ее смех был слышен по всей квартире.

Когда Гермиона наконец перестала смеяться, Джинни продолжила.

«Неужели так трудно поверить, что твоим маме и папе нравится Гарри, я имею в виду то, что не нравится?»

Гарри даже покраснел, когда обещанное поддразнивание Джинни материализовалось.

«Он очень красивый, чрезвычайно влиятельный, чрезвычайно богатый, боготворит их дочь и делает ее безумно счастливой. Эмма сказала мне, что в каждом письме, которое ты отправлял с момента открытия Хогвартса, упоминался Гарри, и все, о чем она слышала во время каникул, это Гарри Поттер, так что это не так. такой большой шок, как вы думаете. Я что-то пропустил?»

Джинни теперь наслаждалась тем, что ставила Гарри в неловкое положение.

«Если этого недостаточно, он очаровывает свою свекровь розами, позволяет ей организовать свадьбу и даже восстанавливает церковь, которую она хочет. Знаешь ли ты, что вся школа думала, что у МакГонагалл есть кавалер? У нее в офисе дюжина красных роз и все ее лицо светится каждый раз, когда она смотрит на них».

Лицо Гарри теперь соответствовало цвету волос Джинни, а лицо Гермионы отставало всего на несколько оттенков от попытки сдержать смех.

«По отдельности вы оба особенные люди, но вместе вы потрясающие! Вы думаете, что это связь, но я просто вижу пару, реализующую свой потенциал. Вы можете сказать, что я предвзят, потому что я люблю вас обоих, но я также знаю вас лучше, чем кто-либо другой. Связь сделала тебя более могущественным, но для меня и остальных членов твоей семьи ты по-прежнему Гарри и Гермиона».

Гарри поцеловал Джинни в лоб: «Вот почему ты нужна нам в нашей жизни, Джинни, чтобы надрать нам задницы, когда нам это нужно. Никогда не меняй Джинни».

Злая улыбка скользнула по лицу Джинни, когда она ответила: «Ну, я не планирую носить пижаму Гермионы вечно, но я позволю тебе выбрать, во что ты хочешь, чтобы я переоделась позже».

С этими словами она встала с кровати и направилась в душ, одетая в пижаму Гермионы и окутанная впечатлением от знойной прогулки.

Песня "О, черт!" Звук Гарри был для обеих девушек сигналом разразиться неконтролируемым смехом.

Эмма Грейнджер услышала смех, доносившийся из спальни, и попыталась подавить свое беспокойство. Она знала, что ничего неуместного не происходит, поскольку Гарри был полностью предан Гермионе. Возможно, если бы у Гермионы было много друзей, а также случайный мальчик на фотографии, у Эммы было бы время подготовиться к этому. Но нет, ее дочь за одну ночь превратилась из одинокой молодой девушки в эту красивую, уверенную в себе женщину и вышла замуж за мужчину, который делает ее такой счастливой, что она буквально сияет! Эмма надеялась, что после субботы, увидев Гермиону, идущую к алтарю, произносящую слова и надевающую кольцо, ее аналитический ум сможет полностью принять это.

Вернувшись в спальню, Гермиона прижалась к мужу, забыв о своих страхах в объятиях мужчины, с которым она проведет остаток своей жизни. Ее мысли переместились к тому, что их ждет в этот день: «Гарри, если мы сможем разделить некоторые встречи между нами, мы легко завершим их к четвергу, оставив пятницу, чтобы расслабиться и подготовиться к свадьбе».

Она чувствовала беспокойство, охватывающее связь: «В чем дело?»

Гарри знал, что его поймали, поэтому ему просто пришлось признаться: «В этой комнате были несколько волшебников, я бы не хотел, чтобы вы приближались к ним, я почти бросил некоторым вызов за то, как они пялились на мою прекрасную жену. Я знаю, что ты можешь позаботиться о себе, но я просто не могу изменить свои чувства. Я почти уверена, что буду еще более защищать тебя, когда ты беременна».

Он был готов к ответной реакции, но к чему он не был готов, так это к нежному поцелую, который Гермиона использовала, чтобы выразить свои чувства любви, от него у него перехватило дыхание во многих отношениях, чем это было очевидно.

Гермиона начала злиться на Гарри, пока не услышала слово «беременна». Мысль о рождении ребенка от Гарри наполнила ее такими эмоциями, что ей просто хотелось поделиться этим с мужем.

Джинни вышла одетой и, видя, что пара занята, тихо выскользнула из комнаты в поисках завтрака.

Дэн и Эмма уже сидели за столом, а Джинни сидела, а перед ней появился ее завтрак.

«Ребята, вы же знаете, Гермиона убила бы меня, если бы я сел и поел это без вас!»

Добби и Винки заглянули в комнату и присоединились к ним за завтраком.

«Так в чем же причина сегодняшнего утреннего приступа смеха?» — спросил улыбающийся Дэн.

«Бедного Гарри дразнили, из-за того, что он рос вместе с Дурслями, он не знал, как реагировать, когда проявлял привязанность, потому что у него практически никогда не было практики. Гермиона — лучшее, что с ним когда-либо случалось. Нам так хорошо вместе». — сказала улыбающаяся Джинни, обнаружив, что Эмма обнимает ее одной рукой.

Дэн спросил: «Какие у нас планы на сегодня? Я закончу к одному, чтобы мы могли сегодня вечером опробовать несколько танцевальных движений на подростках. Я так понимаю, к нам присоединится Невилл?»

Улыбка Джинни стала на несколько ватт ярче: «О, это было бы здорово! У этих двоих снова довольно насыщенный день, Гарри забирает Невилла, чтобы измерить мантию на субботу, он мог бы прийти сюда на обед и помочь, пока у них есть другие встречи. "

Дэн слегка нахмурился: «Я думал, что это немагическая свадьба, почему они носят мантии?»

Джинни засмеялась: «Вчера с Сириуса и Ремуса мерили, мантия выглядит как смокинг, но носить ее удобнее. Думаю, Гарри собирался спросить, не хочешь ли ты тоже измерить».

Эмма подумала, что это отличная идея: «Оформить всю свадебную вечеринку в одном стиле, а Невилл поможет с приглашениями».

День был запланирован, когда жених и невеста вошли, выглядя чрезвычайно довольными жизнью.

Нарцисса провела еще одну бессонную ночь, хотя эта была гораздо приятнее, пока она размышляла о возможностях, которые предоставила ей молодая пара. У каждого из них были свои достоинства и они были бы вознаграждены, но в конце концов она сделала свой выбор. Недостаток сна был вызван эмоцией, которую она не испытывала уже много-много лет — волнением.

Сияющая мадам Малкин пожелала им хорошего дня, одновременно подсчитывая, сколько дополнительного бизнеса принесет поставка свадебных мантий Гарри Поттеру. Они попрощались с Дэном и Добби, направляясь в Гринготтс.

«По сегодняшнему Пророку я вижу, что вы очень заняты. Действующий Главный Волшебник умирает, а двадцать один член Визенгамота подал в отставку, вы, конечно, не делаете дела наполовину». сказал впечатленный Невилл

«Вы пока не можете верить всему, что читаете у пророка! На самом деле у нас были подробности только о восемнадцати, так что наша угроза сработала лучше, чем мы думали». Рассмеялась Гермиона

Когда они достигли вершины лестницы Гринготтса, Невилл и Винки отправились в Хогвартс, а Поттеры продолжили путь в банк на свою первую за день встречу.

Нарцисса вошла в комнату и обнаружила, что Гарри и Гермиона сидят и пьют чай, смеются и шутят с двумя гоблинами. Когда она услышала личность старшего гоблина, она была уверена, что сделала правильный выбор. Ее жизнь больше никогда не будет скучной и одинокой.

Они обсуждали Stag Industries, когда Гермиона в шутку предложила Рагноку работу, оба знали, что как национальный лидер он не мог согласиться, но это была небольшая расплата — она определенно проводила слишком много времени с Джинни!

Рагнок ушла, когда Гарри предложил ей сесть.

«Присаживайтесь, мисс Блэк, мы надеемся, что у вас есть для нас хорошие новости», — сказал он.

«Я действительно мисс Блэк?» — спросила она с надеждой в голосе.

Именно Грипхук ответил: «Вопрос рассматривается, пока мы говорим, лорд Блэк и лорд Гриффиндор подписали документы, которые в настоящее время обрабатываются в министерстве. Позвольте мне быть первым, кто поздравит вас, мисс Блэк, с аннулированием вашего свадьба."

Нарцисса сидела, ошеломленная тем, как сильно эта молодая пара изменила ее мир, и пришла к выводу, что ей остается только одно: она вытащила палочку и поклялась в верности Дому Поттеров.

Затем ей сообщили, что сейчас их первая встреча, поэтому они пошли в другую комнату.

Всю дорогу Нарцисса шла по коридору, бормоча себе под нос «ты можешь это сделать», но вошла в комнату и тут же разрыдалась.

Тонкс была очень счастливой молодой женщиной. Гарри Поттер попросил ее сегодня отвезти маму и папу в Гринготтс, где их встретил Сириус Блэк, объятия и воспоминания начались сразу же. Когда он объявил о восстановлении ее матери в роду Блэков, она не думала, что ее мать сможет стать счастливее.

Эта теория была опровергнута несколько минут спустя, когда Гарри и Гермиона вошли с блондинкой, заставившей ее мать визжать: «Цисси!» прежде чем окутать плачущую женщину объятиями, которые, должно быть, повредили ребра. Возможно, она и безработная, но Тонкс была уверена, что приняла правильное решение, публично подав заявление об отставке: в жизни есть вещи гораздо более важные, чем золото.

Сириус подошел к Гарри и Гермионе, обняв каждого из них, прежде чем признать: «Хорошо, ты был прав, это лучше, чем шутка».

Гоблины, работающие в Гринготтсе, никогда не могли вспомнить, когда в их банке раздался такой громкий смех, что этот звук снова наполнил коридоры, где проходили встречи лорда и леди Гриффиндор. Они действительно были золотой парой, которую любили все, кроме чистокровных элитистов, которые относились к гоблинам как к дерьму и теперь с ужасом наблюдали, как вокруг них рушится их основа власти. Да, это было хорошее время для работы в Гринготтсе.

В конце концов им удалось успокоить всех настолько, что они смогли сесть за стол, но когда Гарри и Гермиона посмотрели на Нарциссу, ее растерянное выражение едва не вызвало новый смех.

Слова Гермионы: «Вам придется извинить нашу новую секретаршу, это ее первый день на работе» оказались слишком сильными, и смех снова наполнил комнату.

Нарцисса смущенно просмотрела подаренную ей папку и с удивлением увидела документы на свою сестру, ее мужа и их дочь. Они также были проиндексированы и имеют цветовую маркировку, что заставило ее подумать: «Черт, мне действительно придется работать за свои деньги», и только тогда она поняла, что они даже никогда не обсуждали эту тему. Ее это не беспокоило, поскольку, как и ее племянница, Нарцисса обнаружила, что некоторые вещи в жизни важнее золота.

Гарри взял документы и начал говорить: «Надеюсь, ты не возражаешь, но когда Тонкс представилась в тот вечер, когда Волдеморт закончился, мы начали задавать некоторые вопросы, поскольку семья значит для нас все. Наши мотивы станут кристально ясными еще до окончания этой встречи. "

Это была важная встреча, поэтому они договорились, что составят «двойную команду» семьи Тонкс, Гермиона взяла на себя управление.

«Гарри и я пытаемся изменить отношение в волшебном мире и положить конец фанатизму, который заставляет пользователей магии в первом поколении, таких как я, задаваться вопросом, стоит ли это спасать. Миссис Тонкс, вы отказались подчиниться своему отцу и выйти замуж за кого-то. он выбрал для вас, и мы искренне поддерживаем такое отношение, и все договорные браки в Доме Поттеров были расторгнуты, а брак вашей сестры аннулирован. Вы вышли замуж за волшебника в первом поколении и оба настолько разочаровались в волшебном мире, что решили жить как маглы».

Гарри не дал им времени подумать и продолжил: «Когда ваша дочь начала проявлять способности метаморфмага, вы были вынуждены вернуться в волшебный мир, чтобы она могла научиться контролировать свой дар и для своего образования. Действия вашей дочери вчера, вставая перед своими коллегами и начальством произвела на нас большое впечатление. Причина этой встречи в том, что вы все обладаете талантами, в которых мы очень нуждаемся, и надеемся привлечь вас к борьбе с фанатизмом».

Гермиона продолжила: «В Хогвартсе проводится капитальный ремонт, и будет построена совершенно новая пристройка исключительно для того, чтобы правильно преподавать магловедение. Нам нужен кто-то, кто возглавит учреждение и возьмет на себя задачу объяснить волшебному миру Google. Мы надеемся, что Г-н Тед Тонкс будет первым главой этого учреждения и поможет с проектированием курсов. Деньги не проблема, и оно будет полностью оснащено новейшими технологиями, которые будут работать, поскольку новое здание находится за пределами отделений Хогвартса".

Тонкс выглядели потрясенными, когда Гарри доводил их доводы: «Мы думаем, что ученики примут решение, но родители тоже должны принять участие, поэтому центр для посетителей станет частью нового Хогвартса. Родители, как маги, так и магглы. смогут приехать и остаться на несколько дней, чтобы посмотреть, чему учат их детей. Нам нужен кто-то, кто поддерживает оба лагеря и сможет продать то, чего мы пытаемся достичь, никого не расстраивая. Миссис Тонкс, вы в уникальное положение чистокровного волшебника, который живет как маггл более двадцати лет и уже имеет дочь, окончившую Хогвартс. Мы хотели бы, чтобы вы управляли этим ресурсом».

Тонкс не произнесли ни звука, поэтому Гермиона закончила свою речь: «За годы моего пребывания в Хогвартсе единственная программа упражнений, в которой я участвовала, заключалась в том, чтобы убегать от неприятностей, в которые нас втянул мой муж! Это неприемлемо, поэтому в настоящее время существует полноценная спортивная программа». собираются вместе, но нам снова нужен кто-то, кто будет этим управлять. Мисс Тонкс, когда вы учились в Хогвартсе, для вас была разработана специальная программа упражнений, которая поможет контролировать метаморфомагические изменения, которые претерпевает ваше тело. На тренировках мракоборцев вы преуспели в физическом аспекте эту работу, и мы бы хотели, чтобы ты стал инструктором по фитнесу в Хогвартсе»

.Поттеры расслабились и задавали вопросы.

«Откуда вы узнали о моей программе упражнений в Хогвартсе? Никто об этом не знает!» сказала Тонкс

Гермиона лишь улыбнулась: «Тонкс, ты пришла с самой высокой рекомендацией, которую мы можем придумать, тебя просила сама Хогвартс. Если кто-то и знает что-нибудь о фанатизме в волшебном мире, так это ты, но после прохождения обучения мракоборцев твоя мораль решила, что это не для тебя». Мы очень хотим, чтобы ты учился в Хогвартсе, но если ты откажешься, мы поможем тебе в любой карьере, которую ты выберешь».

Обсуждения продолжались еще час, и на многие вопросы были даны ответы, хотя Гарри был озадачен, когда его спросили о зарплате, пока Гермиона не спасла положение.

«Наш личный секретарь изучит всю ситуацию с зарплатами, включая свою собственную, и в ближайшее время даст рекомендации. Я могу гарантировать, что это будет больше, чем вы зарабатываете в настоящее время».

К концу встречи в Хогвартсе появилось три новых сотрудника, и все вокруг обменялись рукопожатиями и объятиями.

Когда остались только Нарцисса и Поттеры, она спросила: «Вы всегда так напряжены?»

Гарри лишь полушутя ответил: «Эй, это была отличная встреча! Никто не погиб».

Нарцисса рекомендовала Роуз Паркинсон и Элизабет Забини как двух женщин, чей разум в обществе чистокровных был недостаточно использован, поэтому они взяли интервью у обеих женщин вместе.

Элизабет была приятной ведьмой средних лет, которая воспитывала своих детей, как могла, в условиях ограничений, налагаемых обществом, которое по сути продавало молодых девушек, чтобы они были игрушками для стариков ради политического или социального продвижения. Тот факт, что они обменялись несколькими словами, не изменил сути дела, и она радовалась возможностям, которые теперь открылись ее дочерям. Ей не нужен был дополнительный стимул, чтобы отказаться от старых привычек, но вот он был прямо перед ней. Ей предлагали работу, и причём чертовски важную! Сможет ли она это сделать? способна ли она быть чем-то большим, чем она есть?

Роуз услышала от Пэнси о предложении Поттеров Нарциссе, она знала, какое из них она выберет, и вот оно было предложено. Она не колебалась.

«Лорд и леди Гриффиндор, для меня было бы честью работать в «Пророке». Я мечтала стать журналистом, но, будучи чистокровной женщиной, мечты женщины, как правило, так и остаются. Мой муж никогда не спрашивал моего мнения ни о чем, включая будущее моей дочери. ...Прошу прощения, Нарцисса, но Драко не был бы моим выбором на роль Пэнси, он уже искал Вайолет, а ей всего десять лет!» На глазах у Роуз теперь были слезы.

«В нашем обществе почти исключительно доминировали мужчины, и я хотел бы спросить, намеренно ли вы делаете здесь такое заявление? Женщина-министр магии, глава Визенгамота, глава Хогвартса, глава Слизерина и руководит «Ежедневным пророком».

Гарри только покачал головой: «О, ты справишься! Это был самый животрепещущий вопрос, который мне когда-либо задавали. Ответ на твой вопрос — нет, мы выбираем лучших людей или порекомендуем их людям, которым мы доверяем».

Нарцисса как будто села чуть-чуть прямее от мысли, что ей доверяют, она поклялась себе никогда этого не предавать.

Решающим фактором для Элизабет Забини были ее четверо детей, которые теперь все будут учиться в Хогвартсе. Она сказала да!

Они болтали за обедом, и идеи разлетались по столу, Гермиона рассказала новости о Пророке на этих выходных, об их свадьбе!

В целях безопасности никакие подробности не будут опубликованы до окончания мероприятия, но Пророк будет иметь конфиденциальный доступ, на что Роуз ответила: «Тогда лучше распечатайте вдвое больше обычных копий!»

Гарри подумал. «Да, она подойдет!»

Они решили разделиться и пройти вдвое большую территорию, хотя Гарри настоял, чтобы Винки сопровождала Гермиону в комнате, она, в свою очередь, заставила Гарри пригласить Добби, чтобы отбить всех молодых девушек.

День прошел очень хорошо: система передачи их записей эльфам для доставки Нарциссе, которая собрала и оценила потребности всего Дома Поттеров.

Гарри наполовину слушал жеманную фанатку, чья мать, казалось, думала, что это всего лишь недоразумение, что он был с Гермионой и женился на ее дочери еще до конца дня.

Гарри внезапно почувствовал всплеск беспокойства по поводу связи и немедленно отправил Добби в качестве подкрепления, пока сам избавлялся от пиявки и ее матери, чтобы добраться до Гермионы.

Гермиона была в восторге от проделанного процесса и с нетерпением ждала возможности научиться танцевать, держа Гарри на руках позже.

Пара, находившаяся в комнате, теперь забила все ее тревожные звоночки, и, хотя она никогда в этом не признавалась, она была рада, что Винки была с ней в комнате.

Альберт Уодклок уже несколько дней был в плохом настроении. Он ухаживал за мышью рядом с ним, а затем женился на ней, чтобы заполучить хранилища Лестрейндж, только чтобы узнать, что эта сука Беллатрикс заперла хранилища. Только ее освобождение из Азкабана или ее смерть могли разблокировать их.

Дзынь-дзынь! Ведьма мертва. Какая старая ведьма? Злая Ведьма! Поэтому Альберт притащил мышь и Кассандру в Гринготтс, чтобы заявить права на хранилища. После бесчисленных форм и проверки генеалогического древа он был утвержден в качестве Наследника и быстро арестован, проведя ночь в Азкабане.

Теперь этот ублюдок даже не имел любезности встретиться с ним, он послал свою женщину! Что ж, Альберт знал, как обращаться с женщинами, но то, что они говорили «нет», не означало, что они имели в виду «нет».

Этот парень действительно подонок, подумала Гермиона, записывая его ответы. Его жена никогда не открывала рта и сидела так, как будто ей было больно двигаться.

Гермиона оторвалась от своих записей и увидела, что этот мерзавец склонился над ней, положив руку ей на плечо и двигаясь на юг.

Она быстро оправилась от шока, который на мгновение заморозил ее, и уже собиралась взорвать его, когда Винки опередил ее. Он полетел по воздуху, ударившись о стену, и рухнул, держась за пах.

Она как раз спрашивала Винки, что она сделала с этим мерзавцем, когда Добби вошел в комнату как раз вовремя, чтобы услышать ее ответ: «Он больше никогда не прикоснется к другой женщине!» — сказала она голосом, который мог бы заморозить азот.

Этот гад совершил типичную чистокровную ошибку и полностью проигнорировал присутствие эльфов.

Гермиона попросила Добби отвезти его в больницу Святого Мунго, но была до глубины души потрясена его ответом.

— Нет, Гермиона, он не заслуживает помощи. Если бы он прикоснулся к Винки, он был бы уже мертв. Тоном, похожим на тон Винки.

Больше не было никаких споров, когда Гермиона внезапно закричала: «ГАРРИ!» и потерял сознание.

Миллисент не могла в это поверить; Гарри полностью проигнорировал и отпустил ее. Она не могла винить свою мать, которая следовала ее инструкциям в точности, но все равно ничего, он, казалось, думал о чем-то другом.

Гарри отослал этого странного домового эльфа и ясно дал понять, что собеседование окончено, так что у него был шанс, но он так или иначе будет принадлежать ей. Она протянула руку для пожатия.

Гарри отчаянно хотел выбраться оттуда и увидеть Гермиону, поэтому, когда слишком накрашенная и слишком маленькая одетая девушка протянула руку, Гарри, не колеблясь, пожал ее.

Кольцо на пальце Миллисент было очень старым, когда Гарри пожал ей руку, игла выскочила из кольца ему в ладонь, впрыскивая содержащееся внутри зелье, прежде чем он успел среагировать.

Перед глазами Гарри возник калейдоскоп цветов, но его быстро сменил всего один — черный!

Он рухнул!

Гермиона подошла и обнаружила, что на нее смотрит очень обеспокоенный Винки, этого придурка не слишком осторожно вытащили из комнаты, а его жена сидела неподвижно на протяжении всего эпизода. Все это она заметила взглядом, вспомнив, почему она оказалась на полу, Гарри.

Винки придвинул их к себе, и комната погрузилась в полный хаос.

Миллисент кричала: «Теперь он мой, оставь его в покое».

Тем временем ее мать кричала гоблинам, чтобы те отпустили леди Гриффиндор, пока они вытаскивали ее дочь из комнаты, предварительно осторожно сняв кольцо с ее пальца.

Гермиона смотрела только на Гарри, он лежал в конвульсиях и с пеной изо рта, а его магия не позволяла никому прикоснуться к нему.

Она положила руку ему на лицо, и его состояние сразу же улучшилось, Гермиона попросила эльфов отвести их к Поппи.

Оба эльфа схватили Гермиону и исчезли из Гринготтса.

Они прибыли в спальню Поттеров, и когда Гермиона спросила, Добби ответил, что их сюда привела магия Гарри.

Она уложила его в постель, но его магия начала формировать щит, который мягко, но неуклонно расширялся из его тела, выталкивая эльфов из комнаты.

Джинни услышала шум и побежала в комнату, но, направляясь к Гарри, маленькая рыжая обнаружила, что ее оттолкнули назад, когда она попыталась подойти ближе, чем на три фута.

Магия Гарри установила границы, Джинни было позволено войти в комнату, но только Гермиона могла прикоснуться к нему.

Гермиона легла рядом с ним в постель, и их одежда исчезла, контакт с кожей был, очевидно, тем, чего он хотел, поэтому она крепко обняла его, немедленно вознаградившись, почувствовав его легкое присутствие в их связи. Это заставило ее заплакать от облегчения на груди мужа.

Она не осознавала, как много они разделяли благодаря этой связи, пока ее больше не исчезло. Она почувствовала, как будто в ее разуме и в ее сердце открылась пустота, настолько огромная, что она потеряла сознание.

Джинни стала передатчиком новостей, поскольку Гермиона не покидала Гарри, и даже эльфы не могли войти в комнату.

Зелье внутри кольца, возможно, когда-то было способно повлиять на чьи-то эмоции, но оно было чрезвычайно старым и десятилетиями находилось внутри кольца, медленно разлагаясь и превращаясь во что-то совершенно иное.

Никто точно не знал, насколько они различаются, и шансы на то, что они вскоре сделают открытие, были довольно малы.

Гермиона предположила, что Гарри черпал из нее силу, используя их связь для борьбы с зельем, и чем больше был контакт кожа к коже, тем легче ему казалось это сделать. Когда она вставала, чтобы сходить в ванную, Джинни могла на несколько минут успокоить его, разговаривая с ним, но после этого его магия начала реагировать на отсутствие контакта с женой.

Когда Джинни передала эту информацию теперь уже полной комнате обеспокоенных людей, оба эльфа подтвердили догадку Гермионы и покинули гостиную, вернувшись через двадцать минут с кубком бульона для Гермионы и запечатанной флягой для Гарри, который он должен был выпить, когда придет в сознание.

Гермиона не осознавала, сколько Гарри понадобилось, но специальный бульон Элвина прекрасно пополнил ее энергетические запасы.

Джинни также принесла новости о том, что гоблины серьезно разозлились; двое друзей нации гоблинов подверглись нападению в их банке. Серьезно разозлился, возможно, это мягко сказано.

Миллисент и ее мысленная мать были мертвы.

Ненависть гоблинов к этим зельям хорошо известна; отсюда и полное разрушение норы, поэтому быть пойманным за использованием одной из них внутри Гринготтса против волшебника со статусом «друга нации гоблинов» было смертным приговором. Тот факт, что ее мать знала и не только не сделала ничего, чтобы остановить это, но даже поощряла и, согласно записям Гарри, участвовала в попытках убедить Гарри в красоте дочери, решило и судьбу бредовой женщины.

Подонок Альберт мог бы сбежать благодаря наказанию Винки, если бы гоблин-медик не заметил, как сидит бедная женщина. Она отказалась говорить, но предварительный осмотр показал тяжелые свежие рубцы на ее спине и плечах с рубцовой тканью, возникшей много лет назад. В настоящее время она находилась в больнице под наркозом из-за истерического смеха. Когда ей сообщили о судьбе ее мужа, подвергшаяся насилию ведьма продолжала повторять: «Сверху и хвосту», а затем разразилась смехом. Это означало открытие ран на ее спине, и единственным выходом было введение успокоительного.

Нарцисса в настоящее время заканчивала беседу с членами Дома Поттеров, хотя четыре гоблина-охранника с мечами в руках были готовы ко всему.

был здесь весь день?»

Он положил на меня руку, и, прежде чем я успел отреагировать, Винки швырнул его через всю комнату, удаляя при этом некоторые части тела. Я был по-настоящему шокирован, когда Добби отказался ему помочь».

Гермиона , член дома Поттеров, заигрывала с хозяйкой дома. В ту минуту, когда его рука коснулась тебя, его жизнь была потеряна. Эльфы знали это, и они любят тебя почти так же сильно, как и я. Добби, вероятно, убил бы его, как и я. Они наша семья и будут защищать ее членов ценой своей жизни».

Гермиона лишь кивнула в знак согласия, прежде чем выпустить бомбу; со слезами на глазах она подумала : «Гарри, сегодня субботнее утро, ты уже три дня без сознания».

— Пожалуйста, скажите мне, что свадьба не отменена?

Я чувствовала, что ты становишься сильнее в узах, поэтому надеялась, что ты вовремя поправишься и будешь делать все хорошо, как обычно, Поттер», — пошутила она.

« Ничто не могло удержать меня от твоей любви».

Гарри , я не хочу больше ждать. Я думаю, нам следует завершить союз прямо сейчас, я чуть не потерял тебя, и отсутствие твоего присутствия в нашей связи было разрушительным. Завершение связи сделает нас сильнее и позволит Поппи лечить любые травмы. Пожалуйста, Гарри?

— Не могла бы ты подождать еще немного, любимая?

Он почувствовал боль, когда она задала вопрос: «Почему?»

« Ну, мне действительно нужен душ, но я обещаю, что скоро вернусь, и тогда я весь твой».

Радость и любовь, исходящие от его жены, растопят каменные сердца, «только если мне позволят присоединиться к вам в душе».

« Вторая лучшая идея, которая у тебя была сегодня, любимая».

Дребезжание окон разбудило Сириуса, он не думал, что была гроза, прежде чем его чувства почувствовали магию, пульсирующую по комнате, он мог думать только об одном источнике, Гарри!

Он выскочил из кровати и направился в их комнату, чтобы найти Эмму, Дэна и Джинни уже там, но им не позволил войти не щит, а два эльфа по имени Добби и Винки.

Золотой свет горел вокруг двери, охраняемой эльфами от расстроенной Эммы Грейнджер.

«Моя дочь там и может быть в опасности или нуждаться в помощи. Я приказываю вам пропустить нас», — ругалась Эмма.

Винки попыталась сдержать смех в своем голосе и ответила: «Лорд и леди Гриффиндор завершают свой союз. Им ничего не угрожает, и я могу заверить вас, что вам не нужна ваша помощь в данный момент».

У Дэна в голове кричало «TMI», в то время как Эмме хотелось, чтобы она была где-нибудь еще, но не за этой дверью. Однако Сириус просто не мог держать язык за зубами.

«Ты имеешь в виду, что мы здесь очень обеспокоены, а они там… ну, так сказать».

За это он получил сильный удар по затылку от смущенной Эммы, а Джинни расхохоталась.

Невилл отказался уйти, пока Гарри был без сознания и спал на диване. Он был разбужен шумом и пошел по небольшому коридору, где столкнулся с Сириусом, потирающим его затылок, и Джинни, чуть не согнувшейся пополам от смеха.

— Что происходит? Гарри уже встал?

Невилл стоял в изумлении, когда двое магглов, ведьма, волшебник и оба эльфа рухнули на пол от смеха.

Джинни пришла в себя первой и отвела растерянного Невилла обратно на диван, шутя, что пообещала рассказать ему об этом, когда он подрастет.

Свадебный завтрак в апартаментах Гриффиндора был в самом разгаре, облегчение от выздоровления Гарри усилило и без того веселую атмосферу, когда появилась золотая пара, все остановилось, никто не разговаривал, все просто смотрели.

Дэн Грейнджер почти плакал, глядя на красивую молодую женщину, которая была его дочерью. Каждый отец считает свою маленькую девочку красивой, но здесь не было никакого преувеличения, Гермиона была великолепна и определенно не маленькая девочка.

Они не были уверены, было ли это завершение связи или совместное использование магии в течение трех дней, но теперь оба выглядели как минимум на девятнадцать. Гермиона могла бы украсить обложку любого модного журнала, а Гарри был очень красивым молодым человеком, но эффект усиливался примерно в пять раз, когда они стояли вместе, обняв друг друга, излучая свои чувства к человеку, стоящему рядом с ними.

Любые сомнения, оставшиеся в голове Дэна, были растоплены силой улыбки Гермионы, когда она прижимала своего мужчину к себе, да поможет небеса любому, кто пытался разлучить этих двоих.

Тишина закончилась так же внезапно, как и началась: все вскочили со своих мест, чтобы обнять пару, обменялись приветствиями, пролились слезы, прежде чем было восстановлено какое-то подобие порядка, и Гарри сел, чтобы поесть, впервые за несколько дней.

Джинни, как и ожидалось, первой попыталась подразнить: «Ух ты, Гермиона, если это то, что три дня в постели с Гарри, ты наймешь его? пожалуйста?»

Гермиона только рассмеялась: «Извини, Джинни, но он забронирован на ближайшие сто лет или около того, тебе просто придется получить свой собственный».

Джинни взглянула на Невилла, бормоча себе под нос: «Работаю над этим».

«Какой возраст вам обоим сейчас?» спросила Эмма

«Мы применили заклинание сегодня утром, и нам обоим по девятнадцать», — сказала Гермиона.

«Означает ли это, что вы потеряли четыре года своей жизни?» — спросил испуганный Дэн Грейнджер.

Гермиона ободряюще улыбнулась: «Папа, с усилением или магией, полученной от связи, это, вероятно, добавило пятьдесят лет к нашей жизни, Дамблдору было больше ста пятидесяти, и мы оба сильнее этого».

Это произвело на Грейнджеров более поразительный эффект, чем все, что они слышали с тех пор, как узнали, что Гермиона — ведьма. Как вы отнесетесь к тому, что ваш ребенок переживет вас более чем на сто лет?

«Рад тебя видеть, Невилл, рад, что ты пришел рано», — сказал Гарри.

Джинни засмеялась: «Он не ушел, Невилл спал на диване и ждал, пока ты поправишься. Я предложила ему кровать в моей комнате, но бабушка сказала нет».

Это вызвало у Гарри смешок: «Спасибо, Эмма, любому, кто попытается приблизиться к мисс Поттер здесь, понадобится мое разрешение на ухаживание», — пошутил Гарри.

Невилл откашлялся. — Лорд Гриффиндор, могу ли я получить ваше разрешение ухаживать за мисс Джинни Поттер?

«ДЕРЬМО», — подумал Гарри, — как мне выбраться из этого? Каждая пара глаз в комнате наблюдала и ждала его ответа; может быть только одно — правда

«Невилл, я пошутил насчет разрешения на суд и прошу прощения».

Лица Невилла и Джинни вытянулись.

«Как глава дома Поттер, я расторг все брачные контракты и буду обеспечивать соблюдение правила, согласно которому учитывается мнение леди».

Невилл и Джинни теперь выглядели растерянными.

«Лучший совет, который я могу вам дать, — это спросить прекрасную мисс Поттер. Если она скажет «да», то мы от всей души благословим вас обоих».

Невилл посмотрел на Джинни, которая только что сказала «да», и набросился на него, целуя обрадованного молодого волшебника.

«Мне действительно не нужно видеть это за завтраком», — проворчал Гарри.

«Я точно знаю, что ты чувствуешь», — ответил Дэн, прежде чем они оба рассмеялись.

«Хорошо, мама или бабушка смогут поговорить с Джинни?» — пошутил Гарри.

«Только если папа или дедушка поговорят с Невиллом», — ответила Гермиона, вызвав смех всей комнаты.

— Серьезно, Невилл, ты знаешь, если ты причинишь вред нашей маленькой девочке, мне придется натравить на тебя Гермиону, — полушутя сказал Гарри.

"И я!" — добавила Эмма, не шутя.

"И я!" — сказал Винки совершенно серьезно.

Лицо Невилла потеряло всякий цвет и кивнуло, ему не нужно было добавлять очевидное, что Джинни убьет его первой.

«Хорошо, некоторые из нас немного прилежали, так что не могли бы вы ввести нас в курс дела, ведь именно мы сегодня женимся», — сказала Гермиона

.Эмма объяснила, что выход из дома по-прежнему представляет собой слишком большую угрозу безопасности: они забронировали целый отель примерно в ста ярдах от церкви, где будет «останавливаться» вся свадебная вечеринка. Они одевались здесь; эльфы отвезут их в отель, а затем маглируют транспортом в церковь и обратно.

Включился камин, и вышла Нарцисса, в шоке глядя на молодую пару.

— Длинная история, мисс Блэк, что у вас для нас есть? — спросила Гермиона.

Стряхнув с себя недоверие к появлению пары, она ответила: «Все приготовления на сегодня проверены и подтверждены, у мадам Боунс есть авроры вдоль маршрута и вокруг церкви. Рагнок приказал своим людям сделать то же самое, а я слышал слух, что Добби здесь эльфы все проверяют».

Добби только улыбнулся, он сегодня не рисковал, вся его семья была в той церкви, и Винки.

«Все платья и мантии доставлены, и Винки уверяет меня, что эльфы справятся с любыми необходимыми изменениями в последнюю минуту», — вся комната посмотрела на Гарри и Гермиону.

«Цветы в церкви, и служитель знает, что мы не смогли провести репетицию из-за болезни, он проведет всех через процедуру, пытаясь держать здесь под контролем жениха и невесту. Я подумал, что жениху не повезло. увидеть невесту перед церемонией?» сказала Нарцисса

«На днях мы с Гермионой получили ценный урок: вместе мы сильнее, чем порознь, так что суевериям просто придется уступить место, поскольку я не оставлю свою жену», — ответил Гарри, заслужив поцелуй Гермионы.

«Вы не можете видеть платье!» сказала шокированная Эмма

«Я женюсь не на платье, а на красивой женщине внутри него, так что суеверия снова проигрывают», за что он получил еще один поцелуй от своей восторженной жены.

«Мама, ты уже должна знать семейный девиз», — кричала вся комната.

«Поттеры не ведут себя нормально!»

Гарри стоял перед алтарем, а Добби и Невилл рядом с ним. Министр Стюарт быстро провел их через процедуру, и теперь они стояли, ожидая прибытия невесты.

Витражное окно было массивным и занимало всю стену позади священника, хотя Гарри подозревал, что здесь дело не только в реставрации. Главной сценой монтажа был Святой Георгий, сражающийся с драконом, но фигура подозрительно напоминала Гарри Джеймса Поттера, а меч, который он держал, был точной копией гоблинского клинка Годрика Гриффиндора. Дракон в окне был венгерским хвосторогом, а в нижнем углу тихо пасся золотой олень и его подруга. При всем при этом это было произведение искусства на любом языке.

Гермиона сидела в карете рядом со своим отцом, пока они направлялись к человеку, которого она любила больше жизни. Когда карета подъехала к самой красивой церкви, которую она когда-либо видела, отец взял ее за руку, и они пошли навстречу Гарри. Мемориальная доска, установленная у входа в церковь, гласила:

Реставрации были заказаны

Лорд Гарри Джеймс Поттер Гриффиндор

В честь его свадьбы с

Гермиона Джейн Грейнджер

«Красота заслуживает компании»

Она не могла в это поверить; каждый, кто войдет в эту церковь, навсегда узнает, как сильно ее любит Гарри. Церковный органист начал играть «Свадебный марш» Феликса Мендельсона.

Гарри услышал музыку и повернулся, чтобы увидеть видение: его жена пошла к алтарю вместе со своим отцом. Он не смог бы описать ее платье, если бы от этого зависела его жизнь, он просто увидел Гермиону, и этого было более чем достаточно.

Церковь была переполнена, и все прихожане затаили дыхание, когда Гермиона вошла, даже Лаванда и Парвати, которые жили с ней в общежитии в течение многих лет и видели ее только на прошлой неделе, не могли поверить, что это видение было Гермионой Грейнджер. Вверх и вниз по церкви можно было услышать один и тот же шепот: «Это Гермиона?»

Гермиона пошла к алтарю, планируя этот момент годами, когда каждый сможет проглотить свои оскорбления и ехидные замечания, пока она доказывает, что все они неправы. Она посмотрела на Гарри, на своего принца, ожидающего ее у алтаря, и вдруг все остальное не имело значения, ее не заботило, что люди говорили, говорили или говорили о будущем, когда у нее был Гарри, и этого было для нее более чем достаточно.

Дэн передал свою дочь Гарри и сел рядом с Эммой и Амандой Грейнджер. Джинни и Винки заняли свои места рядом с Гермионой, пока министр Стюарт начал службу.

Он начал говорить

«Дорогие возлюбленные, мы собрались здесь сегодня, чтобы отпраздновать свадьбу…»

Ни Гарри, ни Гермиона не осознавали, что происходит вокруг них, поскольку они, казалось, потерялись в данный момент. Лишь удар Добби локтем в ребра заставил Гарри осознать, что служба подходит к завершению и наступает время для их клятв.

Гарри заговорил первым

«Долгое время была тьма, а потом появился свет, и этим светом были вы.

Ваша любовь дала мне силу бросить вызов миру, и наше путешествие начинается сегодня.

Я клянусь перед всей собравшейся компанией с этого дня быть твоим мужем.

Давайте сделаем из наших двух жизней одну жизнь. Я хочу тебя сегодня, завтра и навсегда».

Он взял золотое обручальное кольцо, которое Годрик сделал для своей жены Ровены, и надел его на палец Гермионы.

Следующей заговорила Гермиона

«Ты мой лучший друг, моя любовь, мое вдохновение, и сегодня я отдаюсь тебе замуж.

Всю свою жизнь я мечтал о том, чтобы кто-то такой же замечательный, как ты, любил меня так же, как и ты.

Я обещаю здесь хранить всю свою жизнь любовь, которую мы празднуем сегодня.

Давайте объединим наши жизни и каждый день обретаем себя заново».

Джинни вручила ей обручальное кольцо Годрика, которое она надела Гарри на палец. Прилив силы прошел через них обоих, заставив пару затаить дыхание.

Затем министр продолжил разбирательство.

«Брачные клятвы были произнесены и обменялись кольцами.

Властью, данной мне, я объявляю вас мужем и женой.

Теперь ты можешь поцеловать невесту».

Гарри услышал слова, которых ждал, и, не нуждаясь в дальнейших поощрениях, поцеловал жену.

Когда поцелуй закончился, служитель развернул их лицом к прихожанам и объявил:

«Мои Лорды, дамы и господа, мне доставляет большое удовольствие представить лорда Гарри Джеймса Поттера Гриффиндор и его жену леди Гермиону Джейн Поттер Гриффиндор»

Прихожане только начали аплодировать, поднимаясь на ноги, когда массивный, недавно отреставрированный витраж взорвался, разбросав острые как бритва осколки стекла по всей церкви и ее прихожанам.

Смерть и разрушения посетили свадьбу Поттера, когда чистокровные нанесли ответный удар.

Гарри сидел на стуле с жесткой спинкой в ​​коридоре больницы Святого Мунго, положив голову на окровавленные руки и гадая, как день, который шел так хорошо, мог так быстро стать плохим.

В одну минуту он стоял рядом со своей невестой, а все друзья и родственники радостно аплодировали, затем повсюду было стекло и кровь.

Гарри чувствовал горе Гермионы, когда она сидела с матерью и бабушкой рядом с неподвижным телом Дэна Грейнджера. Он только что ушел от них, чтобы попытаться очистить голову и разобраться в сегодняшних событиях

Когда окно взорвалось, свадебная компания стояла к нему спиной и почти не успела среагировать. Гарри притянул Гермиону ближе, а Добби начал двигаться, пытаясь помочь им. На обручальных кольцах Годрика и Ровены были закреплены древние чары, дававшие супружеской паре беспрецедентную защиту, но Гарри сомневался, что даже этого будет достаточно, чтобы защитить их от острых как бритва шрапнели, наполняющей воздух.

То, что их спасло, можно было бы квалифицировать как божественное вмешательство: довольно большое тело преподобного Стюарта находилось между ними и окном, в результате чего он непреднамеренно поглотил летящие в их сторону снаряды, в результате чего троица осталась без единой царапины, а бедный служитель церкви умер почти мгновенно. . Остальным участникам главной свадебной вечеринки повезло меньше.

С одной стороны Винки двинулась, чтобы попытаться защитить Джинни, но довольно большой осколок врезался ей в спину, пронзив эльфа, пройдя через ее тело и в самого младшего Поттера, прижав их обоих вместе, пока они медленно падали на землю.

С другой стороны стоял Невилл Лонгботтом без защитных чар, и, поскольку ничто или никто не мог заблокировать движение стекла, он был разрезан на ленты.

В тот день эльфы спасли множество жизней, и Невилл был одним из них, хотя не ожидалось, что он переживет ночь.

Внутри церкви было много эльфов, которые использовали свою уникальную магию, чтобы оставаться незамеченными, пока они наблюдали за церемонией. Они были рады видеть своих Лорда и Леди, но именно вид Добби и Винки, гордо стоящих рядом с ними, пришло увидеть подавляющее большинство эльфов, никогда прежде эльфы не пользовались таким большим уважением со стороны волшебников и даже гоблинов.

Эльфы очень восхищались Добби, но Винки любили.

Она работала не покладая рук, помогая новым эльфам адаптироваться; лечили свои раны, и все они обожали новые туники. Добавьте к этому, что самый жестокий обидчик домашних эльфов сейчас мыл полы и мыл посуду, в то время как Винки гордо стояла рядом с леди Гриффиндор.

Эльфы знали, что это Поттеры пытались помочь в их тяжелом положении, и любили эту пару за это, но они не знали Гарри и Гермиону, это Винки помогала всем с улыбкой на лице, и эльфы ее обожали.

Когда окно взорвалось, эльфы немедленно начали защищать прихожан, однако в гонке летящих стекол с расширяющимися щитами стекло почти достигло третьего ряда, прежде чем было остановлено.

К сожалению для Гарри и Гермионы, по обычаю их семья и друзья сидели впереди.

Не удовлетворившись спасением большей части прихожан, эльфы приступили к доставке тяжелораненых в церковь Святого Мунго, эвакуировав всех за две минуты, но какие это адские две минуты.

Сразу после взрыва Гарри проверил, цела ли Гермиона, и начал помогать раненым. Он увидел, как первым увели Невилла, а за ним сразу же последовали присоединившиеся Винки и Джинни. Гарри почувствовал сильный прилив отчаяния через связь и повернулся, чтобы увидеть Гермиону, пытающуюся помочь матери и бабушке выбраться из-под власти отца, который, очевидно, использовал свое тело, чтобы защитить обеих женщин.

К сожалению, он заплатил высокую цену за свои действия в виде довольно большого куска цветного стекла, воткнутого ему в шею сзади.

Гарри попросил Добби отвезти их всех в больницу Святого Мунго, так как знал, что его друг тоже будет отчаянно нуждаться в новостях о Винки.

Сириус и Ремус были сильно порезаны, но отказались уходить, пока не убедились, что с парой все в порядке, а позже пара быстрых объятий «осторожно, чтобы не травмироваться» и они отправились на лечение.

Гоблин-охранник использовал его тело, чтобы защитить Рагнока, и это стоило храброму гоблину жизни, в то время как Грипхук, похоже, потерял руку с мечом из-за стеклянного сегмента зловещей формы. Его аппарировали в больницу Святого Мунго, пока Рагнок отправлял медиков и припасы для оказания неотложной медицинской помощи.

Гарри задавался вопросом, почему Поппи не видели, как она ухаживала за ранеными, но вскоре он понял это, когда она опустилась на колени рядом со своей лучшей подругой многих лет, которая теперь лежала в объятиях Филиуса Флитвика.

Впервые в жизни миниатюрный профессор порадовался своему росту, когда все встали и начали аплодировать. Филиус уже собирался встать на скамью, когда грянул взрыв. Стекло, имплантированное в дерево перед ним, рассказывало свою собственную историю, в то время как осколок, торчащий из левого глаза потерявшей сознание директрисы Минервы МакГонагалл, рассказывал совершенно другую историю.

Гарри пришлось кричать на Поппи, чтобы вывести ее из транса и позволить ее профессионализму взять верх. Затем она осмотрела свою лучшую подругу, прежде чем эльфы затащили ее в церковь Святого Мунго.

Все пять братьев Уизли истекали кровью, но больше беспокоились о Джинни, чем о собственном здоровье.

Билл думал, что его сердце разорвется от гордости и любви, когда он будет смотреть, как его сестра идет по алтарю в платье подружки невесты. Гермиона была ошеломляющей, но Билл не мог оторвать глаз от Джинни, когда увидел мельком прекрасную женщину, которой она станет.

Он несколько дней боролся со своей совестью после того, как принял решение позволить своей сестре стать Поттером, но теперь все братья Уизли были согласны с тем, что они никогда не видели Джинни такой счастливой.

Билл наблюдал, как эльфийка бросилась между Джинни и стеклянными снарядами, спасая ей жизнь, прежде чем еще два эльфа аппарировали их прочь, надеясь, в церковь Святого Мунго.

Он все еще смотрел на то место, где лежала Джинни, когда Билл почувствовал руку на своем плече и Гарри спросил, в порядке ли он.

Он быстро взглянул на своих братьев, которые были окровавлены, но целы. Перси снова грозила рвота, когда он смотрел в камеру с торчащим острием стекла. В то время он делал снимок, и теперь у него был бы огромный синяк под глазом от силы удара, но без камеры он бы прошел через его голову.

Гарри покинул братьев Уизли, направляясь к Амелии и Рагноку, давая знак непострадавшей Нарциссе присоединиться к ним.

Амелия заговорила первой: «Мы понятия не имеем, что произошло, авроры снаружи сообщили, что что-то летящее с огромной скоростью взорвалось в окне. Там были обереги и щиты, но ничто не могло этому противостоять. Они думают, что это пришло откуда-то с другой стороны. берег реки».

Рагнок продолжил, едва сдерживая гнев: «Наша информация точно совпадает, что бы ни ударило в это окно, оно взорвалось, убив и ранив волшебников, гоблинов и эльфов снаружи. Нам повезло, без этих щитов Элвинов многие другие были бы ранены внутри церкви. ."

Амелия продолжила: «Будьте уверены, кто бы это ни сделал, он будет привлечен к ответственности».

Гарри смотрел на Рагнока, когда тот ответил: «Это было прямое нападение на благородный дом Поттеров, пролившее кровь его членов, поэтому я, как глава дома, объявляю кровную месть всем, кто причастен к этому нападению. Пожалуйста, имейте в виду, что я говоря о людях, которые планировали это, финансировали операцию, давали информацию и совершали это злодеяние. Они все получат справедливость, достойную этого трусливого поступка».

Рагнок кивнул в знак согласия, кровь гоблинов была пролита, а его собственная жизнь была сохранена только ценой чужой, никто не уйдет от этого живым, да, его павшие товарищи будут отомщены, в этом он поклялся.

Гарри продолжил: «Нашим главным приоритетом является лечение раненых, пока мы собираем информацию. Отель забронирован на весь день, поэтому, пожалуйста, организуйте, чтобы люди приехали туда, чтобы выпить горячего напитка или чего-нибудь покрепче, и любые легкие травмы лечат там, а не в больнице Святого Мунго. Нарцисса, мы не можем игнорировать вероятность утечки этой информации от некоторых из новых членов нашего дома. Пожалуйста, посмотрите, что вы можете узнать, поскольку мне нужно отправиться в больницу.

все ваши приказы будут такими же приятными, как этот».

Гарри ушел, чтобы войти в следующую комнату, и обнаружил Джинни, сидящую в постели, а ее братья окружали ее.

Гарри был так удивлен, что обнял ее, прежде чем даже осознал, что отошел от двери, в то время как Джинни плакала ему в грудь.

«О, Гарри, мне сказали, что с тобой все в порядке, но я должен был убедиться в этом сам, где Гермиона? Как Винки и Невилл?»

«Эй, помедленнее. С Гермионой все в порядке, я только что ушел от Винки, и мы думаем, что с ней все будет в порядке, пока Невилл будет следующим в моем списке после тебя, как ты себя чувствуешь?»

«О, слава Мерлину, с Винки все будет в порядке, я так боялась, что она умрет, спасая меня». Теперь она рыдала от облегчения.

Биллу пришлось ответить за нее: «С ней все будет в порядке, Гарри, ей нужно побыть в постели часок, пока подействует зелье, восстанавливающее кровь, а затем она сможет пойти домой. Винки приняла на себя основной удар».

Гарри высвободился и пообещал вернуться с Гермионой, чтобы отвезти ее домой позже.

Гарри и Гермиона находились в постоянном контакте благодаря своей связи, поэтому теперь она знала о состоянии Винки и Джинни, но это ни на йоту не улучшило ее чувств.

Гермионе было больно, и Гарри отчаянно пытался добраться до нее, но оба знали, что это необходимо сделать. Причиной ее боли было то, что она лежала лицом вниз на кровати, и они поняли, что Гарри не сможет здесь помочь, поэтому он пошел навестить Невилла.

Он вошел в комнату Невилла и обнаружил, что его бабушка сидит у его кровати; она была частью собрания и, к счастью, сидела достаточно далеко назад, чтобы остаться невредимой.

«Мадам Лонгботтом, мне очень жаль».

Она подняла руку, чтобы Гарри больше не говорил.

«Лорд Поттер, сегодня я видел своего внука самым счастливым из всех, кого я когда-либо видел. Он был так горд быть рядом с вами и очень восхищался вашей женой. Я поговорил с ним минуту, и он сказал мне, что ухаживает за вашей приемной женой. дочь и собирался познакомить нас после церемонии. Сегодня я увидел, каким прекрасным человеком станет мой внук, и за это я благодарю вас. Невилл, лежащий здесь, не ваша вина, потому что мое поколение должно разделить вину за то, во что мы позволили нашему обществу стать ."

«Целители закрыли раны и остановили кровотечение, но он потерял слишком много крови. Восстанавливающее зелье пополняет запасы крови волшебника, но у него должно быть достаточно собственной крови, чтобы его магия могла превратить ее в настоящую кровь. Кровь волшебника уникален для них, поскольку позволяет их магии течь, а магия у всех разная. Его тело начнет отключаться менее чем за двенадцать часов».

Эта сильная, гордая женщина сидела со слезами, бесстыдно текущими по ее щекам, и Гарри подумал, что никакие слова не смогут изменить ситуацию, поэтому он тихо сел с бабушкой своего друга, прежде чем, в конце концов, извинился и направился к Гермионе.

Она знала, что он придет, и направлялась к двери, поэтому, когда Гарри открыл ее, его рыдающая жена в уже испорченном свадебном платье охватила его объятиями отчаяния.

Дэн Грейнджер находился в критическом состоянии, даже если целителям удалось спасти его жизнь, были шансы, что он будет парализован ниже шеи.

Эмма, если что-то и было в худшем состоянии, чем Гермиона, когда она пробиралась и цеплялась за них, как будто от этого зависела ее жизнь, Аманда просто сидела, не веря своим глазам, на своего единственного сына.

Гарри сидел со своей женой и молодой матерью по обе стороны от него, в то время как процессия целителей приходила, произносила несколько диагностических заклинаний, качала головами и уходила.

Первой нарушила молчание Эмма: «Сегодня вы сделали своего отца самым счастливым человеком на свете, его мечтой было провести свою дочь под венец и подать руку мужчине, который ее действительно любил, его желание сегодня сбылось. "

Они держали друг друга крепче

«К Рождеству Гарри он заказал набор клюшек для гольфа с гриффиндорским львом, Сириус помог с дизайном, и он действительно с нетерпением ждал возможности провести часы вдали от назойливых женщин, обучающих его сына игре в гольф».

Гарри прижал плачущих мать и дочь к себе, прежде чем заговорить: «Мама, у нас за спиной объединенные ресурсы магического и маггловского мира, а также наций гоблинов и эльфов. Если папу можно вылечить, я обещаю перевернуть небо и землю, чтобы сделать это. возможно. Я хочу, чтобы он научил своих внуков играть в гольф».

Аманда Грейнджер заговорила впервые после взрыва: «Гарри, я хочу, чтобы ты кое-что мне пообещал: ублюдкам, которые сделали это с моим сыном, это не сойдет с рук».

Гарри подошел и опустился на колени рядом с женщиной, которая на этот раз выглядела на свой возраст: «Бабушка, я уже поклялся кровной местью людям, которые это сделали, никто не нападает на мою семью, и это сходит ему с рук. Мы пока присматриваем за нашими людьми. но поверьте мне, когда я говорю, что мы поймаем этих ублюдков. Дайте слово лорду Гарри Джеймсу Поттеру Гриффиндору, это будет стоить им жизни».

«Гарри, я могу использовать дробовик, если ты позволишь мне помочь», — очень серьезно предложила Эмма Грейнджер.

открыл глаза.

Эмма и Аманда держались друг за друга и плакали от неверия, пока Гермиона приближалась к прекрасному фениксу.

«Фоукс, ты теперь спас двух самых важных людей в моей жизни, если тебе когда-нибудь что-нибудь понадобится, это твое».

Комната наполнилась звуками песни феникса, прежде чем Фоукс исчез.

Гарри позвал в комнату целителя, который следующие пятнадцать минут провел, осматривая Дэна, прежде чем объявить, что не нашел в нем ничего плохого.

Гарри почти вытащил Гермиону из комнаты, объясняя свой план по связи, когда он собирался найти Джинни.

Когда они вошли в ее комнату, маленькая рыжая выскочила из кровати, сбив близнецов с ног, прежде чем схватить Гермиону в сокрушительных объятиях. Наконец они заставили ее ослабить хватку Гермионы и сесть, пока Гарри объяснял свой план.

«Джинни, возможно, мы сможем спасти Невилла, но нам нужна твоя помощь».

Она снова встала и была готова идти, а Гарри только покачал головой.

«Помнишь наш разговор о том, чтобы подумать, прежде чем действовать? Что ж, это определенно один из таких случаев».

В этот момент Гарри ушел, чтобы прочистить голову, и теперь обнаружил, что сидит и смотрит на окровавленные руки. Он решил, что, по крайней мере, сможет справиться с этой проблемой, и направился в ближайшую ванную.

Вымыв руки и лицо, он стоял, глядя в зеркало, ища в своем отражении вдохновение, как действовать дальше, когда красивый успокаивающий звук наполнил комнату, прежде чем чудесное зрелище появилось на его правом плече. «Фоукс!»

« Привет, юный Поттер, ты немного подрос с тех пор, как мы виделись в последний раз»

Гарри был поражен: феникс не только был здесь, но и мог его понять.

— Где ты был, Фоукс, и что сейчас происходит с твоим хозяином? спросил Гарри

Альбус никогда не был моим хозяином, а был компаньоном, и я хочу извиниться за то, что не заметил в нем перемен. Я слишком долго пробыл среди волшебников и уезжаю на родину. Я медлил только в надежде, что смогу как-то отплатить вам за свою ошибку, поэтому предлагаю свои услуги в этот трудный для вас час».

— Конечно, ты можешь исцелить Дэна и Невилла.

Увы , мой юный друг, и то, и другое невозможно, моим слезам нужно время, чтобы восстановить свою силу, а это займет слишком много времени, чтобы помочь. Я могу спасти только одного.

Разум Гарри кружился, но слова феникса вселили в него надежду.

« Хорошо, друг мой, пойдем посмотрим, что ты можешь сделать».

Гарри шел по коридору с Фоксом на плече, заставляя всех, мимо кого он проходил, останавливаться и смотреть: к легенде о Поттере только что были добавлены еще несколько страниц.

Гермиона почувствовала прилив надежды благодаря связи, но по какой-то причине она не могла общаться с Гарри. Она уже собиралась отправиться на его поиски, когда он вошел в комнату, и на все ее вопросы и молитвы были получены мгновенные ответы.

«Фоукс!» она кричала от радости.

Эмма и Аманда смотрели на Гарри с красивой птицей, но не могли понять, что так взволновало Гермиону.

Гарри говорил спокойно, но с абсолютной искренностью в голосе: «Послушайте меня, дамы, у нас есть только один шанс, поэтому, пожалуйста, отойдите и не вмешивайтесь, что бы ни случилось».

Эмма не знала, что происходит, но выражение радостной надежды на лице Гермионы приняло решение. Это была еще одна ситуация, в которой ей пришлось поверить, что эти двое знают, что делают, потому что она была совершенно не в себе. Если бы им это удалось, она бы никогда больше их не допрашивала.

Дэн Грейнджер лежал лицом вниз на кровати. Он был оглушен, не мог двигаться и чувствовал боль, поскольку кусок витража все еще торчал из его шеи. Каждый целитель, осматривавший его, боялся удалить его, опасаясь ущерба, который он мог причинить. Знание того, с кем он связан, лишь усиливало страх: никто не хотел ошибиться с этим пациентом.

Феникс сообщил Гарри, что он готов, одно заклинание призыва без палочки позже, и кусок витража оказался в руке молодого волшебника.

Фоукс начал плакать в рану сразу после того, как убрали стекло.

Эмма стояла неподвижно, не веря тому, что ее глаза сообщали ее мозгу. Раны на шее ее мужа зажили, потому что в нее закричала птица, черт возьми, она стала бабушкой, потому что после этого она могла поверить во что угодно.

Гарри снял заклинания со своего тестя, и Дэн открыл глаза.

Эмма и Аманда держались друг за друга и плакали от неверия, пока Гермиона приближалась к прекрасному фениксу.

«Фоукс, ты теперь спас двух самых важных людей в моей жизни, если тебе когда-нибудь что-нибудь понадобится, это твое».

Комната наполнилась звуками песни феникса, прежде чем Фоукс исчез.

Гарри позвал в комнату целителя, который следующие пятнадцать минут провел, осматривая Дэна, прежде чем объявить, что не нашел в нем ничего плохого.

Гарри почти вытащил Гермиону из комнаты, объясняя свой план по связи, когда он собирался найти Джинни.

Когда они вошли в ее комнату, маленькая рыжая выскочила из кровати, сбив близнецов с ног, прежде чем схватить Гермиону в сокрушительных объятиях. Наконец они заставили ее ослабить хватку Гермионы и сесть, пока Гарри объяснял свой план.

«Джинни, возможно, мы сможем спасти Невилла, но нам нужна твоя помощь».

Она снова встала и была готова идти, а Гарри только покачал головой.

«Помнишь наш разговор о том, чтобы подумать, прежде чем действовать? Что ж, это определенно один из таких случаев».

Она снова села, готовая слушать.

Невилл умирает, потому что он потерял так много крови, что в его теле не осталось достаточно магии, чтобы сохранить ему жизнь. Мы собираемся попытаться ввести магию в его тело, чтобы перезарядить его организм, но есть проблема. Тот, кто это сделает, управляет всем риск того, что их магия вступит в реакцию с Невиллом, что приведет к формированию связи. По понятным причинам ни Гермиона, ни я не можем этого сделать, а его бабушка, вероятно, не выдержала напряжения магического переноса, который приводит нас к вам. Мы знаем, что вам нравится Невилл и мы оба высокого мнения о нем, но решение должен принять ты, как я сказала тебе сегодня утром, что это всегда выбор женщины».

Билл обратился к своей младшей сестре: «Джинни, тебе нужно не торопиться и подумать об этом. Сегодня я впервые увидел Невилла, и он кажется хорошим молодым человеком, но это может быть на всю жизнь. Ты должна быть уверена, Джинни, но мы поддержим тебя, что бы ты ни решил».

Джинни сказала спокойно: «Насколько я понимаю ситуацию, если мы попытаемся это сделать, и это сработает, я могу оказаться на каком-то уровне привязанным к действительно хорошему, порядочному парню, который мне нравится и я знаю, что он интересуется мной, а не мисс Поттер».

Все кивнули в знак согласия.

«Мой другой вариант — ничего не делать, и он умрет. Если это мой выбор, я готов уйти прямо сейчас».

Гермиона обнимала ее, пока они с Уизли следовали за Гарри в комнату Невилла, он объяснил бабушке, что они хотят сделать.

Она посмотрела на Джинни с удивлением в глазах: «Ты сделаешь это ради моего Невилла?»

Джинни дерзко ответила: «Если это сработает, он может стать моим Невиллом».

Это вызвало смешок пожилой женщины: «О, мне нравится этот, мой Лорд, именно то, что нужно Невиллу, чтобы вытащить его из своей скорлупы. Мне здесь нечего терять, и я могу получить все, поэтому, конечно, я даю свое разрешение».

Гарри сказал Джинни, что делать, пока они с Гермионой положили руки Джинни на плечи.

Мысли Джинни об их первом утреннем поцелуе вскоре заставили ее магию перелиться в молодого волшебника, в то время как Гарри и Гермиона влили магию в свою приемную дочь.

Джинни, будучи упрямой молодой ведьмой, трижды приказала ей остановиться, а затем Билл практически заставил ее разорвать контакт, прежде чем она упала в обморок от изнеможения. Гарри взял ее на руки и уложил в постель рядом с Невиллом, а Гермиона объяснила, что, если связь начнет формироваться, это сохранит ее стабильность.

Теперь им оставалось только ждать.

Гермиона ушла, чтобы забрать своих родителей, и теперь именно она будет держать Гарри в курсе событий через связь, пока он присматривает за Джинни и Невиллом.

Она обнаружила, что ее отец сидел на краю кровати, над которым суетились Эмма и Аманда, Гермиона бросилась к нему на руки.

«Все в порядке, дорогая», — сказал Дэн. «Гарри знал, что в какой-то момент они придут за нами, не так ли?»

Гермиона кивнула головой: «Мы просто не ожидали этого сегодня, а охрана вокруг церкви означала, что никто не должен подходить ближе, чем на сто ярдов к этому месту. Мы ждем дополнительной информации, прежде чем решить, что делать дальше».

«Гарри сказал мне, что его ответ должен быть жестоким, тогда это меня встревожило, но больше нет. Сегодня нам очень повезло; их намерением было уничтожить всех, так что дайте мне пистолет, и я встану рядом с Гарри. Они могут Если у нас не будет второго шанса, в следующий раз нам может не так повезти».

Эмма сказала на полном серьезе: «Я уже предложила, дорогой, по дробовику каждому?»

«Я посмотрела в глаза Гарри, когда он пообещал забрать этих ублюдков и тебе не понадобятся эти пистолеты, они понятия не имеют, какую большую ошибку они только что совершили», — сказала Аманда, фактически заканчивая дискуссию.

Дэн был признан здоровым, поэтому они отправились на поиски Сириуса и Ремуса.

Больница медленно восстанавливалась после внезапного наплыва пациентов, и все участники свадьбы Поттеров лечились на одном этаже, будь то волшебники, маглы, эльфы или гоблины. Это произошло впервые в истории церкви Святого Мунго, и очень жаль, что именно такое событие стало причиной реализации этого знаменательного события.

В первой комнате, в которую вошли Гермиона и Грейнджеры, была самая странная пара, которую она только могла себе представить: Лаванда Браун и Тина Эллиот!

Тина и ее подруга Кэрол Бернс были двумя самыми популярными девочками в начальной школе Гермионы и на шесть лет превратили ее жизнь в ад своими ехидными комментариями и резкими замечаниями. Со всеми, кто хотя бы разговаривал с Гермионой, обращались одинаково, гарантируя, что на Хогвартс-экспресс села одинокая Гермиона Грейнджер.

Оба были порезаны разлетающимся стеклом, хотя выглядели так, как будто они уже выздоровели.

«О, Гермиона, твое прекрасное платье испорчено, и ты выглядела в нем сенсационно, и эти платья подружек невесты были великолепны, и твои клятвы заставили меня плакать, как Гарри, Джинни и Невилл?» — выдохнула Лаванда на одном дыхании.

Гермиона впервые заметила состояние ее платья и спросила проходящего мимо эльфа в тунике Поттера, может ли она принести ей смену одежды. Она также заметила типичный для Лаванды порядок расспросов: одежда важнее жизней.

Гермиона улыбнулась: «Привет, Лав, с Гарри и Джинни все в порядке, но мы еще не уверены насчет Невилла. Привет, Тина, как твои дела?»

Как вы? Простой вопрос, вот только Тина Эллиот понятия не имела, как на него ответить. Когда она получила приглашение на свадьбу, ее первоначальная мысль была розыгрышем, пока она не узнала, что были приглашены и другие.

А сегодня, когда она вошла в церковь и увидела мемориальную доску, она была потрясена, но далеко не в том шоке, который она испытала, глядя на красавчика, стоящего перед алтарем и ожидающего свою невесту.

Группа друзей сходилась во мнении, что она выходит замуж за какого-то старого ученого, который собирал себе шестнадцатилетнюю невесту и не слишком беспокоился о ее внешности, но взгляд на жениха опроверг эту теорию.

Затем вошла невеста, похожая на сказочную принцессу, и ее принц не сводил с нее глаз, Тина никогда не видела пару, настолько явно влюбленную друг в друга, что все остальное не имело значения. Когда они произносили свои клятвы, у каждого человека в церкви были слезы на глазах.

Тина внезапно залилась кровью и уже собиралась закричать, как только появилась в какой-то больнице. У нее были порезы на лице, груди и плечах, и она думала, что шрамы останутся у нее на всю жизнь, пока странная женщина не взмахнула палкой, напевая мелодию, и ее порезы не исчезли.

После того, как ей дали выпить лекарство, она оказалась в постели, деля комнату с девушкой по имени Лаванда, которая очень хорошо знала жениха и невесту. Затем Лаванда начала рассказывать истории, в которых Тина ставила под сомнение ее здравомыслие, а также ингредиенты полученного ею лекарства.

Как вы? Никакой чертовой идеи, но она должна была сказать что-то этой уверенной в себе женщине, не похожей на странную, занудную маленькую девочку, которую они безжалостно дразнили.

«Ты правда ведьма? Черт, ты правда Гермиона Грейнджер?» — спросила Тина.

Эльф вернулся с доспехами и плащом Гермионы, поэтому она тут же щелкнула пальцами и переоделась. Эльф выглядел испуганным, пока Гермиона не сказала: «Винки научила меня, она действительно особенная, и мы уверены, что с ней все будет в порядке», — сияющий эльф глубоко поклонился и ушел.

Повернувшись к Тине: «Да, я ведьма, и на самом деле я теперь леди Гермиона Джейн Поттер Гриффиндор. Где твоя подруга Кэрол?» Гермиона была вполне довольна собой, пока не увидела боль в глазах Тины.

«Кэрол не смогла прийти, для нее сегодня день химиотерапии», — сказала Тина со слезами на глазах.

«Мне жаль это слышать», — сказала Гермиона, сообщая Гарри под залог, что в клинику Лили Поттер только что поступил первый пациент.

«Лаванда рассказывала мне, что ваш муж сражался с драконом, и фигура в окне была удивительно похожа на него. Вы заметили?» — спросила Тина.

Гермиона лишь улыбнулась и мечтательно ответила: «Тина, зачем мне смотреть в окно, когда настоящая вещь стоит прямо передо мной? Ни одно окно не сможет отдать должное моему Гарри».

«Мне просто не терпится рассказать всем, мне никогда не поверят!» сказала Тина.

Гермиона только покачала головой и ушла, объяснив озадаченной бабушке, что Тине удалит все воспоминания о святом Мунго, когда она будет достаточно здорова.

«Мне сотрут память?» — спросила Аманда.

Эмма усмехнулась, в то время как Дэн обнадеживающе обнял свою мать: «Мама, ты теперь бабушка Гарри Поттера. Поверь мне, когда я говорю, что никто не приблизится к тебе с палочкой в ​​руке».

Группа, ожидавшая в комнате Невилла, обсуждала перемены, запланированные в Хогвартсе, когда в комнату вошел молодой доктор, неодобрительно глядя на кровать, на которой спала юная ведьма, и обнимал умирающего волшебника.

Узнав Гарри, он мудро решил ничего не говорить и просто провести диагностическое сканирование, для которого его послали. Наложив заклинание в третий раз и получив подтверждающие результаты, он выбежал из комнаты и побежал по коридору, чтобы найти своего начальника, оставив после себя комнату, полную улыбающихся людей.

Затем Гермиона и семья обнаружили ее любимого профессора лежащим в постели с повязками, закрывающими одну сторону лица, Филиус сидел, пытаясь утешить плачущую Поппи.

— Как Минерва? — спросила Эмма, которой с момента их первой встречи понравился серьезный профессор.

«Мы думаем, что с ней все будет в порядке, стекло не достигло ее мозга, хотя ее глаз и зрительный нерв не подлежали восстановлению. По крайней мере, она будет избавлена ​​от «Безумного Глаза МакГонагалл», поскольку повреждения настолько серьезны, что даже работай, — рыдала Поппи.

Гермионе пришлось покинуть комнату, молча сообщив Гарри, что она пойдет с ним, когда они узнают, кто за это несет ответственность.

В конце концов они нашли мародеров в одной комнате, и, хотя Сириус все еще был немного пьян, Ремус мог снова использовать свои силы оборотня для восстановления сил, он сидел в постели.

Оба собирались провести день или два в больнице Святого Мунго, но ожидалось, что они полностью выздоровеют. На вопросы о состоянии других были даны ответы, когда разъяренный Рагнок и Амелия ворвались в комнату в поисках Гарри.

«Он уже в пути», ответила Гермиона, «что случилось?»

«Они использовали магглов, вот что произошло», — ответил разъяренный Рагнок.

Прибыл Гарри, и Амелия начала объяснять: «Мы думали, что эта история связана с гостями-маглами. Мы утверждали, что новое окно не было закончено должным образом и выпало, разбив несколько разлетевшихся стекол. Несколько измененных воспоминаний, и оно было забрано. забота о."

«Тогда в чем проблема? Рита Скитер, как обычно, придумывает свою собственную версию событий?» спросила Гермиона

«Это было бы впечатляюще, поскольку она мертва! Риту нашли на глубине десяти футов земли, прижатой к стене стеклом, и понятия не имею, как она попала в церковь или туда, полная загадка», — сказала Амелия.

Проблема маггловская. Во всех новостях говорится, что пожилая пара была убита, когда террористы использовали их сад, чтобы запустить ракету по самолету, но вместо этого она попала в церковь», — сказала Амелия, которую встретила полная тишина.

Рагнок едва сдерживал свой гнев: «Эта ракета была нацелена на церковь и должна была прорваться через окно, взорвавшись внутри здания, убив большинство гостей свадьбы. Только обереги и щиты заставили ее взорваться снаружи, хотя они не могли этого сделать». справиться с взрывом, взорвавшимся прямо рядом с витражом. Магглы говорят, что это была неисправность, которая спасла нас, потому что, если бы он взорвался внутри, они бы искали среди завалов тела!"

«Наш самый дальний периметр составлял сто ярдов, мы просто не знали, что такое вообще возможно». Амелия была так же зла, как и Рагнок, просто она лучше это скрывала.

В конце концов Гарри ответил: «Нам нужно уничтожить их и быстро, кто знает, какие еще технологии у них есть или какие цели они могут преследовать в следующий раз. Ракеты не дешевы, поэтому кто-то перемещает много золота, но не обязательно в На прошлой неделе. У них, должно быть, были магглы и ракеты, ожидающие цели, поэтому нужно искать следы денег. Как Грипхук?"

«Он потерял руку, но будет жить. Сейчас это покушение на главу нации гоблинов, эльфы смотрят на Добби и Винки как на своих лидеров, а при наличии исполняющего обязанности министра и главной ведьмы это фактически обезглавит волшебника. мир", — ответил Рагнок

«Если гоблины следят за финансами, в то время как эльфы собирают информацию, тогда мы хотим предать гласности, что тот, кто за этим стоит, нанял магглов для выполнения своей грязной работы. Старые чистокровные дома будут потрясены, отрезав потенциальную поддержку». Сказала Гермиона

Гарри изложил свою точку зрения: «Мы должны прийти к согласию, эта угроза должна быть уничтожена, прежде чем они получат шанс нанести удар по незащищенной цели, только тот факт, что половина эльфов в стране была в церкви, сохранил число погибших. вниз. Невилл и Джинни оба были бы мертвы, если бы не эльфы. Невозможно откупиться от этого беспорядка, виновные предстанут перед высшей справедливостью и заплатят своей жизнью».

Рагнок был полностью согласен: это было прямое нападение на нацию гоблинов и в любое другое время означало бы войну или, как волшебники любили их называть, «восстания гоблинов». Только дух сотрудничества, к которому они стремились, остановил его руку. Это, а также тот факт, что он знал, что Гарри не успокоится, пока угроза не будет устранена.

Амелия слушала слова Гарри, и мысль об ущербе, нанесенном одной из этих штук, выпущенных в министерство или, не дай Мерлин, в церковь Святого Мунго, оставила ей только один ответ. Кто бы ни был замешан в этом, он только что потерял право на жизнь.

Невилл Лонгботтом медленно просыпался, не понимая, где он. В чем он был уверен, так это в великолепной маленькой рыжей девочке, которая лежала с ним в постели.

Он оглядел комнату и увидел пятерых братьев Уизли, Гарри, Гермиону и свою бабушку.

«ОК, я умер». сказал Невилл

«Только если ты не поцелуешь меня прямо сию минуту!» ответила Джинни.

Невилл быстро понял, что напугало его больше всего, и поцеловал свою девушку.

Роуз Паркинсон просмотрела первый номер «Ежедневного пророка», в котором она была редактором, и подумала: «Черт, как нам этому следовать?» поскольку она знала, что это издание изменит их мир.

Никто никогда не говорил, что чистокровные обычаи имеют смысл, если только вы не богатый чистокровный мужчина, но нападение на свадьбу Поттера превратило эти убеждения в насмешку, и кто-то допустил очень серьезный просчет.

Чистокровные по всей стране были бы возмущены этой новостью не потому, что свадьба подверглась нападению, и не потому, что перспектива потери большинства лидеров магического мира вызвала эти чувства.

Нет, это было включение магглов и их технологий, что означало, что магия не справляется с этой задачей, и всего, что показывает маглов в лучшем свете, чем волшебников, следует избегать любой ценой.

Люди, причастные к этому нападению, только что потеряли поддержку той части общества, которую они собираются представлять.

Огромная волшебная фотография, которая была просто культовой, доминировала на первой полосе и стоила тысячи слов.

Волшебник-полукровка только что женился на ведьме первого поколения магглским священником, а по обе стороны счастливой пары были чистокровные и эльфы.

Если это не было достаточно знаковым, огромный витраж позади свадебной вечеринки затем взрывается, и все могут видеть, как Винки бросается между Джинни и окном, в то время как наследник одной из самых уважаемых чистокровных семей, Невилл Лонгботтом, получает несколько ударов от летящего стекла. .

Это была потрясающая картина, показывающая, как красивая сцена за несколько секунд превращается в ужасающую бойню, способную изменить политический ландшафт волшебного мира.

Картина была волшебным образом изменена для воспроизведения на медленной скорости, и любому, кто наблюдает за ее разворачиванием, будет трудно поверить, что маггл-министр был единственным погибшим в группе, поскольку Винки и Невилл все еще были без сознания на момент печати.

Министерство также сделало беспрецедентное заявление о награждении тремя орденами Мерлина первой степени. Беспрецедентная доля досталась получателям Дэниел Грейнджер — маггл, Винки — эльф и Драмлок (посмертно) — гоблин.

Все сознательно использовали свои тела в качестве щитов для защиты других, что стоило храброму гоблину жизни, когда он защищал главу своего государства.

Существовала также особая награда за храбрость для эльфов, спасших столько жизней своими щитами и быстрой эвакуацией раненых; каждый эльф получал специальный значок, предназначенный для этого случая, который можно было носить на своих туниках.

Награды должны были быть вручены на праздничном балу в канун Рождества.

Когда Роуз приняла решение не печатать, в статье не было сказано, что Гарри и Гермиона отказались от награды за избавление мира от Риддла. Они оба искренне поддержали объявленные награды, поскольку считали, что следует уважать спасение жизней, а не получение их.

Новый редактор также включил выдержки из маггловской прессы с описанием использованного оружия и того, что произошло бы, если бы не мощная магическая защита.

Роуз уже напечатала вдвое больше газет, чем обычно, но из окна своего офиса она видела, насколько загружен газетный киоск, и решила напечатать больше.

Сириус сидел на своей больничной койке и читал пророка, когда заметил, что Ремус подбросил газету в воздух и громко завыл, прежде чем повернуться к своему другу-анимагу и сказать: «Страница восемь, конец третьей колонки».

Он посмотрел на предложенное место и прочитал статью, которая была помещена чуть выше рекламы «Увеличьте силу своей палочки и встретите ведьму своей мечты», и понял реакцию своего друга.

Тело Фенрира Грейбека, оборотня, известного своими укусами детей, было найдено вчера на ступенях здания министерства. К телу была прикреплена записка с просьбой поместить награду в министерский фонтан Святого Мунго.

«Нам нужно скорее выбираться отсюда, я поклялся, что в тот день, когда этот ублюдок умрет, я напюсь», — сказал эмоциональный Ремус.

«Я определенно думаю, что пора выпить, но мы должны помнить, что теперь мы профессора Хогвартса», — серьезно ответил Сириус.

Неверующий Ремус уставился на незнакомца, обитающего в теле его друга: «Мерлин, когда ты стал ответственным, Сириус?»

«С тех пор, как я поклялся никогда больше не подводить Гарри, он и его замечательная жена пытаются изменить мир, и меньшее, что я могу сделать, — это изменить себя», — сказал задумчивый Сириус.

«Тогда у тебя задача посложнее», — пошутил Ремус, когда подушка покинула Сириуса и ударила оборотня по голове.

Ты должен быть умным, ты думаешь, Гермиона позволит паре шутников присматривать за ними? Нам нужно действовать умно, чтобы обучить следующее поколение мародеров», — сказал Сириус.

Смех, доносившийся из комнаты, стал для медицинского персонала хорошим индикатором того, что эти пациенты готовы идти домой.

Тео Нотт прочитал «Пророка», стараясь не впасть в панику.

Он был в Косом переулке, когда к нему подошел знакомый его покойного отца, и они начали болтать.

Тео не был глупым и знал, что у него спрашивают информацию, поскольку Миллисент смогла так легко вывести Поттера из строя, что он решил, что, ожидая развития событий, было бы разумной политикой, которую следует принять.

Если его спросят, он скажет, что это была не более чем дружеская беседа.

Грипхук тоже сидел на кровати Святого Мунго, хотя вокруг него были разложены маггловские газеты, а помощник из банка делал заметки, ему нужно было попрактиковаться в письме левой рукой.

Гоблин не мог поверить объему информации, содержащейся в этих магловских публикациях, и рекомендовал Рагноку, чтобы банк покупал их ежедневно и нанял кого-нибудь, чтобы он просматривал их в поисках выгодных возможностей.

Он думал, что ему потребуются недели, чтобы собрать конкретные детали, но здесь они были выделены жирным шрифтом прямо перед ним; марка, модель и частичный серийный номер используемого устройства, а также вероятная стоимость и наименование незаконных поставщиков с указанием страны происхождения для пущей убедительности.

Это значительно облегчило бы отслеживание денежного следа, поскольку только гоблины могли конвертировать галеоны в маггловскую валюту, где бы они ни находились.

Блейз видел, что что-то беспокоило его сестру; Клэр никогда не умела скрывать свои эмоции, поэтому он решил пойти прямым путем.

«Ладно, сестренка, все, что тебя разъедает, нужно прекратить, так что выплесни это»

«Это Тео», — тихо сказала она.

«ЧТО я буду…»

Теперь смущенная Клэр попыталась успокоить своего заботливого брата: «Нет, ничего подобного. Когда мы были во Флорише и Блотте за принадлежностями для Хогвартса, я услышала, как Тео разговаривал с кем-то, кого я не узнала, и он рассказал им все подробности свадьбы Поттеров. Он рассказал им, где, когда и даже что Рагнок будет там. Ну, после того, что произошло, я очень волнуюсь, как вы думаете, он имеет к этому какое-то отношение?»

Блейз знал, что велика вероятность, что информация просочилась от кого-то внутри дома Поттеров, когда было подслушано свадебное приглашение Грипхука от Гермионы, новость распространилась со скоростью лесного пожара, и тут и там обнаружились детали, довольно скоро все владели информацией, которую эти террористам понадобилось бы, и все они были под подозрением.

Он предположил, что у Тео были большие амбиции, но это было бы действительно глупо, поскольку оба Поттера ставили это на грань «работай против семьи, и церковь Святого Мунго не сможет тебе помочь», говоря простым языком, ты был бы мертв.

Им предлагались возможности, превосходящие их мечты, но Тео, похоже, пытался охватить все свои возможности.

Гермиона взяла интервью у семьи Забини, и узнав, что их мать теперь профессор Хогвартса и глава Слизерина, было не единственным потрясением, которое их ожидало. Блейз ожидал, что его клятву потребуют от дома гончаров, но она спокойно объяснила, что они готовы принести клятву, когда люди почувствуют, что настало время, опять же, здесь была эта концепция, столь чуждая сообществу чистокровных — выбор.

Блейз понял, что время пришло, и отправился передать информацию и принести клятву.

Юэн Аберкромби сидел с таким выражением лица, которое часто бывает у людей после встречи с лордом и леди Гриффиндор.

Это была любопытная смесь шока, удивления и небольшого блаженства, добавленного на всякий случай — единственный раз, когда этот взгляд существовал, был связан с маленькими детьми и рождественским утром.

Его первый взгляд на легендарного Гарри Поттера произошел сегодня утром, когда он нокаутировал Рэмси, деспотичного придурка, на спину, что стало одним из самых ярких событий его дня. Среди других — работа с гоблинами, эльфами и лечение магглов в больнице Святого Мунго.

Молодая пара подошла к нему и спросила, есть ли у него время поболтать и выпить кофе. Спустя несколько секунд их обслуживали эльфы-гончары, а пара гоблинов следила за тем, чтобы их никто не беспокоил.

Юэн не мог не чувствовать, что у него берут интервью, когда он рассказывал им о своем отце-магле, докторе, погибшем в дорожно-транспортном происшествии, и его матери, которая была ведьмой, воспитывавшей его в волшебном мире после того, как пришло письмо из Хогвартса. .

Поступив в Рейвенкло, он хорошо провел там время и стал целителем, что, по его мнению, было предначертано. Он влюбился и женился на сестре своего друга, которая была сквибом, унаследовавшим талант своих родителей к приготовлению зелий, но из-за своего статуса смогла найти работу только за прилавком аптекаря.

Эта новость, казалось, обрадовала Поттеров, что раздражало целителя, пока они не сделали ему предложение, от которого он не смог отказаться.

Теперь он возглавлял клинику Лили Поттер, а его жена отвечала за лабораторию зелий, которая не только снабжала клинику, но и производила волчий отрава для каждого оборотня в Британии. Все обучение, оборудование и персонал будут организованы Аберкромби, и все необходимое будет в наличии.

Когда он сказал, что клиника должна быть открыта для всех, кто в ней нуждается, будь то маггл, маг, гоблин или эльф! Гарри встал и пожал ему руку, сказав что-то вроде «подходящий человек для этой работы», в то время как его жена поцеловала Юэна в щеку и поздравила его.

Теперь у Юэна была очень приятная задача: пойти домой и сказать жене, что они покидают свою крошечную съемную квартирку и переезжают в клинику, предоставленную их новым работодателем, компанией «Стаг Индастриз».

Он сидел и улыбался, когда осознание того, какие изменения это произведет не только в их жизни, начало охватывать осознание того, что спасение детей — это чудесная вещь, но теперь они могут финансово позволить себе произвести на свет своих собственных. Рождество действительно наступило рано для Аберкромби.

Тео Нотт увидел приближающихся четырех гоблинов и медленно поднял руки ладонью наружу, признавая, что обе пусты, а его палочка остается в его мантии, где ей и место. Сейчас определенно не время терять голову.

Его увели и допросили, Тео рассказал им все, включая имя волшебника, с которым он беседовал, но его заявление о невиновности, похоже, осталось глухим к ушам гоблинов, и он понял, что игра окончена, когда они произвели Веритасерум, заявив, что это было просто для того, чтобы сделать уверен, что он не забыл никаких подробностей.

Менее чем через час Теодор Нотт обнаружил, что сидит в камере гоблинов и ждет своей участи. Почему-то он подумал, что Клэр Забини понадобится свидание на Святочном балу.

Аманда Флинт была проблемной молодой ведьмой, ее отец только что умер, мать где-то мыла посуду, и она наблюдала, как ее брата убили, пытаясь убить их лорда.

Аманда Флинт никогда в жизни не чувствовала себя такой свободной и счастливой, и именно это ее беспокоило: она решила взглянуть на каждого в отдельности, пытаясь понять свои чувства.

Ее отец был хладнокровным человеком, от которого она никогда не говорила ни доброго слова, и конец всякой привязанности наступил, когда она познакомила ее с будущим мужем.

Он был старше ее отца и начал осматривать ее, как какой-то домашний скот, водя по ней руками, в то время как родители, которые должны были защищать свою дочь, торговались из-за цены.

Если бы у нее была палочка, Аманде было бы трудно выбрать, кого проклясть в первую очередь.

Ее мать придерживалась позиции : «Моя жизнь — дерьмо, и твоя тоже, прими это и уменьши боль позже »; казалось, она вымещала все свое разочарование на бедных домашних эльфах.

Аманда задавалась вопросом, изменит ли неделя работы с ними ее взгляд на жизнь.

Ее брат был незнакомцем; она не могла припомнить разговора с ним с тех пор, как он уехал в Хогвартс, женщинам не разрешалось говорить за семейным столом Флинтов, и она не имела с ним никаких контактов в любое другое время.

Он бросил вызов своему господину, который оказал ему честь на дуэли, а затем предложил ему шанс выжить после поражения. Он решил трусливо ругаться под предлогом присяги на верность.

После такого бесчестия их господин должен был убить всю свою семью, но вместо этого пощадил их мать и открыл ей двери, о которых она смела только мечтать.

Ее брака по расчету больше не было, и Хогвартс манил ее, а также Святочный бал в сопровождении красивого эскорта. День, который она провела в Косом переулке с другими подростками из дома Поттеров, был одним из самых счастливых в ее короткой жизни: покупка бального платья и мороженое с Блейзом были воспоминаниями, достойными создания капрала-патронуса.

Аманда поняла, что в разговоре с Гарри и Гермионой ей было проявлено больше любви и заботы, чем когда-либо в ее жизни, и было принято решение, что она является гордым и счастливым членом дома Поттеров.

Стивен Мерфи читал «Пророка», пока не дошёл до абзаца о том, что лорд Гриффиндор счёл это нападением на его семью, проливающим кровь его дочери, отца и эльфа, поэтому Винки объявил кровную месть всем виновникам этого трусливого нападения.

Именно предложения, в которые он включил информаторов и планировщиков, заставили его кровь застыть в жилах, а вкусный завтрак, который он съел ранее, снова появился.

Так гоблины нашли человека по имени Теодор Нотт, разговаривавшего с богом по фарфоровому телефону.

Он сидел в кресле, ему вводили Веритасерум, и он кричал о своих правах, когда ему указали, что в результате нападения чуть не погиб глава нации гоблинов, и что его судят по гоблинскому закону.

Стивен был рад, что опорожнил желудок раньше, поскольку позыв к рвоте был почти непреодолимым, когда он осознавал, в каких проблемах он оказался.

Следователи-гоблины прекрасно осознавали результат допроса Тима Дэвиса, поэтому были сосредоточены на том, чтобы получить как можно больше информации, прежде чем рисковать более масштабными расследованиями.

Выяснение того, за что и когда ему заплатили, могло бы дать столько же информации, сколько и о том, кто заплатил, без побочного эффекта, когда субъект упал бы замертво.

Им удалось получить подробную информацию обо всех его платежах за последние годы и еще два имени, прежде чем его нерушимая клятва унесла его жизнь.

Информация была передана Грипхуку, и еще два отряда были отправлены с заданием вернуть подозреваемых на допрос.

Винки проснулась, глядя в пару глаз, которые так много значили для нее.

«Ты напугал меня до смерти, пожалуйста, не делай этого больше!» сказал заплаканный Добби

— Как Джинни, с Гарри и Гермионой все в порядке? она прохрипела

Добби поднес напиток к ее губам, пока она отпивала тот же самый элвинский напиток, который они приготовили для Гарри: «У них все в порядке и они беспокоятся о тебе. Невилл — единственный, кто все еще в опасности, хотя они использовали наши способы, чтобы поделиться с ним магией». "

Винки выглядела озадаченной: «Узы Гарри и Гермионы запрещают им делиться с кем-либо, кроме близких родственников».

Добби лишь улыбнулся: «Гарри научился осуществлять передачу, когда передал тебе свою магию через меня. Затем Джинни выступала в роли проводника, пока Гермиона и Гарри вливали магию в Невилла».

«Гарри дал мне свою магию!» — спросила изумленная эльфийка. — Они действительно, должно быть, считают нас семьей, — сказала она со слезами радости на глазах.

— Винки Поттер, ты только начинаешь это понимать? Ты уже спас жизни Гермионы и Джинни; Гарри сделает для тебя все. Он любит тебя почти так же сильно, как и я, — тихо сказал Добби.

— Ты любишь меня, Добби Поттер? — спросил обнадеженный Винки

«Всеми фибрами моего существа, окажете ли вы мне великую честь стать моей спутницей жизни?» — спросил Добби, его голос был полон эмоций.

— О, Добби, разве нам не нужно сначала разрешение?

Добби изо всех сил старался напыщенно произнести: «Лорд Гриффиндор дал мне прямой приказ при первой же возможности попросить Винки стать моей спутницей жизни».

Хихикающий Винки ответил: «Ну, мы не можем пойти против наших лорда и леди, поэтому для меня будет честью стать твоим спутником жизни, Добби Поттер».

Нежный поцелуй, который последовал за этим, не вызвал никакого золотого сияния и не разбил окна, но для пары эльфов это было волшебно.

Никаких слов не требовалось, поскольку Винки лежала на больничной койке, а Добби сидел рядом с ней, положив голову ей на плечо.

Бровь Винки нахмурилась при мысли: «Разве ты не говорил Гарри об опасностях совместного использования магии? Джинни может оказаться привязанной к Невиллу».

Добби усмехнулся: «Я думаю, наша мисс Поттер скорее надеется на такой эффект. Он прекрасный молодой человек и с ее помощью может превратиться в выдающегося волшебника. Его главная проблема — неуверенность в себе, с чем наша Джинни обязательно поможет».

Винки со смехом цитировала знаменитую поговорку: «За каждым великим мужчиной стоит великая женщина».

Добби наклонился и поцеловал ее: «Правда, моя дорогая, но не у всех есть Орден Мерлина первой степени, как у тебя!»

"ЧТО!" можно было услышать по всему Сент-Мунго

Когда Гарри сказал, что ни один эльф больше не будет подвергаться насилию и чтобы вызволить его, Винки отправился в крестовый поход одного эльфа, чтобы воплотить эту мечту в реальность.

Она посетила все заведения Британии, где были эльфы, и поговорила с большинством из них.

Тех, кто наслаждается жизнью в хороших семьях, она оставила, пообещав, что, если что-то изменится, им всегда будут рады, у них будет место для проживания.

Обиженных она призывала бежать любыми возможными способами, поскольку их встретят с распростертыми объятиями и о них позаботятся, как об эльфах Поттера.

мозг, смелость покинула его, но у Джинни ее хватило на них обоих, что она и доказала, поцеловав его перед всей семьей за завтраком.

С того момента Невилл знал, что влюблен в пылкую рыжую девочку, и если эта связь имела какой-то эффект, то теперь он был уверен, что Джинни — та девушка, с которой он хотел провести остаток своей жизни.

Джинни испытывала чувство удовлетворения, держа своего парня за руку, которое раньше она испытывала только от Гарри, но когда Невилл поцеловал, ее внутренности превратились в слизь, она знала, что Гарри всегда будет любить ее, но Невилл обожал Джинни, и это был совершенно другой набор эмоций.

Теперь она понимала, что чувствовала Гермиона, когда Гарри ее поцеловал. Невилл заставил ее почувствовать себя самым особенным человеком на свете.

Они были еще молоды, но она знала одно, независимо от того, связаны они или нет, мистер Невилл Лонгботтом никуда не пойдет без Джинни Поттер под рукой.

Группа молча слушала презентацию Грипхука, и каждый пришел к своему собственному выводу, никто не улыбался.

И министр магии, и главная ведьма выглядели плохо, в то время как Рагнок был готов оторвать кому-то руку и избить их мокрым укусом.

Муж и жена Поттера и Грейнджер составили восемь человек, присутствовавших на этом сверхсекретном брифинге.

«Дэн, Эмма, в этой ситуации ты можешь предвидеть реакцию, которую эта новость вызовет лучше, чем у остальных из нас. Мы будем очень признательны за твои мысли по этому поводу», — сказал Гарри.

Очень серьезный Дэн Грейнджер

ответил: «Война!»

Все в комнате пришли к одному и тому же выводу, молча надеясь, что они ошибаются.

«Я знаю, что мы не можем победить, но можем ли мы хотя бы выжить?» спросила Амелия

«Ни малейшего шанса в аду!» ответила Гермиона

Адриан Гринграсс сидел во главе обеденного стола, размышляя о недавних событиях.

Реакция чистокровных на нападение на Поттеров удивила его: эти близорукие дураки не могли видеть дальше своей очередной взятки.

Он был тем, кто обладал навыками и планировал защитить волшебный мир в следующем тысячелетии, и это благодарность, которую он получает: какой-то ребенок объявляет кровную месть, и все они бегут в туалет, обосравшись.

Он посмотрел на свою жену и дочерей через стол и сказал Астории и Дафне после Рождества, что они не вернутся в Хогвартс, и не заплатит золотом за то, чтобы они научились быть маглами.

Именно в своих отношениях с маглами он проявил себя наиболее блестяще, используя подставные компании и всегда облачаясь в гламур, когда были необходимы какие-либо прямые встречи.

В отличие от волшебников, вы не могли требовать нерушимой клятвы, которую должен был дать каждый, кто знал его личность, ни один Адриан не беспокоился о каком-либо расследовании, он был неприкасаемым.

Его больше беспокоила сегодняшняя служба за ужином, он уже поел уже пару минут, а его тарелка все еще была на месте, он уже собирался призвать своего бесполезного главного эльфа, когда в дверь вошла красивая коричневолосая ведьма.

Адриан Гринграсс был шокирован тем, что любой мог найти это место, а не получить доступ; он только начал тянуться к своей палочке, когда меч Гриффиндора коснулся его под подбородком.

Дафна Гринграсс считала, что у ее отца есть более важные вещи, о которых стоит беспокоиться, чем его дочь, говорящая за обеденным столом, например, меч Гриффиндора, который приставил к его горлу очень разгневанный Гарри Поттер, поэтому она решила рискнуть.

— Поттер, что ты здесь делаешь и как ты сюда попал?

«Ну, я знаю, что это не совсем то же самое, что разрушить нашу свадьбу, но мы подумали, что стоит побеспокоить человека, который организовал нападение на его ужине», — сказал Гарри с ядом в каждом слове.

Три ведьмы Гринграсса побледнели еще больше, пророк уже несколько дней был в восторге от того, что расследование продвигается и все причастные к этому люди будут пойманы, отец сказал, что это не что иное, как бессмысленная запугивание, чтобы заставить идиотов сдаться министерство понятия не имело.

Астория подумала, что если ее сестра сможет говорить за столом, то и она тоже.

«Наверное, ты ошибаешься, отец ни в чем таком не замешан»

«Твой отец поступил намного хуже, не хочешь ли ты объяснить своей семье, как ты подверг опасности весь наш мир?» сказала Гермиона

«Это вы подвергли наше существование опасности, пытаясь научить чистокровных быть маглами, наш мир должен оставаться в секрете от магглов, иначе он будет разрушен! Мой план заставит их искать где-то еще, пока мы живем в мире», — кричал Адриан.

«Ты действительно глупый эгоистичный ублюдок, ты никогда не слышал о «прятаться на виду». Чистокровных ведьм и волшебников так легко обнаружить в маггловских ситуациях, потому что они понятия не имеют, как действовать. Мы планируем изменить это, а затем и ваши дочери смогут путешествовать по миру, не опасаясь, что их обнаружат, потому что они не смогут включить свет или использовать маггловские деньги», — сказала Гермиона.

Гарри продолжил: «План твоего отца по финансированию и снабжению террористических групп, заставляющий маггловские власти слишком заняты, чтобы замечать нас, является варварским и фатально ошибочным, а затем снабжать террористов магическими предметами, которые позволяют маггловским системам безопасности не обнаружить оружие и взрывчатку. идиотизм, доведенный до крайности. Он купил небольшой бизнес и заставил их адаптировать свою продукцию так, чтобы ее могли использовать маглы».

Лицо Дафны приобрело цвет ее фамилии: «Это нарушает закон о секретности, если магглы когда-нибудь найдут один из этих предметов, волшебный мир будет разоблачен и обвинен».

Гермиона ответила: «Группы, которые поддерживает твой отец, оставляют взрывчатку на оживленных улицах, убивая женщин и детей, их ищет каждая ветвь маггловского правительства, и это только вопрос времени, когда кого-то поймают».

«Они все слишком глупы, чтобы кого-то поймать, их никогда не найдут», — похвастался Адриан.

Дафна закричала: «Отец, ты идиот! Гарри и Гермиона нашли тебя за ТРИ ДНЯ, ты сидишь там с мечом у горла и хвастаешься, что люди слишком глупы, чтобы найти отбросов, которые следуют за их бредовым лидером. Будь Британией, магловские правительства по всему миру начнут искать в своих странах магические сообщества и уничтожать их. Имя Гринграсс будет проклято на тысячелетие, отдайте мне этот меч, Поттер, я убью его сам!»

«Я ценю чувства Дафны, но сначала нам нужны ответы. Если мы сможем положить этому конец до того, как магглы обнаружат нашу причастность, нам, возможно, удастся спасти ситуацию», — сказал Гарри.

"Я глава старинного чистокровного рода и знаю свои права, требую предстать перед Визенгамотом" крикнул Адриан

«Извини, я все еще страдаю от последствий того взрыва, который ты устроил в субботу, и мой слух продолжает работать. Что он сказал, Гермиона?» — спросил Гарри с невозмутимым выражением лица.

контролировать нас, обнаружить, что делает человека волшебным, и воспроизвести это для себя или уничтожить наше. Раскрытие знаний, которые наш мир помогал террористам против них, приведет к уничтожению Диагона». Элли, Гринготтс, Министерство, Сент-Мунго, Хогсмид и Хогвартс. Любому оставшемуся придется выживать без образования, здравоохранения, банковского дела или законов, пока на него охотятся. Мы вымрем через поколение».

Мрачная Гермиона продолжила: «Правительства всегда будут противостоять террористам, но вмешательство иностранной державы, а именно волшебного мира, история научила нас, что это приведет к войне».

Затем Гарри рассказал о своем видении будущего чистокровным ведьмам.

«Есть так много способов, которыми мы можем помочь маглам и сохранить статус секретности, тысячи из них умирают каждый год от болезней, которые можно вылечить простым зельем. Мы можем производить это в маггловском мире под торговой маркой, спасая жизни и обеспечивая занятость для те, кого избегают в нашем обществе. Сквибы и оборотни присоединятся к рабочей силе, которая может буквально изменить мир».

Минерва даже не подумала бы о такой штуковине, как Moody's. даже если бы это был вариант.

Ее взгляд переместился на утренний выпуск «Ежедневного пророка», показывающий десять мертвых волшебников в центре Косого переулка. Они появились ранним утром, прикрытые, чтобы их не могли унести, и милостиво зачарованные, так что дети до Хогвартса не могли их увидеть. .

У каждого в мертвой руке был зажат кусок цветного стекла, кроме первого и последнего в очереди, Адриану Гринграссу осколок вонзился в лоб, в то время как Теодор Нотт кусал осколок, торчащий у него изо рта. Сцена выглядела еще более жуткой из-за того, что его голова лежала у него на коленях после того, как ее отрубил гоблинский меч, а признание слизеринца под Веритасерумом, что он точно знал, что он делал, передавая информацию, решило его судьбу.

Вокруг тел не было никаких извещений или чего-либо еще, информатор, наемный помощник и руководитель организации были все на месте, витраж рассказывал свою историю.

Картина не шокировала, потому что все в волшебном мире знали, что нечто подобное неизбежно. Гарри ясно дал понять, что нападение на его семью будет стоить преступникам жизни, и вот доказательство.

Роуз Паркинсон получила доказательства против каждого отдельного человека и распечатала их для всеобщего ознакомления, без каких-либо искажений или углов, детали не оставляли ни у кого места для сомнений. Даже Фаджу пришлось бы обвинить их в поцелуе дементора.

Нигде в газете не упоминалось о причастных к этому магглах, но Минерва была уверена, что вскоре их постигнет та же участь.

Кевин Картер был в плохом настроении, каждый раз просыпался в пустой постели.

Его жена в данный момент жила с матерью, потому что его мир превратился в дерьмо, а в их жизни тем временем происходило слишком много других дел, чтобы справиться с этим.

Кевин был главой столичного контртеррористического отдела, и у него ничего не было!

Эти последние взрывы, похоже, были совершены призраками, не оставившими после себя никаких улик, черт, даже жертвы исчезли, хотя у него была запланирована встреча с лордом и леди Гриффиндор на четыре дня сегодня днем ​​в доме бабушки Грейнджер в качестве ее родителей и его родственников. кажется, упал с планеты.

Он надеялся, что старина приготовил хорошие бутерброды, потому что количество вопросов, на которые нужно было ответить, займет некоторое время.

Он пошел на кухню в поисках кофеина и замер, количество адреналина, прокачивавшегося через его организм, сводило на нет всякую необходимость утреннего кофе.

В этом доме была лучшая система безопасности, которую невозможно было купить за деньги, но в центре кухонного стола стояли пять коробок, требующих его внимания, которых не было, когда Кевин ложился спать.

Его разум работал на десятом факторе деформации, и он пришел к выводу, что если бы люди, покинувшие эти ящики, хотели его смерти, он уже был бы мертв.

Подойдя к ящику со столовыми приборами, он достал лопаточку и осторожно с ее помощью снял крышку с коробки. Мысль о том, что, возможно, кто-то из его коллег где-то установил это с помощью секретной камеры, заставила его поклясться, что этот ублюдок будет дежурить в дорожном движении в Пикадилли-серкус были одеты только в нижнее белье.

Он медленно поднял крышку и заглянул внутрь, совершенно испугавшись пары глаз, смотрящих на него, отпрыгнув, сбил крышку, полностью обнажив отрубленную голову, что привело к безумному броску в туалет.

что проведя день в Косом переулке, выбирая самое удивительное платье, которое она когда-либо видела. Завтра она была на Рождественском балу в Министерстве магии, чтобы увидеть, как ее сыну вручают Орден Мерлина Первого. Сорт!

Ее бедро было черно-синим от того места, где она продолжала щипать себя, Аманде просто пришлось сделать это снова, поскольку Гарри и Гермиона пригласили ее на рождественский ужин в свой замок Хогвартс.

Она посмотрела на молодую пару с теперь уже знакомым выражением лица человека, который не мог до конца поверить в то влияние, которое эти два молодых человека оказали на их жизнь.

Аманда услышала звонок в дверь и пошла открывать, как и ожидалось, это была полиция.

Кевин не был уверен, чего ожидать, когда позвонил в звонок, но когда Аманда представилась, он был шокирован: это была бабушка?

Когда Кевин впервые встретил Гарри и Гермиону, он снова начал искать эти скрытые камеры, но каким-то образом он мог почувствовать силу, даже присутствие этих двоих, поэтому, когда представление закончилось и все были названы по именам, он начал.

«Не могли бы вы рассказать мне, какие у вас впечатления от нападения на вашу свадьбу?»

Гермиона ответила: «Я только что поцеловала своего нового мужа, и мы повернулись лицом к прихожанам, когда повсюду было стекло, мы помогли раненым, прежде чем отправиться в частную клинику, где проводилось три свадебных торжества, и мой отец, все сделали полный восстановление."

Кевин спросил: «Не могли бы вы предоставить подробную информацию об этой клинике?»

Когда Гарри ответил, Кевин почувствовал силу в его голосе: «Извините, это частная клиника, и она не имеет никакого отношения к этому расследованию».

Затем он решил спровоцировать ответную реакцию пары: «Они напали на вашу свадьбу, ранив семью и друзей, что вы об этом думаете?»

Каждый мускул в теле Гарри, казалось, напрягся, и когда он ответил на тон своего голоса, пробуждалась небольшая первобытная часть мозга Кевина, которая осознавала, что у него могут быть серьезные проблемы, и во второй раз за день через его тело прокачивался адреналин, в то время как его разум закричал «глупый чертов вопрос»

«Мои мать и отец были убиты невменяемым террористом, который также дал мне это», Гарри поднял волосы, показывая знаменитый шрам, «теперь, как умный человек, я предполагаю, что вы можете ответить на свой собственный вопрос».

Кевин неуклюже пытался извиниться, когда раздался звонок в дверь и Аманда вернулась с двумя последними людьми на земле, которых он ожидал увидеть: женой и маленьким сыном.

Еще больше усугубляя его замешательство, Джемма положила Кевина-младшего к себе на колени и обняла Гарри и Гермиону, одновременно целуя и плача, он посмотрел на сына, и эти яркие глаза сияли на него с лица, которое было на картинке. здоровья.

Это было удивительно, поскольку он находился в больнице с серьезными проблемами с почками, и врачи предполагали, что ему может потребоваться трансплантация. Кевин знал, что его жена убьет его, если он будет ругаться перед их ребенком, поэтому его вопрос был мысленно изменен три раза. прежде чем выпалить: «Кто-нибудь скажет мне, что, черт возьми, здесь происходит?»

Джемма ликовала: «Гарри и Гермиона пришли к маме и сказали, что у них есть лечение, которое поможет Кевину. Я пыталась связаться с тобой, но они продолжали говорить, что недоступны, поэтому я рискнула, и доктор Аберкромби был замечательным, он сказал, что они определенно смогут его вылечить, и его жена так нежно уговаривала Кевина выпить лекарство, и через час ему захотелось встать с постели и поиграть, ох, спасибо тебе огромное»

Как обычно, пробелы заполнила Гермиона: «Мы владеем частной клиникой и используем альтернативные лекарства, они содержат все натуральные ингредиенты и передаются и совершенствуются в течение сотен лет. В настоящее время мы работаем над тем, чтобы эти лекарства были доступны для широкой публики, но это может занять некоторое время, в то время как сотни, если не тысячи детей могут умереть. Это неприемлемый вариант для нас, поэтому клиника будет помогать как можно большему числу детей. Она названа в честь матери Гарри и полностью финансируется Семья Поттеров».

Гарри продолжил: «Стандартная практика наших советников по безопасности — проверять всех, кого мы встречаем, и, обнаружив, что ваш сын болен, мы решили помочь. Надеюсь, вы понимаете необходимость того, чтобы клиника оставалась частной, иначе мы были бы перегружены и не смогли бы лечить кого-либо. Это не имеет ничего общего с вашим расследованием, поскольку мы помогаем тем, кто в этом нуждается; Гермиона называет это моим делом спасения людей. Мы здесь не плохие парни, но, пожалуйста, поймите, семья — это все для меня, и, как и вы, я тоже абсолютно все, чтобы защитить их».

Кевин был в затруднительном положении, здесь явно происходило нечто большее, чем кажется на первый взгляд, но он только что получил самое мощное предупреждение «отступить» в истории британской полиции. Он пытался судить о загадке, которой были Поттеры: с одной стороны, у них определенно были секреты, которые они хотели оставить секретами, но, с другой стороны, избавление улиц от террористов и спасение детей, не в последнюю очередь его собственных, были чертовски мощными позитивными моментами.

Дерьмо! Самое простое решение, которое он когда-либо принимал, обняв сына, он пожал им руку, пожелав счастливого Рождества, и с Джеммой на его руке оставил их жизни навсегда, он просто надеялся, что его сотрудники навели порядок, так как он не хотел объяснять жене о пять голов, которые лежали на ее безупречно чистом кухонном столе.

Вернувшись в коттедж, Гарри обнял Гермиону: «Миссис Поттер, вы маленькая лгунья! Когда вы сказали «все натуральные ингредиенты», я чуть не задохнулся, пытаясь не засмеяться».

Гермиона улыбнулась и поцеловала мужа, прежде чем отметить, что она сказала правду: ингредиенты были для них совершенно естественными.

Аманда наблюдала, как эта красивая, уверенная в себе молодая женщина смеется и шутит со своим мужем, а ее мысли обратились к книжной девушке с густыми волосами, которую она видела летом, и ей на ум пришло только одно слово: волшебство !

Гарри и Гермиона лежали в постели, обнявшись в объятиях друг друга, и размышляли о только что прошедшем дне.

После того, как Картеры ушли, Гарри спросил бабушку, не хочет ли она вернуться с ними в Хогвартс и остаться на каникулы. Аманда Грейнджер выглядела так, словно выиграла в лотерею, и невероятно была упакована менее чем за двадцать минут.

Сириус переехал в общежитие для персонала, оставив комнату для Аманды свободной, к большому облегчению Джинни, поскольку проживание в одной комнате серьезно съело бы ее время, потраченное на «поцелуи с Невиллом».

После ужина, к которому к ним присоединились Сириус, Ремус и Нарцисса, мебель была убрана для последнего урока танцев перед министерским балом.

Остаток вечера был проведен, смеясь и шутя, изучая некоторые движения Дэна и Эммы. Сириус и Нарцисса смогли провести их через все, что связано с волшебным миром, о чем Грейнджеры не знали.

Камин был занят появлением Минервы, Поппи и семьи Тонкс, а уроки превратились в импровизированную вечеринку, которая запомнилась надолго.

Бренди и сливочное пиво лились рекой, а Гарри, Гермиона и эльфы всю ночь пили тыквенный сок.

Единственное серьезное замечание было, когда Нарцисса упомянула благодарственные речи, из-за чего Винки значительно побледнела и предложила Дэну провести эту часть вечера.

У всех была ржаная улыбка при мысли о том, что так называемая элита волшебного мира расстается с золотом, чтобы услышать маггловскую речь, Поттеры уже заплатили за полный стол, и Рагнок сидел рядом с ними.

Сириус решил, что пришло время вернуться в общество, и Блэк зарезервировали столик по другую сторону от Поттеров. Это будет интересная ночь, и, учитывая, что все собранные деньги пойдут в церковь Святого Мунго, Гарри не будет так уж плохо, если какой-то чистокровный вышел из строя и оказался там.

Они провели весь вечер, танцуя всю ночь напролет.

Гарри никогда не был так счастлив; он мечтал об этом всю свою жизнь, о любящей семье, которая вскоре должна была вырасти.

« Когда мы скажем им о любви?» — спросил Гарри по связи.

Гермиона просто излучала счастье : «О, Гарри, я знаю, что мы собирались подождать до рождественского утра, но я хочу пойти на астрономическую башню, произнести самый мощный сонорус в истории и рассказать миру, что Гермиона Поттер беременна».

— Тогда завтра завтрак, — рассмеялся Гарри.

Гермиона не шутила, когда ответила : «Я постараюсь продержаться так долго, но не обещая здесь, я оставляю за собой право разбудить всех сегодня вечером».

На завтраке к ним присоединились Ремус и Сириус и сели на свое обычное место вместе с Грейнджерами, эльфами и Джинни, которые завтракали, пока пара вошла в комнату.

«Мы с женой должны сделать объявление…» — это все, что Гарри успел сказать, прежде чем визги Эммы и Джинни почти оглушили их, за этим быстро последовали многочисленные объятия, поцелуи и пощечины со стороны собравшейся компании.

Гермиону подвел к ее креслу Дэн, который уже был в режиме чрезмерной опеки, как бабушка и дедушка, а Гарри сидел рядом с ней, подняв руки вверх, чтобы молчать.

Когда все в конце концов успокоились, Гарри продолжил: «Как я уже говорил, прежде чем меня грубо прервали, мы с женой должны сделать объявление, — пошутил он, позволяя ожиданиям укрепиться, — вчера во время нашего контрольного визита к Поппи она раскрыла Гермиону у него тройня: мальчик и две девочки».

За выражением лиц собравшихся было приятно наблюдать: Сириус беззастенчиво плакал от радости, а Дэн, казалось, был готов снова упасть в обморок. Аманда и Эмма выглядели так, будто хотели подойти и обнять Гермиону, но на время потеряли способность двигаться, так что, как и ожидалось, молчание нарушила Джинни.

«Я сестра или тетя? Я была сестрой, и это не так уж и здорово»

«Ты что-то забываешь, Джин», — сказал улыбающийся Гарри, — «на этот раз это старшая сестренка!»

Джинни поднялась и заключила пару в объятия, что, казалось, было сигналом к ​​наступлению столпотворения, поскольку все смеялись, плакали, подпрыгивали от восторга, пытаясь обнять пару, и все одновременно.

После завтрака они решили совершить экскурсию по Хогвартсу, чтобы посмотреть, как идет ремонт. Нарцисса прибыла с последними отчетами, но они хотели показать Грейнджерам замок.

Гарри и Гермиона аппарировали группу в гостиную Гриффиндора, чтобы ее родители могли видеть, где они живут десять месяцев в году, к сожалению, после квартир Гриффиндора это выглядело немного уныло.

Когда они выходили из портретной дыры, прозвучал сигнал тревоги.

«О, хорошо, я надеялась, что это сработало», — сказала Гермиона.

Гарри махнул рукой, и сигнал тревоги прекратился, пока он объяснял; «Большинство столкновений в Хогвартсе происходит за пределами классных комнат, где сотни детей бегают со смертоносным оружием. Вводится система, согласно которой палочки не разрешается использовать за пределами классных комнат или определенных мест, таких как дом и комнаты для новогодних групповых занятий. Будильник сработал, потому что Джинни несовершеннолетняя и вышла из гостиной с палочкой в ​​руках.

«Как мне принести палочку на уроки, если мне не разрешают носить ее по коридорам?» спросила растерянная Джинни

«Я рада, что вы об этом спросили», — сказала Гермиона, — «компания Поттеров работает над системой доставки со связанными стволами: вы помещаете что-то в сундук в одном месте, и к этому можно получить доступ из соответствующего сундука в другой части. Обучение в Хогвартсе более сложное, но оно должно произвести революцию в том, как мы перемещаемся по замку».

Гарри снова махнул рукой и отключил лестницу, позволив ему и Дэну войти в общежитие девочек, когда они подошли к кровати Джинни, рядом с ней оказался новый деревянный шкафчик.

«Когда мы это получили?» спросила Джинни

«Положи ладонь на дверь и произнеси свое имя», — приказал Гарри.

Затем Джинни обнаружила, что дверь открывается, поэтому положила внутрь палочку и несколько книг, прежде чем закрыть дверь: «Хорошо, что теперь?»

«А теперь самое умное», — явно взволнованная Гермиона вытащила их через отверстие в портрете в поисках первого класса, оборудованного новыми шкафчиками.

Когда они вошли в класс, Гермиона сказала Джинни повторить процедуру на любом из дюжины шкафчиков в классе.

Джинни подошла к шкафчику, положила ладонь на дверцу и произнесла свое имя. Тот распахнулся, обнажив палочку и книги, которые она туда положила.

«К любому предмету, помещенному в ваш личный шкафчик, вы можете получить доступ в общественном шкафчике в любой точке школы. Предмет остается в личном шкафчике, в то время как общедоступные создают портал, позволяющий вам, и только вам, просунуть руку и взять его. Больше не нужно таскать тяжелые сумки с книгами вверх и вниз по лестнице», — добавила Гермиона со звездными глазами.

«Миссис Поттер не будет ничего тащить в ближайшем будущем», — сказал ее отец, заслужив язвительный взгляд беременной дочери.

«Ребята, это гениально!» — с энтузиазмом воскликнула Джинни. — Ты можешь положить сюда все свои вещи и никогда больше не забывать ни одной книги.

Нарцисса спросила: «Что, если они начнут носить с собой другое оружие?»

«Сработает сигнализация, и их исключат. Это школа, и любой, кто здесь учится, будет следовать правилам или будет выгнан. Нулевая терпимость означает именно это», — заявил Гарри.

В конце концов они достигли места, где Джинни цеплялась за Гарри, недоверчиво качая головой.

Гарри крепко обнял ее и мягко обратился к своей приемной дочери: «Мне жаль, Джин, это будет тяжело, но тебе лучше смириться с этим сейчас, когда мы здесь для поддержки, чем когда новое расписание отправит тебя и остальную часть класса». ... Это было слишком хорошее место, чтобы его не использовать, а его предыдущим обитателем была золотая жила, покрывающая полную стоимость ремонта внизу. Кто знал, что мертвый василиск столько стоит?»

Они стояли возле бывшего дома Стонущей Миртл, туалета больше не было, и его заменили две широкие винтовые лестницы, одна красная, другая синяя.

Молодая ведьма с пепельным лицом отказалась ослабить мертвую хватку Гарри, когда они достигли синей лестницы, и, положив свободную руку на перила, начала спускаться по лестнице к легендарной тайной комнате.

Джинни слышала, как Гермиона говорила что-то о синем внизу и красном вверху, и что она не думала, что ученики разберутся иначе к тому времени, как Тонкс закончит с ними, но ее мысли были где-то в другом месте или, скорее, здесь, но восемнадцать месяцев назад, как мог Гарри сделать это ей?

Этот единственный вопрос вытащил ее из паники, которая грозила сокрушить самого младшего Поттера; Гарри не повредит и волоску на ее голове и, вероятно, нанесет серьезный вред любому, кто даже попытается это сделать. Единственным неизменным в ее жизни было то, что в присутствии Гарри ей не мог причиниться никакой вред, и поскольку она обеими руками обнимала его, а его правая рука лежала у нее на плечах, она была в безопасности.

К тому времени, как группа достигла дна, дыхание и пульс Джинни приблизились к норме. Она посмотрела на сильно расширенный, ярко освещенный и теперь безупречно чистый туннель перед собой, почувствовала руку на своей щеке и повернула голову, чтобы увидеть, как Гермиона смотрит на нее. с пониманием в глазах, когда молодая рыжая вспомнила, что она здесь не единственная жертва. Отняв у Гарри одну руку, она заключила в объятия свою лучшую подругу/мать и при поддержке обоих молодых родителей пошла навстречу своим страхам.

Гермиона начала объяснять своей семье, где они: «Это тайная комната, где Гарри спас Джинни от части души Риддла, которая пыталась воскресить его тело, убив ее, о, он также сражался с василиском, который окаменел меня и его тело. его высота составляла шестьдесят три с половиной фута. Изначально я не был уверен, стоит ли открывать это пространство для использования, но Гарри был прав, и все бонусное золото, поднятое с туши, было потрачено здесь, позволяя проявить больше расточительности, чем первоначально планировалось.

Пока они шли, еще один, еще более широкий туннель делил входной туннель пополам и уходил вдаль. Гермиона сказала им, что это беговая дорожка, окружающая весь подземный комплекс, так далеко на севере, что погода позволяет проводить занятия на свежем воздухе, не предполагающие ношения толстого пальто в течение значительной части школьного семестра.

Они достигли главной комнаты, и рот Джинни открылся, поскольку вид, открывавшийся перед ней, не имел никакого сходства с предыдущим помещением, он был великолепен.

Аманда Грейнджер была в ошеломлении, она осуществляла свою давнюю мечту о посещении Хогвартса, и это было намного лучше, чем она когда-либо могла себе представить. Она стояла в огромном помещении глубоко под землей, но информация, передаваемая от чувств к разуму, заставила Аманду поверить, что это яркое, воздушное пространство с голубым небом, над головой которого плывет несколько пушистых белых облаков.

Появилась Тонкс и предложила VIP-тур по объектам.

В число удобств входил бассейн олимпийских размеров с волшебным покрытием, позволяющим использовать пространство для других целей.

«Нарцисса, не могла бы ты убедиться, что в магазине есть широкий выбор бикини, это должно помочь чистокровным принять магловский образ жизни», — сказал улыбающийся Гарри, в то время как Дэн задыхался, пытаясь не засмеяться над взглядами присутствующих женщин, направленными на его зятя. .

Гарри сделал вид, что неправильно истолковал взгляды: «О, и пожалуйста, сообщите персоналу, что мисс Джинни Поттер не разрешается покупать, а тем более носить на публике, бикини, пока ей не исполнится двадцать семь лет».

Джинни не могла позволить этому пройти беспрепятственно. «Все в порядке, пап, просто пока Невилл видит, что я ношу это, я не против», — ответила она с ангельским выражением лица.

Теперь вся группа смеялась, когда Гарри обнял Джинни, она совершенно забыла о том, что стоит в тайной комнате, что и было его намерением в первую очередь.

Бассейн находился в центре пещеры, а вокруг стен располагались тренажерный зал, зал для фехтования, зона боевых искусств и кафе здорового питания с раздевалками и душевыми с обеих сторон. Над этими комнатами и вокруг бассейна располагалась смотровая площадка с более чем достаточным количеством мест для всей школы.

Идея заключалась в том, что эти объекты будут использоваться по вечерам и выходным, а бассейн будет закрыт, поскольку доступные варианты были безграничны — оба мародёра уже планировали провести здесь один из отборочных раундов обновленного турнира Трех Волшебников.

Тонкс не могла стоять на месте, пока группа осматривала ее владения, она почти задыхалась от волнения, а волосы метаморфмага переливались всеми цветами радуги, поскольку это превзошло ее самые смелые ожидания.

Она мечтала стать аврором и изо всех сил старалась осуществить свою фантазию, но обнаружила, что это именно то, что было — фантазия. Тонкс хотела изменить мир, но все больше разочаровывалась в выбранной ею карьере, кульминацией которой стало ее участие в попытке ареста молодой пары, которая только что спасла свой мир.

Профессор Тонкс еще не провела урок, но в глубине души знала, что приняла правильное решение, и, хотя никогда в этом не признавалась, согласилась с Гарри по вопросу бикини. Она собиралась застраховать магазин спортивной одеждой из спандекса для занятий смешанной аэробикой, которая заставит чистокровных по-настоящему встать и обратить на нее внимание.

Гарри и Гермиона заявили, что Хогвартс будет лучшим, и если слюни ее отца по поводу планов строительства маггловских исследований были каким-либо показателем, то они сделали свое дело. Теперь дело за персоналом, и она ни за что не подведет этих двоих, это будет тяжелая работа, но здесь, в Хогвартсе, она сможет изменить ситуацию.

Тот факт, что ей хорошо платили, был не так важен для молодой ведьмы, как удовольствие, которое она ожидала получить от преподавания. Мерлин, ей даже нравилось составлять график обучения для Минервы, и она ненавидела бумажную волокиту.

Эмма была в восторге от блюд, предлагаемых в кафе, поскольку она никогда не могла понять, почему так много спортивных сооружений продают нездоровую пищу. Эмма не могла до конца понять принцип, лежащий в основе тренировки тела, а затем свести на нет всю тяжелую работу с помощью чизбургера и картофеля фри.

Стоматолог в ней был в ярости от вреда, нанесенного сладкими напитками, поэтому полностью одобрял доступный ассортимент фруктовых соков. Однако это заставило Эмму осознать, что она уже несколько дней не думала о стоматологии, что было, по меньшей мере, необычным явлением, и подняло вопрос: «Куда нам с Дэном идти дальше?»

Они копили деньги, чтобы гарантировать финансовую безопасность Гермионы, что бы она ни решила делать со своим будущим, но теперь это было смехотворно, учитывая, что они стояли в своем замке, не меньше. Смогут ли они вернуться к своей прежней жизни после знакомства с волшебным миром?

Эмма уже чувствовала сильное эмоциональное влечение к своим еще нерожденным внукам, и, во всяком случае, у Дэна было еще хуже, чем у нее.

Между Грейнджерами должны были состояться переговоры, но если бы она была букмекерской конторой, шансы были бы больше в пользу работы в «Стэг Индастриз», чем сверления маггловских коренных зубов нижней челюсти.

Когда группа ушла, Тонкс немедленно вернулась к расстановке тренажеров.

Когда лестница повела их вверх, Дэн спросил: «Как ты выбрался отсюда до лестницы?»

Джинни снова прижалась к груди Гарри, когда он ответил тестю: «Фоукс вылетел с нами, феникс может нести очень тяжелые грузы, и унес Джинни, Рона, нашу Маппет-учителя защиты и меня прямо в женский туалет».

Все могли видеть, как мысли о Роне расстраивали Джинни, поэтому тему быстро сменили: «Куда мы пойдём дальше, Гарри?» спросила Эмма

«Пришло время пообедать», и он повел их в сторону большого зала.

Они вошли в зал, и трое гриффиндорцев направились к своему столу, прежде чем обернуться и увидеть, как Нарцисса улыбается трем Грейнджерам с ударами кома, которые остановились, как только они вошли в дверь.

В конце концов все сели, и перед ними внезапно появилось достаточно еды, чтобы накормить целую армию, так что, к счастью, к ним на обед присоединились сотрудники, все еще находившиеся в замке.

Оживленная дискуссия сопровождала трапезу, в которой участвовали все, кроме Аманды, на лице которой было выражение блаженства. Она обедала в большом зале Хогвартса со своей растущей семьей, лучше и не становилось.

Добби и Винки появились с выражениями лиц, которые могли соперничать со старшей Грейнджер, заставив Гарри и Гермиону потянуться друг к другу и поцеловаться, как будто завтра не наступит.

«Хорошо, вы двое, мы здесь не были слепы, что происходит?» потребовала Эмма

Восторженная Гермиона, не сводя глаз с мужа, дала компании односложный ответ: «Гормоны!»

Маггловская пристройка все еще строилась, и было слишком холодно, чтобы выходить на улицу, хотя Гарри пообещал дамам Грейнджер, что возьмет их на полет, когда погода потеплеет. Они прогулялись по замку до того, как время и подготовка к балу настигли их, и они вернулись в квартиру.

Дэн Грейнджер не был счастлив, на самом деле он был вне себя от несчастья и быстро приближался к крайнему расстройству, обычно это предшествовало действиям, о которых он позже сожалел, когда восстановил самообладание.

Дэн находился на сцене бального зала министерства, сидел за верхним столом, и по его телу пробегало множество смешанных эмоций, все они боролись за доминирование.

Сначала был Прайд, когда он посмотрел на свою жену, мать и беременную дочь, ему показалось, что его сердце разорвется, по его непредвзятому мнению, они, несомненно, были тремя самыми красивыми женщинами здесь сегодня вечером.

Затем возникло сильное чувство беспокойства, с каждой минутой все это событие пахло все хуже, он чувствовал себя магглом-символом, которого ставили в качестве примера, чтобы волшебный мир мог сказать: «Смотри, мы меняемся».

Дэн был уверен, что победителем станет Гнев, Гарри объяснил им, что Гермиона в глазах некоторых людей никогда не будет никем иным, как грязнокровкой, он не верил в это до сегодняшнего вечера. Бал напомнил Дэну день свадьбы смешанного брака, когда ни одна из сторон не одобряла другую, но присутствовала только для того, чтобы показать свое лицо, атмосферу можно было разрезать ножом.

Наконец, к стыду, появился оттенок Ненависти, да, назовем это так, он страстно ненавидел фанатизм. Дэн упорно трудился всю свою жизнь, в школе и университете, и теперь Грейнджеры своей собственной практикой зарабатывали все, что у них было, но некоторые люди все еще думали, что они лучше вас из-за их отношений, адреса или банковского баланса.

Сегодня вечером он видел здесь больше снобизма и предубеждений, чем когда-либо в своей жизни, волшебники и ведьмы смотрели на его дочь с отвращением и едва скрываемым отвращением из-за того, кем были ее родители, и Дэн желал послать эльфа за своим дробовиком.

Чистокровные посылали сообщение, хотя, судя по тому, как Дэн воспринимал ситуацию, оно не имело смысла. Насколько он мог понять, «у вас может быть вся власть, деньги и влияние, но мы все равно лучше вас из-за нашего наследия» не будет стоить Поттеру сна.

Он посмотрел вниз на Гарри и увидел, как Джинни и Гермиона сидели по обе стороны, пытаясь успокоить его. Дэн знал, что если один из этих высокомерных ублюдков хотя бы подтолкнет беременную Гермиону, а не уйдет, как грязнокровка, ее мужа будет невозможно остановить.

Все это проносилось в его голове, пока его тело на автопилоте аплодировало эльфам Поттерам, получающим свои награды, награда гоблина-охранника была вручена его маленькому сыну, а затем Винки пошла вперед, чтобы получить свою.

Дэниелу Грейнджеру позвонила Амелия, когда он шел к ней. Дэн знал только одно решение, которое он мог принять, которое позволило бы ему завтра посмотреть в зеркало, не чувствуя себя плохо.

«Госпожа министр, с сожалением вынужден отказаться от этой престижной награды, потому что чувствую себя мошенником. Сегодня вечером я сидел здесь и всем сердцем желал, чтобы моя дочь не была ведьмой».

Дэн сделал паузу, поскольку это заявление было встречено ошеломленным молчанием: «Моя прекрасная, блестящая дочь могла бы иметь кавалера Ордена Мерлина и, возможно, даже члена Визенгамота в качестве отца, но большинство людей здесь все равно считали бы ее нахальной грязнокровкой. сегодня вечером. То, что она должна жить в обществе, где ваше жизненное положение определяется при рождении, независимо от способностей, меня переворачивает, и я отказываюсь быть его частью. Вам придется найти другого магла, чтобы стать мальчиком с плаката министерства. ."

Когда он пошел за Эммой, чья-то рука держала его за руку.

«Подожди нас, пожалуйста, Дэн», — тихо сказал Добби, когда Винки подошел к министру.

«Мне очень жаль, госпожа министр, но я также должен вернуть свою награду, возможно, со временем волшебный мир избавится от преобладающих предрассудков, но это время не сегодня».

Вы могли бы услышать падение булавки, потому что никто не слышал, чтобы эльфийка говорила так и с такой властью в голосе. «Волшебники напоминают мне короля Канута, сидящего на своем троне на берегу моря и приказывающего приливу остановиться. Они тратят все свое время и магию, останавливая прилив на небольшом участке пляжа, не осознавая, что вода течет вокруг, оставляя их изолированными на крошечном острове. Желаю всем счастливого Рождества и надеюсь, что завтра вам понравится ужин».

Винки ушла с улыбкой на лице, в то время как одновременно произошли два события: все награды эльфов Поттера появились на столе, и молодой гоблин шагнул вперед, его мать была рядом с ним.

«Министр Боунс, я также должен вернуть награду своего отца, он прожил свою жизнь достойно и умер, спасая нашего любимого лидера. Сегодня вечером здесь нет никакой чести, министр, сколько присутствующих волшебников отдали бы свои жизни, защищая вас?»

Мать обняла молодого гоблина, когда все шестеро покинули сцену под аплодисменты. Гарри и Рагнок вскочили на ноги, хлопая в ладоши, когда юноша закончил говорить, а за ними быстро последовали все столы Поттеров, Блэков и гоблинов. Несколько случайных ведьм и волшебников по всему залу присоединились к аплодисментам, но большинство выглядело так, будто страдало от трехнедельного приступа запора.

Все шестеро присоединились к своим товарищам, и Дэн попытался извиниться перед Гарри, который, смеясь, пожал Дэну руку: «Ты должен извиниться, я проиграл пари твоей дочери. На самом деле, все, вероятно, пожалеют позже».

Это привело к тому, что Гермиона удвоилась, и по ее щекам потекли слезы от смеха, поскольку все думали, что пара наконец-то потеряла самообладание.

Гарри сказал Добби: «Тогда это план Б», когда эльфы Поттера начали исчезать вместе с гостями из-за стола Поттера и Блэка, пока не остались только два Поттера.

Гарри призвал большое копье, обращаясь к столу гоблинов: «Рагнок, для меня большая честь пригласить вас и ваших гостей на первый рождественский бал Stag Industries, этот портключ доставит вас туда».

— У тебя есть план Б, Гарри? спросил удивленный лидер гоблинов

Гарри попытался выглядеть шокированным: «Рагнок, я верю, что ты знаком с моей женой? У Гермионы есть план B, C, D, E и F! Под пытками я должен был признать, что план F состоял не более чем из ничего, кроме «Ой, F…» Рука Гермионы, ударившая его по затылку, остановила его маленькую речь, а гоблины разразились смехом.

Гарри опустился на колени, чтобы поговорить с молодым гоблином: «Твой отец был очень храбрым гоблином, и ты тоже, поэтому потребовалось большое мужество, чтобы сделать то, что ты сделал сегодня вечером. Если я или мой дом когда-нибудь сможем что-нибудь сделать для тебя, пожалуйста, не не стесняюсь спрашивать"

Он выпрямился и ответил: «Спасибо, что помогли отомстить за моего отца, волшебники приказали это сделать, пока это сделали маглы, но благодаря вам и леди Гриффиндор мы учимся доверять друг другу. Я хотел бы узнать больше и поступить в Хогвартс, когда В следующем году я достиг совершеннолетия».

«Гоблинам нельзя брать палочки!» крикнул волшебник из-за стола позади; тот же волшебник вскоре уже свисал с потолка за лодыжки, в мантии, свисающей ему на голову. Его скромность, к счастью, была спасена подозрительно женственным нижним бельем, которое на нем было.

«Некоторым из нас не нужны палочки для творения магии», — сказал Гарри, который смотрел на Рагнока, ища помощи в борьбе с молодым гоблином.

Его легкого кивка было все, что Гарри было нужно: «набор на следующий первый год, первого сентября, будет открыт для любого гоблина, желающего принять участие».

«Какие припасы ему понадобятся, мой господин?» — спросила его мать.

Гарри ответил молодой вдове: «Это всего лишь Гарри, мадам, и все, что ему нужно, это его форма, новый Хогвартс предоставляет все остальное, поэтому все студенты начинают одинаково, независимо от их финансового положения».

"Что!" воскликнул Рагнок, "это будет стоить тебе целое состояние".

Гарри стоял, пока Гермиона обнимала мужа, отвечая Рагноку: «Просто у нас другая философия богатства, для нас гоблин, желающий поступить в Хогвартс, на вес золота, а свободный эльф бесценен. Также есть тот факт, что после семи лет в Хогвартсе мы надеемся, что он рассмотрит возможность работы в Stag Industries, мы вкладываем средства в человека и надеемся, что наше предложение примет достаточное количество людей, чтобы сделать его выгодным для всех».

Рагнок засмеялся: «Значит, ты пытаешься украсть всех моих лучших работников прямо у меня из-под носа, старый гоблин говорит: «Когда золото течет, все выигрывают», так что мы все получаем прибыль. Я думаю, нам пора идти. вечеринка — это именно то, что нам нужно»

Все гоблины схватили портключ и исчезли.

Гарри взглянул на министра магии и голосом, достаточно громким, чтобы все могли услышать: «Амелия, пожалуйста, поверьте мне, когда я говорю, что мы ничего об этом не знали, план Б был на тот случай, если один из этих высокомерных придурков оскорбил кого-то за нашим столом и закончил проводить Рождество в церкви Святого Мунго. Огромность проблемы, которую вы унаследовали, очевидна, но выбор прост: история учит нас, что любое существо, неспособное или не желающее адаптироваться к меняющейся среде, в конечном итоге вымирает».

После этого оба Поттера исчезли, оставив озадаченного министра магии недоумевать, что же, во имя Мерлина, произошло. Она знала, что завтра разразится ад, и сегодня вечером ей нужно было добиться успеха и получить положительную известность, прежде чем появится негативная реакция чистокровных в Пророке. Амелия не могла не думать, что их мир, должно быть, окажется в худшем состоянии, чем она думала, если трое посторонних откажутся от высшей награды, которую мог предложить волшебный мир.

Гарри и Гермиона появились в великолепном фойе, и его взгляд сразу же остановился на некой эльфийке: «Винки Поттер, ты, маленькая шалунья, не мог удержаться от того, чтобы немного покопаться, не так ли?»

Эльфийка, о которой идет речь, была всего лишь размытым пятном, когда она направилась прямо к Гарри и обняла его, рыдая. Добби присоединился всего несколько секунд спустя, а Гермиона обняла всю группу своими руками, теперь все они плакали.

Разъяренная Джинни вытащила палочку: «Гарри Джеймс Поттер, что ты сделал, чтобы расстроить Винки? Через две секунды ты будешь носить мое заклятие летучей мыши».

Винки покачала головой, пытаясь заговорить: «Нет, Джинни, не расстроена, так счастлива».

Именно Гарри предложил им всем пойти и сесть до того, как придут другие гости. Они направились к двойным дверям, ведущим к одному из самых красивых зрелищ, которые они когда-либо видели.

Огромный бальный зал представлял собой зимнюю страну чудес с ледяными скульптурами и сотнями летающих по комнате фей, а великолепная рождественская елка в углу с завернутыми подарками под ней завершала сцену.

Это Эмма спросила, и в ее голосе отчетливо читалось благоговение: «Гарри, что это за место?»

Гарри ответил: «Мама, папа, бабушка, добро пожаловать в наш дом, это Поттер-Мэнор»

Альбус Дамблдор сидел на своей каменной скамейке, представляя, что он обычно делал бы в канун Рождества, и уж точно не сидел бы, глядя на четыре голые стены. Гоблины заклеили две другие камеры фотографиями счастливых Гарри и Гермионы, чтобы подразнить обитателей, но, похоже, знали, что он предпочел бы это, чем пустоту, которую ему пришлось терпеть.

«Вытерпеть» — это слово, которое бывший директор использовал все чаще и чаще, на самом деле единственное слово, которое он мог придумать в отношении Дурслей. Он был убежден, что они могут пережить что угодно невредимыми, просто игнорируя все вокруг.

Они целый день наполняли мешки драконьим пометом и ели из деревянных мисок ложками из того же материала, однако Дурсли развлекали охранников, требуя салфетки и салфетки. Пронзительный голос Петунии, заявившей: «Только из-за наших новых обстоятельств нет необходимости снижать стандарты», заставил Альбуса захотеть совершить убийство.

Единственное, что спасло Дурслей, это то, что Молли Уизли была на первом месте в его списке. Казалось, каждое второе предложение она начинала со слов «когда мои Джинни и Гарри поженятся», что постепенно сводило Альбуса с ума.

Она проводила дни, зацикливаясь на этой теме, и никогда не упоминала ни мужа, ни сыновей, только «ее Джинни», а будущего мужа она планировала свадьбу с х'ордервами ради Мерлина.

Альбус знал, что больше этого вынести не сможет, он предпочел бы Азкабан с его дементорами, а не сумасшедшим Дурслям и безумной Молли.

Его вариантами были побег или самоубийство, и поскольку единственным доступным методом было засунуть голову в мешок с дерьмом до тех пор, пока он не задохнется, побег казался лучшим вариантом.

Трудность будет заключаться в том, чтобы снять эти кровавые браслеты до того, как его товарищи придадут мешку заманчивый вид.

Дэн чувствовал, что уже давно пора давать объяснения этим двоим, он думал, что они рассердятся или смутятся из-за его отказа от медали, вместо этого они, похоже, заключили какое-то пари — Дэниела Грейнджера это не позабавило.

«Хорошо, вы двое, что происходит? Мне действительно не нравится быть предметом пари», — сказал все еще сердитый Дэн.

Улыбающаяся Гермиона попыталась не засмеяться: «Папа, пари не имеет к тебе никакого отношения, хотя спасибо, что помог мне выиграть. Мы оба знали, что не протянем ночь, поэтому и устроили вечеринку здесь».

Гарри продолжил: «Да, но я готов поспорить, что мы, по крайней мере, доберемся до первого танца, так что Гермиона победит, а теперь страдают все».

Гермиона разразилась приступом смеха, а затем вопросительно приподнятая бровь матери заставила миссис Поттер раскрыть все: «Проигравший пари должен встать и спеть перед всеми на сегодняшнем балу». Хихиканье Гермионы было заразительным, и вскоре смех отразился от подвешенных сосулек, плавающих по комнате.

Джинни даже не улыбалась, не говоря уже о смехе. — Я хочу знать, чем ты расстроил Винки?

«О, Джинни, я не расстроилась, это самая счастливая ночь в моей жизни благодаря Гарри и Гермионе, и я прошу прощения за свое замечание за ужином, но я просто не могла с собой поделать», — сказала Винки голосом, настолько полным эмоций, что это было Трудно сказать, будет ли она смеяться или плакать.

Гарри взял ее за руку: «Все в порядке, Винки, я думаю, твоя речь прекрасна, и завтра она действительно добьется успеха».

«Кто-нибудь объяснит мне, что происходит, словами, которые я смогу понять?» Джинни чуть не закричала

Гермиона села на колени Гарри, прежде чем объяснить: «Этот мой чудесный муж собирается сделать мне лучший рождественский подарок, который я когда-либо мог пожелать, сегодня в полночь все эльфы в Британии станут свободными».

Винки добавила: «А завтра этим чистокровным придется готовить себе рождественский ужин, если в доме есть еда».

Гермиона начала целовать Гарри, и, похоже, они будут заняты какое-то время, взяв на себя роль хозяев, эльфы проложили путь к великолепному ассортименту еды, прежде чем начали прибывать другие гости.

Гарри и Гермиона в конце концов присоединились к очереди за едой. Она хотела затащить его наверх, но Гарри напомнил жене, что она ест за четверых и не может пропустить прием пищи.

Гермиона возразила, что он просто хотел спеть перед всеми гостями, это вызвало нервный смех у ее мужа.

Сириус подошел и задал вопрос, на который все хотели получить ответ. «Как тебе удается освободить эльфов?»

Гарри жестом пригласил всех сесть; пока они ели, он объяснил, что было сделано.

«Сегодня в полночь вступает в силу новый закон. Волшебники, желающие нанять эльфов, должны подписать контракт с каждым отдельным эльфом, которого они хотят сохранить. Если они не захотят подписывать, эльф выходит на свободу, а волшебник получает компенсацию в размере десяти тысяч галеонов за эльфа».

Вся компания была шокирована суммами золота, поскольку Гарри продолжил: «Если с эльфом, находящимся по контракту, плохо обращаются, он может законно уйти без выплаты компенсации, поскольку считается, что волшебник нарушил контракт».

— Как, черт возьми, тебе удалось пронести это через Визенгамот? выпалил Ремус

Гермиона улыбнулась, которая выглядела более волчьей, чем у Ремуса: «Чистая жадность! Во многих семьях есть более одного эльфа. Они могли бы отпустить самого старшего, получить компенсацию, оставив оставшегося эльфа завершить всю работу. Просто жаль всех. перестал читать, когда было упомянуто второе золото. Им действительно следовало прочитать все предложение». Ее улыбка теперь была просто устрашающей.

Сириус теперь выглядел гордым за своих молодых мародеров: «Ладно, щенок, расскажи!»

«Знаешь, мы верим в выбор, поэтому у каждого эльфа есть выбор: остаться или уйти. Если они решат уйти, волшебник не имеет права вето, но получает компенсацию. По оценкам Винки, от двадцати до тридцати хотят остаться там, где они есть, остальные станут эльфами Поттера». Сказал Гарри

«Чем это отличается?» спросил ошеломленный Невилл

Винки ответил: «Невилл, я встретил обоих эльфов, живущих в твоем доме, и они очень счастливы, но это меньшинство. В некоторых домах их используют для стрельбы. Эльфы-гончары свободны! Заклинание, которое держало нас в плену. может пройти поколение или два, прежде чем эльфы вернутся в свою естественную форму, но это началось».

Добби повторил: «Эльфам не нужны вещи, но они любят работать. Stag Industries освободила нас, снабдила всем, что нам когда-либо могло понадобиться, и позволила нам выбирать тот вид работы, который нам нравится. Это величайший день в нашей истории».

Гермиона объяснила: «Эти двое отвечают за связь с эльфийским сообществом. У эльфов есть возможность работать в Хогвартсе, министерстве, школе Святого Мунго или в любом другом проекте, который мы реализуем. Любой, кто оскорбляет эльфа Поттера, отвечает перед нами».

Винки посмотрела на молодую ведьму с обожанием в ее глазах, наполненных слезами, прежде чем сказать: «Эльфы знают, что они свободны, но хотят, чтобы их ассоциировали с домом Поттеров в знак уважения к замечательной паре, которая сделала это возможным. Мы носим наши туники с гордость, а не потому, что кто-то заставляет нас это делать».

Добби кивнул, соглашаясь с его намерением: «Мы, эльфы, сможем осуществить свою мечту, в то время как «Стэг Индастриз» примет самую преданную группу рабочих в мире».

Гарри обнял каждого эльфа: «Как только строительные работы в Хогвартсе будут завершены, начнется строительство деревни эльфов. Она будет построена по их собственному проекту и даже будет содержать магазины, продающие эльфийские товары. То зелье, которое они сварили для меня, было зельем, которое они сварили для меня. лучшее, что я когда-либо пробовал. Кто знает, чему мы могли бы научиться у наших друзей-эльвинов и гоблинов».

Гости начали прибывать, и Джинни подумала, что у нее галлюцинации. — Что здесь делает Чарли? она спросила.

«Для вас это профессор Уизли. Он новый учитель по уходу за волшебными существами в Хогвартсе». Ухмыльнулся Гарри

Джинни издала довольно неженственный визг, прежде чем быстро поцеловать Гарри, поцеловать Невилла, обнять Гермиону, поцеловать Невилла, обнять Винки и Добби, снова поцеловать Невилла, прежде чем побежать и броситься в объятия Чарли.

«Так-так, профессор обнимает студента», — сказал Джордж.

«Интересно, знает ли МакГонагалл, чем она здесь занимается?» спросил своего близнеца

«Я не знаю», ответил Чарли, «но если они все такие же красивые, как эта замечательная молодая ведьма, мне, возможно, придется уйти в отставку до конца недели».

«Мне жаль вас разочаровывать, но мое сердце уже захвачено. Даже самый красивый профессор Хогвартса не поддается искушению». Она смеялась

«Ой, извините! Не мог не подслушать, вы упомянули меня, миледи». Сказал ухмыляющийся Сириус

«Вы, конечно, шутите, Бродяга, красивая молодая леди явно имела в виду мое доброе лицо». — провозгласил Ремус, стараясь не засмеяться.

Вскоре Джинни рассмешила всех, заявив на полном серьезе: «Бедный Хогвартс, она просто не узнает, что ее ударило».

Если принять воодушевление Джинни за край эмоциональной шкалы, то реакция Невилла на видение, представшее перед молодым волшебником, была полярно противоположной. Он был абсолютно уверен, что его способности провидца не смогут сравниться с способностями плакучей ивы, но в глубине души знал, что это чревато неприятностями. Его бабушка только что вошла и несколько взволнованно болтала с профессором МакГонагалл.

Любит тебя до конца времени

Ожидание кажется вечностью

Наступит день здравомыслия

Это правление, которое длится тысячу лет

Скоро уйдет

Беспокойство переросло в недовольное бормотание.

Это пламя, которое горит внутри меня

Подпитывается сексуальной Гермионой.

Это своего рода волшебство

Это своего рода волшебство

Это своего рода волшебство

Гарри закончил песню, стоя на коленях перед Гермионой, и поцеловал ее. Аплодисменты гостей были, мягко говоря, спорадическими, но, опять же, они смотрели только друг на друга.

Пока они целовались, очень разгневанная Эмма Грейнджер, а ее муж следовал за ней, подошла прямо к паре и прошипела: «Я хочу поговорить с вами двумя наедине, СЕЙЧАС!»

Все четверо отправились искать пустую комнату, и как только дверь закрылась, Эмма взорвалась. «Что, черт возьми, это все значило? Ты что, сошел с ума? Никогда в жизни мне не было так стыдно за свою семью».

Сказать, что Поттеры были ошеломлены, было бы преуменьшением.

«Мама, я не думал, что Гарри так плохо поет?» сказала Гермиона

Эмма была готова броситься на волю, когда рука мужа успокаивающе сжала ее плечо, давая понять, что он с этим справится.

Дэн сказал: «Я не знаю, чего вы там пытались добиться, но я скажу вам, как это было воспринято. Гарри с важным видом расхаживал взад и вперед по сцене, хвастаясь тем, что кого-то убил».

Гарри и Гермиона поседели, когда Эмма донесла свою точку зрения. «Почти каждый в этой комнате недавно потерял родственника, а вы просто ткнулись им в это носом в канун Рождества».

Она изо всех сил старалась взять себя в руки, прежде чем сказать то, о чем пожалела: «Не могли бы вы организовать, чтобы нас отвезли домой?»

Гермиона ответила: «Мы надеялись провести Рождество в поместье Поттеров. Твои вещи уже перенесли в гостевой номер».

«Я думаю, нам нужно отдохнуть от волшебного мира. Я бы хотел вернуться в наш собственный дом». — сказала Эмма, когда Грейнджеры вышли из комнаты.

Гермиона не знала, плакать ей или кричать, наблюдая, как Гарри договаривается с Добби о том, чтобы ее родители и бабушка вернулись домой. Внешне Гарри создавал впечатление, что он держит ситуацию под контролем, независимо от ситуации. Внутренне он был не так уж далек от ребенка, запертого в чулане под лестницей.

Гарри потребовалось огромное мужество, чтобы выйти на эту сцену, замечания ее родителей оставили его разбитым и близким к слезам.

Если бы кто-нибудь еще так говорил с ее мужем, гнев Гермионы Поттер быстро обрушился бы на него или на нее? Однако это были ее родители, которым нравился Гарри. Могли ли мы так ошибаться?

Гарри объяснял Добби, что хочет, чтобы Грейнджеры были под защитой круглосуточно, когда их прерывают.

Стук в дверь возвестил о прибытии очень нервных Джинни и Невилла, «еще плохие новости», подумала Гермиона.

«Привет, ребята, могу я поговорить с вами минутку?» спросила Джинни

«Конечно, Джин, как дела?» спросил Гарри

«Это довольно деликатно, и я не знаю, как спросить». Пробормотала Джинни

«Просто скажи прямо, хуже здесь быть не может», — сказал Гарри.

«Ну, мои пятеро братьев собираются завтра на рождественский ужин и пригласили меня и Невилла. Дело в том, что нашего отца на сегодня отпускают, и он попросил меня встретиться. Вы двое были великолепны, и я люблю вас больше, чем могут выразить слова». Сказать, но у меня все еще есть проблемы, и мне нужно обсудить их с ним». Джинни произнесла всю речь, ни разу не оторвав глаз от туфель.

Гарри и Гермиона заключили ее в объятия. «Джинни, гораздо лучше разобраться с этими проблемами, чем позволить времени разрушить ваши отношения. Приятного дня, а то, что происходит, мы обсудим позже». Последние слова Гарри смутили Джинни, но прежде чем она успела задать ему вопрос, Гермиона вмешалась со своими собственными словами.

— Что ты думаешь о пении Гарри?

«Я этого не понял, Гарри хороший певец, но почему он изображает Драко Малфоя? Извини, Гарри, это, должно быть, что-то магловское». — заявила Джинни, а Невилл кивнул в знак согласия.

Гарри опустился на колени, обхватив голову руками, и пробормотал: «Как я мог быть таким глупым?»

Как будто кто-то включил свет, когда Гермиона поняла, какую ошибку они совершили.

Любой, кто вырос в маггловском мире, узнал бы образ Фредди Меркьюри, но почти все гости были чистокровными. Ее мать и отец слушали только классическую музыку; для них Гершвин был хэви-металом.

Весь зал упустил суть и теперь, вероятно, думал, что Гарри какой-то высокомерный придурок, им нужно срочно поговорить с Нарциссой.

Нарцисса подумала, что она на теннисном матче, когда Гарри и Гермиона закончили предложения друг друга.

«Я решил скопировать знаменитого маггловского певца», — начал Гарри.

«Но мы забыли, что публика почти вся чистокровная»

«Я немного изменил текст»

«Мы уже потеряли пятерых членов дома Поттеров»

«И надеялся, что это заставит остальных задуматься дважды»

«Поскольку никто не слышал оригинал»

«Они думают, что это я написал, Мерлин, я, должно быть, выглядел как настоящий высокомерный придурок»

«Чем он, конечно, не является, так что же мы можем сделать?» закончила Гермиона

Нарцисса покачала головой, чтобы очистить мозг от напыщенной речи дуэта. Она видела проблему и два решения, но ни одно из них не было таким уж привлекательным.

«Хорошо, ты ничего не можешь сделать, и они могут воспринять это как предупреждение или попытаться объяснить, хотя ты можешь показаться слабым».

Выбора действительно не было.

Марта Флинт никогда еще не была так зла, учитывая, что то, через что она только что прошла, действительно что-то говорило.

Ее оттащили на кухню и поставили перед раковиной, полной грязной посуды. Марта кричала, кричала и ругалась на эльфов, но они просто игнорировали ее. Были установлены защитные ограждения, не позволяющие разъяренной ведьме отойти от раковины, но мыть посуду она не могла.

Постояв несколько часов, голод заставил ведьму попросить у проходящего эльфа чего-нибудь поесть. Его ответ: «Нет работы — нет еды» поверг ее в шок.

Заточение вчерашней ночи не привело к перееданию, и в период траура в ней было очень мало еды. Марта Флинт была очень голодна.

Примерно через два часа эльфы сели за еду, от аромата которой у нее потекли слюнки.

Марта наблюдала, как они едят и болтают между собой, обдумывая варианты.

Она могла бы продолжать стоять здесь, ничего не делая и умереть от голода или мыть посуду, зарабатывая на еду. Она засучила рукава.

После того, как она закончила одно из лучших блюд, которые она когда-либо пробовала, эльф подвел ее к скамейке, где другие готовили овощи. Она сидела и терла морковь, слушая, как эльфы болтают между собой.

Их мнение о Поттерах превзошел только эльф по имени Винки.

Через несколько дней она перешла к кулинарии, чем очень гордилась, пока не осознала свое положение. На следующую ночь, лежа в постели, она осознала, что сегодня ей понравилось готовить.

Когда Марту вернули в главную зону, она почти пожалела, что уходит.

Когда она увидела Анжелу, разница была поразительной: ее дочь уверенно разговаривала с друзьями, а рядом с ней был молодой человек. Была ли это действительно Анджела Флинт?

Когда они встретились взглядами друг друга, ни один из них не был уверен, что делать дальше, но когда Анджела подошла и обняла мать, они обе заплакали.

Обнаружение, что их пригласили на рождественский бал в Поттер-Мэнор, было своего рода шоком, поскольку на этот раз младшие Забини собирались без ограничений по возрасту и больше ни о чем не могли говорить.

Услышать, что их мать стала новым главой Слизерина, было еще большим шоком. Поттеры не просто позволяли им работать; они раздавали должности огромной ответственности.

Еще одним откровением стало то, что Нарцисса обратилась к ней с просьбой организовать интервью с намерением узнать, что Марта хочет делать со своей жизнью.

Это была женщина, чей муж и сын были одними из самых фанатичных сторонников Темного Лорда, однако Поттеры сделали ее своим личным секретарем! Она была в замешательстве.

Марта начала задаваться вопросом, были ли Поттеры другими, они определенно изменили волшебный мир. К тому времени, когда мяч приблизился, она решила присоединиться к ним, но затем от этого отвратительного зрелища ей стало плохо. Она не могла поверить, что попалась на удочку этого высокомерного придурка. Вот они опять приходят, интересно, какой фигней он нас теперь ударит?

Гарри и Гермиона подошли к сцене и попросили тишины.

«Привет всем, я чувствую, что должен извиниться за то, что было раньше. Это была серьезная ошибка с моей стороны. Я копировал известного маггловского артиста, не осознавая, что никто здесь никогда о нем не слышал. Мы собираемся попробовать то, чего еще никогда не делали. раньше, — сказал Гарри, взяв Гермиону за руку.

Он протянул руку, закрыл глаза, и перед ними появилась проекция Фредди Меркьюри, поющая «своего рода волшебство».

Вся публика смотрела на него с ошеломленным недоверием: проекция была практически точной копией того, что Гарри сделал ранее.

Нарцисса наблюдала за реакцией гостей, и это работало на двух уровнях: теперь они могли видеть, чего Гарри пытался достичь своим пением. Добавьте к этому трепет перед силой, требующей достижения проекции, не говоря уже о том, чтобы не использовать Омут памяти, он даже не использовал палочку!

Когда все закончилось, толпа обезумела.

Гарри и Гермиону окружила толпа, а поздравления раздавались отовсюду.

Все гости думали примерно так же, как Марта Флинт, большинство из них сегодня вечером в той или иной форме связали себя с Гарри и Гермионой. Мысль о том, что их лидер может оказаться придурком, вызывала у них крайнее беспокойство.

Эйфория заключалась в основном в облегчении от того, что у избранника не глиняные ноги и весь инцидент был культурным недоразумением.

Нигде облегчение не приветствовалось, как в случае с Гарри и Гермионой: они допустили серьезную ошибку в суждениях, но исправились единственным известным им способом. Признавая свою ошибку, извиняясь и пытаясь ее исправить.

Близнецы, свиданиями которых были Алисия и Анджелина, затащили их в угол.

«Только те люди, с которыми мы хотим поговорить», — сказал Фред.

«Не могли бы вы объяснить, почему мы получили приглашения с печатью сотрудника «Стэг Индастриз»?» спросил Джордж

«Давайте, ребята, вы знаете, я уже просил вас поработать над маггловскими устройствами. В чем проблема?» Гарри вернулся

«Вы имеете в виду, что нам платят за то, чтобы мы разбирали вещи?» — спросил ошеломленный Фред

Гермиона взяла на себя управление: «Вы работаете в отделе исследований и разработок Stag Industries. Будет выплачиваться зарплата и процент от любых коммерческих открытий, которые вы сделаете. Все здесь знают вашу мечту, но мы думаем, что вы найдете это более приятным, если не у вас будет достаточно золота, чтобы воплотить в жизнь «Волшебные хрипы» Уизли. Мы думаем, что вы двое гении, и готовы подкрепить это золотом».

Все засмеялись, когда рыжеволосые близнецы схватили Гермиону и развернули ее, все, кроме Гарри, который заморозил их на месте, прежде чем выпустить жену из их объятий.

Затем он отпустил близнецов и извинился: «Извините, ребята, Гермиона носит тройню, поэтому не крутите ее, не подбрасывайте ее в воздух и абсолютно НИКАКИХ розыгрышей».

Обрадованные близнецы схватили Гарри, развернули его и, просто чтобы показать, что у него нет обид, поймали его, подбросив молодого волшебника в воздух.

Затем они принялись целовать руку Гермионы, демонстрируя преувеличенное рыцарство, которое на этот раз заставило всех смеяться.

«Если вы двое сможете на мгновение сдержать себя, мы надеемся, что вы останетесь в компании, где вы сможете заработать серьезное золото и в то же время помочь нам изменить мир. Подождите несколько лет, и вы сможете открыть магазины по всему миру. мир." Гарри видел волнение на лицах близнецов; он знал, что первое изобретение динамичного дуэта их зацепит.

Их свидания были заняты поздравлениями Гермионы, которая обещала им любую возможную помощь в любой карьере, которую они выбрали. Одно слово Гарри могло дать им шанс сыграть практически с любой командой по квиддичу в стране. Разница с Гарри заключалась в том, что он давал им испытание, и тогда каждый должен был быть достаточно талантливым, чтобы попасть в команду. Он никогда не попросил бы нанять кого-то, если бы он не был способен.

Марта Флинт подошла к Поттерам и попросила слова: «Милорды и леди, я хотела бы извиниться за свое поведение…»

"Не обязательно, миссис Флинт, это был очень плохой день для всех нас", — сказал Гарри, останавливая Марту.

«Ну хотя бы позвольте мне поблагодарить вас за обращение с моей дочерью, я никогда не видела ее более счастливой»

На лице молодой ведьмы, о которой идет речь, была широкая улыбка, пока Блейз в настоящее время тащил Анжелу по танцполу. Крэбб и Гойл тоже никогда не отрывались от пола, ведя себя как настоящие джентльмены: они танцевали с половиной молодых ведьм в комнате.

«С ней обращались так же, как и со всеми остальными, мы услышали от Нарциссы о твоей идее, и ты полностью поддержишь ее», — сказала Гермиона.

«Да, скоро у хорошего ресторана появится очень большая клиентская база, но я бы посоветовал совершить несколько поездок в маггловский мир, просто чтобы посмотреть, что там предлагают. Там должна подаваться еда, отличная от «Дырявого котла», — посоветовал Гарри.

У Марты кружилась голова: ее идея не только была услышана, но и только что получила одобрение. Она выплеснула что-то вроде благодарности, прежде чем сесть рядом с чашей с пуншем.

Рядом с ней появилась Нарцисса и протянула потрясенной ведьме бренди: «Они действительно отличная пара, и я подумала, что тебе это понадобится после разговора с ними, я знаю, что так и было».

Гермиона сообщила Гарри по связи, что ей нужно уйти отсюда, они пожелали спокойной ночи нескольким людям, проверили, все ли готово к наплыву эльфов, прежде чем удалиться в хозяйские апартаменты.

Гермиона не могла никому рассказать об их комнате, поскольку слезы застилали ей глаза. Гарри помог ей зайти в ванную, прежде чем отнести обезумевшую жену в постель.

Она лежала и рыдала у него на плече целую вечность, и им пришлось общаться посредством связи, Гермиона была неспособна говорить.

Ох , Гарри, почему им пришлось вот так бежать? У нас даже не было возможности объясниться».

« Я не знаю, любовь, у меня здесь не так уж много опыта»

Гарри пожалел об этом, как только эта мысль возникла, а Гермиона заплакала еще сильнее. Большим недостатком общения через их связь было то, что у вас не было дополнительной секунды, чтобы решить что-то не говорить. Как только вы об этом подумали, оно исчезло.

« Ой, прости, дорогая, я знаю, что тебе так же больно, как и мне»

Он просто держал жену крепче, изливая всю свою любовь на их связь, прежде чем она достаточно успокоилась, чтобы сказать: «Гарри, я не хочу завтра идти на бал, я думаю, нам следует просто реализовать наш план».

«Ты уверена, что любишь? А как насчет мамы и папы?» — мягко спросил он

«Я не знаю, Гарри, на данный момент единственное, в чем я уверен, это то, что я хочу, чтобы ты держал меня и никогда не отпускал», — так он и сделал, как просила жена, в конце концов Гермиона заснула, плача, у него на руках.

В доме Грейнджеров сцена повторялась: Дэн утешал плачущую Эмму, когда она засыпала на руках мужа.

Рождественским утром волшебное сообщество проснулось в новом мире; сомнения в чьем-то уме были развеяны кричащим заголовком на первой странице нового, правдоподобного «Ежедневного пророка».

Доброй воли всем мужчинам — пока они чистокровные волшебники!

Заголовок был только началом потрясений, содержащихся в специальном выпуске; Далее следовал фактический отчет о событиях на министерском балу, но это была колонка редактора, которую нужно было прочитать как минимум дважды, чтобы убедиться, что ее действительно кто-то написал.

Волшебный мир и наша роль в его падении!

Роуз Паркинсон

Вчера вечером я сидел на Premier Event в нашем мире и мне было стыдно. Не в мужественном решении медалистов либо вернуть награды, либо отказаться от них, а в причине их действий.

Дэниел Грейнджер, как и его дочь, имеет очень укоренившийся набор этических и моральных убеждений. Это не позволило бы ему принять награду, когда он мог воочию увидеть неуважение, которое большая часть публики испытывала к леди Гриффиндор.

С глубоким чувством стыда я могу сообщить, что неоднократно слышал на балу фразу «наглый MD», хотя от моего внимания не ускользнуло, что все это и еще хуже было сказано за пределами слышимости Лорд Гриффиндор.

Следует также отметить, что причиной, по которой никто из чистокровной элиты не произнес этих слов перед гриффиндорцами, было их чувство самосохранения (трусость) и нежелание проводить Рождество в школе Святого Мунго.

Когда я взял на себя управление этой газетой, я предполагал, что она будет печатать правду, и вот она.

Гонты были последними выжившими наследниками Салазара Слизерина. Чистокровные нищие, подвергшиеся инбридингу, оставили сына Морфина и дочь Меропу, мягко говоря, «не для брака».

У молодых девушек всегда есть мечты, и Меропа обратилась к красивому сыну оруженосца Тому Риддлу. Ей удалось подлить ничего не подозревающему магглу приворотное зелье, и они вместе убежали.

Через несколько месяцев простая девушка обманула себя, полагая, что его признания в любви, вызванные зельем, были искренними, и перестала их давать. Излишне говорить, что без влияния зелий Том сбежал домой.

Меропа осталась беременной и позже умерла в маггловском приюте, вскоре после рождения сына, которого она назвала Том Марволо Риддл.

Почему это должно нас беспокоить? Я слышал, вы спрашиваете: вот причина.

Под этим комментарием буквы Тома Марволо Риддла изменились на «Я — Лорд Волан-де-Морт».

Это существо, перед которым мой муж добровольно становился на колени, целуя подол его мантии и пуская слюни над каждым его словом.

Этот незаконнорожденный психопат-полукровка требовал беспрекословного повиновения, убивая всех, кто стоял на его пути, пока он искал власти и бессмертия.

Это существо, наложившее смертельное проклятие на годовалого ребенка, Гарри Поттера, изгнавшего самопровозглашенного темного лорда.

Тот самый темный лорд, который напал на одиннадцатилетнего Гарри, который с помощью девушки, на которой он женился, снова изгнал его.

В следующем году Волдеморт предпринял еще одну попытку, имея рядом с собой шестидесятитрехфутового василиска, но все еще не мог сравниться с Гарри и Гермионой, которые помешали ему в третий раз.

Молодая пара наконец победила мерзость, и из-за того, что они связали свои души с его жизненной силой, все его отмеченные последователи также погибли.

Чего они потребовали после избавления нашего мира от этой заразы? Власть? Богатство? Поклонение? Нет, оба в частном порядке отказались от Ордена Мерлина, и все, что они ПРОСИЛИ, — это чтобы их оставили в покое и наслаждались совместной жизнью.

И как наш мир отреагировал на этот запрос?

Двадцать авроров послали предать их всему Визенгамоту по сфабрикованным обвинениям в несовершеннолетней магии.

Их свадебная церемония подверглась нападению.

Постоянные и скандальные перешептывания за их спинами, все они сосредоточены на их недостойности из-за статуса крови.

Волан-де-Морт требовал обращения, которое заставило бы божество покраснеть от смущения, но чистокровные стекались, как овцы, чтобы поклониться его алтарю.

Поттеры ничего не хотят и представили концепцию выбора многим, у кого его не было, однако те же овцеподобные чистокровные теперь постоянно блеют о несправедливости системы, которую они изобрели.

Словарное определение фанатизма — это «упрямая и полная нетерпимость к любым убеждениям, убеждениям или мнениям, отличным от собственных».

Сколько читателей будут достаточно честными, чтобы признать, что это относится и к ним? Я задавался вопросом, а затем почувствовал стыд, осознав, что это применимо и к писателю.

Использование прошедшего времени не является ошибкой, поскольку теперь я вижу вред, который преобладающее отношение наносит нашему миру.

Магглы впервые ступили на Луну в конце шестидесятых годов, изобрели замечательные виды развлечений и теперь большинство из них имеют устройства, позволяющие мгновенно общаться с любой точкой планеты, в то время как мы, волшебники, до сих пор привязываем кусочки пергамента к лапкам птиц.

Наши фанатичные взгляды на то, что другие культуры нечего предложить, а тем более улучшить нашу жизнь, будут смертью нашего общества, поскольку оно застаивается под несправедливыми законами, рожденными из предубеждения и страха перед неизвестным.

Я чистокровная ведьма, которая возмущается и даже ненавидит фанатичный багаж, сопровождающий этот титул, поэтому я, Роуз Паркинсон, по своей собственной воле публично отказываюсь от своего чистокровного статуса.

Я горжусь тем, что я ведьма, но больше не хочу, чтобы мой статус рождения определял то, как меня воспринимают в нашем обществе.

Роуз только что вошла в историю как первая чистокровная женщина, отказавшаяся от своего статуса; она намеренно не упомянула своих дочерей, поскольку собиралась позволить им самим решать, когда они достигнут совершеннолетия. В конце концов, это был их выбор.

Гарри и Гермиона проснулись, все еще обнявшись, и впервые с тех пор, как они сблизились, не знали, что сказать друг другу.

Это Гарри нарушил неловкое молчание. — Счастливого Рождества, дорогая, — сказал он, целуя жену.

«О, Гарри, любимый, скажи мне, что прошлой ночью был плохой сон, и это будет чудесное Рождество», — воскликнула Гермиона.

«Честно говоря, я бы хотел, но это произошло, и я понятия не имею, как это исправить», — Гарри почти плакал от боли, исходящей от жены.

«Я никогда раньше не видела, чтобы мама вела себя так, мы оба знаем о характере Грейнджер, но мне бы хотелось, чтобы она осталась и разобралась во всем. Кричащая ссора была бы предпочтительнее, чем они так ушли. устроили вам семейное Рождество, и все просто развалилось на куски». Гермиона теперь плакала в грудь Гарри.

«Гермиона, пока ты здесь, это все, что имеет для меня значение. Все остальное — бонус. Ты все еще планируешь пропустить мяч?» он спросил

«Да, ты изменил мой мир в тот день, когда мы поцеловались. Гермиона Джейн Грейнджер отдала бы жизнь за то, чтобы сопровождать тебя на Святочный бал. Леди Гермиона Джейн Поттер Гриффиндор беременна, у тебя есть тройняшки, и ты будешь с тобой всю оставшуюся жизнь. Мне не нужно идти по этому коридору под руку, чтобы потешить свое эго, в последний раз, когда я пытался это сделать, были потеряны жизни». Она все еще плакала.

Гарри прижал ее к себе и поцеловал, одновременно успокаивая свою беременную жену: «Это не твоя вина, и это тоже не так. Давай примем душ, позавтракаем, сделаем то, что должны, а затем приведем наш план в действие».

Гермиона слабо улыбнулась ему: «Мне нравится этот план, но тебе придется нести меня в душ, поскольку я не собираюсь тебя отпускать».

«Мне нравится, как это звучит», — сказал Гарри, поднимая жену на руки и направляясь в роскошную ванную комнату.

«С таким же успехом я могу насладиться тем, что меня несут прямо сейчас, прежде чем я стану толстой и уродливой», — сказала Гермиона.

«Ты носишь моих детей и должна набрать вес, но Гермиона, ты всегда будешь красивой», — сказал он, сбрасывая с помощью палочки их одежду, прежде чем нести ее в душ.

Рождественским утром Сириус первым подошел к столу, большой ребенок в душе, и он просто не мог не волноваться. В Азкабане Рождество было просто еще одним днем.

Образ дементора в шапке Санты, поющего «колокольчики», возник в его голове и вызвал улыбку на лице.

«Если я могу улыбаться по этому поводу, значит, мне становится лучше», — подумал он и знал, что причины этого все еще были в постели друг с другом.

Он вспомнил, как впервые встретил Гермиону в Визжащей Хижине, стоящую рядом с Гарри и готовую бороться за свою жизнь с массовым убийцей.

Она самая умная ведьма, которую я когда-либо встречал; но шляпа отправила ее в Гриффиндор, потому что ее храбрость превосходила ее мозги, вот это просто страшно!

Когда они оба вернулись, чтобы спасти ему жизнь, его мнение о паре было заоблачным, и все, что он видел или слышал с тех пор, только укрепило его веру в то, что волшебный мир взывали к лидерству.

Его отношения с Дэном и Эммой были прекрасными; они нашли общий язык в ту первую ночь и заложили основу прочной дружбы, основанной на их юных подопечных.

Из-за этого события прошлой ночи было еще труднее понять. Он не был экспертом по Грейнджерам, но даже Гермиона, похоже, думала, что это совершенно не в его характере. Даже он знал о характере Грейнджер, но его уход оставил все нерешенным, вдобавок в день Рождества.

Он надеялся, что Гермиона справится с этим, поскольку у Гарри не было никакого опыта разрешения семейных конфликтов.

В этот момент почтовая сова доставила специальное издание «Пророка», и Сириус, как и большинство жителей волшебного мира, сидел, пораженный, читая.

Перевернув страницу и прочитав следующую статью, Сириус оказался на полу, завывая от смеха. Это, конечно, не типичный ответ на статью, озаглавленную:

Домовые эльфы свободны — сформирована нация Элвинов

Затем в статье были подробно описаны подробности, которые Сириус услышал вчера вечером, но именно последний абзац заставил его рассмеяться.

Эльфов по-прежнему можно будет нанять в Stag Industries для выполнения особых функций. Любой, кому требуется информация о стоимости найма или условиях проведения мероприятия, должен связаться с Добби или Винки Поттер. Записаться на прием можно через банк Гринготтс.

Сириус представлял реакцию своей покойной матери на то, что ей пришлось поехать в Гринготтс, ПОПРОСИТЬ гоблина о встрече с эльфом, а затем ей придется СПРОСИТЬ, может ли она нанять несколько эльфов для своего новогоднего бала. Изображение было завершено, когда улыбающийся Винки ответил: «Отвали от тебя, фанатичная старая летучая мышь!»

О, это была шутка, достойная Мародера, нет, если честно, это был уровень выше Мародера. Это открыло совершенно новый жанр розыгрышей — SuperPrank!

При мысли о том, что всем этим чистокровным матриархам придется вежливо сидеть и вести переговоры с Винки или Добби, слезы смеха текли по его щекам.

Им действительно нужен был способ записывать эти разговоры; на их продаже можно было бы заработать целое состояние.

Таким его все нашли, когда спустились завтракать.

Гарри и Гермиона вошли, буквально переступив через Сириуса, и сели завтракать. Сириус, непреднамеренно, действительно поднял настроение всем, собравшимся за столом.

Утренняя группа на завтрак в поместье Поттеров состояла из двух эльфов, двух мародеров и трех Поттеров, которые все решили, что завтрак важнее подарков.

Ремус не мог не спросить, откуда Роуз взяла всю информацию для редакционной статьи.

«Большую часть она получила от нас», — сказал Гарри, — «мы также дали ей кучу документов, принадлежащих бывшему директору, поскольку она хотела написать статью о настоящем манипулятивном старом ублюдке».

«Да», — вмешалась Гермиона, — «еще есть люди, которых обманывают все его причудливые одежды и даже более причудливые движения палочки, когда ты не смотришь».

«Значит, это действительно так?» — спросил оборотень.

Возможно, она позволила писателю немного раскрыться, но было использовано любовное зелье, и все имена и события точны», — подтвердил Гарри, сам прочитав записи.

После завтрака все знали, что двое из них пропали, но никто не упомянул о них, пытаясь сохранить дух Рождества.

Большинство из них находились в гораздо лучшем состоянии физически, эмоционально и финансово, чем в это время в прошлом году, так что быть веселым было не так уж сложно.

Пришло время раздавать подарки из-под ёлки.

Гарри и Гермиона подарили эльфам небольшой пакет, в котором при открытии находились два золотых кольца.

«Это обручальные кольца семьи Поттеров, и мы надеялись, что вы воспользуетесь ими для вашей связи. Мы считаем вас обоих частью нашей семьи и очень рады за вас». Объяснил Гарри

Добби застенчиво ответил: «Раньше эльфам приходилось спрашивать разрешения у своих хозяев, и все, у нас нет традиции проводить церемонии соединения, и мы не знаем, как действовать».

Улыбающаяся Гермиона, как всегда, решила проблему. «Традиции должны с чего-то начинаться, почему не с вас двоих?»

Это был сияющий Винки, который подражал, вынул кольцо из коробки и надел его на палец Добби, и сказал:

«Здесь, в присутствии нашей семьи

Я предлагаю это кольцо в знак своей любви

Я отдаю тебе свое сердце, тело и душу

И вступите в узы спутника жизни

Желание быть рядом с тобой всю оставшуюся жизнь»

Нигде не было сухого глаза, когда Винки вложила всю свою душу в свою клятву, данную Добби.

«Мне посчастливилось знать некоторых особенных людей

И большинство из них в этой комнате

Но для меня, Винки, ты затмеваешь их всех.

Никогда не было никого более особенного, чем ты

И хотя я чувствую себя недостойным, я с радостью принимаю предложенные дары.

Я предлагаю все, что я есть взамен

Я, Добби, вступаю в узы спутника жизни

С обещанием поклоняться тебе до того дня, пока я не покину эту землю».

Когда Добби надел второе кольцо на палец Винки, они поцеловались, среди их друзей разразились аплодисменты и аплодисменты.

«Ну, я думаю, нам всем следует просто пойти в паб и оставить счастливую пару в покое, как, черт возьми, ты собираешься следить за этим?» — спросил смеющийся Сириус

«Пожалуйста, не обращайте внимания на дворнягу, он почти не приучен к дому». Сказал Ремус: «А если серьезно, я рад, что вы считаете меня своей семьей, и для меня большая честь быть свидетелем этого здесь сегодня. Теперь еще одна традиция, которую вы должны перенять, — это целовать невесту!»

Ремус поцеловал покрасневшую Винки и пожал Добби руку; все вскоре повторили это.

Затем Гарри вручил Ремусу подарок, развернул табличку с надписью «Люпинвиль» и озадаченно посмотрел на пару.

и он тут же засмеялся. Сириус держал дверь и табличку на столе с надписью «Профессор Сириус Орион Блэк, глава факультета Гриффиндора».

«Вы двое пытаетесь возложить на меня ответственность или что-то в этом роде?» воскликнул он

— Мы даже сделали тебя законным, — сказала Гермиона, вручая ему лицензию на регистрацию анимага.

«Мы также купили вам вот это, — Гарри вручил им обоим дорогие дизайнерские часы, — оба являются портключами, которые перенесут вас на некий тропический остров, не подлежащий нанесению на карту, где вы можете увидеть некоторых своих знакомых».

— Мы объясним позже, — был ответ Гермионы на озадаченные взгляды.

Добби и Винки подарили Гарри и Гермионе большую изящную деревянную резную фигуру пары, фантастический образец эльфийского искусства. Пока все восхищались произведением, оно оживилось: обе фигуры наклонились друг к другу и поцеловались. Никто из них никогда не видел ничего, что могло бы сравниться с этим.

Ремус подарил им два фотоальбома с фотографиями; у одного были Мародеры и Лили, когда они продвигались по Хогвартсу. Другим были их собственные приключения в Хогвартсе, включая их обоих с Клювокрылом.

Как это возможно?" — спросила Гермиона, знавшая, что на некоторых из этих мероприятий не было камер.

Улыбающийся Ремус ответил: «Мы использовали специальную камеру, которая позволяла нам делать снимки внутри задумчивого дома, все, что нам нужно было сделать, это собрать воспоминания».

Подарок Сириуса представлял собой коробку, полную странного и чудесного, дневники анимагов, принадлежавшие ему и Джеймсу, демонстративно попадали в категорию чудесных. Несколько книг типа «Воспитание ребенка» сопровождались бумажником, полным ваучеров на присмотр за детьми, которые можно было обменять в любое время.

Еще в коробке было три мягких игрушки: черная собака, серебристый волк и олень. Странная коллекция волшебных детских погремушек и несколько пустышек, добавленных на всякий случай, дополнили содержимое.

Джинни нервно передавала свои подарки, она была так уверена, покупая их, но теперь была полна сомнений. Как они это воспримут?

Гарри открыл маленькую коробочку и обнаружил золотое кольцо с надписью «ПАПА» на нем. Взглянув на жену, он увидел такое же кольцо с надписью «МАМА».

Оба с гордостью носили их, прежде чем обнять дочь, слезы по пропавшей смешались с радостью присутствующих.

В конце концов, Рождество не было ужасным.

К сожалению, таких же настроений не хватало в семье Грейнджеров, рождественского настроения не хватало.

Эмма плакала, пока не заснула, и теперь ходила по кухне, как зомби, единственный, кто продолжал плакать.

Проснувшись этим утром, оба поняли, что у них нет возможности связаться с Гермионой или Гарри, и это медленно разъедало Эмму.

Рождество всегда было ее любимым временем года, но она испортила его для своей семьи и понятия не имела, почему, слезы начались снова, и она почувствовала, как рука мужа обняла ее за плечи и притянула к себе.

Аманда Грейнджер сидела за столом, потягивая чашку чая и наблюдая, как ее сын утешает свою жену. Она непроизвольно взвизгнула от подарков, и на кухонном столе внезапно появилось письмо.

Эмма трясущимися руками потянулась к письму и даже с трудом открыла его. Она развернула пергамент и прочитала:

Дорогие мама, папа и бабушка

Пожалуйста, извините меня, если я делаю это неправильно, поскольку я никогда раньше не писал письма своей семье, но думаю, мне следует начать с пожелания всем вам счастливого Рождества.

Я хотел бы поблагодарить вас за то, что вы указали на мою ошибку вчера вечером, вы заставили меня понять, что никто там не понял, чего я пытался достичь.

Всем были предложены извинения и объяснения, и, похоже, всем понравилась оставшаяся часть бала.

Гермиона была и до сих пор расстроена тем, что вы сочли необходимым вернуться домой на Рождество. Мы понимаем, что у вас, должно быть, была веская причина, но вы хотели бы услышать ее перед отъездом.

Я отправила наши рождественские подарки, так как мы не уверены, хотите ли вы нас видеть, и здесь я чувствую, что должен извиниться, подарки были выбраны исходя из предположения, что мы все будем вместе. Мы, конечно, обменяем их на все, что пожелаете.

Мы с Гермионой собираемся на некоторое время покинуть страну, но вы можете связаться с нами, написав адрес и оставив его на кухонном столе.

Будем на связи.

Гарри

Закончив читать, Эмма, рыдая, рухнула на кухонный стол. Дэну потребовалось пять минут, чтобы понять, что она просит его исправить это, поскольку ее рыдания заглушали ее голос.

Он поцеловал свою жену в макушку, прежде чем помчаться в кабинет за письменными принадлежностями, пока Аманда пыталась утешить обезумевшую Эмму.

Гарри и Гермиона появились в небольшом парке, который она хорошо знала, рядом с деревом, под которым читала младшая Гермиона, высвобождая болезненные и приятные воспоминания об одиноком детстве.

Когда они шли по знакомым улицам к месту назначения, Гарри спросил жену: «Ты уверена в этом?»

«Да, это нужно сделать. Мы оба знаем, что это не может ждать, но просто оставайся рядом со мной, пожалуйста?» — взмолилась Гермиона, ее уверенность нуждалась в его присутствии.

"Всегда!" — сказал Гарри, когда они подошли к двери и нажали кнопку звонка.

Дверь открылась, и Гарри сказал: «Счастливого Рождества, сэр, можем ли мы поговорить с Кэрол, пожалуйста?»

Роберт Бернс сидел в гостиной с улыбкой на лице, а внутри он разваливался. Все пошло наперекосяк, когда он услышал самое ненавистное слово на любом языке — РАК!

В тысячу раз хуже было то, что получатель ужасных новостей — его дочь Кэрол заболела лейкемией.

Это начались худшие шесть месяцев в его жизни. Он пробовал все, чтобы помочь своей дочери, но, казалось, был низведен до роли зрителя, поскольку Кэрол постепенно проигрывала битву за жизнь.

Роберт видел, что она теряет, слепой видел, что она теряет, поскольку рак и лечение боролись с ее телом.

Его воспоминания о красивом, ярком, жизнерадостном подростке очень мало напоминали хрупкую, испуганную беспризорницу, которая пыталась быть веселой ради своей семьи.

Кэрол сидела на диване, надев бейсболку, чтобы скрыть тот факт, что у нее было очень мало волос, и закутавшись в одеяло, чтобы бороться с ощущением вечного холода, которого, казалось, ничто не могло проникнуть. Она выглядела смирившейся с тем, что это было ее последнее Рождество, и, казалось, была полна решимости не пропустить ни одного из них.

Его жена отрицала это, ее отношение было основано на предположении, что она верила, что чудо произойдет, поэтому оно произойдет. Роберт не разделял убеждений своей жены, но никогда в жизни не хотел оказаться настолько неправым.

Следующими под его задумчивым взглядом оказались двое его сыновей, тринадцатилетний Джош был очень близок со своей сестрой и участвовал во всех семейных дискуссиях, касающихся болезни и лечения Кэрол. Джош вел себя храбро, но его отец видел, что ему больно, его сын был ходячей точной копией самого себя, как по характеру, так и по внешности. Джошу было так же больно, как и ему самому.

Джеймс был семилетним маленьким мошенником, его улыбающиеся глаза использовались как «карточка на свободный выход из тюрьмы» всякий раз, когда озорному чертенку не везло, когда его ловили на чем-то, чего ему делать не следовало.

Он был в блаженном неведении о надвигающейся обреченности на всю его жизнь; его единственное беспокойство, казалось, заключалось в том, что Санта забыл дорогую, обязательную игрушку, о которой он передумал на прошлой неделе.

Как объяснить семилетнему ребенку, что у него мало денег, потому что его сестра больна? Семью Бернсов никогда нельзя было назвать «зажиточной», но обычно им удавалось обеспечить комфортный уровень жизни. Хотя Национальная служба здравоохранения не означала никаких больничных счетов, ему по-прежнему требовалось множество выходных, он ездил в разные части страны, чтобы Кэрол могла получить лучшее доступное лечение.

Его работодатели отнеслись к нему с пониманием и предоставили ему любой необходимый отпуск; это имело печальные последствия: его доходы сократились по мере увеличения расходов.

С его овердрафтом и кредитной картой, Роберт действительно находился между пресловутым «камнем и наковальней», и если ситуация не улучшится в ближайшее время, их ипотека также столкнется с просрочкой.

Роберту было стыдно думать о финансах, пока его дочь была так больна. Он был достаточно реалистом, чтобы понимать, что даже их крепкий брак, возможно, не сможет выдержать многочисленные удары, связанные с потерей дочери, дома и даже работы.

Между ним и родителями его жены существовала глубокая взаимная вражда. Мысль о том, что ему придется жить под их крышей, пытаясь оправиться от травмы, полученной в результате утраты, только усиливала ощущение присутствия в старом фильме: он был привязан к железнодорожным путям, а навстречу мчался экспресс, и он ничего не мог сделать. делать.

Он был в самом худшем состоянии и потерял всякую надежду, когда раздался звонок в дверь.

Гермиона почти не слушала, как Гарри разговаривал с мистером Бернсом, она собиралась противостоять одной из девочек, ответственных за то, что ее детство было одиноким.

Тихий голосок в глубине ее сознания, странно звучавший как восьмилетний книжный червь с торчащими зубами, из которого, как ей казалось, она выросла, прошептал, что, возможно, это было наказание Кэрол за то, что она была так жестока к ней.

Сострадание Гермионы тут же подавило эту мысль при первом взгляде на больную девушку; она подбежала, села рядом с Кэрол и начала изливать.

«О, Кэрол, я разговаривал с Тиной на нашей свадьбе, и она сказала мне, что ты заболел, но только вчера вечером мы поговорили с нашим врачом, и мы поняли, насколько это серьезно. Он сказал, что нам нужно связаться с тобой. без промедления, и вот мы здесь. Он также дал мне это для тебя, так что выпей все это». Она сказала это голосом, который не вызывал никаких споров.

Кэрол так привыкла подчиняться приказам и лекарствам, что проглотила зелье прежде, чем кто-либо успел возразить или задать вопросы.

Роберт Бернс взорвался: «Во что, черт возьми, ты играешь…» ему так и не удалось сказать больше, поскольку расстроенный отец совершил ошибку, протянув руку, чтобы схватить Гермиону. Внезапно он обнаружил, что сидит в кресле и не может пошевелить ничем, кроме глаз.

«Я прошу прощения за свою жену, сэр, — спокойно сказал Гарри. — Я заметил, что с тех пор, как она забеременела, Гермиона начала действовать, прежде чем думать».

Гермионе удалось одновременно покраснеть от смущения и радостно просиять, заметив вопросительный взгляд Кэрол, она кивнула головой. «Мы только что узнали, вы поверите тройняшкам?»

Гарри использовал отвлечение, чтобы освободить Роберта от его чар, прежде чем дать объяснение: «Мы предпочитаем, чтобы нас называли Гарри и Гермионой, но под нашими титулами лорда и леди Гриффиндора мы владеем частной клиникой, чтобы помогать детям, чего не может сделать служба здравоохранения. Лекарство, которое Гермиона дала Кэрол, было предоставлено главой нашей клиники с указанием, что нельзя терять времени. Нам всем нужно быть честными здесь и признать, что Кэрол практически не смогла помочь даже нам.

Гермиона взяла Кэрол за руку: «Мне очень жаль, Кэрол, но когда я увидела тебя, мне просто хотелось ввести тебе лекарство как можно скорее, я просто не думала».

Роберт услышал звук, который, казалось, исчез навсегда, его дочь даже рассмеялась.

«Гермиона Грейнджер не думает? Я никогда не думал, что приду сюда. Тина сказала мне, что ты изменился, но я должен был увидеть это сам». Она заметила кольцо на пальце Гермионы и вопросительно посмотрела на нее.

Гермиона даже рассмеялась: «Ну, я леди Гермиона Джейн Поттер Гриффиндор, но больше всего я горжусь титулом «мама». Мы удочерили молодую девочку, у которой случилась семейная катастрофа, и ей нужен был кто-то, кто мог бы помочь. У моего замечательного мужа есть сбережения. дело в людях».

Гарри покраснел, когда ответил: «Это возвращает нас к тому, почему мы здесь: у нас есть лекарство для Кэрол, которое она примет на следующие два дня, прежде чем отправиться в клинику Лили Поттер. Доктор Аберкромби ожидает, что она будет в больнице между пятью и четырьмя часами позже. семь дней, он также ожидает, что она полностью выздоровеет».

Роберта освободили от пут, но он не сдвинулся ни на дюйм, в его голове проносился миллион вопросов, но все сводилось к одному. Поэтому он спросил: «Вы действительно можете спасти мою дочь?»

Гарри ободряюще улыбнулся, прежде чем ответить: «Да, доктор получил записи ее болезни и заверил нас, что сможет вылечить Кэрол. Все, что мы просим, ​​— это держать в секрете любую информацию о нашей клинике. Мы будем помогать как можно большему количеству детей. пытаясь добиться признания наших методов лечения на массовом рынке. Все, что вы видите в магазине товаров для здоровья с логотипом Stag Industries, даю слово, это сработает».

Гермиона продолжила: «Мы будем продавать наши продукты, используя такие термины, как «приносить облегчение» или «помогать при симптомах», тогда как на самом деле они будут лечить. Все наши продукты — это натуральные средства, которые существовали много лет, но были утеряны или забыты. ученые приступили к работе, исследуя и совершенствуя каждый продукт, пока каждый продукт не стал настолько хорошим, насколько мы можем его сделать».

«Насколько ты богат?» — выпалила Кэрол.

Гарри выглядел смущенным, родители Бёрнсов были огорчены, но Гермиона просто восприняла это спокойно и ответила настолько честно, насколько могла: «Ну, некоторые люди говорят, что королева — самый богатый человек в стране, а некоторые говорят, что это мы. Лично мы никогда не считали их и стремимся использовать деньги, помогая как можно большему количеству людей».

У Гарри внезапно появилась сумка, которую раньше никто не заметил, он первым заговорил с Джеймсом. «Санта попросил меня сказать «извини», но он забыл оставить это под твоей елкой раньше. Он попросил меня передать тебе это».

Джеймс сорвал обертку и завизжал, когда был раскрыт «подарок мечты» этой недели: «О, спасибо, сэр, не могли бы вы также поблагодарить Санту в следующий раз, когда увидите его?»

Затем Гарри обратил свое внимание на Джоша: «И что Санта может подарить тебе?» он пошутил.

Он заметил, что серьезный мальчик посмотрел ему прямо в глаза, прежде чем спросить: «Ты действительно можешь помочь моей сестре?» Гарри кивнул, означая «да», и по щекам мальчика текли слезы: «Тогда, пожалуйста, скажи Санте спасибо, но это лучший подарок, который я когда-либо мог получить».

Гарри положил руку мальчику на плечо, вручая ему подарок: «Ты очень умный парень, если понимаешь, что Джош, когда ты закончишь школу, приходи к нам. Нам нравится, когда у нас работают умные люди».

Джош открыл свой подарок и нашел новую игровую приставку; он с благоговением посмотрел на эту странную пару. Он никому не сказал, что хочет этого, зная, что его родители в данный момент не могут себе этого позволить, но эти двое пришли к нему домой, пообещали вылечить его сестру и теперь раздавали подарки, которые стоили целое состояние. Кто были эти люди?

Гермиона запустила руку в сумку Гарри, доставая подарок для Кэрол. Она сняла с девушки кепку и осторожно заменила ее изысканным париком, удивительно похожим на ее собственные волосы.

И родители, и их дочь расплакались, но все по разным причинам. Роберт знал, что парик был чисто косметическим, но, узнав, что ее можно вылечить, эффект был похож на возвращение его маленькой девочки из мертвых. Его жена только что получила чудо, о котором так усердно молилась; она так долго сдерживала свои эмоции, что пришло время высвободиться. От того, что это были слезы радости, она плакала еще сильнее, она надеялась на эту новость, но не ожидала ее.

Кэрол плакала по другой причине, она должна была знать. «Почему ты делаешь это для меня? Мы превратили твою жизнь в ад на протяжении всей школы, а ты в Рождество спасаешь мою жизнь и помогаешь моей семье. Мне нужно знать, почему? Пожалуйста?»

Гарри встал рядом с женой и взял ее за руку, зная, что ей тяжело.

«Да, ты превратил мою жизнь в ад, и да, я ненавидел тебя за это. Мы с Гарри видели, к чему может привести ненависть, и никогда не хотим идти по этому пути. Я собирался поговорить на свадьбе и оставить все это позади, но мы все знают, что там произошло. Когда я услышал, что ты заболел и могу помочь, мне не пришлось принимать решения. Мне хотелось бы думать, что если бы позиции поменялись местами, ты бы сделал то же самое для меня».

Гермиона снова полезла в сумку Гарри и достала золотой конверт: «У нас с Гарри есть замечательные друзья, но всегда найдется место еще для парочки. Это приглашение для тебя и Тины провести с нами часть пасхальных каникул. Мы уезжаем, но наш личный помощник, мисс Блэк, будет на связи и все организует. Мы надеемся, что вы согласитесь, и мы все сможем узнать друг друга заново».

Гарри протянул миссис Бернс конверт, она открыла его и передала содержимое мужу. Роберт не мог поверить, что его жена только что вручила ему чек на десять тысяч фунтов, он попытался вернуть его, но Гарри только покачал головой.

«Вы слышали, моя жена, выражение лица Джеймса, когда он открыл свой подарок, значит для нас больше, чем этот чек. Мы также знаем, что это может сделать для вас и этой семьи, пожалуйста, примите это и перестаньте беспокоиться о деньгах».

Пара задержалась еще на некоторое время, Кэрол и Гермиона тихо болтали, пока Гарри присоединялся к мальчикам с игровой приставкой.

Роберт видел, как в глазах дочери разгорается искра, будь то лекарство, парик, дарованная надежда или комбинация всех трех, ему было все равно. Просто увидеть это там означало, что он был в долгу перед этой молодой парой, который никогда не сможет быть погашен. Все, что они просили, — это сохранить в тайне свое местонахождение, хотя он готов был предложить свою душу; у мира появилась надежда, когда он породил таких людей, как Поттеры.

Дэн Грейнджер ходил взад и вперед по кухне, а его мать наблюдала. Эмма вернулась в постель, чтобы прилечь, прошлой ночью она плохо спала.

Письмо исчезло в тот момент, когда он положил его на стол, он просто надеялся, что оно пришло сегодня. Дэн всегда хотел больше детей, но после того, как Эмма вынашивала Гермиону в трудные времена, врачи сказали, что иметь больше детей невозможно.

Теперь у него на подходе сын и трое внуков, и ничто не встанет между этой семьей. Эмма попросила его исправить это, и именно это он и собирался сделать.

Когда раздался звонок в дверь, его сердце упало: все может быть хуже, чем он думал, если Гермиона почувствует, что не может войти в дом, в котором выросла, без разрешения.

Он открыл дверь и увидел стоящую там молодую пару. Гермиона так крепко держала Гарри за руку, что, должно быть, останавливала кровоток.

«Счастливого Рождества, мистер Грейнджер», — сказал Гарри.

Дэн не мог скрыть своего разочарования: «Что случилось с папой, Гарри?»

«После прошлой ночи я не был уверен, где мы находимся, сэр», — ответил Гарри.

Дэн понял, что у Гарри здесь нет никакой системы координат; его единственным опытом «семьи» были эти чертовы Дурсли.

Дэн обнял сына: «Гарри, члены семьи могут спорить, но они всегда остаются семейным сыном».

Гермиона присоединилась к ним в объятиях, целуя отца и желая ему счастливого Рождества.

Они вошли на кухню и приветствовали Аманду объятиями и поцелуями, прежде чем все расселись и пили чай из уважения к состоянию Гермионы.

Аманда спросила, где Джинни, и узнала о запланированном воссоединении Уизли.

«Где мама?» — спросила Гермиона.

«Она пошла прилечь, не думаю, что кто-то из нас плохо спал прошлой ночью». Ответил Дэн

«И мы все знаем, почему невротическая мать не только испортила бал, но и умудрилась испортить Рождество. Мне всем очень жаль», — сказала плачущая Эмма из дверного проема.

Дэн хотел было подняться, но рука Гарри остановила его. Гермиона поднялась и обняла мать: «Счастливого Рождества, мама, все в порядке».

Эмма была в ударе, и ее невозможно было успокоить: «Нет, это не нормально, это ваше первое Рождество в паре, и я все испортил. У нас всех здесь нет даже елки, и единственная еда в доме — замороженная». макароны." Она рыдала.

Гарри подошел и взял Эмму на руки: «Мама, я бы с удовольствием съел макароны, даже замороженные, если это означает, что я смогу провести Рождество со своей семьей. Счастливого Рождества, мама», — сказал он, целуя ее в щеку.

Гарри подвел ее к столу и сел, довольный тем, что мать и дочь быстро залечивают раны, причиненные прошлой ночью. Он никогда по-настоящему не замечал, насколько они похожи, оба были пугающе умными и совершенно пугающими, когда злились, у обоих было врожденное чувство морали, сострадания и убежденности в том, что нужно изменить ситуацию, и обе были беременны?

Гарри рассмеялся, и все в комнате уставились на него, затем рука Гермионы внезапно подлетела ко рту, когда она поняла, о чем думает Гарри.

Грейнджеры в замешательстве наблюдали, но когда Гермиона встала и направила палочку на Эмму, Дэн попытался вмешаться. Его снова остановила рука Гарри на его руке: «Если я прав, тебе действительно нужно сесть, поверь мне», — сказал улыбающийся Гарри.

Грейнджеры в замешательстве наблюдали, но когда Гермиона встала и направила палочку на Эмму, Дэн попытался вмешаться. Его снова остановила рука Гарри на его руке: «Если я прав, тебе действительно нужно сесть, поверь мне», — сказал улыбающийся Гарри.

Гермиона выпустила в мать слабый желтый луч света, который собрался у нее на животе, а затем стал синим.

Гарри похлопал Дэна по спине: «Поздравляю, папа, ты будешь гордым отцом волшебника».

Потребовалось несколько секунд, чтобы новость дошла до сознания, затем глаза Дэна закатились, и он тут же потерял сознание.

Пока Гарри левитировал Дэна на один из диванов, Гермиона и Аманда обнимали Эмму; слезы текли у всех троих.

Дэн уже подходил к тому времени, когда дамы решили удостоить их своим присутствием, Гарри поздравлял Эмму, когда она спросила его: «Откуда ты узнал?»

«Когда мы обнялись, я почувствовал небольшое волшебное присутствие в комнате, я бы не почувствовал его в замке или поместье из-за всей магии на заднем плане. У нас с Гермионой одинаковая магическая подпись, так что остались ты или Аманда. Я хочу встретить Новый год, поэтому решил, что безопаснее сначала тебя проверить».

Подушка ударила Гарри по затылку. «Эй, бабушка, здесь беременные женщины», — засмеялся он.

«Не волнуйся, Гарри, я никогда не промахиваюсь», — ответила Аманда.

Дэн взял Эмму на руки и начал целовать ее с такой страстью, что только крик Гермионы «Присутствуют дети» заставил их остановиться.

Именно Дэн задал вопрос, который волновал их обоих: «Как это возможно?»

Гермиона ответила прежде, чем кто-либо еще успел: «Похоже, ты не очень хорошо справился с «разговором», бабушка, ну, когда мужчина любит женщину…»

Эмма лишь улыбнулась: «Хорошо, Гермиона, мы, наверное, это заслужили, но ты прекрасно знаешь, что твой отец просил не об этом».

«За последние несколько недель вы были полностью погружены в волшебный мир и находились в постоянном контакте с двумя его самыми могущественными пользователями, а именно с нами. Мы с Гермионой беспокоились, что наша связь влияет на окружающих, поэтому вполне возможно, что наши магия исцелила тебя». Гермиона сменила Гарри.

«Вы также жили в разумном волшебном замке, и о целительной силе слез феникса ходят легенды. Это может быть даже комбинация эффектов, но результат очевиден: мама беременна мальчиком, который будет волшебным». Гермиона была очень счастлива, теперь мама будет рядом с ней на протяжении всей беременности.

когда-либо видела.

Она собиралась показать Дэну фотографию, когда заметила надпись на обороте; это было уведомление, сообщающее ей, что у нее есть уроки управления яхтой и какие экзамены ей нужно будет сдать, прежде чем она сможет стать капитаном «Первого поцелуя».

Гермиона знала, что ее мать любила учиться почти так же сильно, как и она, и всегда любила лодки, «загляни в конверт, мама», — сказала она.

Эмма нашла дюжину приглашений на остров Поттера, приуроченных к Пасхе.

«Нам не удалось встретиться с вашими друзьями на свадьбе, поэтому вы можете пригласить их провести Пасху с нами. Они полетят на соседний остров, а затем вы сможете забрать их в «Первом поцелуе», привезти на остров ваших детей, где тогда папа сможет забить их на своем собственном поле для гольфа». Гарри видел блеск в их глазах.

Так же могла бы и Гермиона: «Мама, папа, я знаю, что заманчиво пригласить людей, которые воротят от тебя носы, но я попробовала это, и это очень пустая победа. К тому же, нам придется провести неделю с твоими гостями!»

Все смеялись, но Дэн покачал головой: «Я не могу поверить, насколько ты вырос, и, конечно, моя замечательная дочь, как обычно, права. Гораздо лучше пригласить наших друзей, и это сделает эти ублюдки так завидуют, когда возвращаются и всем рассказывают, как там было хорошо».

Его язык принес ему пощечину, пока Гарри валялся на полу от смеха. Когда он, наконец, смог говорить, его восхищение тестем было видно всем. «Тебе нужно сказать об этом Сириусу и Ремусу, они сделают тебя первым маггловым мародером».

Гермиона открыла свой подарок, который, очевидно, был книгой, но какой книгой! Ее глаза чуть не вылезли из орбит, когда она поняла, что держит в руках. "Где ты это взял?" — прошептала она, выражая почтение к сокровищу, которое держала в ее руках.

«Годрик сказал нам, где его найти, и Винки достал его для нас. Тебе оно нравится?» спросила ее мама.

Гермиона потеряла дар речи и могла только кивнуть, хотя ее глаза не отрывались от того, что теперь было ее ценным достоянием.

Гарри посмотрел на книгу в руках жены, затем посмотрел на ее родителей: «Вы серьезно? Вы только что вручили ей эквивалент Святого Грааля. Дневник Ровены Рейвенкло — это легенда, никто даже не знал, существовал ли он на самом деле». Типа, даже не поверхностно, ты только что подарил моему прекрасному книжному червю величайший подарок, который она когда-либо получала».

Гермиона на самом деле сказала: «Не совсем любовь, ты это сделал, но это чертовски близко».

Ее речь говорила всем, что она на самом деле думает о книге, которую еще даже не открыла, на самом деле она отложила ее, сказав: «У меня есть остаток жизни, чтобы изучить ее, но Рождество наступает только раз в году».

Затем Гарри подарил Аманде и Эмме браслеты, а Дэн получил наручные часы. После объяснения, что это портключи и слова активации, все они пообещали никогда их не снимать.

Гермиона сказала маме, что «Первый поцелуй» был единственным способом для немагических людей получить доступ к острову, если только у них не было сделанного ими портключа.

Эмму немного пугала задача капитана такого судна, пока Гарри не указал на то, что на нем столько прелестей, что «Первый поцелуй» может плыть сквозь ураган, не поцарапав краску и не вызывая у пассажиров морской болезни.

Семья поговорила, и Грейнджеры решили привести свои дела в порядок, прежде чем присоединиться к Поттерам на Новый год. С четырьмя волшебными детьми в пути принять решение было несложно, а с помощью портключей они могли приходить и уходить, чтобы доставить себе удовольствие.

Эльф объявил, что ужин готов, прежде чем провести их через кухню в сад.

В саду Грейнджер мягко падал снег, и всю сцену освещали сотни фей и разноцветные плавающие свечи.

Большой стол с навесом, магически подвешенным над ним, вмещал столько еды, что его ножки, должно быть, вот-вот рухнут.

Они все потеряли дар речи от красоты этой сцены, когда Гарри и Гермиона внезапно напряглись: «Мы собираемся принять посетителей через портключ», — сказал он.

Джинни нервничала в ожидании, они провели некоторое время с бабушкой Невилла, прежде чем встретиться с ее братьями. Они все были здесь, кроме Перси, который принес… Она не знала, как его называть, папой теперь был Гарри, биологический отец звучал клинически, Артур или мистер Уизли звучали еще хуже.

Ей просто придется сделать это, взглянув на свой браслет «Джинни Поттер», который она молча пообещала сохранять самообладание. Перси вошел в комнату с другой гостьей, и она тут же растерялась.

«ТЫ УБЛЮДОК! Как ты мог так поступить с нами? Я, твоя бывшая дочь, Гарри и Гермиона, которые уважали тебя». Джинни вытащила палочку и нацелила проклятие, но ее палочка превратилась в резинового цыпленка.

— Ты что-то потерял, Джин? — спросила Джордж, крутя палочку вокруг своих пальцев.

«Неужели мы не можем позволить, чтобы ты сейчас проклинал нашего гостя, не так ли?» засмеялся Фред

«Чисто из предосторожности, ты получишь его позже», — сказал Джордж, присоединяясь к смеху своего брата.

Джинни закрыла лицо руками и плакала, когда услышала, как смех сменился чавканьем. Она пошевелила руками и увидела двух рыжих индюков и разъяренного Невилла Лонгботтома.

«Никто так не обращается с моей Джинни», — возмутился он. Схватив палочку Джинни с того места, где ее уронил Джордж, он превратил Артура Уизли в скунса.

Джинни обняла Невилла, говоря своим братьям: «Твои подарки под елкой, извини, но я не готова к этому, возможно, я никогда не буду к этому готова. Теперь я Джинни Поттер, и если я когда-нибудь встречу суку, на которой женился, я убью ее. Голубая лагуна».

С этими словами они исчезли, оставив троих старших мальчиков Уизли ошеломленными.

«Ну, ситуация быстро пошла под откос», — сказал Чарли.

«Ребята, я понимаю, как вернуть скунса обратно, но можете ли вы мне объяснить, почему близнецам не следует оставаться индейками до конца дня?» — спросил Перси.

Билл и Чарли улыбнулись великолепной идее, которая пришла в голову их младшему брату

Невилл и Джинни появились в саду Грейнджеров, маленькая рыжая плакала на руках у своего парня.

«Извини, но как только я его увидел, мне захотелось причинить этому ублюдку такую ​​же боль, как он причинил мне боль. Делает ли это меня плохим человеком?» — спросила обезумевшая молодая ведьма.

«Нет, для меня это не так», ответил Невилл, «ты пытался проклясть его, а не произнести непростительное. Посмотри, что я сделал, и это было только потому, что они тебя расстроили, делает ли это меня плохим человеком?»

«О, Нев, я думала, что ты замечательный», — сказала она, прежде чем на практике продемонстрировать, насколько замечательным, по ее мнению, он был. Обхватив его руками за шею и притянув к себе в глубокий поцелуй, не обращая внимания на наблюдающих за ней людей.

«Если я не узнаю, что произошло, в следующие тридцать секунд, кто-то будет так наказан», — прорычал Гарри.

«Извини, папа, я просто поблагодарил моего парня за то, что он заступился за меня, ты бы видел его, он был великолепен», — сказала не плачущая Джинни.

В конце концов они узнали историю самого короткого рождественского ужина в истории, когда Джинни пыталась извиниться перед Гарри.

«Я пыталась подумать, прежде чем действовать, но результат остался прежним», — сказала она.

Гарри просто улыбнулся: «Я тоже не знаю, как бы мы поступили, Молли, по крайней мере, понадобится школа Святого Мунго».

«Невилл, какие заклинания ты использовал, чтобы превратить их в животных?» — спросила Гермиона.

Невилл выглядел озадаченным: «На самом деле я не читал никаких заклинаний, у меня была палочка, и я был так зол, что моя магия сделала все остальное. Я даже не знаю заклинания, которое могло бы сделать это».

«Это может быть побочным эффектом волшебства, которое мы передали тебе через Джинни. Через несколько дней мы проведем несколько тестов. Поскольку тебе явно не удалось съесть рождественский ужин, я думаю, у нас достаточно, чтобы ты присоединился к нам». , — сказала Гермиона.

Они отлично поужинали и еще лучше провели время, смеясь и шутя друг с другом, пока вокруг них падал снег. Согревающее заклинание согревало их, поскольку сад был единственным на юге Англии, где лежал снег.

Джинни и Невиллу пришлось уйти и готовиться к балу, Невилл не мог поверить, что Поттеров не будет, Джинни была менее чем впечатлена новостью, что после бала они пойдут домой с бабушкой Невилла.

Оба подростка значительно воодушевились новостью о том, что завтра они присоединятся к Гарри и Гермионе на тропическом острове и останутся там до конца школьных каникул.

Джинни была в восторге от новости о том, что Эмма беременна, хотя ей было трудно осознать тот факт, что ребенок будет ее дядей.

После того, как они ушли, никто не хотел возвращаться внутрь и сидеть в саду, наблюдая за волшебным снегом, думая, что единственный способ сделать это лучше — это когда вокруг бегает несколько детей.

Гарри и Гермионе пора было уходить, пообещав, что на Новый год все будут вместе. Грейнджеры будут заняты продажей своей практики и встречами с друзьями, прежде чем присоединиться к ним. Аманда собиралась подождать, пока она пробудет там несколько дней, прежде чем принимать какие-либо окончательные решения.

После долгих объятий и поцелуев Гарри и Гермиона отправились в свой новый дом.

Вечером того же дня молодую супружескую пару можно было найти идущей босиком по пустынному залитому лунным светом пляжу под шум волн на заднем плане.

У Гарри возникла идея, и щелчком пальцев Гермиона была одета в бальное платье, а он был в парадном халате. Заиграла музыка, когда Гарри пригласил жену на танец.

Через несколько минут он сказал: «Могу я тебя кое о чем спросить?» он воспринял ее кивок как согласие и спросил: «Ты жалеешь, что не пошла на Святочный бал?»

«О, так намного лучше», — просияла она, — «теперь будет справедливо, если я задам тебе вопрос. Когда ты переодевался, ты намеренно оставил меня без нижнего белья?»

«О, черт возьми, да!» он ответил.

«Я надеялась, что ты это скажешь», — с улыбкой яркой, как луна, она потянула мужа на песок.

Гарри проснулся и обнаружил себя в самой красивой комнате, которую он когда-либо видел или даже мог себе представить. Главная спальня на их тропическом острове находилась на первом этаже, а две стены были почти полностью стеклянными. Это привело к тому, что внешний мир оказался в комнате.

Когда внешний мир представлял собой безоблачное голубое небо, волны мягко разбивались о белый песчаный пляж, а вся сцена была обрамлена пальмами, это чертовски превосходило кишащий пауками шкаф, который был его домом в течение десяти лет.

Он взглянул на молодую женщину, лежащую рядом с ним, и понял, что, если бы ее здесь не было, он с тем же успехом мог бы вернуться в старый шкаф. Она была его первой мыслью утром, последней ночью, его якорем, его жизнью, его женой.

Количество любви, излившейся на узы, разбудило Гермиону, увидев, что ее муж смотрит на нее со слезами на глазах, она притянула его к себе в утреннем поцелуе.

С тех пор, как они сблизились, это случалось несколько раз с каждым из них. Они делились воспоминаниями друг друга и больше не имели секретов, но время от времени кто-то из них задумывался о том, как сильно изменилась их жизнь к лучшему, положительные эмоции, разлившиеся по их телу, были ошеломляющими.

Хотя они очень разные, у обоих было очень одинокое детство, и их связь завершила их так, что это превосходило их самые смелые мечты.

Они обнаружили, что единственным «лекарством» было держаться друг за друга и позволить волне захлестнуть их тела. Это также имело «побочный эффект»: им приходилось заниматься любовью друг с другом до тех пор, пока они не насытятся.

Невилл Лонгботтом держал свою девушку за руку, даже эта мысль вызвала улыбку на его лице, или, по крайней мере, так бы и было, если бы не тот факт, что он не мог перестать ухмыляться прошлой ночью.

Невилл пошел на Святочный бал с самой красивой девушкой в ​​школе под руку, он понятия не имел, как выглядит бальный зал и кто еще там был, как только заиграла музыка, остаток вечера он провел, разглядывая эти чудесные глаза, когда пара скользила по танцполу.

Уроки Дэна и Эммы принесли дивиденды, поскольку они не только умели танцевать, но и учились вместе и настолько хорошо знали движения друг друга, что это было ясно видно.

Они остановились, чтобы набрать немного пунша, прежде чем отправиться на прогулку по территории, хотя, похоже, при этом обзавелись свитой. Рыжеволосые, казалось, были за каждым углом, но именно вид большой черной собаки наконец разозлил Джинни, пригрозив животному стерилизацией, если она увидит его снова, он вскрикнул / заскулил, прежде чем убежать.

Близнецы подошли и искренне извинились перед сестрой за свое поведение ранее, а также поздравили Невилла с великолепной работой с палочкой. Серьезные близнецы чертовски напугали Невилла, но, стоя рядом с Джинни, он мог противостоять чему угодно.

После танца они вернулись в поместье Лонгботтом с бабушкой, которая дала им немного времени на поцелуи, прежде чем развести их по разным спальням.

Августа Лонгботтом втайне была рада той перемене, которую эта молодая женщина произвела со своим внуком.

Она была достаточно «старой школой», чтобы видеть преимущества союза через брак с домом Поттеров, но не была настолько настроена на то, чтобы подтолкнуть Невилла к чему-то, чего он не хотел. Судя по сигналам, которые передавала пара, никаких толчков не требовалось.

Они были в фойе поместья, прощаясь с бабушкой, прежде чем Невилл перехватил запястье Джинни, они взяли свои сумки и, пробормотав «голубая лагуна», отправились на поиски более теплых краев.

его фантазией, поместившей Джинни в то, что носила Гермиона. Пробыв здесь меньше часа, он уже чувствовал, как спокойствие проникает в его кости, когда солнце, море и песок творили свою магию с мальчиком, который до сегодняшнего дня считал Косой Переулок экзотикой. Впервые в жизни Невилл почувствовал себя в мире с самим собой.

Через некоторое время они вернулись в дом, Гарри объяснил, что у них будут ежедневные встречи за обедом с Нарциссой, и Невилл будет рад, если он сохранит все, что услышит, в секрете. Джинни уже была членом Stag Industries, и он не хотел, чтобы Невилл чувствовал себя обделенным.

Когда они прошли через дом внутрь «В», настала очередь Невилла напомнить Джинни о необходимости дышать. Для молодой девушки, выросшей в бедности в Норе, место перед ней просто захватывало дух.

Бассейн произвольной формы с водопадом и большой горкой был расположен в самом красивом саду, который когда-либо видели. Позже она обнаружила, что из каждой спальни открывается вид на бассейн или на море, хотя она так и не смогла решить, какая из них ей больше нравится.

Они уже собирались сесть за столик на террасе, когда Нарцисса вошла в вестибюль с помощью портключа.

Она тихо присвистнула, а затем заявила: «Мне нравится новый офис!» вызывая смех у всех. Прежде чем приступить к делу, они очень вкусно пообедали.

Нарцисса получила легчайший кивок, когда ее глаза усомнились в присутствии Невилла на брифинге, поэтому она знала, что можно продолжать безопасно.

«Хорошо, ожидаемая реакция на то, что Роуз отказалась от своего чистокровного статуса, просто не материализовалась по очень веской причине. Трудно организовать обратную реакцию, когда ты не можешь найти чистое нижнее белье, свежую одежду или даже еду и питье».

Нарцисса улыбнулась пустым выражениям лиц, которые она получала от аудитории.

«Проще говоря, освобождение эльфов оказало самый разрушительный эффект на чистокровное общество Великобритании. Большинство из них привыкли к тому, что их ждут на руках и ногах, не имея ни малейшего представления, как выполнять самые простые задачи. Новый символ статуса в магической Британии — это не то, сколько золота у тебя в хранилище, а то, решили ли твои эльфы остаться по контракту. Добби и Винки смогут назвать цену за найм эльфов. Где они?

Гермиона просто улыбнулась и сказала: «Медовый месяц».

Нарцисса не смогла удержаться от смеха: «Ну, им лучше наслаждаться перерывом, пока они могут, а Гринготтс завален просьбами об «эльвинской помощи». А если серьезно, у некоторых чистокровных есть юристы, которые внимательно изучают эти контракты и законы. прекрасная зубная расческа. Вы оба уверены, что они выдержат?"

Гермиона устрашающе улыбнулась: «Эти контракты написали для нас гоблины, я ожидаю, что они выдержат любой уровень проверки».

«Можем ли мы заставить Пророка перечислить новые законы, особенно по пункту об иностранцах?» — спросил Гарри.

«Что такое пункт об иностранцах?» спросила Джинни

«У любого иностранца, у которого есть эльфы, есть время до 5 утра в день Нового года, чтобы вывезти их из страны, после этого каждый эльф в стране подпадает под британское законодательство. Интересно, сколько чистокровных обнаружили, что любые эльфы, которые у них были за границей, также являются бесплатно?" — заявила Нарцисса.

Удивленный Невилл спросил: «Вы имеете в виду, что в их домах для отдыха тоже нет эльфов?»

Гарри засмеялся: «Мы связали закон с их гражданством, британский гражданин не может владеть эльфами. Закон также постановляет, что ни один иностранный гражданин не может привозить эльфов в страну в качестве рабов без их освобождения, без компенсации, которую получает один… оплата получена вчера».

«В 5 утра было назначено время для новогодних вечеринок, после чего каждый эльф в Британии будет свободен. Это стоило миллионы, но, по сравнению со свободой эльфов, мы думаем, что получили выгодную сделку», — сказала Гермиона.

Невилл и Джинни наконец осознали масштаб операции, это действие будет иметь последствия в масштабах избавления мира от Риддла и его Пожирателей Смерти.

«Могу ли я сделать предложение?» — спросила Нарцисса. «Можем ли мы заставить пророка написать статью о новом Хогвартсе, особенно о центре для посетителей для родителей? Мысль о трех днях, когда о ваших потребностях будут заботиться эльфы, заставит чистокровных родителей требовать места».

Блестяще!» — воскликнула Гермиона, — нам также следует поручить профессору Забини убедиться, что домашние чары, магические приспособления и кулинария являются частью ее курса.

Это переместило встречу в Хогвартс и ремонтные работы; все могли видеть волнение на лицах обоих учеников Хогвартса.

Было решено, что, помимо ежедневного брифинга, правление Stag Industries встретится в канун Нового года с возможностью остаться на вечеринку и на несколько дней, если они того пожелают. Они как раз собирались прерваться к тому дню, когда Нарцисса затронула последний вопрос.

«Близнецы Уизли придумали интересную идею: это волшебное устройство, которое будет стирать, сушить и гладить одежду. Единственная проблема в том, что они спроектировали его так, чтобы ткань менялась случайным образом при ношении, они это назвали шуткой», — сказала Нарцисса.

Гарри смеялся, но Гермиона видела потенциал: «Скажи им, чтобы они сделали это без шуток, а затем продай эту часть детям в качестве дополнения. Представьте, что вы пойдете на работу, и ваша мантия превратится в купальный костюм?»

Гарри теперь действительно смеялся, но Джинни сразу же поняла: «Это значит, что мы продаем им два продукта: рабочую модель, а затем шутку, чистый гений!»

После того, как Нарцисса ушла, Гарри и Гермиона отвели учеников в часть сада с намерением узнать, как Невилл превращал мучителей в индеек.

Джинни заметила, что Хедвиг счастливо устроилась на дереве, в то время как Живоглот раскинулся среди пышной растительности. Оба выглядели чрезвычайно довольными новыми жилищными условиями, и оба определенно наслаждались резким изменением шотландской зимней погоды.

Гарри и Гермиона объяснили, как они используют свою магию, и пригласили Невилла попробовать. Проблема Невилла никогда не заключалась в недостатке власти, а лишь в недостатке веры. С появлением в его жизни Джинни его уверенность значительно возросла. Итак, с ободряющей улыбкой своей девушки, Невилл приложил все усилия, и, к его большому изумлению, ему это удалось с первого раза.

Джинни была в восторге, особенно когда узнала, что у нее есть такая же способность.

Затем Гермиона сообщила им возможные плохие новости, они не знали, будет ли это навсегда. Они решили тренироваться каждый день и надеются, что их вновь обретенные способности станут сильнее, а не слабее. Они тренировались, пока не пришло время переодеваться к ужину.

Столовая была обставлена ​​так же, как и весь дом, просто, но элегантно. В доме почти не было картин или декоративных элементов, поскольку ничто не могло конкурировать с красотой снаружи.

За ужином к ним присоединились очень довольные Добби и Винки, и все шестеро прекрасно провели вечер, наслаждаясь едой и компанией, пока солнце опускалось в океан.

Дэн Грейнджер лежал в постели со своей спящей женой и задавался вопросом, может ли жизнь стать лучше. Он собирался стать отцом и дедушкой, которые после продажи своей практики выйдут на досрочную пенсию. Мысль о том, чтобы провести свою жизнь на тропическом острове со своей семьей и четырьмя детьми, сделала его самым счастливым человеком на свете.

Они провели день, прощаясь с друзьями и знакомыми в гольф-клубе, раздавая приглашения своим самым близким друзьям. Дэн знал, что ему не следует получать удовольствие от некоторых из наиболее «заносчивых» участников, которые внезапно захотели купить им выпивку, пригласить их на общественные собрания (шикарную вечеринку) или что-нибудь еще, что они могли придумать, чтобы получить приглашение. Он весь день наблюдал, как они извиваются, и ему это нравилось.

Ему также понравилось зелье, которое эльфы приготовили для Эммы; это устранило самые резкие перепады настроения и не имело побочных эффектов. Он поднимет этот вопрос на следующей встрече; Дэн опустошил бы свою банковскую книжку ради этого продукта, когда Эмма была беременна Гермионой.

Мысль о том, что у него будет сын, который вырастет с тремя детьми его возраста, вызывала у него слезы на глазах. Они знали, что Гермиона — одинокий ребенок, и чуть не заплакали от облегчения, когда в ее первом письме из Хогвартса упоминались не только профессора, но и еще один студент, мальчик по имени Гарри Поттер.

В конце концов Дэн заснул, думая, как удивительно, что один человек может так сильно изменить жизнь своей семьи.

Сириус покидал Хогвартс на день раньше после того, как усерднее, чем когда-либо в своей жизни, работал над подготовкой лаборатории зелий к возвращению студентов. Его оправданием было то, что он хотел провести свои курсы мимо самой умной ведьмы, которую он знал, но, если быть честным с самим собой, он просто скучал по Поттерам.

Он проник в вестибюль, и его челюсть почти ударилась об пол, да, пейзаж был сенсационным, но что действительно привлекло его внимание, так это красивая молодая пара, которая медленно возвращалась с пляжа. Гарри и Гермиона шли, обняв друг друга за талию, и выглядели достаточно счастливыми, чтобы затмить солнце.

Сириус почувствовал, как его мысли вернулись к лучшему другу и его жене: «Пронгс и Лили, вы бы им так гордились, а его жена — лучшая ведьма, которую я когда-либо встречал!» Что, черт возьми, с вами, Поттеры, и с этими прекрасными, блестящими ведьмами?

Он все еще стоял и вспоминал, когда внезапно оказался под атакой пары полураздетых юношей.

«Гермиона, мы должны остановить это. Твой муж может узнать!» — воскликнул Сириус.

«Я слышал, что он настоящий ревнивец», — ответил Гарри.

Все смеялись, пока Сириус наконец не заметил, во что она была одета, когда обнимала его.

«Мерлин, Гермиона, ты только что сделал старика очень счастливым или счастливого человека очень старым. На данный момент я не совсем уверен, что именно».

Одетая в бикини Гермиона рассмеялась, взяла его за руку и заявила: «Хорошо, дедушка, давай принесём тебе обед».

Они только прошли в сад, когда к ним присоединилась Нарцисса.

отношения как будто перешли на новый уровень без обычного увеличения сексуальной близости, связанного с этим заявлением. Когда они почувствовали, что их магия растет, казалось, что между ними возникла связь, и оба были очень счастливы по этому поводу.

Теперь пара знала, что они будут вместе до конца своей жизни, и в некотором смысле это лишило их вторую половину подростковой потребности в уверенности. Оба задавались вопросом, передали ли им часть зрелости ее родителей с помощью магии, но в результате ни одна из них не чувствовала себя обязанной торопиться с некоторыми частями отношений, пока они не были готовы. В конце концов они доберутся туда и получат больше удовольствия от ожидания, хотя она не видела необходимости сообщать об этом родителям, в конце концов, ее обязанностью было их дразнить.

Едва собрание началось, как появился эльф и вручил Добби записку.

«Похоже, что два эльфа «пропали без вести» во время работы на новогодней вечеринке. Дилан и Фреда — молодая пара, которая надеялась в скором времени сблизиться на всю жизнь. Они очень добросовестные работники и не покинули бы свой пост, особенно не сообщив, если бы какой-то инцидент заставил их уйти», — сообщил Добби собранию.

«Есть идеи, почему?» Гарри спросил номер.

Винки был непреклонен: «Я могу сказать со стопроцентной уверенностью, что они бы не ушли добровольно».

«Итак, мы рассматриваем похищение, я полагаю, мы делаем все возможное, чтобы их найти?» — спросил Гарри, когда Добби кивнул в ответ.

«Как их могли похитить и почему?» — спросила обеспокоенная Джинни.

«Во-первых, мы боялись, что волшебник обнаружит древнее проклятие, которое связывало нас. Тот факт, что они пара, меня очень беспокоит, есть поступки, которые я скорее умру, чем совершу, но если кто-то удерживал жизнь Винки, то я не мог сказать, что бы я сделал». Закончив говорить, Добби склонил голову, но Винки поднял подбородок и целомудренно поцеловал его в губы.

Гермиона взяла на себя ответственность: «Хорошо, у нас есть возможное «как», но нам нужны некоторые идеи о том, почему, если мы собираемся действовать».

Свиток, появившийся перед Грипхуком, ответил на вопрос «почему?» он содержал всего четыре слова, но влияние будет ощущаться по всей Британии и за ее пределами.

Альбус Дамблдор сбежал.

Альбус сидел в своей камере, когда часы пробили полночь, и думал: «С Новым годом».

Он знал, что если он не уйдет отсюда в ближайшее время, вся надежда будет потеряна: ласка, жираф и морж начнут вести себя странно, и это может быть только вопросом времени, когда кто-нибудь расследует это.

Ему нужен был один из его знаменитых планов, черт, ему нужна была палочка!

Когда он собирался еще глубже погрузиться в свою вечеринку жалости, в его камере появился эльф в мантии, схватил его за руку, и они исчезли.

Альбус оказался в затемненной комнате, где единственным светом был парализатор, пролетевший мимо него и поразивший эльфа. Он был в шоке, когда оказался в объятиях, но знакомый аромат рассказал ему все, что ему нужно было знать.

Альбус в любой день предпочел бы запах козлов вонью драконьего дерьма.

Гарри и Гермиона прибыли к Гринготтсу в сопровождении Добби и Винки, а Крюкохват шёл впереди через массивные двери.

Разница во времени и температуре заставила его присутствие почувствоваться сразу по прибытии: когда они ушли, солнце только начало садиться, но было еще достаточно тепло, чтобы носить шорты и футболку. В Лондоне было уже далеко за полночь, и к тому же температура была ниже нуля.

В вестибюле их встретил разъяренный Рагнок, который повел группу прямо в свой офис. После того, как они все расселись, он решил предоставить им имеющуюся у них информацию.

«Насколько мы можем предположить, что-то подключилось к его камере сразу после полуночи и вышло из него в качестве пассажира». Грипхук посмотрел на своих гостей: «Мы подозреваем, что это был эльф Поттер».

Гарри ввел Рагнока в курс дела: «Мы только что получили сообщение о том, что с вечеринки были похищены два эльфа. Пока мы разговариваем, авроры опрашивают организаторов и гостей. Мы подозреваем, что кто-то обнаружил древнее проклятие, которое сковало эльфов в первое время. Пропавшие эльфы тоже являются парой, что позволяет одному быть заложником хорошего поведения другого».

Гермиона продолжила: «Добби был привязан к Малфоям, но все же сумел связаться с Гарри, пытаясь предупредить его о заговоре Василиска в Хогвартсе».

«Я знаю этих двух эльфов, они будут бороться с этим всем, что у них есть!» — заявил Винки.

«Чего я не понимаю, так это того, как им удалось подключиться?» — сказал Добби. — Мы с Винки, вероятно, достаточно сильны, чтобы сделать это, но мы разрушим каждую защиту в банке. Гарри и Гермиона могли бы буквально разрушить банк, но никто другой не смог бы приблизиться к этому.

Два гоблина выглядели потрясенными, они видели силу Гермионы и знали, что Гарри будет, по крайней мере, таким же, но мысль о том, что два эльфа настолько могущественны, им никогда не приходила в голову.

«Есть ли у нас представление, как это было сделано?» — спросила Гермиона.

«Единственное, о чем мы можем думать, это «Кулон Кахана», хотя мы понимаем, что это сработает, он был «потерян» почти пятьдесят лет». Ответил Рагнок.

Прежде чем кто-либо успел спросить, Грипхук дал объяснение: «Во время строительства и оснащения менеджера Хогвартса Кахан провел много времени, путешествуя между Гринготтсом и школой. Ровена Рэйвенкло сделала ему кулон, который пробивал любые защитные барьеры. Кулон позволял ему пройдите из его кабинета прямо в главный зал Хогвартса».

Рагнок продолжил рассказ: «Как подарок Ровены гоблину, вы можете себе представить, что мы были очень осторожны с этим предметом. К сожалению, сразу после победы над своим темным лордом Дамблдор проявил к нему интерес. Похоже, он думал, что мы все должны поклониться и дать ему все, что он хотел. Вскоре после этого кулон «исчез», как и ваши два эльфа, и хотя он был и остается нашим главным подозреваемым, у нас не было никаких доказательств. Было достаточно сложно убедить нужных людей что на этот раз он был гнилым, но сразу после того, как он победил Гриндельвальда? Скажем так, гоблин, назвавший его вором, не пошел бы на пользу».

— Это дает ему доступ к хранилищам? — спросила Гермиона.

«О, если бы он попробовал, — ухмыльнулся Грипхук, — в каждом хранилище есть оберег, который убивает любое живое существо, проникающее через дверь, кроме двери. Мы никогда не рассматривали возможность использования смертельного оберега на камере, поскольку никто никогда раньше не сбегал. "

«У нас был большой приток эльфов из числа людей, которые, по нашему мнению, наиболее вероятно были замешаны в этом, но никакой информации о похищении не было вообще». Предложил Винки.

Пока мы не выясним, как были схвачены эти эльфы, я не хочу, чтобы в поисках участвовали другие». Добби и Винки были готовы опротестовать заявление Гарри, но он был непреклонен: «Они могут попасть прямо в ловушку. Я знаю, это тяжело, но мы не хотим давать тому, кто замешан в этом, больше оружия или заложников».

Гермиона попыталась смягчить удар: «У Stag Industries есть много ресурсов, которые будут задействованы в этом деле, Министерство также ведет поиск, и наши друзья-гоблины тоже не собираются мириться с этим. Мы не бросаем Дилана и Фреда, с нашей точки зрения, их спасение важнее, чем поимка этого лживого старого придурка».

«Я думаю, нам нужно попытаться предвидеть их следующий шаг. Похищение использовалось очень эффективно, поэтому нам нужно задаться следующими вопросами: кого они будут преследовать в следующий раз? И почему?» спросил Грипхук

Рагнок поделился своими мыслями: «Он одержим идеей контроля над Гарри, и ключ к этому находится рядом с ним».

Температура в комнате падала, пока не стала холоднее, чем снаружи, но когда Гарри заговорил, она определенно стала ниже нуля. «Если он прикоснется к моей жене и детям, он умрет менее чем через минуту. Его смерть будет настолько болезненной, насколько я смогу. Никто не тронет мою семью!»

— А что, если ее похитят? спросил Рагнок

Гарри улыбнулся еще холоднее; «Добби, Винки и я могли найти ее за считанные секунды, независимо от местоположения, защиты и от того, была ли она в сознании. Мы — связанные пары, но между нами связаны узы дружбы, которые позволили бы остальным троим найти похищенную. Мерлин поможет люди ответственные, когда мы это сделали!»

Добби кивнул в знак согласия: «Я думаю, они выберут более легкие цели, то есть Джинни или Грейнджер».

Гарри потянулся, чтобы взять Гермиону за руку. — Прости, любимая, но я думаю, что Добби, возможно, прав.

Гермиона сжала его руку, прежде чем ответить: «Я боюсь это говорить, но я тоже, но у нас есть пара ресурсов, которые должны дать нам преимущество. У нас есть дневник Ровены и доступ к Годрику через его портрет».

Это вызвало недоверие со стороны гоблинов.

«Нам нужно изучить кулон и, надеюсь, проклятие, порабощающее эльфов. Если мы сможем создать портключи, соответствующие кулону или контр-проклятию, мы действительно направим это в нашу сторону». Челюсть Гермионы была сжата, а в глазах горела решимость.

"Это возможно?" — спросил ошеломленный Крюкохват.

«Единственное, что я усвоил, это то, что когда моя жена что-то решает, нет ничего невозможного».

Четыре фигуры появились в вестибюле и услышали смех, доносившийся из комнаты впереди. Грипхук решил остаться в Лондоне и следить за расследованием с этой стороны. Они вошли в комнату, где Сириус проводил заседание.

Гермиона не могла поверить в перемену в человеке, жившем в пещере, в собаку, меньше месяца назад. Весь его вид теперь, казалось, излучал здоровье. Но самое большое значение имело озорное сияние, заменившее призрачный взгляд его глаз. Местоположение и компания принесли Сириусу огромную пользу.

Нарцисса и Ремус стояли вместе, наблюдая за спектаклем со своими двумя друзьями, и оба втайне радовались тому, что было перед ними.

Ремус был шокирован переменой в своем старом друге, хотя он разговаривал с ним всего пять дней назад, этот Сириус казался помолодевшим. Ремус уже знал, где он хочет провести свой следующий отпуск.

Нарцисса наблюдала, как одна из ее старых подруг наслаждалась вниманием, оказываемым ей Сириусом. Она видела, как Роуз разрушил мужское эго несколькими хорошо подобранными словами, настолько понятными, что она испытывала к нему влечение, иначе Сириус к этому времени уже сидел бы в углу.

Она также видела, как Пэнси и Вайолет развлекались, сидя с Джинни и Невиллом, и смеялись, пока Сириус в течение ночи рассказывал все более диковинные истории. Для двух молодых Паркинсонов то, что их допустили в компанию, было в новинку, и это было невероятно.

Настроение ухудшилось, когда вернувшаяся группа подтвердила новость о побеге, но Сириусу это не понравилось. Это был Новый год для всех во многом, и он был полон решимости, что они получат от него удовольствие. Имя Дамблдора разрушило слишком много жизней здесь, в этой комнате, и будь он проклят, если бы ему позволили еще больше влиять на его жизнь.

К тому времени, когда на острове наступила полночь, все обитатели дома были в прекрасном настроении и обменялись множеством поцелуев с Новым годом.

Между собой Гарри и Гермионе удалось поговорить со всеми Грейнджерами и Джинни об угрозе и о важности всегда носить свои защитные чары и портключи.

Было около двух часов ночи, когда компания разошлась и направилась по своим комнатам, как это вошло в их обычай. Невилл проводил Джинни в ее комнату, поцеловал ее, пока дверь оставалась открытой, а затем радостно направился в свою комнату.

По какому-то странному совпадению, его комната находилась примерно в четырех комнатах, но поскольку в двух из этих промежуточных комнат находились Поттеры и Сириус, это было все, что Невиллу нужно было отвлечься от ночных скитаний.

Он почистил зубы, переоделся в пижаму и уже забирался в постель, когда вдруг закричал: «Джинни!» во весь голос. Невилл выскочил за дверь и помчался по коридору, Гарри и Гермиона следовали за ним, а Добби и Винки избили всех присутствующих. Они опоздали, Невилл знал, что они опоздают, Джинни ушла.

задницы где-то рядом с Молли, пока она лежала и не знала, на какой планете находится, вызвал яростную реакцию. Она просто не могла с этим поделать, поскольку волна за волной отвращения проходила через нее; ей просто нужно было отпустить.

Альбус Дамблдор, вероятно, знал больше защитных чар, чем любая другая живая ведьма или волшебник, но все они были бесполезны против натиска, стоящего на нем. Кто бы мог подумать, что все это может произойти из такого маленького тела?

Последняя волна отвращения опустошила желудок Джинни, когда рвотный снаряд ударил Дамблдора прямо в грудь. Самопровозглашенный величайший волшебник нашего времени снова был одет в разноцветные одежды, хотя никто не был до конца уверен, откуда взялась морковь.

Джинни вытерла рот тыльной стороной ладони и, заметив браслет Джинни Поттер, приняла решение. Она нырнула к Дилану и Фреде.

Альбус позвал ребенка-импульса перед тем, как выстрелить из парализатора в свою дочь. Он был удивлен, увидев, как он отразился от ее спины.

Джинни схватила обоих эльфов и закричала сумасшедшему старому волшебнику: «Мой отец УБЬЕТ тебя! Голубая лагуна».

Джинни чувствовала, как чары пытаются ее удержать, но, подумав о Гарри, Гермионе и Невилле, она почувствовала, как ее сила возросла, и разнесла чары на части.

Альбус с ужасом наблюдал за происходящим, прежде чем оказаться на заднице из-за силы, высвободившейся из разрушенных защитных знаков. Он лежал и задавался вопросом, что, черт возьми, произошло.

Он почти ожидал возражений со стороны Гермионы, но в ответ услышал только: «Только если я не доберусь до него первым!»

Они держались близко друг к другу и болтали всю ночь, прежде чем Гермиону осенила мысль: «Если он делал это с Молли, ты думаешь, он тоже задел умы Дурслей? Их поведение было совсем не нормальным. Большинству людей небезразличны с их питомцами на Тисовой улице обращались лучше, чем с тобой».

Гарри всегда беспокоило огромная пропасть в отношениях между ним и Дадли. Может быть, старик облажался с ними? Обращение с Дадли было таким же странным, как и с ним, просто на другом конце спектра. Так называемая нормальность будет где-то посередине. Может ли наказание его в одной крайности заставить их относиться к Дадли в другой?

Солнце еще не взошло, но Поттеры уже встали. Джинни отвела Гермиону в свою комнату одеваться, а Гарри стоял прямо за дверью. Возвращается через комнату Невилла, чтобы еще раз поцеловать ее спящего парня в знак благодарности. Родители Поттера по одному готовились в ванной, пока Джинни держалась за другого снаружи.

Она думала, что ее поведение было немного иррациональным, но ее это не волновало. Она чувствовала себя в безопасности рядом со своими родителями и знала, что ей не причинят никакого вреда, пока они были рядом с ней, поэтому она намеревалась убедиться, что это произошло.

Когда они вошли в столовую, появился Добби с некоторыми новостями: «Единственный вовлеченный человек — его младший брат, Аберфорт Дамблдор, и их держали в каком-то маленьком коттедже. И Дилан, и Фреда борются с проклятием, но оно истощает их магию. и ни один из них не хочет, чтобы кто-то помог, если это повлияет на их связь. Они скорее умрут вместе, чем будут жить отдельно».

«Сколько времени у них есть?» — спросила Гермиона.

«Несколько дней! Это не то же самое, что отсутствие хозяина: он у них есть, и они не слушаются его, когда он зовет».

«Может ли наша магия помочь, не повредив их связи?» — задумался Гарри.

«Я не уверен, но я спрошу, хотят ли они попробовать. Я вам для чего-нибудь нужен?»

Гарри глубоко вздохнул, прежде чем ответить: «Да, не могли бы вы спросить Минерву, работала ли Молли Уизли когда-нибудь научным сотрудником у бывшего директора?»

После небольшой паузы он ответил: «Винки сейчас спрашивает ее. Да, она работала, пока ей не пришлось уйти из-за беременности Джинни».

Добби наблюдал за резкой реакцией троих Поттеров на эту новость, они выглядели готовыми к тошноте, и внезапно безжалостные манипуляции Дамблдора в отношении отношений Гарри и Джинни обрели смысл, «ублюдок!» он прошептал.

Внезапно появилась рыдающая Винки и обняла Джинни: «О, моя бедная девочка, не волнуйся. Ты теперь Поттер, как и мы с Добби. Мы все держимся вместе». Затем она посмотрела на Гарри; «Если ты хочешь убить его, то тебе лучше найти этот член раньше меня, потому что я разорву его на куски».

Гермиона обняла их обоих, но было ясно слышно, как она говорила: «Встаньте в очередь, Винки, встаньте в очередь».

Добби и Гарри молились, чтобы им никогда не довелось увидеть образы их жен.

Гарри поставил задачи на день: «Самое главное — найти противодействие этому проклятию. Защитные чары Джинни сработали блестяще и позволили ей активировать портключ. Может ли что-то подобное защитить от проклятия? Попросите о помощи портрет Годрика и держите нас в курсе о Дилане и Фреде, нам нужно поехать в Гринготтс».

Перед тем как уйти, Винки и Добби поцеловали Джинни в щеку. Гарри надел кулон на шею Джинни и, взяв ее за другую руку, сказал ей подумать об кабинете Рагнока.

«Поверьте мне, сэр, деньги — это не то, о чем этим двоим стоит беспокоиться в ближайшее время».

"Гарри?" — спросила Петуния. — Что случилось с Дадли?

«Насколько мне известно, он решил остаться в школе на каникулы».

По щекам Петуньи текли слезы: «Я знаю, что не имею права спрашивать, но не могла бы ты присмотреть за ним? Пожалуйста?»

Именно Гермиона ответила: «Мы пойдем и заберем его, ему тоже нужно пройти медицинское обследование. Через несколько недель тебе должно стать лучше, тогда ты сможешь приехать и жить с нами, пока мы все решим, что делать дальше».

Петуния теперь действительно плакала: «О, мы не могли навязываться. Ты бы сделал это для нас после того, как мы с тобой обращались?»

Гарри смотрел на жену так, будто у нее две головы, но ему пришлось согласиться с ее мнением, что это правильный поступок.

«Тетя Петунья, дядя Вернон, это не будет для вас навязыванием. Семья Гермионы переехала туда вчера, и у нас достаточно места. Джинни вернется в школу, так что вам даже не придется с ней мириться».

Злющая рыжая зрело показала отцу язык.

— Но, Гарри, — сказала Петуния, — разве тебе тоже не нужно идти в школу?

Джинни смеялась: «Они больше не посещают Хогвартс, он принадлежит им».

Они еще немного поговорили, прежде чем отправиться на свой последний поиск.

Гарри собирался выяснить, манипулировали ли его кузеном разумом или он действительно был просто толстым и высокомерным хулиганом.

Дадли Дурсль серьезно разозлился!

Тучный мальчик несколько дней сидел один в своем общежитии, распределяя вину за свои нынешние обстоятельства, в то время как имя за именем проносилось в его голове, но был только один, который был абсолютно безупречен, Дадли Дурсль.

Его родители взяли на себя большую вину, потому что эгоистичный мальчик не получил от них подарков на Рождество. Он понимал, что с ними что-то случилось, но им следовало позаботиться о важных вещах в жизни, а именно о подарках Дадли.

Глава общежития объяснил, что что-то случилось с его родителями, и служба по уходу за детьми пыталась найти для него приемную семью, поскольку он рекомендовал Дадли оставаться в школе на каникулах.

Рождественским утром Дадли проснулся всего с двумя подарками: шоколадом без сахара от школы, а другой от урода Поттера!

Разъяренный Дадли швырнул подарок урода через всю комнату, где тот приземлился с оглушительным стуком; этого было недостаточно Дадли, который начал использовать свою значительную массу, чтобы неоднократно прыгать на сверток. Не привыкший к каким-либо упражнениям, обильно потный Дадли всего через несколько минут нанес нежеланному подарку последний пинок.

Это был пинок, который снял остатки оберточной бумаги и открыл коробку, в которой когда-то находилась новейшая игровая консоль, а теперь, благодаря помощи Дадли, превратилась в просто кучу мусора.

Это привело к тому, что его характер поднялся на ранее неизведанные высоты, и не потому, что он только что испортил тот подарок, который ему действительно хотелось — это означало бы возложить вину на себя, нет, проблема была в том, от кого был подарок. Как, черт возьми, этот урод мог себе это позволить?

Двенадцатилетний мальчик имел несчастье пройти мимо и пожелать Дадли «Счастливого Рождества», в результате чего его избил хулиган. Потребовалось три учителя, реагируя на крики мальчика, чтобы оттащить его от младшего ученика.

Затем Дадли поместили в общежитие, пока школа решала, что с ним делать. Его должны были исключить, но им некуда было его отправить. Его возможности были сильно ограничены, и он был уверен, что фраза «детское исправительное учреждение» упоминалась не раз.

Он только что решил, что кто-то поплатится за то, что осмелился связываться с «Большим Ди», когда вошел директор в сопровождении какого-то парня и двух совершенно великолепных птиц.

Дадли думал, что дела идут хорошо, он уже собирался проявить свое острое, как бритва, остроумие и жизнерадостную улыбку, чтобы очаровать птиц из их трусиков, когда парень заговорил отчетливо узнаваемым голосом, и весь мир Дадли разлетелся вдребезги, обрушиваясь вокруг него.

Дадли действовал на автопилоте: он услышал, что его исключили и отдали на попечение какого-то лорда, который, по-видимому, был его двоюродным братом. Они вышли из школы и не успели выйти в переулок, как оказались в самом странном месте, которое он когда-либо видел.

Его привели в здание, которым, казалось, управляли существа, не принадлежащие к людям, и всего через несколько минут, когда его провели в комнату, в которой находились его родители, это была искра, которую Дадли нужно было взорвать, и он это сделал.

Его истерика была слышна по всему банку, прежде чем Гарри наложил на своего кузена заглушающее заклинание, за которым быстро последовало связывание тела. Тишина и покой были желательны, в отличие от тишины, последовавшей за заявлением целителя о том, что на молодого человека никогда в жизни не накладывалось заклинание.

Был только один вывод, к которому могли прийти все в комнате: Дадли Дурсль был избалованным и высокомерным хулиганом.

Все еще замороженного Дадли поместили в угол с чарами, которые заставляли его не обращать внимания на происходящее внутри комнаты. Гарри видел, что Джинни хотела вернуться и проверить Невилла, но разрывался между этим и безопасностью, которую обеспечивали ее родители. Он спросил ее, согласна ли она, чтобы Винки присматривал за ней? Она с готовностью согласилась и ушла с эльфом вскоре после появления Винки.

Затем Поттеры обсудили с Дурслями, у обоих со слезами на глазах, следующий шаг Дадли. Когда они узнали, что его исключили и причину этого, Петуния открыто плакала, а Вернон просто сидел с потерянным выражением лица.

Гарри сделал предложение, от которого оба Дурсля отпрянули в ужасе, но когда Гермиона объяснила, какие меры безопасности они будут соблюдать, это успокоило большую часть их страхов. Двадцать минут спустя план Гарри был согласован, и оба отправились приводить колеса в движение, а Дадли мог оставаться на месте еще немного.

Кевин Картер был поражен, когда ответил на защищенный телефонный звонок и услышал голос лорда Гриффиндора. Просимая услуга была вполне в его силах, но Кевин в первую очередь был полицейским и хотел проверить факты, которые ему предоставили. Гарри согласился и пообещал перезвонить через час.

Он немедленно позвонил в школу, где предоставленные ему данные подтвердились. После этого мы связались с полицейским участком Литтл-Уайнинг для получения краткого отчета. Информация, которую он получил, заключалась в том, что мальчик был хулиганом, и вместе со своей бандой они терроризировали младших детей по соседству, никто не подал жалобу, поскольку все дети жили в страхе перед толстым хулиганом. Было подозрение, что он употреблял алкоголь, табак и некоторые наркотики низкой концентрации. Добавьте к этому вандализм, кражу со взломом и кражу в магазинах, и вскоре мальчику придется посетить один из гостевых домов Ее Величества (тюрьму), поскольку он далеко не так умен, как он думал.

Кевин никогда не сомневался в фактах лорда Гриффиндора и мог понять и даже согласиться с тем, чего он пытался достичь, позвонив своему старому другу.

К тому времени, когда Гарри перезвонил, все было уже согласовано, за исключением места и времени, о котором быстро договорились. Гарри отключился после того, как сообщил Кевину, что Поттеры теперь должны ему услугу. Кевин знал, что баланс показывает, что он все еще в долгу перед Поттерами, и он никогда не сможет отплатить им за здоровье своего сына.

В конце концов Дадли согласился сопровождать Гарри и его жену, но только потому, что они направлялись в ресторан.

Он не мог поверить, что Гарри мог вот так вытащить горячую птицу, не говоря уже об этом брачном дерьме. Он раздевал ее глазами, когда Гарри небрежно заметил, что у последнего человека, который приложил руку к Гермионе, без помощи анестезии удалили фамильные драгоценности, а затем обезглавили.

Дадли дерзко ответил: «Полагаю, вы собираетесь утверждать, что это сделали вы?»

Эмоции в глазах Гарри напугали Дадли до чертиков, и он поверил каждому слову своего ответа: «Наши друзья добрались до него раньше, чем я, иначе он пострадал бы гораздо хуже».

Дадли не мог представить ничего, что могло бы сравниться с потерей свадебного снаряжения и последующим отрубанием головы, но он был готов поверить Гарри на слово, он просто надеялся, что ему никогда не удастся узнать, что было хуже.

Физические изменения в его двоюродном брате — это одно, но еще более заметным было изменение его отношения к нему. Все чувства Дадли кричали: «Не связывайся с этим парнем», и даже он не был настолько глуп, чтобы пойти против своего чувства самосохранения.

Они только начали есть в небольшом итальянском ресторанчике, когда к их столику подошли двое полицейских. Первый спросил: «Дадли Дурсль?»

И Гарри, и Гермиона посмотрели на мальчика, который всего несколько минут назад запихивал еду себе в глотку, как грузчик, получающий бонус. Поднеся ко рту вилку с макаронами, он в шоке посмотрел на двух полицейских.

«Дадли Дурсль, вы арестованы за неспровоцированное нападение на несовершеннолетнего».

Второй полицейский почти посмеивался: «Похоже, что ты избил не того человека, видимо, его старик не только судья, но и известный тем, что жестко расправляется с хулиганами. Бедный ребенок попал в больницу, и ты побеспокоил его». каникулы его отца. Конечно, ненавижу быть на твоем месте».

Дадли заставили встать, сковали его запястья за спиной, а затем вывели из ресторана с полицейским на каждой руке. Гарри попросил счет, оставил большие чаевые и направился обратно в Гринготтс.

Дадли сидел на заднем сиденье полицейского фургона, который вез его в тюрьму, все дерьмо, которое он узнал от постоянного просмотра телевизора, игнорировалось, ни телефонного звонка, ни суда, не проходи, иди и не получай двести фунтов — сразу в тюрьму.

У него сняли отпечатки пальцев, сфотографировали, а затем приказали раздеться, и вид того, как доктор наносит смазку на его резиновую перчатку, будет мучить его в кошмарах долгие годы.

Теперь он был одет в что-то вроде комбинезона-комбинезона настолько яркого цвета, что, если кто-нибудь сбежит, его можно будет отследить с помощью метеорологического спутника.

Дадли поручил двум тюремным охранникам провести его через здание к новому жилью. Некоторые крики других сокамерников напугали мальчика: «Свежее мясо», «Сделай кому-нибудь хорошую жену» и «лежа на водяной кровати» — вот некоторые из них, которые действительно пугали его.

Его настроение лишь немного поднялось, когда его провели в камеру и обнаружили, что она одинокая, а запертая за ним дверь принесла небольшое облегчение.

В один из самых проницательных моментов своей жизни он задался вопросом, так ли себя чувствует урод, когда его запирают в доме, обиженный, но в то же время испытывающий облегчение от того, что другие не могут до вас добраться.

Дадли услышал крики, доносившиеся из камер по обе стороны от него, каждый из которых обещал хорошо провести время, хотя он сомневался, что его «удовольствие» вообще рассматривалось как часть сделки. Он лег на кровать и тихо плакал, пока не заснул.

В других местах люди надеялись, что поступили правильно.

Грипхук сразу понял, что в воспоминаниях Молли было что-то, что Гарри не хотел бы найти, целитель тоже был не дурак, и если лорд Гриффиндор считал, что его лучше оставить в покое, он не собирался спорить.

«На самом деле я согласен с лордом Гриффиндором, нам потребуются годы, чтобы отработать все заклинания, которые он наложил на вас, и попытка разблокировать воспоминания может вызвать что-то еще и вызвать регресс. Ваше выздоровление — это больше, чем мы когда-либо могли желать. для."

Молли не слушала, она не сводила глаз с пары с тех пор, как они вошли в дверь. Несомненно, это были Гарри и Гермиона, но опять же, это было не так. как долго она была там внизу?

«Можете ли вы двое найти в своих сердцах желание простить меня? Я очень рада, что вы женаты, и хотела бы поблагодарить вас за помощь Джинни. Я бы поняла, если бы вы не смогли…»

Ей так и не удалось закончить, когда на нее прыгнул беременный Поттер, обняв объятия, которые могли бы соперничать с объятиями получателя в ее лучший день.

«О, Молли, мне так жаль. Я хотел, чтобы ты поцеловалась за то, как ты обидела моего Гарри. Сможешь ли ты меня когда-нибудь простить?»

Рыдающая Молли ответила: «Если Гарри сможет…»

Гарри подошел и поднял руку Молли: «Пожалуйста, извините гормональную Гермиону, в этом году мы ожидаем трех новых Поттеров, и им понадобится их бабушка Уизли, здоровая и здоровая».

Это было именно то, что нужно было сказать Молли по материнской линии: внуки были ее самым большим желанием, а иметь троих одновременно было невыносимо. Она вцепилась в Гермиону так же сильно, как вцепилась в нее беременная ведьма.

Билл собирает остальных мальчиков, Джинни вернулась на остров, проверяет своего парня, он был волшебным образом измотан, помогая Джинни сбежать от старого ублюдка». Гарри сообщил об этом Уизли, но, похоже, создал больше вопросов, чем ответил.

Гермиона села рядом с Молли, чтобы заполнить пробелы: «Прошлой ночью Джинни похитила старая коза, но на ней был портключ и защитные чары, которые позволили ей сбежать. Ее парень, Невилл Лонгботтом, дал ей часть своей магии, которая позволила Джинни снять защиту, куда ее забрали. Она также спасла двух эльфов и лишила его возможности снова связаться с нами».

«Невилл хороший мальчик, они связаны?» — спросила Молли.

Гарри засмеялся: «После вчерашнего вечера не может быть никаких сомнений, и все этому очень рады».

«Лорд Гриффиндор», — прервал его целитель, — «вы больше, чем кто-либо другой, оцените изменения, которые претерпел наш мир, пока миссис Уизли была нездорова. Пожалуйста, ограничьте информацию информацией о ее ближайших родственниках, пока она не станет немного сильнее. Я пережил это изменения, и даже тогда мне трудно поверить в некоторые из них».

Гарри и Гермиона лишь рассмеялись, но согласились с целителем, даже они порой не могли поверить, как далеко продвинулась волшебная Британия.

Они поговорили еще несколько минут, прежде чем пообещать вернуться с Джинни, объяснив разницу во времени в их местонахождении и то, что возвращение может быть завтра. Они оба вернулись домой.

«Да, пожалуйста, запланируйте отправку первой группы в первый понедельник апреля».

Они пожали друг другу руки, и Гарри ушел. Он только что повернул за угол и прошептал: «Винки!» Перед Гарри появился покрасневший эльф.

«Что случилось? Вы должны были охранять его, но он оказался почти в бессознательном состоянии».

Краснолицый эльф объяснил: «Мы шли, и над ним издевались, поэтому я подошел к нему сзади и сжал его задницу, я не хотел, чтобы он так отреагировал. Вместо этого я пытался его немного напугать. почти напугал его до смерти».

Гарри пытался сохранить строгое выражение лица, но продержался всего пять секунд, прежде чем рассмеяться и обнять эльфа: «Винки Поттер, ты просто великолепен! Пожалуйста, не позволяй никому из Мародеров рассказать эту историю, Дадли никогда не расскажет эту историю». переживи это, и ты тоже не стал бы этого делать».

Гарри отправился на поиски Дадли, поскольку пришло время второй фазы его плана.

Теперь Дадли оказался в огромной комнате, где потолок выглядел живым, а когда он сел за стол, только что появился завтрак.

Гарри ел тосты с апельсиновым соком, когда Дадли спросил его, где они: «Это большой зал Хогвартса, мы запускаем новую фитнес-программу в новом семестре, и в качестве наказания ты должен дать ей пробный запуск в течение следующих четырех дней».

Дадли, вышедший из тюрьмы и немного позавтракавший, отреагировал, как и прежде: «Как ты посмел привести меня в эту уродскую школу, аааа…»

Дадли вылетел со своего места прямо в воздух и остановился примерно в трех футах от потолка. Он медленно вращался, когда услышал голос Гарри таким тоном, от которого завтрак свернулся в его большом желудке.

«Твоя жизнь в моих руках, Дад, я могу разбить тебя о потолок или просто позволить тебе упасть. Это не игровая площадка, если ты здесь кого-то достаточно разозлишь, ты можешь умереть! Когда кто-то может убить тебя одним ударом послушай, какого черта ты изо всех сил стараешься их разозлить?»

Дадли медленно опустили на пол: «Я вытащил тебя из тюрьмы, и ты будешь жить в моем мире до тех пор, пока твои родители не будут достаточно здоровы, чтобы заботиться о тебе. Волшебный мир может быть чудесным, но также и опасным, вы выбираете двенадцати- Годовалый здесь, и они надерут тебе задницу в лазарет».

Гарри попробовал более мягкий подход: «Твои мать и отец запутались в своих мыслях, поэтому они плохо относились ко мне, и это заставило их побудить тебя сделать то же самое. Они проходят лечение, и я убью ублюдка, который это сделал. Могу ли я задать тебе вопрос?»

Дадли только кивнул.

«Что вы чувствовали, когда эти заключенные уделяли вам столько внимания?»

Выражение отвращения на лице Дадли сказало больше, чем слова.

«Ну, вот что чувствуют женщины, когда ты смотришь на них: одно дело смотреть и думать: «Она горячая», но совсем другое — раздевать их глазами. Я говорю это потому, что ты увидишь несколько красивых женщин, в том числе свою учительницу, и если вы посмотрите на них так же, как на мою жену, то можете считать, что вам повезло, если вам удастся отделаться ударом по яйцам».

Тонкс вошла, и через несколько секунд Гарри понял, что не дозвонился до кузена.

Тонкс сияла: «О, спасибо, Гарри, это даст мне некоторое представление о том, чего ожидать в отношении уровня физической подготовки. Большинство чистокровных тоже не делают никаких упражнений, так что это позволит мне увидеть, насколько далеко можно зайти».

— Только не убивай его, Тонкс, и всегда защищай себя.

Тонкс поняла, что ей было послано двойное послание: если он выйдет за пределы очереди, ему придется сильно пострадать.

«Дадли, Тонкс была офицером полиции до того, как присоединилась к нам, но, в отличие от нашей полиции, она была вооружена и сражалась в бою. Относись к ней с уважением, иначе она вытрет тобой пол».

Гарри видел, что он не слушает, когда Тонкс вышла, Дадли последовал за ней, его взгляд не сводил с ее задницы.

Альбус не мог поверить в свои неудачи, ему нужно было что-то впечатляющее, чтобы вернуть его в игру. Он взглянул на Пророка и заметил календарь событий Хогвартса, и его блестящий ум начал формулировать план. У него было где и когда, и теперь, если все остальное встанет на свои места, он снова станет величайшим волшебником в стране.

Альбус Дамблдор сидел в маленькой хижине, которую какой-то забытый остроумец когда-то назвал «Коттедж Дрейха». Дрейх — шотландское слово, означающее холод, сырость и несчастье, которое идеально соответствовало его текущим обстоятельствам. Они стратегически удалились (бежали) на этот небольшой остров у шотландского побережья, который официально классифицировался как необитаемый, хотя Альбус считал, что его следует переклассифицировать как необитаемый.

Драйха можно было также отнести к его настроению после того, как маленькому рыжеволосому предателю удалось сорвать его блестящий план, и он до сих пор не понимал, как тринадцатилетняя ведьма не только сбежала, но и сумела захватить с собой этих кровавых эльфов. хорошо. Однако он был Альбусом Дамблдором, и все, что требовалось, чтобы вернуть его на вершину, — это безупречное выполнение его совершенно нового блестящего плана. В волшебном мире полно овец, которые поверят всему, что им скажут, а для тех, кто не поверит, именно поэтому были изобретены чары памяти.

Он слышал, как его брат аппарировал на территорию, и наблюдал, как тот вошел в мрачное жилище со страхом в глазах. Это смутило Альбуса, поскольку Эйб только что вышел за «Ежедневным пророком», чтобы убедиться, что его расписание событий в Хогвартсе актуально. Дрожащими руками Эйб передал газету, и через несколько секунд крики ярости, доносившиеся из ветхого здания, переименовали бы его в «Визжащую Хижину», если бы не тот факт, что в двадцати радиус мили.

Панси не думала, что может гордиться своей матерью больше, отказ от своего чистокровного статуса потребовал немало мужества, но она справилась с этим. Теперь, сидя и читая сегодняшний выпуск «Пророка», она поняла, что могла бы им стать. Это было блестящее журналистское расследование, которое полностью разрушило все аспекты репутации и жизни Дамблдора.

Главный заголовок: «СВОБОДА — за нее стоит умереть!» было достаточно смело, но фотография двух умирающих эльфов на первой полосе была душераздирающей. Затем было подробно описано, что и кем с ними сделали, и даже самая глупая ведьма/волшебник не могла не понять, какое наказание придется заплатить за использование этого отвратительного заклинания.

Но именно анализ ее матерью коварных дел Дамблдора оставил ощущение, что вами манипулируют, каждый узнал часть истории, но когда все факты были записаны в одном месте, каждый мог увидеть старого козла таким, какой он был.

Дамблдор обнаженный

Альбус Дамблдор был раздет догола, и то, что осталось, представляет собой не очень приятное зрелище. С лишением всех его титулов, наград, должностей и авторитета все усилия переключились на открытие того, с чем стареющий волшебник был лишь мимолетно знаком — ПРАВДЫ.

Он считал, что волшебный мир — это овцы, и десятилетиями пускал нам пыль в глаза, чтобы мы не могли видеть самопровозглашенного пастыря, который контролировал каждый аспект нашей жизни.

Есть поговорка: «Дьявол кроется в деталях», но Дамблдор раскрывал только те детали, в которых показал себя в лучшем свете. Ярчайшим примером этого может быть его поражение при Гриндельвальде, за что он получил Орден Мерлина первой степени. Правда в том, что они были друзьями и любовниками до того, как оба обнаружили, что больше всего на свете желают власти. В ту роковую ночь Дамблдор пробрался в дом своего бывшего друга и убил его, используя маггловское оружие, восемь раз выстрелив Гриндельвальду в спину — вряд ли это героический образ, в который нас заставили поверить.

Прекращение жизни темного волшебника — долгожданное достижение, но если учесть, что за несколько лет Дамблдор стал кавалером Ордена Мерлина, Верховным Мугвампом Международной Конфедерации Волшебников, Главным Чернокнижником Визенгамота, директором Хогвартса и неофициальным лидером волшебный мир, заменили ли мы одного потенциального диктатора другим?

Ведь навоз, который он разбросал по всему саду Дамблдора, рос розами, пока не появился следующий темный волшебник — Том Марволо Риддл, он же Волан-де-Морт. Теперь ожидалось, что наш герой выйдет вперед и примет вызов, но опасности этого никогда не было.

вдоль и поперек, был вызван тем, что магическое ядро ​​Гарри было освобождено от незаконных уз из-за его душевной связи с душой его теперь жены Гермионы.

Но даже здесь пришлось преодолеть манипуляции Дамблдора, поскольку к родителям Уизли были применены чары разума с указанием, что Гарри и Джинни будут кормить приворотным зельем, в то время как Рональду будет поручено разлучить двух своих друзей. Когда Гарри и Гермиона вошли в большой зал Хогвартса как муж и жена, Рональд наложил на Гермиону проклятие, которое стоило ему жизни.

Полный масштаб манипуляций Дамблдора, вероятно, никогда не станет известен, начиная с использования им чар памяти и нежелания людей открыто признаться, что они были обмануты самопровозглашенным «Лидером Света», но каждый может быть уверен, что это нечто большее. чем показано в этой истории.

Дамблдор любил говорить «ради всеобщего блага», но если мы все отступим и взглянем непредвзято, наш мир сейчас находится в гораздо лучшей форме, чем тогда. Поскольку Волан-де-Морт собирается вернуться, все его последователи свободны, а министр магии — пожиратель смерти, альтернативное будущее, которое предлагалось, не выдерживает размышлений.

Наша история на первой полосе объясняет его последние действия и последствия, с которыми он теперь сталкивается, но что насчет других, упомянутых в этой истории?

Родители Уизли и бывшие маггловские опекуны Гарри в настоящее время проходят лечение за счет Поттера, Джинни, конечно, теперь Джинни Поттер, Лорд Блэк — новый директор Гриффиндора и учитель зелий, а профессор МакГонагалл — новый директор Хогвартса.

В среду наши дети возвращаются в сильно изменившийся Хогвартс: новые правила, новые классы, новые курсы, новые учителя и даже новые возможности. Это улучшит репутацию Хогвартса и сэкономит родителям деньги. Школа теперь будет поставлять все учебники и ингредиенты для зелий, все метлы для матчей по квиддичу также будут поставляться из Хогвартса, поэтому в каждом доме будет одинаковое оборудование. Единственные требования наших детей для посещения Хогвартса — это школьная форма и письменные принадлежности.

Завтра выйдет специальный выпуск, посвященный изменениям в Хогвартсе, но сейчас я могу рассказать только об одном: приподнятая трибуна с золотым троном посередине была изгнана из большого зала. Дамблдору нравилось смотреть на своих подданных свысока, но Минерва МакГонагалл «отстранена от людей», и этот журналист, например, намного счастливее по этому поводу.

Пэнси вспомнила, как Драко хвастался в гостиной Слизерина тем, что он столкнулся лицом к лицу с этим существом, в то время как Поттер в слезах выбегал из Запретного леса, но страх, отраженный в его глазах, говорил о другом, и тот факт, что никто никогда не видел, чтобы Гарри убегал от что-либо.

Она оглядела стол для завтрака и увидела, как история заполняет пробелы для людей; Панси не могла понять, как человек с таким дерьмовым воспитанием мог оказаться таким замечательным парнем.

После Нового года Гарри и Гермиона пригласили всех подростков Поттер-Хауса провести последние несколько дней каникул на острове. Грег и Винс поддержали Драко в его издевательствах над Гарри, но они сидели здесь, завтракали с Поттерами и развлекались. Никаких следов угрюмых приятелей не было, только два нормальных парня, ведущие себя как идеальные джентльмены, из которых когда-нибудь станут хорошими мужьями. Словно над ними рассеялась черная туча, и многие девушки заметили эту перемену. Оба поклялись в верности Дому Поттеров, и Пэнси знала их достаточно хорошо, чтобы знать, что они искренни. Теперь у обеих было хорошее будущее, не звездное, но, по крайней мере, стабильное.

Пэнси твердо придерживалась своего решения, что они будут хорошими мужьями, но не для нее, она видела, как ладили Джинни и Невилл, Гарри и Гермиона были так близки, что казались почти одним человеком, и Пэнси ни на что не собиралась соглашаться. меньше. Где-то был мужчина, который любил бы ее так, как любили Джинни и Гермиону, и без каких-либо принудительных браков она могла бы не торопиться и найти его.

Самым большим сюрпризом стали Грейнджеры, пара, которая была жената уже много лет, но, очевидно, все еще любила друг друга, особенно учитывая тот факт, что Эмма была беременна. Оба были своего рода магловскими целителями и фактически работали вместе. Всю жизнь ей говорили, что маглы ниже их, но эта пара относилась к ним только с добротой и уважением, даже вчера пригласила их на свою яхту, что было самым веселым событием, которое любой из них когда-либо мог вспомнить. Пэнси вспомнила, как ее родители вежливо беседовали за обеденным столом, в то время как они с Вайолет подчинялись правилу «видеть, но не слышать».

Сидеть, читать утреннюю газету и обсуждать проблемы со взрослыми в компании было странной, но волнующей переменой для большинства чистокровных подростков за столом. Она также заметила не такой уж случайный флирт между ее мамой и Сириусом Блэком и была за нее рада. Кажется, существовал неофициальный девиз Дома Поттеров: каждый заслуживает шанс на счастье, и Пэнси считала, что ее мать достойна этого больше, чем кто-либо другой.

Вчера Блейз обратился к ней с идеей надеть семейный герб Поттеров на школьные мантии, и все сочли это отличной идеей. Они все очень сблизились, и все шестеро лет вместе пошли на бал и прекрасно провели время. Дафна решила не присутствовать, но Гринграссы были на острове и развлекались не меньше остальных. Герб станет демонстрацией единства и должен защитить Гринграсс от любых притеснений; если Поттеры простили им действия отца, какое право имел кто-то еще что-то говорить?

Гермиона была в восторге, когда услышала, что они хотят носить герб Поттера на своих мантиях, и причиной этого было все, чего они пытались достичь. Ей не очень понравилось, как Молли Уизли отреагировала на новость о том, что Джинни останется Поттером. Она была рада, что не сопровождала Гарри, потому что, если бы появилась гормональная Гермиона, Молли была бы размазана по стенам маленькими кусочками.

эффектной молодой леди и уже сделала свой выбор мужа, я намерен наблюдать, как она растет и танцевать с ней на ее свадьбе, возможно, вы только что упустили свой шанс на это.

Он оставил плачущую женщину все еще прикрепленной к стене, пока его отец занялся наведением в комнате какого-то порядка.

Артур Уизли еще с Рождества знал, что его дочь никогда его не простит, и ненависть в ее глазах, когда она пыталась его проклясть, говорила свою собственную историю. Он не мог особо жаловаться, поскольку Артур знал, что заслужил это, он проповедовал образ жизни, продавая свою дочь и незаконно брал деньги из хранилищ Поттеров. Он также знал о характере своей жены и о том, что она сегодня была совершенно неправа, он также знал, что ничего не скажет, как и все эти годы.

Целитель вошел и остановил плачущую ведьму, прежде чем продолжить свой обход, оставив Молли подвешенной к стене еще на четыре часа, прежде чем заклинание освободило ее.

Анджела Флинт шла к пляжу, рука об руку с Блейзом, пока он нес ее сумку с книгами, как это было их обычным делом. У нее был только завтрашний день, прежде чем Хогвартс поманил ее в среду, поэтому она училась как сумасшедшая, чтобы не отставать так сильно от своих новых одноклассников. Наличие нескольких профессоров, оставшихся на острове, определенно помогло, и ей уже предложили дополнительное обучение во время школьного семестра.

С того дня в Гринготтсе, когда она узнала, что может поступить в Хогвартс, Анджела прочитала все, что попадалось под руку. У ее группы друзей были все книги, которые ей могли понадобиться. Ее не беспокоили новые курсы, поскольку все начинали их одновременно. Гарри «случайно» упомянул, что магические детекторы для несовершеннолетних в министерстве в настоящее время представляют собой просто груду металлолома, поэтому она поняла намек и практиковала заклинания с тех пор, как получила палочку.

Она лежала на шезлонге и училась, пока Блейз шел купаться, определенно были способы провести день похуже.

Ремус Люпин прогуливался по пляжу, недоумевая, как его жизнь стала такой чертовски сложной. У них были готовы все идеи для первого задания еще до того, как Сириус отправился на остров, Ремусу оставалось проверить оборудование и принять меры к проведению мероприятия в первую субботу. Он был счастлив сделать это, пока не возникла серьезная проблема, Нимфадора Тонкс.

Они решили, что мероприятие пройдет на новом спортивном комплексе, но как только Ремус встретил юную ведьму, его внутренний волк закричал: «Спутник жизни». Из-за необходимости бороться с этим принуждением каждый раз, когда он был в ее присутствии, он выглядел как неуклюжий четырнадцатилетний подросток, который только что обнаружил, что девушки разные. Он так сильно заикался и спотыкался, что в какой-то момент чуть не упал в бассейн, и ей пришлось схватить его, ее прикосновение почти заставило его потерять контроль, и он практически убежал, выкрикивая какие-то извинения через плечо. Ему придется работать с этой красивой женщиной, которая сводила его с ума, черт возьми, ему также придется работать с ее родителями. Просто для того, чтобы втереть серебро в рану, Сириус был ее главой дома — его облажали.

Ремус знал, что покинуть Хогвартс означало бы подвести тех самых людей, которым он поклялся помочь, так что это было исключено. Он также не мог вспомнить ни одного человека, с которым он мог бы обсудить ситуацию. Обычно это был Сириус, но он был ее двоюродным братом и главой дома, так что этого тоже не было. Мысль о том, чтобы поговорить с молодой ведьмой о ситуации, даже не приходила ему в голову, он был Римусом Люпином, Оборотнем. Счастьем для него была хорошая еда и чистая постель для сна, вот и все. Что он мог предложить ведьме, а тем более один выход из своей лиги, как Нимфадора, да, он был так облажался.

Гермиона была почти уверена, что защитное заклинание у нее правильное, но проблема заключалась в том, что кому-то нужно было наложить проклятие, чтобы проверить, сработает ли оно. Казалось бы, это не такая уж большая проблема, за исключением того факта, что они все еще не знали проклятия. Они собирались очаровать тонкие бронзовые диски размером чуть больше галеона и пришить их за гербом Поттера на мантиях эльфов.

Гарри был непреклонен в том, что эльфы не станут охотиться на Дамблдора, пока не будет подтверждено, что чары сработали. Гермиона знала, что он волнуется, поскольку в ближайшие несколько дней у них многое будет связано. Хогвартс должен был стать их сияющей славой и вобрать в себя все, за что выступала Stag Industries. Школа открылась в среду для возвращения учеников, в четверг впервые будут использованы новые помещения, в пятницу ознаменуется прибытие первых родителей, которые будут гостями в новом центре для посетителей, а суббота была отведена для проведения первого событие совершенно нового турнира Tri Wizard. Было так много всего, что могло пойти не так, что они смогут расслабиться только в воскресенье.

Она даже не подозревала, что разрабатываются планы, из-за которых отдых будет последней вещью, о которой она думает.

-ооооо-

Альбус Дамблдор разработал новый план, который имел только два результата: он либо будет править волшебным миром, либо он будет полностью уничтожен. Альбус знал, какой вариант он предпочитает, и чувствовал, что альтернатива заставит Поттера согласиться с ним. Он показал бы им «некрасивое зрелище», и за такой комментарий покатились бы головы

Волнение нарастало в волшебном мире, когда Пророк печатал фотографии нового Хогвартса, и не более чем одного тропического острова, где группа ведьм и волшебников не могла дождаться наступления завтрашнего дня. Джинни, благодаря своей роли в Stag Industries, знала, чего ожидать, но девочки были в восторге от маггловских магазинов и кафе, а мальчики считали, что бассейн выглядит великолепно. Проведя последние несколько дней, купаясь в море в компании прекрасных ведьм, все они с нетерпением ждали нового места. Анджела Флинт выглядела так, будто смешала перечное зелье с ободряющими чарами, она была пятилетней девочкой в ​​канун Рождества.

Тонкс присоединилась к ним вчера вечером за ужином и осталась до завтрашнего утра, пока все не уехали в Хогвартс. Ремус нервничал. Он спотыкался и бормотал весь день, прежде чем за ужином пролил на себя тыквенный сок, когда Тонкс сказала, что с нетерпением ждет дня, когда можно позагорать на пляже, Ремус заметно дрожал и извинился, чтобы пойти и переодеться. Гарри и Гермиона последовали за ними, беспокоясь за своего приемного дядюшку, в то время как Сириус разобрался в проблеме и попросил поговорить со своим юным кузеном.

Поттеры нашли Ремуса сидящим на кровати, подперев голову руками, и выглядевшим более несчастным, чем они когда-либо его видели. «Мне очень жаль вас двоих, но я не думаю, что смогу работать в Хогвартсе».

Гарри создал два стула, когда они сели лицом к другу, Гермиона взяла его за руки, чтобы посмотреть ему в лицо, и боль была видна всем. — Ремус, что случилось? Скажи нам, чем мы можем помочь? спросила Гермиона

Оба были шокированы ненавистью к себе в его ответе: «Никто ничего не может сделать, мне просто нужно уйти».

Ни один из Поттеров не был готов принять этот ответ и преследовал его, пока не узнал правду.

Гарри задумался на минуту: «Ремус, я могу понять, через что ты проходишь, я тоже нашел свою спутницу жизни, и я скорее умру, чем расстанусь с ней, ты должен хотя бы поговорить с Тонкс, это «один раз в жизни». сделка на всю жизнь, от которой невозможно отказаться, даже не обсудив это с ней»

.достойна мужчины, которого люблю. Мы могли бы годами продолжать танцевать друг вокруг друга и, возможно, даже в конечном итоге оказались бы с кем-то другим, если бы Гарри не рискнул. Я счастливее, чем я. могу сказать, как все обернулось, и надеюсь, что ты сможешь это найти, но этого не произойдет, если ты сбежишь».

Задумчивый Ремус ответил: «Если я восприму фразу «не уродливый бумажный пакет» как комплимент, то вы двое сказали обо мне что-нибудь хорошее, мы обсудим вопрос о зарплате позже. Я так долго не работал, что трудно думать дальше, чем мой следующий прием пищи, но пребывание здесь с тобой и нашей большой семьей было лучшим временем в моей жизни с тех пор, как твои родители были убиты. Я знаю твое право и то, что я должен поговорить с девушкой, но меня сводит с ума только запах ее запаха. сумасшедший, мне придется держаться от нее подальше, поскольку луна приближается к полной. Мне дали хороший совет, так что знай, что я должен ему следовать, спасибо».

Стулья исчезли, и последовал обмен объятиями, поскольку Ремус теперь знал, что ему нужно делать, но он просто понятия не имел, как это сделать.

В другой комнате Сириус разговаривал с Тонкс: «Я говорю серьезно, Ним, и мне нужно, чтобы ты тоже был таким же. Ты можешь честно сказать мне, что ты думаешь о моем друге Ремусе?»

«Он кажется хорошим парнем, но трудно сказать, когда он разваливается на куски каждый раз, когда приближается ко мне, на самом деле довольно забавно наблюдать, как кто-то другой спотыкается ради разнообразия».

«Ним, это совсем не смешно, если я правильно понимаю, Ремус говорит Гарри, что он не может работать в Хогвартсе».

Тонкс издала шокированное «Что?», прежде чем на несколько секунд задумалась: «Это из-за меня, я ему так не нравлюсь? Что ж, я уйду, если он так сильно чувствует».

— Ним, Ремус не испытывает к тебе неприязни, он влюблен в тебя по уши! эта новость фактически потрясла ее и заставила замолчать, поэтому Сириус продолжил: «Ремус — оборотень, и его чувства гораздо более развиты, чем наши, эти чувства говорят ему, что ты — тот самый. Это биология в ее самом базовом понимании, для него это ты и только ты на всю оставшуюся жизнь. Все, что я прошу тебя сделать, это поговорить с Ремусом и познакомиться с ним, если все получится, если нет, просто пожалуйста, осторожно подведи его. Не играй с его привязанность, Ремус — самый порядочный парень, которого я когда-либо встречал, и я бы никогда не стал стоять в стороне и смотреть, как кто-то причиняет ему боль. Вот мужчина, который будет любить Ним, а не тот, в кого она может превратиться, я знаю, что мы не знаем друг друга пока очень хорошо, но ты уважаешь мнение Гарри и Гермионы, и они оба думают о нем как о своей семье».

Тонкс не знала, что сказать. — Сириус, как я уже сказал, кажется хорошим парнем, и я была бы очень рада узнать его получше, но это тяжело, потому что жизнь пугает меня до чертиков. Ну, по крайней мере, он вряд ли он попросит меня превратиться в его мать, как последний мужчина, с которым я встречалась, единственное впечатление, которое он получил, это то, что мое колено на скорости ударилось ему в пах, больной укол. Все, с кем я когда-либо встречался, хотели, чтобы я изменилась, чтобы быть их идеальное свидание или какая-то фантазия их извращенного разума, из-за этого я не встречался целую вечность».

Сириус улыбался: «Ну, я могу заверить тебя, что Ремус — джентльмен, на самом деле, если ты станешь серьезным, тебе, вероятно, придется сказать: «Эй, волчонок, хочешь завести несколько щенков?» чтобы он знал, что вы заинтересованы». Теперь он смеялся, уклоняясь от удара, который она нацелила ему в голову.

Они вышли из комнаты и направились прямо к Ремусу и Поттерам. — Привет, Тонкс, можем сходить куда-нибудь поболтать? спросил Ремус

Они решили, что прогулка по пляжу даст им лучший шанс уединиться, и отправились в путь. Сириус оказался прижатым к стене и смотрел в улыбающееся лицо Гермионы Поттер: «Сириус, если ты даже думаешь о том, чтобы дразнить или разыгрывать их, пока они во всем разбираются, тогда тебе придется иметь дело со мной, я ясно выражаюсь?» — сладко спросила она.

«Мерлин, Гермиона, ты страшнее Лили, а она была ужасна, когда злилась», — сказал отруганный Сириус.

О, она даже близко не злится, Сириус», — сказал Гарри, — «когда здание начинает трястись, тогда она злится».

Они наблюдали, как Ремус держал ее стул, пока она завтракала, и теперь оба совершенно счастливо болтали. К Тонкс относились как к леди, что было для нее совершенно новым опытом и определенно могло ей понравиться. Ремус держал свои эмоции под гораздо большим контролем, он знал, что дружба должна прийти прежде, чем что-то еще сможет развиться, и не торопился теперь, когда у него было единственное, чего так долго не хватало в его жизни, — надежда.

Гарри и Гермиона поговорили с Джинни после завтрака. «Джинни, я должен перед тобой извиниться», — сказал Гарри. «Я просил тебя попытаться контролировать свой характер, но при первой провокации я потерял свой».

«Если бы она при мне назвала маму сукой, я бы, наверное, отреагировал хуже, чем ты».

— Я знаю, но дело в том, что она, возможно, все еще оправляется от того, что этот старый ублюдок сделал с ней, и, кроме того, она думает, что мы украли ее дочь, — Гарри поднял руку, чтобы остановить протесты Джинни, — с ее точки зрения, вот что случилось, она все еще думает, что ты ее «маленькая девочка», и то, что я отталкиваю ее от стены, не поможет. Мы думаем, что ты сможешь достучаться до нее там, где я не смог, но это должно быть сегодня, поскольку завтра мы все в Хогвартсе».

— Что с ними теперь будет? — спросила Джинни.

Гермиона ответила: «Мы действительно не знаем, одно можно сказать наверняка: они сюда сейчас не придут».

Джинни хитро улыбнулась, прежде чем сказать: «У меня была идея, и я хотела узнать, что ты о ней думаешь».

очень усердно работают, но теперь они начинают со своей собственной деревни, а затем и с поселением оборотней. Вы будете видеть Чарли каждый день ну и что ты думаешь?"

Пальцы Артура почти встретились на плече его жены, с какой силой он сжимал их, он отчаянно хотел, чтобы она подумала, прежде чем открыть рот. Вчера вечером они решили, что Артур не будет разговаривать с Джинни, пока не задаст прямой вопрос. У нее с ним серьезные проблемы, и восстановление каких-либо отношений будет долгим и медленным путем. Мечта провести свою дочь под венец ушла навсегда, в данный момент он с радостью согласился бы на «привет».

Молли не торопилась с ответом; она знала, что ее ответ должен быть правильным. «Разве для тебя не было бы неприятно, если бы мы работали там смотрителями? Я имею в виду, что Флитча не очень-то любили».

«Это новый Хогвартс, где все равны, там будет изрядное количество студентов Слизерина, носящих фамильный герб Поттеров на своей мантии по собственному желанию. Любая форма враждебного поведения со стороны кого-либо не будет терпима, и я могу гарантировать, что Артур узнает больше о немагических людях и устройствах, чем за все время своего пребывания в министерстве. Создание Хогвартса и его функционирование — это огромная задача, и каждый помогает всем, чем может. Дэн, Эмма и Аманда Грейнджер будут все помогать в пристройке, пока мама и папа, как обычно, будут повсюду. Изменение мира начинается с Хогвартса, если мы сможем изменить отношение будущих поколений, тогда у нас есть шанс. Если нет, то Билл и Перси увидели Остров Поттера, мы могли бы жить там совершенно счастливыми, пока волшебный мир разрушает сам себя».

Молли просто нужно было высказать вопрос, который был у нее на устах с самого начала: «Когда ты уже выросла?»

«Том Риддл положил конец моему детству, но я думаю, что именно мама и папа спасли жизнь Невиллу, несмотря на некоторую зрелость, которую они проявляли. Папа помогал мне контролировать свой характер и даже извинился передо мной, потому что он едва сдерживался. его вчерашний день, так устроена наша семья: мы разговариваем друг с другом и решаем маленькие проблемы, прежде чем они станут большими».

Молли посмотрела на мужа, который с энтузиазмом кивал головой, прежде чем сказать Джинни, что они примут.

«Хорошо, теперь я знаю, что у вас на спине только одежда, но у мадам Малкин открыт аккаунт Поттера, так что запасайтесь экипировкой, а не использованными вещами. Каждому из вас понадобится пять или шесть комплектов мантии в зависимости от обстоятельства, так что не экономьте — папа занят. Когда мы столкнемся друг с другом в Хогвартсе, обязательно остановитесь поболтать, если вы помните, у меня уже есть несколько родителей для руководства, у нас все будет в порядке. У нас нет Я забыл о тебе, Билл, просто пока не придумали ничего, что потребовало бы твоего набора навыков, но если у тебя есть идея, не стесняйся обращаться к нам».

Они поговорили еще некоторое время, прежде чем Джинни ушла вместе с Перси, отчаянно пытаясь выманить информацию относительно предложения о работе. Никаких прощальных объятий и поцелуев не было, до этого было еще далеко, это было больше похоже на деловую встречу, но лед был сломан.

Артур обнимал свою жену и тихо плакал, когда Билл сказал: «Все прошло намного лучше, чем он имел право, и это предложение о работе было совершенно неожиданным».

Я уверен, что кувшин с водой должен был просто промахнуться мимо меня; ее контроль был слишком хорош, чтобы можно было сомневаться, но ее точка зрения была хорошо сформулирована, она могла бы оторвать мне голову, если бы захотела».

«Я продолжаю тосковать по моей маленькой девочке, но ее больше не существует, ее заменила та красивая и умная молодая ведьма, которую мы встретили сегодня. Нам дали еще один шанс, и меня не волнует, если вам придется меня ударить. с заглушающим заклинанием или даже с потрясающим Артуром, только не позволяй моему большому рту снова испортить нам это».

Этим предложением, по мнению Билла, Джинни сотворила чудо библейских масштабов, но у него просто не хватило смелости проверить эту теорию, упомянув ее вслух.

Перси Уизли сидел, глядя на море, потягивая бренди, поданный смеющейся Нарциссой Блэк, видимо, это было обычное требование после встречи с Поттерами. Он прокручивал в голове встречу и все еще не мог в это поверить: Перси Уизли, бывший староста, теперь стал администратором Хогвартса.

Минерва МакГонагалл была прежде всего блестящим учителем, и Перси был рядом, чтобы позволить ей продолжать обучать первокурсников тому, как превращать спички в иголки. Она вместе с Поттерами будет принимать все решения, а работа Перси — следить за их выполнением. Было совершенно ясно, что возвращение «Перси-придурка» недопустимо, чтобы быть эффективным, не обязательно быть действенным, а доступность будет важной частью его работы. Между арестом Крауча за контрабанду сына из Азкабана и его матерью и отцом за то, что они сделали с Гарри, Перси думал, что его карьера закончилась еще до того, как она началась, но ему только что дали работу мечты.

Он знал, что имеет склонность строго придерживаться правил, но здесь не было никаких правил, поскольку они придумывали их по ходу дела, и Гарри и Гермионе, похоже, это было вполне комфортно. Он молча поклялся не предавать оказанное ему доверие. Теперь он зарабатывал достаточно, чтобы сделать предложение Пенни, и он определенно знал, что она сделала его лучшим человеком. Он делал это снова, почему он не мог просто признать, что одна мысль о ней заставляет его сердце биться чаще, он задавался вопросом, есть ли у него время, чтобы подарить ей кольцо сегодня.

Гарри и Гермиона готовились пойти на свой последний ужин перед возвращением в Хогвартс. Это должно было быть самое большое собрание, поскольку Дурсли тоже были там. Гарри привез их сегодня днем, и они остановились в гостевом доме, поскольку, поскольку завтра все уезжают, остров будет в их распоряжении на несколько дней, пока они не вернутся. Гарри знал, что это будет веселая трапеза, но не мог выкинуть из головы мысль о надвигающейся гибели. Сегодняшний вечер был похож не на праздничный ужин, а на последний ужин, к тому же никто из Поттеров не верил в гадание.

Гермиона наблюдала, как студенты вошли в большой зал на приветственный пир, с оттенком печали и намеком на тоску, поскольку она увидела, что ее бывшие одноклассники узнали ее и направились прямо к ним.

Лаванда, конечно, заговорила первой: «Гермиона, ты прекрасно выглядишь, что случилось со столами в доме и где мы сидим?»

Гермиона улыбнулась своим бывшим соседям по общежитию: «Привет вам двоим, домашние столы будут использоваться только для церемонии сортировки и прощального праздника в июне, и вы можете сидеть где угодно».

Обеим девушкам не терпелось сесть рядом с Гермионой, поскольку им нужно было многое успеть, и им нужны были подробности. Однако именно Парвати была более интуитивной, спросила она: «Разве ты не будешь скучать по этой Гермионе? Ты любил Хогвартс и занятия».

На ее лице было мечтательное выражение, и обе девушки видели, что она думала, прежде чем ответить: «Когда я увидела, как ты вошел в коридор, у меня возникла небольшая ностальгия, но потом я вспомнила, что вместо того, чтобы делить общежитие с вами двумя, я буду делить комнату с вами двумя». спать с моим Гарри, без обид, девочки, но это всегда побеждает». Судя по многообещающим взглядам, которые она получала от обеих девушек, она знала, что они были на сто процентов согласны.

Ее комментарии также принесли ей поцелуй от мужа, когда он сел рядом с ней; К ним присоединились Джинни, Невилл и трое Грейнджер. Симус и Дин подошли, чтобы наверстать упущенное, но за столом послышались напряженные взгляды, когда Винс, Грег и Пэнси заняли последние три места, едва опередив братьев Криви. Четверо гриффиндорцев, которые не были на острове, расслабились, когда Гарри сказал: «Спасибо, ребята, я не думаю, что я готов сегодня вечером встретиться с Колином и Деннисом».

Когда столы заполнились, МакГонагалл встала и сказала: поскольку перемен было так много, что всех накормят в первую очередь, она села под аплодисменты, когда еда появилась на каждом столе. Самое большое приветствие, казалось, исходило от тех чистокровных, у которых больше не было эльфов в их распоряжении; это будет лучшая еда, которую они ели с сочельника.

Гарри сказал Гермионе взглянуть на свою бабушку, Аманда едва могла есть, она была так взволнована, она была на празднике в Хогвартсе, остановилась в квартире Гриффиндора, прежде чем протянуть руку помощи в новой немагической пристройке, она знала, что волнение лишит ее сегодня спала, и ей было все равно — она жила мечтой всей своей жизни.

Было так много интересного, что студенты постоянно напрягали шеи, когда кто-то за их столом указывал на что-то еще, чего не могло или не могло произойти несколько месяцев назад.

Шестеро Уизли обедали вместе, а вторую половину стола составляли трое охотников Гриффиндора и трое охотников седьмого курса Чарли Уизли. Чарли, хоть и смущался, но, по крайней мере, был благодарен, что все они девочки. Тот факт, что Джинни сидела очень близко к Невиллу и за другим столом, также был темой обсуждения по нескольким причинам.

Сириус Блэк сидел в центре большого зала в качестве нового главы Гриффиндора рядом с Элизабет Забини, новым главой Слизерина, и Роуз Паркинсон, которая там представляла Пророка. Ремус сидел с Тонкс и ее родителями, изо всех сил стараясь сохранять спокойствие, встречаться с родителями всегда было неприятно, но когда приходилось работать и с ними! Количество слизеринцев, разгуливающих с гербом Поттера на мантии, тоже не осталось незамеченным: Анджела Флинт была распределена в Слизерин по шляпе в кабинете Минервы ранее.

Было так много новых лиц, а также то красивое новое здание, мимо которого они все прошли, прежде чем войти в ворота, это была необычная, но элегантная смесь песчаника, стали и стекла, которая заставляла всех с нетерпением ждать занятий там. Когда трапеза закончилась, сытая публика уселась слушать: они знали, что это будет длинная речь.

Директриса представила новый персонал, новые курсы, новые помещения и, наконец, новые правила. Как она и ожидала, некоторые люди встали на ноги из-за запрета носить палочки между классами, но она объяснила свое решение: «Я знаю, что в прошлом это правило было бы абсолютной глупостью, но мы учимся в новой школе, в новом году. так что пришло время начать новую эру. Обеспечивать вашу безопасность — задача сотрудников Хогвартса, а не какого-то второкурсника Гриффиндора, который убивает василисков вместо того, чтобы делать домашнее задание". Это вызвало смех, как она и знала: «Теперь я передам тебя человеку, чья это была идея, идея, которую весь персонал полностью поддерживает, Гарри Поттер».

Гарри стоял молча минуту, собираясь с мыслями: «Не так давно большинство из нас наблюдали, как молодой человек погиб в этом самом зале, потому что принял неправильное решение, если бы эта система была на месте, он бы оставаться живым и раздражать всех рассказами о том, как могучие Пушки на самом деле собирались выиграть игру в этом году». Гарри мог видеть слезы в глазах большинства людей, из-за стола Уизли доносились рыдания: «Это правило посвящено Рону Уизли, и вам лучше поверить, что оно будет соблюдаться. Не будет никаких исключений, никаких оправданий и никакого вмешательства семьи; мы племянница министра и моя приемная дочь будут студентами, и обращение с ними будет таким же, как и со всеми остальными. Использование палочки на однокурснике с целью причинения вреда приведет к исключению и,

Гарри заметил, как семикурсник Слизерина, которого, как он думал, зовут Уоррингтон, стоит и задает вопрос: «Лорд Гриффиндор, распространяется ли это правило на совершеннолетних?»

«Хороший вопрос, и ответ — нет, от совершеннолетних ожидается, что они будут вести себя как взрослые, но, будучи взрослыми, им будет предъявлено обвинение в том, что они подвергают опасности детей, если они незаконно воспользуются своей палочкой. Минимальное наказание по этому обвинению составляет девяносто дней Азкабан и, конечно, исключение из Хогвартса. Есть еще немагическая пристройка, куда никому нельзя пользоваться палочками». Ответ Гарри заставил нескольких старшеклассников обменяться обеспокоенными взглядами: девяносто дней в этой адской дыре — это не то, к чему можно относиться легкомысленно.

Что, если я решу не проходить немагические исследования?» — спросил Уоррингтон.

«Это полностью ваш выбор, но, поскольку этот предмет и изучение волшебства являются обязательными предметами, боюсь, сегодня вечером вы пойдете домой по камину со своими вещами. Ребята!» Четыре эльфа молча появились рядом с Гарри: «Похоже, что мистер Уоррингтон больше не желает посещать Хогвартс, не могли бы вы собрать и положить его вещи в кабинет директрисы МакГонагалл, поскольку сегодня вечером он вернется домой».

Уоррингтон только что правильно и искренне раскрыл свой блеф: «Извините, мой господин, я просто навел справки и с радостью подчинюсь правилам Хогвартса».

Гарри кивнул и извинился за недоразумение, прежде чем изложить свою точку зрения: «посещение Хогвартса — это привилегия, а не ваше право. Теперь это частное заведение, которым будет управлять наша компания Stag Industries, и любой, кто намеренно нарушает бесперебойную работу». этого заведения пробудет здесь недолго». Это было изложено каждому на языке, не оставляющем права на ошибку: ведите себя или уходите!

«Теперь настоящая причина, по которой я стою здесь, состоит в том, чтобы передать информацию о новом Турнире Трех Волшебников, первый отборочный заезд которого состоится в эту субботу. Во всех командах должно быть по одному ученику от каждой школы, и у вас есть время до восьми часов вечера. В четверг вечером, чтобы передать информацию о вашей команде нашему администратору, Перси Уизли. Десять лучших команд в субботу пройдут в следующий раунд, и вся информация, которую вы получите, заключается в том, что все три участника должны работать вместе, чтобы выполнить задание и в нем определенно НЕ будут задействованы драконы. Сейчас я передам вас директрисе МакГонагалл, чтобы она представила нашу последнюю новую инициативу на сегодняшний вечер».

Минерва снова встала: «Завтра приедут первые родители и останутся с нами на несколько дней, и они будут посещать занятия, чтобы своими глазами увидеть, чему учат их детей. Это будет продолжаться весь год, но первыми получателями станут Криви, Патил, Финч-Флетчли и Хиггс». Не случайно смесь была представителей всех домов и разных статусов крови.

Главы четырех домов направились в общие комнаты своих домов, чтобы убедиться, что все знают, как открывать и использовать свои шкафчики. Первые несколько дней старосты стояли у дверей и следили, чтобы ученики не забывали положить палочки в шкафчики, пока все к этому не привыкнут.

После всей тяжелой работы и планирования первый день в новом Хогвартсе увенчался оглушительным успехом как для сотрудников, так и для студентов и посетителей, а атмосфера в большом зале за ужином была лучше, чем они смели мечтать.

Первым занятием Тонкс в этот день были змеи и затяжки для семикурсников, она держала все очень просто: аэробная разминка, несколько кругов по трассе, за которыми следовали несколько упражнений на заминку. Потребовалось несколько уроков, прежде чем они были готовы к гораздо большему, а более короткая программа давала измученным подросткам время в кафе выпить немного фруктового сока и прийти в себя перед следующим уроком.

Гарри знал, что к обеду они завоевали расположение приезжих родителей, были в восторге от своего жилья и начали экскурсию в пристройке как раз в тот момент, когда в мини-торговый центр хлынули первокурсники и когти. Студенты провели первую часть утра, изучая немагические деньги, а затем им дали немного денег на покупку купальников для следующего урока — плавания.

Гарри видел, как чистокровные с удивлением оглядывались по сторонам, представившись; он спросил, есть ли у них вопросы. Мистер Патил не мог ждать. «Лорд Гриффиндор, я заметил, что в этих магазинах не продаются магические предметы, я обеспокоен тем, что у детей может сложиться предвзятое представление о мире».

«Это просто Гарри, пожалуйста, и есть две веские причины, почему здесь не продаются магические предметы. Цель немагического приложения — попытаться подготовить детей к встречам в немагическом мире, поэтому было бы неправильно продавать продукты. там не найден. Вторая причина в том, что мы не хотим отвлекать покупателей из местных магазинов в Хогсмиде, поскольку в рамках обучения волшебству или ученикам первого и второго курса будут организованы поездки в деревню, где у них будет возможность увидеть волшебство. магазины и кафе. Это не повлияет на обычные посещения Хогсмида по выходным старшими учениками, это просто означает, что студентам больше не придется ждать до третьего курса, чтобы увидеть деревню».

Казалось, все были удовлетворены ответом и наблюдали, как Гермиона, Эмма и Аманда помогали взволнованным первокурсникам. Когда Гермиона складывала покупку молодой ведьмы в сумку, у мистера Финч-Флетчели чуть не случилась аневризма, он не мог оторвать глаз от логотипа Оленя. «Это «Стэг Индастриз»?» он прошептал.

Кивок Гарри отпугнул биржевого маклера: «Весь город гудит от новостей о том, что это может стать следующим большим событием, мы все пытаемся попасть на первый этаж, чтобы совершить убийство».

Гарри только рассмеялся и перевел остальным гостям: «Он надеется инвестировать в Stag Industries, пока компания все еще растет, в надежде заработать много золота, и, к сожалению, он будет разочарован. Stag — это семья. управляйте компанией и не будете искать помощи извне».

Выражение лица Финч-Флетчли можно было сравнить с игровым автоматом: тумблеры один за другим вращались и останавливались на джекпоте. «Вы владеете компанией «Стэг Индастриз»?» — спросил он, заслужив еще один кивок от Гарри. — Значит, это не просто слухи, продукты действительно работают? Еще один кивок Гарри, и он обнаружил, что его руки поглощены обоими улыбающимися мужчинами. «Я никогда так не гордился своим Джастином за то, что он предпочел Хогвартс Итону. То, что вы делаете, замечательно и внесет огромные изменения в наш мир в жизнь людей и даже в экономику».

Гарри снова пришлось объяснять: «Stag Industries зарегистрирована как немагическая компания и продает лекарства в виде зелий широкой публике. волшебный мир знает об этом уже много-много лет. Это обеспечивает занятость людям, которые находились на окраинах нашего общества, и одновременно способствует развитию нашей экономики. Для меня больной ребенок — это больной ребенок, независимо от расы, вероисповедания, цвета кожи или магические способности и заслуживает наилучшей заботы и внимания. Также есть случай, когда, если наш мир когда-либо будет обнаружен, мы могли бы указать на работу, которую мы проделали за кулисами, чтобы помочь их проблемам».

«Как это повлияет на статус секретности?» — спросил мистер Хиггс.

«Это не так», — был краткий ответ Гарри. «Министр и Главная Ведьма будут здесь сегодня позже и собираются посетить один из уроков немагических исследований с профессором Тонкс. Нам здесь нечего скрывать, и наши двери закрыты. открыт для министерства, Визенгамота и, что более важно, для родителей наших учеников. У нас есть экскурсия в первый день, но завтра вы можете увидеть все, что захотите. Мы знаем, что будут допущены ошибки, но когда мы их обнаружим их будут исправлять и извиняться, а не замалчивать или игнорировать. Наша цель — просто подготовить студентов к жизни в нашем быстро меняющемся мире».

Андромеда взяла на себя управление: «Могу ли я предложить, чтобы мы проследовали за этим классом до нашего нового спортивно-развлекательного комплекса, где мы встретимся с другим профессором Тонкс и увидим первых студентов, которые будут использовать это помещение».

поймать гиппогрифа, если бы ее подбородок опустился ниже.

Когда Гарри сказал, что они могут пообедать здесь или отправиться прямо в Хогвартс, решение было мгновенным и единогласным, поскольку все направились на пляж. Невилл и слизеринцы с хребтом Поттера шли впереди, получая множество завистливых взглядов со стороны одноклассников из-за их очевидного знания этого рая. Столы, стулья и зонтики начали появляться на пляже еще до того, как группа добралась до него, а обед был накрыт вдоль массивного стола, где каждый мог помочь себе, прежде чем сесть под зонтик.

Пока группа наслаждалась обедом, министр задал вопрос, который привлек внимание каждого присутствующего: «Лорд Поттер, что нужно сделать, чтобы получить приглашение на этот великолепный остров?»

Ответила Гермиона: «Амелия, это наш дом, и здесь нет никаких титулов. Наш дом зарезервирован для друзей и семьи, любые официальные дела или развлечения будут проходить в поместье Поттеров. Что касается приглашений, то, как вы явно не хотите, Если мы не можем считаться семьей, нам просто придется подождать и посмотреть, сможем ли мы стать друзьями». Ее послание было кристально ясным: их не волновали титулы или должности, быть другом значило для Поттеров больше, чем быть министром магии.

Прежде чем вернуться, им пришлось пересчитать людей на случай, если кто-нибудь решит остаться. Гарри и Гермиона испытывали сильное искушение. Гермиона знала, что к ней обратятся ее бывшие соседи по комнате, и не разочаровалась, когда они заговорили с ней, как только вернулись в Хогвартс.

Гермиона решила избавить их от страданий: «Девочки, ко мне на несколько дней на Пасху приедут друзья, не хотите ли к нам присоединиться?» Гермиона восприняла визги и объятия как знак «да».

Аманда Грейнджер прекрасно провела время, помогая волшебникам и ведьмам научиться сливаться с ее миром, в то время как она ощущала мир, о котором с такой тоской говорила ее бабушка. Аманда не сомневалась, что она не сможет вернуться к своей прежней жизни, и что с четырьмя внуками на подходе, все они волшебные, теперь это была ее жизнь, и она не могла быть счастливее. После работы в мини-торговом центре она затем помогала объяснять работу полностью оборудованной квартиры второкурсникам после того, как Тед Тонкс объяснил им, что такое электричество. У Теда была полностью разработана учебная программа курса, но трудность заключалась в том, чтобы объяснить, что такое компьютеры, студентам, которые никогда даже не видели электрическую лампочку. Был ориентационный курс, который проводился со старшими учениками, особенно слизеринцами, которых не «поощряли» к контакту.

Приложение имело блестящий успех исключительно благодаря тому, как оно было представлено студентам. Ни разу не было вынесено суждения о разнице между двумя системами, были представлены факты, и людям предоставили возможность сделать свои собственные выводы. Весь дух Хогвартса сместился в этом направлении, миру не нужно было больше овец, которые верили бы всему, что им говорили, ему нужны были люди, которые будут задавать вопросы, исследовать и формировать собственное мнение, и в это верили все Г рейнджеры. страстно в.

Сириус не мог поверить, насколько ему нравилось преподавать. Ремус рассказывал ему о кайфе, получаемом от передачи знаний нетерпеливым молодым умам. Принимая во внимание, что он заменял одного из самых ненавистных профессоров в истории Хогвартса, Сириус должен был быть действительно ужасным, чтобы не стать улучшением Снейпа. Спокойный, непринужденный стиль его занятий сильно отличался от метода преподавания зелий его предшественника. Поощрение заменило наказание, а насмешки сменились улыбками, поскольку новый директор Гриффиндора быстро становился одним из любимых профессоров студентов.

Минерва сидела за ужином в пятницу вечером с Филиусом, Поппи и студентами всех четырех факультетов, задаваясь вопросом, не была ли она какой-то путешественницей по измерениям, которая только что появилась в другом Хогвартсе. Не заблуждайтесь, это был Хогвартс, отличный от мерзости, возглавляемой Дамблдором, она даже слышала, как студенты говорили о том, как им понравился урок истории магии. Хотя уроков было всего два дня, школа стала чем-то совершенно другим. Ей вспомнилась забавная поговорка из детства: «Я не знала, что ты пьешь, пока не увидела тебя трезвым».

Они не осознавали, насколько плох был Хогвартс, пока не испытали новую улучшенную версию, ни один балл не был вычтен и не было вынесено наказание, и, если не считать нескольких мышечных растяжений, единственное, с чем Поппи пришлось столкнуться, это сломанный нос. Майкл Корнер «по-видимому» врезался в стену при виде мисс Гринграсс в ее купальнике, мистер Корнер воображал себя кем-то вроде ловеласа, так что, звали эту «стену» Крэбб или Гойл, ей действительно не нужно было знать Минерва заметила, как члены Дома Поттеров заботятся друг о друге, и подумала, что они ближе, чем члены дома, больше похожи на членов семьи, и горе тому, кто с ними связывался.

Поскольку почти всеми ее документами теперь занимался Перси, у нее освободилось время, чтобы заняться тем, что она любила больше всего, — учить. Когда Минерва не была перед классом, она помогала своим новым сотрудникам улучшить их уроки. Быть экспертом в каком-либо предмете не означало автоматически, что вы можете преподавать его, и сразу же на ум приходят Хагрид и Северус. Директриса была первой, кто признал, что она все еще учится, как доказала идея Теда Тонкса Августе Лонгботтом: сочетание немагических кадров войны против Гитлера с историей Гриндевальда было блестящим, и ученикам это действительно нравилось. Другие сотрудники интересовались, можно ли использовать приложение при преподавании их собственного предмета.

Пригласить родителей в школу было гениальным шагом: Альбус всегда избегал посещения «его школы», но новая политика открытости выиграла битву «сердец и умов» волшебного мира. Возможность доверять тому, что появилось в Пророке, была дополнительным бонусом; ей не хотелось думать, что Скитер сделал бы с фотографией, на которой гоблин с мечом нападает на студентов. Занятия по фехтованию имели огромный успех, и был создан клуб, предлагающий фехтование вне расписания, даже разговоры о проведении турнира.

Новый Турнир Трех Волшебников также вызвал заоблачный уровень волнения: восемнадцать команд теперь соревнуются в завтрашнем отборочном забеге, и знакомый блеск в глазах бывшего Мародера сказал их старому главе дома, что зрителей ждет угощение. Смех Гарри, когда она спросила, как ему удалось изменить соревнование, раздражал ее, пока он не объяснил: «Люди, ответственные за организацию первоначального турнира, почти все мертвы или находятся в опале, Фадж и Каркаров мертвы, Барти Краучу отдали старую камеру его сына». в Азкабане пока Людо Бэгмен разоряется из-за игровых долгов и давайте не будем забывать старого манипулятора.Только Олимпия не запятнана и с выполнением первого задания контрактные обязательства по кубку были выполнены,

Минерва, как и почти все остальные в зале, очень ждала завтрашнего дня.

Единственные два человека, которые, казалось, не с нетерпением ждали завтрашнего дня, теперь лежали, обнявшись, и пытались заснуть. Гарри и Гермиону охватило чувство страха, от которого они просто не могли избавиться, они уже решили, что вернутся домой завтра после ужина, если все пойдет по плану. Последние несколько дней прошли с выдающимся успехом, но у обоих было ощущение затишья перед надвигающейся бурей, завтра было первое большое событие в новом календаре Хогвартса, а также приглашенные гости — привлекательная цель для Дамблдора. Ни Гарри, ни Гермиона не боялись встретиться с ним лицом к лицу, даже наоборот, но оба знали, что лобовой атаки не будет, старый ублюдок был для этого слишком хитрым.

Упомянутый «старый ублюдок» в настоящее время ходил взад и вперед, обдумывая планы: первый этап был завершен ранее сегодня вечером, а второй этап состоится завтра. Это был заключительный этап плана, намеченного на воскресенье, над которым Альбус продолжал работать, выискивая недостатки и не находя их. Альбус Дамблдор, в отличие от Тома Риддла, не боялся смерти, и что действительно пугало Альбуса, так это то, что о нем не вспоминали. Его боггартом, вероятно, была бы ведьма или волшебник, спрашивающий: «Кто Альбус?» но этот план гарантирует, что этого никогда не произойдет: к вечеру воскресенья он либо станет правителем волшебного мира, либо станет причиной его падения. Мир запомнит имя Альбуса Дамблдора, и это было все, что имело значение.

Очень нервная группа учеников приветствовала Ремуса и Сириуса у входа в новый спортивный комплекс школы. Их нервы накалились, когда они увидели, что их ждет сегодня на отборочном забеге. По сути, это был штурмовой маршрут, который трижды пересекал бассейн зигзагами с двумя платформами, которые выглядели как точки отдыха.

Сириус обратился к собравшимся участникам: «Цель задания состоит в том, чтобы все три члена команды прошли трассу в кратчайшие сроки, но вы также должны взять с собой бочку по трассе, и на каждой секции есть обруч. через которую он должен пройти.Каждый член команды должен контролировать бочку на одной секции, а платформы — это то место, где вы передаете ее от одного члена команды к другому.Теперь у вас есть двадцать минут, чтобы ознакомиться с трассой, хотя на нее никому не разрешается до тех пор, пока не начнутся соревнования».

Они ушли гораздо увереннее, чем когда вошли, это выглядело не так уж и плохо, и, как и обещал Гарри, никаких драконов. Любой, кто знал мародеров, увидел бы блеск в их глазах и очень, очень забеспокоился.

По истечении отведенного времени студенты, смеясь и шутя, возвращались к профессорам, в улыбке Ремуса можно было почти увидеть волка.

«Может быть, есть одна или две вещи, которые мы забыли упомянуть», — сказал Ремус, махнув палочкой в ​​сторону пруда, в котором теперь обитала пара гигантских рыб-лучников, они продемонстрировали, как получили свое имя, выплюнув яростную струю воды в кусочек курса. «Мы также хотели бы, чтобы вы взяли одну из них, и каждый член команды должен носить разный цвет», — сказал Ремус, раздавая красные, зеленые и синие нарукавные повязки.

Когда каждый член команды был облачен в повязку по своему выбору, их нервы снова были настороже, наблюдая за ухмылкой на лице профессора Блэка. «Когда вы участвовали в этом соревновании, вы знали, что для победы потребуется командная работа, и сегодня мы собираемся выяснить, насколько хороша ваша командная работа. Каждая из нарукавных повязок, которые вы носите, представляет цвет зелья, которое нужно принять пятнадцать раз. за несколько минут до начала. Каждое зелье блокирует одно из ваших чувств, зрения, слуха или речи, без понятия, какой цвет что делает. Первый член команды, который попадет в воду, заканчивает забег, а позиция последнего члена будет отмечена как хорошо, ваша команда справилась. Если более десяти финишируют, то пройдут десять самых быстрых, если меньше десяти, то оставшиеся места будут заполнены теми, кто прошел дальше всех.

Ремус продолжил: «Мы хотим, чтобы все вернулись сюда в двенадцать тридцать, где будет проведена жеребьевка, чтобы решить, в каком порядке соревнуются команды».

Это была гораздо более вдумчивая группа студентов, которая направилась на легкий завтрак. Теперь они были успокоены, зная, что задание не было особенно опасным, но вероятность того, что их выставят дураками, была огромной, довольно много спрашивали себя: «Почему я вошел в это?»

Гарри подумал, что Салазар Слизерин, должно быть, перевернулся в гробу, когда звук смеха разнесся по бывшей комнате основателя. Вступление Сириуса оказалось веселым и задало тон соревнованию, даже МакГонагалл громко смеялась, против чего у вас были бы большие шансы.

Сириус обратился к переполненной зрительской галерее: «Всем добрый день и добро пожаловать на новый турнир трех волшебников, который проводится в новом Хогвартсе. Это соревнование основано на командной работе, и каждое трио должно попытаться пройти курс, который вы видите здесь. Наша задача заключалась в том, чтобы чтобы сделать задачу немного сложнее, поэтому мы взяли за основу три мудрых обезьяны, хотя обезьян у нас не было, поэтому пришлось просто выбрать следующую лучшую вещь». На стене появилось гигантское изображение Гермионы, прижавшей обе руки ко рту. Она была одета в красную футболку с надписью «Не говори зла» на груди. Следующим был Гарри с закрытыми глазами и в зеленой футболке с надписью «Не вижу зла». Джинни была огорчена, когда ее изображение было показано, заткнув уши пальцами, а на синей футболке было написано: «Не слышу зла». Все смеялись над тремя мудрыми насмешками Поттера, которые отпускал Сириус; он был так в собачьей будке.

Попытки пройти дистанцию ​​были, мягко говоря, интересными, но последняя участвовавшая в соревнованиях тройка превзошла всех остальных. Они шли вперед и достигли последней точки передачи только для того, чтобы обнаружить, что человек, у которого была бочка для последней секции и у которого была заблокирована речь, не мог выполнять невербальные заклинания. Когда участник, который не мог слышать, наконец понял, в чем проблема, он начал кричать на потерявшего дар речи волшебника, тот, который не мог видеть, подумал, что они ругаются, и попытался разорвать отношения, в результате чего они втроем закончили. В бассейне.

Трое бывших участников явно были самой быстрой командой, поскольку они, очевидно, разработали план, как справиться с зельями; Виктор потерял речь и оказался впереди группы. Флер не могла видеть, поэтому она стояла посередине, положив левую руку на плечо Виктора, в то время как Седрик, не слышавший его, замыкал шествие. Они разработали простой код, состоящий из нескольких нажатий, чтобы привлечь внимание Виктора, пока Седрик разговаривал с ней и вел Флер по трассе. Они были единственной командой, которая использовала щиты против рыбы-лучника, поскольку все остальные пытались уклоняться или противостоять их атакам, в результате чего они выбили четыре команды.

успокаивающее лекарство.

Сириус взял управление на себя: «Хорошо, слушайте. Если объединенные знания и способности в этой комнате не смогут победить одного сумасшедшего старика, то меня зовут не Сириус Орион Блэк».

«Можем ли мы использовать замену?» — спросил Ремус. — Он не заметил Крауча-младшего и сидел с ним за одним столом.

«Я не думаю, что мы можем рисковать, и я не допущу, чтобы кто-то умер за меня, он знает все магические трюки в книге, так что нам придется использовать другую книгу», — разум Гарри был затоплен горем Гермионы. но теперь она снова взяла себя в руки, мысль о своих будущих детях заглушила ее эмоции, но гнев Гермионы начал выходить на поверхность, хороший знак, поскольку он не был направлен на него.

Они обменивались идеями, одна более безумная, чем предыдущая, прежде чем Гермиона успокоенно вздохнула и схватила мужа для глубокого и страстного поцелуя. Когда они закончили, она сказала: «Вот сделка, мы разберемся с этим, отправляемся домой, а потом твоя задница не покидает нашу спальню в течение недели». Гарри знал, что это была ее попытка ненужных извинений за потерю, поэтому просто подыгрывал.

«Теперь, Сириус, почему ты не можешь придумать такой план?»

Его жена встала и взяла на себя управление, Его Гермиона вернулась: «Добби, Винки, нам нужно двигаться, Гарри отпускает переодеваться — папа, ты, возможно, захочешь пойти с нами. Мы будем держать остальных в курсе, насколько сможем. " Все, кого упомянули, ушли переодеваться, а остальные ошеломленно смотрели на происходящее.

Джинни усмехнулась: «Теперь это касается Дамблдора. Он очень разозлил маму, а ты не хочешь этого делать».

Эмма, Крюкохват и Рагнок вспомнили тот день в банке и начали смеяться. Сириус был прав, магической силы и интеллекта здесь сейчас должно быть достаточно, чтобы победить одного старика.

Гарри и Гермиона были в своих доспехах и плащах, как и Добби и Винки, Дэн был в своем лучшем костюме. Эльфы применили чары, которые они использовали на свадьбе, в то время как Гарри применил учение Винки с пользой и нашел человека, которого искал, взяв Дэна за руку, и они ушли.

— Хотите на это поспорить? — спросил уже видимый Дэн Грейнджер.

Пятнадцать минут спустя появился майор Том Дэвис с Добби и Винки, его «Какого черта…» застряло у него в горле, и он поклонился, даже не осознав, что делает.

«Все в порядке, майор, только за последний час я подумал одну и ту же фразу как минимум дюжину раз».

Никто не был до конца уверен в том, каков был протокол, когда Королева пошутила, но Гарри и Гермиона все равно рассмеялись.

«Я точно знаю, что вы чувствуете, Ваше Величество, — сказал Дэн Грейнджер с большим чувством, — на одиннадцатый день рождения Гермионы нам сказали, что она ведьма, и эта фраза стала старой подругой, тем более, что моя жена сейчас беременна, и ребенок будет будь волшебником».

Джинни увидела признание в его глазах: «Привет, старик, я пришел за тобой». Она могла бы поклясться, что видела, как он улыбался, когда меч Гриффиндора отрубил ему голову и навсегда положил конец роду Дамблдоров.

Джинни не закончила, она схватила голову за волосы и поднесла ее к уже затихшим трибунам. «Это человек, которому вы поклонялись, пока моего отца ругали в прессе как «бедного, потерянного и ищущего внимания ребенка». Мои родители избавили мир от Волан-де-Морта и всех его пожирателей смерти, в то время как этот кусок дерьма посылает непростительное смертельное проклятие на беременную женщину, но он — лидер света! Когда ты вырастешь и возьмешь на себя ответственность за то, что происходит вокруг тебя? «Мои родители отдали свои жизни, чтобы спасти наш мир, и все, что ты можешь сделать, это жаловаться, что твой завтрак больше не готов для тебя утром. Волшебный мир не заслуживает моих родителей, никто из нас». С этими словами она отбросила голову так сильно, как только могла, прежде чем сказать «голубая лагуна» и исчезнуть.

Минерва МакГонагалл застыла на месте, наблюдая, как голова ее бывшего наставника отскочила от травы от весьма впечатляющего броска мисс Поттер. Минерва чувствовала себя неспособной пошевелиться с тех пор, как ужасное проклятие поразило молодую беременную ведьму всего в пяти сиденьях от нее, созданную человеком, которого она уважала, доверяла и слепо следовала больше лет, чем ей хотелось помнить. По иронии судьбы, одним глазом она видела вещи яснее, чем когда-либо двумя. Она видела, как Альбус улыбнулся, когда мисс Поттер подошла к нему, и это озадачило директрису, конечно, он не ожидал никакой помощи, кроме быстрого прекращения боли, которую он так явно терпел.

В толпе было немало чистокровных, которые, как и она, были потрясены до неподвижности, но по другой причине. Вид эльфа, почти случайно уничтожающего волшебника, которого они считали самым могущественным в мире, собирался растянуть прачечные замка; ни один эльф больше никогда не подвергнется насилию. Минерва почувствовала, что чары ослабли, что заставило ее снова действовать. Гарри и Гермиона назначили ее директором Хогвартса, и она поклялась никогда не подводить их.

Молли Уизли все еще сидела на медленно пустеющих трибунах, уткнувшись лицом в грудь мужа, и плакала во все глаза. Когда Дамблдор наложил на Гермиону смертельное заклятие, Молли хотелось, чтобы ее стошнило, и это чувство только усилилось, когда Гарри упал на землю. Она не могла поверить своим глазам, когда эльф так легко расправился с Дамблдором, но это было ничто по сравнению с последовавшим за этим зрелищем. Джинни вышла на поле, ее плащ развевался, а волосы развевались, словно вымпел, заявляя о своей преданности. Затем она практически оттолкнула лидера нации гоблинов со своего пути, прежде чем вызвать из воздуха меч Годрика Гриффиндора.

Когда Молли увидела эту улыбку дочери, блоки воспоминаний в ее голове исчезли, и она почти обрадовалась, когда Джинни отрубила старому ублюдку голову. Она не услышала ни слова, сказанного ее дочерью, поскольку все встало на свои места, Джинни знала, что она не Уизли, и, учитывая ее выбор отцов, было совершенно понятно выбрать человека, который был готов умереть, чтобы спасти ее. Увидев их отношения сейчас, я был уверен, что если Джинни знала, то же самое знали и Гарри и Гермиона, поэтому неудивительно, что Гарри так защищал ее. Этот старый придурок на самом деле ожидал, что «его дочь» поможет ему, пока он лежал там, бредовый дурак понятия не имел, с чем имеет дело. Весь волшебный мир преследовал бы его за убийство Поттеров, если бы Добби не выполнил задание первым.

Молли решила, что никто никогда не узнает, что даже после смерти Гарри и Гермионы ее дочь останется Джинни Поттер; она просто надеялась, что они снова смогут стать частью ее жизни.

Большая черная собака помчалась к замку так быстро, как только могли ее четыре ноги. Бродяга не мог объяснить срочность, поскольку он видел, как проклятие поразило Гермиону, и понимал, что исход может быть только один, но пока он не увидит тела Сириус не собирался в это верить. Вчера вечером он потратил большую часть часа, пытаясь убедить Гарри, что тот должен занять его место, используя оборотное зелье, но у его крестника ничего из этого не было, оказывается, это в любом случае было бы академичным. Убийство Гермионы автоматически положило бы конец жизни Гарри.

Когда Бродяга вошел в замок, он заметил, что факелы начали тускнеть, пока собака пробиралась по коридорам, прежде чем ворваться в лазарет, когда Джинни рухнула на своих родителей. Бродяга превратился в Сириуса, выжидающе наблюдая, как Поппи сканирует три тела; ее пожатие плеч в ответ на его незаданный вопрос вызвало у него чувство восторга. Они не были мертвы, не то чтобы живы, но и не мертвы!

Это было то, чего желал Сириус, проблеск надежды был всем, что требовалось, он пережил двенадцать лет Азкабана с единственной надеждой, что однажды он увидит своего крестника. Его мысли обратились к Джеймсу и Лили, к Ремусу, мы все возлагали такие большие надежды, жизнь Гарри до тех пор, пока он не поцеловал чудесную женщину, лежащую рядом с ним, тоже вряд ли была усыпана розами. Судьба сдала им действительно дерьмовые руки, и они давно пора было уйти, выживание Поттеров счистило бы все с лица земли, насколько это было обеспокоено Сириусом, он с радостью отдал бы свою жизнь, чтобы спасти их, если бы мог.

Портключ Джинни привел ее в лазарет Хогвартса, где ее встретило самое странное зрелище: Дэн дышал в рот ее отцу, в то время как принц толкал его в грудь, пока Добби вливал в него столько своей магии, сколько мог. Эмма, Аманда и Винки проводили ту же процедуру с мамой, Джинни почувствовала, как надежда взорвалась в ее груди и быстро распространилась по всему телу.

Она кричала «СТОП!» с такой командой в голосе, что сам Мерлин подчинился бы, щелчком ее пальцев Гарри и Гермиона были одеты в нижнее белье, кровати сдвинулись, и ее мама и папа соприкоснулись с кожей с одной стороны. Еще одним щелчком пальцев Джинни спустилась к нижнему белью и забралась на кровать, осторожно поместив одно колено между ногами матери, а другое — между ногами отца. Затем она положила руку каждому на живот и крикнула: «ВПЕРЕД!»

Четверо немагических людей немедленно продолжили искусственное дыхание, в то время как Добби и Винки положили руки на спину Джинни, когда она подумала, как сильно она любит своих новых родителей, и магия начала течь. Вся процедура заняла менее тридцати секунд, но Джинни понимала, что они либо снова сойдутся, либо не сойдутся вовсе, а когда папу отравили, чем больше был контакт кожи с мамой, тем быстрее он выздоравливал.

Джинни почувствовала, как эльфы ушли, потеряв сознание от магического истощения, но их место занял кто-то другой. Она узнала его нежное прикосновение где угодно. Теперь Невилл изливал свою магию через свою подругу, пытаясь спасти ее родителей, своих лучших друзей. В конце концов ей пришлось использовать немного магии, чтобы оттолкнуть Невилла. Он уже давно прошел ту точку, когда можно было продолжать вносить свой вклад, и подвергал свою жизнь опасности. Как только он потерял контакт со своей любовью, Невилл потерял сознание, и Поппи левитировала его в кровать, как она это сделала с эльфами.

Джинни теперь была одна, ее чувства отключились, и она не могла слышать и видеть все, что происходило вокруг нее, но ей было все равно, она отдала бы свою жизнь за этих двух особенных людей и просто надеялась, что этого будет достаточно. . Внезапно новое присутствие заявило о себе: сила, какой она никогда раньше не ощущала, хлынула через юную рыжую и прямо в ее приемных родителей.

Хогвартс был не просто зданием, это была тысячелетняя мечта, которая наконец-то сбылась благодаря этим лежащим здесь людям. Последние несколько дней были самыми счастливыми в истории Хогвартса, и радость от обучения молодых людей питала разумное существо, которым был Хогвартс. Она не собиралась отпускать это, возврата к плохим старым временам не было бы, если бы Хогвартс имел к этому какое-то отношение.

Во всем замке начались изменения: потолок большого зала стал пустым, охранные знаки исчезли, лестницы остановились, портреты остановились, а огни и огни превратились в сияние. Хогвартс забрал всю магию, которой она обладала, и передал ее двум фигурам, лежавшим на кровати, через их дочь. Когда Хогвартсу уже нечего было дать, Джинни рухнула на родителей.

СЛР была остановлена, так как теперь наблюдалось нерегулярное сердцебиение и ложное дыхание. Потеря сознания Джинни позволила Поппи применить некоторые заклинания обнаружения, поскольку количество передаваемой магии до сих пор делало любое сканирование бесполезным.

Когда она попыталась переместить Джинни, жизненно важные функции всех троих отреагировали плохо, поэтому она осталась там, где упала, лежащей поверх матери и отца. Примерно через десять минут Поппи заметила самую странную вещь: у Гарри, Гермионы и Джинни был совершенно одинаковый сердечный ритм и частота дыхания, их три тела находились в идеальной синхронизации. Судьба Джинни была неразрывно связана с ее родителями; они либо все выздоровеют, либо умрут вместе. Что беспокоило Поппи, так это ее полная неспособность провести какое-либо сканирование тройни, как будто ее усилия были ограждены от нее.

Чарльз не был уверен, было ли это воздействие магии или текущая ситуация, в которой они оказались, но он даже не моргнул глазом, когда большой пес ворвался в больничное крыло и превратился в человека, человека, который, вплоть до пару месяцев назад был самым разыскиваемым преступником Великобритании. Его основное внимание теперь переключилось на помощь Грейнджерам; как только они прекратили искусственное дыхание, Эмма развалилась на части и теперь лежала на кровати, ее утешали плачущие Дэн и Аманда.

Женщина могла потерять дочь, сына, внучку и трех нерожденных внуков, неудивительно, что она была в отчаянии, ведь сама беременность тоже не могла помочь. Они болтали до поздней ночи, поскольку сон был последним, о чем они думали, и были очарованы рассказами о волшебном мире, особенно о ролях, которые Поттеры играли в нем. Чарльз был большим сторонником альтернативной медицины, но, похоже, компания Stag Industries перенесла эту концепцию в совершенно другую вселенную.

Он посмотрел на своих сыновей, которые оба были в порядке и мирно спали на руках матери, получив очень легкое успокоительное, когда началась реальность. Чарльзу пришлось сесть, поскольку он понял, насколько им повезло и какую цену это может должны платить люди, лежащие на кровати. Он достал мобильный и, заметив, что он работает и принимает сигнал, позвонил матери и сообщил новости.

Минерва только что сделала невозможное: она аппарировала прямо в большой зал Хогвартса, хотя в тот момент он выглядел не так уж и великолепно. В комнате было темнее, чем она когда-либо видела, а потолок был пуст. Что, черт возьми, происходит?

Она направлялась в лазарет, но портрет не двигался, а факелы едва мерцали, день становился все хуже и хуже. Она вошла в палату, и ее взгляд сосредоточился на троице, занимавшей большую кровать, Минерва была у их постели, не зная, как она туда попала, они дышали и у них был пульс, как это возможно? Она посмотрела на свою лучшую подругу в поисках ответов и была недовольна, когда не получила их.

«Мне очень жаль, Мин, я понятия не имею, что, черт возьми, происходит, Дэн и Эмма работали над ними через несколько секунд после того, как проклятие подействовало, принц и Аманда помогли. Пока Добби и Винки впрыскивали в них магию, остальные были они дышали и поддерживали кровообращение.Когда приехала Джинни, она была подобна вихрю, она собрала маму и папу вместе, а затем творила магию, как ничто из того, что когда-либо видели.Когда Добби, Винки и Невилл отдали все, что у них было , Джинни продолжала идти и сейчас находится в том же состоянии, что и ее родители».

«И что это за штат?» — спросила взволнованная МакГонагалл.

«Минерва, ты знаешь, как и я, только один человек пережил это проклятие, и он лежит в этой постели со своей женой и дочерью». Ответила Поппи: «Это беспрецедентно, и все, что я могу сказать наверняка, это то, что они еще не умерли!»

«Вы хоть представляете, что случилось с замком? Меня заставят отправить учеников домой, каждый портрет застыл в закрытом положении, а камины не работают, ничего, что требует магии, не работает». Мысль о закрытии школы не была решением, к которому следует относиться легкомысленно, но она не видела другово выхода

Нервная Поппи попыталась ответить подруге: «Минерва, я знаю, это звучит странно, но мне показалось, что Хогвартс вложил свою магию в Джинни, чтобы она использовала ее родителей».

Минерва выглядела так, будто кто-то превратил луну в сыр и предложил ей кусок — невероятно.

От ее мыслей ее прервал принц: «Простите, директор, что вам нужно, чтобы ваша школа оставалась открытой?» — спросил он, доставая свой мобильный.

Уизли почти последними покинули трибуны, но пока все остальные медленно и бесшумно возвращались к замку, Молли подошла к полю. Артур стоял, склонив голову, больше из уважения к человеку, который, по его мнению, был Дамблдором, чем к тому, что лежало перед ними. Молли просто стояла, глядя на обезглавленное тело, прежде чем взорваться и несколько раз ударить труп ногой, концентрируясь на области паха и крича: БАСТАРД» во весь голос.

.Большой зал был забит толпой, поскольку там собрались все люди, присутствовавшие на дуэли, никто не пошел домой, и слухи с каждой минутой становились все более странными и дикими. В зале воцарилась тишина, когда вошла директриса, чтобы сделать объявление.

«Могу ли я обратить ваше внимание, сегодняшняя дуэль была не всем тем, чем она казалась. Братья Дамблдор похитили двух королевских принцев, которых они угрожали убить, если Гарри не проиграет дуэль Альбусу. Британские военные убили Эйба, а Винки спасла принцы, с которыми все в порядке и в настоящее время спят в лазарете. Альбус знал, что Гарри никогда не сможет допустить, чтобы что-то случилось с невинными детьми, и использовал отвлечение ожидаемого спасения, чтобы наложить смертельное проклятие на Гермиону, поскольку Поттеры связаны душами, это имело тот же эффект о Гарри».

Кроме плача людей, больше не было слышно ни звука, пока они, завороженные, слушали рассказ Минервы. Она знала, что молчание продлится недолго, и была права: «Гарри, Гермиона и Джинни Поттер в настоящее время без сознания и находятся в критическом состоянии в лазарете». Зал взорвался!

Столпотворение, бедлам и любое другое слово в словаре, указанное в разделе «хаос», даже близко не описывает условия в большом зале после заявления Минервы о том, что Поттеры не мертвы. Прошло более десяти минут, прежде чем какой-то порядок удалось восстановить, и то только потому, что Амелия и некоторые из ее авроров были там, чтобы помочь. Именно Амелия в конце концов задала вопрос, на который все хотели получить ответ: «Директор, как это возможно?»

Снова наступила тишина: «Мы не совсем уверены, но необходимо учитывать ряд факторов. Гермиона носила доспехи, подаренные нацией гоблинов, а также чрезвычайно мощное заклинание щита, и хотя это не остановило Мы можем предположить, что они уменьшили его силу. Кроме того, проклятие затронуло не только Гермиону, но и троих ее будущих детей, а также Гарри, что еще больше снизило его эффективность. Мистер и миссис Грейнджер оба занимаются медицинской деятельностью и провели немагическую процедуру. Разработанный, чтобы заставить тело дышать и поддерживать кровоток до тех пор, пока не будет оказана помощь. Помощь пришла в виде Джинни Поттер, которая не только излила свою магию на своих родителей, но и стала проводником, который позволил Добби, Винки и Невиллу Лонгботтомам также делать пожертвования. .Последние трое в настоящее время находятся без сознания и страдают от магического истощения, но, как ожидается, они выздоровеют через несколько дней».

Теперь настал момент, когда Минерва знала, что у них будут проблемы, у нее самой были проблемы с этим, и доказательства были прямо перед ней. «Даже этого было недостаточно, поэтому, похоже, Хогвартс решил протянуть руку помощи, замок лишен магии, потому что он, по-видимому, был связан с мисс Поттер и передавал все, что у него было, через нее, Гарри и Гермионе. Все трое в настоящее время находятся в коме. и мы могли бы только гадать, пытаясь предсказать, что произойдет дальше. Никаких исследований этого проклятия не проводилось, и если Поттеры не выздоровеют и не расскажут другую историю, это лучшее объяснение, которое у нас есть на данный момент "

Шок и трепет снова были главными эмоциями, присутствовавшими в большом зале, только на этот раз окно осталось закрытым, хотя стало довольно прохладно. Шотландское высокогорье потрясающе красиво по любым стандартам, но в январе на ум приходят слова «кровавый мороз».

Следующим голосом, услышанным, был Филиус: «Директор, что нам делать со школой? Ничего магического не сработает, и даже использование вашей палочки дает очень мало результатов, кажется, что замок просто впитывает магию, как губка».

«Нам предложили помощь, и я согласился»

Минерву снова засыпали вопросами, когда странный шум снаружи заставил зал снова погрузиться в тишину. Каждый ученик, выросший в немагическом мире, узнавал этот звук, но не мог понять, что он здесь делает. Есть некоторые звуки, которые невозможно перепутать, и полет вертолета определенно является одним из них.

Когда вы только что спасли жизни двух королевских принцев и просите о помощи, вероятность того, что ответ будет положительным, выше. Под массивным двухмоторным корпусом «Чинука» висел большой генератор, который опускали во двор рядом с главным входом. Теперь все были снаружи, наблюдая за этим чудом техники и человека, пока оно манипулировало своим грузом именно туда, где это было необходимо. Даже те, кто вырос за пределами волшебного мира, испытывали трепет, увидев эту великолепную машину вблизи и лично.

Второй «Чинук» уже приземлился на поле для квидитча, и его в рекордно короткие сроки выгрузила команда эльфов в гламурных доспехах. Они несли все, что им давали, пока не доберутся до трибуны, где аппарируют прямо в большой зал. Когда первый из них взлетел, его родственный корабль приземлился и снова был разгружен быстрее, чем считалось возможным для человека.

Генератор был быстро подключен, и вскоре в большом зале появилось освещение, отопление и несколько рядов микроволновых печей, которые уже начали использоваться. Вся операция представляла собой мастер-класс по немагическим исследованиям и чертовски поразила всех в замке своей командной работой и эффективностью; они быстро решили проблему, на которую у магии не было ответа.

Майор Дэвис и его команда улетели на первом вертолете, а принц и принцесса Уэльские забрали своих детей и улетели на втором, поблагодарив всех за помощь и оставив свой номер, поскольку они отчаянно пытались узнать судьбу Поттеров. Об этом не нужно было говорить, но если бы им что-то потребовалось, Чарльз был бы более чем готов помочь.

Большой зал был разделен на небольшую зону отдыха/обеденную зону, а остальную часть пространства занимали раскладные койки со спальными мешками, предоставленными военными. Две новые общие комнаты находились рядом и не были защищены портретом. используется для сна.

Когда Минерва почувствовала, что сделала все, что могла, лазарет поманил ее. Здесь было так же спокойно, как и в остальной части замка; люди просто сидели и тихо болтали, ожидая новостей. Дэн сидел, обняв одной рукой жену, а другой — мать, все трое явно плакали. Ремус и Сириус то сидели здесь, то помогали в замке, в то время как другие близкие друзья тихо входили и выходили.

Молли и Артур приехали, они сидели молча около получаса, прежде чем Молли встала и нежно поцеловала троих в макушки, прежде чем уйти, крепко сжимая руку Артура в своей.

Августа какое-то время сидела с Невиллом, Поппи сказала ей, что ему ничего не угрожает, и что Джинни пришлось вынудить его уйти, прежде чем он многое дал, ее внук вырос лучшим из молодых людей, и все это было связано с троица лежит без сознания на другой кровати. У патриарха Лонгботтома возникла идея, и он отправился навестить Амелию Боунс.

Эльфы содержали камин в лазарете, хорошо наполненный топливом, а свечи обеспечивали мягкий свет. Каждый эльф знал, кто завоевал им свободу и стал причиной смерти Дилана и Фреды; если бы Добби не разобрался с Дамблдором, там была бы очень длинная очередь эльфов, желающих получить эту работу. Какой бы план ни был у сумасшедшего волшебника, его последний день на этой земле наверняка был решен, как только его проклятие поразило леди Гриффиндор. Оба тела Дамблдора были помещены эльфами недалеко от гнезда Акромантула в Запретном лесу. Среди эльфов была некоторая мысль сохранить голову как символ того, что происходит, когда вы связываетесь с Поттерами, но, поскольку сотни людей видели это событие вживую, было сочтено, что это ненужно, поэтому гигантские пауки тоже это поняли, приятного аппетита!

В замке были сотни людей, которые хотели засвидетельствовать свое почтение Поттерам, но не знали их достаточно хорошо, чтобы посетить их больничную койку, Августа решила проблему. Пространство возле лазарета было оцеплено и предоставлено несколько мест, в углу стоял стол, на котором была установлена ​​большая книга, которая стала известна как «книга надежды».

Посетители спокойно сидели, размышляя о том, какое влияние Поттеры привнесли в их жизнь, а затем писали сообщение в книге. В волшебном мире не было ни одного человека, чью жизнь не затронул хотя бы один из Поттеров, и все надеялись, что их будет еще больше.

По мере того как новости распространялись, ведьмы и волшебники со всего мира съезжались в Хогвартс, часами стояли в очереди, а затем сидели в тихом созерцании, прежде чем оставить сообщение в книге. Цветы, открытки и даже маленькие детские рисунки начали оставлять в знак признательности, Оливер Вуд оставил свое ценное имущество, свой значок капитана по квиддичу, а остальная часть команды последовала его примеру, выложив футболки своей команды в строю, оставив только позицию искателя. ждет заполнения,

Грег Гойл оставил зелено-белый шарф Слизерина с гербом Поттера, а Колин Криви оставил фотографии Гарри, Гермионы и прекрасной Джинни, танцующих с Невиллом на Святочном балу.

Ко вторнику Добби, Винки и Невилл выздоровели, хотя и не настолько, чтобы Поппи могла освободить их от своей опеки, в то время как Гарри, Гермиона и Джинни не обращали внимания на изменения, происходящие вокруг них.

Минерва совершенно не знала, что делать дальше, в замке по-прежнему не действовало ничего магического, и каждый день появлялись сотни новых людей. Все вели себя вежливо и уважительно, и Минерва знала, что не сможет закрыть школу. Когда вы записали факты на бумаге, закрытие школы было единственным доступным практичным и разумным вариантом. К счастью, жизнь не жила на бумаге, и пока она наблюдала за взаимодействием сотрудников и учеников, сообщество Хогвартса реформировалось по разным направлениям. Ни статус крови, верность дому, ни положение в обществе, казалось, не имели значения, поскольку все границы рушились.

Аманда Флинт помогала раздавать еду, когда она сделала открытие, изменившее их жизнь: чистокровным действительно нравились готовые блюда, поставляемые военными, и они не могли насытиться «курицей тикка масала», «кисло-сладкой свининой» и «ужином из индейки». и это лишь некоторые из них: разнообразие казалось бесконечным — именно здесь и родился ресторан быстрого питания Flint's Fast Food.

Гарри находился в ярко-белом месте, без стен, потолка или предметов, просто ослепительно-белое, куда бы он ни посмотрел. Он позвонил Гермионе по поводу их связи и испытал такое облегчение, когда она ответила, сказав ей оставаться на месте, что немедленно подскочил к ней. Окружающая среда Гермионы состояла из бледно-голубого цвета, по крайней мере, того, что он видел до того, как его зрение ухудшилось из-за того, что его замечательная жена пыталась отсосать ему лицо и одновременно сломать ребра. Разве это был рай?

Они понятия не имели, как долго целовались, когда почувствовали, как активируется портключ Джинни, и их дочь набросилась на них. После дальнейших объятий и поцелуев Джинни рассказала свою историю о том, как она здесь оказалась, и попыталась закончить шутку, но Гарри был недоволен. «Итак, я не мог видеть ничего, кроме ярко-оранжевого цвета, поэтому я попробовал свой пароль портключа. Папа, когда ты что-то делаешь, ты действительно что-то делаешь — это работает даже здесь!»

«Почему ты пожертвовал собой, пытаясь спасти нас? Я думал, мы говорили о том, чтобы думать, прежде чем действовать?» — спросил сердитый Гарри Поттер.

«Я думал, я думал, что сделал бы человек, напавший на Василиска, или человек, нарушивший законы времени, чтобы спасти Сириуса, что бы сделал ты?»

Гарри крепко обнял дочь: «Наверное, точно так же, как и ты, но как насчет Невилла?»

Плачущая Джинни ответила: «Я так его люблю, но я не могла позволить ему пожертвовать своей жизнью ради нас. Я знаю, что он возненавидит меня за это, но, по крайней мере, он жив, чтобы сделать это».

Гермиона снова обняла ее: «Я всегда знала, что получать от отца управление гневом — плохая идея, вы двое слишком похожи. Тебе действительно приходилось кричать на всех этих людей?»

«Да, мам, извини, если я разочаровал тебя, папа, но я просто пытался спасти вас обоих, я знал об опасностях и добровольно пошел на риск. Я сделал это, чтобы спасти Невилла, когда мы едва знали друг друга, с чего бы это ты удивишься, что я отдал свою жизнь, пытаясь спасти твою».

Они все сели на пол, а Гарри притянул своих девочек к себе: «Джинни, ты никогда не сможешь меня разочаровать, оставаясь собой, что ты и сделала. Тот факт, что и меч, и замок признали тебя нашей дочерью, означает, что не только ты Поттер, но еще и гриффиндорец. Ты не мог поступить иначе, и мы так тобой гордимся».

«По крайней мере, мы все здесь вместе, где бы это ни было?» — сказала Гермиона, когда они легли отдохнуть. Светло-синий стал темно-синим, который сменился на темно-фиолетовый, а затем стал черным.

Был вечер пятницы, и Эмма сидела возле кровати, где в подвешенном состоянии лежали трое членов ее семьи, и она никогда не чувствовала себя такой беспомощной. В углу палаты стоял сгоревший портативный ультразвуковой аппарат, который Юэн Аберкромби принес, чтобы посмотреть, смогут ли они получить какую-либо информацию о тройняшках. Сначала они опробовали машину на Эмме, чтобы убедиться, что она будет работать в теперь уже лишенной магии атмосфере замка, и она работала безупречно. Когда они опробовали это на бессознательной фигуре ее дочери, машина взорвалась, а затем загорелась, не было никаких объяснений этому явлению, но опять же не было никакого реального объяснения того, почему они все еще были живы. .

Эмма была уверена, что первые слова Гермионы, если она придет в сознание, будут о ее детях, и ей не хотелось бы, чтобы она не получила ответа. Эмма оказалась удивительно точной, когда она посмотрела в теперь открытые глаза дочери и впервые услышала ее голос. с воскресенья.

«Мама, как мои малыши?» — прохрипела Гермиона.

Когда новость о том, что Поттеры проснулись, пронеслась по замку, излияние положительных эмоций вызвало достаточно энергии, чтобы перезагрузить Хогвартс, она была далеко не на полной мощности, но критически важные системы, такие как отопление, освещение, лестницы и портреты, начали возвращаться в работу. . Школа могла снова функционировать, пока ее магический уровень медленно восстанавливался. Положительная энергия, которую создавал новый режим обучения, должна была сохраняться в течение нескольких месяцев, прежде чем великая старушка, которой была Хогвартс, снова вернулась в розовое.

была Хогвартс, снова вернулась в розовое.

-ооооо-

Заголовок «Ежедневного Пророка»

Potters Live — любовь снова спасает день?

от Роуз Паркинсон

Одна из наиболее распространенных теорий о том, как ребенок ГарриПоттер жил той ночью, заключается в том, что жертва его матери дала ему защиту, основанную на любви, которая отразила проклятие обратно на Тома Риддла, и этот репортер убежден, что сила любви снова одержала победу в битве. против этого самого злого проклятия.

Как ответственная газета, в нашу задачу не входит указывать нашим читателям, во что верить, а скорее сообщать факты и позволять вам формировать собственное мнение, поэтому ниже приведены неоспоримые факты в данном случае, подтверждающие мое предыдущее заявление о убеждениях.

Любовь нации, которая подарила Гермионе Поттер лучшие доспехи, которые только может предоставить наш мир.

Любовь мужа, который подарил своей жене ожерелье с сильнейшими чарами-щитами, когда-либо виденными в волшебном мире.

Любовь эльфов, которые перевезли Поттеров и Грейнджеров в лазарет через несколько секунд после наложения проклятия.

Любовь родителей, отказывающихся смириться с неизбежным, буквально дышала за своих детей, давя на их грудь, чтобы кровь циркулировала.

Любовь дочери, которая была готова пожертвовать собственной жизнью в надежде спасти своих родителей.

Любовь друзей, которые отдавали свое волшебство, пока не упадут от изнеможения.

Наконец, что еще более странно, любовь к идее Хогвартса, где ценятся знания и где магии обучают всех, кто способен ее реализовать.

Тот факт, что замок был практически мертв после наложения проклятия и «проснулся» только тогда, когда это сделали Поттеры, снова является неоспоримым фактом.

Поттеры выздоравливают в лазарете Хогвартса, но почему-то никакими способами не удается получить информацию о состоянии тройни, которую вынашивает Гермиона. Ничто не указывает на то, что с младенцами все в порядке, и только время покажет, как это разрешится.

Кэрол Бернс сидела в автобусе и пережила то, что стало известно как «момент Поттера», пока она размышляла о том, какое влияние оказал на ее жизнь бывший объект их мучений, Гермиона буквально спасла его.

Клиника Лили Поттер была больше похожа на высококлассный отель, чем на больницу, и лечение было мирового класса. Кэрол знала, что не было никакой надежды, что ее семья могла бы позволить своей «маленькой девочке» поступить сюда, тем более пусть ее мать тоже останется. С девочками Бернс обращались как с принцессами, а Кэрол вылечили от болезни, которая должна была унести ее жизнь.

Ее возвращение в школу оказалось не таким, как она ожидала, ее «друзья» были рады ее видеть, но Кэрол чувствовала себя неспособной участвовать в их обычных сплетнях, которые, по сути, представляли собой убийство персонажа, произнесенное достаточно громко, чтобы цель могла его услышать. Кэрол уже чувствовала себя недостойной драгоценного подарка, который ей подарила Гермиона, и поклялась, что не отплатит ей тем, что немедленно вернется к своим старым привычкам.

Это изменение вскоре было подхвачено, и первые насмешки вскоре были направлены в ее сторону, ну, все знали, что она носит парик, так что это была легкая мишень. Когда она вернулась домой, Кэрол задалась вопросом, как Гермиона справилась с этим и решила лишить их власти над ней. Она пошла в школу без парика, и несколько человек отметили, что ее короткие светлые волосы были красивыми.

Когда Гермиона пригласила ее в их островной дом на Пасху, Кэрол предположила, что это именно то, что люди говорят на праздниках: «О, ты должна прийти к нам домой». Когда две недели назад они получили письмо о встрече с мисс Блэк, Кэрол была шокирована, и Тина внезапно снова стала ее лучшей подругой после того, как практически игнорировала ее в течение нескольких недель.

Отец Тины, очевидно, знал Грейнджеров и безуспешно пытался получить приглашение на поле для гольфа; они планировали использовать это как возможность пригласить себя.

Приключение Тины Эллиот закончилось, не успев начаться, и Кэрол пришлось закусить губу, иначе она бы рассмеялась до упаду, глядя на то, как мисс Блэк выкачала воздух из напыщенного придурка, который был отцом Тины. Он утверждал, что недоволен тем, что его дочь-подросток осталась без сопровождения на частном острове какого-то неизвестного лорда.

Мисс Блэк просто сказала «ОК» и повернулась к Кэрол: «Леди Гермиона подготовилась к такому повороту событий, вместо того, чтобы вы путешествовали и отдыхали в одиночестве, лорд и леди Гриффиндор хотели бы распространить свое приглашение на всю семью Бернсов».

Кэрол лишь взглянула на маму и папу, прежде чем ответить: «Пожалуйста, поблагодарите Гарри и Гермиону от нас и скажите, что мы будем рады принять».

Тина была готова к тому, что ее отец стоил ей отпуска на всю жизнь, и, что еще хуже, Кэрол все равно собиралась ехать. Эллиоты вылетели, оставив теперь уже улыбающуюся Нарциссу с Бернсами: «Извините, но родители Гермионы думали, что он может попробовать что-то подобное, и мне приказано, что наша семья ни за что не захочет мириться с ними в течение недели. Теперь мы На острове очень неформально: шорты без рукавов и шорты носят только тогда, когда нет купальных костюмов». Роберт Бернс взглянул на жену и дочь, у всех была одна и та же мысль: мальчики будут на седьмом небе от счастья.

«Теперь, к сожалению, у нас есть официальное мероприятие, о котором мне пока не разрешено говорить, но наш портной приедет к вам домой и снимет мерки, посмотрит цвета, ткани, стили и все, что вы выберете, будет ждать, когда вы доберетесь до острова».

Кэрол просто сидела и находила все это сюрреалистичным, а ее мать спросила: «Нам нужно что-нибудь взять с собой?»

«Просто приходите в аэропорт с паспортами и помните о своих бикини, солнце может быть очень жарким, поэтому у нас есть свои собственные средства по уходу за кожей, мы собираемся просто провести неделю развлечений на пляже, хорошей еды и еще лучшей компании. . Там будет много поля для гольфа для всех, кто играет, и я знаю, что планируется поездка за покупками на один из близлежащих островов. Все жители острова будут там, чтобы хорошо отдохнуть».

Мальчики, конечно, были взволнованы, но к тому времени, когда они добрались до аэропорта, Джеймс отскакивал от стен, Гипер даже не стала описывать своего младшего брата, но вскоре к нему присоединились остальные члены семьи, когда они обнаружили, что частный самолет был атакован. устроил для них и гостей Грейнджеров. Джеймс никогда раньше не летал; Джош и она были намного моложе, поэтому сказать, что это был опыт, можно было бы легко квалифицировать как преуменьшение года.

Она выглянула в окно автобуса, когда он въезжал в гавань, и там, прямо перед ней, было самое прекрасное, что она когда-либо видела — «Первый поцелуй».

С мостика группе махали мисс Блэк и двое людей, которые могли быть только Грейнджерами. Кэрол волновалась, что у нее недостаточно пленок для камеры, она уже знала, что Тина позеленеет от зависти, она не могла Мне не терпится показать ей фотографии, а они еще даже не добрались до острова.

Они отчалили, и после короткой экскурсии по «Первому поцелую» все собрались на главной солнечной палубе с бокалом чего-то прохладного и освежающего в руках, Нарцисса обратилась к взволнованным гостям праздника.

«Еще раз всем привет и извините за атмосферу таинственности, но у нас есть несколько особых гостей, которые останутся на острове на следующие четыре дня, и нам нужно установить некоторые основные правила».

«Эй, Дэн, у тебя остались члены королевской семьи?» он смеялся над своей шуткой, пока не заметил ухмылку обоих Грейнджеров: «Королевская семья? Ты серьезно?»

Эмма просто не смогла устоять перед этим: «Нет, Сириус — это лорд Блэк, крестный отец Гарри. На самом деле с нами остаются королева и принц Филипп, принц Чарльз и принцесса Диана, а также принцы Уильям и Гарри».

Не было слышно плевков напитков, ударов подбородками об пол или вылезающих глаз, они все были в шоке от этого. Нарцисса продолжила: «Через пару дней состоится церемония, на которой определенные люди получат награды за заслуги перед короной. Не так ли, сэр Дэниел?»

Дэн и Эмма не были глупыми, и они не общались с глупыми людьми, один из их друзей сложил два и два, и у них получилось четыре. «О боже мой! Это был ты?»

Как и в случае с нападением на церковь, информация о похищении двух принцев всегда могла просочиться в газеты, и дворец был вынужден сделать заявление, в котором говорилось, что принцы были спасены объединенными силами армии и частной компании. Люди, совершившие похищение, были мертвы, некоторые сотрудники компании получили ранения, но все надеялись, что они полностью выздоровеют. Пресса нашла Stag Industries и пошла дальше.

Что ты знаешь о «Стэг Индастриз»? Дэн увидел, как глаза-калькуляторы его друга Джейка включились на полную мощность.

«На самом деле, довольно много, поскольку мы с Эммой состоим в совете директоров. Это частная компания, задуманная и принадлежащая Гарри, так что денег на нее нет, Джейк, но у детей сейчас короткие запалы, и мы все волнуемся. о тройняшках. Так что самый быстрый способ выкинуть свою задницу с острова — попытаться раздражать их финансовыми сделками».

«Всем нужно больше денег», — сказал Джейк, повторяя девиз, которым он жил.

У Эммы перехватило дыхание: «Джейк, эта яхта была моим рождественским подарком от детей, у Дэна есть собственное поле для гольфа, и мы собираемся в их частный островной дом, где остановилась королевская семья. Поверьте мне, когда я говорю, что они не причинять вреда за деньги».

Жена Джейка схватила его за руку: «Не волнуйся, Эмма, если Джейк упустит мой шанс встретиться с королевой, он будет спать на диване до следующей Пасхи».

«Члены королевской семьи остановятся в гостевом доме, пока все остальные в главном доме, возможно, вам придется ночевать на несколько дней, так как все хотят присутствовать на церемонии, поэтому нам немного людно», когда Нарцисса закончила говорить, они пришли в себя. остров и мог видеть дом, а на пляже тоже была вечеринка в самом разгаре.

Гарри сидел за завтраком, зная, что сегодня прибудут их немагические гости, и желая, чтобы эта церемония просто прошла. Он предполагал, что им есть за что быть благодарными, но неуверенность в отношении тройни нависла над Поттерами, как черная туча. С тех пор, как они проснулись после дуэли, им обоим стало все труднее сосредоточиться на чем-то еще, они оба были вне себя от радости, что принцы не пострадали, но мысль о том, что с их собственными детьми что-то не так, преследовала их каждый момент бодрствования, а также их сны.

Портрет Годрика подозревал, что Хогвартс сам узнал своих наследников и окружил их защитным щитом, но поскольку замок еще не восстановился достаточно, чтобы иметь возможность общаться с Годриком, на данный момент это было чистой догадкой. Портрет подсчитал, что пройдет еще как минимум три недели, прежде чем Хогвартс станет достаточно сильным, чтобы, можно надеяться, успокоить их разум.

Гоблинам пришлось поставить охрану вокруг школы, поскольку Хогвартс сможет хотя бы попытаться это сделать не раньше сентября. И хорошо, что немагические СМИ напечатали, что принцев спасли в эксклюзивной школе в шотландских высокогорьях, и они их обнюхивали. Замок теперь выглядел как древние руины с принуждающими чарами, заставляющими немагических людей проходить мимо. Гоблины сделали жетоны, которые можно было раздавать немагическим существам по мере необходимости .

Пока Поттеры были без сознания, Пророк рассказывал историю о двуличии Дамблдора, и картина некогда великого волшебника, бросающего самое ненавистное проклятие на беременную женщину в аудитории, была одновременно отвратительной и в то же время странно захватывающей. Выражение достижения на его лице сбило с толку как читателей, так и всех присутствующих, комментарии Джинни задели глубоко, но, конечно, они не были настолько плохими, что Дамблдор думал, что он может совершить убийство и избежать наказания за это, не так ли? Эта мысль больше, чем что-либо другое, начала менять мнение людей, оглядывающихся назад на то, чего Дамблдор и до него Волан-де-Морт достигли с очень небольшим сопротивлением.

Тот факт, что эльф расправился с Дамблдором с такой легкостью, словно он был просто еще одним куском грязного белья, о котором нужно было позаботиться, пугал волшебную публику, пока Пророк не опубликовал дополнительную статью, в которой была упомянута новая деревня Эльвинов. Там также были интервью с волшебниками, восхваляющими их работу, и эльфами, которые были в восторге от того, что теперь они могут выбирать, какой вид работы им нравится. Эльфы представляли себя трудолюбивой, преданной своему делу, незлопамятной и ориентированной на семью расой, чья преданность Поттерам не знала границ. Посыл в истории был очень ясен: оставьте их в покое, и все выиграют, связывайтесь с ними, и вы пожалеете, и только идиот нападет на Поттера.

На завтраке было многолюдно, так как там были все дети домашних гончаров вместе с Парвати и Лавандой, а также большая часть сотрудников Хогвартса, которым пришлось ночевать на «Первом поцелуе» — никаких трудностей.

Все старались изо всех сил, чтобы Хогвартс снова заработал, и все с нетерпением ждали заслуженного перерыва. Изначально они все пришли за гостями Дэна и Эммы, но церемония награждения, за которой последовала вечеринка, означала, что они все хотели быть здесь ради этого. и у Гарри не хватило духу сказать «нет». Всем троим Поттерам приходилось постоянно отказывать студентам, отчаянно нуждавшимся в приглашении, хотя Сьюзен и Ханна вскоре прибыли вместе с Амелией.

Амелия Боунс воспользовалась моментом и начала проводить реформы и реструктуризацию в министерстве. Департаменты теперь были более тесно связаны, а магглорожденный возглавлял расширенный отдел немагических связей. Оно поглотило старый отдел Артура Уизли «Управление по неправомерному использованию маггловских артефактов» и имело гораздо более широкие полномочия; использование слова «магл» теперь активно осуждалось. Революция, начавшаяся в Хогвартсе, фактически достигла Министерства .

Гарри и Гермионе нравилось, когда их друзья были дома, но сейчас они были не в настроении, но оно быстро изменилось, когда самый сильный импульс эмоций, который Гарри когда-либо чувствовал, пронзил его сквозь их связь, заставив его затаить дыхание. Он посмотрел на свою жену, у которой была самая широкая улыбка, которую он видел за последние несколько месяцев. Она произнесла три слова, которые подняли настроение каждого в стратосферу: «Наш ребенок пинался!»

За облегчением быстро последовал восторг, когда Гарри поднял жену, несколько раз развернул ее, прежде чем прыгнуть в бассейн, все еще держа ее на руках. Гермиона даже не сломала замок губ, который она держала на муже, когда они ударились о воду. воды, ничто не могло ее расстроить сегодня. Потребовалось несколько секунд, чтобы бассейн наполнился празднующими людьми, и даже Аманда Грейнджер прыгнула, чтобы обнять своих внуков. Филиус сидел с двумя плачущими ведьмами, а Поппи и Минерва плакали от радости, обе женщины чувствовали, что подвели Поттеров, и вид их снова по-настоящему счастливых заставил двух сильных ведьм беспомощно плакать и не заботиться о том, кто их видел.

Группа покидала «Первый поцелуй», когда они заметили Гарри и Гермиону, спешащих к ним. Подпрыгивание их шагов и улыбки на их лицах сказали Дэну и Эмме, что они не принесли плохих новостей. Когда Эмма услышала, что ребенок пинается, она держалась за своих детей и плакала от облегчения, поэтому задача Дэна заключалась в том, чтобы объяснить, что это значит.

«Когда мы спасли принцев, эти двое были серьезно ранены, и у них остался побочный эффект: не удалось сделать сканирование Гермионы. Сегодняшний удар — первый положительный знак того, что все будет хорошо. Как вы можете себе представить, мы почувствовал облегчение, и я думаю, именно это и стало причиной вечеринки на пляже».

Взрослые направились к дому, пока Гарри и Гермиона отвели троих детей Бернсов на пляж, Гермиона и Кэрол обсуждали, как у них дела, пока Гарри организовывал турнир на автомате для видеоигр на сегодняшний вечер после ужина.

Джинни и Невилл пришли первыми, и когда Гермиона представила рыжую голову своей дочери Кэрол, она просто спросила: «Когда ты сказал, что усыновил дочь, я как бы подумал, что ты имел в виду кого-то моложе Джеймса».

«Ты будешь жить в одной комнате с Джинни, так как у нас сейчас довольно тесно, и мальчики будут с Невиллом», — сказала Гермиона.

Когда все были знакомы с новичками, Панси смотрела на Джеймса и ей пришла в голову идея растопить лед, она опустилась на колени перед семилетним ребенком и сказала: «Извините, добрый сэр, мне нужно пойти на танцы. два дня и не с кем пойти. Не согласится ли самый милый мальчик на острове быть моим свиданием на этот вечер?» она подмигнула мальчику, чтобы показать, что она несерьезна.

«Если будет мороженое, я бы с удовольствием пошел с тобой». Джеймс ответил, заставив всех рассмеяться.

«О, спасибо, добрый сэр», сказала она, обнимая его, «Кэрол, ваш младший брат будет сердцеедом, и Джош тоже не выглядит так уж плохо, как только мы заставим его немного расслабиться».

Грег был готов: «Извините, мисс Бернс, но не окажете ли вы мне честь сопровождать меня на вечеринку?» она посмотрела на Гермиону, которая лишь улыбнулась, прежде чем Грег ответил на ее незаданный вопрос: «Все на этом острове — друзья или родственники Гарри и Гермионы, это самое безопасное место в мире, и ко всем относятся с величайшим уважением».

Ответ Кэрол: «С удовольствием!» получила поцелуй тыльной стороны руки, что, в свою очередь, вызвало громкое «УРА!» от Джеймса.

Гарри было трудно поверить, что это был тот самый мальчик, который преследовал Драко, словно безмозглая мышца. Если они смогли так успешно изменить Крэбба и Гойла, то остальному миру было бы легко!

Джош смотрел на других девушек, не зная, что сказать дальше, когда две сестры Забини взяли каждую за руку и сказали: «Не волнуйтесь, мы все вас разделим». Это имело противоположный эффект, поскольку Джош теперь очень волновался.

К тому времени, когда они все вернулись в дом, им всем было комфортно друг с другом, и им было весело, просто будучи детьми. Гарри и Гермиона пошли прилечь, поскольку напряжение последних нескольких месяцев начало сказываться на них, их нужно было разбудить к ужину.

Джинни и Кэрол пошли в свою комнату, где вид на балкон в сочетании с самым красивым платьем, которое она когда-либо видела, просто сидя там и ожидая ее одобрения, оказался слишком большим, и она разрыдалась.

Джинни утешала плачущую девушку, пытаясь выяснить, в чем дело.

«Гермиона была так добра ко мне, ко всей моей семье, и я этого не заслуживаю. Мы ужасно обращались с ней всю школу, потом она стала прекрасным рождественским ангелом и спасла мне жизнь, теперь я иду на бал. одета лучше, чем Золушка, и там действительно будут настоящие принцы — я действительно ничего этого не заслуживаю».

Джинни заставила Кэрол посмотреть на нее: «Я точно знаю, что ты чувствуешь, я не могу сказать тебе всего, но мои старые родители украли у Гарри много денег и заключили незаконное соглашение, по которому мы с Гарри собирались быть вместе». накачали наркотиками, чтобы иметь детей. Когда Гарри и Гермиона собрались вместе, один из моих братьев, их лучший друг, пытался убить Гермиону, но Гарри ударил его слишком сильно, и Рон умер. Мои родители были в тюрьме, а мой брат лежал мертвым, я думал, что моя жизнь закончилось, но эти двое поверили мне, когда я сказал, что понятия не имею, что происходит, и продержали меня в самую худшую ночь в моей жизни. Когда мы проснулись, Гарри сказал мне, что он знает, что я люблю его, но так будет всегда. Гермиона для него. Он сказал, что должность миссис Поттер больше не доступна, но спросил, соглашусь ли я на мисс?"

Кэрол подумала, что эта история невероятна, но затем вспомнила свои собственные встречи с Поттерами: да, она могла поверить этой девушке.

Джинни продолжила: «Гермиона была моей лучшей подругой, теперь она моя мама, и я очень счастлива. Помимо гостей Дэна и Эммы, Гарри и Гермиона повлияли на жизнь всех на этом острове, и в каждом случае эти изменения были ошеломляющими. позитивный».

На лице Кэрол было задумчивое выражение: «Как я могу отплатить им?»

Джинни улыбнулась воспоминанию, которое пришло мне в голову: «Я сказала папе, что изменюсь, чтобы попытаться быть их достойной, а он сказал мне нет, он хотел, чтобы я была Джинни Поттер. Поэтому моя миссия в жизни — быть лучшей Джинни Поттер. может быть, оставаясь верным себе».

Кэрол думала, что она понимает: будь лучшим, кем ты можешь быть, не решая стать хирургом, даже если ты падаешь в обморок при виде крови. Она отвлеклась, когда Джинни настояла на том, чтобы она примерила новое платье. «О, это тебе очень идет, Грег просто взорвётся, когда увидит тебя в этом».

Нервный взгляд Кэрол рассеялся после следующего комментария Джинни: «Он будет держать тебя за руку, танцевать с тобой всю ночь, обращаться с тобой как с леди, и самое большее, на что он будет надеяться, это поцелуй на ночь, даже тогда это все равно будет твой выбор. Папа страстно верит, что это всегда выбор женщины, поэтому на тебя никогда не будет давить мальчик из дома, Поттер. Никто не хочет разочаровывать маму и папу, даже не стоит об этом думать.

Кэрол стояла, глядя в зеркало в полный рост, не в силах выбросить из головы мысли о Золушке, совершенно не подозревая, что молодая девушка рядом с ней вполне способна преобразить карету и лошадей по такому случаю.

После чудесного ужина Сириус наблюдал, как «дети» играли в какую-то видеоигру, от которой все смеялись. Утренние новости стали большим облегчением для всех, отсюда и количество людей в бассейне. Ему было приятно наблюдать, как они просто веселятся и отдыхают со своими друзьями, а спасение мира можно было на некоторое время отложить на второй план.

Рядом с ним, как обычно, сидела Роуз Паркинсон, и Сириус знал, что ему скоро придется с ней поговорить. Двенадцать лет в Азкабане могут подорвать чью-либо уверенность и чувство собственного достоинства, Сириус знал, что это не будет интрижкой, Роуз была не такой ведьмой, и если бы она была заинтересована в нем, то он был бы дурак, что отпустил ее. Он пытался не обращать внимания на тот факт, что был по уши влюблен в нее, и с треском провалился. Его отношения с ее дочерьми были очень хорошими, и обе девушки, похоже, были заинтересованы в браке, Сириусу оставалось только набраться смелости и спросить даму, как она к нему относится. Легче сказать, чем сделать!

Ремус и Тонкс также медленно строили свои отношения. Ремус попросил ее присутствовать при его последней трансформации, поэтому она сидела с Сириусом, пока Ремус переживал свою «маленькую пушистую проблему» в клетке, и плакала от того, насколько болезненно это выглядело. Даже приняв зелье волчьего отравы, Ремус настоял на использовании клетки, больше для собственного спокойствия, чем для чего-либо еще. Тонкс погладила волка по голове, прежде чем уйти в свою комнату на ночь. Она видела его в лучшем виде, а теперь в худшем, и, по ее мнению, хорошее намного перевешивало плохое.

Принцы присоединились к ним на пляже в течение следующих нескольких дней, без папарацци, без незнакомцев и группы людей вокруг них, которые могли надрать кому угодно задницу. У них была редкая привилегия просто быть детьми и возиться со всеми остальными.

Дэн попросил Гарри сыграть партию в гольф; Джейк до сих пор выигрывал все раунды и становился своего рода засранцем. На самом деле за этим было весело наблюдать: каждый раз, когда Джейк наносил хороший удар, удар Гарри был лучше, и по ходу раунда он все больше злился. В то время как разочарование Джейка росло, Гарри начал применять немного больше магии, и его противник, казалось, обнаружил все опасности, оставшиеся на поле. Джейк больше не будет хвастаться до конца праздника, поскольку его избивали львиные дубинки, чему в значительной степени способствовала какая-то беспалочковая магия.

Дурсли переехали, чтобы предоставить королеве гостевой дом, и в настоящее время проживали в поместье Поттеров. Они подключились к церемонии и танцам. В настоящее время они шли мимо бассейна, через сад и к гигантскому шатру, воздвигнутому там специально для этого мероприятия.

Королева награждала каждого члена группы Королевским Викторианским орденом в знак признания заслуг перед королевской семьей. Это личная награда за заслуги, выполненные от ее имени, и не требует участия правительства. Рагнок, как лидер нации, отложил награду Грипхуку за охрану королевских дворцов, Грипхук теперь был кавалером Королевского Викторианского ордена.

Дэн и Добби стали кавалерами Большого креста Королевского Викторианского ордена; Эмма и Аманда предупредили сэра Дэниела Грейнджера, что он не откажется от этого предложения.

Винки и Джинни теперь стали дамами Большого креста Королевского Викторианского ордена, маленькая рыжеволосая ведьма за такой короткий промежуток времени прошла путь от бедной маленькой Джиневры Молли Уизли до дамы Джинни Поттер (GCVO), директора Stag Industries.

Гарри и Гермиона остались лордом и леди Гриффиндора, но теперь после их титулов значилось GCVO. Королеве не потребовался ее церемониальный меч для вручения Королевских Викторианских орденов, но, услышав, как похититель ее внуков встретил свой конец, она спросила Гарри, могут ли они использовать тот же меч для церемонии. Ирония в том, что немагическая королева посвятила эльфа в рыцари с помощью гоблинского меча, вызвала улыбку на лице Гарри, когда он подумал о сэре Добби Поттере (GCVO), который соответствует новому девизу семьи: «Поттеры не поступают нормально».

Неоднократные удары малышей настолько улучшили настроение Гарри, что он пригласил на церемонию и вечеринку весь клан Уизли, со строгим пониманием того, что близнецы будут держаться под контролем. Молли сейчас плакала от радости, но она была не одна: среди плачущих гостей были Эмма, Аманда и даже тетя Петуния.

Когда люди портировались на «Первый поцелуй», это спасало их немагических гостей от сердечного приступа при виде людей, появляющихся в холле. Гермиона задавалась вопросом, остались ли в Британии эльфы, поскольку все они, казалось, были здесь, используя гламур, как и гоблины, чтобы поддержать каждого, кто получил свои награды.

Первым инстинктом Гарри было отказаться от награды, пока его жена не указала, что это личный подарок королевы от бабушки, которая была очень рада видеть своего внука в целости и сохранности. Теперь, когда все ее внуки ходили с портключами, которые могли доставить их в безопасную комнату Букингемского дворца, она чувствовала себя лучше, чем когда-либо. Точка зрения бабушки опровергла все его аргументы, и он любезно согласился.

Члены королевской семьи даже остались на вечеринке, и принцам было разрешено остаться до конца, а Добби и Винки пообещали проводить их домой.

Кэрол Бёрнс вошла в комнату, которую они делили с Джинни, и почти рухнула на кровать. Вечеринка была потрясающей, почти как в сказке. Ее мама сфотографировала ее танцующей с принцем и лордом, но именно фотография с Грегом займет почетное место у ее кровати. Они понравились друг другу почти сразу, и Кэрол открыла глаза, наблюдая, как ведет себя настоящая компания друзей, их первое свидание было волшебным, но поцелуй на прощание, которым они только что поделились, был просто ошеломляющим. Кэрол знала, что сможет привыкнуть к такой жизни.

Когда Гарри сидел в большом зале, пока Минерва вручала Седрику, Флер и Виктору их Трофеи Трех Волшебников и тысячу галеонов каждому, он не мог не думать о том, насколько все было бы иначе, если бы он не поцеловал чрезвычайно красивую, чрезвычайно беременная ведьма, сидевшая рядом с ним.

Хогвартс подтвердил, что она действительно окружила своих наследников щитом, чтобы защитить их от могущественной магии, излитой в Гермиону, но, к сожалению, замок настолько истощил себя, что не смог снять защиту после передачи, и даже сейчас они решил не рисковать.

Гермиона сияла, беременность ей очень шла, и Гарри подумал, что никогда не видел более прекрасного зрелища, чем его беременная жена. Их жизнь наладилась с тех пор, как они обнаружили, что младенцы шевелятся и растут, всему остальному придется просто подождать, пока они родятся.

Переведя взгляд на зал, Гарри улыбнулся, заметив, что за каждым столом стояла смесь домов со студентами Шармбатона и Дурмстранга, а также политика включения, а не исключения, работала лучше, чем они могли когда-либо надеяться, и была распространившись по остальному волшебному миру. Больше всего ему нравилось присутствие Кэрол и Джоша Бернса, его мысли возвращались к Пасхе на острове.

Извините, могу я поговорить наедине, пожалуйста?» Роберт Бернс спросил Гарри и Гермиону, пока его жена нервно ждала ответа, их явно что-то беспокоило.

Все четверо удалились в тихую гостиную и сели, пока Поттеры ждали, чтобы выяснить, что беспокоит пару.

Роберт набрался смелости и сказал: «За последние несколько дней мы внимательно наблюдали, как Кэрол и Джош превратились в прекрасных молодых людей, которые, как мы знали, были там, и хотя я признаю, что пребывание на этом прекрасном острове помогло мне» Я больше склонен отдать должное компании, которую они составили, за эти изменения. Я никогда не видел так много детей, которые заботятся друг о друге, это очень тонко, но вы можете увидеть это, если присмотритесь достаточно внимательно, и они приняли все нашим детям без малейшего колебания. Я не хочу, чтобы они потеряли то, что они нашли здесь, и хотел бы узнать о возможностях Кэрол и Джоша посещать Хогвартс».

Гарри и Гермиона не были уверены, что собираются сказать родители Бернса, но это их шокировало, хотя когда факты были представлены, это казалось логичным, за исключением того факта, что логическое и магическое редко умещались в одном предложении.

С тех пор, как Хогвартс использовал Джинни, чтобы передать магию своим родителям, их связь достигла той стадии, когда они могли говорить друг с другом по этому поводу, не выплескивая никаких мыслей. Гермиона сосредоточилась на Джинни, а затем попросила ее привести в комнату Кэрол, Джоша и Грега.

«Есть причина, по которой мы не можем полностью удовлетворить ваш запрос, но у меня есть предложение, которое может заинтересовать вас обоих и детей, но если мы подождём минутку, мы все сможем обсудить решение вместе». Гарри едва успел договорить, как они вошли в комнату.

Когда все сели, Гермиона попыталась объяснить: «Причина, по которой Кэрол и Джош не смогли поступить в Хогвартс, заключается в том, что это школа для одаренных, и с этим даром нужно родиться, это называется магией!» Гарри наколдовал розы для миссис Бернс и Кэрол, которые обе не могли поверить своим глазам, когда розы медленно плыли к ним на колени. «Джинни и я — ведьмы, Гарри и Грег — волшебники, а в Хогвартсе мы учимся контролировать свою магию».

Кэрол посмотрела на Грега, который застенчиво кивнул: «Я не в той же лиге, что и Гарри, но это нормально, поскольку таких очень мало, и у них всех, кажется, фамилия Поттер».

«Кроме моего Невилла». Джинни с улыбкой поправила.

«Именно так Кэрол вылечилась?» — спросил Роберт.

Да, — ответил Гарри, — мы постепенно пытаемся объединить наш мир с немагическим, я вырос в вашем мире, а родители Гермионы оба немагические дантисты. Имея это в виду, я хотел бы пригласить Джоша и Кэрол. в Хогвартс с вечера пятницы до вечера воскресенья, они будут работать в немагической пристройке по субботам и воскресеньям после обеда.Каждые выходные у нас проводятся общественные мероприятия, на которых они могут присутствовать, и, конечно же, им будут платить за их работу. Джинни и Аманда владеют мини-торговым центром в пристройке, и они будут работать и оставаться с ними. Все, что мы просим, ​​— это чтобы это оставалось в секрете, вы не можете никому рассказывать о магии, если они уже не знают».

«Что произойдет, если мы кому-нибудь расскажем?» — спросил явно обеспокоенный Роберт.

Гермиона ободряюще улыбнулась: «Мы применим заклинание памяти, которое заставит тебя забыть о магии. На нашей свадьбе Тина была среди немагических гостей, раненых, но лечившихся в магической больнице. Я действительно говорил с ней там и узнал о У Кэрол рак, но ей изменили память, чтобы она забыла о магии, альтернатива не лечить ее и оставить Тину со шрамами на всю жизнь просто никогда не была частью уравнения».

Гарри продолжил: «Нам нужно сохранять тайну, иначе от нас будут ожидать, что мы будем использовать магию для решения мировых проблем, а это не под силу даже нам, хотя мы и пытаемся».

Кэрол все еще смотрела на Грега: «Нам не разрешено никому рассказывать о магии, это один из наших самых строгих законов, но я все тот же парень. Если тебя это беспокоит, мы можем сделать заклинание памяти, ты забудешь все». о магии, и мы можем быть друзьями, но мы не можем продвинуться дальше, поскольку я волшебник, и я не могу отказаться от этого. Благодаря Гарри у нас теперь есть телефоны и электронная почта, так что мы по-прежнему можем оставаться на связи».

Джош спросил: «Чем вы пользовались до телефонов и электронной почты?»

Грег действительно выглядел смущенным: «Раньше мы привязывали сообщения к ногам сов».

Джош смеялся, пока не понял, что Грег говорит серьезно: «круто, медленно и странно, но круто».

Кэрол задала вопрос, который несколько облегчил страхи Грега, по крайней мере, она не выбежала из комнаты с криком. Грег очень полюбил девушку, и ему даже в голову не приходило, что она не ведьма, а красивая девушка, с которой весело, и это все, что имело значение.

«Разве мы не проведем большую часть выходных, путешествуя по Шотландии?» она спросила.

Гарри, ухмыляясь, позвал Добби, который на самом деле вошел через дверь. — Добби, не мог бы ты избавиться от гламура, пожалуйста? Это принесло семье Бернсов реальность волшебства гораздо сильнее, чем розы.

«Сэр Добби — эльф, и да, королева знала об этом до церемонии, поскольку Добби и Винки оба были во дворце. Добби, не мог бы ты взять Кэрол с визитом в Хогвартс?» — спросил Гарри.

Это была изумленная Кэрол, которая появилась менее чем через пять минут и смогла только удивленно кивнуть головой, когда Гарри спросил, ответил ли это на ее вопрос.

«Тебе не обязательно принимать решение сегодня, на самом деле теперь, когда ты знаешь о магии, ты можешь остаться на следующую неделю каникул, после того как уйдут гости мамы и папы, мы можем просто отвезти тебя прямо домой. Мы просто доставим тебя домой. заставь Джеймса поспать, и он подумает, что проспал всю дорогу домой». Сказала Гермиона.

«Усыпить Джеймса, возможно, слишком сложная задача», — сказал Роберт, которого Джинни тут же усыпила.

«О, как бы мне хотелось творить магию!» Об этом с такой тоской говорила жена Роберта, что все просто рассмеялись.

Гарри и Гермиона лежали, обнявшись, в своих апартаментах в поместье Поттеров, радуясь, что сегодняшний вечер закончился, но не с нетерпением ждали завтрашнего дня. Пророк проведет с ними интервью, а завтра вечером состоится помолвка Сириуса и Роуз. Нарцисса продолжала приглашать их на торжества или балы, но их просто не интересовал такой образ жизни, они предпочитали свой остров и компанию друзей, а не «социальные подлизы», как их окрестила Гермиона.

Сириус фактически ослабил давление, устроив масштабную помолвку в Поттер-Мэноре, чтобы вновь представить Лорда Блэка обратно в волшебное общество. Это означало, что Поттеры могли присутствовать в качестве гостей и уйти пораньше, сославшись на нынешнее тяжелое состояние беременности Гермионы в качестве оправдания. Гарри и Гермиона считали, что час — это минимум, но девяносто минут — это максимум времени, которое они смогут провести там, слушая «ты действительно должен это сделать» или «кто-то очень хочет с ними встретиться».

Интервью, которое появится завтра в «Пророке», также должно вызвать настоящий переполох. Член Визенгамота по имени Тим Шарп выдвинул предложение о том, что Stag Industries становится большой и могущественной, ее следует разбить на более мелкие части и продать на благо волшебного мира, а Тим Шарп, который искал кусок компании или получить золото, чтобы отказаться от своего предложения или изменить его.

Очевидно, он, должно быть, держал голову в заднице последние восемь месяцев, если думал, что Поттеры попытаются откупиться от него, и ничто иное, как полное разрушение этого человека, было приемлемо.

Поттеры заявили в своем интервью, что они никогда не продадут ни одной из своих акций, вместо этого они закроют все предприятия Stag Industries в Великобритании и переведут их за границу, включая Хогвартс. Они пообещали, что ни один сотрудник не потеряет работу, поскольку их переселят, переселят и возместят любые расходы, понесенные в этом процессе.

Единственная просьба Поттеров заключалась в том, чтобы решение было принято как можно скорее, чтобы дать семьям время найти альтернативное образование для своих детей и дать Поттерам возможность поселиться в своей новой стране до рождения их детей.

Последующая статья банка Гринготтс, подчеркивающая разрушительный эффект, который это окажет на волшебную экономику, произвела мрачное впечатление. Они не только потеряют налоговые поступления от сотрудников, но и те же самые люди будут тратить свою зарплату не в Великобритании, а в другой стране. В стране не будет предприятий Stag Industries, закупающих сырье, разработка стиральной машины, проигрывателя компакт-дисков и микроволновой печи для волшебного мира — это лишь некоторые из проектов, которые будут перенесены, не говоря уже о крупнейшем производителе зелий в стране. страна.

С тех пор, как военные посетили Хогвартс, начался роман между чистокровными волшебниками и готовыми блюдами, и хотя они могли разогреть их с помощью магии, они, очевидно, предпочитали «настоящий микроволновый вкус» — волшебники были сумасшедшими!

Гринготтс изо всех сил старался подчеркнуть, что перемещение Stag Industries не повлияет на банк, они по-прежнему остаются банкирами компании, и если Stag решит выбрать страну, в которой нет филиала Gringotts, один из них будет открыт.

Было также предупреждение из Сент-Мунго, что без поддержки компании Stag Industries, которая заплатила миллионы, чтобы выкупить эльфам свободу, а теперь наняла их, бесплатно предоставляя рабочих в больницу, это будет иметь серьезные последствия для обеспечения здравоохранения в магическое сообщество.

Затем Пророк сообщил своим читателям, что, поскольку газета принадлежит Stag Industries, им придется найти что-нибудь еще для чтения утром. Они старались подчеркнуть, что редакционный контроль полностью независим с единственным условием: все напечатанное должно быть правдой.

Затем Роуз Паркинсон успела поразить точку своей редакционной статьей:

Девиз компании «на благо всех» нигде не проявляется так ярко, как в реконструкции Хогвартса, которая полностью финансировалась Stag Industries. На самом деле родителям будет МЕНЬШЕ тратить деньги на отправку своих детей, поскольку им больше не придется покупать книги, метлы, ингредиенты для зелий, котлы или телескопы, поскольку все это предоставит школа.

Stag Industries потратила целое состояние, инвестируя в ведьм и волшебников завтрашнего дня, и вместо того, чтобы еще раз быть невероятно благодарными, наше правительство пытается набить карманы своих членов, а не то, что лучше для нашего мира.

Несколько недалеких и жадных людей с завистью смотрят на более прибыльные предприятия некоторых компаний, не глядя на более широкую картину. Компания не смогла бы субсидировать студентов, которые сейчас посещают лучшую магическую школу в мире, если бы их бизнес по производству золота был бы невозможен. содрано.

Для этого журналиста большая честь работать в такой уважаемой компании, которая так высоко уважает своих сотрудников, и я более рад, чем могу выразить, что, если компания покинет Британию, я поеду с ними. Единственное, что меня беспокоит, это то, что мы оставим после себя, поскольку я предвижу, что многие единомышленники последуют за Поттерами и уйдут из Британии, оставив диктатуру жестяного горшка, которой нечего диктовать.

Пророк вызвал массовую панику в министерстве, во второй половине дня было созвано экстренное заседание Визенгамота, а остаток дня министерство бомбардировало шквал сов.

Гарри и Гермиона начали пересматривать свое прежнее соглашение; ни один из них не думал, что сможет удержать вечеринку на час, когда Гарри даже пойдет на крайнюю меру и потанцует с женой, чтобы избежать всех людей, отчаянно пытающихся отмежеваться от Тима Шарпа. Вышеупомянутый бывший член Визенгамота в настоящее время расследует все свои дела в Министерстве, Визенгамоте и Гринготтсе, и если он будет грязным, его посадят.

Министерство и Визенгамот изо всех сил старались умиротворить Поттеров; Stag Industries незаметно стала незаменимой для британского волшебного мира, обладая большей властью, чем истеблишмент. Эта последняя попытка нападения на Поттеров доказала это без тени сомнения, а также подтвердила, что Поттеры не заинтересованы в управлении Британией и скорее повысят ставки и уйдут, чем возьмутся за эту работу.

Пока Министерство колебалось, Визенгамот спорил между собой, Олень принимал решения и медленно, но верно менял свой мир. И Гарри, и Гермиона были почти уверены, каким будет результат статей «Пророка»; упреждающий удар всегда лучше войны, и Хогвартс никогда им не простит, если они уйдут сейчас.

Гарри и Гермиона уже были готовы уйти, извинившись перед ухмыляющимися Сириусом и Роуз, они направились обратно в свои апартаменты и немедленно отправились на остров. Был еще полдень, поэтому они переоделись и пошли на пляж. Гарри в настоящее время натирал Гермиону лосьоном для загара и думал, что жизнь не стала лучше, чем сейчас, вид его беременной жены в преобразившемся бикини мгновенно прогнал его плохие мысли. настроение и осознание того, что до окончания Хогвартса у них есть целая неделя, закрепили на его лице улыбку.

Клиника Лили Поттер не привыкла к крикам, разносившимся по коридорам, но, учитывая, что две беременные женщины сейчас находились на последней стадии родов, некоторый шум был понятен и ожидаем. У Гермионы отошли воды, и пока они собирались отправиться в клинику, дядя тройни решил, что пришло время и ему появиться. В настоящее время Эмма довольно громко сообщала мужу, что ему придется носить на руках еще детей Грейнджер, используя язык, от которого покраснел бы моряк: она довольно хорошо вжилась в роль моряка.

Поппи присматривала за Поттерами, пока Юэн Аберкромби разбирался с Грейнджерами. Поппи была обеспокоена, поскольку щит все еще блокировал ее сканирование, но Гермиона, похоже, хорошо справлялась, но иметь мужа, который мог не только делиться силой, но и болью, определенно было благом.

Поппи фактически была зрителем, поскольку, не имея никакой информации, она полагалась на магию Хогвартса и Поттеров, чтобы гарантировать, что все пройдет гладко. Тройняшки были почти неизвестны в волшебном мире, поэтому информацию было трудно найти, она читала немагические книги, но в большинстве случаев им приходилось делать кесарево сечение — вариант, который, как она молилась, им здесь не понадобится.

Гермиона и Гарри были, наверное, самыми спокойными людьми в клинике, особенно если учесть тех, кто находился в быстро заполняющемся зале ожидания. Оба прошли через слишком многое, чтобы что-то могло пойти не так, они подозревали, что их магия сообщит им, если с младенцами что-то не так, и в данный момент он почти пел песню, которую Фоукс узнал бы. С тех пор, как Гермиона сблизилась с Гарри, она научилась доверять своим инстинктам, и то, что в какой-то книге говорилось, что что-то невозможно, не делало это таковым. Все, что она когда-либо читала, говорило ей, что ей следует волноваться, но их магия говорила другую историю, она уже начала праздновать, а младенцев еще даже не было здесь.

Джеймс Дэниэл Поттер родился с такой незначительной травмой, что его сестра Лили Джинни Поттер появилась всего через двенадцать минут. Мэнди Эмма Поттер завершила золотое трио, поскольку звук детского плача стал долгожданным облегчением для криков Эммы, когда между девочками Поттер родился Доминик Джон Грейнджер.

Это была очень уставшая, но ликующая Гермиона, которая наблюдала, как у Джинни и Винки были слезы на глазах, когда они держали на руках ее дочерей, в то время как Гарри с удивлением держал своего сына, ее глаза были закрыты для заслуженного сна после того, как ее отец представил ей ее нового брата Доминика.

В зале ожидания Тонкс и Роуз должны были утешать двух плачущих мародеров, осознание того, что в последний раз они делали это в связи с рождением Гарри, сильно ударило обоих мужчин, что Джеймса и Лили не было здесь, чтобы увидеть самый гордый момент в жизни их сына. жизнь была слишком тяжелой для этих сильных людей, и слезы, которые они сдерживали с ночи убийства, текли свободно. Обе женщины знали, почему их мужчины плачут, и это лишь заставляло Тонкс и Роуз любить их еще больше, они смотрели друг на друга с одной и той же мыслью — из этих хранителей могут получиться хорошие мужья и даже лучшие отцы.

Петуния тоже плакала, наблюдая за Гарри, пока он сидел с дочерью на каждой руке, Джинни привела Джеймса на руки, прошло много лет с тех пор, как она держала ребенка, и все чувства нахлынули обратно. Какой была ее жизнь до того, как ее разрушили два безумных волшебника: один убил ее сестру, а другой наложил заклинания на ее разум. И все же замечательный молодой человек, которого она с гордостью называла своим племянником, спас их всех. Дадли учился, просто находясь рядом с Гарри и его друзьями, и терапия проходила великолепно, настолько, что они подумывали о том, чтобы записать его в школу в Америке, где Гарри оплачивал бы счета, а также предоставлял бы им дом, он действительно был потрясающий и может сравниться только с его прекрасной женой. Этим младенцам нужно было чему-то следовать.

Все они пробыли в поместье Поттеров две недели перед открытием Хогвартса, поскольку волшебный мир сошел с ума из-за рождения тройни. Поттеры в конце концов разрешили напечатать семейную фотографию в «Пророке». Им не нравилась идея формального постановочного кадра, поэтому на появившейся фотографии Гарри, Гермиона и Джинни сидели на ковре, держа на руках младенцев, а Добби и Винки стояли на коленях рядом с ними. Издание «Пророка» с изображением восьми Поттеров на первой полосе было полностью распродано, несмотря на три переиздания.

Первый фотограф-фрилансер, пойманный скрывающимся в кустах Поместья, обрадовался, когда авроры увезли его: взгляды эльфов, направленные в его сторону, напугали бы более смелого человека, чем он. Последствия заключались в том, что любые средства массовой информации, купившие несанкционированные фотографии детей Поттеров, были предупреждены о том, что они будут привлечены к ответственности по всей строгости закона и им запрещено когда-либо снова получать какие-либо разрешенные материалы. Принц Чарльз объяснил, какая для них роскошь провести отпуск без папарацци, снующих вокруг, как пчелы вокруг меда, Гарри согласился, что они были правы, и теперь не могли дождаться первого сентября, чтобы вернуться в свое убежище. Они поклялись, что их дети не вырастут, забрызганные каким-либо изданием, желающим продать больше экземпляров, а юридическая фирма уже следила за ситуацией.

Гермиона сидела в большом зале Хогвартса и была свидетельницей того, как творилась история: первый из шести гоблинов, поступивших в школу, был отправлен в Рейвенкло. Гарри объяснял, что происходит, внимательной Лили, которая булькала при звуке голоса отца. Казалось, Гарри всегда держал на руках хотя бы одного из их детей, и она никогда не видела его более счастливым. Сейчас она держала на руках Мэнди, пока Джеймс спал на руках Винки. Винки смотрела на Добби взглядом, узнаваемым женщинами любого вида, я хочу себе такую ​​же! К его вечной чести, Добби выглядел полностью согласным с этим мнением.

Все четверо младенцев должны были находиться в одной большой детской комнате, которая находилась между ними и их родителями, хотя, поскольку эльфы на каждом шагу требовали помощи с младенцами, Гермионе и Эмме обычно приходилось только кормить своих детей, эльфам пришлось менять подгузники. почти до того, как они выбрались из постели.

Она еще раз наблюдала за своим мужем и размышляла об изменениях, произошедших за последний год: от его имени, вылетевшего из кубка и значков «Поттер воняет», до превращения в мужчину, сидящего рядом с ней, было настоящим путешествием, и она бы не стала пропустил это ни за что. Подумав, что здесь все началось с поцелуя в коридоре, она улыбнулась про себя и задалась вопросом, появится ли однажды на стене мемориальная доска — на этом месте поцелуями наслаждались, и мир уже никогда не будет прежним!

Минерва улыбнулась Поттерам и двинулась вперед, чтобы обратиться к студентам. Гарри мог думать только о том, что скоро он сможет вернуться домой со своей семьей — все мечты всей его жизни сбылись.