Проект «Феникс» и прочие неприятности (гет)

* * *

Наше время

«Приходят — бесят, не приходят — скучно». — Примерно так бы она описала своё отношение к посетителям из числа Детективного агентства, периодически заглядывающим в их кафе. Темноволосая девушка с длинной чёлкой полулежала на стойке, потому что ей было скучно, и поглядывала на столик, за которым обычно и располагалась шумная компания. За окном разыгралась непогода, а учитывая, что это был будний день, да к тому же утро, посетители в их заведение не торопились.

— Химицу, подойди сюда, пожалуйста! — крикнула одна из официанток.

Девушка не сразу сообразила, что зовут именно её. Той пришлось повторить дважды.

— Прости, задумалась, — сказала девушка в своё оправдание, принимая у официантки кофейные зёрна, принесённые из кладовой.

Ну не будешь же говорить, что за две недели ещё не привыкла к своему новому имени. Даже не к имени, а в некоторой степени псевдониму. Химицу переводится как «секрет», а её настоящее имя и впрямь было тайной для окружающих.

— Да ничего страшного! — Мило улыбнулась официантка. — Это, кстати, новый сорт. Справишься?

— Конечно. Я приготовлю вкусный кофе из чего угодно, — авторитетно заявила девушка. — Ну то есть почти из чего угодно, — тут же поправилась она.

В конце концов, она бариста, а не волшебница. Но дело своё девушка знала хорошо.

«Потому что если бы я варила невкусный кофе, мне бы лишний раз что-нибудь сломали», — флегматично подумала она, вспоминая из какого ада сюда попала. — «К примеру, пару пальцев или рёбер…»

— И вот ещё что, Химицу, постарайся всё-таки улыбаться посетителям, — мило попросила её официантка, прерывая поток мрачных мыслей. — Уверена, у тебя чудесная улыбка. Ну же, улыбнись!

Та, кого мы пока будем называть Химицу, скептично на неё посмотрела, а потом попробовала улыбнуться, хотя и не слишком уверенно.

— Выглядит жутковато… — расстроено вздохнула официантка. — Ладно, можешь не улыбаться. Просто желай посетителям хорошего дня.

Химицу покорно кивнула. Хорошего дня так хорошего дня. Всё что угодно, лишь бы с работы не выперли.

— Меня же за это не уволят? — на всякий случай уточнила она. — Ну, за то, что я не улыбаюсь.

— Нет конечно! Ты варишь изумительный кофе! Всегда находишь точный баланс между сахаром, молоком и специями. Шеф не нарадуется, что мы тебя взяли, — заулыбалась официантка. — В общем, нам с тобой повезло, — потрепала она по голове зардевшуюся от таких похвал Химицу.

Местный бариста (он же владелец кафе) и сам варил прекрасный кофе, но был уже немолод и ему требовался сменщик.

— Это мне повезло… — прошептала девушка.

* * *

Две недели назад

В кафе она попала случайно. Хотя это как посмотреть. Химицу сидела на лавочке и плакала. Причин на то было много: она была беглянкой и её уже начали разыскивать; самый близкий для неё человек погиб, защищая её; и она совершенно не представляла, как будет жить в незнакомом городе, не имея жилья и располагая ограниченным запасом средств к существованию. Да, она вырвалась на волю. Но какой ценой? Конечно, она постаралась запутать следы — взяла билет из Токио до Киото, а сама вышла в Йокогаме, стараясь не попасть под обзор камер. Но её преследователи тоже не дураки, и в конце концов, выйдут на её след.

— Девочка, у тебя что-то случилось? — внезапно услышала она голос со стороны и почувствовала, что кто-то сел рядом с ней — старая скамейка жалобно скрипнула под чужим весом.

Химицу убрала мокрые от слёз ладони от лица и взглянула на внезапно появившегося собеседника. Это был мужчина лет за сорок с серебристыми волосами, одетый в традиционную японскую юкату зелёного цвета. Стоп! Что?! В юкату?! Да кто вообще разгуливает по городу в юкате? Не иначе как городской сумасшедший… Наверно стоило побыстрее свернуть разговор и свалить на максимальной скорости, но девушка, увы, совершенно не представляла куда. Может сказать что-то такое, чтобы незнакомец сам ушёл? Например, что-нибудь шокирующее…

И Химицу сказала правду:

— Из-за меня погиб очень хороший человек. Я чувствую свою вину за случившееся и не знаю, что мне делать дальше.

Ответ её удивил. Мужчина не ушёл, но он не стал и утешать её или пытаться успокоить. Просто сказал:

— Сожаления — это не ответ. Ты найдёшь ответ только если продолжишь путь.

— И где же мне его искать? — удивилась Химицу. — Я даже не знаю с чего начать… — Она ненадолго задумалась и пробормотала: — Наверно, сперва неплохо бы найти работу и жильё.

— А что ты умеешь? — поинтересовался мужчина.

— Да вроде особых навыков нет, — растерянно пожала плечами девушка. — А. Разве что кофе хорошо варю.

— Насколько хорошо? — уточнил незнакомец.

— Очень хорошо, — заверила его та. — Я знаю целую кучу рецептов и постоянно экспериментирую с новыми.

— Возможно, я смогу тебе помочь, — задумчиво произнёс мужчина. — Идём со мной.

Вообще, в обычных обстоятельствах Химицу никуда не пошла бы со странным незнакомцем, одетым в юкату, но особого выбора у неё сейчас не было. И девушка решила, что если тот поведет её в какое-то безлюдное место, то она просто наотрез откажется и постарается сбежать. Она перекинула ремешок спортивной сумки со своими вещами через плечо и двинулась следом за мужчиной. Но вопреки её опасениям, никакими пустырями они не шли, а наоборот, двигались по тротуару достаточно оживлённой улицы. Остановились они у красновато-коричневой кирпичной пятиэтажки и подошли ко входу, над которым висела вывеска: «Кафе Узумаки».

Химицу в нерешительности застыла на входе, тогда мужчина взял её за плечо и слегка подтолкнул внутрь. Посетителей в это время было немного. День клонился к вечеру, но люди после работы ещё не потянулись. Обстановка приятно радовала глаз тёплыми кофейными тонами и светло-зелёной обивкой диванчиков. За барной стойкой умело разливал напитки по чашкам высокий седой мужчина с тонкими усиками. Он поздоровался с вошедшими и поинтересовался у провожатого Химицу:

— Ваша новая работница?

Мужчина в юкате покачал головой и ответил:

— Возможно, ваша. Обнаружил её плачущей на улице. Говорит: ищет работу и утверждает, что превосходно варит кофе. Вот я и подумал, может, вам нужна сменщица?

Бариста немного поразмыслил, а затем спросил у Химицу:

— Ты не против небольшого экзамена?

Та качнула головой, заранее ожидая этот вопрос. Ясное дело, никто не принимает работников просто так. Сперва нужно посмотреть на что они способны.

— Сможешь отличить арабику от робусты? — спросил бариста. — Если да, считай ты почти принята.

Перед Химицу оказались две горки молотого кофе на разных блюдцах. Она придирчиво осмотрела одну, потом другую, понюхала обе, взяла щепотку и потёрла её в пальцах. Мужчины с интересом наблюдали за её манипуляциями.

— Это ведь вопрос с подвохом, да? — спросила Химицу. — Арабика в обеих блюдцах, но в левом смесь арабики и робусты. Никто ведь обычно не использует чистую робусту. Она нужна для придания напитку необходимой крепости и создания устойчивой пенки, к примеру, на том же эспрессо.

— Где ты нашёл этот самородок, Фукудзава? — спросил у мужчины в юкате бариста. — Если она ещё и кофе варит так же, как разбирается в нём, то я у тебя в долгу. Тебя не затруднит приготовить нам по чашечке кофе, голубушка?

Химицу была немного сбита с толку таким ласковым обращением. Кажется, она давно отвыкла от такого. Да и кофе обычно ей нужно было варить в приказном порядке, а не по чьей-то просьбе.

— Вообще-то есть проблема, — слегка замялась она. — Я не знаю, какой кофе вы предпочитаете.

Бариста рассмеялся и, лукаво прищурившись, сказал, что она может приготовить любой напиток, который по ее мнению соответствует их характеру. Ведь хороший бариста должен не только уметь варить кофе, но и понимать, что на самом деле нужно клиенту.

— Я могу использовать любые ингридиенты? — уточнила Химицу.

— Абсолютно, — подтвердил бариста.

Девушка внимательно окинула взглядом обоих мужчин, затем имеющиеся продукты, и, наконец, приняв решение, подошла к кофе-машине. Через некоторое время на стойке уже стояло два ароматных напитка.

— Ну а теперь скажи, что ты приготовила и какими для этого критериями пользовалась? — улыбнулся бариста.

Девушка подняла на ожидавших её ответа мужчин большие серые глаза и принялась обстоятельно объяснять, словно выступала с докладом.

— Вы кажетесь очень серьёзным, — указала она на мужчину в юкате, — поэтому я решила взять за основу эспрессо. Но в то же время у вас доброе сердце, раз вы не можете пройти мимо человека, попавшего в беду. Поэтому эспрессо я смешала пополам с горячим шоколадом, получив напиток, именуемый «Борджиа». Апельсиновая цедра придаёт ему свежести, а от себя я добавила капельку кленового сиропа, отдавая дань японской культуре.

— А ты, действительно, хороша, — довольно кивнул бариста. — А что ты приготовила для меня? — с интересом спросил он.

— Тут всё просто. Я приготовила «Гильермо». У меня не было возможности узнать вас получше, но так как вы трудились весь день, то я подумала, что вы захотите взбодриться и освежиться. На мой взгляд, двойной эспрессо с соком лайма подходит для этих целей лучше всего. Что скажете? — спросила девушка с затаённой тревогой, когда бариста отхлебнул напиток. — Я вам подхожу? Вы поговорите с хозяином кафе?

— Вообще-то я и есть управляющий, — засмеялся мужчина. — И я бы взял тебя в любом случае и обучил при необходимости. Но так как ты утверждала, что умеешь варить кофе, решил проверить твои навыки. И да, ты определённо принята, — кивнул бариста. — Как тебя зовут, самородок?

Девушка с облегчением выдохнула.

— Химицу Фукуи, — представилась она. — У меня и документы есть, вы не думайте…

Документы, конечно, были фальшивые, но девушка понимала, что человека с улицы никто нанимать не будет.

— Думаю, ты и впрямь принесёшь счастье моему скромному заведению⁽¹⁾, — улыбнулся управляющий.

Девушка в этом уверена не была. Да и новую фамилию не она себе подбирала. Это всё Ивамото с её страстью к красивым фамилиям и неутомимым желанием, чтобы Химицу жила обычной жизнью без боли, пыток и угроз. Ивамото, заменившая ей мать… Ивамото, которая уже мертва… Химицу быстро захлопала ресницами, стараясь унять набегающие слёзы. Слишком свежа была боль от потери.

— Но ей всё ещё негде жить, — задумчиво проговорил тем временем мужчина в юкате. — Куда бы нам её пристроить?

— А если в одну из комнат на третьем этаже? — предложил управляющий.

— Не будет ли там шумновато? — засомневался собеседник.

— Учитывая, что на четвёртом твоё детективное агентство? — лукаво улыбнулся бариста.

— У вас своё детективное агентство? — ахнула Химицу, передумав плакать и с любопытством уставившись на мужчину.

Конечно, для неё в этом не было ничего хорошего. А что если её личность раскроют? Ведь её провожатый наверняка понял, что с ней что-то не так, раз у неё нет ни жилья, ни работы. А с другой стороны о её жизни он и не расспрашивал. Да и идти ей всё равно некуда. А значит, придётся рискнуть и остаться. Хотя бы временно…

— Да, — кивнул мужчина. — Я его директор Юкичи Фукудзава. И я хорошо знаю своих работников, — вздохнул он. — Они и впрямь довольно шумные.

— Очень приятно, — медленно кивнула девушка и заверила его: — Не волнуйтесь. Меня устроит абсолютно любая комната. Днём я всё равно буду на работе, а вечером, наверняка, ваши подчинённые расходятся по домам. Так что проблем не будет.

* * *

Уже через несколько дней работы Химицу успела познакомиться если не со всеми, то почти со всеми членами детективного агентства. И поняла, что нормальных там нет. Практически все с прибабахом. То парочка подростков в пубертатном периоде, называющие друг друга братиком и сестричкой и ведущие себя крайне двусмысленно; то хрупкая девочка в юкате со своей страшилой Шираюки, от которой Химицу сперва шарахалась и боролась с желанием залезть под барную стойку; то парнишка с лисьим взглядом, сметающий все сладости с прилавка. В общем, скучать не приходилось.

К нормальным (то есть не доставляющим проблем по мнению девушки) Химицу, пожалуй, отнесла бы разве что белобрысого пацана, который, похоже, сам фигел от происходящего в агентстве; деревенского мальчика, который как-то помог ей перенести тяжеленные коробки с кофе; грациозную молодую женщину в классической одежде с заколкой-бабочкой и серьёзного молодого человека в очках, периодически делающего какие-то пометки в записной книжке. Последний, правда, имел привычку громко орать.

Но Химицу всё равно относила его к нормальным, потому что орал он не просто так, а на некого субъекта с именем Дазай, который, похоже, способен вывести из себя даже святого. Осаму Дазай был её личной головной болью. Химицу даже имя его сразу запомнила, хотя это и неудивительно: таких людей забыть трудно, даже если очень хочется. Первое впечатление от молодого человека, который резвым сайгаком подскочил к стойке познакомиться, Химицу описала бы одной фразой: «Это чё за шизик?».

Собственно, так она и спросила у официантки, с которой работала в паре. Та шёпотом пояснила, что это их постоянный клиент и член детективного агентства, а потому нужно относиться к нему с уважением. Химицу, которая больше всего боялась вылететь со своего нового рабочего места, изо всех сил старалась это уважение к данному субъекту у себя обнаружить, но выходило, честно говоря, плоховато. Хотя, пожалуй, обращение на «вы» и то что она ни разу не заорала на парня, уже можно было считать своеобразной формой уважения. А Дазай словно чувствовал, что девушка раздражается лишь при одном его виде, и как нарочно переключился с других официанток на неё, не иначе как подразнить. Поэтому Химицу была очень благодарна Куникиде, который периодически оттаскивал Дазая от барной стойки и громко увещал того не мешать людям работать. Впрочем, Осаму это не смущало и ситуация повторялась из раза в раз.

* * *

Наше время

Химицу вскрыла упаковку с кофе и высыпала на ладонь несколько зёрен. Понюхала, прикинула, что лучше всего можно приготовить из нового сорта. Лучше всего, конечно, опробовать на практике. Пожалуй, приготовит себе «Вишнёвый раф» пока никого нет. Заодно опробует как поведёт себя новый сорт в сочетании с другими ингредиентами. Напевая себе под нос, девушка включила кофе-машину и засыпала туда зёрна. За её жужжанием Химицу не заметила, как почти неслышно открылась входная дверь, впуская посетителя.

— Наш нежный цветочек трудится не покладая рук. Просто любо-дорого смотреть! — внезапно услышала она вкрадчивый голос у себя за спиной.

— И-ИК! — От неожиданности Химицу плеснула больше вишнёвого сока, чем положено и сердито посмотрела на парня. Кофе перелился через край чашки, и нежная пенка теперь оказалась на столешнице.

— Прости-прости! — поднял Дазай руки в примиряющем жесте.

Девушка открыла было рот, чтобы сообщить, что она думает о нём самом и обо всей этой ситуации, но потом вспомнила, что ей сказали быть поприветливее с посетителями, и закрыла его. Терять рабочее место из-за проблемных клиентов ей всё ещё не хотелось. Вместо этого она взяла салфетку и принялась деловито протирать стойку от кофейных пятен, всем своим видом демонстрируя, что дел у неё по горло и на пустую болтовню времени нет.

— Вы что-то будете заказывать, господин Дазай? — постаралась сказать Химицу как можно более благожелательно. Получилось, прямо скажем, не очень.

— Чёрный чай, — безмятежно улыбнулся тот. — И ещё раз извини. Не думал, что ты так испугаешься. Всё ещё переживаешь, что тебя могут найти?

Рука Химицу, держащая салфетку, дрогнула, но девушка постаралась сделать как можно более невозмутимый вид.

— Не понимаю, о чём это вы, — продолжила полировать поверхность она.

— Ой, да брось! Это и так понятно, — с широкой улыбкой продолжил Дазай, который несмотря на сердитый взгляд девушки и не думал затыкаться. — У тебя очень бледная кожа, словно ты никогда не бывала на солнышке. Похоже, тебя держали взаперти. Но даже работая здесь, ты не особо стремишься выходить на улицу, хотя частенько с тоской посматриваешь в окно. Явно же боишься кого-то встретить.

— Гадалкой подрабатываете? — фыркнула Химицу, не желая признаваться, что его доводы попали точно в яблочко. — Да, у меня были очень строгие родители, — не моргнув глазом, соврала она, — поэтому я переехала и начала самостоятельную жизнь. Но я по натуре домоседка. А на улицу поглядываю, потому что от вашей развесёлой компании периодически хочется выйти в окно.

— О! Можем вместе! — обрадовался Осаму. — Наконец-то и ты подумываешь о суициде.

— Ага, щас, — осадила его девушка, вовремя отдёрнув ладонь, пока Дазай не взял её в свою руку. — Только шнурки поглажу. К тому же, первый этаж — не разобьёмся.

— А внешность тоже из-за родителей сменила? — полюбопытствовал парень. — Конечно, краска на волосах выглядит натурально, но всё равно отличить можно, да и зачем было бы человеку с и так чёрными ресницами их красить? Ты блондинка?

— Русая, — на автомате ответила Химицу и, спохватившись, что болтает лишнее, тут же ощетинилась: — Красить волосы — не преступление.

— Конечно нет, — ещё шире улыбнулся Дазай. — Твоя внешность — это твоё личное дело.

Если девушка и подумала, что на этом разговор завершён, то она жестоко ошиблась. Ей показалось, что земля уходит у неё из-под ног, когда Осаму спросил будто бы невзначай:

— Слушай, а ты случайно не одарённая?

В воздухе повисла длинная пауза. Карие глаза парня смотрели спокойно, с капелькой любопытства. Серые глаза девушки, наоборот, были широко распахнуты. Химицу потребовалось где-то с полминуты, чтобы взять себя в руки.

— Варить кофе это не суперспособность. — Девушка поставила перед Дазаем чашку чая с таким стуком, словно хотела выплеснуть напиток в него, но в самый последний момент передумала. — Тебе в агентстве заняться нечем? — Не заметила она как перешла на «ты». — Меня подоставать решил? Я самая обычная девушка.

— Ладно, как скажешь, — неожиданно легко сдался Дазай.

Химицу с подозрением покосилась на него, но тот вроде как и впрямь решил больше её не трогать и, забрав чашку, преспокойно ушёл к столику.

— Час от часу не легче, — пробормотала она себе под нос.

Похоже, этот субъект ещё добавит ей немало проблем…

* * *

1) Бариста намекает на значение фамилии, один из иероглифов которой означает «счастье, благополучие»

Вернуться к тексту

* * *

И что же ей теперь делать? Ответа на этот вопрос у Химицу не было. Было очевидно — Дазай понял, что она одарённая. И это очень-очень скверно. Вот вроде бы идиот идиотом, а выводы порой такие делает, что Шерлок Холмс с Пуаро отдыхают! Хотя, наверно, если живёшь бок о бок с детективным агентством, нечего удивляться, если рано или поздно тебя раскусят. Не зря же его работникам зарплату платят — какой-никакой дедукцией обладать должны.

Вот только что это означает для неё самой? Химицу призадумалась. Может быть ей стоит попросить помощи у детективного агентства до того, как за ней придут? Интересно, есть ли у одарённых какой-то негласный кодекс, согласно которому они помогают другим одарённым. Этого Химицу, увы, не знала. Конечно, она уже встречала других людей со способностями в лаборатории, из которой сбежала, но это были такие же бедолаги, как она сама. Имеющие прав не больше, чем лабораторные мыши.

Если её найдут и агентство (ну вдруг случится чудо) встанет на её сторону, то действия работников лаборатории Химицу уже знала наперёд: те либо попробуют припугнуть её защитников, либо подкупить. Так было и с её родителями, которые были вынуждены отказаться от своей одарённой дочери и переехать жить заграницу. А вот как поступят сотрудники детективного агентства, ей неведомо. В конце концов, хоть они и не испытывают к ней враждебности, но и дружеских отношений у девушки с ними нет. А значит, пока стоит молчать и, возможно, присматривать другое жильё и работу.

В выходной Химицу устроилась на футоне с газетой в руках, которую девушке накануне по её просьбе купила одна из официанток, как и карту города. Мебели в комнате пока ещё не водилось — только футон, старый скрипучий шкаф и тумбочка. Да ещё навесное зеркало, которое ей преподнесла в качестве подарка на новоселье та самая официантка, которая купила газету. Химицу скрестила ноги по-турецки, взяла в руки маркер и открыла колонку объявлений. Посмотрев цены на аренду комнат, девушка пришла в тихое отчаяние. Она пока не могла себе такое позволить, даже если попросит расчёт за отработанные пару недель. А то, что ей было по карману, находилось в крайне сомнительных районах с плохой репутацией.

Химицу всё же отметила пару относительно приемлемых вариантов и открыла колонку с вакансиями. Работы без особых навыков было немного. Должности курьера и почтальона девушка сразу же отмела, поскольку это подразумевало постоянную ходьбу по улицам, а значит, шансы попасться на глаза тем, кому не следовало, были гораздо выше. Бариста больше нигде не требовался, но было несколько предложений по работе в кафетериях. Правда, судя по карте, варианты с работой были в противоположных концах от вариантов с жильём. Да и вообще, разумно ли оставаться в Йокогаме или стоит ехать дальше? На билет-то она денег наскребёт, но где останавливаться в другом городе? Живое воображение уже нарисовало Химицу не слишком-то радужную картину, в которой она спит под мостом, укрываясь газетой и просит милостыню. Да уж, такая себе перспективка…

Мрачные мысли прервал звук пулемётной очереди, раздавшийся в здании. Химицу быстро сунула газету подмышку и вскочила на ноги. Сердце заколотилось в ритме шарика для пинг-понга. Неужели это за ней? Её всё-таки обнаружили? Но почему тогда звук раздался этажом выше? Тут же послышался грохот и звон разбитого стекла.

За время своего проживания в этой комнате Химицу успела убедиться, что управляющий не соврал — слышимость того, что происходит на верхнем этаже, и впрямь была прекрасной. Нет, разговоры детективов, если те конечно не орали, она не слышала, но вот всякие прочие шумы периодически достигали её ушей. Впрочем, Химицу вскоре к ним привыкла и относилась не более, чем к белому шуму. Тем более, что на ночь работники агентства, как правило, расходились по домам, и спать девушке никто не мешал.

Но звуки, раздающиеся сейчас в комнате этажом выше, игнорировать не удавалось. В голову Химицу пришла довольно пугающая мысль: а вдруг то, что происходит в детективном агентстве, из-за неё? Правда в то, что работники лаборатории обзавелись автоматами верилось с трудом. Пистолеты у охраны да, были. В основном, правда, травматы, не считая того настоящего, из которого застрелили Ивамото. Но что если они кого-то наняли, а те ошиблись этажом и ворвались в комнату выше? Мало ли сейчас охотников за головами, за плату готовых на что угодно? А финансирование у лаборатории было, да и Химицу считалась слишком ценным экземпляром, чтобы её так просто отпускать.

В таком случае, как бы ей ни было страшно, придётся подняться наверх и сдаться добровольно. Если из-за неё погибнет ещё кто-то, Химицу этого попросту не переживёт. Тем более, что директор агентства проявил к ней необычайную доброту и помог с поисками работы и жилья, а следовательно, она у него в долгу.

Химицу тяжело вздохнула, и забыв про газету в руках, помчалась на четвёртый этаж. Когда девушка, запыхавшись, поднялась по лестнице и, озираясь по сторонам, подошла к офисному помещению с табличкой «Вооруженное детективное агенство», стрельба уже стихла. Коридор был пуст. Химицу хотела осторожно приоткрыть дверь и заглянуть внутрь, но едва она коснулась створки, как та, и без того держащаяся на честном слове после потасовки, слетела с петель и рухнула внутрь кабинета.

— Простите… — на автомате пробормотала девушка, заглядывая внутрь.

В помещении лежали тела. Впрочем, не мёртвые — живые. Тела жалобно постанывали и периодически шевелили то рукой, то ногой. Отдельной горкой лежали автоматы. Некоторые из них были разрублены пополам — очевидно, постаралась Кёка со своей Шираюки. Сами же детективы не получили ни единой царапины и были свежи как роза в майский день.

— О, Химицу! Радость моя! — С широкой улыбкой воскликнул Дазай, приветливо махая рукой. — Как мило с твоей стороны к нам заглянуть.

— Что у вас тут произошло? — проигнорировала возглас парня Химицу, переступая через битое стекло.

— Это портовая мафия. Обычное дело, — безмятежно пожал плечами Рампо.

— То есть у вас такое уже случалось? — уточнила Химицу.

Судя по тому, как невозмутимо отреагировал Эдогава, дело было вовсе не в ней. А значит можно было выдохнуть — люди из лаборатории её пока не нашли.

— Бывает переодически, — зевнула доктор Ёсано и потянулась. — Наше агенство давно им поперёк горла.

— Выбросить их в окно как в прошлый раз? — Поинтересовался, тем временем, парнишка в деревенской одежде, кивнув на лежащих кучками людей.

— Да, Кенджи, если тебя не затруднит, — кивнул Куникида, поправляя очки.

Тот моментально приступил к выполнению задания, и мафиози один за другим в бодром ритме полетели в разбитое окно агентства.

Помощь Химицу тут явно была не нужна, и девушка уже собиралась было, быстро попрощавшись, пойти к себе, но дорогу ей преградил Дазай.

— Похоже, ты о нас беспокоилась. — Склонил он голову набок с сияющей улыбкой. — Это так мило с твоей стороны.

— Точно не о тебе, — заявила Химицу и едко добавила: — Уверена, ты был бы счастлив, если бы тебя пристрелили.

— Да нет же, в такой смерти нет ничего романтичного. — Издал печальный вздох Дазай от того, что девушка никак не хочет его понять.

— Ну кто знает, вдруг ты пересмотрел свои принципы и теперь считаешь, что умереть на рабочем месте — это круто, — безразлично пожала плечами Химицу.

— Не-ет, я всё ещё хочу совершить двойной суицид вместе с милой девушкой вроде тебя, — широко улыбнулся парень. Дазай явно получал удовольствие от происходящего, включившись в забавную, по его мнению, игру. — Но я рад, что ты помнишь о моих принципах. Похоже, мы с тобой на одной волне, — подмигнул он девушке.

— На одной волне? — переспросила Химицу и фыркнула: — Да мы с тобой даже не в одной луже.

В агентстве послышались смешки.

— Похоже, эта девушка тебе не по зубам, Дазай, — весело заметил Рампо.

— Химицу, ты так холодна со мно-о-ой, — страдальчески проныл Осаму, театрально приложив ладонь ко лбу. — Но я уверен, со временем мне удастся растопить твоё ледяное сердце! — оптимистично закончил он.

— Размечтался, — хмыкнула девушка, попытавшись его обойти.

— Чем языком трепать, лучше стекло замети, пока на него никто не наступил. — Вручил Дазаю веник Куникида.

— Ла-адно, — закатил глаза тот. Другие члены агентства тоже принялись разбирать последствия разгрома. — О, кстати! — обратился Дазай к Химицу. — Пока мы здесь прибираемся, ты не могла бы позвонить стекольщикам и попросить их приехать к нам в офис? — Он кинул ей мобильный, который девушка рефлекторно поймала. — Это сэкономит нам время. Их номер в списке контактов.

Одного взгляда на хитро улыбающегося Дазая было достаточно, чтобы понять: он сделал это нарочно. У Химицу, все подростковые годы пребывающей в научной лаборатории, никогда в жизни не было мобильного телефона. То есть она, конечно, видела, как Ивамото и другие сотрудники по нему звонили и могла бы, в принципе, разобраться как набирать номер, но вот где искать этот самый список контактов, девушка понятия не имела. Химицу попыталась скрыть панику, наверняка отразившуюся на её лице, и бросила телефон обратно Дазаю.

— Я тебе не секретарша, — взглянула она на парня таким холодным взглядом, что им можно было наморозить глыбу льда. — Сам и звони стекольщикам. Я просто хотела убедиться, что у вас всё в порядке. А теперь я со спокойной душой пойду догуливать свой законный выходной.

Круто развернувшись, Химицу прошлась по лежащей двери к выходу, но фраза прозвучавшая с места другого детектива — Эдогавы Рампо — заставила её остановиться.

— Как же ты собралась звонить по этим объявлениям, если не умеешь пользоваться телефоном? — удивлённо поинтересовался он.

— Ты не умеешь пользоваться мобильным? — изумилась обычно тихая Кёка. Её можно было понять: девочка ходила с телефоном столько, сколько себя помнила.

Химицу глубоко вдохнула и выдохнула, проклиная себя за то, что не смогла остаться равнодушной, и пришла узнать что случилось. А ведь могла бы сейчас спокойно сидеть в своей комнате и не подвергаться допросу. Надо как-то быстренько выкрутиться и ещё быстрее свалить отсюда. Девушка резко обернулась.

— Я уже говорила вашему суициднику, — нарочно не назвала Дазая по имени девушка, чтобы стереть нахальную ухмылочку с лица парня, — что у меня были очень строгие родители. Кроме этого, они отличались склонностью к паранойе и у них был пунктик на пользование техникой. Мама с папой считали, что от неё исходит вредное излучение, и запрещали мне пользоваться телефоном. Сообщаю заранее, что телевизора с микроволновкой у нас тоже не было, — едко добавила она.

Ах, как же всё-таки трудно обманывать других! Когда лжёшь, слова должны звучать убедительно и правдоподобно. Да ещё и нужно хорошо помнить всё, что ты говоришь: каждую мелочь и деталь, чтобы не спалиться. Особенно, если ты врёшь в лицо детективам. Вот и сейчас Химицу пришлось добавить новых деталей к тому, что она уже говорила до этого.

Прежде чем кто-либо успел что-нибудь добавить, со словами: «Надеюсь на этом допрос окончен», Химицу вышла из помещения. Она бы с удовольствием хлопнула дверью, если бы та была в проёме, а не валялась на полу.

— Слушай, а почему она просто не попросит у нас помощи? — недоумённо спросил Рампо у Дазая, когда тот проходил мимо него с веником.

— Думаю, дело в доверии, — улыбнулся тот и задумчиво констатировал: — А нам она пока не доверяет.

Эдогаве Рампо этого ответа было более чем достаточно. В конце концов, у него были дела поинтереснее. Разумеется, гениальный детектив уже давно всё понял про девушку. А своими наблюдениями с остальными сотрудниками не делился лишь потому, что наивно предполагал, что то, что очевидно ему, очевидно и всем остальным.

* * *

Примерно через пару часов Химицу услышала стук в дверь. Настолько вежливый и негромкий, что девушка могла не опасаться, что это доставучий Дазай или кто-то из лаборатории.

— Кто там? — всё же на всякий случай уточнила она через дверь.

— Это Накаджима Ацуши из детективного агентства. — Донёсся до неё голос, стоящего по ту сторону, парня.

Химицу немного удивилась, но дверь всё же открыла. На пороге и впрямь стоял белобрысый пацан, неловко переминаясь с ноги на ногу.

— Вот, держи, — протянул он ей коробку шоколадных конфет в ответ на вопросительный взгляд девушки из разряда: «чего припёрся?».

— Что это? — ещё больше изумилась Химицу.

— Это извинительный подарок от агентства за причинённые неудобства, — пояснил Ацуши. — Когда мафия нападает на наше агенство, мы каждый раз так ходим по соседям, извиняемся за шум.

Брови девушки поползли выше, и на какое-то время в воздухе повисла пауза. Ацуши уже немного подустал держать коробку в вытянутой руке, как вдруг Химицу неожиданно спросила:

— Может пройдёшь? Я могу чай заварить, — неловко предложила она.

Парнишка растерянно заморгав, сперва решил отказаться, но любопытство всё же пересилило, и он кивнул, перешагивая через порог.

— А у тебя тут пустовато, — заметил Ацуши, оглядываясь. — Даже обеденного стола нет… Ой, прости! — испуганно осёкся он. — Это было невежливо с моей стороны.

— Не обжилась ещё, — безразлично пожала плечами Химицу. Она в общем-то вполне спокойно и благожелательно относилась к вопросам и замечаниям всех, кого не звали «Дазай». — Я же не так давно работаю. Не накопила ещё на новую мебель, — пояснила девушка.

Химицу и сама точно не могла себе объяснить, почему пригласила этого парнишку в гости. Хотя, если подумать, причин было сразу несколько. Во-первых, если ей всё ещё придётся оставаться на этой квартире, то лучше бы завести с кем-то из агентства приятельские отношения. Это давало бы хоть какую-то слабую надежду на защиту, если её обнаружат. К тому же, Ацуши может случайно упомянуть, что о ней говорили его коллеги после того, как девушка ушла к себе. Во-вторых, хотя Химицу и не была компанейским человеком, но и ей бывало тоскливо. Особенно, если ты вынужден безвылазно сидеть в одном месте, боясь попасться в объективы городских камер. Ну а в-третьих, находясь в лаборатории, Химицу частенько мечтала о нормальной жизни. В том числе о собственном жилье и гостях, которых она будет туда приглашать. И сейчас ей не хотелось упускать возможность почувствовать себя хозяйкой в этом, пусть и скромной, но своём жилище.

— Можешь сесть на футон, — предложила девушка, щёлкая тумблером электрического чайника.

Его Химицу тоже попросила купить сотрудницу, ссылаясь на то, что не знает, где находится магазин бытовой техники и боится заблудиться в незнакомом городе. С едой было проще. Сотрудникам кафе предоставлялась пятидесятипроцентная скидка, и Химицу просто брала еду на вынос, не выходя за пределы здания. Может это было и не так экономно, в сравнении с приготовлением еды дома, зато безопасно.

— Знаешь, у меня тоже не было мобильного до того, как я попал в агентство, — поделился с девушкой Ацуши, вероятно не знавший с чего начать разговор, и решив для начала найти точки соприкосновения. — Так что я тебя понимаю…

Химицу приподняла бровь. Вообще-то ей это было не особо интересно. Ну не было и не было. Но тут девушка вспомнила, что на правах хозяйки неплохо бы изобразить хоть какую-то заинтересованность и она спросила:

— Вот как?

Ацуши воспринял это как приглашение к дальнейшей беседе и признался:

— Да, я всю жизнь прожил в приюте, так что, как понимаешь, техники у воспитанников не было. А потом меня и вовсе оттуда выгнали…

Химицу бы и рада была посочувствовать парню, но что-то ей подсказывало, что хотя в приюте жизнь и не сахар, над ним там хотя бы не ставили бесконечные мучительные опыты. Впрочем, дело было даже не в этом. Девушка, за всю свою жизнь, нормально общавшаяся только с родителями в детстве и позднее с Ивамото, просто не представляла, что вообще нормальные люди говорят в такой ситуации.

Химицу неторопливо достала заварник из тумбочки, отмерила ложечкой листовой чай и, помолчав, сказала:

— Я, наверно, должна сейчас сказать тебе что-то ободряющее?

Ацуши растерялся.

— Не знаю… наверно… — промямлил он, уже ругая себя за то, что вообще поднял эту тему. Накаджима вовсе не собирался жаловаться, просто как-то к слову пришлось.

Химицу вздохнула:

— Как я уже говорила, я жила со строгими родителями, которые ограничивали меня в общении с другими людьми. Так что я выросла социально-неприспособленной, и я понятия не имею, что мне сейчас следует сказать. — Девушка сняла чайник с подставки и, залив воду в заварник, засекла время, чтобы напиток получился идеально заваренным.

Ацуши пару раз моргнул, услышав подобное откровение, а потом неожиданно рассмеялся.

— Не волнуйся об этом, — сказал он, улыбаясь. — Мне нравится твоя искренность.

— Искренность? — удивилась Химицу. По её мнению, она в последнее время только и делала, что всех обманывала.

— Ну да. Ты говоришь то, что думаешь. А ещё ты очень добрая и смелая, раз прибежала к нам в агенство, услышав стрельбу.

— Достаточно! — замахала руками Химицу, заметно покраснев. — Это ты из нас двоих, похоже, говоришь всё что придёт на ум.

— Прости…

Девушка отвернулась, чтобы скрыть горящие щёки, взяла небольшой поднос, который списали в кафе из-за царапин, и поставила на него две чашки. Затем она разлила ароматный напиток и тоже уселась на футон, поставив поднос между собой и Ацуши.

— А из-за чего всё-таки весь сыр-бор сегодня был? — спросила Химицу, открывая конфеты. Отчасти оттого, что ей, действительно, было любопытно, а отчасти, чтобы сменить тему.

Накаджима вздохнул, виновато отвёл взгляд, но всё-таки ответил:

— Из-за меня…

— Да ладно? — Не сдержала изумлённого возгласа девушка.

Как вообще этот щуплый пацан из приюта мог стать целью мафиози? Да она скорее поверит, что это Дазай доигрался, спровоцировав кого не следует.

— Это из-за моих способностей… — признался Ацуши.

Рука Химицу, держащая чашку, дрогнула, и девушка поспешила поставить посуду обратно на поднос. Вот оно что… Значит, не только ей способности принесли немало бед.

— Что они от тебя хотят? — спросила Химицу, стараясь, чтобы её голос не дрожал. Уж слишком схожа была её собственная ситуация.

— Продать заграницу, — тихо ответил парнишка. — Поэтому агенство, взявшее меня под своё крыло, им поперёк горла. Вообще не знаю, что бы со мной было, если бы не встреча с Дазаем.

— Так Дазай не просто болтун и бездельник? — изумилась Химицу, широко распахивая глаза.

Несмотря на серьёзность разговора, Ацуши засмеялся.

— У него своеобразный образ мышления, — сказал он, — но директор агенства очень ценит его за блестящий ум и физическую подготовку. Я видел Дазая в деле, как будто совсем другой человек.

— Ну, некоторую проницательность и я заметила… — задумчиво пробормотала девушка.

— Я потому и вызвался пройтись по соседям, что это всё случилось из-за меня, — снова вздохнул Накаджима, возвращаясь к исходной теме, и вздрогнул, когда Химицу неожиданно ударила по полу кулаком.

— Не смей себя винить! — строго сказала она то, что ей не так давно говорила Ивамото. — Ты не виноват в том, что у тебя есть способности! Если кто в чём и виноват, то это те, кто на тебя охотятся. Ты меня понял?!

Ацуши изумлённо посмотрел на неё, а потом пробормотал:

— А говорила, утешать не умеешь…

* * *

* * *

— Ты сегодня один? — удивилась Химицу, когда Ацуши подошёл к стойке, чтобы сделать заказ.

Конечно, Накаджима мог бы подождать официантку, но после того как парень побывал у Химицу в гостях, он почувствовал, что в их отношениях «бариста — клиент» что-то изменилось, словно невидимая стена отчуждения дала трещину. Ацуши понимал, что, скорее всего, Химицу одиноко в чужом городе, а самой ей сложно наводить мосты между собой и другими людьми. Поэтому решил подойти и лично поприветствовать.

— Да, — кивнул Ацуши. Удивление Химицу было понятно. Парень обычно бывал в кафе либо с остальными детективами, либо с Кёкой, но никогда один. — Я немного простудился во время последнего задания и пару дней просидел дома, — смущённо улыбнулся он. — Сегодня мне тоже сказали долечиваться и уехали на задание без меня. А мне уже тошно сидеть в комнате, — вздохнул Накаджима и чихнул: — Не волнуйся, это обычная простуда, а не вирус. Я тебя не заражу.

Если бы Химицу умела улыбаться, она бы иронично улыбнулась. Её способность не позволяла ей даже заболеть. Хотя девушка и чувствовала себя какое-то время плохо после нахождения на грани жизни и смерти, но обычные болезни, которыми так часто страдают люди, были ей недоступны. И это порой её огорчало, потому что простуда у Химицу ассоциировалась не только с больным горлом и соплями, но также с вниманием и заботой. Девушка ещё помнила, как в детстве простывала, и тогда мама брала выходной на работе, укутывала дочурку тёплым одеялом, гладила по голове и читала её самые любимые сказки...

— Не волнуйся, у меня крепкий иммунитет, — ответила Химицу. — Давай сделаю тебе что-то вроде безалкогольного глинтвейна, чтобы выгнать остатки простуды.

— Если тебя не затруднит, — улыбнулся Ацуши.

— Это моя работа, — хмыкнула та и принялась за дело.

Девушка влила в воду вишнёвый сок и нагрела вместе с пряностями и нарезанными дольками фруктами. Добавила в тёплый напиток мёд и поставила чашку с ним, источающую ароматы корицы, кардамона и гвоздики, на стойку.

— Пахнет обалденно, — заметил Ацуши, вдыхая аромат. — Сколько с меня?

— За счёт заведения! — Великодушно махнула ладонью Химицу. — Адекватных членов агенства надо беречь, вас и так там немного.

Накаджима весело засмеялся и, забрав напиток, сел за столик, чтобы не мешать девушке работать. Время перевалило за полдень, и в кафе начали подтягиваться люди, чтобы перекусить в обеденный перерыв.

Звякнул дверной колокольчик, впуская очередного посетителя. Химицу мельком бросила взгляд на вошедшего, отмеряя количество молока для заказа, да так и застыла с питчером в руках. Парень, возникший на пороге их кафе, выглядел так бледно, словно только что восстал из гроба. Готический наряд довершал это впечатление. Особенно добило девушку жабо. У неё сложилось ощущение, что где-то неподалёку от кафе снимали фильм о средневековье, и один из актёров в перерыв решил заглянуть к ним выпить чашечку кофе, не снимая грим. Но во мрачном взгляде вошедшего было что-то такое, отчего никто и не думал смеяться над его странным нарядом.

— Акутагава… — ахнул Ацуши, мгновенно побледнев. — Что тебе здесь нужно? — спросил он, стараясь придать голосу решительности.

— А разве не очевидно? — притворно удивился вошедший. — Я пришёл за тобой, оборотень. И если ты пойдёшь со мной добровольно, возможно, никто из этих людей, — он указал на соседние столики, — не пострадает. Удачно, что работники агенства уехали на задание, не правда ли? — Губы парня растянулись в зловещей ухмылке. — На этот раз помочь тебе некому. Решай, тигр.

— Это что за упырь? — шёпотом спросила Химицу официантку, испуганно замершую с пустым подносом рядом со стойком.

— Говори тише. Он из мафии, — еле слышно откликнулась та. — Его способности очень опасны, так что нам лучше не привлекать к себе внимание.

Словно в подтверждении этих слов из-за одного столика поднялся крепкий спортивный мужчина.

— Да как ты смеешь нам тут угрожать, сопляк?! Убирайся, пока я полицию не вызвал! — раздражённо бросил он.

Химицу кольнуло нехорошее предчувствие. Тот, кого Ацуши назвал Акутагавой, обернулся и недоумённо поднял бровь, словно услышал вдруг над ухом комариный писк.

— Полицию, говоришь? — усмехнулся он. — Расёмон!

В тот же миг к мужчине от его плаща устремились не то чёрные щупальцы, не то молнии. В любом случае, даже Химицу, повидавшей в лаборатории всякого, стало жутковато. Особенно, когда эти самые молнии пронзили мужчину, разрезая плоть вместе с одеждой, и тот с жутким воплем упал замертво. Кровь брызнула на пол и на мебель. Сидевший за соседним столиком с мужчиной, кучерявый парнишка отпрянул, когда брызги крови попали ему в тарелку, и не удержав равновесие, грохнулся на пол вместе со стулом. В зале началась паника и раздавались шепотки: посетители понимали, что нужно бежать, но никому не хотелось становиться следующей жертвой.

Химицу закусила губу. Было ясно, что щадить их не будут. Если паника достигнет пика, и посетители, поддавшись истерии, ломануться к выходу, этот странный парень с безжалостными глазами просто вырежет всех. Да даже если Ацуши пойдёт с ним, не факт, что Акутагава сдержит обещание и оставит свидетелей в живых. Однако, в противоположной стороне зала есть запасной выход для персонала. До него не так далеко от столиков. Если бы кто-то отвлёк Акутагаву, а другой, тем временем, вывел посетителей, то у тех был бы шанс спастись. Если этому парню нужен Ацуши, вряд ли он станет их преследовать, рискуя упустить добычу.

Вот только кто или что бы могло его отвлечь? Химицу в задумчивости взглянула на официантку, стоящую рядом с ней. Та была бледна, но сохраняла удивительное самообладание. Буквально утром она сообщила Химицу радостную новость — её парень сделал ей предложение, и они собирались назначить дату свадьбы. Бариста вздохнула — по всему выходило, что роль отвлекающего фактора придётся выполнять ей самой. Не посылать же на верную смерть эту милую девочку, у которой впереди счастливая семейная жизнь. Вот и выходило, что кроме неё самой просто некому. В последствиях своего решения Химицу даже не сомневалась: Акутагава убьёт её на месте. А это значит, что способности девушки, которые она так тщательно скрывала, будут обнаружены.

Химицу перевела взгляд на труп мужчины. Если кто-то ещё погибнет, сможет ли девушка себе это простить, зная, что могла это предотвратить? Самому Накаджиме она, разумеется, помочь не сможет. Во-первых, он выбрал ближайший к ней столик, а, во-вторых, уж за кем за кем, а за своей добычей Акутагава будет следить внимательно. А её собственные способности могут помочь лишь ей самой и абсолютно бесполезны для окружающих.

Перед мысленным взором Химицу возникла картина недавнего прошлого. Вот она вылезает в окно первого этажа, немного отбегает, слышит выстрел за спиной, затем оборачивается и с ужасом видит Ивамото, повисшую на подоконнике с простреленной головой. Это видение придало девушке решимости. Ну нет, больше никто не умрёт! Не в её смену!

— Послушай, — нахмурившись, шепнула Химицу официантке, забирая из её руки поднос, — я отвлеку этого хмыря, а ты выводи людей через запасной выход.

— А как же ты? — широко распахнула глаза та.

— Обо мне не волнуйся. В конце концов, ты же не хочешь, чтобы все здесь погибли?

Официантка вздохнула и незаметной тенью скользнула к стенке, чтобы вдоль неё пробраться к нужной двери. Всеобщая паника заглушила её шаги.

— Если не заткнётесь, — кинул безжалостный взгляд в сторону посетителей Акутагава, — последуете за ним, — кивнул он на труп.

В зале воцарилась полнейшая тишина, а официантка испуганно замерла на месте в надежде, что парень не заметил её перемещения. На её счастье в этот момент заговорил Ацуши, отвлекая на себя внимание Акутагавы.

— Не надо больше никого убивать! — выпалил он, и в его голосе звенели отчаяние и бессилие. — Я пойду с тобой, — сдавленно добавил Накаджима.

Акутагава, услышав его слова, усмехнулся и презрительно прищурился.

«Сейчас он точно всех поубивает, чтобы Ацуши почувствовал себя ещё более жалким», — поняла Химицу и поспешно выкрикнула:

— Эй ты, граф Дракула местного разлива!

Кажется, после сказанного ей точно стоит приготовиться к мучительной смерти. А жаль — за всё время пребывания в лаборатории, к боли Химицу так и не смогла привыкнуть. Несмотря на способность, не позволяющую ей умереть, у девушки был довольно низкий болевой порог. И если бы её спросили, что она ненавидит больше всего на свете, Химицу без колебаний назвала бы «боль». И лишь во вторую очередь «Дазая».

Акутагава и впрямь не пропустил слова девушки мимо ушей и переключился на неё.

— Это ты мне? — спросил парень, взглянув на неё своими тёмно-серыми глубоко посаженными глазами.

Девушка вздрогнула от его бездушного холодного взгляда, словно на неё посмотрела сама смерть. Смерть, которая очень хотела забрать Химицу ещё тогда, в семь лет, но так и не смогла, делая всё новые попытки и раз за разом уступая дару девушки. Или же не дару, а проклятию — это как посмотреть.

— Химицу, не зли его, — взмолился Ацуши, но девушка, разумеется, пропустила его просьбу мимо ушей.

— Да, тебе, парень в готическом прикиде, — подтвердила Химицу, краем глаза наблюдая как её коллега уводит людей через запасной выход. — Пришёл тут, понимаешь ли, в приличное заведение, угрожаешь посетителям, одного даже убил. Да что с тобой не так? — с вызовом приподняла бровь она.

От её пламенной речи немного зависли оба парня. Признаться, и сама Химицу прифигела от того, что только что произнесла и насколько грубо и дерзко это прозвучало. Из её круга общения обычно только Дазай отличался склонностью к суициду. А то, что произносила сейчас она сама, иначе как попыткой умереть в смертельных муках не назовёшь, и повод сомневаться в её адекватности у парней, надо признать, был.

— Нахальная девчонка, — хмыкнул наконец Акутагава. — Разве наш мальчишка-оборотень не говорил, что меня злить не стоит? Но не волнуйся, ты умрёшь быстро, — пообещал он, сузив глаза.

Прежде чем Ацуши успел что-либо предпринять, острые тёмные лезвия безжалостными молниями прочертили пространство кафе, устремившись к стойке, где стояла Химицу. Чёрные полосы разрезали тело девушки в клочья, так что та не успела даже вскрикнуть перед тем, как её пронзённое сердце перестало работать. Ацуши с ужасом наблюдал, как истерзанное тело Химицу завалилось назад и упало, скрываясь от его взгляда за барной стойкой.

— Что ж, жалкие людишки убежали. Остались только мы, оборотень, — обратился к парню Акутагава.

* * *

Всё что Химицу запомнила, это то, что после долгой и мучительной судороги её накрыла темнота. Когда же сознание вновь включилось, она всё ещё лежала за барной стойкой. Сколько же времени прошло? По её подсчётам приблизительно десять-пятнадцать минут с момента её «смерти». В первые пять минут, повинуясь бешеной способности к регенерации, обычно восстанавливалось и запускалось сердце, затем другие внутренние органы. После чего начинали срастаться повреждённые кости и мышцы, и лишь в последнюю очередь мягкие ткани и кожный покров. Сейчас, судя по покалыванию и растекающемуся теплу, организм как раз закончил соединять мышцы и принялся за повреждения в мягких тканях.

Вставать Химицу не спешила. В зале всё ещё были слышны звуки ломающейся мебели, бьющегося витражного стекла, а в воздухе у самого потолка мелькали чёрные молнии, и девушке даже разок почудилось, что она видит хвост какого-то огромного зверя. Не иначе как ткани мозга ещё до конца не восстановились и их соединение вызывает зрительные галлюцинации. В таким случае, вставать точно не стоит. Тем более, что её внезапное появление лишь усложнило бы ситуацию. Да и проходить второй раз через острую боль и длительный процесс регенерации девушке как-то не улыбалось. Может подползти к краю стойки и прикинуть, сколько ещё примерно будет длиться это безобразие? Эх… ремонту в кафе теперь немерено…

Звук распахивающейся двери прервал её планы, и она внезапно услышала голос Дазая:

— Достаточно!

В тот же миг всё стихло. Чёрные молнии прекратили летать в воздухе, и в кафе воцарилась тишина. Вот только вместо того, чтобы успокоиться, Химицу не на шутку испугалась. Надо вылезать из-под стойки немедленно, несмотря на слабость из-за потери крови. Если процесс регенерации завершится, ей же никто не поверит, что одежда порвана и окровавлена, а на ней самой ни царапинки. Вот только что делать с лужей крови на полу? Она огляделась и, беззвучно выругавшись, поняла, что с кровавыми подтёками сейчас ничего точно не сделает. А значит, нужно подниматься и не дать парням сюда заглянуть. А потом быстренько их выпроводить и отмыть пол до прихода полиции. Но насколько это сейчас безопасно?

Она услышала слова Акутагавы:

— Хорошо. Сейчас я уйду, но это не последняя наша встреча, оборотень, — и следом хлопнула дверь.

Странно, конечно, что она осталась висеть на петлях, учитывая в каком состоянии сейчас находился зал некогда уютного кафе. Химицу быстро осмотрела свою одежду — к счастью, униформа была чёрной и пятна крови на ней были практически незаметны. А вот некогда белоснежный фартук пришлось снять, потому что выглядел он как после схватки с маньяком в подворотне, притом возможно с плачевными последствиями для последнего. Девушка вытерла о фартук руки и затолкала его подальше.

— Ну и разгром, — судя по тому как присвистнул Осаму, он явно осматривал помещение. — Не зря мне показалось, что задание, на которое мы отправились, слишком подозрительно… Теперь понятно, почему нас хотели сплавить куда подальше.

— Так ты поэтому вернулся? Дазай, — в голосе Ацуши звенели слёзы, — Химицу мертва! Акутагава убил её. Я ничего не успел сделать…

— Химицу? — переспросил парень и расстроенно протянул: — Вот жалость-то… В расцвете лет, а главное, без меня… — пробормотал он.

Накаджима же, судя по голосу и всхлипам, явно был готов разразиться рыданиями. Это уже было слишком. Химицу с трудом поднялась на ноги и, тяжело опершись на стойку, невозмутимо сказала:

— Слухи о моей смерти явно преувеличены. Здрасьте, господин Дазай. Простите, чай подать не могу, кафе закрывается на ремонт.

Поскольку Дазай как раз собирался заглянуть за стойку, лицо девушки практически нос к носу оказалось перед его лицом. Только сейчас Химицу заметила, что глаза у Осаму тёплого кофейного оттенка. Раньше она как-то особо не приглядывалась к доставучему надоедливому парню. Сейчас же в его карих глазах плескалось удивление и… радость? Неужели Дазай и вправду рад, что она не умерла? Хотя, наверно, да. Иначе над кем он ещё будет издеваться?

— Мы разве не перешли на «ты» несколько дней назад? — промурлыкал Осаму, не намереваясь отодвинуться ни на один сантиметр.

— Это был выходной, — усилием воли не отвела взгляд Химицу, — а сегодня я на работе, — терпеливо пояснила она. — Служебная этика и всё такое…

— Ты жива?! — облегчённо выдохнул рядом с ними Ацуши, не в силах поверить собственным глазам.

— Я слышала, что от обморока не умирают, — неопределённо пожала плечами девушка, делая шаг назад и увеличивая дистанцию между собой и Дазаем.

— Но я же сам видел, как в тебя попал Акутагава! — не унимался Накаджима.

А-а-а! Заткните его кто-нибудь уже! Примерно такие мысли метались в голове у Химицу, в то время как её лицо выражало безразличное спокойствие.

— У вашего приятеля (или кто он вам там?) явно сбит прицел, — хмыкнула девушка. — Я всего лишь отделалась лёгкими царапинами и потеряла сознание от встречи головы с полом.

— Зачем ты вообще его дразнила? — и не думал умолкать Ацуши.

— Заразилась суицидальным настроем от господина Дазая, — фыркнула Химицу. — А если серьёзно… я может быть и не очень хороша в математике, но умею посчитать разницу между «пострадают все» и «пострадает кто-то один». Такая вот арифметика… — вздохнула она, разведя руками.

Девушка внезапно почувствовала лёгкое щекотание, словно ветерок обдувал её кожу или же по ней водили пушистой кисточкой. Похоже, регенерация наконец добралась до верхних покровов. Надо поскорее выпроводить парней, пока те ничего не заметили. Ещё не хватало, чтобы её царапины затянулись прямо у них на глазах. А хуже всего, что перед допросом полиции придётся нанести себе новые, чтобы не выглядеть слишком уж подозрительно. Держать долго её, по идее, не должны — она была в обмороке и ничего не видела.

— Дразнила Акутагаву, значит? — засмеялся тем временем Дазай. — А ты знаешь толк в самоубийствах! — Он вдруг сделался серьёзным и, окинув внимательным взглядом её порванную одежду, уточнил: — Ты точно в порядке? Первую помощь оказать не следует?

— У нас труп лежит на пороге и вся мебель сломана, — закатила глаза девушка. — Конечно же я не в порядке! Но первая помощь мне точно не нужна.

— Очень жаль, — драматично вздохнул Осаму. — Мне говорили, что я хорош в искусственном дыхании, — улыбнулся он, с удовольствием наблюдая, как щёки девушки от его слов заливаются румянцем.

— Вот же… — У Химицу не нашлось подходящих слов, поскольку она поперхнулась воздухом от такого заявления. Девушка начала оглядываться, чтобы найти чем запустить в нахала. Желательно, предметом потяжелее.

— Похоже, ты представила, — не затыкался Дазай.

Девушка почувствовала, что сама сейчас убьёт Осаму. А что? Он же хотел умереть, вот она как раз и поможет. Но её планам не суждено было сбыться.

— ХИМИЦУ!!! — в кафе влетела та самая официантка, которая вывела людей из здания. — ТЫ ЖИВА!!! СЧАСТЬЕ-ТО КАКОЕ!!!

Она заключила баристу в настолько крепкие объятия, что та растерянно подумала, что регенерация, кажется, ей ещё понадобится. Особенно если ей сейчас сломают рёбра от большой любви и радости.

Кое-как высвободившись из объятий, Химицу вышла из-за стойки и строго сказала парням:

— Всё, шуруйте отсюда. Сейчас сюда приедет полиция, будет осматривать кафе и брать показания. Так что посторонних прошу покинуть помещение!

И не дав им сказать ни слова, вытолкала обоих за дверь.

* * *