От страниц к признанию (гет)

В Японии апрель — время, когда воздух становится мягче, а сакура только начинает распускаться на ветках, обещая через пару дней розовый шум за окнами школы. В старшей школе района Такахаси всё шло своим чередом: утренние собрания, сменная обувь, запах мела и деревянных парт. Класс 2-Б, второй год старшей школы — возраст, когда уже не первокурсники, но ещё не выпускники, когда дружбы уже устоялись, а амбиции только начинают проявляться.

За день до выходных в классе царила привычная суета.

У окна, на первом ряду, сидела Араки Хина. Её чёрные волосы, гладкие и длинные, падали на плечи и скрывали половину лица, когда она опускала голову к тетради. Острый профиль, бледная кожа, тонкие пальцы, сжимающие ручку. Она не смотрела по сторонам, не разговаривала, не улыбалась. Её лицо казалось вырезанным из льда — брови слегка нахмурены, губы сжаты. Любой, кто взглянул бы на неё, подумал бы: «Эта девушка либо злится, либо презирает всех вокруг».

На самом деле Хина просто пыталась не смотреть на людей.

Каждый раз, когда кто-то проходил мимо её парты, её сердце сжималось. Она слышала шёпот, смех, звонкие голоса одноклассников, но не могла отличить, смеются ли они с ней или над ней. Ей казалось, что стоит ей поднять голову — и она встретит чей-то насмешливый взгляд. Поэтому она смотрела в окно. На школьный двор. На деревья. На облака. Всё, что угодно, только не на лица.

Она даже не подозревала, что на самом деле парни в классе тайно засматривались на неё, а девочки обсуждали её стиль и осанку, называя её «эстетично пугающей». Она не знала, что её холодность воспринималась не как отвращение, а как недоступность, которая притягивала. Но Хина жила в своём мире, где она была странной и лишней.

На другом конце класса, почти у задней стены, во втором ряду сидел Сато Руки. Пепельно-русые волосы, чуть взлохмаченные, тёплые карие глаза, которые всегда казались смеющимися — даже когда он просто смотрел в доску. Он был из тех людей, с которыми легко говорить, даже если вы знакомы пять минут. От него веяло спокойствием, и это притягивало одноклассников. Невысокий, но с прямой осанкой, он всегда выглядел так, будто знает, что всё будет хорошо. Даже когда молчал, в нём чувствовалась лёгкость.

Сейчас он сидел, рассеянно водя ручкой по тетради, и думал о предстоящей субботе. Рина, его младшая сестра, уже три дня ныла, чтобы он сходил на Comiket и купил ей новый том её любимой манги. Он не особо разбирался в этих фестивалях и даже не знал, что там продают, но отказать сестре не мог.

— Слушайте, — сказал он, поворачиваясь к друзьям, — кто-нибудь хочет пойти со мной в субботу? Сестра просит купить мангу на этом фестивале, но я там ни разу не был. Не хочу идти один.

Кобаяши Кэнта сидел на последнем ряду у правой стены. Высокий, широкоплечий, с вечно растрёпанными тёмными волосами и громким голосом, который разносился по всему классу даже когда он не старался. Он был генератором безумных идей, тем, кто всегда тащил друзей в караоке или на рамэн. Сейчас он вскинул брови и усмехнулся:

— В субботу? А мы с ребятами ещё на той неделе договорились в караоке. Не могу, извини.

Судзуки Мию сидела на четвёртом ряду, у прохода. Ухоженная, стильная, с лёгким макияжем и всегда идеально уложенными волосами. Она любила соцсети, моду и знала все новые места в городе. Родители не ограничивали её — скорее наоборот, поощряли увлечения, поэтому она часто могла куда-то пойти. Но сейчас она виновато улыбнулась:

— Я бы пошла, но у меня в субботу фотосессия с подругами. Мы уже давно планировали.

Такахаси Мицуки сидел у стены, на втором ряду. Спокойный, всегда собранный, с аккуратными тёмными волосами и внимательным взглядом. Он говорил редко и по делу, учился почти на отлично, и его присутствие в компании было как якорь — он не давал Кэнте скатиться в полный хаос.

— Я готовлюсь к контрольной по математике, — сказал он ровно. — И вообще я не фанат таких мероприятий.

Накамура Аои сидела на пятом ряду, у правой стены. Робкая, тихая, с длинными тёмными волосами, которые она часто заправляла за уши. Она почти никогда не заговаривала первой, и голос её был едва слышен даже в спокойной обстановке. Но за этой скромной внешностью скрывалась девушка, которая могла ударить в случае опасности. Её родители были строги — она редко могла куда-то пойти без разрешения, и даже на школьные мероприятия её отпускали не всегда. Сейчас она опустила глаза, давая понять, что не сможет присоединиться.

Руки осмотрел друзей и выдохнул:

— Ну вот. Все заняты. Ладно, схожу один.

— Сходи, не бойся! — хлопнул его по плечу Кэнта. — Может, и девушку найдёшь себе!

Руки усмехнулся и покачал головой, не отвечая.

В этот момент он поднял взгляд и случайно посмотрел в сторону окна. На первое место. На Хину.

Она сидела неподвижно, как статуя. Её лицо было повёрнуто к стеклу, волосы закрывали щёку. Руки видел только её профиль — острый, бледный, почти прозрачный в свете весеннего солнца. Он уже не раз замечал её раньше. Она всегда была одна, всегда молчала, всегда выглядела так, будто мир ей противен.

Он попытался представить, каково это — сидеть так, не разговаривая ни с кем целый день.

Но он быстро отвёл взгляд. Не хотел, чтобы она подумала, что он на неё пялится.

Хина тем временем почувствовала чей-то взгляд.

Она на мгновение повернула голову и увидела, как парень с русыми волосами, сидящий почти у доски, смотрит куда-то в сторону. Наверное, ей показалось. Она быстро отвернулась обратно к окну и сжала ручку в пальцах.

Пожалуйста, не обращайте на меня внимания... — подумала она, чувствуя, как сердце начинает биться быстрее.

Она не знала, как выглядит в этот момент. Ей казалось, что её лицо исказилось в гримасе, что все видят её страх и отворачиваются. Но на самом деле её лицо оставалось холодным, почти безразличным. Идеальная маска, которую она носила так долго, что почти забыла, какая она без неё.

Учитель вошёл в класс, и все затихли. Начался обычный день, ничем не отличающийся от сотен других.

Вечер опускался на город мягкими сумерками. За окнами квартиры Сато уже зажглись огни соседних домов, а вдалеке слышался приглушённый шум вечернего трафика.

Руки переступил порог дома, снял обувь и привычным движением поставил рюкзак у стены. В прихожей пахло рисом и мисо — мама всегда готовила ужин к его приходу.

— Я вернулся, — сказал он негромко, но в ответ услышал топот из комнаты на втором этаже.

— Руки! Ну наконец-то!

С грохотом по лестнице скатилась Рина — его младшая сестра, на два года младше, с вечно растрёпанными волосами и горящими глазами. В руках она сжимала телефон, на экране которого что-то отчаянно искала.

— Ты завтра идёшь? Идёшь? — спросила она, запрыгивая на него чуть ли не с порога.

— Подожди, я даже разуться не успел, — усмехнулся Руки, но в голосе не было раздражения. С ней он был другим — более расслабленным, тёплым, без той лёгкой маски, которую носил в школе.

Рина была тем человеком, рядом с которым он мог быть просто старшим братом. Не душой компании, не организатором, не тем, кто всех мирит. А просто уставшим парнем, который любит свою семью и готов ради них на многое.

Он прошёл в гостиную, бросил куртку на спинку стула и сел на диван. Рина тут же плюхнулась рядом, поджав ноги и повернув к нему экран телефона.

— Вот, смотри! Это тот самый стенд, где продают новую мангу, которую я хочу! Я тебе говорила, она называется «Под светом уличных фонарей». Это просто невероятно! Там главная героиня работает в кафе и встречает таинственного парня, а он на самом деле оказывается призраком того самого фонаря, и они влюбляются, а потом он исчезает. В последней главе показано, как она каждый год приходит к этому фонарю с письмами и цветами, и все гадают, вернётся ли он. Автор ещё не закончила эту историю, и все просто с ума сходят, потому что никто не знает, что будет дальше!

Руки моргнул, пытаясь переварить поток информации.

— Это... много деталей для одной манги.

— Потому что она гениальная! — Рина закатила глаза, как будто он сказал что-то глупое. — Ты просто не понимаешь. Это не просто романтика, это про память, про потерю, про надежду. И рисунки такие красивые... Там каждая деталь как живая и вкусная. Я тебе показывала, помнишь?

Он смутно припомнил, что она действительно совала ему телефон пару недель назад, но он тогда был занят и не всматривался.

— Ну да, что-то было, — сказал он, чтобы её не расстраивать. — Значит, ты хочешь новый том?

— Да! — Рина закивала с такой силой, что волосы залетели ей на глаза. — Он выходит как раз завтра на Comiket’е. Ограниченный тираж! Понимаешь? Если не купить завтра, его больше не будет! И там ещё автографы раздают!

— Автографы? — переспросил Руки.

— Ну да! Сама мангака сидит и рисует на обложках для фанатов. Только никто не знает, как она выглядит, но стиль у неё узнаваемый! В соцсетях все постят её скетчи. Смотри.

Рина снова сунула ему телефон, и Руки увидел несколько фотографий: на каждой был изображён рисунок — мягкий, воздушный, с лёгкими линиями. На одном была девушка у фонаря, на другом — парень с наушниками, смотрящий на звёзды. Главные герои манги.

— Это всё она рисует? — спросил он.

— Да! И все в сети гадают, кто она. Кто-то думает, что это взрослая женщина, кто-то — что студентка. Никто не знает правду.

Руки отдал ей телефон и задумался.

— А ты уверена, что это именно та мангака, которая будет завтра раздавать автографы? Может, там просто помощник или волонтёр?

— Ну... — Рина на мгновение замялась. — В одном посте писали, что она сама раздаёт, но в другом говорили, что это просто девушка, которая помогает. Я не знаю. Но даже если так, я всё равно хочу эту мангу! Просто купи мне том, пожалуйста! Ты же сходишь?

Руки посмотрел на неё. Её глаза блестели, и он знал, что если откажется, она будет дуться как минимум неделю.

— Ладно, — вздохнул он. — Схожу.

— Ура! — Рина обняла его так, что он чуть не упал набок. — Ты лучший брат на свете! Я тебе потом обязательно расскажу, что там в новом томе, когда прочитаю. Там должно быть продолжение истории! Мне так интересно, что же случилось с Рё...

— С кем?

— С главным героем! — Рина закатила глаза. — Руки, ну будь внимательнее. Рё — тот парень, который оказался призраком. Его зовут Рё.

— А девушку?

— Юки.

— А фонарь?

— Ты издеваешься, да? — она шлёпнула его по плечу, но улыбалась. Руки улыбнулся в ответ.

Этот вечерний разговор был тёплым и домашним. Таким, каким он умел быть только с ней.

Позже, когда Рина убежала к себе, Руки остался в гостиной, глядя в окно на огни города. Завтра он пойдёт на этот фестиваль, купит мангу, вернётся домой и... и всё.

Вряд ли там случится что-то необычное.

На следующее утро он встал позже обычного. Выходной день — можно было не торопиться. Рина выбежала из дома ещё утром на прогулку с подругой, крикнув на прощание, чтобы он не забыл про мангу. Руки лениво позавтракал, надел повседневную одежду — простую светлую рубашку и джинсы — и вышел на улицу.

До места было добираться около часа. Он ехал в переполненном поезде, слушая музыку в наушниках и глядя на проплывающие за окном дома.

Comiket оказался огромным. Толпы людей, яркие баннеры, косплееры, очереди — всё это навалилось на него, когда он вышел из здания станции. На мгновение он даже растерялся.

«Ну... надо найти стенд с этой мангой».

Он двинулся вперёд, лавируя между людьми. Везде продавали книги, комиксы, фигурки, постеры. Он плохо в этом разбирался, но название «Под светом уличных фонарей» запомнил.

Пробираясь через толпу, он заметил небольшой стенд, где стояла девушка в кепке и черной медицинской маске. Она раздавала книги, и к ней выстроилась небольшая очередь. Руки подошёл ближе и услышал обрывок разговора двух девушек, стоящих перед ним.

— Ты серьёзно думаешь, что это она? — сказала одна, указывая на девушку за стендом.

— Ну, не знаю, — пожала плечами вторая. — В интернете писали, что авторка сама раздаёт. Но если это правда, почему она тогда скрывает лицо? Чего стесняться?

— Может, она просто волонтёр. — ответила первая. — Стиль, конечно, похож, но это не значит, что она сама рисует. Ну и какая разница? Главное, что будет похоже.

Руки нахмурился. Он вспомнил, как Рина показывала ему посты фанатов. Если эта девушка не автор, а просто помощник, то Рину могли обмануть.

Но он уже подошёл к столу.

Девушка подняла голову. Из-под кепки виднелись тёмные пряди волос, глаза скрывались в тени.

— Что желаете? — спросила она тихо, с резким, но ровным голосом.

Руки назвал нужный ему том манги. Она кивнула, протянула книгу. Он взял её, посмотрел на обложку — на ней был изображён тот самый фонарь, о котором рассказывала Рина. И тут ему в голову пришла мысль:

— А можно... рисунок на обложке?

Девушка на мгновение замерла, а потом спросила:

— Для кого?

— Для сестры. Она фанат этой манги.

Девушка кивнула, взяла фломастер и быстро нарисовала на внутренней стороне обложки кошечку, сидящую среди цветов. Рядом аккуратным почерком вывела пожелание.

Когда она протянула книгу обратно, Руки взял её и поднял взгляд.

Их глаза встретились.

В ту же секунду он узнал её. Тот самый холодный взгляд, те же тёмные волосы — даже под кепкой и маской он узнал одноклассницу. Араки Хина.

Она тоже замерла. На мгновение её глаза расширились, и рука сжала следующий том чуть крепче.

Руки не успел ничего сказать — слишком растерялся. Но его мозг уже лихорадочно работал.

«Она… она здесь? В кепке и маске? Раздаёт мангу? Но зачем?»

Он отошёл в сторону, не отрывая взгляда от книги в руках. Достал телефон и открыл тот самый пост, который показывала Рина. Сравнил рисунок на обложке — стиль был идентичен.

«Акари, возможно, автор манги... — мелькнула у него мысль. — Но если она автор, то почему прячется? И зачем она здесь, если прячется?»

Хина не выдержала. Внутри всё перевернулось, и она, попросив кого-то подменить её на минуту, вышла из-за стола и направилась к выходу.

Выйдя из-за стенда, она сняла кепку и маску и оглянулась.

Руки, сам того не ожидая, последовал за ней взглядом.

— Араки? — позвал он.

Она резко обернулась. На её лице впервые за их короткое знакомство яснее выражалась паника, смешанная с отчаянием, хоть и всё ещё сдерживаемая способность держать лицо спокойным.

— Пожалуйста... — сказала она, и голос её дрожал. — Пожалуйста, не говори никому, что я здесь. Что я пишу мангу. Пожалуйста.

Её глаза умоляли. В них не было раздражения — только лёгкое выражение страха. И усталость. С надеждой, что он поймёт.

Руки смотрел на неё, и в голове не укладывалось: та самая холодная, недоступная, резкая одноклассница. Стоит перед ним, в обычной одежде, с мокрыми от слёз глазами и просит его о молчании.

Её выражение лица показалось ему странным, но в то же время интересным.

— Я... я не скажу, — ответил он тихо. — Обещаю.

С этого всё и началось.