ВОЛЬНАЯ МАРИОНЕТКА (гет)

Глава 1: Искры новой надежды Парижский Лицей встретил Лео шумом сотен голосов, звоном открывающихся шкафчиков и суетой начала учебного года. Парень покрепче сжал лямку рюкзака правой рукой, а левую поглубже спрятал в карман объёмного чёрного худи. Он не любил лишнего внимания. Ему просто хотелось стать обычным учеником, начать всё сначала и забыть тот кошмар, который раз и навсегда отрезал его от сцены.— Итак, класс, тишина! — голос учителя технологии заставил подростков рассесться по местам. — Сегодня у нас презентация личных проектов. И начнёт наш новый ученик. Лео, прошу к доске.Маринетт, сидевшая за своей партой, с любопытством подняла глаза. Лео медленно вышел к доске. На секунду он замялся, но затем уверенно вынул левую руку из кармана. По классу прошёл тихий вздох удивления.Вместо обычной руки у него был невероятный, изящный био-протез. Он выглядел как произведение искусства будущего: матовый белый пластик, элементы из прочного углеволокна и тонкие хромированные шарниры. На запястье мягко пульсировали синие светодиодные индикаторы. Лео шевельнул пальцами — они отозвались мгновенно, без малейшей задержки.— Проект «Живая гидравлика», — спокойно начал Лео, подбросив левой рукой маркер и поймав его с идеальной точностью. — Я конструировал и программировал его последние два года. Он считывает импульсы мышц, позволяя вернуть полную подвижность конечности.Алья тут же достала телефон, восхищённо записывая видео для школьного блога.— Вот это да! — шепнул Адриан, сидевший впереди Маринетт. — Потрясающая работа, Лео! Ты сам это собрал?— Да, — скромно улыбнулся Лео. — Пришлось освоить микроинженерию.Маринетт, оценив плавность линий корпуса протеза взглядом дизайнера, не выдержала и добавила с места:— Это не просто инженерия, Лео. Линии корпуса великолепны. Это настоящее искусство!Лео тепло посмотрел на Маринетт, и на его лице впервые за день появилась искренняя, счастливая улыбка.На перемене они сидели вчетвером во внутреннем дворике Лицея.— Слушай, Лео, — Алья с любопытством подалась вперёд. — Твой протез — это космос. Но почему ты увлёкся робототехникой? Ты ведь раньше...— Раньше я играл в театре, — тихо перебил её Лео, и его взгляд снова потускнел. Он опустил глаза на свои хромированные пальцы. — Три года назад я был ведущим актёром в «Комеди Франсез». Пророчили большую карьеру. Но на премьере спектакля случилась авария... Огромная осветительная башня с тяжёлыми камерами потеряла баланс и рухнула прямо на сцену. На меня.Маринетт испуганно прижала руку к губам. Адриан сочувственно положив руку Лео на плечо.— Руку придавило намертво, — продолжил Лео. — Её пришлось ампутировать. Всё, что у меня осталось от того дня... вот это.Он аккуратно достал из рюкзака бережно завернутую в мягкую ткань старую фарфоровую театральную маску с красивым фиолетовым узором. Через всё её «лицо» проходила глубокая сквозная трещина.— Она была на мне в момент падения башни, — Лео нежно провёл пальцем по фарфору. — Маска треснула, но спасла мне лицо. Теперь она мой талисман. Знаете... я смог победить страх. Сегодня вечером я возвращаюсь в театр. Режиссёр Жан-Пьер Бланш проводит кастинг на главную роль в драме «Мизантроп». И я пойду туда.— Мы обязательно придём поддержать тебя! Правда, Адриан? — уверенно заявила Маринетт.— Конечно! Ты вернёшь себе цену, Лео, — улыбнулся Адриан.— А я запущу прямой эфир для «Блога Леди Баг», — подмигнула Алья. — Возвращение молодой звезды — это сенсация, которую Париж обязан увидеть!

Глава 2: Занавес опускается во тьму Вечерний зал театра «Комеди Франсез» поражал своим величественным бархатом. Но на сцене царил полумрак, рассекаемый лишь одним ярким лучом прожектора. В этом луче стоял Лео. На нём был строгий театральный костюм, а в правой руке он бережно держал свою треснувшую маску.В тёмном зрительном зале, в первом ряду, за судейским столом сидел режиссёр Жан-Пьер Бланш. Он тоскливо перебирал бумаги. Чуть дальше сидели Маринетт и Адриан. Алья устроилась в углу, держа телефон наготове.— Ну, удивляй меня, Лео, — сухо бросил Бланш, не поднимая головы.Лео сделал глубокий вдох и начал монолог. Это была гениальная игра. Лео не просто читал текст — он проживал боль своего персонажа, выплескивая её в зал. Маринетт заворожённо смотрела на сцену, а у Адриана по коже пробежали мурашки.Кульминация монолога требовала резкого, экспрессивного жеста. Лео вскинул левую руку вперёд... но от сильнейшего эмоционального всплеска его бионика не выдержала. Чувствительные датчики замкнуло.Раздался громкий металлический скрежет. Из шарниров левого протеза с треском посыпались синие электрические искры. От неожиданной боли и испуга Лео вскрикнул и выронил фарфоровую маску — она со звоном покатилась по деревянной сцене.Жан-Пьер Бланш с треском захлопнул папку с бумагами и вскочил с кресла.— Довольно! Прекратить этот балаган! — яростно закричал режиссёр.— Господин Бланш, простите, это просто сбой в гидравлике, я сейчас исправлю... — испуганно заговорил Лео, прижимая искрящуюся руку к груди.— Исправишь?! — Бланш брезгливо поморщился. — Мой театр — это искусство живых, чистых человеческих чувств, а не бракованных роботов! Твоя грохочущая железка разрушит всю эстетику Мольера. Зрители будут смотреть на твои искры и вспоминать ту жуткую аварию с башней, а не пьесу. Театр не нуждается в калеках, Лео. Роль отдаём другому. Ты свободен!Слова режиссёра ударили Лео в самое сердце. Он стоял посреди сцены, полностью уничтоженный и беззащитный.— Эй! Вы не имеете права так говорить! Он играл потрясающе! — вскочила со своего места Маринетт, но Бланш даже не повернулся.Лео упал на колени, дрожащей рукой подобрал маску и бросился за кулисы. Маринетт и Адриан поспешили за ним, но у входа за сцену их грубо перехватил массивный охранник.— Посторонним нельзя. Кастинг окончен, на выход, — отрезал он, выставляя подростков на ночную улицу.В гримёрной за кулисами было темно. Лео сидел на полу. Его био-протез продолжал бешено искрить синим неоном. «Бракованный робот... Калека...» — слова Бланша эхом взрывались в его голове.В этот момент из вентиляционной решётки бесшумно вылетела тёмная акума, окутанная фиолетовой аурой. Лео поднял на неё глаза. Ослеплённый обидой на весь мир, он резким движением нажал треснувшую маску на своё лицо, желая навсегда скрыться от чужих глаз.Акума мгновенно влетела прямо в сквозную трещину фарфора в момент касания с кожей. Перед глазами Лео вспыхнул неоновый контур бабочки. В его разуме зазвучал мягкий, вкрадчивый голос Лайлы.— О, бедный Лео... — прошептала она. — Какая жестокость. Ты отдал этому театру свою руку, свою страсть... А этот эгоистичный человек выбросил тебя, как сломанную игрушку. Они смотрят на твой гений и видят лишь бездушную машину. Ты надел маску, чтобы спрятать свою боль? Хватит прятаться. Скажи мне, мой мальчик, кем ты сам хочешь стать для них? Как ты накажешь тех, кто считает тебя своей марионеткой?Лео сжал голову руками. Его голос, пробиваясь сквозь фарфор, начал приобретает пугающее механическое эхо:— Я... я не робот! Я живой! Но раз они слепы... я больше не буду актёром в их глупом шоу. Я стану их кукловодом! Больше никто и никогда не посмеет дергать меня за ниточки! Называй меня... Марионетка!— Прекрасный выбор, Марионетка, — довольно улыбнулась Лайла в своём тёмном логове. — Я даю тебе силу связать их ничтожные души и превратить этот город в твой личный театр абсурда. Шоу начинается!— Занавес... поднимается, моя госпожа, — монотонно произнёс Лео.Черно-фиолетовая энергия акумы намертво вплавила маску в его кожу. Белый фарфор превратился в гладкий цифровой экран Маски Отчаяния 🟣. Из спины парня с леденящим душу скрежетом вырвались две новые шарнирные робо-руки (всего их стало четыре), а био-протез рассыпался на пучок гибких, пульсирующих неоном тентаклей

Глава 3: Этот театр не нуждается в съёмке Маринетт уже пришла к себе в комнату, меряя шагами пол от сильного беспокойства за Лео. Вдруг её телефон завибрировал — пришло уведомление: «Блог Леди Баг в прямом эфире!».Маринетт испуганно открыла стрим. Оказалось, Алья тайно обошла охрану и проскользнула обратно в пустой зрительный зал театра, надеясь пробраться в гримерку к Лео. Камера её телефона была направлена на сцену, где у судейского стола всё ещё сидел Жан-Пьер Бланш, яростно ругаясь с кем-то по мобильному.— Ребята, тут подозрительно тихо и темно... — прошептала Алья в микрофон.Вдруг из глубокой тени закулисья с тяжелым металлическим топотом на сцену шагнул огромный четырехрукий андроид. Режиссер испуганно выронил трубку:— Что это за чучело?! Охрана!Андроид медленно повернул свою гладкую, безэмоциональную Маску Отчаяния 🟣 прямо в сторону Альи, которая в ужасе застыла между креслами первого ряда. Неоновые фиолетовые линии на его теле грозно вспыхнули. Динамики на груди затрещали, и зал заполнил пугающий, искаженный робо-голос, растягивающий слова:— Этот... тиааатр... не нуждается... в съёмкеее... Альяяя...В ту же секунду его левая рука-протез рассыпалась на десятки светящихся кабелей-тентаклей! Они с молниеносной скоростью устремились прямо в камеру. Алья громко вскрикнула, её телефон выпал из рук и приземлился на пол, но объектив остался направлен строго вверх.Маринетт, прижав руки к губам, в полном ужасе смотрела на экран своего мобильного. На стриме было отчетливо видно, как неоновый кабель вонзился в грудь Альи. Тентакль буквально вытянул из тела её лучшей подруги яркий оранжевый огонек души и намертво привязал его к огромной механической крестовине (ваге) в правой руке злодея.Как только нить закрепилась, тело Альи в воздухе мгновенно покрылось глянцевым золотым и оранжевым металлом. На её голове из шестеренок выросла острая корона, за спиной развернулся тяжелый лазерный плащ, а глаза превратились в пустые светящиеся линзы.Марионетка наклонился, подобрал телефон Альи и посмотрел прямо в камеру — то есть прямо в глаза Маринетт по ту сторону экрана.— Отныне эта девчонка — Золотая Принцесса моего выступления! — прогремел он. — Если Леди Баг и Супер-Кот хотят вернуть её душу — пусть приходят в театр и отдадут свои Камни Чудес. Шоу начинается!Робот с треском раздавил телефон, и трансляция оборвалась.— Тикки, Алья в смертельной опасности! — крикнула Маринетт, взмахнув руками. — Тикки, давай

Глава 4: Театр Абсурда и разбитые маскиЛеди Баг ворвалась через стеклянный купол театра одновременно с Супер-Котом, который тоже увидел этот жуткий стрим. Они приземлились на сцену в боевых позициях. Напротив них, пафосно возвышаясь на фоне огромной механической ваги, стоял Марионетка. Под потолком на парящем троне застыла Золотая Принцесса-Алья.— Отпусти Алью и верни души людей, Лео! — выкрикнула Леди Баг, раскручивая йо-йо. — Тот режиссер поступил с тобой жестоко, но это не дает тебе права лишать свободы невинных!— Лео?.. Этот жалкий, сломанный актер больше не играет в этой пьесе! — отозвался Марионетка с металлическим смешком. — В моём театре нет места невинным... здесь есть только послушные куклы! Принцесса, в бой! Он дернул за золотые нити, и Принцесса-Алья со скрежетом полетела прямо на героев.— Леди Баг, берегись! — Супер-Кот заблокировал её удар шестом. — Мы не можем атаковать её! Её оболочка хрупкая, мы можем повредить душу Альи!— Ты прав, Кот! Наша задача — защищать Принцессу от её же атак и ловить её аккуратно! — скомандовала Леди Баг.Герои тратили все силы на то, чтобы аккуратно сдерживать Алью и уворачиваться, не причиняя ей вреда. Марионетка безумно хохотал, активируя способность «Приобретение Маски». Его лицо сменилось на синюю Маску Трагедии 🔵, броня потяжелела, а из динамиков вырвался ультразвуковой скрежет падающего металла, оглушивший героев.Пользуясь их уязвимостью из-за защиты Альи, Марионетка на бешеной скорости переключился на зеленую Маску Комедии 🟢, зашел со спины и выстрелил тентаклями прямо в Супер-Кота!Кабели опутали Кота. Злодей резко вытянул его душу в виде яркого зеленого огонька, а его третья рука-ножницы со звоном перерезала лазерную нить! Душа Кота затянулась в грудь робота, его тело мгновенно окаменело, превратившись в безжизненную серую статую, а на плече Марионетки выросла новая маленькая маска с кошачьими ушками. Злодей перенял силу Катаклизма!Оставшись одна, Леди Баг подбросила йо-йо вверх:— Супер-Шанс!Ей в руки упало огромное театральное зеркало на колесиках. В этот момент Марионетка активировал свой абсолютный козырь — Маску Шута 🃏. Его броня сбросила стальной цвет и окрасилась в безумный красно-черный узор Арлекина, на голове выросли металлические рога с огоньками поглощенных душ вместо бубенцов. Он начал «Театр Абсурда», используя Катаклизм и создавая голографических клонов, полностью переламывая пространство.Леди Баг поняла: Шут силен в хаосе, но боится правды. Используя йо-йо, она ловко связала две его нижние руки, а затем изо всех сил покатила зеркало вперед, направив на него яркий свет театрального прожектора.Шут оказался прямо перед зеркалом. В контрастном разноцветном отражении Лео увидел свое жуткое механическое лицо и искаженные маски своих поглощенных друзей на своем теле.— Посмотри на себя, Лео! — закричала Леди Баг. — Трагедия с падающей башней не сделала тебя монстром! Монстром тебя делает этот слепой контроль! Твое искусство на сцене было настоящим, живым и человечным, а не механическим! Вспомни, кто ты!Слова Леди Баг и шок от увиденного собственного уродства пробили ментальный блок акумы. Лео внутри робота отчаянно закричал. Огонек души Супер-Кота и другие души под броней начали бунтовать, заставляя всю систему робота бешено искрить всеми цветами радуги. Марионетку парализовало от перегрузки.Леди Баг подпрыгнула и точным, мощным ударом йо-йо вдребезги разбила Маску Шута на его лице!Эпилог— Излечение от зла! — Леди Баг выпустила белую бабочку в ночное небо, и волшебное розовое сияние заполнило театр.Робо-броня Марионетки осыпалась пылью. Все светящиеся огоньки душ вырвались наружу и вернулись в свои тела. Супер-Кот и Алья мгновенно пришли в себя, снова став обычными людьми. Лео сидел на полу сцены, тяжело дыша. Его био-протез руки больше не искрил — он работал идеально плавно и тихо.На следующий день в Лицее класс встретил Лео бурными аплодисментами. Но самым большим сюрпризом стало появление в школе самого режиссера — Жан-Пьера Бланша. Старик выглядел пристыженным. Он подошел к Лео, низко поклонился и искренне извинился перед парнем за свою слепоту, умоляя его вернуться на главную роль в «Мизантропе».Вечером состоялся премьерный спектакль. Зал был забит до отказа. Маринетт, Адриан и Алья сидели в первом ряду. На сцене блистательно играл Лео. На этот раз он не прятал свой био-протез — он гармонично встроил его в дизайн своего футуристического театрального костюма. Лео играл с такой страстью и жизнью, что весь Париж стоял и аплодировал ему стоя. Парень доказал всем, что его протез — это символ его невероятного гения и железной воли, а не изъян