Доктор (джен)

Брайан, работая психологом в университете, привык, что к нему приходят самые разные студенты со всех потоков. И даже иногда коллеги-преподаватели заглядывают, чтобы получить «психологический нагоняй». Но Брайан никак не ожидал увидеть в дверном проёме Доминика — студента с факультета филологии, который носил титул «самого громкого человека» в этом учебном заведении. Его «громкость» заключалась в том, что Харрисон мог одним лишь словом заставить остальных студентов следовать за ним. Нередко он спорил с преподавателями на парах, что тоже было «громко». Было пару раз, когда на Доминика писали докладную и даже угрожали отчислить за поведение. Это тоже было «громко». Любое событие, в котором учавствовал Доминик было «громким». И даже поход к психологу обещал быть «громким».

* * *

— Сказать честно, твоё появление в моём кабинете повергло меня в приятный шок, — Брайан улыбнулся и указал ладонью на диванчик, который стоял напротив рабочего стола психолога. — Присаживайся, «мистер Громкость».

Доминик слабо улыбнулся шутке психолога и поплёлся к указанному месту. Медленно, устало. По походке студента Брайан понял, что «мистер Громкость» пришёл к нему, чтобы в самом деле обсудить проблему, а не просто посмеяться.

— Доктор-доктор, мне нужна помощь, — Доминик сел на диванчик, закинул ногу на ногу. — Брайан, можно я буду к вам обращаться по имени или вас окрестить «мистер Горячесть»? Простите за фамильярность, но вы в самом деле горячий человек. Это не лесть, не напрягайте ваши красивые мозги. Я просто хочу, чтобы вы улыбнулись, а то вам наверное капец как скучно сидеть целый день в кабинете и выслушивать нытьё таких как я.

— Дом, вернёмся к твоему, как ты выразился, «нытью». — Брайан оживился, в его глазах мелькнул огонёк. — На что жалуешься, пациент? — психолог взял в руки блокнот с ручкой и встал изо стола, сел рядом со студентом на диванчик. — Ты не против, если я нарушу твоё личное пространство? Ну раз мы дошли до фамильярности, что уже является нарушением личных границ, то ты явно не прогонишь меня с диванчика, кто му же я уверен, что не занимаю много места. — усмехнулся.

— Простите за опять же фамильярное замечание, но вам стоило бы поднабрать вес, а то ваши ноги, простите за нелепое, но точное сравнение, похожи на палки, которые в любую секунду может сломать ветер. — Доминик оглядел Брайана с ног до головы и незаметно облизнул нижнюю губу. — Но это не мешает вам быть горячим доктором. — улыбнулся.

— Вижу наша встреча подняла тебе настроение, — Брайан улыбнулся. — Это замечательно, но нам нужно сдвинуться с мёртвой точки.

— Ах да, простите, «мистер Горячесть», меня отвлекли ваши стройные ноги и красивые глаза, — Доминик отвёл взгляд в сторону. — А пришёл я к вам с жалобой такой вот... — пропел Харрисон. — Дело в том, что в последнее время я чувствую себя клоуном, да, это каламбур. — студент засмеялся.— Не то что клоуны плохие, и я знаю, что тебе, Брайан, нравятся клоуны. Дело в том, что, когда я играю роль этого «клоуна», пытаюсь рассмешить одногруппников и специально лезу нарожон... это всё выматывает, я устаю. Кто му же я начинаю себя винить и стыдить за мои нелепые выходки. И мне хочется просто исчезнуть. Так вот, мистер «горячий доктор», что мне с этим делать? Вы наверняка знаете ответ, вы же не только красивый, так ещё и умный. Не зря же вы носите этот пиджак и сидите в этом кресле.

— Доминик, сначала тебе нужно понять и ответить себе на вопрос, зачем ты надеваешь маску клоуна? — Брайан поддался чуть вперёд, навстречу к студенту.— Что тебе это даёт? Что ты ищешь в этой роли? Кто ты без маски клоуна?

— Ну доктор, это всё запутано и я не готов отвечать на эти вопросы, мне лень и непонятно, — Харрисон простонал и откинулся на спинку дивана. — Можно что-нибудь попроще? Я не могу сейчас думать, у меня мозг кипит.

— Зачем ты сюда пришёл, если не готов искать проблему и бороться с ней? — спросил психолог. — Только не говори, что ты пришёл сюда только для того, чтобы флиртовать.

— Так а для чего к вам тогда приходят все остальные, как не для флирта? — Доминик усмехнулся. — Скажу по секрету, среди однокурсников вы заработали титул «прекрасной задницы». Простите, конечно, звучит не очень, но нам всем нравится ваша походка и ваше тело в целом. Особенно та часть на которой вы проводите рабочее время.

— Слушать твою лесть, конечно, очень приятно, но напомню, что мой сеанс имеет свойство заканчиваться, — Брайан посмотрел на наручные часы.— У нас осталось двадцать минут. Поторапливайся. За время, что ты так ловко клеил меня взглядом, мы могли бы решить твои проблемы на «раз-два», а в итоге ты даже на первый вопрос не можешь дать ответ.

— Я и без этого всего понял, что хочу быть как вы, таким же серьёзным и сексуальным, — Доминик кивнул и встал с диванчика. — А эту всю клоунаду я задвину в дальний ящик. С завтрашнего дня возьму на себя роль «горячего дока». А так да, я пришёл всего лишь, чтобы пофлиртовать с вами. Уж больно вы мне нравитесь своей харизмой и просто вы очень крутой человек, Брайан.

— Доминик, мы же ещё не разобрали ни один вопрос, — Брайан смотрел на студента, который направляется к выходу из кабинета.— Получается мы зря потратили время.

— Не зря, — Доминик развернулся. — Я провёл эти двадцать минут в компании человека с красивыми глазами, умными мозгами и прекрасной задницей. — Доминик скрылся за дверью.— До встречи, Брайан!

Брайан только успел навести порядок на рабочем столе, как в дверном проёме снова появился Доминик, но уже со стаканчиком кофе в руке. Второй стаканчик, предполагаемый для психолога, студент прижимал рукой к груди.

— Док, я тут подумал, что было бы как-то некрасиво провести оставшиеся двадцать минут без пользы, — студент вошёл в кабинет и поставил стаканчик с «Латте» на стол Брайану. — Поэтому я готов разобрать с вами мою клоунскую проблему. — Доминик улыбнулся, наблюдая за реакцией Брайана, который смотрел на стаканчик кофе так, как будто видел его впервые. Смотрел как-то недоверчиво. Это расстраивало Харрисона.— Я взял вам «божественный латте», чтобы вы не померли от скуки, хотя со мной это вам не грозит, но я понимаю, что копаться во всех этих травмах и кризисах скука смертная.

— Значит ты готов снять маску клоуна и показать мне настоящего Доминика? — Брайан устало вздохнул, но старался придать своему взгляду уверенность. Работа с Домиником утомляла его. Студент был слишком ярким, слишком шумным, слишком навязчивым. Типичный холерик, но Брайан попытается найти в нём хоть немного меланхолии. Хоть этот сеанс и обещает высосать все соки, которые не наполнить стаканчиком «Латте». Но Доминик являлся единственным «случаем», который был по-настоящему интересен Брайану. Другие студенты после сеанса оставляли за собой пыль, а Доминик стремился оставить клеймо.

— Вам будет неинтересно с настоящим Домиником, — студент сделал глоток кофе.— Он нудный и депрессивный.

— Именно такой Доминик мне и нужен! — бодро подхватил психолог, сделав глоток «Латте». — В смысле, настоящий! Именно такой как ты говоришь, нудный и депрессивный. И я уверен мы с ним найдём общий язык!

— Тогда приготовьте запас кофе и попкорн, чтобы не уснуть! — Доминик допил кофе и демонстративно плюхнулся на кожанный диванчик. Его лицо изменилось, оно стало расслабленым, взгляд помутнел и в голову сразу ударили пессимистичные мысли. Брайан ближе подошёл к Доминику и стал всматриваться в его лицо. Психологу показалось, что студент сломался, словно механическая игрушка.

— И так, нудный и депрессивный Доминик готов вступить со мной в диалог? — Брайан сел на диванчик рядом с Домиником.

— Можно я положу голову к вам на колени? — спросил Доминик, и не дожидаясь ответа, улёгся на бёдра психологу. — Мне будет так удобнее излагать мысли. В общем, доктор... я устал от того, что вынужден вести себя так, как будто у меня в заднице батарейка на двести двадцать вольт в квадрате. Это сильно выматывает и я, приходя домой с учёбы, не могу заставить себя делать домашку или выполнить элементарные дела по дому. У меня нет сил, я тупо валюсь спать. Что мне с этим делать, док? Я понимаю, что веду себя так, потому что мне не хватает внимания, все какие-то скучные и мне с ними неинтересно, но я сам-то знаю, что я интересный человек, мне интересно с самим собой. Но мне одиноко находиться с самим собой, мне хочется общаться с другими, даже если мне с ними скучно. При общении я уже автоматически беру инициативу на себя, стараюсь развеселить других, чтобы они перестали быть такими серьёзными и скучными. Понимаю, мы взрослеем, но кто знал, что взросление подразумевает под собой быть скучным и серьёзным сухарём? Я всегда думал, что когда ты взрослый — ты прикольный, потому что ты наконец-то вырвался из родительского дома, ты делаешь то, что хочешь, ты наконец-то становишься тем, кем мечтал стать в детстве! А оказывается, что это только я такой наивный и сказочный дурачок, который не понимает, что жизнь — это не место для веселья. Только вот это бесполезно объяснять моему разуму и сердцу. Ведь глубоко в душе живёт всё тот же маленький, наивный, непоседливый и громкий мальчик Дом, который мечтает показать себя всему миру и просто наслаждаться жизнью. Есть сладости, кататься на аттракционах и быть собой. А выходит, что ты когда взрослеешь, запрещаешь себе даже этот «детский минимум», куда входит пункт есть сладости и быть собой. Особенно «быть собой». Вы понимаете, доктор, что я хочу донести до вас? — Доминик поднял голову и взглянул на Брайана, который кусал нижнюю губу и зажмурил глаза, из которых текли слёзы. Доминик не мог понять, либо он расстрогал психолога, либо его невозможно слушать без слёз.

— Брайан? — Доминик приподнялся с колен Брайана и приблизился к его лицу. — Эй, что случилось? Ты плачешь потому, что тебе понравилось меня слушать, или ты плачешь потому, что тебе не понравилось меня слушать? — Доминик не долго думая, обнял Брайана за плечи и прижал к себе. — Наверное в моих словах было то, что тронуло тебя до глубины души. Наверное ты тоже хотел бы быть маленьким и шумным мальчиком, который катается на аттракционах, ест сладкое и находится в гармонии с собой? Но твои мечты как и мои разбились об суровую реальность и теперь мы стали теми, кем не являемся? Наша душа требует другого. Но не беда. Мы можем с вами хоть сейчас пойти в парк аттракционов, обожраться сладкого хоть до отвала и самое главное, мы можем быть собой, мы ведь взрослые люди. С нами нет рядом родителей, которые указывают нам, что делать. Мы предназначены сами себе и решаем, что и когда делать. Правда ведь, доктор?

Брайан всхлипнул и оторвался от плеча Доминика.

— Ты говоришь правильные вещи, Доминик.— по лицу Брайана размазалась тушь.

— Тогда давайте прямо сейчас пойдём в парк, набьём брюхо сахарной ватой и забудем обо всем и обо всех до завтрашнего дня! — Доминик снова обрёл тот оптимистичный настрой. Он оторвался от Брайана и встал с диванчика. — Я жду вас около выхода из университета! Даю вам две минуты, чтобы одеться и выйти! — Доминик выскочил пулей из кабинета.

Брайан улыбнулся. Предложение Доминика было заманчивое до глубины души. И конечно Брайан в эту же секунду подскочил с диванчика к шкафу, накинул на себя куртку и, вытащив из кармана ключи, вылетел из кабинета пулей и запер дверь до завтрашнего дня. Сегодня Брайан планирует отдыхать как настоящий психолог.