Скамейка в парке (джен)

«Нет, все же желание детей поехать в отпуск в Сеул было непродуманным».

Лора досадливо вздохнула. Мало того, что она, прожив тут уже неделю, так и не смогла избавиться от джетлага, так еще и погода не радовала. Влажная жара сводила на нет все попытки организма прийти в себя. Лора отчаянно потела и задыхалась, с завистью смотря на местных жителей, которые, казалось, жары не замечали, легко фланируя по оживленным улицам, болтая, поедая мороженое, щебеча что-то в смартфон. Были даже безумцы, вышедшие на пробежку.

Долгожданной прохлады не удалось найти даже в парке, куда Лора добрела из последних сил, вцепившись в бутылку с уже согревшейся водой как в святой Грааль. Выбрав скамейку, стоявшую в самой густой тени, она присела и с облегчением вытянула ноги.

«Как бы их тут и не протянуть. Детей огорчить все же не хочется».

Залпом выпив полбутылки воды, Лора стала меланхолично рассматривать дорожку парка. Вот прошла молодая женщина с ребенком в нарядной коляске, неспешно прошествовала под ручку очень пожилая пара, пробежали девчонки-школьницы, треща, как сороки… Чужая жизнь протекала мимо, огибая, не мешая, отстраняясь.

Решив дать ногам отдохнуть как следует, она поудобнее устроилась на скамейке и прикрыла глаза, стараясь абстрагироваться от городского шума. И почти задремала, как вдруг на другой конец скамейки кто-то присел.

«Ну вот, даже тут нет покоя. Что, в парке мало скамеек? Хотя, может, не я одна пытаюсь спрятаться в тень…»

— Простите, я не помешаю? О, вы ведь говорите по-английски?

Лора открыла глаза. К ней обращался присевший на скамейку мужчина. Его английский был безупречен, хотя мягкое произношение и слегка растягиваемые гласные выдавали происхождение. «Не американец. Но и не британец. Канадец?» Она посмотрела на неожиданного соседа по скамейке: сухощавый, высокий для азиата, очень правильные черты лица, возраст определить сложно, ему можно дать и тридцать, и пятьдесят — морщин нет, но глаза… глаза усталые и холодные, в них нет того живого интереса, который присущ молодости. Странные глаза: миндалевидные, как у всех местных жителей, очень темные, прямо-таки черные, притягивающие внимание и как будто гипнотизирующие.

— Иногда жара утомляет даже тех, кто к ней, казалось, привык. А это моя любимая скамейка, вы ведь не откажете мне в маленькой слабости и позволите посидеть здесь некоторое время?

У него был очень низкий голос, и, может, поэтому простые фразы, которые он произносил, оказывали странное влияние: хотелось, чтобы он говорил еще и еще, все равно, что, лишь бы продолжал … Лора ощутила, как пробежал холодок по спине: она не любила чего-то не понимать, а происходило явно что-то необъяснимое.

— Да, жара в этом году особенно сильная. Она туманит голову и отнимает силы. Наверное, впервые я почувствовал себя усталым. И старым. Нет, не старым. Просто почувствовавшим, что время уходит. Уходит так быстро. Сегодня у меня день воспоминаний о том и о тех, кто ушел. О бывших друзьях. О бывшей жизни. Как будто все было вчера. То веселое разноцветное время, летевшее вперед, как шар в боулинге. Все кегли сбиты. Шар не пожалел ни одну.

Лора почувствовала себя некомфортно. Он с ней говорит? Или просто рассуждает вслух? Но магия его голоса не позволяла ей встать со скамейки и уйти, поэтому она продолжала слушать.

— У вас ведь позади долгая жизнь, я не ошибся? О, не обижайтесь, выглядите вы прекрасно, но возраст не спрячешь. Поэтому я и заговорил с вами. Захотелось найти собеседника, у которого за плечами не пара-тройка и даже не десяток-другой лет. Иногда даже таким, как я, надо выговориться. Потому что те, кто был рядом, давно ушли, а те, кто там, наверху, слишком далеко… и давно уже не хотят меня слышать.

В его голосе прозвучала такая горечь, что Лора вздрогнула.

— Я благодарен вам за молчание. Я слышу в нем понимание. И даже сочувствие. Именно то, чего мне так долго не хватало. Спасибо, Лора. И не беспокойтесь, жара скоро спадет, а джетлаг сойдет на нет уже сегодня вечером. Ваш отпуск будет удачным. Берегите себя и детей.

Он поднялся одним текучим движением и почти тут же исчез, свернув с дорожки в глубину парка. Лора вздрогнула. «Откуда он меня знает? Мы точно раньше не виделись, и в отеле я бы его заметила. И про джетлаг я никому не говорила…»

Пора возвращаться в отель. Да и жара, кажется, уже не такая сильная. Лора допила последние глотки воды из бутылки и закрутила головой в поисках урны. Урна была недалеко, а вот на дорожке рядом со скамейкой лежало что-то темное. Она подошла ближе. Перо. Черное. Очень большое, как будто из крыла гигантской птицы. Но… на деревьях поблизости точно не было птиц. Тем более, такого размера.

«Перо. Незнакомец. Странные глаза и гипнотизирующий голос. Те, наверху, кто давно уже не хочет его слышать…»

«Неужели?»