Умереть заново (джен)

Теории заговоров кажется сбылись. Кому и что она сделала плохого, если на неё открыли охоту? Пустынные улицы Лондона мелькали так быстро, Карен не успевала сориентироваться. Она бежала то и дело оглядываясь, нет ли где преследователей. Её квартира осталась без надзора, дверь открытой. Домик на окраине Лондона, двухэтажный, большего пока не заслужила, теперь стал призом для незнакомцев.

Она помнит как случайно услышала тихие шорохи, похожие на шелест листьев. Осень, время странное, ненадёжное, то простуда, то нежданная депрессия. Она не придала значения таким обычным вещам как тени за деревьями на лужайке, буквально оживающие при каждом порыве ветра. Мо говорил, у неё воображение писателя. Конечно, братику виднее, пугать мелкую после захода солнца, да так, что хотелось натянуть одеяло на себя, спрятаться от окружающей тьмы. Мортимер.

— Братишка, где ты? — она коснулась рукой кирпичной кладки, что за невидаль, рука будто провалилась в нечто мягкое. — Мох? О боже, завелась... — Карен вытерла руку о штанину.

Брезгливость не её конёк, это по части тетушки Элинор. Ладно, в сторону семейные воспоминания. Куда дальше? Она сбилась с пути, без автомобиля, забралась как Алиса вглубь кроличьей норы. Сердце отбивало незнакомый ритм, как в тупых ужастиках, жертва знает, чудовища где-то рядом, однако упорно идёт к ним в лапы. Знает, сама писала идиотские сценарии для такого убожества.

Ист-Энд, Актон, Темза и метро — как ориентиры. Незачем ныть, она попалась как только очертя голову бросилась из дома прочь. Как же они выглядели? Тени и ничего больше. Воображение дорисовало остальное. Сейчас она среди рабочих кварталов. Люди спят, глубокая ночь. Заявиться и попросить помощи? Сочтут безумной, вызовут полицию. Она-то родимая ей и нужна. Или помощь психиатра?

К тому же грандиозный скандал в Богемии. Они с Майком поругались, детективу надоело, что она его использует. Как же, она интересуется его делами, ради своей работы. Так сподручнее, влезть в шкуру жертв, понять логику убийц.

Все окна как назло тёмные, ни в одном не горит свет. Спасительный. Наконец Карен свернув в проулок, выходит на дорогу. Отлично, на виду у всех, если её попытаются убить... Карен не успевает закончить мысль, её резко дёргает вверх, она кажется видит крышу соседнего дома, такую кособокую, крытую дешёвой черепицей, за домом сад, "спящая" газонокосилка, детский велосипед, бельё сушится на верёвке.

"Что это со мной?"

Мысли просачиваются в сознание очень медленно, на горло и грудь словно давит чья-то рука или несколько. Голова будто пустая, соображать удаётся с трудом. Эйфелл пытается пошевелиться, не получается. Она замечает, что летит, нет парит над дорогой и домами. Чернота неба и звёзды. Они всё ближе и ближе, земля дальше и дальше.

Она спит. Точно спит. Это не с ней. Просто как всегда окончательно впала в ступор над рукописью, даже несколько чашек кофе не помогли. Сейчас она проснётся и всё будет по старому. Как там советуют психологи, понять и принять, затем взять ситуацию в свои руки.

Внутренне она готова сделать шаг на пути к спасению. Пару минут ничего не происходило, Карен зажмурилась, перед глазами заплясали чёрные круги, а потом... она увидела ИХ.

Невероятно высокие, неестественно худые существа с изможденными, скелетоподобными телами. Их кожа имела болезненный, серовато-белый или белёсый оттенок, очень длинные, шарнирные конечности которые к слову были достаточно сильными. Существа, похоже четверо, двигались неслышно, мало обращая внимания на свою добычу. Вот она теперь кто.

Эйфелл могла бы закричать, жаль голосовые связки плохо слушались. Получился сдавленный писк. Лица. На их лицах полностью отсутствовали глаза и нос — вместо этого там гладкая, натянутая бледная кожа. Существо посмотрело на Карен, похоже решило приструнить жертву. Растянув огромный безгубый рот, усаженный несколькими рядами острых, как бритва, кинжалоподобных зубов, из его пасти высунулись три длинных, сильных черных щупальца, напоминающих языки. Какой реакции ожидал монстр и мыслил ли он самостоятельно?

Зачем она им и куда её несут? Ужасно быть безвольной. Договориться с ними невозможно, освободиться самостоятельно — нереально.

* * *

Четверо Пустот. На их век хватит. Волшебный язык освободил их не для долгих раздумий. Румпель достал пушку. Конструкция казалась громоздкой и тяжёлой, однако таксист легко поднял её и вытащил из багажника автомобиля. Тело человека удобное. Радоваться конечно рано, Кинжал остался в книге. Враги тоже. Десуза улыбнулся, толкнул локтем своего спутника:

— Слева по курсу Пустоты, детектив, — всучил ему пушку. — Извольте защищать честь Дамы.

— Свалился на мою голову, — Фридман осмотрел оружие, на вид ничем не отличается от гранатомёта: есть спусковой крючок, а там плевать что будет дальше. — Скажешь когда стрелять, фрик.

— Прямо сейчас, детектив! — Феликс наблюдал как из пушки вырвался небольшой круглый светящийся шар и полетел в сторону Пустот. — Она с ними, отлично. Волшебный язык сказал, доставить сестру к нему.

Они засекли активность ещё в Актоне. Следить приходилось за каждым шагом Пустот. Безмозглые посланцы своего Господина. Неизвестно — кто их послал, зачем им Карен. Создательница. Всю дорогу мерзкий урод подшучивал над ним, что лицом к лицу встретится со своей Матерью. Фридман плохо помнил свою семью, ещё бы с трёх лет в приюте, тем не менее не горел желанием видеть Автора книги. "Поцелуй Иуды" остался у Волшебного языка: простенький неонуарный детектив, незатейливые персонажи, обнажёнка, чёрный юмор. Каким бы не был тот мир, это его жизнь.

— Проснись, Спящая красавица, — мерзко хихикнул таксист.

— Как бы от тебя поскорее избавиться? — процедил сквозь зубы детектив.

— Накладно будет. Двигайся, — Феликс сорвался с места, побежал к ближайшим домам. — Не отставай!

Его ничуть не беспокоило, что возможно ему не вернуться обратно. "Однажды в сказке" выпускали ограниченным тиражом некие Китсис и Хоровиц. Они конечно приложили максимум усилий для рекламы и продвижения, однако книгу достаточно быстро забыли. Коллекционеры мало интересовались такими глупостями, в результате истории сказочных персонажей обитающих в двух мирах одновременно — благополучно пылились в подвалах и библиотеках.

Мортимер Фольхарт. Румпель запомнил имя Волшебного языка. Интересно, чего ожидал сам Мо, вытащив из книг и использовав для спасения сестры от Пустот, вымышленных персонажей? Одно лечит, другое калечит. Кто-то мог пострадать. Внутреннее чутьё подсказывало, Мо всё равно, ему сестра важнее.

Румпель прокладывал себе путь через кустарник, знатно затоптав хозяйские глицинии и розы, успел заглянуть в окно спальни на первом этаже. Отметил как мирно спят хозяева, не понимая в какой они опасности. Позади за магом следовал Фридман. Детектив выглядел более уверенно на фоне бывшей шестёрки наркоторговца. Они миновали захламлённый сад, заваленный срубленными деревьями, перелезли через невысокую кирпичную стену.

— Присмотри за Пустотами, я искупаюсь, — не слушая что скажет напарник, Румпель не раздеваясь прыгнул в бассейн.

Карен Эйфелл. Отличное имя и привлекательная внешность. Бесчувственное тело женщины плавало в воде вниз лицом. Самый плохой сценарий для падения. Маг доплыл до середины бассейна, потянул к себе тело, перевернул его, поплыл обратно.

— Они исчезли. Так не бывает. Мо сказал их трудно убить, — Фридман помог Феликсу с Карен. — Она не дышит, — пришлось немного поработать.

Он растегнул верхние пуговицы блузки, начал надавливать на грудную клетку.

— Эй, осторожнее, Казанова, девушка может обидеться, — мокрый Десуза присел рядом на раскладной стул.

— Закрой рот, — Дэвид продолжал работать не слушая едких и пошлых комментариев таксиста. — Ну же, дыши!

Карен вяло закашляла, выплюнув порцию воды, дёрнулась, перевернулась набок. В глазах двоилось, голова гудела, тело плохо слушалось. Итак, она на земле. Писательница медленно открыла глаза, увидела лицо незнакомого мужчины.

— Прости, думал тебя нужно поцеловать, — незнакомец сделал глупый жест руками. — Прямо как Белоснежку.

— Ты в порядке? — детектив попытался прикоснуться к женщине, она испугалась и отпрянула.

— Эй мачо, осторожнее с излиянием чувств, — Десуза с лёгкостью выдержал тяжёлый взгляд Фридмана, его унижали не раз, плевать он хотел на угрозы.

— Кто... вы? — она сглотнула, горький привкус миндаля во рту, от которого вот-вот стошнит.

— Твой брат послал нас.

— Мортимер? — она широко открыла глаза от удивления. — Он знал об этих уродах?

— Пустоты, — пропел таксист. — Они питаются людскими душами, милые, правда?

— Твой брат догадывался, поэтому мы здесь.

— А где монстры? Они... вы их убили? — она попыталась встать на ноги, шатен бросился ей помогать, она оттолкнула его руку.

— Их осталось мало, так что леди, — Десуза испытывал удовольствие наблюдая за Фридманом и Эйфелл.

— Они обезврежены. Временно, — детектив нашёл оставленное хозяевами полотенце и отдал Карен. — Нам нужно обратно к Фольхарту.

— Ты так и не ответил на мой вопрос, — она вслепую перехватила его руку. — Мортимер, знал, что я в опасности?

Мистические случаи. Их семья была слишком далека от этого. Правда ей досталось — воображение. Оно чаще заставляло маленькую Карен бояться, чтобы прийти в норму, девочка сочиняла истории. Выдуманный мир был её убежищем, Мортимер — главным защитником. Сейчас она смотрела на происшествие будто со стороны. Брат предал её. Или она себя накручивает? Майкл точно бы попытался мыслить здраво. Чёрча сейчас нет рядом.

— Где Мортимер?

— Театр Рекс, — ответил за детектива Румпель.

— Стратфорд, Восточный Лондон? Какого чёрта он там делает? — на неё накатила ярость.

— Леди, не злитесь, мы доставим вас к нему в целости и сохранности, — определённо он получит на орехи от Фридмана, но должен же хоть кто-то быть переговорщиком.

— Вы согрелись?

Дэвида что-то отталкивало в Карен, хотя ответ лежал на поверхности — он попросту боялся, не важно чего: реальности, обстоятельств, самой судьбы.

— Пустоты половина беды, — Десуза помог встать Карен. — У них есть Хозяин. Именно так с большой буквы. Кто он, мы не знаем, — маг получил ощутимый тычок в бок от Фридмана. — Наш автомобиль, — он завертел головой. — Придётся возвращаться обходными путями или... — Они угнали машину. Первую попавшуюся, показавшуюся им более скоростной. — Найдём другую машину, — закончил таксист.