Удивительный цифровой лабиринт (гет)

Каменные стены тянулись за горизонт, оплетая своими поворотами всё видимое. Одним своим видом они убивали всякую надежду найти в этом месте выход.

Он был. Должен быть.

Но стены не могут так извиваться и гнуться, коридоры не могут так переплетаться, пол не может подниматься к потолку... но здесь это возможно.

Здесь возможно всё, здесь правила нашего мира не имеют веса; всё самое невообразимое и вопиющее цветёт и пахнет в глубинах лабиринта.

Но не всё так просто.

Есть несколько правил, которые лабиринт соблюдает:

«Не навреди гостю».

«Не допусти причинение вреда гостю».

«Не причиняй вред себе».

Это единственное здравое, что выбито в камне этого безумия, и остаётся неприкосновенным.

Лабиринт был огромен, его серые каменные стены — холодны и массивны. Глядя на это, кажется, что он мёртв, ведь ничто, кроме гудения ветра, не перебивало его каменное молчание.

Лабиринт молчал, потому что, затаив дыхание, он наблюдал. Наблюдал за теми, кто оказывался в глубинах его недр, чувствовал присутствие каждого, шаги и биение их сердец. Казалось, что он чего-то ждал, но чего — понять было невозможно.

В глубине одного бескрайнего коридора лежало, прижавшись спиной к стене, маленькое тельце. Цветастая одежда выделяла его на фоне серости стен. Крохотность тельца ощущалась почти иронично в сравнении с масштабом места.

Вокруг было тихо; лабиринт будто замер, ожидая чего-то от внезапно появившегося гостя. Тело зашевелилось: цветной комок оказался девушкой в костюме шута.

Ей было тяжело шевелить конечностями, каждое движение давалось с трудом. Боли не было, только шум в голове и полное непонимание того, что происходит. Когда она нашла в себе силы сесть, её вывел из пустоты сознания режущий слух звон бубенцов. Звон в действительности был не таким уж громким, но в тишине мрачного коридора он звучал оглушительно. Она тихо простонала и села, облокотившись спиной о стену. Ей не было больно, но в теле ощущался какой-то невнятный дискомфорт: голова будто плавилась, в глазах рябило, конечности обмякли, даже дышать было непросто. Посидев так какое-то время, она обратила внимание на окружение.

Всё было из тёмного камня. Повернув голову влево и вправо, девушка видела только каменный коридор, тянувшийся на километры вдаль; его концы скрывались в тумане. Также стены были ненормально высоки: по её мнению, в высоту они достигали около пятнадцати метров. Каменные блоки внушительного размера, сложенные на манер кирпичной кладки, отдавали холодом. Поёжившись, она перевела внимание на звон. Это были её бубенцы. Они блестели золотом и звонко звенели, пришитые к пёстрому костюму, который из-за окружающей полутени красиво отливал глубоким синим и кроваво-красным. Три бубенца были на кончиках её причудливого шутовского колпака, и ещё один, побольше, находился у неё на груди. Их блеск гипнотизировал, но, проморгавшись, она обратила внимание на свои руки.

Они были в перчатках. На левую была надета синяя, на правую — красная. Аккуратные и по размеру, они почти не ощущались на коже. Вытянув руку вперёд и расправив ладонь, девушка озадаченно глядела на неё.

Рука казалась ей чужой.

Осмотрев также вторую, она оглядела свои ноги. Они были в обтягивающих лосинах с красно-синим ромбовидным узором, а обута она была в странные ботинки, напоминающие остроконечные носки. Девушка смотрела на свои ноги и думала о том, кто и как на неё это надел, потому что костюм сидел идеально по фигуре и был отличного качества.

Наверное, это должно было её напугать, но на лице застыло недоумение, а в голове возник единственный вопрос: "Почему?"

Так она и сидела, прижавшись спиной к стене и глядя то на ноги, то на стену перед собой. На её губах даже дрогнула кривая улыбка от странности происходящего. В голове роились мысли о том, как она здесь оказалась и почему так выглядит. Больше всего её позабавила догадка, что она — какой-то придворный шут, который, вероятно, перегнул палку, за что его и вышвырнули за стены. Или это темница, а большой она кажется только из-за того, что сама девушка крошечная.

Весь этот кавардак из сценок в голове выдавил из неё смешок. Прогнав дурацкие мысли, шут встала, отряхнула спину и обратила внимание на одну из сторон коридора: его конец растворялся в тумане. С другой стороны было так же — конца не было видно, всё тонуло в дымке.

Девушка решила пойти в правую сторону. Шла она ближе к стене, изредка касаясь её рукой. Что-то было не так. Дело было даже не в габаритах каменного пути, а в том, что конца здесь, казалось, нет вовсе. По её ощущениям, она шла пару часов, а коридор и не думал заканчиваться; даже поворотов или каких-нибудь знаков не наблюдалось. Только каменные стены, девушка в цветном костюме и редкий звон бубенцов.

Шут шла и шла, но коридор был неумолим. Она издала нервный смешок, но напряжение росло. Ей даже показалось, что она прошла место своего пробуждения, возможно, и не раз, но доказать этого не могла. Девушка отгоняла эти мысли и упорно убеждала себя, что конец рядом, просто место огромное, а её маленькие ноги не могут быстро преодолеть весь этот масштаб.

Она шла и шла, шла и шла. Ноги не чувствовали боли или усталости, но сознание начало тяжелеть; голова не болела, её будто сдавливало. В глазах уже рябило от бесконечных полос стыков камня, а стены сливались в единую мрачную кашу. Девушка отчаянно напрягла глаза, высматривая возможный выход, но всё тщетно.

Она шла, а коридор и не думал кончаться.

В какой-то момент, не выдержав, девушка измученно застонала; она остановилась и сжала лицо руками. Голова гудела. В этот раз её попытки убедить саму себя в реальности конца рухнули, а глаза предательски намокли. Горячие капли не успели стечь по лицу — шут быстро их стёрла. Подняв голову и тяжело выдохнув, она снова сдавленно хихикнула. Опустив взгляд, она отказалась смотреть прямо: вид затуманенного коридора был ей противен. В голове метались мысли: "Почему я здесь?", "Почему ему нет конца?", "Почему я тут одна?", "Это ад? Чистилище? Меня пытают?".

Ответов не было ни в её голове, ни в окружающей серости коридора. Силы и уверенность кончились, ноги согнулись, и девушка села на каменный пол. Она всё ещё не хотела смотреть вдаль, уставившись на свои ноги.

Тишина давила, только звон бубенцов хоть как-то помогал отвлечься. Тихий звон и тяжёлое дыхание — это всё, что слышала девушка.

Вдруг сзади, где-то вдали, что-то хлопнуло. От внезапности шут почти подпрыгнула. Сердце бешено колотилось, а дыхание сбилось. Она смотрела туда, откуда прозвучал хлопок. Ей явно не послышалось: звук был чёткий и достаточно громкий, это точно не её воображение.

Шут аккуратно встала, её потряхивало. Любопытство и страх придавали сил, но вопросов в голове стало ещё больше. Девушка хотела пойти в сторону звука, но нарастающая тревога не давала ей двинуться. Что-то было не так.

В тумане виделась фигура.

От шока девушка промаргивалась, но глаза её не обманывали: там кто-то есть. Сердце бешено колотилось, дыхание спёрло; девушке хотелось рвануть в противоположную сторону, но тело будто окаменело.

Фигура приближалась. Она не шла — она летела. И летела в сторону девушки.

Шут сжалась от ужаса, но глаза неотрывно смотрели на фигуру. От напряжения её потряхивало. Она отчаянно надеялась, что фигура — это не враг.

Из тумана показался человек, точнее, тело человека. Крупное, широкоплечее, одетое в кроваво-красный фрак со множеством деталей: начиная с белой каймы воротника и заканчивая золотой цепочкой, идущей дугой от нагрудного кармана вглубь костюма. На ногах — чёрные брюки и такие же высокие сапоги; только блеск кожи и золотые пряжки выделялись на фоне.

Шут стояла, открыв рот от шока.

Хоть фигура и выглядела нормально, голова вызывала ужас — точнее, то, что было вместо неё. На плечах, без шеи, левитировала огромная человеческая челюсть: красная, блестящая, с крупными белыми зубами и увеличенными клыками.

Эта "голова" вызывала у шута отвращение и ужас. Особенно пугал размер зубов. Девушка нервно сглотнула, её трясло.

Это зубастое нечто остановилось в пяти метрах от девушки, левитируя в воздухе. Руки у фигуры были сложены за спиной, челюсть-голова опущена. "Он" или "оно" было напряжено. Шут не смела отвести взгляд от этого нечто.

Вдруг послышался басистый рык. От этого звука девушка закрыла рот, и её лицо скривилось от напряжения. Глаза впились в зубастую пасть.

Рычание раздалось вновь, гулко затихая в груди существа. Девушка ещё сильнее съёжилась.

Затем пасть медленно начала открываться, и из глубины показались два больших глазных яблока. Они выглядели скорее как стеклянные глаза кукол, чем как живые человеческие: блестящие и неестественные. Из-за тени от верхней челюсти глаза казались угрожающими. Они смотрели прямо на шута.

Девушку уже откровенно трясло, как осиновый лист; в голове метались мысли о том, что делать. Между ними нависла тишина. Она длилась пару секунд, но девушке казалось, что прошёл целый час. Шут боялась даже моргать, неотрывно глядя в эти жуткие глаза из пасти. Вдруг она почувствовала дискомфорт в голове, будто там кто-то шевелится, а затем — нарастающую боль. Эта боль была обволакивающей и распространялась ниже, в тело. Она чувствовала, как мышцы сжимает и выворачивает, грудь сдавило, стало тяжелее дышать. Ощущала, как что-то острое и бурлящее потекло под кожей и забилось в костях. Конечности деревенели, она не могла шевельнуть и пальцем, просто стояла и смотрела на чудовище, испытывая мучения.

Но "чудовище" не отвело взгляда и не дёрнулось, лишь тихо порыкивало.

Шут погружалась в агонию. Она еле дышала; ей казалось, что тело разорвёт, что вот-вот услышит треск рвущейся кожи.

Внезапно в глазах помутнело, будто их накрыло пеленой. Затем щёки что-то обожгло. Это были слёзы.

"Некто" продолжал пытать шута взглядом; его рык звучал кровожадно. Он пожирал несчастную глазами, но блеск, появившийся в её взгляде, смутил его.

Он дёрнулся, словно обожжённый, увидев слёзы в глазах шута.

Девушку мгновенно отпустило, она упала на колени. Тело больше не выкручивало от боли, остался лишь дискомфорт и ужас. Жадно глотая воздух, она подняла мокрые глаза на мучителя. Он выглядел шокированным.

"Некто" больше не казался угрожающим — скорее ошеломлённым. Его взгляд метался от неё к собственным рукам, а грудь судорожно вздымалась.

Шут, заметив замешательство монстра, недолго думая, рванул прочь что есть силы. Она никогда в жизни так быстро не бегала: тело не смело перечить хозяйке, в ногах не было боли, а лёгкие не горели. В голове царил бардак, столько мыслей металось в попытках объяснить произошедшее. Почему этот некто сделал это? Почему он был зол на неё, хотя она даже не знала, кто он такой? Неужели она что-то натворила и не помнит об этом? Вопросов было много, а ответа — ни одного.

Вдруг в голове девушки стрельнуло осознание: коридор, по которому она сейчас бежит, не имеет конца. От этой мысли скрутило живот, и отчаяние разлилось по венам. Она ведь уже пыталась найти выход, но его нет. И прямо сейчас она в этом нескончаемом коридоре убегает от неведомого монстра.

Она не сможет удрать — монстр явно её нагонит. А зная, на что он способен, ей не поздоровится.

Отчаяние, страх и... злость? Все эти чувства бурлили в теле шута, придавая сил продолжать бег.

Вдруг весь коридор будто начала поглощать темнота: нарастающие тени поползли по углам, накрывая стены тьмой. Шут в шоке начала задыхаться, силы покидали её, но она продолжала бежать. Басистый гул раздался позади. Оглянувшись, она надеялась что-то разглядеть в поглощённом тьмой коридоре, но там ничего не было.

Коридор становился всё темнее. Девушка боялась даже думать о том, что с ней будет, если тьма настигнет её.

Внезапно вдали она увидела что-то красное. Цвет непонятного объекта полностью приковал взгляд шута. Но темнота и не думала останавливаться, казалось, она начала поглощать всё вокруг с новой силой.

Добежав, девушка поняла, что это нить — красная, слегка искрящаяся.

Нить выходила из узкого проёма и уходила вдаль неизвестного коридора. Недолго думая, она побежала вдоль неё. Этот коридор был уже и меньше. Быстро оглянувшись, шут увидела, как тьма пожрала прошлый коридор и принялась пожирать этот. Вскрикнув от ужаса, она припустила быстрее. Девушка в панике глядела то на нить на полу, то на тусклый свет вдали. Последний всё сильнее давал надежду.

Буквально на пределе своих возможностей шут мчалась на свет. На мгновение она услышала чей-то голос, похожий на мужской. Он был настолько мимолётным, что шут не была уверена, был ли он вообще.

Свет в конце коридора приближался.

От паники всё тело трясло, ноги начали заплетаться. Скалясь от злости на саму себя, из последних сил девушка взяла себя в руки и рывком нырнула в свет.

Шелест листьев и пение птиц наполняли округу, туман нежно окутывал пышную тропическую зелень. Морось дождя покрыла растения влагой, придавая им глянцевый вид. Более крупные капли отбивали замысловатый ритм по широким листьям экзотических растений. Одна из таких капель стремительно бежала по одному из листьев, падая на другие и постепенно увеличиваясь в размерах. Капля аккуратно перетекла на длинный лист, и тот под тяжестью наклонился, давая капле завершить свой путь. Капля с плеском упала на голову лежащей в траве девушке в цветастой одежде.

Недовольно промычав, девушка перевернулась на спину. Мелкие капли мороси тут же намочили бледное лицо. Девушка поморщилась: она чувствовала, что её костюм промок и она начала мёрзнуть. Несмотря на это, она не спешила вставать. Окружающий шум деревьев, тихое пение птиц и запах мокрого леса успокаивал. Она продолжала лежать в мокрой траве, закрыв глаза.

Когда ощущения от мокрой одежды стали невыносимы, шут всё же приподнялась на локтях и оглянулась по сторонам.

Первое, что она увидела, — была стена. Абсолютно чужеродная, тёмная, каменная стена. Грозно нависая, её тень падала на девушку. Ахнув, шут быстро встала, робко пятясь назад, подальше от этой стены. Она казалась бесконечной: её высота была около тридцати метров, а вот длинна была неясна, ведь концы были скрыты в гуще леса. Но вспоминая как долго шут бежала в её глубинах, ясно одно — длина была колоссальная.

От воспоминаний о том, что произошло за этими стенами, сердцебиение девушки участилось, она не была уверена в своей безопасности. Как вдруг её внимание привлекла красная, слегка сверкающая нить.

Это та самая нить, которая вывела её из той западни. Нить будто выходила прямо из стены, между тёмных камней. Шут нервно сглотнула; ей было жутко от осознания, что тот коридор, по которому её вела нить захлопнулся и, возможно, если бы она замешкала, то её бы просто раздавило.

Шут также заметила, что кончика нити она не видит. Осторожно подойдя, шут аккуратно взяла её и, подтянув к себе, поняла, что нить шла дальше. Лёжа в траве, часть, что потянула шут, натянулась и показалась из мокрой травы. Густая зелень умело скрыла нить и то, куда она тянулась. Девушка удивлённо хмыкнула; что-то внутри подталкивало её следовать за этой красной ниткой. Бросив последний взгляд на жуткую стену, шут тяжело выдохнула и направилась за нитью.

Тропический лес шумел листвой, дождь продолжал тихо стучать по траве и листьям, а туман всё сильнее укутывал округу. Девушка шла по узкой тропинке через заросли, следуя за блеском ярко-красной нити. Она насквозь промокла так, что даже лёгкий ветер пробирал до мурашек. Шут осматривала деревья вокруг: они были такие натуральные, даже трава, шуршащая под её ногами, была удивительно реалистичной. Блеск влаги на широких листьях завораживал, шум крон успокаивал, даже редкое хлюпанье её промокших ног — всё было как в реальности.

— Как в реальности? — внезапно подумала шут.

Снова оглядев всё вокруг, девушка нахмурилась. Вспоминая всё что произошло, казалось что всё это дурной сон, удивительно реалистичный. Такие бывают. Редко, но бывают. Но что-то смущало девушку: не её чудоковатый костюм, не тот злосчастный коридор, не даже тот... монстр. А что-то настолько тонкое, еле уловимое. Оно витало вокруг, будто пытаясь намёками донести до девушки ответ, но всё безуспешно.

Из мыслей её вывел неожиданный звук шагов по гравию. Удивившись, шут заметила что нить вывела её на гравийную дорожку. Ровная и ухоженная, она выбивалась из антуража дикого леса. Шут несколько секунд смотрела на россыпь мелкой гравийки у себя под ногами.

— Даже ощущения как настоящие, — подумала девушка, слегка пошевелив ступнями, чувствуя дискомфорт.

Задумчиво хмыкнув, шут заметила, что нить тянется куда-то дальше по гравийной дорожке. Только девушка пошла по пути, проложенному ниткой, как вдруг внезапно мелкая морось дождя сменилась нарастающим ливнем. Отчаянно закрывая голову руками, шут поспешила, следуя за нитью, молясь, чтобы та вывела её к какому-нибудь дому или навесу, а то девушку уже начало подтряхивать от холода.

Красная нить неожиданно оборвалась, её сверкание медленно гасло. Шут тревожно огляделась, нить не могла же просто так её куда-то вести и в итоге просто оставить на полпути. Ливень мешал девушке видеть, маленькие ручейки заливали лицо и глаза. Как бы шут ни пыталась их стереть, всё равно лицо заливало. Судорожно дыша от холода и тревоги, девушка заметила, что нить будто бы тает, став еле заметной, теряясь в гравии.

— Нет... Нет. Нет, нет, нет! — Шмыгая носом отчаянно прошептала Шут. Но нить окончательно исчезла, оставляя девушку в одиночестве.

Поразмыслив пару секунд, Шут вздохнула и просто пошла дальше по дорожке. Шла она недолго, вдали сквозь стену дождя виднелось небольшое строение. Радостно охнув, с новыми силами девушка побежала к строению.

Это оказалась большая беседка из белого мрамора. Шесть крупных колонн держали круглую каменную крышу. Аккуратные белые оградки объединяли по три колонны, оставляя нетронутыми два проёма. В центре располагался вырезанный из мраморного массива круглый стол, вокруг располагались две дугообразные каменные скамьи.

Девушка также подметила на фасаде какие-то элементы декора, но на их разглядывание не было времени. Быстро заскочив в беседку, девушка облегчённо выдохнула. Внутри оказалось удивительно сухо; мягкая тень от крыши придала постройке готическую атмосферу. Сев на одну из мраморных скамей, девушка поёжилась. Было холодно и неприятно. Она насквозь промокла. Мелкие ручейки стекали по скамье, капая на белый пол образуя лужу.

Дождь продолжал лить; только шмыганье шута перебивало его монотонный шум. Девушка не знала, сколько прошло времени, но ей казалось, что сидит здесь примерно час. В попытках согреться она села, обняв ноги руками, и, положив голову на колени, закрыла глаза.

Всё это время она думала о произошедшем и происходящем. Перебирая в голове варианты, она никак не могла найти всему этому объяснения. Также её напрягла некая пустота в голове, а точнее — в воспоминаниях. Она морщилась в попытках выдавить хоть какие-то внятные воспоминания. Даже на вопрос «Кто я такая?» она была не в состоянии ответить. Беспокойство росло, как и отчаяние. Она боялась, что, возможно, произошло что-то очень нехорошее, раз она оказалась там, в том коридоре, и нарвалась на того... монстра. Девушка подумала, что, возможно она просто провинившийся житель этого странного места, но не чувствовала никакой связи. Будто её появление здесь неожиданно, будто она чужеродна, словно незванный гость.

Но самое необъяснимое для неё — это её чувство, что, несмотря на всё, она должна быть тут.

Всё эти мысли удручали и путали сознание шута. Не в силах что-то придумать, она просто смиренно ждала, когда дождь закончится; возможно тогда она продолжит путь.

Но куда?

Внезапно раздался щелчок, и одежда шута мгновенно стала сухой и чистой, а натёкшие лужи исчезли. Девушка шокированно охнула и чуть не упала со скамьи. В панике, осматриваясь, она искала причину этого чуда. Её сердце бешено колотилось, дыхание участилось, а от потока мыслей закружилась голова.

Не выдержав напряжения, девушка неуверенно выдавила:

— П-привет?... — Она поежилась ожидая ответа. Ей одновременно хотелось знать, кто или что это сделал, но и с тем ей было страшно встретиться с этим кем-то или чем-то.

— Здравствуйте. — внезапно раздался мужской голос.

Девушка аж дернулась от удивления и открыла рот. Она хотела что-то сказать, но страх превратил её слова в неразборчивый лепет.

— Прошу, не бойтесь... — вновь раздался мужской голос. На этот раз он звучал мягче и виновато.

Шут закрыла рот и просто ждала появления незнакомца. Её подтряхивало теперь не только от холода, но и от напряжения. Сделав глубокий вдох и взяв себя в руки, девушка решила ответить:

— Извините, но... Кто вы? И где? — почти без заикания сказала шут, осматривая всё вокруг. Голос незнакомца был рядом, но исходил будто отовсюду, что, честно говоря напрягало шута.

— Я вам точно не враг, — после сказанного послышался знакомый щелчок, и девушка внезапно была укутана в плед, — но надеюсь стать вам другом.

Девушка лишь пару раз удивлённо моргнула, разглядывая плед, и сильнее укуталась, словно он мог её защитить.

— Мне жаль, что вы познакомились с этим местом... Так. — снова прозвучал мужской голос откуда-то извне. Шут подметила, что голос становится всё мягче и неувереннее. — Приношу тысячу извинений и лишь прошу дать мне объясниться.

Пару секунд подумав, девушка неловко ответила:

— К-конечно... Я понимаю... Наверное, — неловко улыбнулась она, опустив взгляд на укутанные в плед руки. — И было бы неплохо получить объяснения всёму.. Этому. — её голос все ещё дрожал от волнения. — Пожалуйста.

Послышался тяжёлый вздох. От этого девушка нахмурилась. И снова раздался мужской голос:

— Только прошу, не спешите с выводами, я всё вам объясню, — на эти слова шут ещё больше нахмурилась. — Пообещайте не кричать и не убегать. — Голос на этот раз прозвучал серьёзно.

— Обещаю, — неуверенно, но честно ответила шут.

— Хорошо, — со вздохом ответил голос.

Внезапно из-за колонны вышел он. Это был тот самый монстр из коридора. Девушку накрыл ужас. Она дернулась и чуть не упала со скамьи, но сумела удержать равновесие. Монстр тоже дернулся, вытянув вперёд руку.

— Стой! Я все объясню! — Он поднял ладонь в успокаивающем жесте. — Вы обещали. — Монстр выглядил встревоженным, это отчётливо читалось на его "лице".

Девушка не понимала, что пугает её больше: то, что этот голос принадлежал чудовищу, или то, что вообще представляет собой это самое чудовище. Челюсть пугающе двигалась, имитируя линию бровей и щёк, а зубы тревожили своим размером, особенно клыки.

А глаза... Они были настолько живыми, что это одновременно пугало и смущало. Шут замерла, ожидая от него дальнейших действий.

Монстр, глядя прямо в глаза девушки, медленно зашёл в беседку. Теперь он поднял обе руки. Подойдя к столу, он остановился, закрыл челюсть, спрятав глаза, и вздохнул.

— Всё должно было быть не так, — произнёс он, изогнув челюсть в печальной гримасе и опустив глаза. — Ещё раз прошу прощения за то, что произошло в лабиринте; это было недопонимание. — Монстр говорил мягко. — Я сделал слишком поспешный вывод, — с печалью добавил он.

Монстр снова на мгновение встретился взглядом с девушкой и быстро опустил глаза и опёрся руками о стол.

— Вы помните, как сюда попали? — серьёзно спросил монстр, снова глядя девушке в глаза. На что шут отрицательно покачала головой. — Что ж, поздравляю! — торжественно раскинул он руки. — Вы новый максимально неожиданный, участник многопользовательской игры с полным погружением, под названием «Удивительный цифровой лабиринт»!

Хоть монстр и объявил это с торжеством, звучало всё как-то вымученно и неловко.

— Э-э... Я... в игре? — спросила шут, вопросительно поднимая бровь, на что монстр утвердительно кивнул. — Это многое объясняет... наверное.

— Причём не в абы какой, а с полным нейрочувствительным погружением, — чуть задорнее подметил монстр, вздернув указательный палец. — Находясь здесь, вы можете чувствовать и ощущать всё практически так же, как в вашем молекулярном мире.

Девушка удивлённо посмотрела на монстра, и её тут же передёрнуло. Вот почему она чувствует холод, дождь и боль. От последней мысли она помрачнела.

— То есть я игрок? — уточнила девушка.

— Верно, — Нерешительно ответил монстр; он заметил заметил изменение в лице девушки.

— Почему вы тогда сделали мне больно? — с опаской, но серьёзно посмотрела на него Шут.

Монстр помрачнел, упёр руки в боки и закрыл челюсть. Шут продолжала смотреть на него с опаской. Потом услышала тихое недовольное рычание и скрип зубов.

— Вот мы и подошли к этому, — шёпотом проворчал монстр и сделал паузу. Девушка напряглась ещё сильнее, готовая рвануть в лес. — Вы и вправду новый участник игры, — серьёзно продолжил он, — но появились вы, мягко говоря, неожиданно.

Монстр сурово посмотрел в глаза Шуту:

— И вас нет в списках регистрации.

Он начал выглядеть как при первой их встрече; от его вида девушке поплохело.

— Как вы сюда попали?

Шут сидела, съежившись от страха, и боялась даже маргнуть. Она помнила, что он умеет и что может сделать. А сейчас, находясь рядом с ним, она чувствовала, как надежда на побег тает на глазах.

В её голове метались мысли, а разум отчаянно пытался вспомнить хоть что-нибудь, что объяснило бы, как она сюда попала.

В отчаянии открывая и закрывая рот, шут хотела ответить хоть что-нибудь, но ничего путного не приходило в голову. Чувствуя нарастающее напряжение, девушка не выдержала, и из её глаз потекли слёзы.

Монстр ошарашенно уставился на девушку, и в панике замахал руками.

— Нет, нет, нет! Вы... Я... Я вас не обижу, просто хочу кое-что прояснить! — тараторя в панике, пытался успокоить её он, но она заплакала ещё сильнее.

Монстр откинул назад голову-челюсть и отчаянно простонал:

— Ну что со мной не так? ...

Опустив голову и сняв цилиндр, он с печалью смотрел, как рыдает бедная девушка. Не в силах это остановить, он просто виновато сел на противоположную каменную скамью, положив на стол цилиндр и ждал, когда успокоится несчастная.

Шут плакала долго, но постепенно успокаивалась. Закутавшись с головой в плед, она переводила дух. Её голова болела от попыток хоть что-нибудь вспомнить, но она поняла, что не помнит ни того, как сюда попала, ни кто она вообще; даже своего имени вспомнить не сумела. И это её чертовски пугало.

Дождь всё ещё шумел снаружи, а в беседке повисла напряжённая тишина, прерываемая редкими всхлипами девушки.

Она понемногу приходила в себя. Высунув голову из-под пледа, она видела, что монстр сидел за столом напротив неё. Он выглядел поникшим.

Монстр сидел тихо, нервно переминал пальцы и, видимо, о чём-то размышлял.

— Я прошу прощения за то, что оказалась тут... без вашего одобрения, — внезапно заговорила шут. — Если бы я знала... Но я... не знала, — закончила она печально.

— Не стоит извиняться, это случайность и моя вина. — Монстр печально рассматривал девушку; ему было противно, что это он довел её до такого состояния.

Они помолчали ещё пару минут, пока девушка вновь не заговорила:

— Вы ведь не закончили?

Монстр удивлённо "маргнул" челюстью и уставился на шута. Собравшись с мыслями, он начал:

— Верно. Но давайте начнем сначала, хорошо?

— Давайте. — согласилась она, вытерая глаза руками.

— Отлично, — облегченно вздохнул он. — Эм, что ж... Как я сказал ранее, это многопользовательская игра с глубоким нейрочувствительным погружением. — Внезапно монстр провел рукой по белому столу, и на нём появились фигурки. — Но попасть сюда можно только после официальной регистрации со сканом мозга, после чего формируется группа, и на основе её выбора настраивается сложность игры.

Девушка немного взбодрилась и завороженно наблюдала, как на столе появились разные фигурки, которые сбились в кучку у какой-то коробки.

— Далее, когда участники зарегистрированы, группа создана и уровень сложности игры выбран, участники отправяляются в лабиринт.

После этих слов крышка коробки, возле которой стояли фигурки, пропала, и внутри оказалось много извилистых стен. Шут присела ближе и вытянула шею, с интересом наблюдая за демонстрацией.

— Их задача работая в команде, найти выход и желательно побыстрее, — на этом моменте голос монстра прозвучал встревоженно. Это заметила шут, но ничего на это не ответила. — Потому что в недрах лабиринта есть монстр. Это не босс, как можно подумать, он играет роль препятствия и создает напряжение. Как только он настигнет команду или загонит её в тупик, игра будет окончена.

Девушка нахмурилась, наблюдая как фигурки снуют по запутанным коридорам, пока к ним постепенно приближается черное пятно. И когда фигурки застряли в тупике, это пятно просто их поглотило.

Шута передернуло: было неприятно думать о том, как пятно поглощает участников.

— Все понятно? — выдернул её из раздумий голос монстра. — Я могу повторить, если нужно, конечно. — Он сложил пальцы в замок и дружелюбно смотрел на девушку.

— Хорошо, про игру понятно, — робко ответила шут. — Но что касаемо моего появления? Как так вышло?

Монстр пару секунд посмотрел на стол, с которого исчезли все объекты, и продолжил:

— Видите ли, моя дорогая, группа сформирована давно и уже бродит по лабиринту, а вы... — ладонью он указал на девушку, — появились вне группы. И по идее, я должен выгнать вас с сервера или оставить в лобби, но... — монстр неуверенно покачал головой, — вы каким-то образом зашли, обойдя регистрацию и минуя лобби.

Монстр выдержал паузу, придвинулся ближе и серьёзное продолжил:

— Вы появились у сектора администрации, — Шут удивлённо подняла брови. — А так как вы обошли регистрационный пункт, мои системы защиты расценили вас как вторженца. Поэтому вас мгновенно перебросило в коридор-петлю.

— Коридор-петлю? — удочнила Шут. Ей было неприятно вспоминать тот злосчастный коридор.

— Именно. Она предназначена для временного задержания нарушителей, пока одминестратор, то есть я, не решит проблему. — Монстр вздохнул. — Поэтому мне пришлось насильно проникнуть в вашу голову, чтобы оттуда достать сведения о вас. Ведь без кода регистрации и скана мозга, я понятия не имею, кто вы. Вдруг вы хакер или тролль?

Девушке было тяжеловато всё это понять, но она утвердительно кивнула. Монстр продолжил:

— Мне очень жаль, что я причинил вам боль, но поймите и меня тоже, — взмахнул он руками. — Команда уже утверждена, все прошли регистрацию, игра запущена. И тут, откуда ни возьмись, появились ВЫ! Каким-то образом обойдя все проверки, используя старый гостевой код одного из участников, оказались не абы где, а у администрации! — возмущался он. — У меня и так процесс игры напряжённый, а тут ещё и нарушитель нарисовался. А вдруг вы троян или ещё бог знает что? Моя главная задача как администратора — обеспечить безопасность участников. Поэтому я и решился на допрос с пристрастием, — он скрестил руки на груди и отвёл взгляд в сторону.

Шут молчала и лишь удивленно смотрела на монстра. Выслушав его до конца, она заговорила:

— Теперь я понимаю, — ответила шут, виновато опустив глаза.

Пару секунд они оба молчали, пока монстр не прервал тишину: — Но это никак не оправдывает мой проступок. Я не имею права причинять людям вред, — монстр был серьёзен. — Сначала я должен был разобраться, а не врываться в ваше сознание.

— Но почему я ничего не помню? — перебила его девушка. — И что за гостевой пропуск?

— Скорее всего, виной тому ваше нестандартное появление, — монстр задумчиво потёр рукой нижнюю челюсть. — Возможно, вы использовали стороннюю отцифровку мозга через устаревший гостевой пропуск. Раньше он выдавался бета-тестерам и позволяя войти в игру без полной регистрации, давая возможность на ограниченное время пройти заранее выбранные локации.

Монстр с подозрением посмотрел на шута.

— Но ваш гостевой пропуск принадлежал не просто бета-тестеру, а одному из разработчиков. Поэтому, несмотря на устарелость, он сработал.

Девушка лишь удивленно моргнула.

— Но здешние системы защиты постоянно обновляются, и поэтому вам не удалось пройти дальше точки появления.

Монстр неуверенно промычал и цокнул:

— Ну... буду с вами откровенен. Даже участники, прошедшие все этапы регистрации, после сканирования испытывают... последствия. — Он неуверенно покачал головой и отвёл взгляд. — Цифровые галлюцинации, временную амнезию и дереализацию. А вы, предположительно, использовали сторонний скан, и, скорее всего, он был некачественным. Да и регистрация — это не просто роспись на листочке, это полноценная перепись сознания участника для дальнейшего его нормального функционирования в игре.

Монстр удивлённо вздернул верхнюю челюсть, изогнув зубы: — Я, честно говоря, вообще удивлён, что вы нормально функционируете, ведь была вероятность того, что ваш мозг мог пострадать! Так что вы ещё легко отделались.

Шут уставилась в стол.

— То есть... как это — пострадать?

— Ну, в списке предупреждений указаны такие повреждения как: приступы эпилепсии, тремор, амнезия, мышечная дистрофия, туннельный синдром, общее ухудшение зрения, аневризма головного мозга, аритмия, полиурия, атаксии...

— Поняла, поняла! — прервала девушка монстра. — Всё очень серьёзно.

Монстр замолчал, наблюдая за шутом.

— Что ж... ладно. Но что мне теперь делать? — спросила шут, глядя на него.

— Хм... — Монстр задумчиво потер нижнюю челюсть. — Вообще, я должен выпроводить вас отсюда, но боюсь, что пока я не в состоянии это сделать.

Девушка нахмурилась.

— Это всё так же связано со способом вашего прибытия, — он покрутил ладонью. — Когда игра запускается, оцифрованные сознания участников находятся у меня под охраной до конца игры. Хоть я и получил ваше сознание, — внезапно в руке монстра появилась небольшая сфера, — оно для меня недоступно.

Шут ошарашенно смотрела на красно-синий светящийся шар. Он светился и переливался двумя цветами в ладони монстра, гипнотизируя девушку.

— Это моё сознание? — не отрывая взгляда от сферы, спросила шут.

— Да, — разочарованно процедил он, разглядывая сферу. — Я использую разумы участников для более детальной проработки их приключений: учитываю интересы, желания, привычки... страхи.

Монстр пару секунд недобро смотрел на сферу, затем убрал её во внутренний карман фрака.

— До конца прохождения оно будет у меня. А пока... — монстр снова смотрел в глаза девушки

Шут не сразу обратила внимание на монстра, но потом заметила его взгляд.

— А пока? — с тревогой уточнила шут.

— Вы станете участником игры, — монстр встал из-за стола, выпрямился и убрал руки за спину. — До момента, когда я пойму, как лучше будет с вами поступить, — закончил он, чуть улыбаясь.

Шут сидела и удивленно приоткрыла рот:

— То есть я могу принять участие? — не скрывая волнения, спросила шут. — а вдруг я опасна? Может, я действительно носитель... чего-нибудь? Вы не боитесь, что я всё испорчу? — последнее было сказано с ноткой грусти.

Шут посмотрела на монстра и заметила, его странный взгляд. Непонятно как, но в этих глазных яблоках что-то тепло засверкало, и девушке стало как-то неловко.

— Оставьте это мне, — гордо ответил монстр. — Вас ждут другие задачи. — В его речи послышался азарт.

Шут с любопытством наблюдала, как монстр надел свой небольшой цилиндр, посмотрел на левое запястье и сделал пару шагов назад.

— На этом, к сожалению, я с вами прощаюсь, — поклонился монстр. — Как будете готовы, войдите туда. — Жестом он указал на большую тёмно-серую арку, в центре которой была темнота.

Шут повернула голову в сторону, куда он указал, и увидела её. Девушке она казалась зловещей.

— Вы уходите? — встревоженно спросила шут, поворачивая голову обратно, но монстра уже там не было.

Внезапно раздался щелчок, и дождь прекратился.

Округу наполнили пение птиц и насекомых, звуки капели и шелест деревьев. Лес засверкал и наполнился красками от лучей солнца.

Шут долго сидела, укутавшись в плед, обдумывая произошедшее. Монстр ответил на главные вопросы, что её всё ещё удивляло, так как она ожидала, что он её просто загрызёт. Напротив, это чудище оказалось вполне приятным в общении. Облик его казался всё равно тревожным, как и его перепады настроения, но в целом он казался сносным.

Снова посмотрев на арку, она нахмурилась. Встав со скамьи, сложив плед и аккуратно положив его на стол, она пошла к арке. Роса на траве мочила ноги через ткань и сияла в лучах солнца. Было очень красиво. Только этот мрак, обрамлённый камнем, выбтвался из общей картины.

Арка была постоена из такого же камня, как тот коридор и та стена. А тьма в центре отдавала холодом и еле уловимой тревогой. Шут смотрела в эту тьму и думала. Монстр сказал, что она теперь участник, но, видимо, чтобы начать игру, она должна войти туда.

Девушка не понимала своего желания участвовать, когда разум буквально кричал от страха; это даже было похоже на стремление. Причина этого была не ясна, но желание было велико. В прочем, вряд ли там есть чего бояться, ведь это же просто игра. Верно?

Сделав глубокий вдох и зажмурившись, девушка вошла в арку и исчезла во тьме.