High School DxD: Наследие Чёрного Дракона (гет)

Прошёл год.

Я стоял на краю обрыва и смотрел на город внизу. Ветер шевелил серебристо-белые волосы, а на груди, под рубашкой, медленно и тяжело бился сгусток чёрной чешуи. Каждый удар отдавался глухо — чужой и уже почти родной.

— Ты слишком долго тянешь, — произнёс Нидхёгг. Голос был низким, спокойным. — Или просто боишься возвращаться?

— Не боюсь, — тихо ответил я. — Просто привык к тишине.

За спиной послышались шаги. Азазель подошёл ближе, засунув руки в карманы. Золотая чёлка блестела на ветру, а в розовых глазах плясало привычное веселье, смешанное с усталостью.

— Киро, — сказал он. — Если захочешь увидеться — просто позвони. Я всё ещё твой учитель. Пусть и слегка алкогольный.

Я слабо улыбнулся.

— Спасибо. За всё.

Азазель взглянул на мою грудь, туда, где вместо сердца пульсировала чешуя.

— Сердце Дракона… Ты научился его слышать. Но помни: пока цела левая — ты ещё ты. Как только треснет…

— Я знаю, — мягко перебил я. — Помню.

Он кивнул, хлопнул меня по плечу и отступил.

— Тогда ступай. Твоя семья, наверное, уже заждалась. И… передай привет той жрице молний. Она, кажется, скучала особенно сильно.

Я чуть заметно покраснел кончиками ушей.

— Ого, — ехидно протянул Нидхёгг. — Даже Азазель заметил. Ты совсем потерял маскировку.

— Заткнись, — мысленно бросил я и активировал Ghost Walk.

Тело стало лёгким. Я сделал шаг — и пространство сложилось. Мгновение спустя под ногами вспыхнул огненный круг с гербом Феникса. Я открыл глаза уже в чужом зале. Райзер Феникс сидел в кресле, закинув ногу на ногу, и смотрел на меня с наигранным удивлением.

— Так-так… Кого я вижу. Пропавший пешка Грэмори.

Я вышел из призрачной формы. Чешуя на груди стала теплее. Правая рука отозвалась лёгким жаром.

— Райзер, — сказал я ровно. — Мне нечего с тобой обсуждать.

Он усмехнулся.

— Правда? А я как раз хотел предложить тебе место в моём клане. Удобства, сила, девушки… Всё, чего может захотеть парень твоего возраста. Кроме моей сестры, разумеется.

Я посмотрел на него спокойно. Внутри на мгновение мелькнула мысль «ну, девушки-то звучит неплохо», но я быстро придавил её.

— Вижу, ты всё-таки живой парень, — хмыкнул Нидхёгг. — Жаль, что вслух сказать не можешь.

— Меня не интересуют твои предложения, — твёрдо сказал я. — И Риас Грэмори не станет твоей женой.

Райзер сузил глаза. Его аура вспыхнула жаром.

— Ты всё ещё защищаешь её? После года отсутствия?

Я поднял левую руку. На ладони проявилась татуировка сердца. Холод Hjarta Hald мгновенно растекся по пальцам, гася чужое давление.

— Не только её.

Райзер открыл рот, но я уже щёлкнул пальцами. Тёмная энергия на мгновение коснулась его правой руки и ноги — не уничтожая, а лишь останавливая. Конечности покрылись тонкой чёрной паутиной.

Райзер резко вскочил.

— Что ты…

— В следующий раз буду менее вежлив, — сказал я тихо. — Прощай.

Печать Грэмори вспыхнула раньше, чем он успел ответить. Я появился в старом корпусе Академии Куо. Знакомый запах дерева и бумаги. Риас сидела за столом. Рядом с ней стоял незнакомый шатен с яркой драконьей силой. Риас подняла голову. Её глаза расширились.

— Киро…

Она встала так резко, что стул чуть не упал, и через мгновение уже обнимала меня — крепко, по-настоящему. Я осторожно ответил на объятие, стараясь не думать о том, как мягко она прижалась.

— Ты вернулся, — прошептала она. — Наконец-то.

— Вернулся.

Шатен смотрел на нас круглыми глазами.

— Президент… это кто?

Риас отстранилась, всё ещё держа меня за плечо.

— Киро Сузуями. Моя пешка. И очень важный для нас человек.

Дверь распахнулась.

Акено стояла на пороге. Она сделала шаг, потом ещё один и остановилась совсем близко. В её глазах не было громкой радости — только глубокое, тихое облегчение. И лёгкий лукавый блеск.

— Киро, — сказала она почти шёпотом.

Я кивнул, чувствуя, как уши снова начинают предательски теплеть.

— Я дома.

Акено медленно улыбнулась. Не той яркой улыбкой, которую показывала всем. Другой — настоящей. И чуть более… опасной.

— Она снова смотрит на тебя так, — заметил Нидхёгг. — Будто уже придумала, как тебя дразнить ближайшие несколько дней.

Я не ответил. Просто стоял посреди комнаты, чувствуя тепло объятий Риас, взгляд Акено и тяжёлый, уже почти родной пульс чёрного сердца в груди.

Год закончился.

Я вернулся.

И на этот раз собирался остаться.

Мы сидели в комнате клуба. Я — на диване, напротив Риас и Иссея. Рядом устроились Акено и Асия. За окном уже темнело.

— Кстати, Иссей, — сказал я спокойно. — Хочешь узнать, как я оказался здесь?

Он удивлённо моргнул.

— Историю?

Риас слегка наклонила голову.

— Действительно, Киро. Ты почти ничего не рассказывал о жизни до того, как стал моей пешкой.

Я кивнул и коротко выдохнул.

— Я полукровка. Отец — чистокровный демон. Мать — человек.

В комнате на мгновение повисла тишина. Асия тихо ахнула. Иссей открыл рот. Даже Акено чуть заметно напряглась.

— Моего отца звали Виктор Сузуями, — продолжил я ровнее. — Он был носителем Níðhöggr’s Heart до меня. Сила у него была развита до Balance Breaker. Когда мне было шесть, Кокабиэль убил его у меня на глазах.

Я автоматически коснулся правого предплечья — там, под рукавом, остались старые шрамы.

— После этого Священный Механизм перешёл ко мне. Сердце постепенно замещалось чешуёй. Я рос, зная, что однажды полностью стану сосудом.

Акено тихо смотрела на меня. В её глазах не было жалости — только понимание. И что-то ещё, более тёплое.

— В десять лет я потерял мать, — добавил я после короткой паузы. — Её убила якудза из-за долгов. Я пытался сбежать, но снайпер попал мне в спину. Тогда я почти умер. В темноте… появилась Риас.

Я посмотрел на неё. Риас слабо улыбнулась.

— Твоя сила была слишком нестабильной и огромной, — сказала она. — Я попросила брата дать мне восемнадцать резервных пешек, чтобы запечатать и стабилизировать её. И, кажется, не прогадала.

Иссей вытаращил глаза.

— Восемнадцать пешек?!

— Да, — кивнула Риас. — Именно столько потребовалось.

Я слегка усмехнулся уголком губ.

— Кстати. Райзер Феникс передавал вам «привет».

Риас сразу помрачнела.

— Его приветы мне не нужны.

— Райзер? — переспросил Иссей. — Это кто?

— Тебе ещё рано о нём знать, — мягко ответила Риас. — Сначала нужно стать сильнее.

Я молча наблюдал, как она смотрит на Иссея. В этом взгляде уже было что-то большее. Акено это тоже заметила — я видел по лёгкой улыбке в уголках её губ. Она наклонилась ко мне и совсем тихо, почти в самое ухо, прошептала:

— Ой-ой… кажется, наш президент уже совсем пропала.

Тёплое дыхание коснулось кожи, и я чуть заметно вздрогнул.

— Красиво среагировал,— ехидно заметил Нидхёгг. — Ещё немного — и уши вспыхнут как гирлянда.

— Иссей, — сказал я, переводя тему и стараясь звучать ровно. — У тебя Лонгин. Boosted Gear. Валлийский Дракон.

Он кивнул, всё ещё немного ошарашенный.

— А у тебя?

— Níðhöggr’s Heart. Чёрный Дракон Разрушений. Старший брат Драйга.

Иссей замер.

— …Чего?

— Младший наконец осознал масштаб, — сухо заметил Нидхёгг. — Как трогательно.

Я не стал развивать тему дальше.

— Ладно. Мне пора.

— Тебе же некуда идти, — напомнила Риас.

Я хлопнул себя ладонью по лбу.

— Точно. Иссей… не против, если я поживу у тебя? Я могу становиться призраком, так что места много не займу.

Иссей моргнул.

— П-призраком?

— Ghost Walk, — пояснила Риас. — В этом состоянии его почти невозможно обнаружить. Кроме Акено.

Акено слегка наклонила голову и улыбнулась мне той самой опасной улыбкой.

— Я всегда чувствую его. Особенно когда он пытается спрятаться.

Иссей посмотрел на нас обоих, потом кивнул.

— Ладно. У нас с Асией и так полно места. И… будет круто, если появится ещё один, с кем можно поговорить по ночам.

— Договорились.

Когда мы пришли в дом Хёдо, родители Иссея встретили меня с удивлением, но без враждебности. Я коротко объяснил ситуацию. Отец Иссея после небольшой паузы хлопнул меня по плечу.

— Если сын не против — и мы не против. Хоть кто-то будет ему примером.

Мать только кивнула, и в глазах у неё блестели слёзы.

— Спасибо, — сказал я просто.

Позже, когда мы легли в комнате Иссея, он вдруг спросил в темноте:

— Слушай… а как тебе Акено?

Я несколько секунд молчал, глядя в потолок. В голове сразу всплыл её шёпот у самого уха и та улыбка.

— Она… понимает больше, чем показывает. И рядом с ней становится чуть тише внутри. Хотя иногда она специально делает так, чтобы было… совсем не тихо.

Иссей хмыкнул.

— А президент всё равно лучше.

— У каждого свои вкусы, — спокойно ответил я. — Спокойной ночи, Иссей.

— Спокойной ночи… брат.

Я закрыл глаза. Чешуя на груди билась медленно и ровно. Где-то далеко в сознании Нидхёгг молчал — впервые за день почти миролюбиво.

Я был дома.

Пока.

Мне приснился сон.

Я стоял в кромешной тьме. Вдалеке пульсировал багровый свет, и из него медленно поднимался огромный чёрный силуэт. Глаза дракона горели, как угли.

— Ты всё ещё притворяешься человеком, — произнёс Нидхёгг. — Забавно.

Левая рука внезапно пронзила ледяная боль. Татуировка сердца вспыхнула, по коже поползли тёмные трещины.

Я резко сел на футоне, схватился за ладонь и тихо выругался. Иссей даже не проснулся — спал, раскинув руки, как победитель турнира по храпу.

— Всего лишь сон, — лениво заметил Нидхёгг. — Пока что. Хотя рука у тебя действительно холодная.

Я вздохнул, встал и, не включая свет, активировал Ghost Walk. Выскользнул через окно и поднялся на крышу. Ночь была тихой. Полная луна висела низко. Я сел на край и посмотрел на правую руку — на старые шрамы.

— Ты специально мне такие сны подсовываешь?

— Я просто напоминаю, кто тут главный. А ты слишком много думаешь об одной жрице молний. Особенно о том, как она шепчет тебе на ухо.

Я закатил глаза.

— Заткнись.

— Не заткнусь. Мне скучно. И ты краснеешь даже во сне, это забавно.

Просидев ещё немного, я вернулся в комнату и кое-как уснул.

Утро оказалось издевательским.

Мы тащили тяжёлые рюкзаки в гору. Мой был самым тяжёлым — Риас явно решила, что «год отдыха» нужно компенсировать. Иссей уже почти полз, Киба шёл ровно, Конеко выглядела так, будто рюкзак весит как пушинка.

— Киро, поторапливайся! — крикнула Риас с вершины.

— Президент, я почти не спал… — протянул я.

Акено стояла рядом с ней и слегка наклонила голову, улыбаясь уголком губ.

— Значит, не хочешь потренироваться со мной отдельно, Киро-кун?

Я споткнулся на ровном месте.

Нидхёгг громко хмыкнул у меня в голове.

— О, наконец-то. Классика. Сейчас начнётся внутренний хаос.

— Я… хочу, — выдавил я как можно спокойнее. — Но сначала дойду.

Акено тихо хихикнула. Иссей, который плёлся рядом, посмотрел на меня с пониманием и тихим «братан, держись».

Когда мы наконец поднялись, Риас распределила пары. Мне, разумеется, досталась Акено.

Мы отошли в сторону. Она подняла руку, и вокруг пальцев заплясали фиолетовые искры.

— Не сдерживайся слишком сильно, — сказала она мягко. — Но и не сломай мне ничего… ценного.

Я почти физически почувствовал, как Нидхёгг закатывает глаза.

— Она это специально. И ей очень нравится, как ты реагируешь.

— Я постараюсь, — ответил я серьёзно.

Тренировка вышла тяжёлой. Акено не давала передышки, а я в основном уворачивался через Ghost Walk и слегка гасил её атаки Soul Dominion. Несколько раз правая рука сама тянулась активировать Ruin’s Claw, но я вовремя останавливал себя.

В какой-то момент молния прошла совсем близко. Я отскочил, но равновесие потерял и чуть не упал прямо на неё. Акено успела поймать меня за плечи. Мы замерли в нескольких сантиметрах друг от друга. Её грудь почти касалась моей. Я чувствовал тепло её кожи даже через одежду.

— Ой-ой, — протянула она с лёгкой улыбкой. — Какой неловкий момент. Или… приятный?

Я быстро выпрямился, чувствуя, как уши начинают гореть по-настоящему.

— Красиво краснеешь, — ехидно заметил Нидхёгг. — Для наследника Чёрного Дракона Разрушений довольно мило. Почти как школьник, который впервые увидел девушку в купальнике.

— Заткнись, — мысленно прошипел я.

Акено только тихо рассмеялась и отступила, но взгляд её оставался тёплым и чуть насмешливым.

— На сегодня хватит. Ты и правда стал аккуратнее. Хотя… иногда мне нравится, когда ты чуть менее аккуратен.

Дальше был «урок концентрации ауры». Иссей мучился, Асия радовалась, а когда подошла моя очередь, вокруг меня собралась такая плотная тёмная сфера, что даже Конеко приподняла бровь.

— Если это вырвется, — задумчиво сказала Акено, — радиус будет впечатляющий.

— Именно поэтому я учусь держать, — ответил я, сжимая левую руку. Холод перчатки сразу погасил излишек.

Иссей посмотрел на меня с плохо скрываемой завистью.

— Нечестно…

— Жизнь вообще редко честная, — пожал я плечами.

Потом был «урок готовки». Риас заявила, что управление магией полезно и в быту. Я молча нарезал овощи, а Иссей периодически пытался украдкой смотреть, куда не надо. В какой-то момент я не выдержал и легонько стукнул его по затылку деревянной ложкой.

— Ай! За что?!

— За то, что ты слишком очевидный.

— Сам такой! — буркнул он, но больше смотреть перестал.

Нидхёгг тихо фыркнул.

— Два извращенца на одной кухне. Как трогательно. Хотя ты хотя бы пытаешься притворяться приличным.

— Я сдержанный извращенец, — мысленно поправил я.

— Разница минимальная. Особенно когда Акено наклоняется за чем-нибудь.

Я чуть не порезался ножом.

К вечеру Риас собрала всех и коротко рассказала о Триединой войне, великих кланах и о том, что вскоре нам предстоит Рейтинг-гейм против клана Феникс.

Имя Райзера повисло в воздухе.

Я сидел молча, но внутри всё сжалось. Акено, сидевшая рядом, едва заметно коснулась пальцами моей руки — будто случайно. Её мизинец слегка провёл по внешней стороне моей ладони.

Я не убрал руку.

— Ого, — протянул Нидхёгг. — Прогресс. Уже не отстраняешься. Ещё немного — и будешь сам инициировать.

— Замолчи, — тихо ответил я, но уголки губ всё-таки дрогнули.

За окном темнело. Тренировки только начинались. А впереди ждала война, в которой мне снова придётся выбирать — разрушать или защищать.

И, судя по тому, как Акено смотрела на меня краем глаза, защищать я собирался особенно тщательно.