Изуродованный лис (джен)

"Семейная закусочная Фредди Фазбера" выделялась не только наличием Марионетки и забавного Бабл Боя, но и самой главной четвёркой аниматроников.

Роботы серии "Той" были специально созданы очень детскими и милыми на вид, чтобы проверить, какой вариант больше понравится детишкам — этот или старый. Гостям нравились все роботы! Правда, такое отношение проявлялось не у всех…

Нельзя сказать, что дети как‑то не любили Той Фокси и сознательно устраивали с ним непозволительное. Работники пиццерии сами позволяли детям творить такое с роботом‑лисом, ведь сделали его частью игры "Разбери — собери".

Целью игры было разобрать аниматроника, а потом правильно собрать — что‑то наподобие конструктора. Казалось бы, что может пойти не так? Вот только детишки собирали Фокси неправильно… Часть делала это специально, а самые маленькие банально не запоминали, где какая деталь должна быть. Из‑за этого Той Фокси всё чаще становился изуродованным…

Один из дней "Семейной закусочной Фредди Фазбера

Обычный день в одном из заведений "Фредди Фазбера". Дети играют, смеются, родители за них спокойны. И вот началось шоу! Той Фредди, Той Бонни и Той Чика начали петь, а детишки подпевали. Вскоре к всеобщему веселью присоединился и робот‑лис, который, как и в любой из пиццерий, стоит отдельно в пиратской бухте.

Милый бело‑розовый лис с крюком на одной из рук сначала подпевал собратьям, а потом начинал петь сам, а остальные просто продолжали "играть" музыку.

Затем к представлению присоединялась Марионетка, появляясь в коробке‑подарке из люка на сцене.

А когда аниматроники на сцене готовились спеть последнюю песню, работники объявили злосчастную игру "Разбери — собери". Возбуждённые дети, не осознавая, что творят, подбегали к лису, безжалостно открывая часть за частью.

Той‑аниматроники специально были спроектированы так, чтобы части корпуса можно было без особого труда снять и надеть — не то что у классических аниматроников или старых, что хранились в подсобке.

Дети представляли себя то врачом, то создателем роботов, будто даже капли не сожалели об аниматронике, которого разрывали.

Под конец рабочего дня Той Фокси был похож на аниматроника, который вышел из строя и которого решили утилизировать.

Каждый вечер сотрудники пиццерии приводили Той Фокси в надлежащий вид. Но каждый раз, каждый день всё начиналось заново. В конце концов люди смекнули, что идея с подобной игрой была неудачной — уж слишком много хлопот.

Со временем про лиса всё больше стали забывать. Его чинили всё с меньшей и меньшей охотой, пока совсем не махнули на него рукой и не решили убрать из группы. "Роботов и так хватает", — говорили они.

Той Фокси было решено закрыть в подсобном помещении вместе со старыми аниматрониками. Во что он превратился — даже говорить неприятно.

Одна из ночей "Семейной закусочной Фредди Фазбера"

Во всей пиццерии коротнуло электричество. Ничего такого — всякое бывает. Однако охранник испугался не из‑за этого, а… нечто, что мелькнуло на камере…

Той Фокси успел получить прозвище Мангл. Аниматроник стал похож на Франкенштейна: от родного тела — лишь голова, полуразрушенный экзоскелет, три ноги и даже лишняя голова. Что только ребятня с ним не делала!

Искалеченный уродец шагал во мраке пиццерии, словно призрак, олицетворяющий жестокое обращение во плоти. Из‑за скачков в электричестве в Мангл что‑то замкнуло — аниматроник ко всему и так был неисправен. Поэтому он пошёл бродить по заведению.

Охранник решил, что ему показалось. Ну не будут же роботы оживать, а если и оживут от скачков электричества — то ничего в них страшного нет. Как же его решение было наивно… Да, в Той‑аниматрониках нет ничего страшного… за исключением одного — именно того, что бродил по пиццерии.

Услышав странный металлический стук, охранник посветил фонариком в коридор и закричал от ужаса. Существо, которое изначально и близко не походило на то, что способно напугать… Робот даже не подошёл близко, а охранник уже схватился за сердце от испуга!

Однако почти сразу Мангл осела на пол: заряд от перебоя в электросети закончился.

Утром

Сразу, как только смена закончилась, бежавший охранник рассказал о произошедшем. Работники не придали значения его рассказу. Просто аниматроник, который из‑за скачков напряжения начал двигаться и дошёл до охранника — и то почти дошёл.

Однако охранник не забудет встречу с изуродованным роботом и его глазами, которые почти что выражали боль и страх, будто аниматроник чувствовал.

Спустя время

Классические аниматроники, в которых вселились души убитых детей, начали жить в закрытой пиццерии, ни в чём себе не отказывая. Марионетка — в том числе.

Иногда дети забавлялись с Той‑аниматрониками, которых работники оставили просто в закрытых прозрачных чехлах. Они воображали, словно те тоже были живыми.

Однажды Бонни, изучая закоулки нового пристанища, наткнулся на дверь, ведущую в подсобку. Позвав с собой Чику, они открыли дверь — и перед ними предстала неприятная картина. Старые аниматроники… Бог с ними, хотя старые Бонни и Чика выглядели самыми побитыми. У кролика не было лица — только нижняя челюсть, а одна из рук была оторвана. У Чики нижняя челюсть не держалась на крепёжах, рук не было в принципе — только куча проводов. Но даже они не шли ни в какое сравнение с Фокси — он же Мангл.

Всё тот же мутант, ставший жертвой детского эгоизма, даже по отношению к неживому. Переглянувшись, Бонни и Чика пошли за остальными, чтобы всё рассказать и показать.

Все были удивлены. Детишки не знали, что выпало на долю робота‑лиса. Знала и видела лишь Марионетка.

Шарлотта часто проклинала себя за то, что не могла остановить игру "Разбери — собери". Она хотела, но не могла прерывать представления. Да, Мангл не живая, но так поступать с ней гостям было всё равно верхом равнодушия!

Объяснив всё через рисунки друзьям, дети пришли к выводу, что нужно сделать для так страдавшей Мангл что‑нибудь хорошее. В пиццерии осталась ещё пара подарков… И каждый из пятёрки классических аниматроников, а также Марионетка, принесли подарки в подсобку и поставили рядом с существом.

Мангл никогда не сможет понять, что ей принесли утешительные подарки, и никогда не дотронется до них, но детям так было спокойнее.

"Больше не бойся…" — прошептала про себя Марионетка.

Все покинули подсобное помещение, которое стало местом покоя для аниматроника, ставшего уродцем поневоле.