Амортенция (гет)

Волшебный мир жил подозрительно тихо. Настолько тихо, как будто его совсем не существовало. В Аврорате паника — билеты на предстоящий матч «Пушек Педдл» с «Ведьминскими Хвостами» никто не разбирал, а на письма из Хогвартса тысячи волшебников попросту не отвечали, и бедные совы, долбящиеся в окна магов, рисковали разбить свои маленькие клювы.

Молли Хупер сидела в кафе напротив Бартса и читала «Болтунью» в законное обеденное время.

«ТЕЛО СЕМИДЕСЯТИЛЕТНЕГО МИНИСТРА МАГИЧЕСКОГО СПОРТА ДЖОРДАНО ХОБЕЛЛО НАШЛИ СЕГОДНЯ НА ВОКЗАЛЕ КИНГС-КРОСС СО СЛЕДАМИ НАСИЛЬСТВЕННОЙ СМЕРТИ»

Молли покачала головой, думая о том, что тело министра придётся осматривать ей, потому что в Аврорате не так давно кто-то из начальства смекнул: она работает лучше некоторых. Ей это было лестно, однако это и немного досаждало из-за прибавившихся обязательств. Только Молли подумала о смерти Джордано Хобелло, как ей сразу пришло сообщение на телефон с подтверждением её опасений: да, ей придётся проводить вскрытие. С тех пор, как знаменитая Гермиона Грейнджер пришла работать в Министерство Магии, сотрудников обязали пользоваться мобильными телефонами для связи, чтобы не привлекать лишнее внимание магглов летающими по городу совами. Молли не была против, так как она росла среди немагов и не считала электронику чем-то странным, однако Патрик, её начальник, никак не мог привыкнуть к смартфону.

— Мне должны платить больше, — она перелистнула страницу «Болтуньи» и глянула на часы. Через пятнадцать минут кончался обед, и это значило, что ещё немного времени она могла отдохнуть. Работать в две смены было жутко тяжело, для себя любимой почти ничего не оставалось в конце дня. Молли набрала пару фунтов за последний месяц работы, и это стало её новой головной болью. Шерлок Холмс, великий и заносчивый консультирующий детектив, не постеснялся доложить ей о наборе веса и даже дал несколько рекомендаций по питанию, раскритиковав... всё, что только можно было в тот злосчастный день. Самое ужасное было то, что он ей нравился, и она никак не могла избавиться от влюблённости в него даже после всех неприятных, колких слов, которые она слышала от него в свой адрес. В какой-то момент Молли даже напугалась, что перепутала бодрящее зелье и по ошибке выпила любовное, потому что никак иначе она не могла объяснить свой интерес к самому заносчивому человеку в её окружении. — Блин, я снова о нём думаю...

В Аврорате щедро платили только за ночные часы работы, всё, что приходилось решать днём, считалось чем-то пустяковым по мнению Патрика. В Бартсе было только два человека, знающих о существовании Магической Британии — сама Молли и сквиб Майк Стэмфорд. Сотрудничество Бартса и Аврората было невероятно удачным, потому что некроманту работать в госпитале святого Мунго не представлялось возможным из-за смешанного фона разных магических болезней, мешающего проводить обряды «Мнимого Воскрешения» и «Призыва Души». Требовалось спокойное, отдалённое от волшебства место. Впрочем, никто не предупредил, что Бартс — это на самом деле проходной двор для разных заносчивых, красивых консультирующих детективов...

Молли закатила глаза. Что-то происходило в их маленьком мире, и ей это совсем не нравилось. Все Пожиратели, какие не пали в Битве за Хогвартс десять лет назад, отбывали срок в Азкабане, поэтому никто не знал, кто совершал убийства последние два месяца. Первое тело какого-то доходяги мага было найдено 3 мая в Косой Аллее, и это было ужасное зрелище. То тело пришлось вскрывать Молли, так как она была на смене. Проведение «Мнимого Воскрешения» не представлялось возможным, так как умершего нашли не сразу, а только спустя несколько дней после его убийства. Его вид иногда снился Молли в кошмарах. Она просыпалась в холодном поту, будто чувствовала, как его синие, холодные руки с силой сжимали её шею. «Призыв Души» не удался — что-то пошло не так, и Молли ничего не смогла увидеть из воспоминаний ушедшего. Некое чувство подсказывало ей, что в этот раз ситуация повторится.

— Тебе принести что-нибудь ещё? — низкий голос официантки Джанет напугал Молли, и она отвлеклась от раздумий. Темнокожая женщина средних лет смотрела на неё с некоторым сочувствием. Молли покраснела, подумав, что выглядит сегодня не очень хорошо и, возможно, потрёпанно. Она спешно скинула газету на колени, чтобы Джанет не увидела живые фото и мелькающие вспышки камер из заметки с убийством министра. Молли никак не могла отучить себя от привычки читать волшебные газеты в маггловском мире.

— Нет, спасибо, я уже пойду. Как ваш кот?

— Ветеринар прописала ему таблетки, — Джанет вздохнула. Она забрала пустую чашку Молли. — Иногда мне кажется, что я трачу на него тысячи в год.

— Не знаю, что я бы делала без своего кота, — Молли улыбнулась, вспомнив о пушистике Тоби. — Хотя, я вас понимаю. На один корм уходит сотни фун...

Она не успела договорить. Её взгляд метнулся к Бартсу, куда подъехала служебная машина Аврората. Тёмно-синий автомобиль остановился прямо напротив дверей госпиталя; должно быть, приехал Патрик, решивший проконтролировать работу Молли. Убит министр — дело важное.

— Мне пора, — она оставила пару купюр на столе и попрощалась с Джанет. «Болтунья» была наспех засунута в бездонную сумку. Было бы очень нехорошо, если бы Джанет увидела движущиеся картинки, пришлось бы стирать ей память. Эта официантка ей нравилась — с ней они всегда болтали о котах и погоде.

Патрик ждал Молли, чтобы она провела его в морг. Каждый раз он брезговал спускаться вниз один, или боялся, однако это мало меняло суть дела. В этот раз он выглядел очень напряжённым, его левый глаз дёргался, и Патрик периодически касался века, надеясь, что это остановит нервный тик. Молли сочувственно похлопала ему по плечу.

— Спасибо, мисс Хупер. Вы должны попробовать «Призыв», иначе мы никогда не узнаем, что происходит. Я даже представить не могу, кто мог убить мистера Хобелло! Это уважаемый человек в мире спорта!

— Я понимаю, мистер Физзлпоп, — они говорили негромко, чтобы никто из посторонних их не услышал. К счастью, в Бартсе на них никто не обращал внимания: в регистратуре произошла какая-та катастрофа, добрая половина карточек пациентов потерялась, поэтому все были заняты очередным скандалом, и люди, спускающиеся по лестнице в морг, никого не интересовали. — Сделаю всё, что смогу, но я не могу ничего обещать... в прошлый раз во время «Призыва» импульс отрикошетил. Это нонсенс, вы знаете?

— Да-да, нонсенс. Хупер, сделай это, наши поиски не дают результат. Должно же быть хоть что-то известно?! — Патрик нервно оттягивал воротник белой рубашки. Тут Молли заметила, что он застегнул её неправильно, продев не те пуговицы в нужные отверстия. Вероятно, всё было серьёзнее, чем она думала, потому что Патрик, уважаемый маг Британии, никогда бы не появился на улице в столь неряшливом виде. Молли почувствовала неладное.

— Есть что-то, что я должна знать?

— Да, но не здесь. Внутри, — шёпотом ответил Патрик. Холодок пробежался по спине Молли от осознания, что очередной рабочий день подарит ей беспощадные ночные кошмары.

Работа в Бартсе была её прикрытием вот уже четыре года, и за всё это время она встретила немало занятных и сложных случаев. Маггловский мир был крайне жестоким, хотя раньше Хупер казалось иначе. В госпитале она должна была под прикрытием работать обычным медицинским регистратором, осматривающим тела людей, встретивших последние дни в больнице, однако чаще всего ей приходилось сталкиваться с насильственной смертью из-за интереса Скотланд-Ярда к Бартсу и их современной лаборатории. Иными словами, у Молли нигде не было покоя, её всегда поджидали какие-то проблемы. Наверное, именно поэтому газетные заголовки не особо сильно её пугали. Разные странные вещи происходили в её жизни едва ли не каждый день. «Я могла бы написать книгу или завести блог, как Джон, но на это ещё нужно найти время», — подумала она, проходя мимо автомата с кофе. После она вспомнила, что, вообще-то, тоже когда-то вела блог и совсем о нём позабыла. А ещё её начальство совершенно позабыло о том, что работа в Бартсе — фиктивная, и она не обязана всерьёз заниматься медициной, пусть у неё и было соответствующее образование!

Тело покойного мистера Хобелло доставили в Бартс и передали Молли, она подписала бумаги и с грустью подумала о том, что предстоящий обряд «Призыва» придётся проводить с помощником. Она боялась не справиться одна. Отрикошетивший импульс может попасть в неё — так чуть не случилось в прошлый раз. Из истории некромантии был только один случай, когда маг, проводивший такой обряд, смог выжить. После этого его душа разделилась надвое, и ни к чему хорошему его это не привело. Молли попросила Патрика вызвать кого-нибудь подстраховать её. Он выглядел так, как будто она просила его о чём-то невозможном.

— Сейчас июнь, сама понимаешь, отпуска. Кого я могу прислать тебе? Ты уверена, что не справишься одна? — на его лбу выступила лёгкая испарина. Напряжение, исходившее от него, её сильно смущало, она чувствовала себя некомфортно рядом с ним. Она была удивлена, что Патрик вообще приехал в Бартс, потому что обычно он ограничивался сообщениями, так как что морг, что больница Святого Мунго его сильно пугали. Молли удивлялась тому, насколько некомпетентным он был начальником. Его было сложно воспринимать всерьёз из-за его молодого возраста — он был лишь ненамного старше самой Хупер. Тут она вспомнила, что Патрик обещал ей рассказать что-то важное.

— Уверена, — Молли насторожилась. В секционном зале было довольно прохладно, как и обычно. Отчего он так сильно волновался? Тело министра лежало на столе, но было спрятано от глаз. Молли не спешила подготавливать артефакты для обряда, надеясь, что Патрик согласится прислать ей кого-нибудь в помощь. Главное, чтобы никто из Скотланд-Ярда не зашёл. Двери она, конечно, закроет, как обычно, но это всё равно может создать сложности. — И ты не сказал, что я должна знать.

— Джордано получил предупреждение пару дней назад. Это была записка с угрозой, — дрожащим голосом проговорил Патрик. — Мы пытались найти магический след на Кингс-Кросс и ничего не нашли, что могло бы привести нас к преступнику. Кажется, у нас крупные неприятности.

Молли прикусила нижнюю губу. Раздумывая над словами начальника, она смотрела на узоры плитки, устилающей пол морга. Да, дело плохо. Если она найдёт на теле министра те же повреждения, что и на теле бездомного мужчины из Косой Аллеи, значит, слова Патрика подтвердятся. Серийный убийца в Магической Британии? Со времён Джека Потрошителя такого ещё не было. Теперь она поняла, почему он был так взволнован. Молли надеялась, что эти два случая будут разными. Она прошла к секционному столу и откинула ткань, которая лежала всё это время на теле министра.

Ночные кошмары будут ей обеспечены на месяц вперёд. Это был Круциатус. Молли почувствовала дурноту, наверное, в третий раз за всё время работы в Бартсе. Патрик осторожно подошёл к ней и глянул на министра из-за её плеча. Его лицо позеленело.

— Без ассистента я не смогу начать обряд, — сказала Молли, поняв, что ситуация с импульсом может повториться. — Пожалуйста, Патрик, я очень вас прошу...

— Ладно, ладно! — наконец, он согласился. Молли слабо улыбнулась. Патрик достал из кармана тёмно-зелёного пиджака игрушку анти-стресс и назвал кодовое слово портключа. — Жабьи-лапки!

Его засосало в серый водоворот, и он тут же исчез. Молли отошла от стола и села на стул, прикинув, как долго ей придётся провозиться со вскрытием, когда она закончит обряд. С другой стороны, она понимала, что в случае неудачи «Призыв» продлится недолго. Ей правда хотелось помочь Патрику, но пока она была бессильна. А ведь день так хорошо начался: был и кофе с пирожными, и свежий номер «Болтуньи»... «Интересно, а будни Джона и Шерлока проходят так же?» — Молли задумчиво оглядела пустой одинокий зал.

Ассистент прибыл спустя пятнадцать минут. Это был кто-то из новеньких авроров, Молли не знала его имени.

— Стюарт Пипсквик, — он представился. По виду он напоминал только что выпустившегося студента из Академии. Радовало, что он взял с собой рабочую мантию и прихватил нужные для ассистента артефакты. Вид покойного министра напугал Стюарта, но он держался стойко, и Молли это оценила. Его буйные кудрявые волосы напомнили ей Перси Уизли, её первого напарника в Академии Авроров. Молли с интересом глянула на его фолиант Жизни, свежее издание, дорогое. Её потрёпанная книга была вся исписана карандашом, кое-где она уже пришивала выпавшие страницы. Молли почувствовала себя неловко.

— Начнём?

Стюарт кивнул.

Волшебство позволяло многое. Молли была безумно рада тому, что она принадлежала сразу обоим мирам: маггловскому и обычному. Одним взмахом палочки Хупер раздвинула помещение, и оно как будто стало больше в два раза, а на месте секционного стола появился пол с каменной кладкой. Тело старика Джордано одиноко лежало посреди комнаты, и Молли стало грустно от мысли, что ей снова приходится выполнять эту часть своей работы — пробуждать остатки души умерших, чтобы сообщить им не самую приятную новость. Не всякая душа способна понять это сразу, когда всё происходит. Стол исчез — на время. Стюарт с любопытством оглянул преобразившуюся комнату и присвистнул.

Молли начертила цветным мелом круг и несколько фигур по центру — мел отличался от обычного маггловского, и чем-то он напоминал ей пастель. Стюарт занимался отдельными пиктограммами, чётко следуя инструкции в фолианте. Обычно Молли не требовалось проверять работу, но на всякий случай она всё перепроверила, когда начертила свою часть. Быть может, в прошлый раз она допустила ошибку? Сегодня она сделала всё как надо. Лунные кристаллы она вложила в ладони министра.

Произнесённое заклинание должно было начать обряд «Призыва». Засветившиеся пиктограммы мелькнули белым светом, и Молли, как полагалось, пролила пару капель заготовленной крови из мензурки — радовало, что не приходилось пользоваться ритуальным кинжалом, как при обрядах «Воскрешения». Стюарт стоял вне круга, готовясь в любой момент поймать палочкой импульс, если вдруг тот снова будет направлен не в ту сторону. Молли сделала глубокий вдох, концентрируясь на заклинании и словах древнеанглийского языка.

В какой-то момент тело министра загорелось ярким зеленым светом, и магия, выходящая из портала пиктограмм, на короткий миг ослепила обоих некромантов. Появившийся импульс должен был воздействовать на остатки души мистера Хобелло, однако, как и в прошлый неудачный раз, он направился в обратную сторону. Молли тогда не обратила внимания на зелёное свечение, но теперь она поняла, в чём было дело. Растерявшийся Стюарт выронил из рук палочку, и Молли в ужасе бросилась в сторону.

Импульс, едва не долетевший до Хупер, врезался в «купол», создаваемый пентаграммой, и отдал всю энергию ей, остановив провалившийся обряд. Горевшие в зале лампы потухли.

— Это больно, — последнее слово слетело с губ министра, и начерченные пиктограммы исчезли, оставив после себя только чёрные разводы. Молли была рада, что в этот раз она не стала жертвой обряда.

Наступила тишина. Спустя мгновение раздалось жужжание ламп, те сразу включились, хотя было заметно, что они ещё барахлили, не выдавая ровного света. Лампы слегка покачивались, и отбрасываемые тени плясали по стенам и вещам в округе.

— Он что-то сказал, — в ужасе произнёс Стюарт, побелев сильнее, чем позеленел лейтенант Аврората полчаса назад. — Как это может быть, если обряд не сработал?

— Я не знаю, — Молли покачала головой. Она чувствовала себя растерянной, потому что понятия не имела, что теперь им нужно будет делать. Не в её компетенции расследовать магические преступления, однако она чувствовала, что что-то упускала, и ей очень хотелось понять, что именно. Зелёное свечение очень её заинтересовало, раньше подобного никогда не было, но это объясняло, почему магия не воздействовала на умершего. — Не ранен?

— Нет, мисс Хупер, а вы?

— Всё в порядке.

В Министерстве всегда знают, кто применяет Непростительные заклятья. Молли поникла. Использование магии такого рода прежде не проходило мимо Министерства. Меньше всего Молли хотелось быть втянутой в подобные проблемы. Она задумалась: что ещё можно сделать, пока душа не покинула погибшего? Она была здесь бессильна.

— Я составлю протокол, — Стюарт засуетился, он полез в свой дипломат и достал оттуда свёрток пергамента. Самопишущее перо выскочило из кармана его мантии. — Извините, мисс, что не перенаправил импульс.

Молли всё-таки надеялась на помощь, но она отмахнулась, списав растерянность молодого ассистента на его юный возраст. В самом деле, он был слишком неопытен для подобных случаев. Им крупно повезло, и ей — особенно. Когда они закончили разбираться с телом мистера Хобелло, Молли предложила Стюарту кофе. Он обрадовался, но не признался, что она была первая во всём Аврорате, предложившая ему после тяжёлой работы выпить кофе. Вскоре вид секционного зала вернулся к прежней форме: стол стоял посередине, лампы горели ярко и бесперебойно, на полу не было ни единого следа мела или краски. Молли убрала в шкатулку артефакты и прибрала все мензурки, какие попадались ей на глаза. Её работа аврора на сегодня была завершена. К сожалению, из-за спутанного фона Непростительных они со Стюартом почти ничего не смогли узнать: множественный Круциатус не оставил живого места и затмил все применённые заклинания. Кто же так постарался?..

Вечером, прогуливаясь по улицам Лондона, Молли пыталась отвлечься от увиденного сегодня кошмара. Стоило ей закрыть глаза, как в мыслях сразу всплывал образ дряхлого мистера Хобелло с его истощённым и изуродованным телом неестественного цвета. Молли сочувствовала тем людям, кто нашёл тело на вокзале сегодня утром. Не хотела бы она оказаться на их месте.

Честно говоря, ей нравилось быть некромантом. Это не работа, а дар — пусть и своеобразный. Не каждый мог вызвать душу из Того мира, многие маги относились к таким вещам весьма настороженно. Некоторые даже с предубеждением. Молли понимала их, но зачастую волшебники относились к дару как к проклятью. Быть может, в чём-то они правы. Хупер определённо стоило сварить перед сном Успокаивающее зелье. Хотелось надеяться, что это поможет уснуть и не даст кошмарам донимать её. На самом деле, это была огромная проблема для неё, хотя не каждые сны будили её посреди ночи.

Пока она рассматривала витрины магазинов возле дома, на её телефон приходили разного рода сообщения. Только дома Молли прочитала их. Это оказался Джон Уотсон — иногда он писал ей и спрашивал её совета по разным вопросам. Маггл. Впрочем, довольно приятный в общении. Молли почувствовала себя неловко из-за того, что она не сразу ответила на его смс.

«У нас некоторые сложности в расследовании, ты дома? ДУ»

«Молли? ДУ»

«Хупер, ты уверена, что ошибки НЕ БЫЛО? ПФ»

«Утром жду в Аврорате. ПФ»

Устало вздохнув, Молли пообещала себе, что обязательно отдохнёт на выходных и, возможно, даже съездит за город. Кто-то напортачил в Министерстве и пропустил Непростительное, а отчитываться теперь ей. Что за несправедливость! Ещё и гостей ждать, которых никто не звал — она всегда была рада компании Джона, но меньше всего ей хотелось сейчас выслушивать критику Шерлока, который, конечно, тоже придёт. Молли нервно оглядела квартиру: стоило прибрать пару вещей, чтобы не быть в глазах друзей неряхой. Она не удивится, если Холмс заметит её спешную уборку и оставит пару колких замечаний. Что же она нашла в этом человеке?.. Шумно вздохнув, она кинула сумку с «Болтуньей» на пуфик в коридоре и подозвала любимца-кота.

Молли поставила перед Джоном чашку только что сваренного кофе, Шерлок сидел в кресле и задумчиво смотрел в противоположную стену. Молли хотела предложить ему что-нибудь, но растерялась, потому что он попросту не смотрел в её сторону.

— А ты... что-нибудь будешь?

— Нет, это лишнее, — Шерлок мотнул головой, продолжив сверлить взглядом стену.

— Вообще, мы обедали, — встрял Джон, — часа... три назад.

— У меня есть сэндвичи с индейкой, — Молли суетливо поправила волосы. — Но я не совсем понимаю... у вас какое-то дело? Вы ведь не за кофе пришли, верно?

Последний вопрос был неловким уточнением — в самом деле, не пришёл же Шерлок к ней, чтобы кофе выпить и в тишине посидеть! Джон усмехнулся.

— Конечно, нет, — поспешил оправдаться он, — извини, что мы тебя потревожили. Дело правда есть. Мы как раз...

— Клиент — невротик с посттравматическим синдромом. Он подумал, что его новая подружка его обкрадывает, потому что после их свидания у него пропала банковская карта. Со счёта не было никаких списаний. После их второго свидания у него пропали ключи от машины. Спустя неделю они обнаружились в кармане пиджака, который, как утверждал клиент, он никогда не носил.

Шерлок наконец-то посмотрел на Молли — серьёзно и выжидающе.

— Больше похоже на клептоманию, — смущённо пробормотала она, отведя взгляд в сторону. — Или забывчивость вашего клиента. Одного не понимаю... зачем тебе такое дело? Обычно ты расследуешь что-то более... интересное.

— Это так, — кивнул Холмс. Джон взял в руки чашку и откинулся на мягкие подушки дивана. Гостиная Молли ему понравилась: он так и сказал ей, когда они только вошли внутрь. Прежде они никогда не были у неё, но Шерлок, конечно же, знал адрес. В эту квартиру-студию она переехала совсем недавно, в углу ещё стояла коробка с неразобранными вещами, там лежало что-то из Академии Авроров: учебники, старые записи и ненужные принадлежности. Молли надеялась, что Холмс не заметит эту коробку, потому что она никак не сможет объяснить, для чего ей нужно второе издание «Истории Непростительных заклятий». Коробка очень некстати стояла на пуфе неровно, и она могла упасть, если бы кто-то её случайно задел. — В последнее время нет ничего интересного. К тому же, мы с клиентом поспорили. Если я окажусь прав и девушка у него ничего не крала, он отдаст мне пару сигар «Bossner Martin», чья стоимость за коробку — тысяча фунтов стерлингов.

«Пустяковое дело ради такой расплаты», — подумала она, но ничего не сказала вслух, продолжая слушать. Вообще, сам вид Шерлока в её гостиной казался крайне интересным и странным. Он сидел в кресле в окружении её мягких подушек с синими цветочками. Она заметила, что Холмс сам был несколько стеснён обстоятельствами, но нисколько не смущён. Тут Молли увидела, что она забыла убрать одну из рабочих мантий, и та лежала на пуфе у окна как раз за спиной Шерлока. Хупер спешно отвела взгляд.

— Если он окажется прав, то я отдам ему коробку «Romeo y Julieta Cupidos», которую я купил немногим дешевле, — продолжил Шерлок невозмутимым тоном. Молли удивлённо вскинула брови. Холмс ухмыльнулся. — Клиент — мой бывший сокурсник.

— Мне не понять забав богатых, — Джон покачал головой.

— Это всё хорошо, но причём тут я? — спросила Молли, старательно не смотря за спину Шерлока, где лежали её магические принадлежности. Как она забыла убрать их?..

— Эта девушка живёт в соседнем доме. Твои окна как раз выходят на её дверь. Тайлер, клиент, подозревает её также в том, что она скрывает свою настоящую личность, — пояснил Шерлок, и Джон покачал головой, он ещё раз попросил прощения у неё за то, что ей приходится терпеть их. Холмс сделал вид, что сказанное другом его не касается. Молли, впрочем, не обиделась. Это всё равно было интереснее сегодняшней работы и, главное, безопаснее. — По моим подсчётам, она вернётся домой к восьми часам, то есть через двадцать минут. Я думаю, что она придёт с пакетами из китайского магазина, который находится на углу. Если она живёт за счёт карманного воровства, она не будет покупать там еду, у неё найдутся деньги на что-то более здоровое или хотя бы съедобное.

— И твоего клиента удовлетворит такое объяснение?.. А если она крадёт деньги и вещи, но просто любит еду на вынос? — спросила Молли, взяв в руки одну из подушек с цветочками. Она откинулась на мягкую спинку кресла, почувствовав лёгкую усталость после тяжёлого дня. Джон со звоном поставил кружку с кофе на стеклянный журнальный столик и тут же поднял её, чтобы проверить, не оставил ли он царапину. К счастью, всё обошлось. Даже если бы что-то осталось, Молли использовала бы Репаро, заклинание восстановления. Вот уж настоящее волшебство!

— Тайлер не из тех людей, кто считает, что можно любить еду на вынос, — Холмс встал с кресла и повернулся к окну. Он легонько захватил рукой шторку и отодвинул её, теперь рассматривая уличный вид. Шерлок напоминал хищника, следящего за жертвой. Молли облегчённо вздохнула, когда заметила, что он не задел коробку с её вещами. — Тысяча фунтов для него не большие деньги.

— Лучше бы он отдал их наличными, — снова встрял Джон, расслабленно сидевший на диване среди подушек. Он заглянул в свою кружку и обнаружил, что кофе совсем кончился. — Серьёзно, я не понимаю, как можно было согласиться на обмен сигарами. И что, что они стоят дорого? На эти деньги мы бы купили... не знаю... кондиционер или что-то другое.

Приближались жаркие деньки, и Молли подумала о том, что она давно не брала отпуск. Вряд ли Патрик согласится отпустить её в ближайшее время, пока по городу ходит маньяк. С другой стороны, если она могла помочь найти его, хоть как-нибудь, этой возможностью стоило воспользоваться. Паника, наведённая в Волшебном мире, её удручала. Матч «Пушек» и «Ведьм» по квиддичу, скорее всего, отменят. Завтра об этом наверняка напечатают в «Болтунье» и других газетах, и все маги будут это обсуждать наравне с тем, что в Лондоне снова происходят странные вещи. Чуть что, сразу Лондон! Молли заметно поникла, и Джон поспешил её обнадёжить:

— Как только девушка придёт, мы уйдём! Я и сам бы отдохнул, но Шерлок не захотел ехать к тебе один, — пояснил он. Холмс, до этого смотревший только в окно, обернулся и хмуро глянул на друга. — То есть, ну, знаешь, ему лучше, когда компаньон рядом. Я компаньон, представляешь? Так, наверное, только в книгах говорят.

Молли улыбнулась.

— Я не против, всё равно на вечер планов не было.

Минутная стрелка медленно подходила к двенадцати. Когда она приблизилась к трём часам, Шерлок что-то невнятно проворчал и задвинул шторку, однако от окна не отошёл. Внезапно где-то в глубине дома послышался приглушённый стук, как будто кто-то стучал по стеклу. Молли поспешила уйти из гостиной — Холмс непонимающе посмотрел ей вслед. Джон предположил, что это шум сквозняка, и тогда Шерлок продолжил наблюдения из окна.

Однако дело было не в сквозняке. В дом Молли прилетела сова.

К счастью, та стучала клювом в окно спальни. Хупер открыла форточку и впустила птицу внутрь, погладив её по мягкой головке. Затем она закрыла дверь на замок, подумав, что Джон может пойти за ней следом от скуки. К лапе совы было привязано маленькое письмо, размером с открытку, даже меньше. Молли потянула за верёвочку, и тогда письмо упало к ней в руки. Летучка, сипуха её старой школьной подруги, всегда почему-то влетала в дом через окно в спальне, поэтому на подоконнике для неё Хупер держала кормушку. Сама Молли думала завести сову, но никак не решалась, так как считала, что птица будет мешать соседям, и это лишнее внимание было бы некстати. В письме Уна, её подруга, просила приготовить для неё Перечное зелье и «Костерост». На маленьком клочке бумаги Уна умудрилась вместить просьбу и историю о том, как её сын нечаянно сломал ногу. Сама она не умела варить зелья, поэтому всегда обращалась к Молли. Естественно, не за бесплатно. Хупер покачала головой.

— И так забот полно, теперь ещё с «Костеростом» возиться... — его нужно было варить почти сутки, и пах он, мягко говоря, неаппетитно. Представив бедного Найджела, сына Уны, с костылями, она всё-таки пришла к выводу, что помочь может. Молли варила зелья сложнее, хотя это было очень давно, ещё во времена учёбы. Вспомнив, что в гостиной у неё оставались сидеть Шерлок и Джон, Хупер поспешила отпустить сипуху с ответом.

К тому моменту, как она вернулась, стало ясно, что Шерлок и Джон дождались ту загадочную девушку, оба они пребывали в хорошем настроении.

— Могу тебя поздравить с приобретением? — уточнила Молли, чуть улыбнувшись.

— Думаю, да, но это не вся часть работы. Джону ещё предстоит выловить её через десять минут, когда она пойдёт на прогулку с собакой. Посмотрим, не украдёт ли она чего в этот раз, — Шерлок переглянулся с другом. — Вряд ли она это сделает. Он как бы случайно оставит телефон на скамейке, когда они, по плану, разговорятся о собаках. Странные увлечения Джона пойдут нам на руку.

— Странные! Уж кто бы говорил! — Уотсон по-доброму усмехнулся: он не обиделся.

— Ладно, передавайте привет миссис Хадсон, — Молли вдруг почувствовала дуновение сквозняка и потому приобняла себя за плечи. Джон, пообещав, что всё передаст, ещё раз поблагодарил её и ушёл. Шерлок немного задержался в дверях, и Молли поняла, что он хотел ей что-то сказать.

— Я случайно задел твою коробку, она упала. Надеюсь, там не было чего-то хрупкого.

Молли почувствовала, как её сердце опустилось куда-то в пятки или провалилось в груди. Нельзя было допустить, чтобы он заметил что-то из тех вещей!

— Завтра твоя смена в Бартсе? — спросил он, внимательно разглядывая её побелевшее лицо.

— Нет, — она мотнула головой, — до свидания, пок-ка, встретимся... потом, да.

Холмс ушёл, и она спешно закрыла дверь, даже не думая о том, какую ерунду сказала в ответ. Молли надеялась, что Шерлок не стал подбирать вещи, потому что тогда он посчитает её чокнутой, странной, возможно, глупой, помешанной на непонятных магических вещах. В мире магглов ко всему волшебному относились скептично, и зачастую это было даже на руку. Сегодня Молли чувствовала себя полной дурой из-за того, что она вовремя не распаковала вещи, перевезённые из старой квартиры. Как только она оказалась в гостиной, заметила пустующий пуфик. Молли обошла кресло и увидела, что некоторые вещи уже были подобраны.

Она покраснела. Сердце забилось чаще, и в мыслях Молли прокручивала одни и те же причитания. Теперь он будет думать, что она наивная дура, не иначе!

Значит, Шерлок уронил коробку, когда она ушла в спальню к Летучке. Конечно, и окно открыто, Молли не сразу это заметила, хотя сквозняк почувствовала! Как она будет смотреть ему в глаза при следующей встрече?.. Можно было применить к нему заклинание забвения, но это глупо. Магам запрещалось применять это заклинание, на самом деле. Нововведение в Магическом законе, вполне справедливое. Или, может, стоило нарушить этот закон? Не Непростительное заклятье, всё равно бы никто не узнал... впрочем, и с Непростительными было что-то не так, потому что в Министерстве должны фиксировать каждый случай их использования, чего не произошло. И ладно бы, раз не произошло, так нет, два раза! Молли присела, она чувствовала себя просто ужасно.

Это был невероятно долгий и трудный день. Оставалось надеяться, что Шерлок не обратил внимания на надписи на учебниках и конспектах, он не спросил её о книгах, это уже было хорошим знаком. Однако настроения это не улучшало...

* * *

Оба зелья были почти готовы, Перечное варилось в одном котле, «Костерост» — в другом. Молли широко распахнула окно на кухне, чтобы противный запах варёной болотной тины надолго в квартире не задерживался. Хупер надеялась, что она не мешала соседям своими экспериментами, потому что искать новое место для жилья ей совсем не хотелось. Жить рядом с магглами иногда бывало трудно, потому что приходилось менять свой образ жизни. Молли всё-таки хотела завести сову, как-то на досуге она придумала ей кличку. И вообще, вся её жизнь была какой-то странной, потому что и в её квартале, и в ближайших не жило ни одного мага. Ей приходилось варить зелья не на настоящем огне, а на волшебном, который следовало контролировать особенно внимательно, чтобы из-за него не попасть в неприятности. Её дом не был похож на жильё настоящего мага, здесь почти ничего магического не было, кроме старых пыльных книг, метлы в шкафу и разнотравья на кухне. Хорошо, что Молли блестяще владела раздвигающим заклинанием, которое позволяло превращаться её маленьким комнатам в просторные залы. Это было удобно: просторная студия при желании Молли могла стать в два раза больше, чем она была на самом деле. Именно это и произошло с кухонной зоной — так было безопаснее работать с огнём и двумя варящимися котлами. Современная маггловская обстановка дома никак не сочеталась с видами её ведьминских и некромантских принадлежностей. Квартирка, однако, была уютной, светлой и чистой, и этого Молли хватало с лихвой.

В какой-то момент Хупер снова вспомнила об упавшей коробке. Это было вчера. Молли, грустно вздохнув, продолжила мешать зелье медным черпаком. Уж лучше, если бы Джон уронил коробку! Она бы сказала, что всё это глупости. Теперь Шерлок думает, что она странная. Он, может, и раньше так думал, а теперь и вовсе сочтёт её сумасшедшей! Молли покраснела от одной только мысли об этом.

Впрочем, случилось кое-что ещё, о чём ей стоило переживать. Вчера вечером Патрик отправил ей сообщение с указом быть утром в Министерстве, и Молли, как того требовал устав, туда отправилась. Порт-ключи, перемещавшие сотрудников в Главный Вестибюль, всегда имелись у Хупер под рукой где-нибудь в сумке или в карманах мантий. Почему-то это всегда были карандаши. Радовало, что не приходилось бросать жетоны в унитазы общественных туалетов, как это требовалось для входа в Министерство раньше, ещё лет десять назад. Опять же, стоило отдать должное знаменитой Гермионе Грейнджер. Молли не была с ней знакома, но она ей нравилась.

Этим утром Хупер, одетая в одну из строгих тёмных мантий, шагала к турникетам по коридору Министерства. Стук ботинок эхом отражался от твёрдых каменных стен. Здесь было немного мрачновато, висели огромные люстры, созданные как бы в винтажном стиле. Молли они нравились, и временами она на них засматривалась.

— Доброе утро, мисс Хупер, — охранник, стоявший рядом с турникетами, махнул ей рукой. Это был высокий мужчина средних лет, он казался младше своего возраста из-за тёмных буйных волос и счастливого отсутствия седости. Охранник хромал на правую ногу, она у него болела, поэтому он часто опирался на турникет и крепко держался за свой пост.

— Доброе, Стержес, — Молли улыбнулась. Она протянула ему свою волшебную палочку, и Стержес внимательно её осмотрел. Этот охранник всегда был с ней приветлив. Он также знал, что она была некромантом, потому что как-то ей пришлось проводить ритуал с кем-то из его родственников. Другие сотрудники Министерства не знали, кто в их рядах служил некромантом. Это было что-то вроде секретной информации. — Удача мне пригодится.

— Слышала про министра магического спорта? — спросил он немного взволнованно.

— Увы, — она с грустью кивнула, — это не к добру.

Стержес отдал ей палочку и дал приложить пропуск к считывающему устройству. Магические чипы в их удостоверениях всегда срабатывали чётко и без проблем, чего нельзя было сказать о маггловских устройствах.

Всюду сновали торопившиеся люди. С кем-то из них Молли здоровалась, не со всеми — она знала немногих, с другими отделами Аврорат контактировал редко. Взгляду открылся вид на фонтан: огроменный, он её иногда пугал. Изображённые скульптуры у фонтана выглядели, как исполины, и Молли боялась, что в один из дней эти статуи волшебных существ на всех них упадут. Мало ли, что в Министерстве может случиться? Она взглянула в глаза изображённого кентавра и на секунду остановилась. Нужно быть гением, чтобы сотворить такую величественную и ужасающую скульптуру. Пусть это и был символ дружбы разных народов, но он действительно мог внушить страх. Или, может быть, это Молли была очень впечатлительной. Она перевела взгляд на скульптуру домового эльфа, такого же огромного, и пошла дальше. Нельзя было опаздывать, Патрик уже её ждал.

Наконец, она добралась до Отдела Аврората. Мысленно Молли прокрутила все знания и замечания, которые у неё имелись относительно недавнего ритуала «Призыва души». Неужели Патрик не поверил ей и посчитал, что министра убили не Непростительным заклятьем? Она не раз видела следы Круциатуса и могла отличить их от других ран. По милости Патрика она работала в морге Бартса, и поэтому точно не могла спутать маггловские удары ножом с магическими заклятьями! Ей точно должны были платить раз в десять больше!

Распалённая и возбуждённая от этих мыслей, Молли смело вошла в кабинет, но тут же она остановилась, не сказав ни слова. Патрик сидел за своим огромным дубовым столом, а рядом с ним стоял мистер Поттер, и оба они рассматривали какие-то бумаги. Молли поздоровалась.

— Хупер, входи. Давай, посмотри, что в отчёте написал твой этот... как его... Пипсквик, — Патрик замахал руками, она подошла. — Скажи, ты уверена, что это были Непростительные?

Она нахмурилась.

— Да, мистер Физзлпоп, — уверенно сказала Хупер, слегка покраснев. Поттер посмотрел на неё. — Вы сами вчера видели тело министра, или вы хотите, чтобы я ещё раз показала вам его?

Патрик испуганно запротестовал.

— Нет-нет, хорошо, ты права, это Круциатус. Но его нет в базе данных! Никто не использовал эти заклятья! — он всплеснул руками и случайно задел бумаги, они едва не разлетелись по кабинету. Из-за того, что стол был слишком большим, всё помещение казалось маленьким и тесным. Даже в полумраке Молли заметила, что её начальник был сильно взволнован. Патрик и раньше приглашал к себе Поттера, он был одним из авроров в Министерстве, но вместе те работали крайне редко. Молли с ним почти не пересекалась, только в лифте поднималась с ним пару раз и ещё как-то перед Рождеством встретила его в библиотеке. Поттер почему-то продолжал на неё смотреть, и Молли, смущённая, делала вид, что не замечала этого. Она упорно рассматривала янтарный витраж окна, находившегося за спиной Патрика, оно открывало вид на статую исполинов-магов.

— Значит, использовал, — Поттер пожал плечами. Он был несколько растерян.

— Хупер, в отчёте написано, что министр во время «Призыва» что-то сказал... объясни, пожалуйста, как это возможно, — растягивая слова, проговорил Патрик, и Молли едва удержалась от желания тяжело вздохнуть. Иногда он вёл себя совсем как ребёнок, хотя занимал большую должность. Она удивлялась, что никто, кроме неё и некоторых коллег, этого не замечал. У Патрика на пиджаке красовался Орден Мерлина, полученный за какие-то особые заслуги перед Министерством.

— Никак. Это невозможно.

— Но он сказал! Или не говорил?

— Сказал, — с нажимом ответила Молли, чувствуя себя не в своей тарелке. Когда Патрик задавал ей такие глупые вопросы, она представляла, что находится на экзамене в Академии у самого вредного профессора. Молли очень не хотелось выглядеть нелепо в глазах других людей, тем более в глазах Гарри Поттера, первой знаменитости Магической Британии. Он, конечно, на службе не блистал, но его всегда выделяли, и было понятно, почему. — Я не знаю, как это произошло. Дайте мне время, и я попробую выяснить, но... не обещаю, что узнаю. Такого никогда не случалось при обрядах. Наверное, я бы не поверила... если бы сама не проводила «Призыв».

Патрик откинулся на спинку кресла, и то качнулось. Он протянул Поттеру какие-то бумаги и сказал, чтобы тот всё сделал. Гарри согласился. Отходя от стола Патрика, он кивнул Молли на прощание. Хупер, едва шевеля губами, тоже попрощалась. Она почувствовала, что её уши покраснели.

— Либо что-то не так с системой, либо в Министерстве крыса, — протянул Патрик. Молли впервые в жизни нашла в его словах здравый смысл.

— Заклинания, которые фиксируют Непростительные, очень сложные. Они столько лет работали исправно...

— Смертью министра займётся мистер Поттер. Если ему что-то понадобится, должна будешь помочь, — Патрик выключил лампу, которая стояла у него на столе, он потянул за верёвочку, и витражный плафон ярко-оранжевого цвета тут же погас.

— Насколько всё плохо? — спросила она, хотя ответ, кажется, напрашивался сам.

— Катастрофически.

Потом оказалось, что догадка Молли насчёт отмены матча по квиддичу подтвердилась, и об этом написали в каждой газете. Смерть министра магического спорта потрясла всех, и что-то Хупер подсказывало, что это был не конец...

Было приятно стоять под дождём и мокнуть. После недели выдавшейся жары Молли сильно обрадовалась ухудшению погоды, хотя, возможно, как раз наступило её улучшение — на днях было настолько жарко, что у неё на работе в лаборатории растаяла плитка шоколада, лежащая на столе в тени и далеко от окон. Шоколадную лужицу удалось спасти и съесть, но ни Молли, ни другие горожане не разделяли восторгов ведущих прогноза погоды о солнечных приятных просветлениях.

Капли стекали по лёгкой курточке, падали на зонт и стучали. Молли улыбнулась и прикрыла глаза. В последнее время на работе ничего хорошего не происходило, и ей очень хотелось порадоваться таким маленьким глупым вещам.

Дело в том, что никаких зацепок, ведущих к преступнику, не нашлось. Маги, ответственные за записями и контролем Непростительных, пожимали плечами, говоря, что с их стороны нарушений замечено не было, всё работало, как и раньше. Их несколько раз проверили разные отделы, в том числе и Главный Авроратский Отдел, и никто ничего не нашёл. Поттер, на чьи плечи взвалилась тонна ответственности, тоже ничего не мог сказать хорошего, потому что все толковые люди были заняты, и всех их ждала неудача. В газеты просочилась информация о маньяке, и если ещё две недели назад только полсотни магов отказывались отправлять детей в Хогвартс на будущий год, то теперь количество взволнованных родителей увеличилось в двадцать раз. Молли, правда, не понимала, почему они отметали Хогвартс — может, лет десять-пятнадцать назад это и было не самое безопасное место для учеников, но это было давно, и сейчас в школе дела обстояли совсем по-другому! У неё двое племянников переходили на второй курс, и ей даже посчастливилось отправиться на Родительский день в школу вместе с братом и золовкой. Это тоже, кстати, приятное нововведение. В детстве Молли очень хотела, чтобы её родители побывали в Хогвартсе, хотя бы разок, вместе с ней...

В общем, глядя на серые тучи, Молли всё равно думала о работе без возможности отвлечься на две минуты на что-то другое. За две недели не случилось никаких новых убийств, и всех это безумно радовало. Ещё радовало, что мир магглов о проблеме не знал, делом занимались только Аврорат и Министерство Магии. Полиция магглов, возможно, и могла бы чем помочь, но пока её не привлекали. Было неясно, кого искать и где.

Однако одна странность нашлась — Джон, зашедший после обеденного перерыва в Бартс, сказал, что Шерлок приступил к новому делу.

— На днях в «Сити-Молле» умерла восьмилетняя девочка, просто упала, сердце остановилось, слышала? — спросил Джон, когда они с Молли сидели в лаборатории и пили кофе. — Позавчера, представляешь?

Он пришёл один и сказал, что его друг, взявшийся за работу, настоял на поездке в одиночестве — и Джон согласился пешком добраться до Бейкер-стрит. Как назло пошёл дождь в тот самый момент, когда Уотсон дошёл до следующего перекрёстка, и машина такси, на которой ехал Шерлок, уехала. К счастью, Бартс был совсем близко, и Джон решил, что переждёт непогоду в компании Молли. Телефон и деньги в этот день он случайно оставил дома, о чём он узнал уже на улице, поэтому добраться до дома самостоятельно оказалось проблематично.

— А причём здесь Шерлок? — Молли не могла понять, почему Холмс взял дело о смерти бедной девочки, о которой ей только что рассказал Джон.

— В торговый центр вызвали скорую, потом ещё девочку осмотрел судмедэксперт. Лестрейду нужно было исключить состав преступления, — пояснил он, попивая горячий кофе, — и он посмотрел запись с камер. Только запись... странная оказалась. На ней видно, как девочка зашла в технический коридор, ну, знаешь, где все эти подсобки, служебные помещения. Мэйси туда случайно зашла, играла. В какой-то момент на записи появился мужчина в форме сотрудника. Он сначала прошёл мимо девочки, а потом зашёл в тёмный угол. Камера как раз так висела, что нельзя было посмотреть, что он там делал. Девочка тоже зашла в угол и... почти сразу упала замертво.

Молли стало не по себе. Она, некромант, видела многое, но рассказ Джона её сильно удивил и расстроил.

— Как я сказал, приехала скорая, полиция. Лестрейд всю запись прокрутил, но того мужчину больше не было видно. Это просто невозможно — если бы он вышел, камера сняла бы это, мы как раз с Шерлоком возвращались из «Сити-Молла», проверяли, можно ли мимо проскочить, чтобы на камеру не попасть. Но так нельзя, она всё снимает. Такое ощущение, как будто он простоял в углу несколько часов. Или провалился сквозь землю. Я больше во второй вариант поверю.

Да уж, это и правда было очень странно. И то, что у маленькой девочки внезапно остановилось сердце, и то, что некий мужчина загадочным образом пропал с вида камер в замкнутом пространстве.

— А там точно не было никаких дверей? Может, ещё одна подсобка? — уточнила Молли, поставив пустую кружку из-под кофе на рабочий стол рядом с какими-то важными больничными бумагами.

— Точно. Мы всё осмотрели. Обычный тёмный угол, туда раньше уборщики тележку задвигали, — замотал головой Джон.

Молли поняла, что странность этого нового расследования ей, возможно, на руку. Что, если это и есть тот самый человек, которого они ищут? Как маг он мог запросто трансгрессировать или использовать порт-ключ. Одно неясно: для чего ему эта девочка... В прошлый раз его жертвой стал министр Магического спорта. Логики как будто никакой не было. Взглянуть бы на запись...

«Если я хоть как-то смогу помочь, то должна попытаться», — подумала она и сказала:

— Джон, могу я тоже посмотреть запись?

Он удивлённо вскинул брови и сказал, что судмедэксперт уже поставил смерть от остановки сердца — никакого убийства не было, её участие не нужно. Но Молли настояла на том, что странные обстоятельства этой трагедии требуют ещё одного экспертного мнения. «Хоть бы он не подумал, что я сумасшедшая», — мелькнуло у неё в мыслях. Немного поразмыслив, Джон согласился.

— Заедешь после работы?

— Так точно, — она кивнула и прикинула план дальнейших действий.

Если на записи она заметит след от Непростительного заклятья, то сразу предупредит Патрика и Отдел. Она надеялась, что всё так и будет, и они быстро вернут всё на круги своя.

* * *

На пороге Бейкер-стрит она оказывалась несколько раз: заносила по делу какие-то анализы и образцы, раз получила приглашение на провальное Рождество. Давно это было. Молли старалась не думать о том ужасном случае, но время от времени она о нём вспоминала. Нерешительно постучав, она оглянулась. Рядом никого не было, и по-прежнему лил дождь. Она сделала глубокий вдох и снова прикрыла глаза, думая о том, насколько приятен сладкий воздух после засушливого зноя. Спустя минуту дверь открылась — невысокая и седая дама в возрасте, миссис Хадсон, удивлённо посмотрела на прибывшую гостью.

— Молли, дорогая, чем могу помочь? — громко спросила она. Из-за её высокого голоса частенько казалось, что она всем восторгается и всему рада.

— Я по делу, — кратко ответила Молли, поняв, что сложно будет объяснить Марте, для чего она приехала. На самом деле, в дороге она не подумала о том, с чего ей следовало начать. Нельзя было признаваться в магических способностях. Миссис Хадсон отворила дверь шире, но Молли застыла на пороге, замешкавшись. Вот блин. И что ей делать?!

Марта подумала, что у Молли случилась беда, и сразу заохала. Хупер поспешила заверить её, что с ней всё в порядке, но домовладелицу это не успокоило. Молли стянула промокшую куртку, поставила зонт у стены и спешно поднялась по лестнице на второй этаж, попав из тесного коридора в просторную, но небольшую гостиную с диваном, двумя креслами, камином и столом. Шерлок, как и миссис Хадсон, был удивлён её внезапному визиту. Он как будто растерялся, когда она вошла. Молли оглянула комнату и пришла к выводу, что Шерлок смотрел записи с камер на проекторе, использовав для этого стену: над диваном висело чёрное полотно, а на табурете рядом с кожаным креслом как раз и лежало новообретённое чудо техники.

— Привет, — она подбирала слова, чтобы начать. — Как дела? Ой, ну, то есть...

Молли прошла в комнату и кивнула в сторону повешенного полотна.

— Джон рассказал мне о деле, и я бы хотела взглянуть на тело девочки.

— Хорошо, ты можешь, — Шерлок, не здороваясь, кивнул. Он нахмурился, обдумывая её предложение. Джон махнул ей рукой с кухни, он жевал сделанный наскоро бутерброд, из которого вот-вот должен был выпасть кусок мяса. Наверное, он забыл предупредить Шерлока, что она зайдёт к ним вечером, или Холмс просто его не слушал. — Но судмедэксперт подтвердил остановку сердца. Девочка была абсолютно здорова.

Молли взглянула в глаза Шерлока и заметила покрасневшие белки. Он выглядел так, как будто не спал некоторое время. Немного помятые кудри, впрочем, у него были всегда. На его тёмно-серой рубашке виднелось мокрое пятно, как если бы Шерлок случайно пролил на себя воду. Заметив стакан на кофейном столике, она поняла, что так и было. «Вот уж чудеса дедукции», — едко подумала Молли про себя.

— Да, но, может, будет что-то ещё. Если я могу помочь, это же хорошо, правда?

Шерлок усмехнулся.

— Да, это так. Хорошо, я скажу Лестрейду, что ты хочешь взглянуть на Мэйси.

Молли только открыла рот, чтобы что-то сказать, как Холмс её опередил:

— Если ты хотела спросить о записях с камер, то я заметил вот что.

Шерлок в два шага оказался рядом с ноутбуком. Он нажал на «плэй», и остановленная запись вновь пошла. Молли видела чёрно-белую съёмку того, как маленькая Мэйси расхаживала со скукой по коридору. В какой-то момент в кадре появился мужчина, одетый в тёмные одежды. Он был в чём-то безразмерном, но Молли поняла, что это была не мантия, а костюм рабочего, сшитый, видимо, не для этого человека. Мужчина за кепкой скрывал лицо, он прошёл мимо Мэйси, даже не взглянув в её сторону. В какой-то момент его траектория изменилась, он обернулся, посмотрел на девочку и зашёл в тот самый тёмный угол, куда потом её спустя время поманил. Всё это время бедная Мэйси за ним следила. На её руках сидел домашний светленький хомячок, которого она зачем-то притащила с собой в торговый центр. Девочка зашла в угол и спустя две секунды упала замертво. Тут Шерлок остановил запись и ткнул пальцем в определённое место на записи:

— Вот. Шорох. И свет.

Молли пригляделась. Шерлок отмотал и вновь запустил видео. Тогда Молли заметила, что в указанном месте, в углу, и правда запечатлелся какой-то шорох, не то вспышка, не то чьё-то шевеление, или, может, сразу и то, и другое. Хомяк, упавший вместе с девочкой, ускакал прочь.

— Разве это что-то даёт? — спросила Молли, заметно расстроившись тому, что с записью она никак не могла помочь Холмсу.

— Конечно, — ответил он таким тоном, как будто это было очевидно. — Мы можем сделать предположение, что кто-то из сотрудников сделал монтаж видео.

— Или это мужчина так вышел, — неуверенно сказала Молли.

— Мы пробовали выйти из угла незаметно для камеры, — быстро проговорил Холмс, включая на ноутбуке следующую запись. Молли увидела, что на ней была не Мэйси, а Джон. — Он хорошо подошёл под комплекцию преступника. Мы пытались сымитировать то, как он мог уйти, и ты сама видишь, что невозможно выйти из этого угла незамеченным. Значит, был монтаж. Преступник ушёл, но запись, к счастью, смонтирована не идеально.

На самом деле, у Молли было другое предположение, однако она не могла его озвучить. Эй, Шерлок, твой преступник трансгрессировал! Ах да, ты не знаешь, что это...

— Не думаю, что это работники «Молла», — уверенно сказала она, ища пути, как можно было подтолкнуть Холмса к верному следу. До этого ему никогда не попадалось дело, связанное с магами. Правда, Молли не поняла, почему убийца выбрал в жертвы девочку. Вспышка на видео не напоминала Непростительное, его ярко-зелёный свет мог легко озарить большую комнату. Да, вот странно... — Зачем кому-то убивать просто так маленькую девочку?

— Молли, — устало вздохнув, Шерлок обратился к ней, — мило с твоей стороны предложить помощь, но проблема в том, что пока от тебя ничего не было предложено дельного. Остановка сердца — это не убийство, и для начала нужно найти состав преступления. Когда мы найдём настоящую запись или хоть какие-то зацепки, мы сможем говорить, что Мэйси стала жертвой убийцы. Но пока мы имеем смонтированное видео, на котором не понятно, как человек вышел из-за угла и куда он исчез. Я просмотрел все последующие видео того дня — нигде не было этого мужчины.

Молли заметно поникла. И что теперь делать?! Нет, она точно не могла прямо ему заявить о возможности телепортации на месте.

— Тогда это монтаж, — сказала она расстроенно, хотя знала, что правда была на её стороне. — Но ты потеряешь время, если будешь допрашивать сотрудников «Молла».

— Откуда такая уверенность?

— Я просто это знаю, — сказала она, слегка смутившись.

Шерлок оглядел её с ног до головы. Впрочем, он ничего не сказал по поводу её внешнего вида или её слов. Наверное, Молли его озадачила. Когда она сможет осмотреть тело бедняжки, то выяснит, действительно ли она умерла от остановки сердца. Молли всё-таки казалось, что здесь была замешана магия.

— Мне нужно осмотреть тело сегодня, — вдруг сказала Молли. — Пока Мэйси... ещё с нами.

Шерлок понял, что она имела в виду. Он тут же вынул из кармана брюк телефон и набрал Лестрейду сообщение. Джон в это время чем-то гремел на кухне. Молли приметила, что его серая футболка, насквозь промокшая, висела на спинке стула у окна.

— Сейчас он вышлет тебе адрес и разрешение, — сказал он достаточно равнодушно, думая, вероятно, что затея Молли бессмысленна.

Шерлок был прав, но лишь отчасти. На магглов не действовали многие обряды, поэтому нельзя было никак поговорить с душой бедной умершей девочки. И даже сообщить ей о произошедшем нельзя было — маленькие ангелы в силу возрастной невинности не узнают правду. Когда Молли услышала об этом впервые, она долго не могла понять, почему так всё устроено, и только со временем это приняла. Видимо, душа маленьких ангелов слишком хрупка, и ломать её было нельзя. Тем не менее Молли могла определить причину смерти Мэйси: что-то ей подсказывало, что магия здесь всё-таки была замешана.

Ей пришлось повозиться с некоторыми бумагами: она ещё не разбиралась во всей бумажной волоките, с которой каждый день работали настоящие патологоанатомы в Бартсе. Инспектор Лестрейд, который уже собирался закрывать дело, дал Молли возможность выполнить свою часть работы. Шерлок отправился вместе с ней.

Она пыталась отговорить его ехать, потому что он мог ей помешать провести один единственный обряд, который ещё можно было провести с учётом того, что Мэйси маггл, покинувшая этот несправедливый мир двое суток назад. Это был обряд Успокоения, действующий на заблудшие души умиротворяюще. Он требовался в тех ситуациях, когда жертва не смогла понять, что с ней произошло. Шерлок оказался очень упрямым, и Молли пришлось согласиться вместе с ним осмотреть Мэйси. В другой ситуации она бы даже обрадовалась, но сейчас ей казалось присутствие Холмса крайне нежелательным.

— И всё-таки я не понимаю твоего мотива, — честно сказал он, когда они ехали в такси из офиса Лестрейда. Джон остался на Бейкер-стрит, сказав, что не желает в единственный свободный вечер отправляться в морг даже по важному делу. — Что ты хочешь узнать?

— Ты сказал, что на видео есть монтаж, — Молли искала лазейку. — Значит, на вырезанном куске могло быть что угодно. Вдруг Мэйси этот мужчина ударил шокером, а у неё было слабое сердце и проблемы со здоровьем?

— Судмедэксперт не нашёл подтверждения ничему из того, что ты назвала.

Хупер глянула в окно, она смотрела на другие машины, людей, дома, которые они проезжали. Всё было серым из-за нависших над городом туч.

— А кто был экспертом?

— Мюррей, — нахмурившись, ответил Шерлок. Он внимательно следил за Молли, очевидно, заметив, что она замешкалась. Как ещё ей реагировать в такой ситуации!

— Он опытный, но самоуверенный, — сказала Молли. Машина остановилась на светофоре, и Хупер приоткрыла окно, впуская в салон прохладный влажный воздух. От духоты ей стало несколько дурно. — Просто проверю. Если он окажется прав, умываю руки. Но, Шерлок, дай мне шанс помочь вам. Может, Мэйси и правда убили...

Состава преступления не было найдено. Дело хоть и передали Лестрейду, но значило лишь то, что он должен был проверить всю информацию и убедиться, что Мэйси скончалась от сердечного приступа, а не от рук того человека, спрятавшегося в тёмном углу коридора. Внутри Молли всё трепетало от волнения: они могут наткнуться на след их маньяка в Магическом мире. Если она окажется права, это будет печально, однако это даст маленькую, крохотную надежду на то, что Аврорату удастся поймать этого человека. Вряд ли его можно было назвать человеком...

Тело девочки лежало не в Бартсе. Молли взяла с собой на всякий случай Фолиант Жизни, он покоился на дне её бездонной сумки — заклинание безразмерности не раз её выручало. По разрешению они прошли в морг и представились тем патологоанатомам, кто там работал. Дежурный, окинув их с Шерлоком недовольным взглядом, всё же провёл их к нужной секции и выдвинул тело. Молли с грустью осмотрела девочку — она была очень маленькой и худой, её тонкие руки лежали вдоль мертвенно-бледного туловища. Шерлок откинул ткань, чтобы им можно было видеть её всю. Дежурный патологоанатом передал в руки Молли отчёт со вскрытия, где внизу было написано, что смерть наступила из-за остановки сердца. Жаль, что Мэйси была не в Бартсе, потому что так Хупер смогла бы провести обряд и отправить девочку в лучший мир с лёгкостью на душе... Шерлок отошёл на пару шагов, чтобы переговорить с дежурным и задать ему пару вопросов по вскрытию. Молли на мгновение улыбнулась удача.

В кармане её брюк лежал мел — бледного цвета, почти прозрачный. Молли едва шевелила губами, нашёптывая нужное заклинание со словами из древнего языка. На запястьях Мэйси она вывела две руны, сделав вид, что внимательно осматривает руки покойной. Осталось только нарисовать руну под сердцем — и в этот момент Шерлок вернулся, спросив, что она успела найти.

— Всё чисто, — взволнованно ответила Молли, надеясь, что Холмс не видел, как она рисовала руны. Тут она вспомнила, что Шерлок видел содержимое её коробки со старыми вещами из Академии, и ей стало несколько неловко. — Но я ещё не закончила.

— Внешне нет никаких следов от электрошока, — скучающим тоном произнёс он, и Молли поджала губы. Впрочем, он был прав, потому что то самое Непростительное, способное сразить человека мгновенно, всегда оставляет на теле следы, пусть и не очень заметные. На теле погибшего министра Магического спорта в районе сердца вылезли крохотные венки, напоминающие звёздочки. Молли откинула ткань, чтобы увидеть грудину Мэйси. Никаких подозрительных изменений она не нашла. Но что странно — у погибшей были до ужаса сухие губы, те шелушились.

Молли нахмурилась.

— Что-то не так? — спросил Шерлок, заметив, как переменилось её выражение лица.

— Ты не мог бы... посмотреть анализы? Там всё чисто?

— Она умерла от остановки сердца, там не может быть всё чисто, — Холмс снова отошёл, чтобы переговорить с патологоанатомом, который стоял в сторонке и с кем-то переписывался с телефоне. В этот момент Молли снова вынула из кармана мел и нарисовала последнюю руну, необходимую для обряда Успокоения Мэйси. Она произнесла нужные слова и сама почувствовала небывалое облегчение. Вернувшийся Шерлок протянул ей распечатки анализов. Три показателя сильно отличались от нормы. Профессор в академии о чем-то подобном рассказывал… Молли запомнила это, но она не могла сказать, что это значит в общей картине.

— Ты был прав, — задумчиво протянула Хупер, вспоминая, что эти показатели в таком завышенном виде могут значить. — Ничего. Но посмотри сюда. Не видела, чтобы одно было на нуле, а другое раз в двести больше нормы.

— Это не даёт нам право считать, что Мэйси убили, — сказал он.

— Что, если её отравили? Просто раньше, чем она зашла в этот коридор?

Шерлок ещё раз взглянул на распечатки. Кажется, это была здравая мысль. Он не мог понять одного — для чего кому-то требовалось травить ребёнка? Шерлок так и сказал Молли, но та пожала плечами.

— Это лишь вариант.

— В отчёте было бы указано о следах возможного отравления, — Холмс не решался соглашаться с ней.

— В отчёте указано, что у неё шло сильное воспаление, — Молли ткнула пальцев в одну из распечаток в его руках. — И это уж точно никак не вяжется с тем, что написано в заключении!

Она слегка разгорячилась — возможно, дело было в том, что она чувствовала подвох и не могла понять, где он находится. Шерлок тоже выглядел недовольным. Дежурный патологоанатом подошёл к ним и сказал, что во время вскрытия у них произошли некоторые сложности. Затем он настоятельно попросил их уйти, и они так и сделали. Стоя на улице в ожидании такси, они молчали, обдумывая то, что произошло пару минут назад в морге. Молли отчаянно пыталась вспомнить тот случай профессора, а Шерлок, по всей видимости, погрузился в Чертоги, чтобы выдвинуть те теории, которые могут иметь право на существование.

В библиотеке собралось много людей — Молли перелистывала пожелтевшие страницы старой книжонки в надежде найти xоть какую-то информацию про отравление с теми признаками, которые были найдены у бедной девочки. Хупер по-прежнему сомневалась насчёт того, был ли маг, убивший министра, причастен и к этому преступлению: Мэйси не принадлежала их Волшебному миру, и странно, что она стала жертвой. Однако подозрительные обстоятельства исчезновения мужчины под камерами указывали на то, что без магии он не смог бы скрыться. Значит, Молли оставалось только искать информацию и надеяться, что ситуация прояснится и им улыбнётся удача.

С Шерлоком они больше не разговаривали. Молли писала ему пару смс-ок, но он на них не отвечал, и это даже было обидно. Вообще-то, она помочь хотела! И более того, помогала, прямо сейчас, на работе!

В библиотеке было много людей, потому что той самой знаменитой Грейнджер так и не удалось провести реформу Интернета среди членов Министерства Магии. Самым ярым противником этих изменений был Патрик, потому что он терпеть не мог что-то новое и техническое и из-за этого чувствовал себя полным профаном. Около десяти голосов не хватило, чтобы провести реформу. А жаль: Грейнджер предлагала создать базу данных всех сотрудников, книг, зелий и прочих вещей, чтобы искать их не в Залаx Отделов, а непосредственно с помощью компьютеров. Молли с радостью бы поддержала идею, но мнение обычныx сотрудников как-то не учитывалось. Однако Поттер по секрету как-то сказал, что Гермиона не намерена сдаваться, потому что многие школьники уже вовсю пользовались Интернетом, а это значит, что внедрение собственной магической сети всё-таки неминуемо, в том числе и для Министерства Магии. Надо же проверять, чем их дети в свободное время занимаются!

То, что Молли видела у Мэйси, могло быть отравлением незрелым корнем мандрагоры — это то, что она запомнила с лекций по зельеварению в Академии мракоборцев. Или, возможно, кто-то накормил её сушёными брюшками пауков-болотников, однако неизвестно, откуда ребёнок мог всей этой дряни нахвататься. Информацию о пауках Молли нашла в книге из библиотеки. Кое-что как будто бы начало проясняться. Хупер ещё раз перечитала абзац. Пауки-болотники в это время года не водятся, и достать их летом очень сложно, почти что нереально. Возможно, дело всё-таки в корне мандрагоры, и о нём надо искать другую книгу. Молли оглянулась: в полутёмной библиотеке стояло огромное количество длинных стеллажей, которые, как ей казалось, тянулись бесконечно. Из-за их высоты нельзя было разглядеть, кто ещё находился поблизости, но она периодически слышала чьи-то шаги и шёпот, поэтому знала, что читала здесь не одна. Прихватив парочку толстых книг о растенияx, она пошла в сторону читального зала, где можно было сесть и немного отдохнуть под тёплым светом настольныx ламп.

В зале было около пятнадцати магов, и все сидели далеко друг от друга, кроме, может, двуx компаний. Чужие разговоры ей не мешали. Поставив тяжёлые пыльные книги на свободный стол, Молли включила лампу и села. Если всё то, что она нашла у Мэйси, совпадёт, это одновременно даст и надежду, и очередной повод для паники. Сам по себе незрелый корень мандрагоры, конечно, ядовит, но только в составе мощного зелья он смог бы дать такие последствия, какие обнаружились у бедной девочки. Снова вспомнив вид Мэйси, Молли поникла.

Прежде Хупер ничего не варила с корнем мандрагоры. С ним было много сложностей — то его нужно было правильно чистить, то варить при неменяющейся температуре два часа, то следовало купать клубни в медном отваре, чтобы те остыли. В общем, требовалось много свободного времени и куча денег на поиск редкого ингредиента. «Справочник зелий» лежал первым в стопке принесённых книг.

Она открыла его и поняла, что начать стоило с другого. Вот, допустим, Мэйси и правда отравили: а ведь действительно, как это могло произойти? Молли попросила Патрика узнать о родителях девочки, и в Аврорате её догадку подтвердили: это семья магглов, даже не сквибов. Самые обычные люди. Только странно, что девочку убил маг, возможно, целенаправленно. Молли не видела в этом логики, а увидеть её всё-таки следовало, потому что без неё найти преступника не представлялось возможным. Шерлок всегда, когда не понимал мотивов в расследовании, сильно раздражался и отчаянно брался рассматривать все версии, даже те, которые предлагал Джон, только чтобы найти возможность подобраться к преступнику.

Или, как учили Молли: всегда нужно узнавать историю болезни. Всё то же самое, без знания причины никакого разговора о последствиях быть не может.

Прошло, наверное, полчаса, как Молли сидела в зале и искала разные виды ядов. Парочку с корнем мандрагоры она нашла, больше ничего ей на глаза не попадалось. Устало откинувшись на мягкую спинку, Хупер перевела взгляд в сторону, осматривая окружающих. Тех магов, кто сидел в дальнем углу, у начала стеллажей, она не знала, а вот с теми, кто только что вошёл, была знакома. Вошло трое: Поттер, бывший заместитель министра Магического спорта мистер Тэтчер и новичок-аврор Пипсквик, который вместе с ней и проводил обряд над покойным мистером Хобелло. Разношёрстная компания остановилась у вxода. Взгляды Молли и Поттера ненадолго пересеклись, оба мага друг другу кивнули, она слегка махнула рукой в приветственном жесте. Спустя две или три минуты компания разошлась, новенький прошёл к стеллажам, а новоиспечённый министр Магического спорта вышел из библиотеки, перед этим со скукой её оглядев.

Поттер, недолго думая, прошёл к столу, за которым сидела Молли.

— Узнали что-нибудь важное?

— Вообще, да, — она кивнула, и Поттер заинтересовался. Ей было несколько непривычно работать с ним, хотя они вместе учились в школе. Наxодясь на разных факультетах, они почти что не пересекались.

Молли рассказала ему всё, что узнала: о Мэйси, о загадочном исчезновении человека прямо под камерами, о ядовитом корне мандрагоры. Вскользь она упомянула о Шерлоке, когда зашла речь о просмотренной записи.

— Значит, мы снова пересекаемся с миром магглов, — Гарри пальцами отбарабанил случайный ритм, задумавшись. — Я так понимаю, полиция сочла, что это не их работа?

— Они говорят, это ряд случайностей, и нельзя доказать, что это убийство, — Молли опустила взгляд. Ей казалось, что она что-то упускала, но не могла понять, что именно. С другой стороны, она всего лишь некромант и в Аврорате числится не следователем.

— Нет, правда, кому бы это могло понадобиться? — Поттер нервно усмеxнулся. — Я не смеюсь над вами. Просто мы раньше не сталкивались с таким. Применение Непростительных — это одно, а покушение на ребёнка...

Да уж, она не детектив. Не Шерлок и даже не Джон.

— Молли, вы уверены, что это магическая смерть?

Поттер был серьёзен, и ей льстило, что он общался с ней как с коллегой, на равныx. Патрик обычно слушал её мало и во многом спорил с ней, xотя в этиx спораx он в основном проигрывал. Молли вообще была не обязана всем этим заниматься, но чутьё внутри, или какое-то другое чувство, подсказывали, что пройти мимо она никак не может и должна разобраться с тем, что происходит. Она чувствовала, что знала немного больше остальных, однако пока не могла понять, что именно это было. Быть может, они упускают из вида важную улику? А точно ли один человек совершил преступление, ведь в первом деле жертвой стал бездомный, а во втором — важный человек в министерстве, так ещё и записку с угрозой получил. Она поделилась переживаниями с Поттером — и он понимающе покачал головой.

— Разберёмся, мы сюда не просто так пришли на работу. И приняли нас тоже не просто так. Одни вступительные испытания чего стоили!

Молли немного обрадовалась. Очень хотелось, чтобы всё разрешилось наилучшим образом, потому что пока волшебным мир сходил с ума. Уна, её подруга, недавно с совой заявила, что отпускать сына в школу в этом году не намерена. Молли сначала подумала объяснить ей, что опасность в школе ему не грозит, в отличие от Лондона, но она не нашла силы ввязываться в спор. При встрече скажет, чего пергамент зря переводить...

Взяв одну из книг с собой, Молли попрощалась с Гарри и ушла. Он пожелал ей хороших выходных и сказал, что отправит ей сообщение, если вдруг что-то важное узнает. В свою очередь Молли всё-таки решила, что хочет выяснить, не заметили ли родители Мэйси необычных вещей в последнее время. Для них очередной разговор о потере — невероятный удар, но иначе было нельзя. Это шанс — и попытаться стоило.

У Молли в Министерстве был свой кабинет, небольшое рабочее место в огромном Отделе Тайн. Кто пророчествами занимался, кто охранял загадки человечества... здесь было и несколько некромантов. Всего трое — Молли, Джерри и Флоранс. Пипсквик, который с ней работал, тоже был некромантом, но он ещё проходил внутреннее обучение под руководством скряги Джерри, который сам лет так пятьдесят назад должен был покинуть этот бренный мир, но он всеми силами держался. С ним Молли пересекалась редко, а вот с Флоранс они виделись постоянно, потому что делили соседние рабочие места. Два стола в небольшом квадратном кабинете были завалены разными бумагами: Патрик постарался, закидал делами. Молли прошла к столу и глянула на них — всего лишь незначительные отчёты и листовки с просьбой не поддаваться панике из-за происходящих событий. Она фыркнула. Да, наверное, кому-то это поможет.

Работа некроманта заключалась в основном в общении с мёртвыми, вернее, их душами. Всё то, что свалил на неё Патрик, было вне её компетенции, хотя, конечно, не всё. На столе стояла фотография двух племянников и ещё одна рамка кота Тоби. Оба фото — с прошлого Рождества.

Вместе с Флоранс они немного поколдовали и пришли к общему оформлению кабинета: тёмно-серые стены украшала цветочная гирлянда с вьющимися комнатными цветами. Две одинаковые настольные лампы светили ярко, но ещё над рабочим местом каждой висели светильники, и этого света было достаточно. В кабинете Патрика было витражное окно, и девушкам оно, увы, не досталось. Молли хотела бы иметь кабинет с таким окном, но ей хватало и цветочной гирлянды. Хупер села за стол, всего одно движение волшебной палочки убрало бардак со стола — папки с бумагами разлетелись по ящикам. Место Флоранс пока что оставалось заваленным.

Связаться с семьёй Мэйси можно было только с помощью Шерлока или Лестрейда. Последний был слишком занят, и Молли не хотела ему мешать. Холмс, в итоге отказавшийся от расследования, был свободен. Молли достала мобильный. Пошли длинные гудки. Затем прозвучал слегка скучающий голос:

— Говори.

— Я бы хотела встретиться с родителями Мэйси, это возможно?

— Мэйси?..

— Девочка. Восемь лет. Торговый центр.

«Как можно так быстро забыть о ней?!» — недоумевала Молли, но молчала. Она думала, что Шерлок помнил каждое свое дело. Тем более это несчастье произошло меньше недели назад!

— Точно, Мэйси, — Холмс вспомнил, — но для чего? Почему ты думаешь, что это не несчастный случай?

— Не могу пройти мимо, — она не лгала. Шерлок, находившийся в это время на Бейкер-стрит, на пару мгновений замолчал, обдумывая, что он может ответить. — И тот мужчина не выходит у меня из головы. Он слишком подозрительный.

— Хорошо, я могу это понять, — Холмс согласился. Затем он рассказал о том, что опросил всех сотрудников торгового центра, кто работал в тот день. Не было ни одного человека, кто подходил бы под параметры мужчины с записи. Сотрудники сказали, что не могли узнать, кто был на видео. Человек, давший доступ к камере, отрицал всякую возможность монтажа, и Шерлок ни на чём не смог его подловить.

— То есть, я была права, — негромко сказала Молли, и Шерлок хмыкнул. — Что не так?

— Ничего, — он не хотел показывать задетое самолюбие.

— Моя версия с отравлением имеет место быть, — тут же сориентировалась Молли и поднесла телефон ближе к уху.

— Да, как версия, — Холмс подтвердил.

Это было что-то вроде маленькой победы. Однако он прав — ей нужны доказательства. То, что написано в отчёте, не было чистым, а значит, они имеют полное право поставить под сомнение заключение поторопившегося судмедэксперта. Молли попросила Шерлока связаться с родителями девочки, чтобы назначить встречу, поговорить.

— Этот человек мог преследовать Мэйси, — предположила Хупер, — может, её что-то беспокоило накануне, а они не придали этому значения?

— Это возможно, — снова согласился Шерлок, и Молли почувствовала облегчение. Кажется, и Холмс говорил с ней на равных, без подколов или несправедливой критики.

Пообещав дать обратную связь позже, он отключился, а Хупер поспешила домой. Она трансгрессировала из кабинета прямо в квартиру — повезло, что ей ничего не надо было покупать в магазине и она могла так легко вернуться домой всего лишь в один миг. Кот Тоби, встретивший Молли в коридоре, удивлённо (или приветственно) мяукнул.

Выдался неплохой вечер: в холодильнике обнаружилась банка с мороженым. Молли включила «Хор», и под какую-то популярную перепетую песню она завалилась на диван перед телевизором, желая не думать о работе хотя бы пару часов. От мыслей о неудачах, которые их преследовали, у неё уже второй день подряд болела голова. Посыпав пломбир шоколадной крошкой, она обмакнула печенье в подтаявшее мороженое. Две серии прошли спокойно, а вот в начале третьей Молли позвонили. Лениво потянувшись за телефоном, она глянула в сторону неразобранных вещей после переезда. Сколько же прошло с того дня, как к ней пришли Шерлок и Джон? Молли знала только одно — у неё не было никаких сил разбираться с этими коробками и старыми конспектами. Кажется, она их хранила больше как память, нежели как какие-то действительно важные вещи.

Она взглянула на экран телефона и удивилась: звонил Шерлок. Молли не думала, что он так скоро даст ей ответ. Только она нажала на кнопку, чтобы принять вызов, как Холмс сбросил звонок.

В дверь постучали.

Негромко выругавшись под нос, Молли встала с дивана и отложила мороженое, понадеявшись, что Тоби не залезет в её тарелку. Она открыла дверь ключом изнутри — потому что утром закрывала её на все замки, когда выходила из дома, а когда вернулась, трансгрессировав, так и оставила закрытой. На пороге оказался Шерлок. Он был несколько удивлён тем, как долго она открывала все замки, однако он это никак не прокомментировал.

— Ты только что звонил, — с лёгким сомнением произнесла Молли. Она не ожидала увидеть его сегодня, тем более она не ждала гостей и стояла перед ним в домашней пижаме в цветочек.

— Да, — он кивнул. — Ты была права. Миссис Свон сказала, что накануне в зоомагазине Мэйси напугал какой-то мужчина.

Хорошее настроение пропало. Молли отошла в сторону, позволив Шерлоку пройти в квартиру. Он повесил пиджак на крючок вешалки и продолжил рассказ:

— Миссис Свон не придала этому значения, потому что Мэйси всегда была пуглива, особенно к незнакомым людям, что в магазине, что в школе, — он прошёл в гостиную, и Молли показалось, что его взгляд на несколько секунд задержался на коробке, где лежали её магические вещи. Немного волнуясь, она поспешила предложить ему сесть. Холмс встал у окна. — Я спросил, не было ли других странных вещей. И, как оказалось, они были. После моего звонка миссис Свон ушла прибираться в комнате дочери, куда не заходила все эти дни. Во время уборки под столом она нашла...

— Записку?

Шерлок остановился. Его пронизывающий взгляд «считывал» слегка взволнованную Молли. Холмс был искренне удивлён её догадливости.

— Да. На полу лежал жёлтый канцелярский стикер, — проговорил он, продолжая разглядывать Хупер. Молли делала вид, что не замечала его пристального взгляда. Она удивилась тому, что Мэйси кто-то написал записку. Если там была угроза, значит, Молли, как это называется, напала на след. Если почерк с записки мистера Хобелло совпадёт — нужно будет бить тревогу.

— И что там было написано?

— «Ты заплатишь», — ответил Шерлок, и Молли удивлённо распахнула глаза. Взглянуть бы на почерк и отдать в Отдел! Даже сердце как будто стало биться быстрее, Хупер поняла, что это именно то, что они искали. Бедная, бедная Мейси...

По словам миссис Свон, ни о какой записке девочка не говорила. Возможно, она её даже не увидела. Женщина даже догадаться не могла, кто бы мог подкинуть этот стикер её ребёнку — она говорила об этом, захлёбываясь слезами. Молли села на диван и положила руки на колени, обдумывая ситуацию. Если почерк действительно будет один, то окажется, что человек, отравивший Мэйси зельем из незрелого корня мандрагоры, и маг, убивший министра Магического спорта, это одно лицо. И тогда уже Шерлок будет замешан в их непростое расследование, но этого допустить было нельзя. Молли сразу об этом не подумала — и сейчас корила себя за это. Если бы она сама попробовала поговорить с родителями Мэйси, или, как было бы вернее, подсказала так поступить Патрику или тому же Поттеру, то проблемы в виде Шерлока не было бы. Нашлось доказательство намеренного убийства — Холмс не поймёт, если вдруг Молли скажет, что это всё ерунда и что ему не следует брать это дело.

Да уж, она совсем запуталась...

Шерлок сел рядом. Он мог только догадываться, о чём думала Молли в тот момент. Она выглядела растерянной, и она не смущалась от того, что Холмс был с ней рядом. Это его... слегка озадачивало. Впрочем, Шерлок быстро выкинул эту мысль из головы.

Молли думала о том, стоило ли применять заклинание Забвения. Ну уж нет, это слишком...

— Я так понимаю, ты хочешь принять участие в расследовании, — сказал Холмс, встав с дивана, и он снова отошёл к открытому окну.

— Нет, — ответила она, чем снова удивила Холмса. Это было понятно по смятению у него во взгляде.

Если этот преступник — их маг, то дело Шерлока быстро зайдёт в тупик. Этим займётся Аврорат. Магглы бессильны в поисках сбежавшего волшебника, у которого на уме ничего хорошего не было. Шерлок ничего из этого не знал. Что существуют маги, что есть волшебные школы, тюрьмы для опасных магов-преступников. Что есть заклинания, сражающие наповал... Молли покачала головой. Да, это дело он никогда не сможет раскрыть, но Молли не могла рассказать ему правду.

— ...и Майкрофт сказал, что я не могу расследовать это дело, потому что оно касается национальной безопасности. Вздор! Но теперь любые мои попытки узнать даже малейшие детали пресекаются на корню.

Шерлок был в лаборатории Бартса. Он жаловался Молли на то, что дело маленькой Мэйси теперь расследовал не он. Впрочем, он не был этим расстроен, а был недоволен и как будто даже обижен. Когда Молли передала последние новости Патрику и Поттеру, они горячо её поблагодарили, и их непростое расследование сдвинулось с мёртвой точки. Патрик сказал, что они отвадят маггловскую полицию, которая пока что больше мешала, чем помогала. Молли не была уверена, что брат Шерлока знал о волшебном мире. Скорее всего, его начальство знало и попросило присмотреть за детективом, чтобы тот не вляпался в то, что ему не предназначалось. И она сама тоже присматривала — Патрик настаивал на применении заклинания забвения, но у Молли рука не поднялась это сделать. В отчёте она указала, что Холмс всё забыл, и это была откровенная ложь.

Сейчас, выслушивая недовольство Шерлока, она размышляла о своём поступке. Может, не стоило нарушать правил Аврората? Как она поняла, Лестрейда всё-таки подвергли «Обливейту», потому что Холмс жаловался, что Грег как-то подозрительно странно отвечал на все его вопросы о Мэйси. Память родителей девочки тоже была слегка подкорректирована. Молли сожалела, что всё вышло именно так.

Почерки обеих записок, естественно, совпали.

Шерлок говорил о чём-то ещё, но Молли, задумавшаяся о своём служебном проступке, его не слушала. Лишь в какой-то момент она встрепенулась, когда он обратился к ней по имени:

— Молли, как ты поняла, что Мэйси получила записку?

Она не успела ответить, потому что он продолжил за неё.

— Это невозможно было определить. Никто в здравом уме не станет угрожать ребёнку. Это нелогично.

— Я просто предположила, — сказала она смущённо. Молли склонилась над микроскопом, рассматривая образец недавно сваренного зелья. — Угадала. Откуда я могла знать это? Ты прав, это очень странно...

Шерлок поджал губы и хмуро на неё посмотрел. Она была сегодня сама не своя. Иногда он приходил в Бартс, поэтому видел, что с Молли тоже было что-то не так. Обычно она всегда предлагала ему кофе, немного мялась перед ним, очевидно его стесняясь. Бывало, что она красилась, когда он приходил даже на минутку. Сегодня Молли просто его не замечала. Вокруг неё стояло несколько разноцветных склянок и мензурок. Синие, кислотно-зелёные, золотистые, как будто с плавающими внутри песчинками — все они выглядели необычно. Что-то новенькое...

— Что это?

Молли удивлённо вскинула брови.

— О чём ты?

— Над чем ты работаешь? — вкрадчиво спросил он, а затем встал со своего места и пошёл к ней. Молли сказала первое, что пришло ей в голову.

— Смотрю воду из Темзы.

Он остановился и на мгновение застыл.

— Зачем?

Молли неопределённо махнула рукой. Вообще-то, она изучала под микроскопом Бодроперцовое зелье, в составе которого как раз был тёртый корень мандрагоры, правда, зрелый. Это зелье отличалось тем, что оно хорошо помогало справиться с простудой, но у него было небольшое побочное действие — из ушей и носа больного потом несколько часов мог идти дым. Вообще, Молли было интересно работать в маггловской лаборатории, потому что люди достигли в изобретательстве большого прогресса, и в медицине особенно. Там, где маги справлялись зельями и волшебством, магглы орудовали таблетками и знаниями о человеческом теле. Просто невероятно!

Она отодвинулась, когда Шерлок подошёл слишком близко. От него приятно пахло табаком и чем-то древесным, наверняка это был запах его парфюма. Пока Холмс разглядывал предметное стекло под микроскопом, Молли смотрела на его большие плечи. Сегодня он был в белой рубашке, и три пуговицы у горловины были расстёгнуты. Шерлок вообще постоянно носил рубашки. Не так давно он приходил в фиолетовой. Ох, Мерлин, как же она ему шла... Молли взяла себя в руки.

— Это вода из Темзы? Тут нет ни одного микроорганизма.

— Ну да, — она неуверенно кивнула. Шерлок стоял совсем близко, так, что Молли могла рассмотреть темные вкрапления его серых радужек.

Их взгляды встретились, Шерлок с любопытством наблюдал за ней.

— И вода красная.

— Светло-коралловая, — ответила Молли таким тоном, как будто это как-то меняло суть дела.

Однако она нагнулась и пригляделась к предметному стеклу. Вот чёрт, и кто её за язык тянул? Не могла сказать что-то более правдоподобное? Она чувствовала на себе его пристальный взгляд.

Тут Молли заметила, что стекло начало дымиться, и тоненькая струйка серого дыма стала подниматься кверху. Холмс отпрянул. Он не знал, что это и была причина побочного действия, из-за которого у всех больных школьников в Больничном крыле Хогвартсе постоянно дымились уши.

— Если это Темза, то недавно случилась экологическая катастрофа, о которой я не знаю, — проговорил Шерлок, подозрительно смотря на расплавленное предметное стекло. Он ловко подхватил его и поднёс к свету, чтобы внимательно рассмотреть повреждение.

— Лучше там не купаться в ближайшее время, — совсем растерянно сказала Молли, и отчего-то она выглядела даже напуганной. — Сам видишь, вода какая... ядерная.

Тут Холмсу позвонили. Он вытащил телефон из кармана брюк и недовольно ответил на звонок. Шерлок передал Молли стекло и, едва шевеля губами, произнёс: «Избавься от этого». Она кивнула.

Молли почувствовала себя провинившейся школьницей. Это зелье всегда хранили в глиняных горшочках не просто так...

* * *

— Вы отчаянно ищете мужское внимание, — эхом в голове отдавались слова, сказанные Холмсом всего десять минут назад. «Маленький рот», «яркая, привлекающая помада», «бесформенный халат, чтобы скрыть несовершенную фигуру».

Это был отвратительный, гадкий человек. Молли не могла понять, почему она сразу не увидела в нём все эти качества, учитывая, что он не в первый раз давал оценку её внешнему виду. Поразительно.

«Что за вещи вы храните дома? Занимаетесь гаданиями в двадцать первом веке?!»

Холмс спросил про упавшую в гостиной коробку, но, к счастью, не назвал её сумасшедшей. Этот вопрос был неожиданным. Вероятно, Шерлок даже не интересовался этим, а всего лишь нашел, за что можно её задеть.

Она вытирала рукавом белого халата крупные слёзы, стекающие по щекам к дрожащим губам. Ещё никто никогда не говорил ей таких ужасных вещей. Она увидела на халате разводы туши и той самой яркой помады, об излишке которой ей сказал Холмс. А ведь Молли его ещё пожалела, когда Патрик дал задание стереть ему память одним из заклинания забвения, она подумала, что Шерлок имеет право знать, что происходило последние пару недель. Последствия от заклинания, стирающего сразу большой промежуток времени, выражались в длительном головокружении и временной потере ориентации в пространстве, и всего этого Холмс избежал. Потому что Молли, бедная наивная дурочка, посчитала, что они приятели, и поэтому она может ослушаться начальника, чтобы сделать хорошее дело. Сейчас, сидя в пустой холодной лаборатории Бартса, она думала о том, что ей не стоило выслушивать очередной поток оскорблений Холмса. Она еле сдержалась от применения одного из боевых заклинаний, которыми пользовалась в особых случаях, защищая себя.

Она не стала колдовать, потому что боялась потерять работу, ей не нужны быть происшествия с магглами, да и... смертельного ей ничего не угрожало, конечно же. Молли выгнала Холмса из лаборатории. Его временный пропуск, которым он пользовался добрых полгода, теперь был аннулирован. Вероятно, безвозвратно.

— Вы заискиваете, это раздражает.

Он говорил с ней грубо. Обычно Холмс был более вежлив, особенно, когда ему для чего-то требовалась лаборатория. Появилось это несносное, пренебрежительное «Вы». «Видимо, получив нужное, не захотел быть милым», — с горечью подумала Молли. Она заслуживала к себе больше уважения, она специалист, профессионал-мракоборец с редким даром некромантии, у неё, в конце концов, даже было маггловское медицинское образование, хотя по-настоящему она не работала в этой сфере практически ни дня, не считая десятка случаев в Бартсе за последний год.

А он обращался с ней как с какой-то идиоткой. Да, он ей нравился, и Молли хотела познакомиться с ним поближе ровно до этого дня. Когда Шерлок находился в хорошем настроении, он мог составить приятную компанию, и она этого не выдумала. Однако тот образ, который Хупер выстроила у себя в голове, дал трещину. Сегодня Холмс определённо был в плохом настроении, и он сорвался на ней, как будто бы она этого заслуживала. Он повёл себя эгоистично.

— Убирайся. — У неё дрожал голос, и комок в горле не давал возможности сказать что-либо ещё.

Она растерянно глянула за спину Шерлока, туда, где стоял шокированный Джон. Он только вошёл в лабораторию со стаканчиком горячего кофе, и поэтому он не слышал всего, что сказал Холмс, однако он распахнул дверь ровно в тот момент, когда Молли отвесила его другу пощёчину.

Было больно. Ей — так точно. Горящая ладонь немного зудела. Шерлок молча развернулся и ушёл, пока Джон, громко ругаясь, пытался понять, что произошло, пока его не было. Он не сомневался в том, что эта ссора стала ошибкой Шерлока. Молли заплакала ровно в тот момент, когда она села за свой рабочий стол и получила смс-ку от какой-то счастливой подруги, обещавшей рассказать Хупер подробности с последнего свидания.

Спустя полчаса ей позвонил Джон, и она сбросила вызов, всё ещё находясь в подавленном состоянии.

Всё произошло как раз из-за плохого настроения Шерлока — он выместил на ней накопившееся за последнее время раздражение из-за неудачного расследования дела Мэйси и ещё другого дела, уже не связанного с магическим миром. Именно сегодня Молли пришла в Бартс с яркой помадой на губах и в новом шёлковом платье, которое купила в магазине достаточно спонтанно. Она не думала произвести впечатление на Холмса, ей всего лишь хотелось выглядеть красиво так, чтобы провести день с ощущением праздника. Может быть, это платье и не подходило для Бартса, но Молли и не собиралась проводить в морге целый день, потому что Стэмфорд только попросил её проверить некоторые образцы в лаборатории и сказал, что дежурный патологоанатом, который по-настоящему работал в госпитале, не совсем справлялся с большим объёмом работы.

Шерлок пролил кофе на важные бумаги, которые ей дал Майк. Молли сделала ему замечание, довольно неловко, и тут же Холмс вспылил. Он высказал ей многое. Этого было достаточно, чтобы Молли захотела изменить своё отношение к нему.

Где-то три дня назад они общались очень даже хорошо, и он приходил к ней в лабораторию нервным, но… не грубым. Они, склонившись над одним микроскопом, разговаривали о чём-то неважном, как настоящие приятели или, может, коллеги. От него приятно пахло парфюмом и дорогим табаком. Спустя три дня он выместил на ней всю злость и агрессию, на которую был способен.

Дома она отправила сообщение Джону, что она в порядке, хотя это было совсем не так. Почти весь вечер она провела в плохом настроении, а затем она заснула, держа кота у себя на груди. Извинения Джона не изменили ровным счётом ничего. Он не должен был извиняться. Молли написала, что их пропуск теперь недействителен и что для расследований им нужно обращаться к кому-то другому. Всё-таки у Бартса был настоящий патологоанатом, который пусть и не очень хорошо, но работал.

На следующее утро она сказала Патрику, что не собирается появляться в госпитале по личным причинам.

Он удивлённо вскинул брови.

— Хупер, что происходит?! А как же ваши обряды и прочие там… некромантские вещи?

— Уверена, что мы можем найти другое место для этого. Может быть, всё-таки в Министерстве…

Патрик вскинул руки и покачал головой, явно недовольный тем, что он слышал. Каждый раз, когда Молли просила найти место для обрядов в Министерстве, он говорил ей, что это невыполнимая просьба.

— Послушайте, это очень рискованно из-за общего магического фона, — впервые за долгое время Патрик выглядел презентабельно. Он выпрямил спину и снизил тон голоса, видимо, поняв, что начал диалог не так, как следовало. — Я понимаю, что вам неудобно работать в месте, в котором находится очень много магглов, но в Бартсе у нас был свой человек, и это место… морг… сами понимаете, что умершим лучше быть там, а не среди живых. К тому же, в Министерстве мы не сможем найти помещение, подходящее по всем условиям.

Молли кивнула. Пожалуй, с таким Патриком, грамотно объясняющим своё мнение, ей нравилось разговаривать больше, чем с вечно недовольным избалованным начальником. Она по-прежнему надеялась, что у них всё-таки получится перевести её в другое место.

— В Бартсе много посторонних, — она хотела попытаться хоть что-то изменить. — Скотланд-Ярд очень часто обращается к моргу, и это мешает мне работать.

Патрик постучал пальцами по столу, обдумывая просьбу Молли подыскать новое место. В итоге он сказал, что подумает над её словами. На этом они распрощались.

Дело мага, убившего министра Магического спорта, сдвинулось с мёртвой точки благодаря Молли, и ей позволили взять несколько дней для отдыха, остальные обязанности легли на плечи других мракоборцев. В Аврорате теперь было ясно, что человек на видео с торгового центра — тот, кого они искали, и он, вероятно, скрылся с помощью телепортации или трансгрессии, как Молли и думала. Только никто так и не мог понять, почему записка попала именно к Мэйси. Мистер Поттер предположил, что угрожали на самом деле не ребенку, но все в её семье были магглами, и это было точно, люди из аврората всё проверили. Тем не менее все единогласно пришли к выводу, что девочка никому причинить вреда в силу возраста не могла. Расследование продолжалось. К счастью, больше происшествий не было.

Думая об этом, Молли немного расслаблялась. Она надеялась, что Аврорат быстро найдёт преступника и посадит его в Азкабан. А пока можно было насладиться тишиной. Однако заголовки в их газетах не были особо оптимистичными:

«В ЭТОМ ГОДУ ХОГВАРТС ОСТАНЕТСЯ БЕЗ УЧЕНИКОВ»

«ПРЕСТУПНИК НА СВОБОДЕ: НОВАЯ ЖЕРТВА — ЭТО РЕБЁНОК»

«ИЗВЕСТНЫЙ МАГ-ПРОРИЦАТЕЛЬ ТРЕЛОНИ РАССКАЗАЛА, К КОМУ ПРИДЁТ ГРИММ ЭТИМ ЛЕТОМ»

— Вот уж чушь, — раздражённо сказала Молли, скидывая газеты в урну. Она проходила в холле в Министерстве. Поседевшая журналистка Рита Скитер, смотрящая на неё с обложки журнала «Ведьмин спутник», шокированно раскрыла рот и испуганно махала руками ей вслед, и рядом с ней за круглым маленьким столиком сидела пожилая профессор Сивилла Трелони, вот уже пять лет как ушедшая из Хогвартса на заслуженную пенсию. Профессор держала в руках чашку и показывала остатки кофейной гущи, оставшиеся на дне. Молли невольно вспомнила уроки, которые Сивилла давала в школе. У Хупер всегда была твёрдая четвёрка по прорицаниям благодаря её живому воображению.

Именно в холле Молли наткнулась на Гарри — он определённо куда-то спешил и шёл достаточно быстро, практически не смотря по сторонам и оттого постоянно с кем-то случайно сталкиваясь. Молли слегка улыбнулась. После вчерашней ссоры с Холмсом у неё было плохое настроение, но она была бы не против поговорить с Гарри. Он заметил её, они находились достаточно далеко друг от друга, и он ей кивнул и неловко помахал. Если бы он не был занят, возможно, им удалось бы немного поговорить о работе или о чём-то другом. Не так давно Молли узнала, что он с Джинни Уизли крупно повздорил накануне свадьбы, и поэтому пока что был свободен. Это не значило, что Молли теперь собиралась за ним бегать, как выразился Шерлок. Воспоминание о грубых словах снова испортило настроение Хупер. Гарри… просто был приятным и милым.

«Большая разница между этими двумя», — подумала Молли и тяжело вздохнула. Её работа на сегодня, к счастью, была закончена.