Роланд - Рыцарь Белой Розы и Древняя Печать (джен)

Давным-давно, когда тьма властвовала над миром, появился Белый Король — всё его Королевство состояло из Белого замка, Белой Розы и тринадцати славных рыцарей, позже названных Рыцарями Белой Розы — отважных храбрецов, не знавших страха. Король был молод, но мудр не по годам. Он и его верные Рыцари обладали тайным знанием о Печати. Заманив Князя Тьмы — Хаоса Мраковича — и его приспешников в хитроумную ловушку, они создали Печать, надёжно закрыв перстнем Короля врата Ада. Рыцари передали тайну Печати из уст в уста своим преемникам, а те — своим, но никто не записал его, и со временем оно было утрачено.

Долгие годы мирно процветало Белое Королевство, но годы не щадят никого — внезапно скончался старый Король, не успев передать трон и охранный перстень от Древней Печати от врат Ада законному наследнику, и вырвался из заточения Хаос Мракович, и захватил власть, а Чёрные всадники — его верные слуги-демоны — держали в ужасе весь народ, и брат убивал брата, сын губил отца, дочь подливала яд в чашу матери... Молодой же Король был столь юн, что не мог противостоять Тьме — лишь избранные могут управлять целыми странами, лёжа в колыбели. Король в их число не попал.

Все старые Рыцари Белой Розы погибли, защищая юного короля, и лишь самый молодой из них — сэр Роланд, остался жив, он не успел узнать тайну Печати, но счёл своим долгом спасти юного Короля и Белое Королевство, и не побоялся противостоять Хаосу Мраковичу и его слугам.

Когда Хаос завладел охранным перстнем, Королева Розмари прислала гонца в прекрасный и неприступный замок Роланда с мольбой о спасении: "Сэр Роланд! Вы — последняя наша надежда! Хаос завладел Перстнем, и вскоре он поймёт его назначение, умоляю, спасите!" Получив плохие вести от гонца, Сэр Роланд три дня и три ночи провёл в своей библиотеке и перебрал все старые манускрипты — безрезультатно. Ни Альбус — первый Белый Король, ни кто-либо из живших в то время Рыцарей, не оставил ни одного свидетельства о том как именно, или с помощью чего была нанесена Древняя Печать на врата Ада. Однако, девиз не позволял сэру Роланду сдаться: «Никогда не сдавайся — позорься до конца!», и он соответствовал ему, как мог. Как всегда, в сложной ситуации нужно найти того, кто знает всё, или почти всё, и узнать у него ответ на вечный вопрос: «Что делать?»

На четвёртый день Сэр Роланд отправился в путь — его целью была избушка древней Ведьмы в чаще Сумрачного леса. Он ехал три дня и три ночи, без сна и без отдыха, в сопровождении верного оруженосца Марселя. Глухой тёмной ночью они достигли цели. Внезапно, словно из-под земли перед ними возникла поляна с тринадцатью кругами поганок, и древним раскидистым дубом в центре, он был могучим и закрывал всю поляну своей густой кроной, сквозь которую не было видно ни единой звезды.

— Марсель, зажги факел! Я сегодня же должен найти эту старую ведьму! От меня зависит судьба Королевы, и всего Королевства!

Мальчик послушно зажёг факел и подъехал ближе к господину. Внезапно земля задрожала под копытами коней, поднялся ледяной ветер, пламя факела заплясало, и дуб начал менять форму — из могучего дерева он превратился в каменную башню. Рыцарь спешился и стремительным шагом обошёл башню, однако дверь отсутствовала, а кладка стала столь старой и гладкой от времени, что никакой возможности не было взобраться по ней в окно под крышей, столь призывно горящее тёплым жёлтым светом.

— Сэр! Вы тоже чувствуете этот дивный запах? — громко прошептал Марсель.

— Какой ещё запах? Ты только и думаешь о еде, ненасытный мальчишка! — нервно откликнулся Сэр Роланд.

Оруженосец неловко, словно мешок муки, свалился с коня и пошёл вокруг башни, с закрытыми глазами, словно во сне — раз, другой, третий, и на глазах у господина прошёл в башню сквозь стену.

— Марсель! Марсель, куда ты провалился? Немедленно вернись! — Сэр Роланд спрыгнул на землю и принялся простукивать стену рукоятью кинжала в том месте, где исчез оруженосец, однако камень был прочным и меч отскакивал с резким металлическим лязгом.

— Сэр Роланд, Рыцарь Белой Розы! — внезапно раздался мелодичный женский голос сверху.

Рыцарь запрокинул голову, и увидел прекрасную рыжеволосую девушку, свесившуюся по пояс из окна.

— Прекрасная Леди, простите, не знаю вашего имени, мой оруженосец случайно не с вами?

— Меня зовут Моргана. Милый мальчик Марсель? Он здесь, Сэр Роланд, мы ждём только вас, почему вы не поднимаетесь? Шарлотка стынет, — девушка игриво подмигнула рыцарю.

— Как? Здесь нет лестницы!

— Также, как это сделал ваш мальчик — трижды обойдите башню против солнца, и поторопитесь, я уже разрезаю пирог! — с этими словами красавица Моргана скрылась из вида.

Сэр Роланд закинул меч в ножны и стремительным шагом трижды обошёл башню, когда его сапог коснулся в третий раз стартовой точки его внезапно словно крюком дёрнуло в стену и вверх, он не успел опомниться, как уже стоял на выскобленном добела дощатом полу уютной круглой комнаты, освещаемой камином.

— Садитесь скорее, Сэр Роланд, вы так долго ехали, и ужасно устали! Позвольте мне взять ваш плащ, чтобы он просох у камина — ночи сейчас сырые и холодные, — Моргана призывно улыбнулась и подмигнула, протягивая к Рыцарю руки.

Марсель сидел за столом и с аппетитом уплетал шарлотку — пышный пирог выглядел аппетитно, и Роланд судорожно сглотнул набежавшую слюну, отдавая леди плащ.

— Благодарю. Моргана, скажите не страшно вам, такой прекрасной леди жить совсем одной в такой глуши?

— Внешность бывает обманчива, друг мой! Я живу здесь уже очень давно, и совершенно ничего не боюсь, это — мой лес, мой дом. Никто не причинит зла Хозяйке в её собственном доме — таков Закон, — ведьма села напротив Роланда, и он заметил, что глаза её не были глазами юной девушки — это были глаза старой женщины, видевшей многое, и многое познавшей за долгую-долгую, нечеловеческую жизнь. Ты ведь пришёл не за тем, чтобы узнать как мои дела, расскажи мне свою историю, возможно я смогу тебе помочь.

И сэр Роланд всё расказал ей.

— Скажите, леди Моргана, что необходимо сделать, чтобы навеки заточить обратно в Ад Хаоса Мраковича и его приспешников?

— Почему вы, сэр Роланд, решили, что я захочу вам помочь? Мне известны возможности Хаоса Мраковича и его помощников — они весьма сильны, и я не хочу, чтобы они стали моими врагами.

— Потому что я согласен отдать вам что угодно, из того что имею, в благодарность за информацию.

— Вы уверены, храбрый Рыцарь? Я ведь могу попросить нечто невозможное, — ведьма лукаво улыбнулась.

— Да, я уверен. Ради спокойствия в Белом Королевстве и в сердце Королевы Розмари я готов на всё!

— Моя цена за информацию — молодость. Не так-то просто в мои годы оставаться привлекательной, так что если вы согласны, отдайте мне часть жизни — и я расскажу вам как победить хаоса Мраковича.

— Что значит «часть жизни»? Её невозможно передать из рук в руки.

— Возможно, и даже очень легко, я знаю один ритуал, он абсолютно безвредный и безболезненный для человека. Часть жизни — это определённое количество лет. Отдав свои годы мне, вы неизбежно состаритесь.

— Сколько лет вам нужно?

— Тринадцать.

— Скажите, потеряв годы, я приобрету мудрость и опыт, которые получил бы, если бы прожил их обычной жизнью?

— А вы умны, сэр Роланд, — лукаво улыбнулась ведьма. — Обычно никто не спрашивал меня об этом, но раз вам это так важно, — да, я подарю вам мудрость и опыт.

— Тогда у меня есть ещё два вопроса.

— Какие?

— Вам принципиально у кого брать часть жизни? И изменится ли внешне отдающий — будет выглядеть на новый свой возраст?

— Нет, мне совершенно всё равно. Да, именно так работает этот ритуал.

— Отлично, — рыцарь обернулся к мальчику: Марсель, что ты скажешь, если я предложу тебе стать мудрым и опытным, повзрослеть до двадцати пяти лет?

— Я… Я не знаю, сэр. Это будет полезно, ведь мы сможем спасти Королевство.

— Да, именно так, у нас появится шанс спасти Королевство, но я не принуждаю тебя — если ты хочешь прожить свою жизнь полностью — это твоё право, малыш, — неожиданно мягко сказал сэр Роланд.

— Я могу немного подумать? — мальчик вопросительно взглянул на Рыцаря, а затем на ведьму.

— Конечно, милый Марсель, ты можешь подумать до рассвета. На рассвете скажи нам своё решение, за ночь я сварю зелье, и один из вас отдаст мне свои годы в обмен на информацию, или вам придётся покинуть мою башню ни с чем. А пока — пейте отвар, ешьте пирог, я пойду постелю вам в соседней комнате.

Роланд был удивлён, но ведьма их не отравила и не околдовала, и прилично устроила на ночлег, даже позволила обоим помыться в своей бадье. Сидя в одной лишь простыне у камина, и расчёсывая гребнем свои густые чёрные локоны, Роланд задумчиво смотрел в огонь.

— Знаешь, Марсель, — сказал он неожиданно, — кажется, я знаю, как нам дать нашей хозяйке то, что она просит. — Пусть она возьмёт у каждого из нас по шесть с половиной лет. Ведь стать старше на шесть лет и ещё полгода не так страшно, как на тринадцать разом, верно? Мне будет 33, а тебе 18, как ты смотришь на это?

— О, это было бы замечательно, сэр! Тогда я смогу осенью стать рыцарем, как вы и посвататься к миледи Альбине — она так восхитительно прекрасна!

— Вот и чудно, теперь главное, чтобы ведьма согласилась, — пробормотал сэр Роланд.

Ночь прошла тихо и мирно, Рыцарь и оруженосец крепко проспали до самого рассвета, пока лучи восходящего солнца не разбудили их, залив светом нового дня всю комнату. Они быстро собрались, и вышли к ведьме, которая уже поджидала их за накрытым столом.

— Доброе утро, Хозяйка!

— Доброе, доброе. Что вы решили? — ведьма внимательно осмотрела их обоих.

— Леди Моргана, вчера вы сказали, что вам нужно тринадцать лет, и вам всё равно, у кого их забрать.

— Верно, сэр Роланд, — ведьма кивнула.

— Согласны ли вы взять у каждого из нас по шесть с половиной лет?

— А вы хитрец! — ведьма помолчала несколько мгновений, обдумывая предложение. — Хорошо, я согласна, я предполагала, что вы придёте к такому выводу, — она улыбнулась. — Вот зелье, вам нужно выпить три глотка и сказать: «Я, сэр Роланд, Рыцарь Белой Розы, добровольно отдаю ведьме леди Моргане шесть с половиной лет своей жизни в обмен на информацию», а ты, малыш, скажешь иначе: «Я, Марсель, оруженосец сэра Роланда, Рыцаря Белой Розы, добровольно отдаю ведьме леди Моргане шесть с половиной лет своей жизни в обмен на информацию». И я расскажу вам что, как, когда и где необходимо сделать, чтобы навеки заточить обратно в Ад Хаоса Мраковича и его приспешников.

Рыцарь и оруженосец выпили зелье, и погрузились в забытье на несколько мгновений, за которые мальчик превратился в юношу, Рыцарь немного состарился, а ведьма помолодела и стала выглядеть ровесницей оруженосца — прелестной юной девушкой.

— Ох, сэр! Вы видите? Я почти такой же высокий как вы! Ой, а почему у меня такой грубый голос?

— Вижу, — сэр Роланд улыбнулся, — потому что ты повзрослел, малыш.

— Теперь слушайте, — ведьма элегантно поднялась и села за стол, жестом приглашая гостей сесть рядом. — Чтобы восстановить мир и покой в Белом Королевстве, вам нужно выбраться из леса, и ехать в ту сторону, где встаёт по утрам солнце, до тех пор пока вы не увидите безжизненную серую землю — ни человек, ни зверь, ни птица без особой надобности не ходят в это место, ибо Хозяин его — очень могущественный Тёмный маг Ульрик, он — единственный, кто может помочь вам заточить Хаоса Мраковича в Ад, он живёт столько, сколько существует наш мир, ибо он бессмертен, и знает всё — что было, что есть, и что будет. Он высок и худ, волосы у него цвета пепла, а глаза — цвета пламени, он не любит пустой болтовни, но с охотой слушает красивые баллады о любви, ибо его любовь давно умерла — и так он скорбит и помнит о ней. Он не любит незнакомцев, но некоторое время назад мы очень близко общались, и он должен помнить меня, так что как только увидите его — передайте этот платок и письмо, и скажите, что я вас послала, иначе он может испепелить вас.

— Благодарю, Леди Моргана, — поклонился сэр Роланд, принимая из рук ведьмы спасительные вещицы. — Когда мы вернёмся с победой, я обязательно опишу все события и расскажу о вашем незаменимом вкладе в спасение Белого Королевства.

— Мы с вами в расчёте, сэр Роланд, Рыцарь Белой Розы, — улыбнулась ведьма. — Солнце уже приближается к зениту, вам пора в путь, времени до разлома Печати осталось мало, поспешите, вы — наша единственная надежда! Удачи вам! Вы должны ехать на встречу восходящему солнцу!

Ведьма хлопнула в ладоши, Рыцаря и Оруженосца снова словно крюком дёрнуло в стену и вниз, они оказались у подножия башни, оседлали своих верных коней и отправились на встречу алому восходящему солнцу…

Рыцарь и оруженосец ехали молча — юноша неловко держался в седле, пытаясь освоиться в изменившемся теле, и потому был не склонен донимать господина расспросами. Они давно покинули Сумрачный лес и Роланд с волнением вглядывался в горизонт, надеясь вскоре увидеть владения Тёмного мага, но мир вокруг был обычным — щебетали пташки, один раз прямо под копыта его верному коню бросился заяц — могучий жеребец даже не обратил на него внимания. Рыцарь Белой Розы размышлял: «Чтобы заточить Хаоса Мраковича в Ад нужно успеть найти Тёмного мага Ульрика до разлома Печати, главное, как только мы найдём его, передать платок и письмо Морганы. Иначе он может нас испепелить», — Роланд вздрогнул с отвращением.

— Марсель, ты помнишь какие-нибудь баллады о любви?

— Баллады, сэр?

— Да, баллады о любви. Хозяин серой земли любит их. Я не могу вспомнить ни одной, уже мозги под шлемом закипают — да всё без толку, а стать горсткой пепла пока не хочется, если честно, — Рыцарь нервно усмехнулся.

— Я знаю балладу Королеве Розмари, которую сочинил сэр Ланселот, балладу сэра Артура, и еще балладу братьев Сигарда и Сигизмунда — их творения пришлись по душе Её Величеству, и часто исполняются бродячими музыкантами.

— Споёшь мне?

— Как будет угодно моему господину, — юноша изобразил поклон, насколько позволяло седло, и бархатный глубокий голос, постепенно набирая мощь, успокоил душу Рыцаря.

Неожиданно Рыцаря стало жёстче трясти в седле, и он распахнул глаза. Впереди, справа и слева, насколько хватало взгляда, от них и до самого горизонта простиралась безжизненная серая земля. Даже солнце светило здесь тусклее, никого и ничего не было на многие мили вокруг.

— Марсель, кажется, мы на месте. Пой, мой верный оруженосец, надеюсь, Хозяин этого места услышит тебя.

Юноша вновь запел. Сначала ничего не происходило потом на горизонте появилась маленькая серебристая точка, она стремительно приближалась и становилась всё больше и больше, и наконец Марсель воскликнул:

— Сэр! Дракон!

— Я вижу, Марсель, это наверное Хозяин, вероятно, он хочет тебя отблагодарить, продолжай петь, малыш, и ничего не бойся, я рядом, — на всякий случай Роланд положил руку на рукоять меча, и снял шлем, белоснежные волосы рассыпались волнами по широким плечам, голубые глаза настороженно сверкнули льдом.

Мальчик продолжил пение, через несколько мгновений огромный серебряный дракон приземлился прямо перед ними в паре десятков шагов, сел обернув лапы мощным хвостом и сложив за спиной кожистые крылья, словно огромный чешуйчатый кот. Кони нервно всхрапнули, но не сдвинулись с места.

Дракон с интересом разглядывал их круглыми глазами цвета пламени с вертикальными зрачками.

— Приветствуем вас, Тёмный маг Ульрик! Мы пришли с миром, от ведьмы Морганы! Она просила передать тебе это, — Рыцарь достал из седельной сумки письмо им платок ведьмы, и спешившись, подошёл ближе к дракону протягивая вещицы.

Дракон медленно моргнул, Роланд заметил, как мелькнуло и исчезло в его глазах третье веко. Внезапно он начал меняться — стал полупрозрачным, очертания его тела расплылись, уменьшились и приняли человеческую форму, миг — и перед Рыцарем стоял высокий и худой мужчина неопределённого возраста с волосами цвета пепла и глазами — цвета пламени, единственным, что выдавало теперь его нечеловеческую сущность были зрачки — они так и остались вертикальными.

— Здравствуй, Рыцарь, — бархатным баритоном ответил дракон, и подойдя ближе, принял вещицы из рук Роланда. — Как поживает старушка Моргана?

— Прекрасно, она выглядит юной девой, и насколько я заметил, вполне довольна своей жизнью.

— Женщины! — усмехнулся дракон, вскрывая конверт и пробегая глазами по строчкам. Платок неуловимым движением исчез под чешуйчатым серебристым плащом.

— Магистр Ульрик, могли бы вы рассказать нам, что и как необходимо сделать, чтобы навеки заточить обратно в Ад Хаоса Мраковича и его приспешников? Врата Ада открыты, зло на свободе, а перстень Белого Короля утерян. Я — последний из Рыцарей Белой Розы, и так случилось, что я не успел узнать тайну Печати — все мои братья погибли, защищая наш мир.

— Ты хочешь знать, как заточить зло и заново создать Печать, что ж, я расскажу тебе то, что знаю сам, последний Рыцарь Белой Розы. Тот самый перстень Короля был не простым украшением — он был артефактом, и стал он им задолго до того как им закрыли печать. Когда последний Князь Тьмы пришёл к власти, он был простым Тёмным магом с большим потенциалом, но отчасти он оставался человеком, и ничто человеческое ещё не было чуждо ему, поэтому он любил — сильно, страстно, беззаветно — прекрасную миледи Моргану. Она любила Князя не меньше, однако, как и многие женщины, она обожала украшения, а будучи волшебницей — использовала их как накопители силы. Князь Тьмы подарил миледи Моргане перстень, который был универсальным ключом — если тот, кто носит его сильно пожелает, этот ключ мог открыть или закрыть любой путь. Когда Князь захватил власть в Белом Королевстве, белый король и его верные рыцари обратились за помощью к Моргане, и она отдала Королю перстень, именно с его помощью были запечатаны врата Ада. Однако, это — не единственный артефакт, с помощью которого была создана печать, перстень лишь закрывает врата окончательно, еще два ключа необходимо применить для полного закрытия. Первый ключ — это волшебный горн Подземного Владыки, что правит на Севере, под самой высокой горой, на которой растёт дуб, второй ключ — это жезл Озёрного владыки. Лишь собрав все артефакты и призвав на помощь тринадцать самых смелых и сильных воинов и ровного наследника Белого Короля, можно воссоздать и закрыть печать. Собрать артефакты под силу только Воителю без страха и упрёка, в чьих жилах течёт кровь дракона, больше никто не может сделать это, потому что лишь носителю драконьей крови подчинится каждый из великих Владык.

— Где же найти этого Воителя, Магистр Ульрик? Как его имя?

— Этот воитель — ты, Роланд, Рыцарь белой Розы, — улыбнулся дракон.

— Но я просто рыцарь. Во мне нет ни капли драконьей крови, — растерянно произнёс мужчина.

— Пока нет. Если ты согласен спасти этот мир, я помогу тебе. Каков будет твой ответ? Хорошо подумай, ещё не поздно отказаться — это тяжкий груз и большая ответственность, человек, — Роланду показалось, что в глазах цвета пламени проскользнули огненные искры.

— Я согласен, — твёрдо произнёс Рыцарь.

— Тогда закрой глаза и прислушайся… Что ты слышишь?

Роланд сомкнул веки и не услышал ни звука — лишь абсолютная тишина окружала его, однако постепенно мир вновь наполнялся шорохами.

— Я слышу ветер, слышу твоё и своё дыхание, слышу как всхрапывают наши кони и как Марсель щёлкает поводьями, я слышу как шумит листва в Сумеречном лесу и как журчит ручей, мы проезжали мимо него и набрали воды.

— Слушай внимательно, Рыцарь, слушай сердцем, — прошептал дракон.

Рыцарь прислушался снова, и внезапно ему показалось, что в шум ветра вплетается нежный голос. Голос до боли похожий на голос его покойной матушки:

— Роули, милый Роули, ты так возмужал. Я горжусь тобой, мой храбрый Рыцарь, не знающий страха и упрёка. Ты всё правильно делаешь. Мне известно будущее, я его видела, ты правильно действуешь, Воитель, Рыцарь Белой Розы, у тебя всё получится, мальчик мой, прими дар Великого Дракона, прими его кровь, это поможет тебе. Мне пора. Я люблю тебя, сынок.

— Магистр Ульрик, я готов сделать всё, что в моих силах, чтобы спасти этот мир.

Мужчина подошёл вплотную, закатал рукав на левой руке, а указательный палец правой неведомым образом превратил в коготь, и полоснул им поперёк предплечья:

— Пей, Роули, прими мой дар, так я смогу помочь тебе, где бы ты ни был. Ты станешь моим кровным сыном, и я буду чувствовать тебя.

— Спасибо, Магистр Ульрик, — Роланд поклонился и послушно выпил глоток дракуоньей крови.

— Пей, ты должен выпить тринадцать глотков, чтобы сформировалась прочная связь.

Кровь у него была густая и тёмная, по вкусу похожая на крепкое вино, и Рыцарь выполнил указание, закрыв глаза. Потом дракон внимательно посмотрел ему в глазаи сказал:

— Молодец, малыш Роули. Теперь у тебя снова есть отец. Если когда-нибудь тебе понадобится моя помощь — просто позови меня, можешь даже мысленно, и я приду, отец всегда помогает своему ребёнку. Запомни это, малыш. Удачи тебе сынок, ты знаешь, что делать дальше.

— Спасибо, отец. Я никогда не забуду того, что ты сделал для меня.

— Поспеши, время до Разлома на исходе, а у вас впереди неблизкий путь, — Дракон улыбнулся, хлопнул Роланда по плечу и исчез, просто растворился в воздухе. Лишь солёный металлический привкус крови потдверждал, что это всё не было сном.

— Марсель! Мы отправляемся в путь!

— Куда теперь, мой господин? — уныло спросил оруженосец, протягивая поводья.

— На Север, Марсель, во владения Подземного Владыки за волшебным горном — к самой высокой горе.

— На Север — значит на Север. Надеюсь, больше петь не придётся — это так странно, — юноша передёрнул плечами, вспрыгивая в седло.

— Извини, но у тебя более звучный голос, так что если потребуется — я снова прикажу тебе петь, — ответил Рыцарь.

— Конечно, меня можно позорить, ведь я всего лишь оруженосец! — Марсель скорчил обиженную мордашку.

— Заметь, я ни разу не «позорил» тебя, хотя и стоило бы — временами ты ведёшь себя отвратительно. Если бы ты не был единственным сыном моей любимой сестры, овдовевшей столь трагично, я бы воспитывал тебя, жёстко следуя требованиям кодекса и, поверь, твоя жизнь была бы далеко не такой лёгкой и приятной, — Роланд строго и слегка укоризненно покосился на юношу.

— Простите, сэр.

— На первый раз прощаю, но в следующий раз могу и разгневаться. Ты пока не знаешь, но в гневе я ужасен.

— Я понял, мой господин.

— Вот и славно, значит мы вернёмся живыми и невредимыми, и к осеннему солнцестоянию я сдам тебя с рук на руки нашей дорогой Катарине — твоя матушка будет очень счастлива наконец-то лицезреть сына, и будет счастлива вдвойне, узнав, что ты вскоре после возвращения станешь Рыцарем Белой Розы.

— Думаете меня посвятят в рыцари этой осенью? — восторженно воскликнул юноша. — Возможно. Если ты будешь беспрекословно и старательно исполнять мои указания, выучишь наконец Кодекс нашего Ордена, и мы немного натренируем тебя бою на мечах, то ты выдержишь испытание, и Королева Розмари сделает тебя вторым Рыцарем Белой Розы.

— Я обещаю стараться изо всех сил, сэр!

— Хорошо, малыш, а теперь соберись и ускорь своего друга — сегодня уже шестой день, как мы с тобой в пути, хорошо, если у нас осталась хотя бы неделя, чтобы спасти мир.

Они пустили коней в галоп и породистые жеребцы стремительно понесли их к новой цели, оставляя позади многие мили безжизненной серой земли, и клубы пыли. Кровь Дракона кипела в жилах Роланда, словно подгоняя, и он чувствовал, как неуловимо изменяется — становится сильнее, выносливее, и мудрее с каждым часом. Никогда прежде он не чувствовал себя так безопасно, как теперь. Он ощущал как плещется внутри него новая, неясная сила, как крепнут его мышцы и жилы. Мужчине казалось, что его кровный отец следит за ним и хочет показать, что он всё делает правильно, но должен поспешить.

Рыцарь и оруженосец ехали весь день под тусклым солнцем серых земель, и на закате достигли опушки небольшого пролеска у подножия высокой горы, на вершине которой рос могучий дуб.

— Сэр! Кажется, мы нашли владения Подземного Владыки!

— Да, Марсель, сегодня мы переночуем здесь, а завтра утром отправимся к местному правителю. Привяжи коней, достань хлеб и сыр и смотри в оба, я наберу хвороста и вернусь. И возьми мой рог, если увидишь или услышишь хоть что-то подозрительное — труби изо всех сил, понял? — Роланд спрыгнул с коня и похлопал его по холке. Жеребец дружелюбно фыркнул и легонько пихнул хозяина храпом в плечо.

— Да, сэр.

— Молодец, — Рыцарь снял с седла верёвку и, мимоходом потрепав юношу по макушке, направился в лесок. Он был поразительно чистым — нигде не валялись ветки и листья, словно это был не лес, а ухоженный графский парк, со старыми, больными, забытыми деревьями. Однако, подойдя практически к самой горе, Роланд заметил семь сосен, растущих кругом — меж их корней была свалена большая куча хвороста.

— Думаю, не обеднеет Владыка, если я возьму немного для костра… Или не стоит испытывать судьбу? Ведь не может же быть, что тут сам собой сложился этот хворост? — он настороженно вгляделся в сумрак леса, но больше ничего подозрительного не увидел.

Рыцарь развернулся и пошёл обратно на опушку, но внезапно раздался сигнал его охотничьего рога, и он побежал так быстро, как позволяли доспехи. Сигнал оборвался внезапно, буквально за пару мгновений до того как Роланд выскочил на поляну.

Оруженосец, этот несносный мальчишка, исчез.

— Марсель! — позвал Рыцарь, оббегая поляну по периметру.

Никаких следов.

Ничего.

Оруженосец словно сквозь землю провалился. Остались только рог, надкусанный бутерброд возле седельной сумки, да плащ, аккуратно расстеленный на земле. Роланд в отчаянии упал на колени, и закричал от бессильной ярости, терзающей его душу, как вдруг рука его нащупала пергаментный свиток. Он поднял его с земли и, развернув трясущимися руками, прочёл написанные изящным каллиграфическим почерком строки.

Смертный-нарушитель границ! Твой ребёнок в моём дворце. Никто не может находиться на моей земле без моего Высочайшего позволения. Если ты не хочешь, чтобы он умер мучительной смертью, приходи во дворец и проси милости. Возможно, я даже дарую тебе её и тогда ваша смерть будет безболезненна. Если ты не придёшь до полуночи, я прикажу убить мальчишку.

Сиятельный Подземный Владыка Альфред

Роланд убрал свиток за пазуху, подхватил вещи с земли, закрепил рог на седло своего коня, убрал плащ в седельную сумку, и привязав поводья коня Марселя к луке своего седла, сел верхом и устремился к горе. Спустя полчаса он объехал лес и добрался до подножия горы, возвышавшейся чёрной громадой. Дуб на её вершине был могучим и явно древним, поднявшийся сильный ветер нисколько не потревожил это великое дерево.

Роланд оставил коней, и устремился к чёрному зеву пещеры. Лишь он шагнул под каменный свод из темноты возникли два абсолютно одинаковых высоких стройных юноши в золотых доспехах, шлемы практически полностью закрывали их лица.

— Стой, нарушитель! Зачем и по какому праву ты явился во дворец нашего Владыки? — они говорили синхронно, и молодые сильные голоса громким эхом отразились от сводов пещеры.

— Приветствую вас, стражи. Ваш Сиятельный Подземный Владыка Альфред призвал меня к себе, похитив моего оруженосца. Вот его письмо, — Рыцарь протянул пергамент ровно между ними, и тот, что стоял слева, взял его.

— Ты не лжёшь, смертный. Жди, я сообщу о твоём приходе лорду Айзексу, он проконтролирует твоё общение с Владыкой.

Страж стремительно и беззвучно удалился вглубь пещеры и Роланду не осталось ничего другого, кроме как ждать. Спустя недолгое время страж вернулся вместе с лордом Айзексом — высоким бледным эльфом с надменным лицом, ледяными голубыми глазами и роскошными волнами белоснежных волос, одетым во всё чёрное — глухой короткий бархатный камзол и брюки, тонкую батистовую рубашку и ботфорты. На поясе у него висел меч в отделанных драгоценными камнями ножнах.

— Следуй за мной, смертный, — ледяным взглядом, острым, словно кинжал, лорд Айзекс окинул Роланда и, не дожидаясь ответа развернулся на каблуках направился стремительной беззвучной походкой вперёд. Роланд спешно пошёл за ним, позвякивая доспехами. Они некоторое время петляли сумрачными коридорами, освещаемыми редкими факелами с магическим синим пламенем, ни одной живой души не попалось им на пути. Однако, вскоре они достигли массивных деревянных дверей, и по взмаху руки лорда Айзекса те распахнулись перед ними.

— Сиятельный Подземный Владыка! Я привёл к вам смертного, — сделав три шага, лорд Айзекс опустился на одно колено и склонил голову.

— Благодарю, друг мой, ты можешь идти, — ответил с трона на возвышении Владыка.

Роланд удивлённо уставился на него. И было, чему удивиться — Альфред был красив той совершенной, неземной красотой, какая присуща лишь эльфам — белая, сияющая, словно чистый снег на солнце, кожа, пронзительные, яркие как листва, зелёные глаза, тонкие алые губы, изогнутые в снисходительной улыбке, изящный пропорциональный нос, ярко-рыжие ресницы и брови, длинные волосы, волнами спадающие на широкие мускулистые плечи. Он сидел, расслабленно закинув ногу на ногу, и покачивая правой ступнёй в сапоге из алого бархата. Фиолетовый камзол, белоснежная рубашка и серебристые брюки были точно подогнаны по его сильной, высокой фигуре. Тонкий обруч золотого венца правителя и неприметный серебряный перстень были единственными дополнительными украшениями Владыки.

— Как я вижу, твой щенок тебе дорог, смертный, раз ты не побоялся явиться ко мне, — скучающим тоном, растягивая слова и рассматривая свои холёные руки, произнёс эльф.

— Да, ты прав, Владыка.

— Как ты посмел пересечь границу моих владений, и не только пересечь, но и посягнуть на девственность моего леса? — в голосе правителя появились стальные нотки.

— Мы пересекли её по необходимости — нашему миру грозит опасность, Хаос Мракович на свободе — он захватил власть и его Всадники бесчинствуют в Белом Королевстве. Он не знает тайну печати, и лишь поэтому наш с вами общий дом — этот мир ещё не превратился в филиал Ада. Чтобы вернуть Хаоса Мраковича и его приспешников в Ад, нам нужно воссоздать Печать и закрыть её, это невозможно без вашего волшебного горна. Какую цену вы сочтёте достойной за этот артефакт, Сиятельный Подземный Владыка?

— Что можешь дать мне ты, жалкий доблестный Рыцарь? У тебя ведь нет ничего, кроме этого жалкого мальчишки, двух старых кляч, и ущербной железки, которую ты по незнанию считаешь мечом, — эльф изогнул изящные брови и презрительно усмехнулся.

— Да, я беден. Доспех и меч достались мне в наследство от отца, который погиб раньше, чем я родился. Моего коня его прошлый владелец, когда тот был ещё больным жеребёнком, хотел отправить на бойню. Однако, я знаю то, чего не знаете вы — этот мир полон любви в той же мере, в коей он полон ненависти, но любовь мало кто замечает, потому что любовь не умеет кричать, не порождает насилие и войны. Любовь лишь вдохновляет, окрыляет, дарит веру и надежду, она — как факел, освещает путь.

— Глупый мальчишка, да что ты можешь знать о любви? — прошипел Владыка.

— Признаю, Владыка Альфред, я совсем мало живу, по сравнению с вами, однако, моя мать любила меня, поэтому я знаю, что такое любовь. И я люблю свою дорогую сестру Катарину, и юного племянника — этого несносного, непослушного мальчишку Марселя, который однажды станет лучшим рыцарем Белой Розы.

— Ты мне не нравишься, Рыцарь, но ты пришёлся по сердцу моей милой Эбигейл, — голос Владыки дрогнул, — поэтому, так и быть, я помогу тебе — отдам мой волшебный горн, и даже отпущу твоего мальчишку, однако, ты должен выполнить желание моей дочери. Ты готов?

— Да, Владыка.

— Эбигейл, выйди к нам, дочь моя!

Из-за высокой спинки трона выскользнула хрупкая, маленькая, и невероятно прекрасная девочка, Роланд не дал бы ей и двенадцати лет — копия сурового Владыки. Однако, в отличие от отца, она приветливо улыбалась Рыцарю.

— Рада приветствовать тебя в нашем дворце, Роланд, Рыцарь Белой Розы! — мелодичный голос принцессы очаровал гостя. — Знаешь, у меня есть давняя мечта, и мне кажется, ты сможешь её осуществить.

— Я безмерно счастлив, что удостоен чести познакомиться с вами, миледи, — Роланд склонился в поклоне, насколько это позволил доспех. — О чём вы мечтаете, прекраснейшая из принцесс?

— Я слышала, что в сокровищнице гномов есть одна интересная вещица — диадема, надев которую, можно принять любой облик, и получить знания и силы любого живого существа ровно на один день. Это диадема королевы Лили — прабабушки нынешнего короля гномов. Принеси мне её, и мы обещаем отдать тебе наш волшебный горн. Ты же обещаешь, мой справедливый и честный отец? — принцесса обернулась к Владыке и мило улыбнувшись быстро-быстро похлопала пышными ресницами.

— Да, я обещаю тебе, Рыцарь, что отдам тебе волшебный горн, если ты подаришь моей дочери эту диадему, — сквозь зубы процедил расстроенный Владыка.

— Спасибо, папулик! — воскликнула принцесса Эбигейл, и подпрыгнув от радости так высоко, что Роланд увидел краешек её нижней юбки, взбежала вверх по ступенькам к трону и повисла у отца на шее, а тот аккуратно приобнял дочь.

И Роланд увидел, как спала маска грозного Владыки — Сиятельного Подземного Короля Альфреда, вместо него на троне сидел добрый и мудрый отец, у которого в этом мире нет никого и ничего дороже этой шумной малышки с лицом ангела и характером лисёнка. Было видно, что отец гордится ею безмерно, больше даже, чем собственными военными победами. Роланд подумал, что если бы он был на месте Владыки — он бы тоже не пропускал никого в свои владения, такой прекрасный цветок, как Эбигейл, не должен знать, что мир жесток и опасен — это знание может разрушить его прекрасную красоту.

— Простите, Сиятельный Подземный Владыка, могу ли я забрать своего оруженосца? Его помощь очень нужна мне, чтобы выполнить желание вашей дочери как можно скорее.

— Хорошо, я дозволяю тебе забрать его, — Владыка подхватил дочь на руки и спустился с трона. Он был на голову выше Роланда. — Айзекс!

— Да, мой король? — двери распахнулись и лорд возник на пороге.

— Проводи нашего гостя на выход, и прикажи, чтобы мальчишку тоже вывели — я дал им приказ, и они должны выполнить его в течении трёх дней, иначе они умрут страшной смертью. Извини, Рыцарь, но я не люблю, когда меня обманывают, и потому наложил на тебя и твоего мальчишку печать удава. Если через три дня вы не вернётесь с подарком для моей дорогой Эбигейл, она задушит вас на рассвете четвёртого дня.

— Мы обязательно вернёмся, Владыка, и вы, и ваша прекрасная дочь будете довольны, слово чести, — поклонился Роланд.

— Ступай, мы будем ждать, — Владыка холодно улыбнулся, с насмешкой глядя на Рыцаря, а принцесса помахала ему белоснежным батистовым платком.

— Следуй за мной, — велел Айзекс, и они вновь пошли через множество запутанных коридоров, но вот впереди забрезжил свет, и они вышли из пещеры мимо стражей, и Роланд с облегчением увидел племянника — живого и невредимого.

Мальчишка стоял рядом с конями и тревожно вглядывался в пещеру, и, завидев Роланда, бегом бросился ему навстречу.

— Дядя Роул! — всем своим тощим телом юноша врезался в рыцаря и вцепился мёртвой хваткой. — Ты живой!

— Живой, живой, что со мной будет, — Роланд похлопал парнишку по спине. — У нас с тобой есть ещё одно дельце, давай поторопимся, времени остаётся всё меньше.

— Да, сэр, конечно, сэр!

Они вскочили в сёдла и вновь поскакали в сторону заходящего солнца — там, за горным ущельем, в старых пещерах, укрытых глубокими снегами, правил король гномов Балин.

Роланд и Марсель ехали без остановок весь остаток дня и всю ночь, и на рассвете достигли горного ущелья. Ледяной северный ветер, зловеще завывая, швырял клубы снега им в лица и пробирал до костей, кони нервно прядали ушами.

— С-сэр, в-вы ув-вер-рены, что мы дв-виж-жемся пр-рав-вильно? — клацая зубами, прокричал Марсель.

— Да! — глухо ответил Роланд из-под забрала. — Мы почти на месте, смотри внимательно, нам нужна арка или дверь! Где-то здесь должен быть вход в царство гномов, когда я перебирал манускрипты, то узнал, что именно они выковали из железа Печать для врат Ада, и создали механические замки.

— Как та, сэр? — мальчик указал вверх, где в отвесной скале были выдолблены крутые ступени и два огромных бородатых каменных суровых гнома — один с киркой, другой с кувалдой, в боевых доспехах, они стояли по обе стороны от тёмной, заснеженной арки.

— Молодец, малыш! — Роланд хлопнул парнишку по плечу и, внимательно оглядевшись вокруг, увидел невдалеке подобие пещеры — в скале было выдолблено овальное углубление, достаточно просторное, чтобы там мог переночевать отряд из десяти всадников. Рыцарь махнул рукой, призывая оруженосца следовать за ним. Они спешились, и завели коней в пещерку — она оказалась достаточно просторной, и у дальней стены нашёлся родник.

— Здесь мы и оставим наших коней. Марсель, дай им овса, я думаю, к ночи мы вернёмся, так что насыпь как обычно.

Пока мальчик выполнял указание, Роланд подошёл к роднику и зачерпнув горсть воды вышел на свет. Вода оказалась самой обычной, но прежде чем рискнуть попробовать её, он принюхался, и лишь ничего не учуяв, выпил.

— Вода хорошая. И ведро есть, чудно! — он зачерпнул воды старым ведром, стоявшем в углу пещеры за родником, и поставил перед мордами коней: Извините, друзья, придётся вам как-то договариваться. Кони спокойно напились, периодически отпихивая друг друга и фыркая, и рыцарь снова наполнил ведро на всякий случай.

— Ты не находишь, что здесь необычайно тепло, Марсель?

— Да, дядюшка, вы правы.

— Сейчас перекусим, отдохнём немного, и пойдём наверх, к гномам, нам нужно найти короля Балина и сделать всё, чтобы получить у него диадему королевы Лили.

Наскоро перекусив бутербродами из хлеба и сыра, и утолив жажду водой из родника, Рыцарь и оруженосец поплотнее запахнули свои плащи, натянули капюшоны и, вооружившись найденными факелами и собственным огнивом, стали осторожно подниматься ко входу в пещеру. Ступени были крутые, покрытые наледью и припорошённые снегом, поэтому Роланд обвязал себя и племянника верёвкой и пошёл первым, вонзая меч в каждую следующую ступень, и опираясь на него, чтобы не упасть, медленно они поднялись на небольшую площадку перед входом. Проход был открыт и тёмен, и Роланд, приглядевшись к сумраку, и не заметив ничего подозрительного, шагнул внутрь.

— Малыш, подержи факел, — Роланд протянул мальчику свой факел и достал огниво.

Оруженосец послушно принял его. Из глубины пещеры тянуло сыростью и холодом, их окружала мёртвая тишина.

— Дядя, вам не кажется, что здесь как-то слишком тихо и пусто? — мальчик настороженно вгляделся вперёд. Роланд зажёг оба факела, убрал огниво, и ответил:

— Кажется, хотя есть вероятность, что у гномов стражи стоят дальше — там, где теплее. Пойдём.

Они осторожно двинулись вперёд по тёмному тоннелю, некоторое время было пусто, но вот они вышли на небольшую площадку, и увидели разрушенную дверь, а за ней были груды каменных осколков, покрытые толстым слоем серого пепла, за соседней, уцелевшей дверью их ждала похожая картина — пепел, мёртвая тишина, руины и ни единой живой души. Чем дальше они заходили, тем труднее становилось дышать, пламя факелов подрагивало и то и дело норовило угаснуть из-за сквозняков из боковых тоннелей. Эхо шагов и лязг доспехов Роланда кружили и сбивали с толку — временами путникам казалось, что хозяева всё же встречают их, и они спешили вперёд, но там их ждала лишь пустота.

— Мне страшно, дядя, — прошептал Марсель.

— Прости, что взял тебя, но, как я выяснил, оставлять тебя одного даже ненадолго ещё опаснее, чем брать с собой — ты крайне талантлив в том, чтобы находить приключения, поэтому просто иди за мной след в след, и…

Шаги за спиной внезапно прекратились, раздался стук, Рыцарь резко обернулся, но увидел лишь пустой коридор и потухший факел на каменном полу пещеры.

— Марсель!

Лишь эхо, словно насмехаясь, откликнулось на его зов.

Роланд слышал и чувствовал биение собственного сердца — словно отстукивая набат оно билось о рёбра изнутри, желая выскочить из груди. Он подошёл к факелу и осмотрел внимательно пол, стены и низкий потолок пещеры и заметил тонкие, словно нарисованные, контуры люка на потолке. Рыцарь снова всмотрелся в сумрак тоннеля впереди и позади себя, и не обнаружив никакого движения, снова позвал мальчика, и, о чудо! Марсель ответил ему, голос раздался очень тихо, словно издалека, у него над головой:

— Да, сэр?

— Ты цел?

— Да, дядюшка!

— Куда и как ты провалился, несносный мальчишка? Я же велел тебе идти за мной след в след!

— Я старался сэр, правда, но вы очень широко шагали, простите. Тут как будто гроб, только каменный.

— Как ты туда попал?

— Я не совсем понял, дядя, просто шёл за вами, споткнулся, и меня втянуло сюда неведомой силой.

— Моли всех богов, каких только знаешь, чтобы я смог вытащить тебя оттуда живым, и забыл за это время как наказывать непослушных мальчишек! Обо что тут можно было споткнуться? — Роланд склонился к полу и принялся внимательно осматривать его.

— Мне жаль, сэр, простите.

— Главное сиди спокойно и не шевелись, ты понял?

— Да, только я лежу.

— Значит лежи!

Роланд всматривался в пол, но так ничего и не заметил. Тогда он поднял потухший факел и начал аккуратно обстукивать пол пещеры, и, о чудо, попал по неприметной ямке, раздался стук, потолок над его головой разверзся, и пыльный, в налипшей паутине, но совершенно живой и невредимый, Марсель кулём свалился ему под ноги. Роланд схватил мальчишку за шиворот и поставив на ноги ощутимо встряхнул. Паренёк клацнул зубами и облако пыли поднялось в воздух.

— Помяни мои слова, как только мы спасём мир, я примусь за твоё воспитание! — серые глаза Роланда на миг стали жёлтыми, а зрачки сузились в щёлки, он крепко прижал племянника к себе, и вновь всмотрелся в темноту впереди.

— Хорошо, сэр.

— Идём. Шагай чётко след в след и, ради всех богов, внимательно смотри под ноги.

Рыцарь поднял и зажёг второй факел, и отдал его оруженосцу. Они вновь двинулись в путь, и некоторое время шли молча.

— Сэр, вы тоже это слышите? — испуганно спросил Марсель. Роланд прислушался. Справа от них раздался скрежет и хруст, словно некое громадное существо пережёвывало горную породу мощными челюстями. — Бежим вперёд, быстро!

Он подтолкнул мальчишку и они ринулись по коридору, повороты мелькали тут и там, но у них не было времени на изменение маршрута — серая гигантская тварь появилась в конце коридора и медленно, но неотвратимо приближалась.

Она была мерзкой — склизкое, серое, рыхлое тело, две нелепые маленькие лапы, зловонная пасть, наполненная множеством острых зубов, и огромные, красные, словно горячие угли, глаза. Тварь шипела и скрежетала, а они неслись вперёд изо всех сил, и наконец выскочили в огромный золотой зал.

Роланд быстро сориентировался и, подсадив на постамент стоящего в центре памятника какому-то древнему гномьему королю Марселя, знаком показал ему сидеть тихо, и замер, выхватив из ножен меч.

Тварь вползла в зал, и увидев Роланда, бросилась на него, разинув пасть. Роланд попытался вонзить в неё меч, но верный клинок соскользнул с прочной склизкой шкуры.

Сердце Роланда сжалось от ужаса, неизвестная тварь яростно атаковала его и он успевал лишь защищаться. Он пытался колоть и рубить её, но нежная на первый взгляд шкура оказалась непробиваемой бронёй, и он устало кружил тварь в смертельном танце, судорожно соображая что же делать, мысли, как назло, испарились все до единой, остался лишь страх поражения.

Но внезапно Марсель воскликнул:

— Сэр! Кровь дракона!

Роланд воззвал к дремлющей внутри него силе нового отца, и она внезапно откликнулась. С неожиданной мощью и яростью набросился он на врага, на миг Рыцарю показалось, что внутри него бушует пламя. Внезапно маленький огонёк пробежал по его правой руке и, перепрыгнув на меч, опалил его лезвие — Роланд как раз нанёс очередной удар по шее чудища, и меч срубил её, словно это был кусок масла, а не бронированная шкура монстра.

Голова гигантской твари упала к его ногам, тело ещё пару раз конвульсивно дёрнулось, и замерло. Роланд интуитивно вытянул руку вперёд, и представил, как огонь исходит из неё и поглощает мёртвое тело чудища. И огонь действительно метнулся из его протянутой руки, и через мгновение чудище осыпалось кучкой пепла.

— Ура! Сэр, вы победили его! Вы бы видели, как грозно и воинственно выглядели! У вас не только меч огнём светился, но и глаза стали как у Магистра Ульрика — словно пламя и зрачки вертикальные! — восторженно крича, мальчишка попытался спуститься, чуть не упал, и попросил: Сэр, снимите меня, пожалуйста.

Роланд подошёл, снял и поставил оруженосца на каменный пол.

— Как ты думаешь, эта тварь убила всех гномов?

— Наверное, сэр.

Переглянувшись, они пошли вперёд. Теперь коридор был более широким, но таким же тёмным и запущенным. Свернув за угол, они увидели высокие массивные двери.

— Марсель, подними-ка факел повыше, — Роланд подошел, и осмотрев дверь, толкнул высокие створки. С жутким скрежетом двери распахнулись, и они увидели горы золота и драгоценностей, заполняющие огромный зал.

У дальней стены, на массивном каменном постаменте лежала диадема. Она была сделана из золота, и украшена изумрудами, рубинами и сапфирами. Рыцарь осторожно взял её в руки.

— Это та самая диадема королевы Лили? — с любопытством спросил Марсель.

— Думаю да. Вряд ли бы так стали хранить диадему какой-нибудь принцессы.

Роланд осторожно убрал диадему в сумку, и они выбрались из подземелий тем же путём, что и вошли. Вновь оседлав коней, они устремились в обратный путь.

К полудню второго дня они вернулись в замок Владыки Альфреда. Удивлённый лорд Айзекс проводил их в тронный зал.

— Сиятельный Владыка Альфред! Мы принесли диадему королевы Лили в подарок для вашей прекрасной дочери! Принцесса, — Роланд поклонился.

Марсель подошёл к трону и опустившись на одно колено протянул сверкающую диадему юной эльфийке.

— Я благодарен вам, доблестные рыцари Белой Розы. Вы смогли исполнить желание моей любимой дочери в срок, и я отдаю вам волшебный горн. Дочь моя, передай его этому благородному человеку.

Эльфийка легкой походкой подбежала к Роланду и отдала ему жёлтый древний горн на серебряной цепи.

— Спасибо за вклад в спасение нашего мира, благородный Владыка. Если мы выживем, я обязательно расскажу о вашем благородстве и чести в балладе.

— Спаси мир, Рыцарь, этого будет достаточно, — холодно улыбнулся Владыка.

— Куда теперь, сэр? — уточнил Марсель. Они только что покинули дворец Владыки Альфреда. Шёл уже пятый день.

— За жезлом Озёрного Владыки, малыш, в Озёрный город.

Вновь оседлали герои своих коней, и пустились вскачь.

Кони словно чувствовали, что время мира на исходе. Так быстро они не скакали никогда прежде. Да и после тоже. Словно заколдованные, они неслись со скоростью ураганного ветра. Всадникам приходилось низко пригибаться к их шеям. Возможно, это действовала древняя магия гор и леса. Однако, Рыцарь и оруженосец были благодарны своим друзьям.

В полночь они достигли стен Озёрного города. Белая каменная кладка мерцала в свете полной Луны.

— Марсель, пойди, постучись в ворота, попроси открыть.

Мальчик послушно соскочил с седла. Шаг — в доски у ног вонзилась стрела. Бело-жёлтый оперённый кончик слегка подрагивает.

— Стоять! — рявкнули хриплым голосом сверху.

— Доброй ночи! — крикнул Роланд.

— Кто вы?

— Рыцарь Белой Розы и мой оруженосец!

— Зачем вы здесь?

— У нас есть важные вести для вашего Владыки!

— От кого?

— От Морганы!

— Лесной ведьмы?

— Да!

— Эй, Вернер!

— Да, сэр?

— Живо беги к Владыке! Доложи, что прибыли посланники от Леди Морганы! У них срочное дело!

— Уже бегу, сэр!

Раздался топот лёгких ног, быстро затихающий вдали.

— Открыть ворота!

Роланд и Марсель вошли в крепость. Начальник охраны спустился им навстречу.

— Рад! Очень рад, видеть вас, благородные господа! Я — Гуннар, начальник городской охраны.

— Очень приятно, я — Роланд, а это — Марсель.

Воины дружелюбно и внимательно осмотрели друг друга. Гуннар оказался немолодым, крепким и высоким мужчиной. Лицо его было иссечено множеством старых шрамов. Он был в рыцарском доспехе.

— Следуйте за мной.

Начальник шагал стремительно. Роланд заметил, что он припадает на левую ногу. Город спал. Улицы были пусты. Лишь изредка им попадались посты стражи.

Вскоре они достигли стен замка. Они были серые, поросшие мхом. Очередной пост стражи без вопросов пропустил их.

Когда Гуннар привёл их в тронный зал, Владыка ждал. Он был высок и худ. Чёрные, как смоль, волосы обрамляли худое лицо. Яркие синие глаза словно видели их насквозь.

— Приветствую, господа! Мне доложили, у вас вести от самой Морганы. Это так?

— Доброй ночи, Владыка! Да, вам верно передали.

Роланд и Марсель поклонились.

— Какие именно?

— Печать разрушена. Хаос на свободе. Только с помощью Вашего Жезла можно восстановить Печать.

— И что же? Вы предлагаете отдать вам Жезл даром? Он принадлежит мне по праву.

— Я очень прошу вас. Это вопрос жизни или смерти нашего мира.

— Это не имеет никакого значения.

— Простите?

— Мне плевать на судьбу мира.

Голос Владыки был скучающе-равнодушным.

— Может быть, вы желаете обмена?

— Нет. У меня есть всё. Если это всё, что вы хотели — уходите.

— Благодарю за уделённое время.

Внутри Роланд кипел от ярости. Однако, маска спокойствия на его лице не дрогнула.

Они покинули тронный зал.

— Сэр, что же теперь делать?

— Пока не знаю.

— Рыцарь! — прошептали из-за угла женским голосом.

Роланд и Марсель свернули в тёмный коридор. Там их ждала дама в бархатном синем платье. Лицо её было скрыто чёрной непроницаемой вуалью.

— Вам нужен Жезл Владыки, — жарко прошептала она. — Я знаю, где он находится.

— Кто вы, мадам?

— Я его супруга. Сейчас это не имеет никакого значения. Вы и правда можете забрать этот Жезл? Это действительно нужно для спасения мира?

— Ваш муж отказал нам. Поэтому мы не можем забрать Жезл. Да, без него спасти мир невозможно.

— Я отдам вам этот проклятый Жезл. Из-за него мой бедный муж сходит с ума.

— Жезл проклят?

— Нет-нет! Просто Владыка очень жадный человек. Он помешался на этом Жезле. Эта проклятая палка превращает в золото любой предмет. Стоит лишь прикоснуться к вещи, и она становится золотой.

— Но как мы его заберём?

— Это очень просто, я сама отдам вам его! Супруг хранит его под подушкой, — Королева хихикнула. — Если не стремится к богатству, Жезл не работает. Однако, стоит лишь пожелать разбогатеть — он активируется. Всё, к чему им прикасаются, превращается в золото.

— Спасибо, Ваше Величество. Где нам ожидать вас?

— На площади есть постоялый двор. Остановитесь там. Я пришлю к вам Вернера. Когда после полуночи Владыка уснёт.

— Как мы можем отблагодарить вас, госпожа?

— О, не стоит благодарности! Достаточно того, что мой супруг исцелится.

— Как вам будет угодно. Я обязательно пришлю вам балладу о наших приключениях. Сразу, как только мы спасём мир.

— Это очень мило с вашей стороны, сэр Роланд. Я буду ждать с нетерпением.

Королева улыбнулась и бесшумно удалилась.

Они покинули замок и остановились на постоялом дворе. Они хорошо поужинали и тщательно вымылись горячей водой. Хозяин был любезен, и не взял дополнительной платы. Отдых в мягкой постели, пусть недолгий, оказался кстати. Лишь лишившись чего-то начинаешь это ценить.

Часы на ратуше пробили час ночи. В дверь их комнаты тихо постучали. Любезный хозяин заглянул:

— Сэр, к вам посыльный.

— Впустите, — приказал Роланд.

Вернер вошёл. Когда за хозяином закрылась дверь, он распахнул плащ. Передав Роланду довольно длинный, узкий свёрток, мальчик удалился. Он спешил, и рыцарь не успел поблагодарить его.

Жезл был золотой и украшен драгоценными камнями.

— На рассвете выезжаем, Марсель. Сейчас — спать!

Был тёмный предрассветный час и город крепко спал, когда Роланд и Марсель выехали за стену. Мальчик сонно и хмуро смотрел по сторонам.

— Сегодня нам не помешало бы маленькое чудо, — проворчал Роланд, плотнее запахивая плащ.

Шёл ливень, природа словно оплакивала мир. Внезапно на горизонте показалась маленькая, стремительно приближающаяся, серебристая точка. Приглядевшись, Роланд с удивлением узнал своего приёмного отца. Магистр Ульрик подлетел и, подняв тучу брызг, приземлился на размытую дождём дорогу. Он стал полупрозрачным, очертания его тела расплылись, уменьшились и приняли человеческую форму.

— Здравствуй, Роул! — не обращая внимания на грязь, мужчина прошёл прямо через глубокую лужу к Роланду.

— Здравствуй, отец. Зачем ты здесь?

— Я знаю, что тебе нужна помощь. Времени осталось мало. Сколько артефактов нужно добыть?

— Перстень Белого Короля в руках Хаоса, его невозможно забрать. И я, если честно, совершенно не представляю, как найти и убедить тринадцать самых смелых и сильных воинов, и уговорить королеву Розмари позволить юному Королю нам помочь, да и что он может сделать — беспомощное дитя.

— Нет ничего проще! Сейчас я открою портал к одной священной обители, там живёт мой должник — он был храбрым воином, прежде чем стал наставником ордена Рыцарей Льва. У него множество учеников, и он поможет тебе, в счёт оплаты долга. Следуйте за мной!

Ульрик отвернулся, поднял руки, и создал мерцающее кольцо портала.

— Проезжайте!

Роланд и Марсель быстро промчались сквозь кольцо и оказались в просторном дворе неприступного монастыря, Ульрик вышел вслед за ними и портал схлопнулся, словно мыльный пузырь.

— Приветствую вас, Рыцари Льва! Где ваш начальник, старый кот Луис? У меня к нему срочное дело! Луис! Это я, Ульрик! Немедленно выходи!

Их взяли в кольцо, но вот из дальней арки показался высокий худой мужчина неопределённого возраста в сером монашеском балахоне.

— Кто звал меня и хочет лишиться башки?

— Я тоже рад тебя видеть, Луис! — осклабился Ульрик.

— Ульрик, ты ли это? — монах удивлённо замер.

— Нет, лесная фея! — хмыкнул мужчина. — Неужели ты думал, я забуду про твой должок?

— Да, так я и решил — прошло уже тринадцать лет.

— Извини, но нет. Моему сыну нужна помощь. Наш мир в опасности. Чтобы закрыть Печать, нужны тринадцать смелых львов. Можешь выделить нам столько воинов? Я обещаю, что никого не съем и вскоре верну всех, если всё пройдёт по плану.

— Конечно! Я пойду с вами! Подождите, сейчас я позову парней, — монах подхватил полы своих одежд и убежал в крепость.

— Так просто? — удивился Марсель.

— Да, малыш. Этот старый кот давно пытался вернуть мне должок, но я не знал, что бы такое с него спросить, — усмехнулся Ульрик.

Спустя полчаса был собран отряд из тринадцати смелых и сильных рыцарей, Роланд объяснил им суть миссии, но ни один не отказался. Вооружённые до зубов, они прошли сквозь новый портал, и оказались возле замка Белого Короля.

Рыцари, Марсель и Ульрик остались у входа, а Роланд прошёл во дворец. Королева Розмари внимательно выслушала его, и, не колеблясь, согласилась. Взяв сына, и отдав распоряжения она тайно покинула дворец.

— Отец, нам нужно как можно скорее попасть к Печати.

— К сожалению, я могу открыть портал лишь к границе Адской пустоши — на её территории порталы не работают.

— Хорошо.

Юный Король внезапно расплакался, и мать достала из складок платья серебряное кольцо-погремушку.

— Ваше Величество, вы очень продуманная женщина! Я восхищен вами! — поклонился дракон.

Королева недоумевающе взглянула на него, по инерции тряся погремушкой перед лицом успокоившегося сына.

— Это, — дракон выразительно взглянул на погремушку в руках мальчика, — перстень Белого Короля.

— Но, как?..

— Он заколдован, — улыбнулся дракон.

Они вновь прошли сквозь портал, и Адская пустошь встретила их ледяным холодом. Алая, словно залитая кровью, земля простиралась на многие мили вокруг. Предгрозовое небо низко нависло над головой.

— У кого-нибудь есть длинная верёвка? — уточнил Ульрик.

Луис переглянулся с остальными монахами, и они сняли верёвки, утягивающие их балахоны. Под руководством дракона они связали их в длинную цепь. Ульрик принял драконий облик, и все люди взобрались на его чешуйчатую спину. Дракон закусил середину верёвки, как кони закусывают удила, пассажиры ухватились за концы, и древний ящер плавно взмыл в небеса.

Сначала всё было спокойно. Однако, когда Роланд, сидящий впереди всех, наконец увидел печать, их неожиданно атаковали. Багровые, как сама земля этого места, демоны возникли внезапно. Они кружили вокруг дракона, и пытались скинуть людей с его спины, однако, Роланд и монахи принялись рубить их и молиться — враги с воем вспыхивали и сгорали один за другим.

Приземление было жёстким и пыльным. Печать оказалась огромным металлическим люком, исписанным древними рунами, раньше он закрывал колодец, ведущий в Ад. Сейчас он лежал в стороне, разломанный на три части.

— Ульрик, что нам делать? — растерянно спросил Роланд, когда они все спустились со спины дракона.

— Трижды дунь в горн.

Протяжный, резкий гул раскатами разнёсся над алыми землями. Со всех сторон подул сильный ветер, воздух стал алым от пыли, и внезапно в колодец стало затягивать демонов и самым последним втянуло грязно ругающегося и сыпящего проклятиями, Князя Тьмы — Хаоса Мраковича.

— Быстро соберите осколки воедино, и закройте колодец!

Рыцари общими усилиями собрали люк на колодце. Они дрожали от напряжения, удерживая тяжёлые части. Колодец дрогнул, из него послышался жуткий вой демонов.

— Что дальше? — с надрывом спросил Роланд.

— Нижним краем жезла проведи по стыкам частей, начни от центра и обводи их одну за другой, непрерывно.

Когда Роланд крепко сжал жезл, и начал обводить части, из его ладони хлынула кровь. Тёмная и густая, она горела ярким пламенем.

— Теперь, Ваше Величество, — дракон взглянул на королеву, — ваш сын должен прижать перстень ровно в центр печати, Роланд, подними Короля.

Рыцарь взял испуганного мальчика на руки, и улыбнулся ему. Ребёнок дрожал. Роланд поднял его над крышкой колодца и малыш прижал погремушку к центру печати. Внезапно она начала меняться, и вот, детская рука уже сжимает перстень Белого Короля.

Земля вздрогнула, Роланд прижал мальчика к себе и отскочил назад. Печать ослепительно вспыхнула — столб синего пламени взметнулся в небеса.

Когда свет погас, Королева ахнула:

— Сэр Роланд!

Рыцарь непонимающе покосился на неё. Королева почему-то стала очень маленькой. И все спутники тоже. Он медленно опустил взгляд. Юный король смотрел на него огромными глазами, в которых плескался интерес и страх. Тонкой рукой он поднял погремушку, и ткнул Роланду прямо в морду.

Рыцарь свёл глаза к носу. Точнее, к тому месту где когда-то был нос, и увидел серебряную чешую. Он перевёл взгляд ниже. Юный король уже хохотал, сидя в ковше огромных серебристо-чешуйчатых когтистых лап. Его лап.

Роланд бережно опустил ребёнка на землю, и почувствовал, что у него есть крылья. И хвост. Левый глаз задёргался.

— Дядюшка, ты выглядишь прямо как сэр Ульрик! — восхищённо воскликнул Марсель.

Рыцарь-дракон закатил глаза, и рухнул в спасительный обморок...

Роланд стремительно летел вниз с огромной высоты, со всех сторон его окружали каменные стены. «Неужели меня втянуло в адский колодец?» — подумал Рыцарь, и его охватил леденящий душу ужас.

Внезапно он услышал чарующий женский голос:

— Белый Рыцарь, не знающий страха и упрёка, наконец-то ты пришёл ко мне. Я так давно ждала тебя! Мой спаситель!

— Кто вы, леди? — внезапно полёт прервался, Роланд упал на жёсткие каменные плиты, и из него словно вышибли весь воздух.

— Я — та, кто исполнит твоё заветное желание, Роули. Идём со мной, этот бренный мир никому не нужен — сейчас ты спасёшь его, но через сто или двести лет он погибнет, так зачем жертвовать жизнь дорогого Марселя понапрасну? Он ещё так молод и прекрасен, у него впереди долгая, счастливая, безоблачная жизнь. Идём со мной, я исполню твоё заветное желание, и все остальные мечты тоже, оставь заботу о судьбе мира власть имущим — это их долг — из царящего вокруг мрака к Роланду плавно вышла прекрасная женщина — золотые волосы густой волной спадали до самых пят, большие и яркие синие глаза в обрамлении пышных ресниц с нежностью и восхищением смотрели на него. Она была одета в лёгкое нежно-розовое платье с оборками и рюшами, подчёркивающее её точёную фигуру. Красавица протянула Роланду руку, но он проигнорировал её:

— Как ваше имя? И как связана жизнь моего племянника с судьбой мира?

— Моё имя не имеет значения, прекрасный спаситель, — женщина улыбнулась: Скажи мне своё заветное желание — и я исполню его.

Роланд пристально рассматривал её, ожидая ответа на свой вопрос и недоумевал, почему в кромешной темноте эту леди видно, словно она стоит в лучах солнца ясным днём, но всё остальное вокруг тонет во мраке…

— Может, ты хочешь славы? Богатства? Силы, которая может победить любую армию? Или ты жаждешь обладать самыми прекрасными женщинами?

Рыцарь продолжал хранить молчание, ему начало казаться, что он бредит, но после ощутимого щипка незнакомка никуда не исчезла.

— А хочешь, я сделаю тебя самым великим из ныне живущих Королей и Владык? Ты будешь править всем миром!

— Хочешь вместо свечки — солнце? Хочешь вместо замка — остров? Хочешь я убью врагов всех, и на трон тебя пристрою? — пропел в ответ рыцарь и…. рассмеялся. Громкий, счастливый хохот эхом взлетал ввысь, отражаясь многократно от стен колодца. Он поднялся на ноги, и успокоившись, продолжил:

— У меня есть всё. Мне ничего не нужно от тебя, проклятая Бездна! Сдавайся и беги, или сразись со мной!

— Ты-ы-ы-и! Противный рыцаришка! Да знаешь сколько я вас, таких отвратно-железных поглотила?! — фальцетом взвыла Бездна, облик её стремительно изменился — мгновение, и вот уже перед Роландом стоит безликая дряхлая старуха. Она протянула свои костлявые, желтовато-коричневые пятнистые руки вперёд и двинулась на него, слепо хватая острыми когтями воздух перед собой.

Рыцарь попытался выхватить верный меч из ножен, но клинок словно приржавел к ним. Роланд ускользнул из-под цепких рук, однако старуха оказалась проворной, и схватила его. Костлявые руки сжали Роланда, словно тиски огромного пресса. Бездна медленно сдавливала его и рыцарь почувствовал, как сминается под нечеловечески сильными руками его доспех. Он прекратил дышать и думать от ужаса, сердце замерло, но спустя миг сила взрывной волной огня прошла по его телу от макушки до пальцев, и он увидел вместо рук серебристо-чешуйчатые когтистые лапы. Бездна пыталась вновь обхватить его бронированные стальной шкурой бока, но Роланд не дал ей такой возможности — он дунул на неё что было мочи — старушка вспыхнула и сгорела, словно соломенная кукла на празднике урожая. Дракон тщательно закопал горстку пепла, и выпустив когти пополз вверх по каменной кладке стены колодца.

Путь был ужасно долгим, когда Роланду показалось, что больше никогда он не увидит белого света, он ударился головой о крышку и упал, теряя сознание.

Хлёсткий удар по щеке привёл его в чувство. Роланд резко сел, и огляделся расфокусированным взором.

— Дядюшка, ты жив! — Марсель, белый как снег, стоял рядом на коленях.

— Все целы? — прохрипел Роланд. В горло словно песка насыпали — говорить было тяжело и больно.

— Да, Рыцарь Белой Розы, все мы здесь, и все мы живы, благодаря тебе, — Королева Розмари сидела на песке по другую сторону от него. — И в благодарность за спасение мира я назначаю вас Великим Магистром Ордена Рыцарей Белой Розы, и передаю вам право воссоздать его. Хотя, я думаю, вы уже сделали это, — королева лукаво улыбнулась, и посмотрела за спину Роланда.

— А как же демоны?

— О, мы с ними справились! Не видел, да и не увидит никогда, наш мир такого демона, который перед святым словом и крепкой сталью устоит, в прах не рассыпавшись, — гордо сказал Луис, и монахи поддержали его радостными возгласами. — Конечно, они бились мастерски, но против меча и святого слова не выстояли. Юный Марсель сражался как настоящий лев, но я понимаю, он будет Рыцарем Белой Розы, как и ты, его славный дядя.

Он медленно повернул тяжёлую голову на голос. За спиной Марселя стояли монахи. Многие из них были ранены, но все крепко держались на ногах.

— Спасибо вам, друзья, — медленно сказал Рыцарь. — Ваше Величество, мне кажется, стоит изменить название, ведь без помощи Рыцарей Льва не удалось бы спасти мир. Пусть новый орден именуется Орденом Рыцарей Льва и Белой Розы, если вы не против.

— Вы — наш спаситель, и я одобряю ваше предложение, — улыбнувшись, кивнула Королева.

— Отец, Хаос Мракович снова на свободе?

— Нет, ты победил его. Не знаю, как, но мы все видели, как ты сразил его и он рассыпался пеплом, — Ульрик гордо улыбнулся.

Роланд растерянно обвёл глазами остальных спутников, и они подтверждающе кивнули.

— И что же дальше? — растерянно уточнил Марсель.

— А дальше мы возвращаемся домой, и готовим тебя в Рыцари, малыш, — устало улыбнулся Роланд. — Отец, тебя не затруднит нас перенести?

— Конечно, я вам помогу, — дракон улыбнулся, как сытый кот.

Ульрик открыл портал в Белый Замок, где Королева уговорила их остаться, чтобы отпраздновать спасение мира. Народ ликовал и чествовал победителей, празднуя окончательную победу над силами тьмы. Марсель стал Рыцарем ордена льва и Белой Розы, Розмари лично посвятила его в Рыцари.

Спустя неделю, Роланд, Ульрик и Марсель вернулись домой, и Рыцарь, как обещал, начал писать балладу о пережитых приключениях, — это работа заняла у него всю зиму, и потом, не без помощи Ульрика, он создал машину, копирующую рукописи, и разослал копии текста всем участникам событий и в крупные города Королевства.

Марсель посватался к миледи Альбине, и её отец благословил их брак — кто в своём уме упустит шанс получить в зятья спасителя мира — не только благородного и храброго, но и состоятельного? Свадьба была зимой, и все друзья прибыли в замок Роланда, чтобы поздравить молодых.

Ульрик то жил в замке новообретенного сына, то улетал на пустошь. Иногда Роланд составлял ему компанию. Люди, увидев в небе двух парящих серебряных драконов, говорили, что пока они бороздят небесные просторы, Белое Королевство будет процветать, а драконы почти бессмертны, поэтому мир и порядок воцарились на долгие тысячи лет…

Спустя несколько сотен лет один храбрый рыцарь, правда похитил-спас из отчего дома юную красавицу Аннабель, тринадцатую любимую дочь Роланда и Беаты, но это уже другая история…