ГигаХогвартс (джен)

Гарри, Рон и Гермиона стояли в пустом, гулком Атриуме Министерства Магии. Было три часа ночи, и единственными источниками света служили зачарованные канделябры, отбрасывающие зловещие тени на пол из полированного тёмного дерева.

— Итак, — прошептала Гермиона, нервно сжимая палочку. — Мы здесь, чтобы спасти Сириуса. План простой: попасть в Отдел тайн, найти дверь, которую видел Гарри, и вытащить его крёстного. И, ради Мерлина, давайте не будем привлекать внимание!

Остальные: Джинни, Невилл и Полумна тоже отправились с ними, но теперь, как в лучших ужастиках, две команды решили разделиться.

— Расслабься, Гермиона, — фыркнул Рон, выпятив грудь. — Я тут почти как дома. Отец просто рассказывал мне про секретные проходы. Я знаю знаменитую «короткую дорогу». Она сэкономит нам полчаса.

— Ты уверен, Рон? — с сомнением спросил Гарри.

— Обижаешь, Гарри. За мной!

Рон решительно свернул в неприметный боковой коридор, который, по его словам, вёл прямиком к лифтам. Через десять минут они стояли в тупике, увешанном портретами храпящих бывших министров. Через двадцать — оказались в комнате, забитой стеллажами с пыльными свитками, где табличка гласила: «Отдел забытых и потерянных вещей и людей».

— Рон, — процедила Гермиона, — мы заблудились.

— Я просто проверяю альтернативный маршрут! — огрызнулся Рон.

Они двинулись наугад. Коридоры становились всё уже и темнее. Внезапно они упёрлись в массивную стальную дверь без ручки, на которой висела табличка, нацарапанная от руки: «Сверхсекретный Отдел. О существовании данного отдела не знает даже сам Отдел тайн. Постучать три раза и две четверти».

— Это... шутка? — Гарри уставился на надпись.

— Возможно, это ловушка, — прошептала Гермиона. — Осторожно откроем, но заходить не будем...

Она толкнула дверь, которая, к её удивлению, поддалась. За ней царила кромешная тьма. Внезапно из глубины коридора раздался странный шум — будто кто-то ронял чайные ложки в кастрюлю. Все трое подумали об одном и том же: их настигли Пожиратели смерти...

— Прячемся! — шикнул Гарри.

Они нырнули в темноту за дверью. И тут же вывалились в коридор, который меньше всего походил на Министерство. Обои здесь были ободраны, местами висели клочьями, как шкура линяющей змеи. Пол был покрыт линолеумом, скрипящим при каждом шаге. А сам коридор уходил в бесконечность, теряясь в серой дымке.

— Где мы? — Гарри завертел головой.

— Это... не Министерство, — констатировала Гермиона, бледнея. — Я не узнаю эту планировку. И запах... пахнет старым бетоном и... безысходностью.

— Может, это ещё одно место, о котором не знает даже Отдел тайн? — предположил Рон.

— Не думаю… — покачала головой Гермиона. — Мы перенеслись куда-то. Это портал, ловушка, да что угодно!

— Давайте вернёмся, — сказал Гарри, чувствуя, как паника подступает к горлу.

Он толкнул дверь, из которой они только что вышли. Дверь открылась легко, но за ней теперь была глухая бетонная стена. Гарри постучал по ней кулаком. Звук был глухой. Он попробовал ещё раз — стена не поддалась. А потом дверь вдруг захлопнулась сама собой и исчезла, оставив лишь гладкую бетонную поверхность.

— Отлично, — выдохнул Рон. — Просто отлично. Куда вы меня завели?

Гермиона медленно повернулась к нему. На её лице застыло выражение, которое Гарри видел лишь однажды — когда Рон случайно трансфигурировал её кота в тапок.

— Вот, — произнесла она ледяным тоном, указывая рукой на бесконечный обшарпанный коридор, — вот что бывает, когда слушаешь Рона…

— А я что? Я ничего... Может, всё ещё не так страшно!

Но тут вдали послышалось зловещее шуршание, которое могли издавать только множество тонких, длинных лап...

Из темноты выступили огромные паукообразные твари, закованные в блестящий хитин, и с таким количеством глаз, что даже Арагог удавился бы от зависти. Каждая лапа заканчивалась крюком, жвала щёлкали в ритме, от которого хотелось срочно стать магглом и уехать в Австралию. Один паук посмотрел на Гарри так, будто уже видел его в списке сегодняшнего меню на ужин.

— Нужны любые идеи! И срочно! — воскликнул Гарри. — Мы можем… э-э… заколдовать их?

— Не знаю. Это не обычные акромантулы, а... я даже не знаю, кто это, — прошептала Гермиона. — Но я смутно помню заклинание. Кажется, что-то из «Невыразимо опасных чар»…

— Я нашёл выход! — гордо объявил Рон.

Гарри и Гермиона обернулись. Рон стоял с выражением гения, только что решившего мировую проблему. Затем его глаза закатились, и он рухнул лицом в линолеум.

— Ну что ж, тоже своего рода выход, — мрачно кивнула Гермиона. — Упасть в обморок и оставить решение проблемы на нас...

— Бросим его? — быстро спросил Гарри.

— Нельзя. Миссис Уизли нас убьёт. И потом, он ведь наш друг... Почему-то.

Они достали палочки. Твари приближались, щёлкая жвалами и, как будто, хихикая. Гарри выпалил «Ступефай!» — из палочки вырвался вялый фиолетовый луч и лопнул, не долетев до цели. Гермиона попробовала «Петрификус Тоталус» — заклинание прозвучало значимо, но вот эффект... Один паук лишь вежливо притормозил, будто джентльмен пропускает даму в лифт, а потом тут же снова направился вперёд. Гарри попробовал «Экспеллиармус», но палочка выдала слабый хлопок, и вообще ничего не произошло, разве что пара жвал дёрнулась сильнее обычного.

— Магия тут работает через пень-колоду! — крикнула Гермиона.

— Как и всегда! — отозвался Гарри.

Твари окружили их. Гарри шагнул вперёд и закрыл Гермиону собой, потому что геройствовать он умел лучше, чем планировать. Гермиона схватила его за мантию, Рон храпел и поскуливал в углу, дёргая руками и ногами, а пауки уже тянули к ним крючья. Гарри мысленно извинился перед миссис Уизли, перед Сириусом и перед всеми, кто говорил, что им надо быть острожными...

И тут коридор взорвался светом и звуком. Из дымки выбежали люди в тяжёлой броне и противогазах, похожие на смесь авроров и сантехников из мира постапокалипсиса. Они открыли огонь из автоматов. Пули светились синим магическим светом, оставляли в хитине дымящиеся дыры. Следом люди выставили посохи, и из них ударили молнии, от которых пауки начали лопаться, как уродливые пузыри.

Твари завизжали, заметались и, наконец, разбежались, оставив после себя запах горелого хитина и лёгкое чувство неловкости, ведь Гарри не особо-то сумел себя проявить...

Люди повернулись к Гарри и Гермионе. Один, видимо старший, шагнул вперёд. Его противогаз явно знавал лучшие времена, а броня была исцарапана так, будто её жевали драконы.

— Вы не культисты ли Черномага?

— Нет! — хором сказали Гарри и Гермиона. Рон прямо из сна пробормотал: «Я вообще тут ни при чём».

— Тогда поклянитесь уставом Ордена Партии, — потребовал человек.

Гарри хотел было отказаться, но Гермиона наступила ему на ногу. Он нервно кашлянул и пробормотал:

— Клянусь.

Человек кивнул и снял противогаз. Под ним оказалось усталое лицо со шрамом и седой прядью.

— Люпин?! — выдохнули Гарри и Гермиона.