Как Сириус Блэк мотоцикл чинил (джен)

Мотоцикл не взлетал.

Сириус применил все известные ему чары — а их главный сорвиголова Хогвартса и один из создателей Карты Мародеров знал немало. Но мотоцикл не трогался с места, лишь иногда выплевывая фиолетовые искры.

— Рожденный ползать — летать не может, — прокомментировала Лили Эванс, глядя на тщетные попытки друга.

Ее парень, веселый Джеймс Поттер, сидел прямо на земле в тени раскидистой яблони. Его взгляд периодически затуманивался счастьем и обожанием, стоило Лили просто поправить волосы. Все трое месяц назад выпустились из Хогвартса и теперь начинали устраивать самостоятельную жизнь.

— Ползать? — Сириус оскорбленно нахмурился, поглаживая ручку мотоцикла. — Если бы мой лучший друг не был влюблен в тебя всю жизнь, я бы сказал, кто тут… летать не может!

Против ожидания, Джеймс рассмеялся, привлекая Лили к себе. Уж он-то знал, как Бродяга гордился своим «Триумф Бонневилль». Пожалуй, не меньше, чем сам Джеймс — своей девушкой.

— О, завелся! — по саду старого Блэковского поместья, в прошлом году унаследованного Сириусом от дяди, разнесся шум мотора.

— Поздравляю! — Лили закатила глаза.

Джеймс подозрительно принюхался, глядя на странный дым:

— Ты его чем заправил, испорченным зельем Хвоста?

Сириус отбросил со лба черные волосы. По мнению большинства девчонок, он был неотразим, и Блэк собирался этим активно пользоваться.

— Что бы вы знали, — протянул он, надменно выгибая бровь, — этот раритетный «Бонневилль» потребляет только бензин «4 звезды»! Который, к счастью, легко поддается заклинанию Джеминио.

— Раритетный… — повторил Джеймс, пока Лили хихикала ему в плечо. — Так вот как теперь называется всякое старье.

Сириус вспыхнул, на этот раз по-настоящему:

— А что ж ты мантию-невидимку старьем не называешь, а, Сохатый? Лет-то ей побольше, чем моему «Бонни».

Лили поспешила вмешаться в перепалку:

— Сириус, у тебя там из трубы капает что-то. Это нормально?

Тот тревожно склонился над железным конем. Пользуясь случаем, Джеймс быстро поцеловал Лили.

— Нормально, — Сириус выпрямился и вытер пот со лба, оставляя на лице эффектную черную полосу. — Вы что, думаете, что если моему верному другу — я сейчас не про тебя, Сохатый, — почти столько же лет, сколько и мне, то его пора на свалку? Себя на свалку выкиньте! А этот агрегат не только дороги покорит, но и облака!

— Пока что он покоряет только лужайку, капая на нее мазутом, — заметила Лили, убирая руку Джеймса, поглаживающую ее спину под футболкой. — Тебе дядюшкиного наследства не жалко?

— Восстановлю, — небрежно махнул рукой Бродяга, сидя на мотоцикле и выводя волшебной палочкой сложные узоры. — Чары невидимости — есть. Чары расширения пространства, чтобы девушке было куда сесть, — на месте. Заклятие реактивного огня…

— Что? — хором спросили Джеймс и Лили.

— А что? — удивился Сириус. — Для скорости. Чтобы летать быстрее.

— Неверно мыслишь, — усмехнулся Поттер. — Пространство сильно не расширяй, чтобы девушка прижималась к тебе. И лишняя скорость вам не нужна — не торопясь в обнимку доедете…

Лили возмущенно фыркнула:

— Богатый опыт?

— Как ты могла такое обо мне подумать! — немедленно среагировал Джеймс, уставившись на нее влюбленным взглядом. — Я же теоретически.

— Да взлетай ты, железка чертова! — выкрикнул Сириус, стуча по рулю палочкой.

Мотоцикл не сдвинулся с места.

— Вингардиум Левиоса наложить? — невинно поинтересовалась Лили.

Мотоцикл утробно чихнул, выпустил из выхлопной трубы облако фиолетового дыма и затих.

Джеймс очнулся от любовного транса, поправил очки и заметил:

— Бродяга, по-моему, ты забыл отменить противоугонные чары. Ты же сам их наложил вчера, чтобы садовые гномы не утащили.

Сириус замер. Его палочка зависла в воздухе.

— Я... эм...

— О Мерлин, — Лили закатила глаза, сдерживая смех. — Великие волшебники, гроза Министерства. А туда же, на Волдеморта собрались.

Сириус поспешно буркнул контрзаклятие, взмахнув палочкой так резко, словно от этого зависела его репутация величайшего изобретателя двадцатого века.

Мотоцикл дрогнул. Тяжелый стальной корпус «Триумф Бонневилль» плавно оторвался от земли и завис в воздухе, едва касаясь колесами травы.

— Видали?! — сидевший на сиденье Сириус сиял. Даже по субъективному мнению Лили, он был сейчас весьма хорош собой, и его не портила даже мазутная полоса на щеке. — Кто великий волшебник? Я великий волшебник! Сохатый, запрыгивай, прокачу до стратосферы!

Джеймс, который с загоревшимся взглядом уже подбежал к мотоциклу, внезапно остановился:

— Погоди, Бродяга. Что там насчет чар расширения пространства? Ты мне, конечно, очень дорог, но пойми, мы просто друзья!

— Можешь сесть на выхлопную трубу, — не моргнув глазом, предложил Сириус и повернул ручку газа. Мотоцикл выдал такой мощный рокот, что с яблони посыпались красные плоды.

Лили поймала одно яблоко, с недоверием глядя на парящий в воздухе мотоцикл и на сияющих парней.

— А может, все-таки… — начала она.

— На старт, внимание… от винта! — крикнул Сириус.

С оглушительным ревом мотоцикл резко взмыл ввысь, оставляя за собой шлейф из разноцветных искр. Лили осталась стоять на лужайке, глядя в чернеющую точку в небе. Мальчишки никогда не взрослеют. Даже если на дворе война, а у них в руках — волшебные палочки.

Впереди была жизнь.