Кровавая Лилия (гет)

* * *

— О, не упрямься, Лилс. Тебе это не идёт.

Он так близко, прижимает меня к стене. Многие девушки мечтали о том, чтобы Джеймс Поттер прижал их к стене и поцеловал, грезили об этом. Я же испытывала только отвращение, отвращение и страх. Я не хотела здесь находится, а он продолжал.

— Ну же, я знаю что тебе это нравится, не будь такой упрямой.

Он пытается меня поцеловать, снова. Я отворачиваюсь, противно.

— Ну всё, всё, я понял что у тебя есть характер, можешь перестать изображать из себя недотрогу.

Джеймс смеётся, думает это шутка, думает, что мне это нравится, что я притворяюсь, чтобы привлечь его внимание, но это не так. Мерзко, как же мерзко.

— Отпусти…

Тихо, слишком тихо, это слабость, но сил на большее уже нет, я устала сопротивляться, всё равно это меня не спасёт.

— Всё ещё упираешься? Хорошо, но если я предложу тебе… скажем, если ты согласишься со мной встречаться, то я и мои друзья больше не будем шутить с Нюнчиком, что скажешь?

Они не будут издеваться над Севом, если я стану девушкой Поттера? Да, это хорошая сделка, но… но что будет со мной? Сев не одобрит этого, он не примет моего решения, будет сопротивляться и сам нарвётся на неприятности. Он слишком горды и когда нибудь эта гордость его погубит… Нет, я должна сопротивляться, Сев точно придёт мстить за меня и пострадает сам, а этого не должно произойти!

— Отпусти!

В этот раз крик выходит громким, я отталкиваю Джеймса, а он, видимо не ожидавший от меня такого отпора, выпускает меня из кольца своих рук. Это был мой шанс, и я воспользовалась им. В тот день я никому ничего не рассказала.

* * *

Сев, мой Северус… он назвал меня паршивой грязнокровкой. Он обещал что не будет судить людей по их крови, обещал что никогда, никогда не скажет мне обидных слов, он обещал. Я знаю, он не со зла, он просто очень гордый, ему было стыдно, что его защищает девчонка, но мне всё равно больно. Мародёры, из за них Сев страдает. Но что я могу сделать? Ниче… Нет! Кое что я всё таки могу сделать… Северус, ты сильно отдалился от меня, наверное теперь тебе важнее общество других слизеринцев. Наверное наша детская дружба уже в прошлом, но я приму любое твоё решение, главное чтобы ты был счастлив, а я сделаю для этого всё возможное, потому что люблю тебя, мой Сев.

* * *

— Теперь ты не просто должна стать моей девушкой, тебе придётся порвать с Нюниусом все связи, вы больше не должны общаться, никак. Если я узнаю, что вы пересекались, хоть как то, это через кого то, то мы станем шутить с Нюнчиком ещё чаще, а ты ведь этого не хочешь, так ведь? Для всех мы должны быть счастливой парой, ты поняла меня, Лилс?

— Да, я поняла.

Такой же омерзительный, с этой довольной ухмылкой победителя он выглядит отвратительно, но ради Сева я потерплю.

* * *

Северус упал на колени. Он извинялся, просил прощения. Я прогнала его. Если бы он знал, знал что я не злюсь, что мне больно видеть его таким, но я не могу сказать ему об этом, если я это сделаю, то Мародёры могут навредить ему, я знаю на что они способны, особенно Сириус. Питер лишь крыса, он поддерживает сильнейших, но при малейшей опасности предаст. Люпин тихушник, я мало знаю про него, но иногда такие люди бывают опасней всех остальных. Самые отбитые это Джеймс и Сириус, но если Поттер ещё как то понимает последствия своих действий, то Сириус творит вообще всё, что ему вздумается. Это я уже прочувствовала на свей шкуре, в прямом смысле этого слова. Когда Джеймс узнал что я виделась с Севом… Я смогла объяснить Поттеру что Северус сам пришёл, что я порвала с ним, но синяки… хорошо что Джеймс бил так, чтобы последствия можно было скрыть под одеждой, а иначе мне было бы не избежать вопросов.

* * *

Счастливые молодожёны улыбались мне с фотографии, как будто смеясь над моей болью. Смешно, ещё несколько часов назад мы с Джеймсом выглядели прямо как настоящая, счастливая пара супргуов, а сейчас… Я сижу одна в ванной, платье порвано, помада размазана, макияж потёк от слёз. Пьяный Поттер завалился спать.

Я думала что после Хогварца смогу посторожить успешную карьеру, всё же отличница, староста, пример для подражания. Как бы не так. Без связей в волшебном мире ты никто и звать тебя никак. Кому я нужна в этом мире? Только Джеймсу, всем остальным на меня плевать. Только Джеймс стал бы защищать свой трофей, полученный с таким трудом. Без Поттера меня бы убили Пожиратели смерти, поэтому мой выбор был не велик. Как же я потом пожалела, что выбрала жизнь с Джеймсом, а не смерть…

* * *

У нас родился сын. Я любила его больше жизни, для меня он никогда не был сыном Джеймса, нет. Гарри был моим и только моим ребёнком. Поттер старший всё время пропадал на работе, почти не видясь с сыном, но я считала что это и к лучшему. Джеймс не стал бы хорошим отцом, отец должен любить своего ребёнка, а он облить никогда не умел.

* * *

Пророчество, грёбаное пророчество. Нет, я не позволю причинить боль моему сыну, ни за что. Когда то я осуждала Северуса за то что он хотел изучать тёмные искусства, я боялась за него, сейчас же… сейчас мне стало плевать на последствия, последствия для себя. Я не верю Питеру, я сама спасу Гарри, я сделаю всё что угодно, чтобы защитить своего сына. Я не могу потерять единственного человека который любит меня, в своей жизни я любила лишь своих родителей, свою единственную любовь и своего сына. Мои родители мертвы, Северусу на меня плевать, он скорее всего про меня уже и забыл, остаётся только Гарри, только мой милый сыночек, который любит свою маму, а мама любит его.

Я рисую пентаграмму своей кровью вокруг кроватки Гарри, кровь с руки капает на пол, я привыкла к боли, лишнюю кровь вытру, пентаграмму потом закрою ковром, а раны очень легко заживить с помощью магии, уж я то знаю, но пока Джеймса нет, надо провести ритуал.

Читаю заклинание на латыни из книги, украденной из библиотеки Блеков во время нашего визита к Сириусу, потом я конечно сожгу эту книгу. Ритуальным кинжалом вырезаю на лбу Гарри руну сол, внешне она похожа на молнию, но её действие должно помочь мне достичь успеха в ритуале. Потом я скажу Джеймсу что малыш упал и поранился да, скорее всего после этого у меня вновь будут болеть только сросшиеся рёбра, но оно того стоит. Малышу не больно, я обезболила лобик, но шрам останется, он будет защищать моего мальчика всю жизнь. Взамен я должна принести в жертву человеческую жизнь, жизнь матери, свою жизнь.

* * *

Тридцать первого октября, Тёмный Лорд вошёл в пентаграмму, скрытую под ковром.

— Нет, только не Гарри, пожалуйста, только не Гарри, я сделаю всё, что угодно!

Слова, кажется, что эти слова просто последний крик отчаявшейся матери, пытающийся защитить своего ребёнка, но это не так. В этих словах скрыто то, что запустит ритуал. Тёмный ритуал и Тёмный Лорд станет тем, кто его проведёт. Все в круге, жертва, ребёнок и маг, что ритуал проводит. После этого ритуала у ребёнка появится некоторая связь с магом, проводящим ритуал, но это не страшно, это лишь небольшой побочный эффект, главное что после ритуала никто и никогда не сможет убить моё дитя, Гарри будет в безопасности, пусть даже моя жизнь станет этому ценой.

— Авада Кедавра! Разве можно поверить в то, что Лили, та самая Лили, которая любила своего сына так, что даже после смерти, защищала его, могла просто так бросить своего лучшего друга, после того как тот назвал её грязнокровкой? Я не верю в это, поэтому расскажу вам другую историю, историю, в которой Лили отнюдь не стала счастлива, нет, эта история будет о боли.

* * *

— О, не упрямься, Лилс. Тебе это не идёт.

Он так близко, прижимает меня к стене. Многие девушки мечтали о том, чтобы Джеймс Поттер прижал их к стене и поцеловал, грезили об этом. Я же испытывала только отвращение, отвращение и страх. Я не хотела здесь находится, а он продолжал.

— Ну же, я знаю что тебе это нравится, не будь такой упрямой.

Он пытается меня поцеловать, снова. Я отворачиваюсь, противно.

— Ну всё, всё, я понял что у тебя есть характер, можешь перестать изображать из себя недотрогу.

Джеймс смеётся, думает это шутка, думает, что мне это нравится, что я притворяюсь, чтобы привлечь его внимание, но это не так. Мерзко, как же мерзко.

— Отпусти…

Тихо, слишком тихо, это слабость, но сил на большее уже нет, я устала сопротивляться, всё равно это меня не спасёт.

— Всё ещё упираешься? Хорошо, но если я предложу тебе… скажем, если ты согласишься со мной встречаться, то я и мои друзья больше не будем шутить с Нюнчиком, что скажешь?

Они не будут издеваться над Севом, если я стану девушкой Поттера? Да, это хорошая сделка, но… но что будет со мной? Сев не одобрит этого, он не примет моего решения, будет сопротивляться и сам нарвётся на неприятности. Он слишком горды и когда нибудь эта гордость его погубит… Нет, я должна сопротивляться, Сев точно придёт мстить за меня и пострадает сам, а этого не должно произойти!

— Отпусти!

В этот раз крик выходит громким, я отталкиваю Джеймса, а он, видимо не ожидавший от меня такого отпора, выпускает меня из кольца своих рук. Это был мой шанс, и я воспользовалась им. В тот день я никому ничего не рассказала.

* * *

Сев, мой Северус… он назвал меня паршивой грязнокровкой. Он обещал что не будет судить людей по их крови, обещал что никогда, никогда не скажет мне обидных слов, он обещал. Я знаю, он не со зла, он просто очень гордый, ему было стыдно, что его защищает девчонка, но мне всё равно больно. Мародёры, из за них Сев страдает. Но что я могу сделать? Ниче… Нет! Кое что я всё таки могу сделать… Северус, ты сильно отдалился от меня, наверное теперь тебе важнее общество других слизеринцев. Наверное наша детская дружба уже в прошлом, но я приму любое твоё решение, главное чтобы ты был счастлив, а я сделаю для этого всё возможное, потому что люблю тебя, мой Сев.

* * *

— Теперь ты не просто должна стать моей девушкой, тебе придётся порвать с Нюниусом все связи, вы больше не должны общаться, никак. Если я узнаю, что вы пересекались, хоть как то, это через кого то, то мы станем шутить с Нюнчиком ещё чаще, а ты ведь этого не хочешь, так ведь? Для всех мы должны быть счастливой парой, ты поняла меня, Лилс?

— Да, я поняла.

Такой же омерзительный, с этой довольной ухмылкой победителя он выглядит отвратительно, но ради Сева я потерплю.

* * *

Северус упал на колени. Он извинялся, просил прощения. Я прогнала его. Если бы он знал, знал что я не злюсь, что мне больно видеть его таким, но я не могу сказать ему об этом, если я это сделаю, то Мародёры могут навредить ему, я знаю на что они способны, особенно Сириус. Питер лишь крыса, он поддерживает сильнейших, но при малейшей опасности предаст. Люпин тихушник, я мало знаю про него, но иногда такие люди бывают опасней всех остальных. Самые отбитые это Джеймс и Сириус, но если Поттер ещё как то понимает последствия своих действий, то Сириус творит вообще всё, что ему вздумается. Это я уже прочувствовала на свей шкуре, в прямом смысле этого слова. Когда Джеймс узнал что я виделась с Севом… Я смогла объяснить Поттеру что Северус сам пришёл, что я порвала с ним, но синяки… хорошо что Джеймс бил так, чтобы последствия можно было скрыть под одеждой, а иначе мне было бы не избежать вопросов.

* * *

Счастливые молодожёны улыбались мне с фотографии, как будто смеясь над моей болью. Смешно, ещё несколько часов назад мы с Джеймсом выглядели прямо как настоящая, счастливая пара супргуов, а сейчас… Я сижу одна в ванной, платье порвано, помада размазана, макияж потёк от слёз. Пьяный Поттер завалился спать.

Я думала что после Хогварца смогу посторожить успешную карьеру, всё же отличница, староста, пример для подражания. Как бы не так. Без связей в волшебном мире ты никто и звать тебя никак. Кому я нужна в этом мире? Только Джеймсу, всем остальным на меня плевать. Только Джеймс стал бы защищать свой трофей, полученный с таким трудом. Без Поттера меня бы убили Пожиратели смерти, поэтому мой выбор был не велик. Как же я потом пожалела, что выбрала жизнь с Джеймсом, а не смерть…

* * *

У нас родился сын. Я любила его больше жизни, для меня он никогда не был сыном Джеймса, нет. Гарри был моим и только моим ребёнком. Поттер старший всё время пропадал на работе, почти не видясь с сыном, но я считала что это и к лучшему. Джеймс не стал бы хорошим отцом, отец должен любить своего ребёнка, а он облить никогда не умел.

* * *

Пророчество, грёбаное пророчество. Нет, я не позволю причинить боль моему сыну, ни за что. Когда то я осуждала Северуса за то что он хотел изучать тёмные искусства, я боялась за него, сейчас же… сейчас мне стало плевать на последствия, последствия для себя. Я не верю Питеру, я сама спасу Гарри, я сделаю всё что угодно, чтобы защитить своего сына. Я не могу потерять единственного человека который любит меня, в своей жизни я любила лишь своих родителей, свою единственную любовь и своего сына. Мои родители мертвы, Северусу на меня плевать, он скорее всего про меня уже и забыл, остаётся только Гарри, только мой милый сыночек, который любит свою маму, а мама любит его.

Я рисую пентаграмму своей кровью вокруг кроватки Гарри, кровь с руки капает на пол, я привыкла к боли, лишнюю кровь вытру, пентаграмму потом закрою ковром, а раны очень легко заживить с помощью магии, уж я то знаю, но пока Джеймса нет, надо провести ритуал.

Читаю заклинание на латыни из книги, украденной из библиотеки Блеков во время нашего визита к Сириусу, потом я конечно сожгу эту книгу. Ритуальным кинжалом вырезаю на лбу Гарри руну сол, внешне она похожа на молнию, но её действие должно помочь мне достичь успеха в ритуале. Потом я скажу Джеймсу что малыш упал и поранился да, скорее всего после этого у меня вновь будут болеть только сросшиеся рёбра, но оно того стоит. Малышу не больно, я обезболила лобик, но шрам останется, он будет защищать моего мальчика всю жизнь. Взамен я должна принести в жертву человеческую жизнь, жизнь матери, свою жизнь.

* * *

Тридцать первого октября, Тёмный Лорд вошёл в пентаграмму, скрытую под ковром.

— Нет, только не Гарри, пожалуйста, только не Гарри, я сделаю всё, что угодно!

Слова, кажется, что эти слова просто последний крик отчаявшейся матери, пытающийся защитить своего ребёнка, но это не так. В этих словах скрыто то, что запустит ритуал. Тёмный ритуал и Тёмный Лорд станет тем, кто его проведёт. Все в круге, жертва, ребёнок и маг, что ритуал проводит. После этого ритуала у ребёнка появится некоторая связь с магом, проводящим ритуал, но это не страшно, это лишь небольшой побочный эффект, главное что после ритуала никто и никогда не сможет убить моё дитя, Гарри будет в безопасности, пусть даже моя жизнь станет этому ценой.

— Авада Кедавра!