Древность (гет)

Был жаркий солнечный летний день. По улице небольшого городка прогуливались трое друзей: Янтер, Милания и Лития.

— Стойте, друзья, там какой-то человек, ему явно нужна помощь, — тихо сказала Милания, обращаясь к друзьям. Милания была скромной девушкой, ей недавно исполнилось двадцать пять лет. Она всегда любила помогать слабым и беззащитным людям или животным, к ней часто обращались жители города с просьбой о помощи, и она никогда никому не отказывала. После войны все нуждались в помощи, и она это знала, как никто; из-за войны она потеряла старшего брата и маму, но не отчаивалась и всегда улыбалась.

— Да бездомный какой-то, забудь, Мил. Пошли, вчера был праздник, видимо, похмелье, — ее подруга добротой не отличалась. Она была вредной и завистливой девушкой. Мила этого не замечала, она считала, что у нее самые лучшие друзья.

— Ну и что, даже если так, он все равно нуждается в помощи. Пойдем, хоть посмотрим, может, у него что-то случилось.

— Иди, если хочешь, я не пойду.

Милания пошла в сторону мужчины, которому, по ее мнению, нужна была помощь.

— Молодой человек, — тихо обратилась к мужчине Мила, но не получила никакого ответа. Она осторожно тронула мужчину за плечо и ужаснулась: мужчина сидел в луже крови и находился без сознания. — Янтер, Лития, срочно на помощь! Он без сознания и в крови. Его, скорее всего, избили! — Милания во время войны помогала врачам и могла оказать небольшую медицинскую помощь. Да и в ранах хорошо разбиралась.

— Его нужно куда-то перенести.

— Только очень осторожно, мне кажется, у него сломан позвоночник. Поэтому очень осторожно, не сломайте ему еще что-нибудь, и позовите местного лекаря! — Незнакомца осторожно положили на носилки. — Давайте отнесем его ко мне домой, а потом уже узнаем, кто он. Сейчас главное — спасти его жизнь.

Когда незнакомца отнесли в дом к Милании, она велела сразу положить его на свою кровать. — Его нужно раздеть и осмотреть, у него точно запеклась кровь на правой руке. Но я уверена, это не все раны. Только очень осторожно, мне кажется, что у него сломан позвоночник или он сильно поврежден. Лекаря сюда бегом! Я надеюсь, мы сможем его спасти. Янтер, поторопись! Лития, принеси лед и холодное полотенце, еще бинты. Я перевяжу ему руку и обработаю раны, которые увижу. Остальное оставлю лекарю. — Янтер и Лития сразу же выполнили приказ девушки. Через десять минут в комнате был лекарь.

— Я обработала рану на руке и на животе, еще у него поврежден бок, возможно, сломан позвоночник, но не уверена. Я работала лекарем в королевском госпитале во время войны. Знаю немного из медицины, а сейчас учусь на лекаря.

— Молодец, раны прекрасно обработаны. Сейчас проверю насчет спины. Он без сознания?

— Да, когда мы его нашли, он был без сознания. Вы не знаете, кто он?

— Нет, этого человека я вижу впервые, Милания. Он не житель этой деревни, в этом я уверен. — Врач осмотрел мужчину, сказал, что нужно делать, когда он очнется, и пообещал зайти через три дня проверить самочувствие мужчины.

Милания стала ухаживать за больным, выполняя все указания врача.

— Воды... воды...

— Тише, вот вода, только осторожнее. Как вас зовут, сэр, и кто вы?

— Я не помню ничего, извините.

— Жалко. Но будем надеяться, что вы все быстро вспомните и мы найдем вашу семью. — Мужчина открыл глаза и посмотрел на девушку.

— Вот стакан воды, вы пить хотите? — тихо сказала она, скрывая волнение и смущение. Она не верила в любовь с первого взгляда до сегодняшнего дня. Ей хватило только его взгляда, чтобы понять, что она влюбилась в совершенно незнакомого ей человека.

— Нет, просто смотрю. Мне же можно открывать глаза?

— Да, глаза можно. А шевелиться нельзя. Мы вчера шесть часов боролись за вашу жизнь.

— Хорошо, буду вас слушаться. А вас как зовут? Я же должен помнить имя своей спасительницы.

— Милания, для друзей просто Мила.

— Спасибо, Мила, за доброту.

Прошел ровно месяц с того момента, как Мила нашла раненого мужчину. Он так же жил у нее и ничего не помнил. Местный врач предлагал перевести его в госпиталь, но она отказала, сказав, что ей он не мешает.

— Мила, а почему вы не даете забрать меня в госпиталь? Я же вам точно мешаю.

— Можно на «ты». Вы правда хотите знать почему?

— Да, правда. Мне это интересно.

— Я привыкла помогать людям. Да и мне несложно вам помочь. Мне не хочется, чтобы вас выгнали, как только сможете ходить. — Милания скрыла истинные причины, по которым она была против его ухода.

— А вы не собираетесь меня выгонять? Думаю, ваши родственники будут против.

— Нет, не будут против. Вы можете жить здесь столько, сколько вам понадобится, я не против. Вы мне не мешаете. В этом доме мы жили в детстве, когда была жива мама, а сейчас им пользуюсь только я.

— Благодарю, Милания, но мне неудобно. Я стараюсь вспомнить все как можно быстрее, но ничего не выходит. Я не смогу ответить вам взаимностью, пока не вспомню.

— Я знаю, и я не жду от вас взаимности.

— Спасибо, вы очень добры и милы. Я обязательно отблагодарю вас.

— Мне ничего не нужно от вас. Я попросила Янтера, чтобы он приходил и мазал вашу спину, пока меня не будет. Я забыла сказать, что мне нужно уехать домой.

— Я доставляю неудобства?

— Нет, вы не мешаете и тем более не доставляете неудобств. Он не против вам помочь, и я тоже.

— Спасибо вам и вашему другу за доброту.

— Не стоит благодарности. Я просто люблю помогать людям.

Милания уехала домой на год. За это время мужчина вспомнил всю свою жизнь. Его звали Ойран, он был военным, у него была жена и маленький ребенок, но пока он воевал против королевства Легендариум по приказу короля, она нашла себе другого любимого мужчину, намного богаче Ойрана. Когда он вернулся с войны с тяжелой травмой, она сказала ему, чтобы он убирался вон, а когда он отказался, то ее новый мужчина вместе с друзьями избили его и выкинули куда-то.

— Здравствуйте, как ваши дела?

— Здравствуй, Милания. Я все вспомнил. — Ойран был рад видеть девушку. Сейчас он смог рассмотреть ее внешность — это была невысокая девушка с длинными каштановыми волосами и ярко-голубыми глазами.

— Здорово! Расскажете?

— Если хочешь, могу рассказать.

— Конечно хочу! И помочь хочу.

— Помогать, увы, нечем. Меня зовут Ойран, мне семьдесят пять лет, я военный из Северта. Несколько месяцев назад вернулся домой, узнал, что у меня родился сын, его назвали Акро, а потом узнал, что у жены есть любовник. Он-то меня так и побил с друзьями. Вот, быстро и кратко, но все понятно.

— А родители твои живы или погибли во время войны? — Милании было безумно интересно узнать о нем все; ее симпатия за этот год так и не прошла, хотя она старалась избавиться от этого чувства.

— Живы. Когда смогу нормально ходить, их найду. Они их не тронут, отец — главнокомандующий армиями королевства. Я уверен, что с ними все будет в порядке. — Ойран надеялся, что не ошибся.

— Ты знаешь, где находишься и кто я?

— Где нахожусь — не знаю, а ты — дочь военного маршала, который живет в соседней деревне. Твой друг это рассказал.

— Ты находишься в Легендариуме, в высшем королевстве древности. Догадываюсь, что еще год назад ты воевал с людьми этого королевства.

— Да, тут ты права. Я не понимаю, как я тут оказался.

— Думаю, тебе помогли. Можно же на «ты»?

— Да, конечно. Я обязан тебе жизнью.

— Ну, я сама попросила. Я рада, что ты все вспомнил, Ойран.

— Я тоже, но не очень приятные воспоминания. Вы также будете добры ко мне, несмотря на то что я ваш враг?

— Война закончилась почти год назад, так что врагов у меня нет. Вы просто обычный человек.

— Я мог убить ваших друзей или, еще хуже, родственников. Если они воевали.

— Воевали. На войне я потеряла старшего брата и маму.

— И все равно ты будешь мне помогать?

— Папа и братья учат меня помогать всем, кто нуждается в помощи. Ты в ней явно нуждаешься, поэтому, конечно, я буду помогать.

— Спасибо. У тебя замечательные родственники. Братья?

— Да, у меня их двое: старшие братья Кирион и Лирион. Лирион погиб, а Кирион был тяжело ранен, а его невеста... Я не хочу об... — Милания не смогла договорить, она начала плакать.

— Мила, я не хотел заставлять тебя вспоминать этот кошмар. — Ойран тихонько встал, ему еще было тяжело ходить, подошел к девушке, обнял и сказал: — Не плачь, все будет хорошо. Я буду в это верить и каждый день буду просить Великого Дракона о благополучии твоей семьи.

— Спасибо, но не стоит. — Девушка отстранилась и вытерла слезы. Она не имела права показывать свои слезы окружающим. — Ойран, я приехала сюда на месяц отдохнуть, поэтому давай не будем вспоминать о прошлом и плакать. Я оставлю деньги перед отъездом, тебе же нужно будет питаться, пока меня не будет, и обязательно попрошу кого-нибудь тебе помочь.

— Не стоит, я смогу сам позаботиться о себе. Уже могу спокойно ходить, почти спокойно. А можно задать вопрос?

— Помощь тебе все еще нужна. А насчет вопроса — пожалуйста, любой, какой хочешь. — Милания стояла к нему спиной и смотрела в окно, в раздумьях, кого попросить позаботиться об Ойране.

— Где ты спишь? Я немного исследовал дом. Янтер сказал, что ты будешь не против, так вот, я ни где не обнаружил жилой комнаты.

— В этом доме только одна жилая комната, и ты в ней живешь, — сказала девушка, оборачиваясь к нему и складывая руки на груди. — А я пока ночую на кухне, там можно ночевать, вполне прилично.

— Мне не...

— Нет, ты будешь жить тут, и это не обсуждается. Тебе нужна нормальная и правильная кровать, а там она не такая удобная.

— Я правильно понимаю, что спорить бесполезно?

— Правильно. Что ты хочешь на ужин? Я приготовлю.

— Мне все равно, я не привередлив в еде. Да и если я верно все понял, то ты приехала отдыхать, а не заботиться обо мне.

— Я успею отдохнуть, не переживай. Я ехала не только отдыхать, но и увидеть тебя, помочь и позаботиться.

— Зачем? Я, конечно, предполагаю, но хотел бы получить ответ.

— А что предполагаешь ты?

— Ты влюбилась почему-то в меня.

— Да, ты прав. И что ты скажешь на это?

— Я не готов ни к каким видам отношений, от слова «совсем». Пока не готов. Да и думаю, не имею права встречаться с тобой. Прости за вопрос, но сколько тебе лет? — Милания судорожно вспоминала, сколько ему, а потом соврала и сказала: — Три недели назад исполнилось пятьдесят семь лет. — Ойран недоверчиво посмотрел на нее, но ничего не сказал.