Приручить цундере (гет)

С раннего утра Панталоне как обычно был занят работой. Отчеты, приказы, соглашения, гарантии, служебные записки… Каждую бумагу он дотошно изучал, прежде чем оставить внизу лаконичную скромную подпись и сложить в отдельную папку. По кабинету витали сизые облака: за столетия он не отучил себя от привычки курить во время работы, хоть и заметно снизил количество потребляемого табака. Среди сотрудников банка даже стала ходить шутка, что, если документ пропах горьким дымом, значит, точно побывал в кабинете начальника и не является подделкой.

Панталоне добрался до длинного списка должников. Пробежал глазами, черным подчеркнул несколько фамилий заемщиков, кому следовало разослать письма с предупреждениями, красным — тех, чьи данные следовало передать сборщикам долгов. В последнее время бюджет Снежной испытывал трудности, и церемониться с безответственными клиентами не следовало.

Тишину кабинета нарушали лишь скрип пера да тиканье изысканных настольных часов. Внезапно эту привычную рабочую среду нарушил шум, доносящийся из коридора.

— Госпожа… Стойте, пожалуйста… — Испуганный голос принадлежал кассиру Чертовой.

Гулкий стук каблуков приближался, Панталоне оторвался от бумаг и посмотрел на входную дверь.

— Ну уж нет! Я хочу знать, по какому такому праву… — Дверь распахнулась — на пороге стояла Сандроне. — По какому такому праву мне не выдают заем!

Повисла тишина. Разгневанная предвестница стояла на входе, из коридора в кабинет банкира осторожно заглядывала Чертова.

— Что за новые правила, Панталоне? — Брови посетительницы сурово нахмурились, голубые глаза метали ледяные молнии.

Делец откинулся на спинку кресла и приветливо улыбнулся, взирая на коллегу.

— Госпожа Сандроне… Какая приятная неожиданность.

— Господин… — аккуратно проговорила Чертова, — я знаю, вы велели вас не беспокоить, но госпожа… Она… — Взгляд кассира боязливо метался между предвестниками.

Панталоне никогда не позволял себе повышать голос на сотрудников, тем не менее зачастую по его взгляду было понятно, когда он сердит, за это его и уважали. Прямо сейчас домовиха пыталась узнать настроение начальника.

— Не беспокойтесь, Чертова, — мягко проговорил он. — Я приму столь настойчивую посетительницу. Можете возвращаться к работе.

Кассир облегченно выдохнула и быстро засеменила на рабочее место. Сандроне хлопнула дверью и подошла к столу.

— Что за правила? Я хочу взять кредит и получаю отказ, да еще и на глазах всей очереди. Это возмутительно!

— Почему бы не начать с приветствия, госпожа Гильотен? — Спокойный тон Дельца раздражал все больше и больше.

— Мне не до вежливых слов, Панталоне. Я хочу получить мору.

— Желаете чаю? Я попрошу приготовить. Вы же любите чаепития, — снисходительно добавил он.

— Я уже пила чай, не нужно заговаривать мне зубы. — Сандроне сложила руки на груди, еще пуще насупившись.

— Присаживайтесь, не стойте. — Банкир кивнул на один из бархатных синих диванов.

— Ты вообще меня слышишь? Я пришла за кредитом, а не за пустой болтовней.

Наконец мужчина выпрямился и сложил руки в замок.

— Хорошо. Давайте разберемся, почему вы получили отказ.

Он потянулся к одному из ящиков рабочего стола и достал массивную папку, что-то пролистал.

— Итак. Госпожа Гильотен Мари-Анн… Хм… находится в списке неблагонадежных заемщиков. Кредитный рейтинг сомнительный, в прошлом имелась задолженность.

— Что-о? — Сандроне подбоченилась. — Что еще за вздор? Я всегда вовремя вношу платежи.

— Да нет же… Вот, смотрите-ка: задолженность четырехмесячной давности. — Он подвинул ей лист со списком платежей. Про себя предвестница подивилась, как это он умудряется контролировать чуть ли не каждую банковскую операцию.

Девушка внимательно изучила документ, фыркнула и швырнула на стол.

— Он погашен, и притом с неустойкой!

— Да, погашен, но вы теперь некоторое время будете находиться в черном списке заемщиков с низким уровнем доверия банка.

— У меня такое ощущение, что ты это только что придумал! — Вспылила Марионетка.

— Нет. — Невозмутимо парировал Панталоне. — Последнее время приходится более тщательно подходить к выдаче кредитов.

— Между прочим, эта неуплата появилась из-за того, что меня убил твой дружок, подонок Дотторе!

— Тем не менее ваша смерть носила временный характер, — Делец снова мило улыбнулся, поправляя очки, — следовательно, не является оправдательным фактором. На вашем месте я бы попробовал взять заем через полгода. Если будете исправно вносить платежи по уже существующим кредитам, гарантирую — вам не откажут. — Его, кажется, нисколько не задели слова о старом друге, он пропустил их мимо ушей.

Сандроне закипала все сильнее, пальцы сжались в кулаки.

— Эта твоя улыбочка так бесит!

— Госпожа, мне совсем не по нраву ваш тон, — ответил банкир, его взгляд пробежал по ней от макушки, украшенной фонтейнским чепцом, до бантиков на элегантных туфельках. — Если вы предпочитаете вести диалог в таком ключе, я буду вынужден платить той же монетой.

Сандроне скептически хмыкнула.

— Какой еще тон? Просто сделай то, о чем я прошу, чтобы я скорее убралась отсюда. — Марионетка неожиданно поняла, что мужчина неотрывно глядел на ее бедра.

— Симпатичные кружева. — Делец отодвинулся от стола, закинул ногу на ногу. — Специально подбирала чулки для похода в банк? — Голос стал ниже, улыбка исчезла с лица, выражение приняло неформальный вид. Еще и этот резкий переход на «ты»...

Щеки предвестницы вспыхнули: такого от кажущегося пассивным коллеги она не ожидала. Значит так он теперь заговорил? Руки на автомате потянулись к подолу, поправляя. Она тут же мысленно отругала себя за это дурацкое телодвижение, выдавшее ее смущение с головой. Панталоне довольно наклонился и оценивающе посмотрел на нее из-под очков. Взгляд фиолетовых глаз, обычно уставший и скучающий, приобрел какой-то опасный оттенок.

— Что ж… — Протянул он, явно пытаясь удержаться от смешка, — я оценил твой выбор, Мари-Анн. Кружева действительно тонко выполнены, впрочем, я предпочитаю, когда они скрыты… Это, знаешь ли, пробуждает фантазию.

— Ты… Что ты себе позволяешь? — Голос Марионетки задрожал.

Мужчина потянулся к портсигару, достал сигарету, щелкнул зажигалкой. Пустил тугую струйку дыма в сторону посетительницы. Та недовольно замахала рукой перед носом.

— Перестань… Кх-кх…

— А теперь, когда ты немного остыла, дорогая Сандроне, расскажи, зачем ты пришла на самом деле. — Банкир встал со своего места, обошел стол и сел на край, оказавшись в опасной близости.

— Я же уже сказала, — девушка сделала шаг назад, — я хочу взять кредит…

Банкир закрыл глаза и покачал головой.

— Нет-нет, это я уже слышал. — Он затянулся еще раз и потушил только начатую сигарету в массивной каменной пепельнице. — Хочешь мою версию? — Шагнул в ее сторону. — Последнее время я стал замечать, что ты постоянно мелькаешь в поле моего зрения. Совершенно «случайно» я встречаю тебя то у Катерины, то в ложе театра, то в ресторане, то в поезде… Продолжить? — Панталоне ухмыльнулся. — Случайности бывают, но в данной ситуации они приобрели какую-то странную закономерность. И вот последнюю неделю я нигде не появляюсь, кроме как на работе… И ты «неожиданно» приходишь сюда, якобы за кредитом. — Еще шаг. — Подозрительно, не так ли? Для кого-то такие совпадения остаются незамеченными, но, милая Сандроне, я банкир с многовековым стажем. Я знаю, когда люди пытаются что-то утаить. А ты занимаешься именно этим.

— Что за бред? — Марионетка отступала, стараясь смотреть в глаза Панталоне, но он неотвратимо приближался, и это становилось все более сложно — разница в росте была ощутима. Девушка вздрогнула, когда спина уперлась в высокий стеллаж, она оказалась в ловушке.

Панталоне подступил вплотную, так, что ее нос едва не уперся в его широкую, обтянутую черной водолазкой, грудь. Грудь, на которую она зачастую засматривалась с постыдным интересом.

— Ну… — Промурлыкал банкир, пальцы его слегка коснулись локона русых волос. — Нечего возразить, маленькая нахалка?

— Отойди! — Сандроне сжала кулаки и отчаянно попыталась оттолкнуть Дельца. — Я… Я пожалуюсь Царице! Извращенец! — Вскрикнула девушка и принялась колотить мужчину по груди.

— Даже бьешь не в полную силу, — Предвестник хохотнул и схватил ее за запястья.

Глаза Марионетки заметались в поисках лазейки, она дернулась. Банкир опустил ее руки и без особого труда завел за спину, предотвратив побег.

— Ты похожа на дикого котенка, которого нужно приручить, прежде, чем погладить, — прошептал он, наклонившись ближе. — Не верти так головой, пожалуйста. Актриса из тебя так себе.

Губы предвестника накрыли ее. Сандроне затрепыхалась, словно пойманная автоматоном. Она ощутила вкус горького табака и тонкий запах дорогого парфюма. Панталоне держал ее крепко, предвестница замычала в его рот, все еще судорожно пытаясь вырваться. В конце концов она сдалась и приняла этот страстный жест, впустив настойчивый язык. Предвестник тут же сменил ритм на более нежный, довольно прикрыл глаза и слегка ослабил хватку. Это ей и было нужно: она резко пнула его каблуком по лодыжке и отпихнула. Мужчина зашипел и отступил на шаг.

— Да чтоб ты в Бездну провалился! — Сандроне торопливо кинулась к двери, впрочем, Панталоне не предпринимал попыток ее догнать. Через мгновение он уже смеялся, потирая ушибленное место.

— Ненормальный! — Крикнула предвестница, хлопнув дверью.

Механическое сердце шумно билось в груди, к счастью, в коридоре было пусто, она забежала в туалетную комнату и заперла дверь. В одиночестве она наконец дала себе волю и…

Вовсю заулыбалась своему отражению в зеркале. Боги, что это был за поцелуй?! Она едва не сдалась прямо у него в кабинете. Как же сладко он это делает. Проклятый Делец, он сводил ее с ума последние месяцы, так отчаянно она его хотела. Прямо сейчас Марионетка была готова визжать от восторга. О, как бы ей хотелось продолжить, притянуть его за эту длинную прядь волос и целовать, целовать, целовать… Повиснуть на шее, зарыться носом, обхватить талию ногами… Как же это мило, что он заметил ее чулки, которые она специально заказала из Фонтейна. Скорее бы снова увидеть Панталоне. Уж теперь, когда он сам так явно продемонстрировал симпатию, она не даст ему спуску!

«Остановись, Мари-Анн, настоящие леди так не поступают, нужно еще немного поиграть с этим наглецом!» — Девушка строго посмотрела на себя в зеркало. Обычно бледная фарфоровая кожа на лице теперь покрылась румянцем, волосы слегка растрепались, чепец немного съехал, но в глазах горело счастье. Она принялась приводить себя в порядок. Наконец закрыла глаза, медленно вдохнула и выдохнула. Через минуту из зеркала смотрела привычная Мари-Анн, надменная и острая на язык.

В главном зале банка предвестницу догнала расторопная Чертова.

— Госпожа, что сказал господин Панталоне? Надеюсь, вашу проблему удалось решить?

— Хм… В некотором роде, — бросила Сандроне. — Он сказал прийти на следующей неделе.

Домовиха довольно проводила Марионетку взглядом, в очередной раз отмечая способность главного банкира Снежной найти общий язык с любым, даже самым притязательным, клиентом.