На краю земли (джен)

Полковник пишет несколько строк и комкает в руках лист бумаги. Лист отправляется прямиком в камин. Оскорблённые и униженные, судьбоносные и бесправные. Слова только слова, за которые он готов ответить лишь перед ней одной.

Он дождётся пока огонь закончит свою трапезу, неспеша, будто во сне, подойдёт к окну. Отсюда не видно поместье, небольшой двухэтажный домик прячется где-то там в молочной дымке тумана. У человека есть чувства, самое сложное из них, мешающее жить — гордость. Его отец всегда считал, женщине не положено иметь собственное мнение, её нельзя наделять властью. Не потому ли он вечно боялся волевых и мыслящих, готовых на жертвы. Такой была мать Кристофера. Брэндон плохо помнит её, образ женщины склонившейся над колыбелью, напевающей какую-то древнюю кельтскую песню. Герои — отважные и сильные, всегда побеждают, непременно возвращаясь домой к семье.

* * *

Индия далека от истинных представлений богатых снобов, их мало волнует реальное положение дел, они чаще верят слухам. Восстание сипаев, несколько сотен против вооружённых до зубов англичан. Практика — единственный путь к победе в реальности. Он отказался стрелять в безоружных, вести в атаку людей ради призрачных идеалов Британской Короны. Его личный бой только начинался.

— Они похожи на туземцев, полковник, их просто нужно хорошенько проучить.

Тавингтон как раз из снобов. Полковника мучила мысль, Джейсона самого требовалось поставить на место. Ровня полковнику по званию, Тавингтон оставался умом обычным солдафоном. Его бравады затягивались, в речах сквозил пафос. От чего-то именно такие лицемеры прекрасно приживались в армии Её Величества.

Такой человек вызывал у Кристофера одно раздражение. В какой-то момент чаша терпения оказалась переполнена.

Британцы несли незначительные потери, погибших и раненых со стороны индусов было в разы больше. Кавалерия наступала, пушки пока молчали, боясь задеть в общей сутулоке своих же. Кристофер и Тавингтон командовали драгунами, они как раз пошли в лобовую атаку, буквально зажимая обороняющихся с двух сторон.

Кровавая бойня длилась уже несколько часов, индусы верили, богиня смерти Кали дарует павшим своё милосердие. Англичане уповая на Бога, без зазрения совести стреляли в безоружных, после добивая тех, кто был ещё жив.

Палящее солнце после полудня насаждало свои порядки. Смрад исходящий от мертвых тел создавал ни с чем не сравнимую ауру чистилища, быть может того самого, где по легенде сражались ангелы и демоны.

Ударить рукояткой сабли по голове, тем самым спасти нападающего от смерти. Обходной манёвр почти сработал, не появись рядом Тавингтон:

— Ваше благородство не имеет границ, полковник, — мундир на левом плече Джейсона был разорван, рука в крови. — Но вы забываете одну деталь, — полковник взмахнул саблей, буквально раскроив выжившему бедняге череп. — Они — враги Британии, а значит и наши.

— Я отдаю отчёт своим действиям, но не стоит путать слепую ярость с долгом.

Впереди была деревня. Тавингтон мог не сдержаться, дав выход своим амбициями. Джейсон мечтал о наградах, Кристофера напротив тошнило от такого. Для него в войне было главное по возможности минимизировать потери с обеих сторон.

Джунгли как защита от вторжения чужаков. Вера людей могла стать разве что ментальным щитом, не более. Несколько десятков драгунов последовали за Кристофером. Усмирить тех, кто поддержал восстание — их цель.

— Полковник, смотрите! — один из драгунов указал вперёд.

Приземистые домики с крышами крытыми соломой, рядом брошенные в спешке вещи, телеги, домашняя птица. Извилистая улица пуста, часть жителей вероятно попряталась, пережидая беду, другая возможно вернётся позже, если повезёт. При более внимательном осмотре, взгляд полковника натыкается на пожилого мужчину сидящего возле колодца.

"Парламентёр или безумец," — мгновенно проносится мысль в голове Брэндона.

— Спешиться, — отдаёт полковник приказ.

Приказы не обсуждаются. Люди безоговорочно верят полковнику.

— Кессиди, за мной, остальным оставаться на местах.

Нил на всякий случай вешает на плечо ружьё. Приказа оставить его не было, значит он всё делает правильно.

— Сэр, вдруг это ловушка? — им стоит быть начеку.

— Не думаю, он старейшина, видишь на его груди амулет, это отличительный знак. Значит он хочет просто поговорить, — они отделяются от общей группы.

Картина сражения всё ещё стоит у полковника перед глазами. Крики, стоны, но ни слова мольбы о пощаде. Они пришли поставить на колени эту страну, варвары — возжелавшие чужую землю, алчные, ненасытные. Пролитая кровь только начало, впереди ужасающий своей жестокостью и безумием финал.

— Лучше не проявлять агрессии, так будет лучше для всех, — Кристофер кладёт свой пистолет на землю, зная, на него смотрит старейшина и солдаты. — Нил проделывает то же самое, только с ружьём. — Мы пришли заключить договор, — лицо старика выражает одновременно усталость и величие.

— Вы грабите наши земли, насилуете наших женщин, убиваете мужчин, разве вам можно верить? — он обводит рукой дома. — В чём виноваты дети, старики, женщины, англичанин?

— Клянусь своей жизнью и честью, жителей не тронут, если вы сдадитесь, я лично гарантирую вашу безопасность, — сделка с дьяволом в действии, этим людям никогда не позволят быть равными англичанам, однако он попытается повлиять на результат.

— У тебя есть семья, полковник? Жена, дети? — для чопорных англичан они все на одно лицо: необразованные, дикие.

Рама когда-то работал в семье англичан. Дэшвуды. Они помогли ему освоиться в Англии, выучить язык, хорошо с ним обращались, считали его равным. Те времена безвозвратно ушли. Определённые обязательства вынудили его вернуться обратно на родину, где он был хуже чем раб. Восстание сделало то, о чём мечтали многие — стёрло различия в кастах, превратив индусов в единый народ. Рама чувствовал когда ему лгут, полковник не лгал, он такая же жертва обстоятельств.

— Пока нет, — он обязан успеть до прибытия драгунов во главе с Тавингтоном.

— Дедушка!

Дверь одного из домов приоткрылась, из него выбежала девочка лет шести и бросилась к пожилому мужчине.

Теперь есть за что зацепиться в разговоре. Нил рядом похоже нервничал, но держался молодцом. Мальчишку отправили сюда за долги. Судя по слухам, его отец Майкл Голд, задолжал крупную сумму одному влиятельному человеку. Тот согласился на сделку: сын Голда идёт рекрутом в драгунский полк, мистер Тёрпин оставляет Голда в покое. Кристофер практически был связан с этим делом, пусть и косвенным путём. Судья Тёрпин, был его родным дядей, жестоким и беспринципным, обожающим унижать тех, кто ниже его по происхождению. Зато в картах ему чертовски везло, весь Лондон знал, лучше обходить стороной стол для бриджа, за которым сидит Дьявол Тёрпин.

— Понимаю, мои слова звучат неправдоподобно, — Кристофер сделал шаг вперёд, жестом показывая Нилу и солдатам — всё в порядке. — Не все англичане забыли что значит честь. Твоя внучка должна расти в мире, — слабая надежда, что старейшина ему поверит.

У него нет выхода, все мужчины ушли в джунгли, остальные не смогут долго сопротивляться.

— Война — огонь пожирающий всё на своём пути, независимо от того, кто его зажёг, — Рама обнимает внучку, в чём-то полковник прав.

Пафосные речи не спасут Зиту и его друзей, только решения в которых мудрость, а не глупое неверие.

— Поклянись ещё раз при своих людях, — позор трудно смыть.

— Клянусь своей жизнью и честью, что жителей деревни не тронут, если они сдадутся.

Рама берёт Зиту за руку. Храм бога Кришны, там укрылись все до единого. Единственное святое место, где боги покарают любого, кто попытается вторгнуться в его обитель. Хотя в последнее время, он всё больше и больше думает, вера бесполезна против ружей и пушек.

— Выходите, — на его зов из храма один за другим появляются люди, они недоверчиво смотрят на англичан, опасливо озираются по сторонам. — Нам ничего не грозит.

— Я видела как они казнили моего мужа, — женщина в серо-зелёном сари выходит вперёд. — Им нельзя верить! — боль до сих пор не уходит, она как раскалённая игла, только глубже входит в сердце.

— Полковник Брэндон, — Нил готов к любым неприятностям.

— Женщина всегда права, Кристофер, — драгунский полк во главе с Тавингтоном входит в деревню. — Она дело говорит.

— Полковник Тавингтон, эти люди под моей защитой, — придётся рискнуть. — Вы не имеете полномочий действовать иначе, согласно Конвенции о правах, — Джеймс чрезмерно щепитилен, упоминание законов охладит его пыл.

— Неужели? — Джеймс спешивается.

Драгуны Брэндона не дожидаясь приказа выстраиваются в линию, приграждая путь людям Тавингтона.

— Наказание за неповиновение ожидает каждого, кто посмеет мешать мне, — брюнет надменно окидывает взглядом солдат.

— Это наш выбор, — ружьё, впервые он использует его для защиты того, во что верит, а верит Нил в справедливость.

— Полковник Брэндон, — будь его воля, он не раздумывая сбил бы спесь с этого папенькиного сынка. — Это и ваше последнее слово?

— Несомненно, полковник Тавингтон.

Конфликт только разрастётся, когда они вернутся в Лондон. Значит так тому и быть.

— Уходим, — ничего, скоро будет и на его улице праздник.

Полк будто ничего не произошло, разворачивается и покидает деревню.

* * *

Кристофер помнит то утро, когда они вернулись в деревню Рамы, чтобы удостовериться — всё в порядке. Первым неладное заметил Кессиди:

— Полковник, там что-то горит, — и правда над джунглями поднимался столб чёрного дыма.

Они спешили как могли. Деревня была разорена, а жители... Их сожгли заживо в храме Кришны. Строение полыхало, языки пламени казалось поднимались высоко к небу. Пахло гарью и приторно-сладкий аромат разливался в воздухе. Надежда, что кто-то смог сбежать таяла с каждой минутой. Драгуны обыскали все дома, бесполезно, внутри никого не было.

— Тавингтон, — Брэндон стиснул зубы. — Он заплатит за ваши смерти, — любые клятвы были бесполезны.

Потом были массовые расстрелы сипаев. Британской короне показалось мало запугиваний и постоянных чисток среди населения. Они захотели раз и навсегда сделать себя полноправными хозяевами Индии. Как Кристофер и предполагал, Тавингтона оправдали. Как доказательство полковником были представлен лидер так называемых Борцов за свободу и десять его сторонников. Генерал Рэддл принял оправдания убийцы не моргнув глазом. В этот момент Брэндом понял — Британия готова прикрываться любыми лозунгами, при этом на деле являясь банальными убийцами.

Неделю назад он видел Тавингтона в доме Дэшвуд, тот был вероятно приглашён матерью сестёр, как выгодная партия для одной из старших дочерей. Полковник открыто флиртовал с Марианной, делая вид, что увлечён девушкой. Сам Кристофер приехал к Элинор. Дэшвудам не стоит связываться с убийцей, он должен всё рассказать Элинор.