Излом (гет)

Ведьма обещала ему славу, богатство, власть. На нём кандалы, лохмотья едва прикрывают тело, от голода ноги не держат, раны совсем не заживают. Пленник, каторжанин, безродный смерд. Ноттингем тешит себя мечтой о побеге. Отомстить Локсли, найти Мэрион, вырвать у обоих их лживые языки и чёрные сердца.

Ночь пролетает быстро, ни свет ни заря их поднимают ради одной цели. Шериф слышал, к ним пожаловала сама Королева. Раньше Её Величество присылала помощников, сегодня особенный день. Мужчины выстроились в шеренгу, стараются выглядеть как можно лучше. Ноттингем не спешит радоваться, он сам приезжал с такими визитами в каменоломни, выбирал жертву. Дальнейшая судьба "избранных" была незавидной. Идиоты, им лучше спрятаться и не высовываться.

— Её Светлость подарит нескольким из вас свободу, — герцог пригубив вина из кубка, продолжает: — Не советую делать глупости.

Из ста остаётся сорок, отсеиваются старые и раненые. Ноттингема почему-то оставляют, видимо считая здоровым. Герцог не спеша обходит мужчин. Королева будет довольна, его наградят. Ратибор возлагает надежды на шерифа. Его кандидатура лучшая. Сотня плетей, неделя в клетке, англичанин ещё жив. Глаза горят ненавистью, дух не сломлен, сила не покинула его тело.

Десять. Герцогу стоит подумать, на что пойдёт награда. Ратибор отходит в сторону, Её Величество определит дальнейшую судьбу счастливчиков. Напрасно мускулистый здоровяк красуется перед женщиной. Один её взгляд, мужчина словно задыхаясь, хватается за горло, падает на землю, его тело сотрясают конвульсии. Через некоторое время пленник умирает. Люди герцога уносят тело. Теперь никто не делает лишних движений, страх поселился среди каторжников. Изящный пальчик указывает на троих, мужчин выводят из строя. Женщина не раздумывая выбирает последнего. Ноттингем. Ратибор не сомневался, бывший шериф войдёт в четвёрку.

За проявленные старания Ратибору жалуют кошель золота. Герцог ничем не лучше своих каторжников, ему не по себе от присутствия Коры в его палатке. Лето на дворе, мужчине холодно, он кутается в меховой плащ, дышит на озябшие ладони. Королева сидит напротив Ратибора в специально принесённом для неё кресле. Герцог как вся знать не прочь посмаковать слухи. Говорят, жена короля Генри владеет магией. Сегодня он сам убедился в правдивости этих слов. Ещё говорят, король и королева не могут зачать наследника. Значит будет борьба за трон.

— Я довольна тобой, Ратибор, — герцог касается губами её руки. — Надеюсь ты и дальше будешь служить мне верой и правдой.

* * *

Странно это всё. Пленников привозят в крепость, там под наблюдением солдат, прислуга моет их, выдаёт новую чистую одежду, кормит. Шериф чувствует в этом какой-то подвох. Королева расщедрилась ради определённой цели. Они отсыпаются два дня, англичанин пользуясь таким даром, прокручивается в голове события последних нескольких суток.

На свете ничего не бывает просто так. Четвёрку будят на рассвете, сажают в крытую повозку. Сквозь плохо подогнанные доски, Ноттингем видит дорогу в лес. Зачем такие хлопоты для смертников?

Судя по всему за повозкой следуют солдаты, ещё шериф слышит собачий лай. Они углубляются в лес, повозка останавливается. Под прицелом арбалетов всех четверых выводят в лес, снимают кандалы.

— Один шанс из тысячи, — Бёрнсон бросает пленникам четыре ножа. — Бегите, пусть выживет сильнейший.

Молодой парень лет тридцати, сразу хватает с земли нож. Не раздумывая убегает прочь в чащу леса. Остальные не такие смелые, всё же выполняют приказ. Шериф последний. Замысел королевы прост — охота. Они в качестве добычи. Добротные сапоги, холщовые брюки и рубашка с курткой вся их одежда. Нож — единственное средство защиты. Ноттингема отчасти восхищает план королевы. Хорошо, он сыграет в эту игру.

Шериф бежит что есть мочи, стараясь избрать отличный от своих собратьев по несчастью маршрут. Боль в левом подреберье нарастает, открылась старая рана. Он успеет передохнуть, осмотреть повреждения. Люди Ратибора постарались, подарив ему колотую рану в области предплечья, к тому же "расписали" всю спину плетью. У герцога довольно безмозглые, однако слишком жестокие солдаты.

* * *

Один раз они явились туда, где держат пленников, выволокли его на двор, окружили. Англичанин ждал участи. Каково же было его удивление, когда к нему бросили девушку. Совсем молодая, она испуганно сжалась в комок, прикрываясь тряпицей, заменявшей ей одежду.

— Возьми её, посмотрим что у тебя получится, — шериф не двинулся с места. — Хочешь по плохому? — один из солдат нацелил арбалет на девушку. — Действуй.

— Прошу вас, господин... — её заплаканное лицо выражало смирение и надежду.

— Не могу... — Ноттингем сглотнул, она совсем ребёнок, гораздо младше него. — Я не животное.

Когда-то ему не мешали крики, плач, нежелание девушек и женщин вступать в сексуальную связь. Он брал их силой, ему нравилась их беззащитность. Шериф получал удовольствие. Что сейчас изменилось? Кто-то ударил его в спину.

— Эй, Айнан, не порти товар. Герцог легко заменит его тобой.

— Ему нужно помочь, — Айнан схватил девушку за руку, распоров ножом лоскуты платья, полностью оголил её грудь. — Нравится? — солдат толкнул девушку к шерифу.

— Господин... — девушка прижалась к Ноттингему. — Сделайте то что они требуют... Я покажу как... — она положила его ладони себе на грудь. — Лучше вы, чем они... — её насиловали несколько раз, сейчас есть шанс, будет не так больно, как раньше.

— Просто расслабься, — солдаты ждали.

— Вы не причините мне вреда, уверена, вы хороший человек...

Девушка раздвинула ноги, чувствуя как Ноттингем вошёл в неё, тихо застонала. Мужчина начал медленно двигаться, давая ей привыкнуть к тяжести своего тела. Рыжий цвет волос, веснушки на плечах, бледно-молочная кожа. Ноттингем целовал её губы, подбородок, шею, спускаясь к груди и снова возвращаясь назад. Её тело дрожало как от холода, шериф старался согреть девушку своим теплом.

— Люби меня... — сорвалось с её губ, когда англичанин в очередной раз вошёл в неё.

Шериф не знал, сколько прошло времени, все чувства и эмоции Ноттингема переплелись с её чувствами. Они стали как единое целое.

— Хватит, — Скарлетт накинул на обнажённую пару одеяло. — Закройте обоих в карцер, завтра утром разберёмся, что делать дальше.

— Слушаюсь лейтенант, — Айнан грубо потянул девушку к себе, чуть не получив удар в лицо от Ноттингема. — Ты отродье свиньи, — охранник замахнулся на шерифа.

— Не трогать их. Товар должен быть целым.

Шерифа и девушку закрыли в карцере. Каменный мешок с единственными тремя окнами на самом верху, чтобы пленники не задохнулись. Шериф накрыл девушку одеялом:

— Как тебя зовут?

— Зелина... господин... — близость с ним была лучшей в её жизни.

— Я не господин, Зелина, — шериф всё ещё был возбуждён. — Я твой друг... — мужчина не сдержался, припав губами к её шее.

— Друзья так не целуют, господин... — её ладонь легла поверх его. — У нас не будет завтра... — она слышала, в каменоломнях недавно умерли десять человек. — Господин, обещайте мне, что будете себя беречь... — Зелина положила его руку себе на живот. — А я буду носить в своём чреве вашего ребёнка...

— Обещаю, Зелина, — похоже в этом мире хозяин положения именно тот, кто отточил умение быть жестоким и хитрым. — Отдыхай пока есть время, — очередной поцелуй даётся чуть проще, ведь раньше он исключительно обладал, мало задумываясь над тем, что чувствуют женщины.

— У нас его осталось очень мало... — Зелина закрывает глаза.

Пока он рядом, солдаты королевы не причинят ей никакого вреда. Жаль они не встретились раньше. Женщина засыпает, на миг все тревоги и беды уходят, создавая иллюзию такой долгожданной свободы.