Осколки (джен)

КИТТ боялся летать еще до того, как познакомился со своей родственной душой — Майклом Найтом. Однажды этот страх превратился в настоящий ужас, когда Майкл заставил его выехать прямо из грузового отсека транспортного самолета и воспользоваться парашютами. Тогда им нужно было добраться до базы, где находился особый ключ, необходимый для предотвращения запуска устройства Судного дня.

Теперь же КИТТу предстояло сделать выбор, который поначалу казался ему невозможным. Чтобы спасти Майкла, тяжело раненного в результате нелепого несчастного случая, ему нужно было либо на полной скорости помчаться по гравийной дороге, спускавшейся с высокого утеса, либо воспользоваться турбоускорением, либо раскрыть парашют, спрятанный в его крыше с двумя съемными панелями.

Все началось на их любимой смотровой площадке, куда они приехали полюбоваться закатом. Майкл лежал на капоте КИТТа, когда неподалеку появились два вертолета, один из которых преследовал другой. Неожиданно у преследователя оторвалась лопасть несущего винта. Ударившись о скалу, она разлетелась на множество острых обломков, и несколько из них вонзились Майклу в грудь.

У Майкла хватило времени лишь на то, чтобы отреагировать на случившееся и забраться в салон КИТТа, прежде чем он потерял сознание. Компьютер немедленно принял решение.

От количества крови, вытекавшей из ран Майкла, его альфа-контур едва не оказался перегружен. КИТТ запустил двигатель, рванул с края утеса, раскрыл съемные панели крыши и выпустил парашют.

— Держись, Майкл. Я отвезу тебя в ближайшее медицинское учреждение, — настойчиво произнес он.

Вопреки всему, пока автомобиль спускался к земле, КИТТ не позволил панике овладеть своим центральным процессором. Он был полностью сосредоточен на спасении друга.

Приземлившись настолько мягко, насколько это было возможно, КИТТ немедленно втянул парашют обратно в крышу, активировал систему пассивной безопасности и включил режим суперпреследования.

Автомобиль искусно лавировал между машинами, развивая скорость свыше трехсот миль в час. КИТТ непрерывно сканировал жизненно важные показатели Майкла, и каждое новое обследование подтверждало, что состояние друга ухудшается. Пейзаж за окнами превратился в размытые цветные полосы, пока они мчались к больнице, где каждая секунда могла решить вопрос жизни и смерти.

Через несколько минут КИТТ достиг приемного отделения. Его анаморфный эквалайзер заметался еще быстрее, когда датчики обнаружили неподалеку нескольких медицинских работников, вышедших на перерыв.

— Пожалуйста, помогите моему другу! Он ранен осколками! — взмолился КИТТ.

Водительская дверь уже была распахнута. Медики немедленно извлекли Майкла из кресла, переложили на каталку и увезли внутрь больницы.

Лишь несколько дней спустя КИТТ смог забрать друга домой. Когда Майкл устроился на привычном сиденье, он тихо застонал от боли и принялся поглаживать большими пальцами рулевой штурвал.

— Дружище, что произошло? Я почти ничего не помню после того, как в меня попали осколки.

— Все события сохранились в моих банках памяти, Майкл. Но я не хочу показывать тебе запись. Смотреть на это слишком тяжело, — мягко ответил КИТТ.

Майкл понимающе улыбнулся.

— Ничего страшного. Просто расскажи мне.

КИТТ на мгновение замялся, но затем подробно поведал о несчастном случае и обо всем, что ему пришлось предпринять ради спасения Майкла.

— Я горжусь тобой, КИТТ. Ты преодолел свой страх полетов, хотя мне и в голову не приходило, что тебе придется делать такой выбор из-за меня, — задумчиво произнес Майкл. — Спасибо, что снова спас мне жизнь.

От этих слов электронные схемы КИТТа словно наполнились теплом. Его охватило чувство глубокого удовлетворения.

— Твоя жизнь стоит любого риска, Майкл, — заверил он друга. — Я слишком сильно люблю тебя, чтобы позволить страху помешать мне сделать все необходимое ради твоей безопасности и благополучия.

Улыбка Майкла стала шире.

— А я слишком сильно люблю тебя, чтобы позволить тебе пожертвовать своей жизнью ради меня. Надеюсь, больше нам не придется оказываться в подобных обстоятельствах. Мы оба уже слишком стары для таких приключений.

Огни приборной панели КИТТа мягко мигнули в знак согласия.

— Несомненно. Но пока мы вместе встречаем любые испытания, возраст остается всего лишь числом.

Майкл негромко рассмеялся и откинулся на спинку кресла.

— Только напомни мне, чтобы в следующий раз, когда мы отправимся любоваться закатом, я оставался внутри твоего салона.

— Договорились, Майкл, — тепло ответил КИТТ. — Незачем искать новые опасности, когда можно просто наслаждаться спокойными мгновениями.

Двигатель довольно заурчал. КИТТ был готов к новым приключениям, которые, как он надеялся, окажутся гораздо спокойнее прежних.