|
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
|
Любить такую женщину — преступление. Не любить — самоубийство. Он сидит за столиком в ресторане. Официант услужливый лис, стоит и ждет команды.
"Борзая," — у него сегодня совсем плохо с ассоциациями, причем все мысли заняты всего одной особой, недавно появившейся в городе и в его жизни.
Рыжая. Цвет волос имеет значение? Для него — нет... или он себя обманывает. Обманывает бухгалтерия, почтальон свою ненаглядную жёнушку. Он же просто выдаёт сухие факты как машина пересчитывает купюры. В Анк-Морпорке всё не так, нет того лоска, к которому он привык в Нью-Йорке, нет бесконечных маскарадов призрения, всем плевать, что и как они делают. Даже Тёрпин, его газировка лучше всех в городе, да что там — в стране! И то не задирает нос, в отличии от бывшего миллиардера. Учтивое покашливание, дыхание почти не слышно. Ну когда же его оставят в покое и дадут прикончить ужин!
Он на взводе, вилка в который раз мимо куриной ножки. Он зол как сто чертей. Здесь есть черти или их аналог. Шабандар сглатывает, медленно поворачивается к лису-официанту, пронзает его уничтожающим взглядом. Ноль внимания, одно почтение. Лайонелу тошно. Рыжая где-то там, он видел Зелину накануне свадьбы троллей. Засмотрелся, чуть не наткнулся на почтальона и его напарницу. Как же, верен жене. Держи карман шире. В горле пересохло, вино в бокале непривычно кислое, в голове сумбур, какого не было со времён его юности.
* * *
Зе-ли-на. Что означает её имя? Рыжая Трилони только смеётся, пожимает плечами, всё равно не Шабандар платит ей жалование. По секрету шепчет:
— Она ведьма.
Вот удивила. Их в Анк-Морпорке пруд пруди и все фигуристые, хитрые, острые на язык. Ланкрский ковен, Клан Яггов, Городские ведьмы Теней, Болотные ведьмы. Ему не по нраву эти леди. Ха, в них нет ничего примечательного. Хотя их зелья весьма полезны.
Шабандар дарит чете каменных троллей ключ от дома. Спонсировать сирых и обездоленных он мастер. Фото на разворот утренней газеты, затем поездка по городу, посещение полицейского участка.
Глаза в глаза, встретить такого же пройдоху как и он сам — редкость. Дэвид Фридман будто его собственное зеркальное отражение, тоже пришлый, кому какое дело. Пёс-детектив наоборот рад приходу миллиардера, он наливает в чашку чай, ставит на стол тарелку с крекерами, колбасой и сыром. Гостеприимство Плоского мира. В Нью-Йорке ему бы давно красную дорожку постелили, обрисовали ситуацию с точки зрения политической обстановки. Цифры, слова, сметы. От последних Шабандар впадает в ступор. Что они просят купить? Зачем? Фридман усмехается, поправляя заплечную кобуру.
В городке странные нарушители: белки, лисы, совы, орки, леприконы, осьминоги. Миллиардер вчитывается в текст, перед глазами наглая физиономия рыжей ведьмы. Она не собирается никуда исчезать, может не просить.
Сходить к Месмеру, говорят он на раз-два снимает привороты, сглазы. Человек умеет работать руками и головой. Шабандар цикает, по привычке нащупывая кружку, выпивает залпом. Как дома. Поправка — теперь он наконец-то дома.
|
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
|