Три желания Джинни Уизли, загаданные в канун рождества (джен)

В уснувшей Норе царила особенная, предрождественская тишина, пахнущая свежим снегом и корицей. Все давно отправились спать — наверное, чтобы завтра наступило пораньше.

И только Джинни беспокойно вертелась в своей постели — даже мысль о подарках, которые она непременно получит, когда проснется, не помогала уснуть.

— Сегодня сочельник, — сказала Джинни мама, поправляя одеяло. — Загадай желание, дочка, и в Рождество оно обязательно исполнится.

Джинни беспокойно покрутилась в кровати, раздумывая, что бы ей такого загадать. Самого-самого лучшего!

Мама улыбнулась, взмахнула палочкой, гася свет, и осторожно вышла.

"Что бы мне пожелать?" — еще раз задумалась Джинни.

На самом деле, не хватало ей многого. Джинни хотелось жить в красивом доме, каждый день есть конфеты — а еще чтоб шкаф и сундуки битком набиты были самыми красивыми нарядами.

“У нас мало денег, чтобы купить Джинни новую мантию. Но старая-то совсем прохудилась”. — говорила мама папе вчера. Не при Джинни, нет — она просто услышала нечаянно, пока бежала тайком с тарелкой мамину невкусную кашу выбрасывать.

Джинни повернулась на левый бок и улыбнулась:

— Хочу, чтобы мы были богатыми, как эти… Малфои! — прошептала она.

О Малфоях она слышала много — папа говорил, у них так много денег, что лишние они министру отдают. Это взяткой называется.

Вот глупые — будь у Джинни лишние деньги, она бы эти взятки отдавать никому, за что не стала, а положила их в копилку. А когда их накопилось бы много-много, она купила бы себе что-нибудь гран-ди-оз-но-е. Например, пони.

В темноте что-то серебристо дзинькнуло, как будто старые часы хотели пробить полночь, да поперхнулись.

Джинни принялась думать дальше. Если ее родители будут богатыми, то можно еще что-нибудь пожелать. По правде говоря, Джинни давно выпрашивала у мамы с папой сестренку, а те отмахивались и говорили, что они не могут себе этого позволить.

Мантию новую они не могут позволить, сестренку тоже... Обидно. Неужели детей так дорого продают? На семерых родители, значит, накопили, а на восьмого денег не хватает? Экономить надо было — хотя бы на зануде-Перси, который надрал Джинни уши, когда она вчера случайно села на его пергамент. Зачем они вообще его купили, вредного такого?

Зато теперь, когда мама с папой будут богатыми, они смогут позволить себе сколько угодно детей…

Хотя вот у Малфоев всего один ребенок, и это странно. На взятки им денег не жалко, а детей жалко покупать?

Но только вот надо уточнить, каких детей, чтобы наверняка не ошибиться. А то седьмого брата Джинни не выдержит.

И она, замирая от предвкушения, прошептала:

— Хочу, чтобы у меня была младшая сестренка!

Когда у тебя целых шесть братьев, непременно начинаешь мечтать о сестренке — с мальчишками, конечно, весело, но с ними и в куклы не поиграешь, и дерутся они больно... Куда веселее, наверное, дружить с девочкой, как две капли воды похожей на тебя.

По комнате вторично разнесся легкий звон.

«Что бы пожелать напоследок? — задумалась Джинни. — Нужно придумать что-то такое, о чем мечтают все девочки на свете. Но чего у них никогда-никогда не будет!»

Куклу?

Она почти уже большая и скоро перестанет в них играть. Вот только завтра еще поиграет в последний раз, и больше не станет…

Много новых мантий?

Но из них она вырастет еще быстрее — папа недавно мерил ее рост и говорил, что Джинни растет, как мамины пироги. На дрожжах то есть.

А Джинни удивилась — ведь никаких дрожжей она не ела, чтобы расти быстрее. Не ела, но уже планировала их у мамы стащить и проверить, правда ли от них вырастают быстрее, ведь она могла стать такой же высокой, как Фред и Джордж — и даже еще выше, — и хорошенько близнецов отлупить.

Может быть, и правда пожелать высокий рост?

И тут Джинни вспомнила маггловские сказки, которые ей читал папа. Магия в них была смешная, не такая, как настоящая, но в целом, ей нравилось.

— Хочу, чтобы у меня был принц, похожий на... на Годрика Гриффиндора! — сказала в темноту Джинни. Про Гриффиндора ей много братья рассказывали: у него был очень красивый герб — золотой лев на алом фоне.

"Герб-то красивый, — задумалась Джинни, — а что, если принц будет не очень?"

— И пусть принц будет симпатичный, — добавила она. — С такими зеленющими глазами, как у Гарри Поттера, нарисованного в книжке Перси!

В общем-то, ей нравилось разглядывать эту книжку, и Гарри Поттер на фотографии ей нравился целиком, а про глаза она случайно упомянула.

В третий раз что-то прозвенело, тихо, мелодично и убаюкивающе — Джинни почувствовала, как глаза будто сами собой закрываются, и немедленно уснула.

* * *

.

Утром ее разбудила мама (в чудесном платье, похудевшая и с длинными волосами — Джинни прямо-таки восхитилась, какая она красивая), и сказала, что Джинни станет женой принца!

«Вот здорово, — подумала она. — Два желания исполнились, значит, где-то тут должна быть и сестренка!»

Она отправилась ее искать, едва не заблудившись в огромном замке, наверно, таком же большом, как Хогвартс, где все кланялись Джинни и называли леди.

Леди Сансой Старк.