13 сентября 2015
|
|
Для меня "самое-самое" в этом невероятном, просто-таки, гениальном произведении:
Была такая старая детская игра, «Что из чего» называлась. Северус вынужден был с горечью признать: он сделан из стереотипов. Своих и чужих. — Ну что ж, — МакГонагалл спрятала пергамент в миниатюрный тубус, висящий на поясе. — Коль уж скоро все наши студенты отличаются такой верной политической ориентацией, призываю еще раз проявить социальную сознательность и вспомнить, как полезна тыква для молодых растущих организмов. Целомудрие не есть невинность, и телесное целомудрие не означает невинности помыслов. Что толку соблюдать целибат или бичевать себя, мучить голодом и жаждой, если грязь лежит на самом дне души? Можно живьем содрать с себя кожу в попытках «очиститься», но кто вытрясет душевную мерзость и вонь? — Елки-тыквы… — Поттер обошел помпу кругом, почесал затылок, поправил очки: — Как вы ее… соорудили? — Да как… — Терри изображал горделивое смущение. — Взяли помидоровылавливательницу, увеличили, на кухне кое-чего стырили, прикурочили, и вот, фигачит. Да, сэр, вам там отсосать не надо? Неудовлетворенная женщина хуже Третьей магической войны. Я им Герой войны или хрен с бугра? — Госпожа МакГонагалл! — клерк привстал за стойкой, всем своим видом источая дружелюбие и готовность вывернуться мехом наизнанку. — Прошу вас, ваши документы. Как вы желаете получить деньги?.. — Сильно. Гоблин вытаращился. МакГонагалл вздохнула: — Золотом. — Один вопрос… — прошептал Снейп, еще наблюдая силуэт Эйфелевой башни. — Кто научил?.. Грейнджер тихонько рассмеялась: — Одна интересная книжка, один интересный фильм и один трансфигурированный банан. — Честь и хвала Высшей Трансфигурации, — выдохнул Снейп. — Слышала бы вас профессор МакГонагалл. — Главное, чтоб не видела… — застегивать брюки дрожащими пальцами оказалось весьма непросто. Лонгботтом рассказывал, рисовал на салфетке строение хреноверта, травил какие-то байки про него, не заметив, что все присутствующие за столом постепенно замолчали и обратились в слух. Ораторствовал он минут сорок, и за это время Снейп определил для себя две важные вещи. Во-первых, если ты сапожник, не пытайся лечить людей, для этого есть колдомедик, а если ты зельевар — не пытайся преподавать Гербологию, для этого есть Лонгботтом. А во-вторых, п##децид придется сварить. Хотя бы в качестве благодарности за спасение от неминуемого позора Это гениально. Каждая строка, каждая мысль... Чернокнижница для меня - нечто большее, чем просто прекрасный автор. Она своими удивительными произведениями влюбила меня в поттериану. Именно она. Для меня началось всё именно с неё. И по моим меркам (ИМХО!) до неё никто никогда не дотянется. 3 |