Стояла долгая пугающая ночь.
Стоят машины возле тротуаров.
Под фонарём стояла молча пара,
не в силах чувств взаимных превозмочь.
За тротуаром мирно стоял дом,
а в доме комнаты стояли отрешенно
и ожидали молодых влюблённых
светильники под самым потолком.
В той комнате стояла тишина.
Стояла, как стоят на полках книги,
как в рамках безразличных фотоснимки,
комфорки, в ожидании огня.
Стояло всё. Вся мебель и часы.
Стояла жизнь. И хлеб покрылся коркой...
Стоит стакан, стоит в стакане водка,
стоит игрушка плюшевой лисы.
И безысходность, мерзкая змея,
спускалась медленно по горлу, точно слизь.
Стояло всё. И только падал я.
И только я морально падал вниз.
На даче завелся заяц. Пока мы там, сидит в ревене, а потом погрызает на грядках свеклу, капусту. "Кыша-кыша, иди в лес" не работает, заяц переходит из ревеня в хрен, оттуда в малину, а там его вообще не достать. Стоит отойти, он опять устраивается в ревене и смотрит непонимающим взглядом, будто вопрошает: "Какого хрена тебе здесь надо?"
Пришлось смириться и грядки закрыть сеткой.
Вообще бесстрашие зайцев меня иногда пугает.