Между прочим воспитанничество Роберта у Аррена закончилось в шестнадцать и выходит что буквально в этом же году погибли его родители (Роберт 262 года, смерть Стеффона и Касанны 278). Такшт во первых совершенно неиронично Роберт отца и мать едва ли вообще хорошо знал – в воспитанники же лет с десяти-двенадцати отправляют, фактически все воспоминания Роберта о родителях вот прям очень детские должны быть (ну ок на турнирах и иных мероприятиях встречаться могли), во вторых его ебать как переебать вот этим всем навалившимся разом должно было. Ну то есть расставание с другом Недом и Джоном Арреном который ему как отец, смерть родителей, ебучее вступление в наследство при том что хочется то не нытьё старых лордов из за межей слушать, а трахать кабанов и загонять баб... в общем удивительно ли что он свалил ответственность на Харберта (как видимо и Стеффон делал – сложно быть деятельным лордом и тусоваться при дворе, даже если в совет тебя не ввели – хотя строго говоря кто сказал что Стеффон мастером над чем нибудь не был) и при первой возможности съёбывал в Долину ко всему привычному и не бесящему.
NAD:
На том берегу переправы нет боли, колышутся зеленью сочные травы и мама зовёт домой, ведь ужин уже остыл.
На берегу, что оставил, родные скорбят и близкие, не хотят тебя отпускать и верить, что след ...>>На том берегу переправы нет боли, колышутся зеленью сочные травы и мама зовёт домой, ведь ужин уже остыл.
На берегу, что оставил, родные скорбят и близкие, не хотят тебя отпускать и верить, что след твой уже простыл.
Нити никак не тают, хочешь взлететь, но вниз опускаешься, кружишься рядом с семьёй белым – в клюве ветка оливы – ангельским голубком.
Не грустите. Я рядом. Однажды мы встретимся. А сейчас – можно я в сад? Где счастье и детство, где вновь по росе босиком.