Сумасшедшие сёстры (джен)

Учебный год закончился, и наступили летние каникулы. Сёстры Барбоскины — Роза и Лиза — вместо упорного труда за уроками целый учебный год только тем и занимались, что озорничали, не выполняли домашние задания, прогуливали школьные занятия и списывали контрольные работы, при этом ничего не понимая в решении. За невежество и безответственное отношение к учёбе их оставили на второй год.

И вот они возвращались из школы домой.

— Лозка, как мы можем велнуться домой, когда закончили учебный год с плохими отметками?! — испуганно спросила Лиза.

— Лизка, а ты кого-то боишься? — поинтересовалась Роза.

— Ты забыла о маме?! Она плибьёт нас, когда узнает, что мы остались на втолой год! — объяснила Лиза.

— Подумаешь, остались! Что в этом такого?! — надменно воскликнула Роза. — Меня вот это ни капельки не волнует.

— Когда плидём домой, ты так скажешь маме?!

— А мы ей ничего не скажем.

— Будет лучше, если она узнает это от нас, а не от учителей! — посоветовала Лиза.

— Ладно, — согласилась Роза. — Только не занудствуй и не выноси мне мозг из-за этого!

Придя домой из школы, сёстры решили незамедлительно признаться маме, что они неудовлетворительно закончили учёбу и за это их оставили на второй год. Они виновато и смущённо вошли в кухню и увидели маму, которая с засученными рукавами пекла блины и одновременно накрывала на стол, уставляя его супом — болгарским гуляшом, винегретом с квашеной капустой и оливье с солёными огурцами. У девочек сразу же пробудился аппетит.

— Добрый день, девочки! — поприветствовала их мама. — В честь окончания учебного года я решила порадовать вас: испекла ваши любимые блинчики. Надеюсь, и вы порадуете меня своими отметками.

— Знаешь, мама, а у нас к тебе есть заманчивое предложение, — начала Роза.

— Мы увелены, что ты обладуешься, — подхватила Лиза.

— Выкладывайте, я прямо сгораю от любопытства! — с нетерпением воскликнула мама.

— Чтобы сократить наши расходы и сэкономить семейный бюджет, мы решили, что тебе будет невыгодно покупать нам книги в следующем году, — заявила Роза.

— Это ещё почему, дорогие мои? — удивилась мама.

— Потому что… — Роза ненадолго замялась.

— Потому что нас оставили на втолой год! — резко высказалась Лиза.

— Чтооо?!

Мама принялась ругать их за плохие отметки и бурно выражать своё недовольство:

— Вы злоупотребили моим доверием и за это будете платить по счетам! Чтобы завтра же вы пошли в школу и исправили свои плохие отметки!

— Но учебный год уже закончился! Как мы можем исплавить свои отметки?! — запротестовала Лиза.

— Не знаю, делайте всё, что угодно, но исправьте их! — равнодушно ответила мама. — Если вернётесь ни с чем, так и ничего не сделав, то вы двое теперь будете убираться в доме, стирать одежду, готовить еду и мыть посуду! Будете знать, каково это: работать и вести хозяйство по дому, если не хотите учиться!

— Мама, пожалуйста, не делай этого! — хором умоляли Роза и Лиза.

— Нет! Моё решение возврату и обмену не подлежит! — мама оставалась непреклонной в своём принципиальном решении и напоследок с явным раздражением в голосе заявила: — А теперь прочь в свою спальню! Ни глотка вы не сделаете и ни кусочка вы не проглотите до этой самой ночи!

Роза и Лиза заливались горючими слезами, тяжело переживая родительскую критику в свой адрес и страх перед грозящей им работой по дому. Так что девочки пошли в свою комнату. И грустные и расстроенные они были как из-за матери, так и из-за потери своего обеда и ужина.

Как только они вошли в спальню, Роза тихонько заперла дверь на крючок и подошла к небольшому столику у окна, на котором были разбросаны различные журналы, а рядом с ними косметика. Она взяла журнал с названием «Как убрать мужчин, не привлекая внимания санитаров», легла на кровать и стала читать, чтобы отвлечься от неприятных мыслей.

— Лозка, ты почему не учишь улоки? — обратилась к ней Лиза. — Ведь мы же должны поплосить у наших учителей исплавить свои оценки.

— Я никогда не просила и не буду просить, чтобы они, с трудом снисходя до меня, исправили мои оценки, — высокомерно ответила Роза. — Никогда не прогибалась и не прогнусь перед учителями! И не позволю им унизить себя! Если я ушла, то не вернусь. Так жила, живу и буду жить.

— Что ты такое говолишь?! Мне кажется, что ты слишком многое себе позволяешь!

— Если тебе кажется, что я слишком многое себе позволяю, возможно, ты просто слишком во многом себе отказываешь, — заметила Роза. — Я рождена ходить по магазинам, а вынуждена ходить в школу!

— Скажи мне, что ты читаешь? — поинтересовалась Лиза.

— Я читаю интересную научную статью о культуре изнасилования, — охотно ответила Роза. — В ней учёные провели важную исследовательскую работу и выяснили, что мужчины являются основными агентами и носителями культуры изнасилования.

— Сфолмулилуй свою мысль поплоще, а то я ничего не поняла из твоих слов.

— Изнасилования и покушения на изнасилование совершаются преимущественно мужчинами. И женщины в них — основные жертвы! Ты представляешь?

— Какой ужас! Вот извлащенцы! — грубо отозвалась Лиза.

— И не говори! Я полна ненависти к ним за то, что они унижают женщин! — продолжила Роза. — Все мужчины — подлые и жестокие злые существа с порочными и нечестивыми мыслями, которые для удовлетворения своих низменных животных инстинктов совершают акты изнасилования в отношении женщин.

— А ещё они глубые, вледные и отвлатительные! — добавила Лиза. — Как я сочувствую тем женщинам, котолые стали желтвами их бесчинств и неистовства. Общество должно возлагать на мужчин ответственность за их извлащённые плоступки.

— Какой прок от этой ответственности? Наоборот общество должно порочить мужчин и стыдить за их развращённость. Более того, можно привести множество аргументов, чтобы оправдать неприязнь по отношению к ним, — выразила свою позицию Роза. — Поэтому нам с тобой следует осуждать постоянство жестокости мужчин, которые продолжают считать женщин низшими существами.

Лиза утвердительно закивала. Роза, перевернув следующую страницу журнала, начала зачитывать отрывок из текста.

— Несмотря на повышение статуса женщины на рынке труда, гендерная дискриминация всё ещё существует. Значительные места на должностях высшего уровня по-прежнему занимают мужчины… — недочитав статью, Роза в гневе отбросила журнал в сторону и недовольно воскликнула: — Как же эти мужчины консервативны и хотят, чтобы женщины были домохозяйками!

— Вообще-то начиная с двадцать пелвого века, многие женщины начали заниматься тладиционными плофессиями, изначально олиентилованными на мужчин, — со знанием дела сказала Лиза.

— Ты что этим хочешь сказать? — тревожно спросила Роза.

— Это усиливает конфлонтацию между мужчинами и женщинами. Ведь женщины в пелвую очеледь должны плоявить заботу и заниматься воспитанием детей, а мужчины — соделжать семью и быть велными своей жене, даже на лаботе, — подытожила Лиза. — Я считаю, что занятость матели негативно сказывается на взаимоотношениях между ней и лебёнком, что, в свою очеледь, замедляет его лазвитие.

Но Роза цинично отреагировала на её высказывания.

— Женщины, между прочим, также желают построить карьеру и добиться значительных высот в профессиональной деятельности, ни в чем не уступая мужчинам.

Неожиданно вспомнив про строгий наказ мамы и о том, что завтра им придётся пойти в школу за исправлением своих оценок, Лиза возмущённо проговорила:

— Какая мама сегодня вспыльчивая и вледная!

— Вот именно, — выразила свою солидарность с ней Роза. — Это отвратительно, когда с тобой обращаются, как с горничной!

— Или с экономкой! — прибавила Лиза.

— Я не хочу тратить дни на уборку дома и удовлетворение потребностей мамы. Мне не нужна такая жизнь и такая деспотичная мать! — решительно заявила Роза. — Я мечтаю о другой жизни.

— Совелшенно с тобой согласна. Я тоже не желаю сидеть дома под гнётом мамы. Она в последнее время вообще стала властной и глубой! Кем она себя возомнила?!

— Мы должны вырваться из оков рабства, уготованных нам нашей матерью, и идти навстречу неизведанному. Живём мы только один раз.

— К чему ты клонишь? — Лиза испуганно посмотрела на Розу.

— Каждый день нам приходится ходить в одну и ту же ненавистную школу. Иметь ограниченную и несвободную жизнь без права голоса, — стала жаловаться на жизнь Роза. — Тебя это устраивает?

— Само собой, такая жизнь не будет устлаивать никого!

— Верно. И в один прекрасный день чаша нашего терпения переполнится. Продолжая оставаться здесь, мы превратимся в ненужных существ. Здесь у нас не будет лавровых ветвей ни в профессиональной, ни в личной жизни. Предлагаю завтра вместо школы поехать на рыбалку в горы, на горное озеро.

— Это слишком ладикально! — ужаснулась Лиза.

— Хочешь провести эти выходные дни с надоедливой мамой, в качестве горничной или экономки? — уточнила Роза.

— Конечно, не хочу! — категорически заявила Лиза.

— Разве тебе не хочется в кое-то веки быть свободной, уйти от тяжести нашей поры и провести эти выходные дни в горах, чтобы отдохнуть и развеяться от унылости и тяжести нашей тоскливой жизни и ограниченного горизонта города, в котором мы живём… — Роза с большим рвением пыталась убеждать свою сестру пуститься с ней на авантюру. — Выбирай — либо поездка в горы, либо быть несчастной домохозяйкой до конца своих дней, страдающей от однообразной жизни.

— Я не хочу быть несчастной домохозяйкой!

— Тогда соглашайся, — продолжала настаивать Роза. — Просто нам нужно немного подышать свежим воздухом и увидеть страну. В горах есть рыбацкий домик. Там мы сможем расслабиться и порыбачить.

— И медитиловать?

— Я обещаю, что наш временный побег из этой заточённой и неспокойной жизни будет весёлым и жизнерадостным.

— Лозка, откуда мы возьмём деньги на дологу? — неуверенным голосом спросила Лиза.

— Это не проблема. Возьмём бумажник и кабриолет у мамы, — ответила Роза.

— Пойти на клажу денег и угон автомобиля?!

— Почему сразу кража? Просто возьмём их без спроса. Сегодня в полночь мы с тобой проникнем в её логово и возьмём бумажник и ключи от машины.

— Лозка, как мы потом объясним маме, что уклали её деньги и угнали машину?!

— Мы извинимся, признав свою ошибку.

— Одними извинениями не отделаемся! — удручённо заметила Лиза.

— А мы извинимся перед ней в стихах, — предложила Роза.

— Такая велсия годится для нас, — согласилась Лиза.

Роза и Лиза стали готовить дорожный чемодан и складывать свои вещи, однако долго колебались, выбирая, какую одежду положить в багаж.

— Самое главное, не забудь трусы свои взять и купальник, чтобы потом не просить их у меня, — сказала Роза своей сестре.

— Ой, сдались мне твои тлусы! У тебя взять — себе доложе выйдет.

— Смотри, я тебя предупредила! Свои трусы я тебе больше не дам поносить.

— Больно надо! У меня своих тлусов вполне хватает!

— Это видно! И когда же ты наконец запишешься на занятия к логопеду, чтобы научиться букву "Р" выговаривать? — вдруг поинтересовалась Роза. — Мне уже стыдно за тебя!

— Не твоё собачье дело! — резко ответила Лиза. — Когда захочу, тогда и запишусь!

— Ты давай не откладывай это дело в долгий ящик, иначе останешься картавой до конца своей жизни.

— Не останусь, так что можешь не волноваться за меня!

— Ну ладно, как скажешь... Вроде всё сложили, что могло пригодиться нам в поездке.

Роза с усилием воли закрыла чемодан, переполненный вещами и медленно задвинула его под кровать.

— Чуть не забыла, позаимствуем ещё пистолет у мамы, — воскликнула она спустя некоторое время.

— Зачем нам её пистолет? — изумилась Лиза.

— Потому что мы можем подвергнуться грубому и жестокому обращению мужчин, — объяснила Роза. — Ты понимаешь, что общество не способно обеспечить нам защиту от актов изнасилования. Чтобы защищать себя, мы должны взять пистолет с собой. Он послужит нам инструментом нашей свободы.

— А ведь велно ты говолишь. Чтобы облести безопасность, мы должны воолужиться. Тогда мы осознаем, какую силу можем иметь в лезультате всего плоисходящего и влиять на ход лазвития событий.

Когда настало двенадцать часов ночи, Роза и Лиза вышли из своей комнаты, почти бегом пробежали коридор и тихонько отворили дверь в спальню мамы. Так они украли её пистолет, бумажник и ключи от машины.

— И как мне потом с этим жить? У меня совесть замучает, — сказала Лиза, раскаявшись в содеянном.

— А ты просто не бери это в голову. И сразу заметишь, как всё пройдет, — приободрила свою сестру Роза.

Выйдя незаметно из дома, сёстры забрались внутрь машины, но вдруг начали спорить, кто из них сядет за руль.

— Я старше, а значит, у меня больше жизненного опыта. Ты должна признать мой авторитет! — с гордостью заявила Роза.

— Чего?! Я обладаю голаздо большим потенциалом, чем ты! — возразила Лиза.

— Не смеши меня! Ты хочешь, чтобы мы из-за тебя попали в автокатастрофу?

— Это под твоим уплавлением мы попадём в автокатастлофу!

— Слушай, предлагаю тогда компромисс: сначала я буду за рулём, а затем ты, согласна?

— Согласна.

Придя к соглашению, сёстры покинули город и отправились в горы на двухдневную рыбалку, чтобы провести там выходные дни. По дороге девочки начали увлечённо беседовать о своих мечтах и нереализованных целях в жизни.

— Я собилаюсь написать какую-нибудь повесть о нашем плиключении, чтобы в будущем получить Шнобелевскую племию по лителатуле, — поделилась мыслями Лиза.

— Похвально. А я мечтаю бегать голой по улицам города и хочу заняться сексом с кем-нибудь, а то смотреть втихаря порно ролики уже надоело, — в свою очередь, поделилась мыслями Роза.

— Понятно. А какая твоя главная цель в жизни?

— Моя главная цель в этой жизни — организовать карательную операцию против мужчин за их беспричинное насилие в отношении женщин. Я создам подпольную организацию и буду повсеместно проводить подрывную деятельность, направленную против них.

Проехав несколько часов утром, сёстры остановились у загородного дома дедушки, чтобы взять его удочку. Они завели машину во двор, тихонько вышли и направились к дому, где на крыльце встретили дедушку, который читал газету. Он, увидев их, прервал своё чтение и вопросительно обратился к ним:

— С каких это пор мама разрешила вам ездить на её автомобиле?

— Начиная с сегодняшнего дня, — монотонно ответила Роза. — Наступили каникулы, и в честь успешного завершения учебного года мама разрешила нам поехать на рыбалку в горы.

— Мама говолит, что мы заслужили, — добавила Лиза.

— Ты лучше скажи нам, где находится твоя удочка, — потребовала Роза. — Мы спешим, и время у нас на исходе.

— Никакой удочки и никакой рыбалки не будет, пока не объясните мне, что происходит! — возмутился дедушка. — Ходить на рыбалку — это мужское занятие. Ваше место — на кухне с кастрюлями. Лучше вместо этой рыбалки научитесь готовить. Вот выскочите замуж, ваши мужья предпочтут вас видеть на кухне.

— Я не хочу довольствоваться пассивной ролью женщины, и мы не позволим, чтобы наши мужья принимали за нас решения и контролировали нашу судьбу, — резко провозгласила Роза. — Отныне мы будем вершить историю!

— А мы даже не думаем выходить замуж! — прибавила Лиза.

— Не смейте своими заявлениями сомневаться в традиционной концепции разделения мужских и женских ролей в обществе! — рассердился дедушка.

— А мы будем противостоять предписаниям культуры твоего времени! — продолжала дразнить его Роза.

— Ах вот как вы заговорили, невоспитанные девицы! И куда только ваша мать смотрит?!

— Она смотрит туда, куда надо! — съязвила Роза.

— Я хорошо знаю её и прекрасно понимаю, что она не позволила бы вам воспользоваться её любимым кабриолетом и тем более отпустить вас одних на рыбалку, — многозначительно сказал дедушка. — Я сейчас же позвоню ей и все разузнаю!

Испугавшись его слов, Лиза вынула из кармана пистолет и наставила его на дедушку, угрожая ему выстрелом.

— Я плистлелю тебя, если ты не остановишься!

— Ах вы, разбойницы! Что вы затеваете?! — разозлился на них дедушка.

— Не дави на жалость и не пытайся заигрывать с нами. Мы сейчас очень агрессивны и смертельно опасны для тебя, — непреклонным тоном заявила Роза. — Отдай нам удочку, и мы сохраним тебе жизнь.

— Вам это даром не пройдёт! Сейчас я выведу вас на чистую воду!

Дедушка начал громко провоцировать девочек вульгарными замечаниями, и как только он собирался позвонить их маме, Лиза потеряла самообладание, нажала на курок пистолета и выстрелила дедушке в грудь, тут же убив его.

После убийства Лиза начала плакать, а Роза, наоборот, ликовала и призналась, что рада случившейся смерти:

— Да ладно тебе, расслабься! Мне вот вообще не жаль дедушку. Он был одним из тех токсичных мужчин, о которых мы с тобой говорили раньше, так что не стоит переживать из-за его смерти.

— Нам нужно слочно велнуться домой и добловольно сдаться плавоохланительным олганам! — обеспокоенно сказала Лиза.

— У нас нет обратного пути. Я категорически отказываюсь сдаваться полиции. Власти предъявят нам обвинение в предумышленном убийстве. Я не хочу провести остаток своей жизни в тюрьме. У меня сейчас только одно желание: сбежать из страны.

Роза приняла решение уехать в Финляндию, чтобы избежать ареста и начать там новую жизнь, и уговорила Лизу присоединиться к ней. Лиза согласилась.

— Лозка, я хочу стелеть это плеступление из своей памяти.

— Я тоже. Его смерть должна всего лишь стать неприятным воспоминанием из нашей жизни. Мы продолжим свой путь, несмотря на любые преграды и препятствия в жизни.

— И самое главное, посталаться не сбиться с пути.

Роза обдумала, как бы поумнее избавиться от безжизненного тела дедушки, чтобы не оставить после убийства улики.

— Нужно будет похоронить его, закопать в землю за оградой дома. Возле дома есть муравейник.

— Точно! Там его веками не отыщут.

— Мы закопаем дедушку в муравейнике, и муравьи обглодают его до костей... Ты поможешь мне избавиться от мёртвого тела дедушки?

— Конечно, помогу!

Сёстры закопали труп дедушки рядом с муравейником и сверху придавили камнем. После этого Роза и Лиза уселись в машину и поспешно уехали с дачи.