Под покровительством 2 (джен)

К поездке в Хогвартс Северус все подготовил еще с вечера тридцать первого августа. Потрепанный рюкзак улучшил чарами невидимого расширения и сложил в него все свои вещи. Ехать они с Лили договорились вместе от самого Коукворта, а соответственно все складывалось просто отлично. Но сон почему-то не шел. Назойливо вертелись воспоминания о самой первой поездке и первом дне в Хогвартсе. Он тоже в воображении рисовался здоровским, а на деле все пошло наперекосяк, начиная с обиды Лили из-за того дурацкого письма ее сестры и заканчивая распределением на разные факультеты...

Окклюменция помогала отгородиться от неприятных мыслей, но с первыми дуновениями дремоты блоки рассеивались, и мысли снова начинали лезть в голову, возвращая совершенно ненужную сейчас бодрость.

Хотя что могло пойти наперекосяк на этот раз? Даже если Поттер с Блэком и попытаются устроить какую-нибудь подляну — плевать на них. Пока Лили с ним, никакие козни Северусу не страшны. А он не такой конченый идиот, чтобы сомневаться в ее выборе. Нет, вести себя по-идиотски ему, конечно, случалось, но это в прошлом.

"Он мой лучший друг, — сказала Лили в зале суда, — и, может быть, даже больше".

Больше. Куча народа стала свидетелем их первого поцелуя прямо на выходе из зала Визенгамота. А в последствии тенистые заросли коуквортского парка видели уже много-много их других поцелуев, от которых все тело горит и ноет, и хочется прижать к себе Лили всю, стройную, гибкую. Но нельзя, потому что тогда она наверняка кое-что почувствует и, чего доброго, сочтет Северуса озабоченным извращенцем.

С подобными мыслями уснуть было категорически невозможно, поэтому Северус повернулся на другой бок и постарался занять себя перечислением того, что необходимо взять с собой в Хогвартс и что уже давно и так покоилось в рюкзаке: одежда, учебники, пергаменты, перья, котел, деньги... На удивление, ему удалось даже что-то поднакопить за остаток лета. То, что за выполнение возложенных судом исправительных работ платят, стало приятным сюрпризом. Меньше, конечно, чем ему за то же время платили в аптеке, но, с другой стороны, получив права совершеннолетнего мага, он смог открыто покупать ингредиенты и варить зелья на продажу дома. Ночами. Ведь нельзя же тратить время на сон, когда есть вещи гораздо важнее.

Он плавно перетек в воспоминания о долгих прогулках с Лили под косыми лучами заходящего солнца. О том, как в вафельных рожках таяло мороженое, оставляющее прохладную каемку на губах.

— Подожди! — восклицала иногда Лили, останавливаясь посреди аллеи, стирала с его губы капельку и аккуратно облизывала кончик своего тонкого розового пальца.

В такие моменты что-то сладко замирало в груди. Так же трепетно и нежно там бывало, и когда Лили, делая глоток газировки, смешно морщила нос в россыпи забавных веснушек. А когда она вдруг появлялась у него на работе — на минуточку, просто перекинуться парой слов — сердце подпрыгивало радостно и бойко, и растянутая линялая футболка вовсе этого не скрывала.

Работать его поставили не дворником, как им с Лили почему-то думалось. Северус то чинил мебель при министерстве, то мыл полы и выносил утки из-под лежачих пациентов Святого Мунго, то разбирал какие-то скучные и никому не нужные бумажки в архивах. Ходатайства о закупках, чеки, акты приема-передачи-списания — сортировал их, сшивал в хронологическом порядке, заносил в журналы... Жесть, короче. И все, конечно же, без магии, чтобы прочувствовал наказание в полной мере. Плевать! Северус все равно чувствовал себя везунчиком — чуть ли не впервые в жизни.

Маленьким, но приятным бонусом к его удовольствию шло и то, что в поле зрения время от времени попадался Поттер, также отбывающий наказание: их с папашей апелляцию им, судя по всему, посоветовали кое-куда засунуть.

Пару раз Олень даже оказался свидетелем общения своего заклятого врага и соперника с Лили. И каждый раз Северус упивался злорадством. Секунды, наверное, по две. Пока напрочь не забывал о Поттере, да и вообще обо всем, ведь рядом смеялась и щебетала она.

Расслабленно улыбаясь, согретый теплыми бликами в волосах любимой девушки, Северус наконец погрузился в сон. Но радужную пелену дремоты почти сразу же пробуравил назойливый писк Темпуса.

Рывком вскочив и опустив ноги на пол, Северус разлепил веки. Болезненно сморщился и смахнул светящие прямо в лицо яркие цифры, но их лиловые отпечатки остались висеть перед глазами в окружении серых утренних сумерек, заполонивших комнату.

"6:00"

Можно выдохнуть. Он не проспал и никуда не опоздал. Упав на спину поперек кровати, он еще немного полежал, пялясь в потолок и приводя в порядок дыхание, сердцебиение, мысли. С сегодняшнего дня он сможет видеться с Лили без оглядки на запреты ее родителей и шпионаж сестрицы. Они будут снова сидеть вместе на объединенных уроках и гулять после занятий и его исправительных работ. Их отбывать еще весь сентябрь, но это ерунда. Выходные свободны, и деньги на Хогсмид у него есть.

Одним движением Северус сдернул себя с кровати — вперед и вверх, по ощущениям, он даже физически стал сильнее.

Теплой воды в родительском доме не водилось почти никогда. Только когда Северус был совсем маленьким, Эйлин, купая его, подогревала воду. Теперь он мог бы и сам, но не стал. Дважды намылив волосы и от души пофыркав, он выскочил из душа бодрым и свежим. Из кухни тянуло чем-то сладковатым, давно забытым, но мысли полностью занимало другое. Он должен еще зайти за Лили.

Босые ступни лихо пересчитали через одну холодные поскрипывающие ступеньки, а в комнате за время его купания заметно посветлело. Северус торопился.

Швырнув полотенце на колченогий стул, он высушился заклинанием и, быстро натягивая на себя джинсы и футболку, порадовался, что вычистил и выгладил все заранее. В кои-то веки ему не было стыдно за собственную внешность. Урода Лили бы не выбрала, а раз так, то и прикид есть смысл содержать в порядке.

Школьная форма под чарами несминаемости в рюкзаке. Рюкзак на плече. Палочка в специальном чехле в кармане.

Дверь комнаты с прощальным скрипом хлопнула за спиной. Тобиасу, пожалуй, стоило сказать пока: мама просила...

— Ну все, я на поезд, по...

— На поезд? Постой... Так еще же рано. — Тобиас в переднике Эйлин посреди кухни выглядел немного комичным и почему-то жалким. — Я тебе блинчики на завтрак жарю... по маминому рецепту. Возьми хоть один, попробуй.

"Прости его, сынок, — вновь всплыли в памяти ее слова и взгляд темных, родных и ласковых глаз, — не отталкивай. Ему плохо".

Это был сон, но четкий, яркий, слишком похожий на явь. Эйлин приходила к Северусу в ночь после суда, когда спал он крепко и безмятежно. И с того же дня он больше не видел Тобиаса пьяным. Зато на кладбище заставал не раз. Как знать, может Эйлин являлась и непутевому мужу?.. Раскаяние того казалось искренним, а Северус был слишком счастлив из-за перемен в жизни. Что Тобиас завязал навсегда, он не верил — не раз уже бывало и заканчивалось запоем. Но челюсти при разговоре с ним судорогой больше не сводило, и просьбу матери выполнять не составляло большого труда. Никаких разговоров по душам с Тобиасом он вести не собирался. Но на вопросы его отвечал. "Привет", "пока" говорил. Куда идет — сообщал. Вроде бы достаточно.

Тобиас иногда что-то готовил, и Северус глотал те похлебки, не разбирая вкуса. Что-то по-любому же нужно было есть. И вот теперь тот встал пораньше, чтобы нажарить блинчиков. Как будто его кто-то просил. Матери бы лучше помогал, когда еще поздно не стало. И все-таки жаль его. Путаный клубок эмоций, разбирать которые недосуг и неинтересно.

— Да мне за Лили еще надо зайти. Не успеваю... Ну... ладно. Можешь мне с собой несколько штук положить? По дороге съем.

Наблюдать за неуклюжей суетой обрадовавшегося ответу Тобиаса было еще неприятнее, чем созерцать его когда-то атлетичную, а теперь будто оплывшую фигуру в неизменной майке, старых трениках и переднике. Досадно, стыдно, жалко. Северус отвернулся, делая вид, что разглядывает потолки: рассохшиеся кривые балки, черная то ли копоть, то ли грязь, бахрома паутины. Починить с помощью магии легко, и Тобиас насчет "никакой чертовщины в доме" больше даже не заикается. Но до сих пор Северусу не приходило в голову что-либо в этом доме исправлять.

"На следующих каникулах, если что", — решил он ровно к тому моменту, когда старший Снейп закончил возиться и греметь посудой и вышел в коридор.

— Вот, они горячие еще, с маслом, — вручая Северусу замотанную в застиранное полотенце кастрюльку, пробормотал он. — Горячие вкуснее. Ты, может, еще... ну... у вас же есть ваши штучки какие-нибудь, чтобы не остыло.

— Согревающие чары, — невольно ухмыльнулся сын, заталкивая угощение в рюкзак, — но это я потом, в поезде.

"Спасибо", — собирался добавить он, но намерение перебил истошный женский крик, донесшийся с улицы.

Оба Снейпа не сговариваясь выскочили на крыльцо.

Входная дверь в доме соседей напротив, распахнутая настежь, висела на одной петле.

— Помогите! — доносился из недр дома хриплый придушенный крик и странный приглушенный рык.

"Как крупный хищник. Но их же не водится поблизости", — мелькнуло в голове бегущего через улицу Северуса. Впереди маячила спина Тобиаса.

— Джон, мать твою! — рявкнул тот, первым забежав в дом. — Ты что!.. Что за?..

С порога резко пахнуло протухшим мясом. В два шага миновав соседскую прихожую и заглянув в гостиную, Северус стал свидетелем того, что никак не должно происходить в маггловском городке, еще и в светлое время суток. Пропавший более месяца назад Джон, про похищение которого как-то по пьяни пытался рассказать Тобиас, ломаными шагами медленно приближался к застывшему от его вида приятелю. За спиной Джона со стола змеей соскользнула белая, как смерть, миссис Хейг и безмолвно забилась в угол. Тем временем ее муж, уставившись затянутыми мутной пеленой глазами и утробно зарычав, рванулся к Тобиасу, протягивая руки с растопыренными синеватыми пальцами к его шее. Тобиас отмер и попытался нокаутировать бывшего собутыльника ударом в челюсть. В тот момент к его сыну вернулся дар речи.

— Инфери! — хрипло выкрикнул Северус, судорожно доставая палочку. — Это инфери, не давай ему подойти!

Куда там. Едва отшатнувшись от полученного удара, оживший мертвец пошел на таран, врезавшись приятелю в грудь. Не устояв, Тобиас попятился, запнулся за полотняный коврик и рухнул навзничь, тщетно пытаясь сбросить навалившегося и пускающего смердящую слюну мертвеца.

"Некоторые инферналы питаются человеческой плотью, другое их название — вурдалаки..." — припомнился текст учебника. В нем же говорилось о том, что слюна этой нежити ядовита и заразна. Только, как обезвредить тварь, пятикурсникам знать от чего-то не полагалось.

— Ступефай! Петрификус! Бомбарда!

Первые два заклинания оказали на зомби эффект не больше, чем комариные укусы. Однако последнее вырвало кусок гнилого мяса и разозлило. Инфернал оставил добычу и ринулся к Северусу. Еще одна бомбарда угодила в плечо. Вообще-то проклятие метило в голову, но то ли руки у волшебника слишком сильно дрожали, то ли мишень уклонилась, благодаря шатающейся и припадающей на обе ноги походке. Правая рука того, кто некогда был безобидным пьяницей Джоном Хейгом, повисла на белесо-серых сухожилиях, что не помешало ему левой дать не успевшему собраться с мыслями Северусу затрещину, от которой тот упал и выронил палочку.

"Позор, — прорвалась сквозь ужас досада, — колдун, называется... И как же Лили?"

Но непоправимого не случилось. Инфери задергался и зашипел, схваченный сзади руками Тобиаса. Нежить щерилась, рычала, пыталась укусить, выворачивая зияющую прогнившими дырами шею, но старший Снейп отклонялся назад и держал крепко. Только долго ли так могло продолжаться...

Северус схватил с пола палочку и вскочил на ноги.

— Беги, — надсадно прохрипел Тобиас, — позови кого-нибудь из ваших.

— Нет, — направив острие палочки в грудь нежити, крикнул сын. — Ты можешь оттолкнуть его в сторону от себя подальше?

— Это нам не поможет. Беги, пока я держу.

— Ты не понял. — Северус нетерпеливо покрутил головой. — Если его можно так держать, значит, можно связать! Оттолкни, как можно дальше, а я заколдую.

— Уверен?! Ну... Давай!

Резко разжав захват, Тобиас схватил мертвеца за плечи и со всей силы толкнул.

— Инкарцеро, — Северус выписал нужный пасс.

Попал! Спутанный по рукам и ногам мертвец рухнул.

— Мобиле корпус, — добавил младший Снейп и задумался, куда переместить удерживаемое в воздухе извивающееся тело.

— Давай к стулу привяжем, — будто прочитав мысли, предложил старший. Не дожидаясь ответа, схватил стоявший в углу стул и поставил его под инфернала. — Сажай.

Зомби выгибался дугой, не желая усаживаться, однако удар под колени тому поспособствовал. А дальше Северус вспомнил про Инкарцеро Адамантеус. И привязанная к стулу железными цепями туша почти утратила способность дергаться.

Отец с сыном посмотрели друг другу в круглые глаза и нервно рассмеялись.

— Это он типа зомбаком стал, что ли?

— Ага. Он тебя нигде не укусил?

— Нет, вроде... А если, то я потом тоже бы... превратился? — нахмурился Тобиас, позволяя сыну осмотреть себя со всех сторон.

— Нет. Но без противоядия умер бы почти гарантированно от трупного яда и инфекций. Но кажется, пронесло. Только синяки и царапины от ногтей. Их надо промыть и обработать. Я сейчас вызову авроров, и пойдем домой, у меня есть немного антисептического зелья...

— Не оставляйте меня с ним одну, — тоненько взвыла из своего угла соседка, о которой они успели забыть.

— Не оставим, — глянув в ее сторону, вздохнул Тобиас. — А ты же к подруге торопился, — на небритом лице мелькнула давно не посещавшая его улыбка. — Вызывай своих авроров и беги. Зелье я сам найду, если объяснишь.

— А, да... — Точно. Лили, наверное, уже заждалась. — В кладовке на полочке, второй сверху. Правда, там шторки невидимости, но рукой можешь нащупать, потом вытянешь и увидишь. В общем, тебе нужен пузырек из темного стекла, внутри синяя жидкость. Запах еще такой резкий. Найдешь? Не забудешь? Точно?

— Да, точно-точно, — усмехнулся Тобиас, положив Северусу руку на плечо. — Вызывай уже кого там надо и иди, а то в самом деле опоздаешь.

Когда с соседского крыльца в небо улетело похожее на фейерверк заклинание, Северус вновь посмотрел на стоявшего в коридоре отца.

— А что это с моим Джонни, а? — причитала маячившая за его спиной соседка, тревожно оглядываясь назад.

— Вам все объяснят, миссис Хейг, — пообещал ей Северус и неожиданно для себя протянул отцу руку. — Я побежал?

Тот с готовностью, даже с поспешностью протянул сыну свою, но само рукопожатие вышло крепким.

"А он, оказывается, может быть нормальным", — подумал Северус, сбегая с крыльца.

— Не забудь про царапины, — напомнил он, обернувшись, прежде чем со всех ног пуститься вдоль по улице.

Судя по солнцу, было уже около семи или чуть больше, а с Лили было условлено встретиться в половине восьмого. Аппарировать было неоткуда, и Темпус посреди улицы не наколдуешь. Подгоняемый страхом, что опоздал, и надеждой, что Лили его все равно дождется, взмыленный и задыхающийся, Северус прибежал к ее дому. Подруга ждала его во дворе и вышла навстречу.

— Сев, где тебя носило? И что за вид? — возмущение в ее голосе быстро сменилось тревогой. — Случилось что-то?

— Да, — не успевая переводить дыхание, вытолкнул он. — Но все хорошо. Я по дороге расскажу. Мы еще успеваем?

— Да успеваем, если на Ночном рыцаре. Вызывать?

— Угу, — кивнул он, согнувшись и упершись руками в колени.

* * *

В волшебном автобусе, который, к счастью, несмотря на название, является по зову палочки в любое время суток, особо не поразговариваешь. Мало того, что немало усилий приходится прилагать, чтобы не понабивать синяков и не упасть, так еще и шума столько, что только орать, к чему тема происшествия совершенно не располагала. Мешкать на вокзале, когда Хогвартс-экспресс уже стоял под всеми парами, они тоже не стали. Зато им посчастливилось найти свободное купе, и только тогда Сев смог наконец удовлетворить любопытство подруги.

— Ни хрена себе, — подытожила, выслушав его рассказ до конца, Лили.

— И я тоже так думаю, — согласился Северус и тряхнул волосами, которые после всех приключений опять послипались сосульками. Вот черт!

— Но вы с мистером Снейпом такие молодцы, — улыбнулась Лили, и в глазах Северуса посветлело. — Обезвредить агрессивного инфери! Блэк как-то трепался, что на такую нежить поодиночке даже авроров не посылают.

— Ну, нас было двое, — скромно начал Северус, но неожиданно ухмыльнулся. — И мы ж не Блэки.

— Да уж, — Лили фыркнула. — Куда Блэкам до Принца... Или все-таки Снейпа?

Секунду подумав, Сев пожал плечами:

— По ходу, и так, и так нормально.

— Вот и замечательно, — сказала подруга и положила голову к Северусу на плечо. А он блаженно прикрыл глаза и, кажется, задремал.

Идиллию прервал шорох отъезжающей двери и голос:

— К вам можно? — В проеме стояли Фрэнк Лонгботтом и Алиса Кендал.

"Вот радость-то," — мысленно съязвил Северус, но Лили, конечно же, приняла своих гриффиндорских друзей с распростертыми объятиями.

— Ой, правда? Спасибо! — воскликнула Алиса. — А то везде так шумно...

"А теперь и здесь тоже," — мрачно решил Снейп. Но, к его удивлению, поездку попутчики особо не испортили. Сначала они сидели молча, уткнувшись в книги. Но примерно с полдороги поддержали разговор, который начала Лили. Говорили обо всякой ерунде, без наездов и подколок, и Северуса, предпочитающего вместо пустой болтовни провести время с собственными мыслями, не трогали. Так что в конце концов он решил, что подсевшая к ним парочка — меньшее из возможных зол, потому что, окажись на их месте кто другой, — наподобие Блэка с Поттером или Эйвери с Мальсибером, — дорога могла пройти в гораздо менее спокойной обстановке.

После полудня все проголодались и принялись делиться домашней едой. Снейп вспомнил про блинчики, которые за болтовней незаметно ушли. Мягкие, сладкие, они в самом деле получились, почти как у мамы. Стало тепло и уютно. В таком расслабленном состоянии Северус и пребывал оставшуюся часть пути. Однако во дворе Хогвартса его ждал сюрприз.

— Мистер Снейп, к директору, — гаркнул на него Слагхорн, подошедший даже слишком резво для своей комплекции, едва запряженная фестралами повозка успела затормозить.

Сопровождая Северуса в кабинет Дамблдора, декан крепко держал его за локоть. И когда рядом не осталось никого, кто мог бы услышать, он полушепотом добавил:

— Первый учебный день, а вы уже что-то натворили. В школе авроры...