Этот жестокий волшебный мир (гет)

После окончания Второй Магической войны и поражения армии Темного лорда назрели серьёзные государственные проблемы, граничащие с катастрофой, с которыми молодое, прогрессивное правительство Магической Британии не ожидало столкнуться и не могло решить самостоятельно.

Весь Волшебный мир замер, наблюдая со стороны за трудностями правления самого юного в истории Министра магии, но никто не торопился предложить ему помощь.

Большинство членов Визенгамота воспользовались правом заморозить свои места на пятьдесят лет. Оставшиеся вновь и вновь отвечали отказом по отношению к любым прогрессивным законам, предлагаемым на рассмотрение новым кабинетом Министра.

Гринготтс осторожно выжидал, временно прекратив все финансовые операции. Остановилось производство товаров и продуктов питания, закрылись мастерские, магазины и лавки. Прекратились поставки лечебных зелий в Больницу Святого Мунго. Лишь Хогвартс, благодаря непостижимой тысячелетней магии, функционировал исправно, предоставлял пищу и кров всем, кто находился под его защитой. Всё остальное население страны терпело бедствие.

Наступил момент, когда девятнадцатилетний Министр Магии Гарри Поттер, скрепя сердце, вынужден был обратиться со страниц «Ежедневного пророка» с предложением о союзе и сотрудничестве к представителям Священных Двадцати восьми.

В тот же день, после публикации, в кабинет Министра вошел статный волшебник, похожий на маггловского Санта-Клауса. Получив приглашение, он скромно присел на стул. Глядя на его румяное лицо и бесхитростный взгляд, сложно было представить, что это — один из самых влиятельных и богатых представителей чистокровных семей Волшебного мира — Персей Гринграсс.

Гарри Поттер не был деликатным человеком, он действовал по-гриффиндорски откровенно и решительно, поэтому сразу перешёл к делу.

— Что вы хотите за Ваши услуги?

Гринграсс тонко улыбнулся:

— О, господин Министр, мне нравится ваш деловой подход. Вам следовало сразу обратиться к нам, и подобных неприятностей… — он кивнул в сторону открытого окна, откуда раздавались неистовые выкрики возмущённых граждан, недовольных бездействием нового правительства, — этого беспорядка можно было бы избежать.

Гермиона Грейнджер, руководитель Департамента по регулированию магических существ, которую Гарри Поттер пригласил на встречу для моральной поддержки, спохватилась, нервно подскочила со своего места и, взмахнув палочкой, захлопнула окно.

— Так что вы хотите? — устало повторил Гарри Поттер. Судя по серому цвету лица и взъерошенным волосам, он не спал уже много ночей.

Персей Гринграсс по-отечески сочувственно посмотрел на молодого Министра и покачал головой.

— Вашим избирателям нужна стабильность, а Вы не можете ее предоставить. Половина финансовых магнатов заключена в Азкабан, туда им и дорога, а остальные за границей, откровенно ждут вашей отставки.

У вас огромные проблемы, господин Министр. Вы не понимаете основных механизмов экономики. У вас нет денег, и даже если бы они были, вы не знаете, что с ними делать. Но вы публично обратились к влиятельным волшебникам, и вот я здесь, час назад аппарировал из Франции. Я могу обеспечить вам помощь и поддержку. Но…

Гарри Поттер резко перебил его:

— Но вы слизеринец. У вас есть условие. Какое?

Гринграсс выпрямился в кресле. Исчез образ добродушного Санты. Напротив Министра сидел бессердечный, опытный делец, заключающий выгодную сделку.

— Ничего, что противоречило бы вашей политике. Я оказываю Вам полную финансовую поддержку и обеспечиваю лояльность остальных чистокровных семей. Вы, со своей стороны, заключаете брак с одной из моих дочерей.

Гарри Поттер гневно вскочил со стула:

— Это шутка? Я женат!

Волшебник примирительно поднял руку:

— Все знают о вашей женитьбе на Джиневре из почтенной семьи Уизли. Моя дочь официально станет вашей второй женой.

Министр посмотрел на него как на сумасшедшего. Сидевшая рядом с ним Гермиона Грейнджер побледнела как полотно.

Гринграсс вздохнул:

— Вероятно, уважаемая мисс Грейнджер объяснит вам.

Ещё сильнее побледневшая Гермиона дрожащими губами произнесла:

— Акцио Закон о равных правах, — и призвала пергамент с красной министерской печатью, затем аккуратно положила его перед Гарри:

— Я тебе рассказывала, Гарри, — залепетала она, — когда ты два дня назад подписал общий Закон о равноправии… Там было дополнение о брачных традициях волшебных существ…

Гарри устало поправил очки:

— Помню, что речь шла о полигамии у гоблинов, селки и некоторых семейств оборотней… Какого Мерлина… Нет, Гермиона, ты же не имеешь в виду?..

— Да, Гарри, они настаивали на сохранении полигамии, угрожали бунтом… Я посчитала это незначительным компромиссом. Но… Закон является общим для всех. Мы с тобой поспешили утвердить его, не подумав, что этим правом заинтересуются и другие. Прости меня, — Гермиона Грейнджер упала на стул и разрыдалась.

Гарри Поттер бросился ее утешать, повторяя:

— Миона, мы всё исправим!

— Поздно, Гарри, Визенгамот утвердил закон, он вступил в силу сегодня в полночь! — мисс Грейнджер была безутешна.

Персей Гринграсс деликатно откашлялся, привлекая внимание.

— Извините, господин Министр, я не имею права дальше отрывать вас от государственных дел.

Гермиона Грейнджер вытерла слёзы и гневно выкрикнула:

— Вы, несомненно, пронюхали об этом ещё на этапе рассмотрения! Вот почему Визенгамот принял Закон единогласно: потому что Вы повлияли на принятие решения. И теперь Вы наслаждаетесь нашей ошибкой! Зачем Вам это нужно?

Волшебник криво усмехнулся, внимательно глядя на дерзкую ведьму, но его взгляд оставался серьезным, когда он веско сказал:

— Это очевидно. Скоро у меня родится внук. Сын моей младшей дочери Астории и Драко Люциуса Малфоя, помилованного благодаря вашему вмешательству. Я не слишком доволен своим зятем, но не смог избежать этого брака — магические контракты можно разорвать только в случае смерти или пожизненного заключения в тюрьму. Малфои избежали наказания и потребовали выполнения обязательств по контракту, а расплачиваться будет Астория и ее будущий ребёнок. Мне не хотелось бы, чтобы мой внук шёл по жизни как сын Пожирателя смерти. Совсем другое дело, если бы он был племянником Министра Магии и самого Спасителя Волшебного мира. Моя старшая дочь, Дафна, не замужем, и я предлагаю вам ее руку и все мои деньги. Мероприятия по урегулированию экономической катастрофы в стране начнутся немедленно после публикации в прессе статьи о помолвке, и это будет началом моей части сделки. Я заинтересован, чтобы вы как можно дольше сохранили свой пост. Вы заинтересованы провести необходимые реформы, и я Вам это гарантирую. Я прогрессивный человек. Господин Министр, в скором времени я жду сову с вашим решением. Мисс Грейнджер, — он любезно улыбнулся расстроенной девушке,

Гарри и Гермиона ошеломленно наблюдали, как он с достоинством поклонился и вышел из кабинета.

Покидая Министерство Магии, чистокровный слизеринец Персей Гринграсс рассмеялся и тихо произнёс: «Дети!»