Королевский гамбит (джен)

Рон Уизли родился с талантом стратега и шахматиста.

Остальная семья этого не заметила, так как через год родилась Джинни и все внимание и любовь достались ей, а Рону — лишь выговоры и подшучивания, потому что нелегко быть шестым в череде братьев. Он мог бы возненавидеть семью, но вместо этого просто изучил психологию и отстранился, в минуту нужды воспринимая их просто как фигуры на доске.

Доске, за которой сидел он, игрок, двигающий эти самые фигуры.

В этом ему помогло увлечение магическими, живыми шахматами, в которых следовало уговаривать фигуры сделать нужный ход. Фигуры подсказывали ему ходы, но главным оставался он — Рон Уизли. Решающий, куда пойти. Не ощущающий боли взятых и сброшенных с доски фигур. И самое главное — остающийся в безопасности вне доски.

Он представлял себя знаменитым Гарри Поттером, ставящим мат и сбрасывающим с доски Того-кого-нельзя-называть, и за этим следовали овации, слава, признание его самым крутым Уизли в мире даже со стороны других Уизли.

Манипулировать семьей оказалось нелегким делом, иногда бывали успехи, вроде той истории с близнецами и непреложным обетом, за который они получили трепку от отца, но чаще случались провалы. Рон не отчаивался, изучал, думал, сравнивал, разрабатывал новые планы, тренируясь на семье, прежде чем выйти в большой мир.

Живые люди все же отличались от живых шахмат и не всегда в лучшую сторону.

Занимался он и магией, конечно, успешно скрывая это от семьи и продолжая разыгрывать роль "глупого младшего брата". Чтобы эффективно противостоять братьям, ещё до Хогвартса начал подглядывать в их учебники и практиковать простейшие заклинания с целью подпортить им жить, но делал он это тайно, поэтому родители легко велись на его отмазки, дескать, как он мог колдовать, если ещё даже в Хогвартс не поступил?

В целом разыгрывать не слишком умного ребенка оказалось весьма эффективной тактикой.

Отправку на обезгномливание сада или иные домашние занятия Рон использовал для спокойного размышления над планами и стратегиями. У него было много планов, но в конечном итоге из них выкристаллизовался один огромный План.

О нет, он не собирался драться за место под солнцем, перекрикивая других и пихаясь локтями, вытягивая клюв в надежде первым ухватить червячка. Он собирался оставаться в тени, за доской, как игрок, управляя теми, кто выпрыгивал на доску, чтобы искупаться в лучах славы. Конечно, ему очень хотелось утереть нос всему семейству, которые видели в нем лишь "глупого малыша Ронни", но с другой стороны... какой игрок жаждет признания своих фигур?

Не говоря уже о том, что реализация Плана и оказалась бы этим самым утиранием носа, только тихим, о котором никто не узнал бы, кроме самого Рона. Вполне достаточно. Месяцы и годы летели, Рон собирал информацию, оттачивал планы, менял их, перестраивал, осваивал магию и маску «простого сельского паренька», в общем, скучать не приходилось.

Семья стала его агентами влияния (сама не зная о том) и собирала информацию о будущем поля боя и учебы, то есть Хогвартсе, и центральной фигуре плана — Гарри Поттере. Здесь могли помочь только родители, и Рон сделал ход Джинни, подсунул ей книги и рассказы, внушил интерес к Гарри и через младшую сестру вел расспросы. Во всем этом, как и в прочих планах Рона, было еще второе и третье дно, работа с прицелом на будущее, дальнее будущее.

Также Рон подтолкнул отца к мысли создать невидимый летающий автомобиль, причем словно бы случайно.

— Пап, я принес тебе еды, мама ругается, что ты опять забыл поесть и уже месяц возишься с этой железкой!

— А, Рон! Смотри, какая красота! — отец с гордостью указал на двигатель. — Магглы гениальны, понимаешь? Представляешь, он работает на жидкости, которую добывают из земли! И едет без единого заклинания!

Самое то для ребенка, который еще якобы не умеет колдовать.

— А она летает? — изображая любопытство и восхищение, спросил Рон.

— Летают на самолётах, сынок! Это такие огромные железные птицы с крыльями, но они очень сложные...

— Так, а зачем она магглам, если не летает? Пусть сделают свои самолеты маленькими, — предложил Рон.

— Магглы не могут этого сделать без волшебства, — и в глазах Артура Уизли загорелся огонек.

Когда отец закончил заколдовывать автомобиль (и поменял законы, чтобы владеть такой зачарованной машиной, ничего не нарушая), Рон спокойно позаимствовал его и на нем посетил Литл-Уингинг, все осмотрел и отдельно отметил наблюдение за Гарри Поттером. Тем Гарри, который и знать не знал о магическом мире, и все это наводило на размышления.

Так что Рон сидел и опять размышлял.

Он не знал всех деталей — еще одно отличие жизни от шахматной доски, — но ясно было, что партия выйдет предельно опасной. Не просто проехаться на Гарри Поттере к вершине, утерев всем носы, а сразиться и победить двух игроков, партия которых еще не закончилась: Волдеморта и Дамблдора. Туманные обстоятельства победы в конце первой войны и жизни Гарри потом прямо-таки кричали об этом.

Рон размышлял и понял, что хочет сыграть этот королевский гамбит не в роли пешки, которой жертвуют на втором ходе, конечно. Сведение опасности к минимуму, изучение доски и игроков и так далее. Начало партии было ясно — приезд Гарри в Хогвартс, — но остальное? Это предстояло выяснить в процессе.

* * *

Один взгляд, и Рон понял, что перед ним вариант два: Гарри бросили родственники и он не знает, что ему делать и как попасть на платформу девять и три четверти. Распространенный вариант для магглорожденных, правда, обычно они топтались вместе с родителями. Рон оглядывался, наблюдая, как Гарри беспомощно озирается у вокзала. Ни родителей, ни сов — типичный магглорождённый? Или... Дамблдор не прислал никого?

Идеально.

Сам Рон ставил на то, что Гарри будет сопровождать кто-то из людей Дамблдора, но… повезло.

Или Дамблдор хотел посмотреть, что выйдет, кого выберет Гарри.

— Не пройти честным магам, — словно невзначай подал реплику Рон, и мама отреагировала. — И вообще, куда мы направляемся?

Слова о толпе магглов привлекли внимание Гарри, а реплика в роли «туповатого Рона» привела к тому, что Молли Уизли упомянула платформу — проверить, что ее любимица Джинни все помнит — и дальше все пошло по накатанной, включая представление самого Рона.

Ход конём, подумал он, скрывая улыбку и делая вид, что восхищён — ведь это был сам Гарри Поттер!

С этим «багажом» он смело нашел Гарри, который предсказуемо сидел один в купе, и попутно слегка направил в сторону возможного конкурента — Невилла Лонгботтома, заставив его жабу сбежать. Заявился Рон к Гарри прямо, ибо психологически так было лучше всего, завел разговор о шраме и с него перешел на семьи, общая тема для сочувствия и разговоров, закрепления начинающейся дружбы. Жалобы на бедность и что у него все с чужого плеча (как у Гарри), демонстрация Коросты (которую Рон давно подозревал и поэтому прихватил в Хогвартс — понаблюдать) и рассказ о семье с закладкой на будущее — чтобы Гарри тянулся к семье Уизли, раз своя отталкивала.

Еда и возможность Гарри угостить друга, разговоры о волшебстве и упоминание Дамблдора — Рон продолжал прикидываться простым пареньком и видел, что это действует. Теперь следовало закрепить впечатление, показав волшебства, но неудачного, чтобы Гарри приободрился. Демонстрацию чуть не сорвало появление Грейнджер, но и это Рон обратил на пользу — сплочение с Гарри на почве невежества против раздражающей всезнайки. Также она заговорила о факультетах, и Рон тут же зашел с давно заготовленных козырей, забросив крючок насчет того, что Гриффиндор — хорошо, Слизерин — плохо.

Потом последовал разговор о квиддиче, и Рон был к нему готов, по роли ему полагалось разбираться в квиддиче, и уж он разбирался. Затем очень удачно явился Драко Малфой. Даже спланируй Рон все заранее и договорись с Драко, не вышло бы так хорошо и естественно: антагонизм с Малфоем и укрепление дружбы с Уизли, закрепление того, что Слизерин — плохо, а Малфои служили Темному Лорду, и так далее. Гарри и не подозревал, что его психологически обрабатывают, а Рон продолжал изучать Поттера вживую и одновременно с этим поздравил себя с первой маленькой победой.

Знакомство и перетягивание Гарри в Гриффиндор вышли словно сами собой, случайно.

Распределение только подтвердило правоту Рона и в то же время указало на прореху в его плане.

— Ой, — выдала Шляпа, едва оказавшись на голове Рона.

Сотни планов того, как он отомстит Шляпе, если та помешает дружить с Гарри. Выполнимых планов. Часть из них Рон смог бы провернуть даже на первом курсе, другим пришлось бы подождать. Особенно ему нравился тот план, в котором он вырастал, брал власть в Хогвартсе, Министерстве магии Британии, всем мире и затем объявлял Шляпу артефактом, который промывал мозги школьникам и который следовало держать под особой охраной.

На голове дементора.

— ГРИФФИНДОР!!! — взревела Шляпа секунду спустя.

— Молодец, — похвалил ее Рон и отправился к Гарри.

Внимание Рона также привлекли реплики Перси насчет Квиррелла (когда это Гарри успел с ним познакомиться?) и того, что раньше Дамблдор все объяснял, почему часть школы закрыта. Следовало проверить догадку, и на следующее утро они «заблудились», оказавшись рядом с нужной дверью. Заодно познакомились с Филчем, и Рон убедился — дело тут нечисто, так как мимо, тоже якобы случайно, проходил Квиррелл.

* * *

Рон не торопил события, наблюдал и изучал «доску», играл роль простого паренька, и дружба с Гарри все крепла. Визит к Хагриду и намеки насчет ограбления Гринготтса окончательно уверили Рона, что он видит перед собой части замысла Дамблдора. Непонятного замысла, но направленного на Гарри и Волдеморта, скорее всего, так что Рон мог просто наблюдать и в то же время его беспокоило то, что он не знает всего плана.

Как вклиниваться третьим в партию, когда не знаешь всего?

* * *

Драко Малфой не подвел, и Рон, улучив момент, ввязал Гарри в «дуэль», решив, что это будет отличная возможность укрепить их дружбу совместным приключением — раз, проверить несколько подозрений, не вызывая этих самых подозрений в свой адрес — два. Навязались и Грейнджер с Лонгботтомом, демонстрируя, что человеческий фактор не поддается планированию, но Рон справился.

В совместном приключении и узнали, что там в запретном коридоре — цербер, охраняющий нечто. Но важнее было другое — Рон оказался перед лицом опасности, трехголовой собакой, хотя и не собирался так рисковать. Ценный урок, что опасность не помешало бы предвидеть заранее и вообще не попадать в подобные ситуации в будущем.

Шли дни, и ничего не происходило, хотя ясно было, что Квиррелл тут главный подозреваемый. Тем не менее Дамблдор ничего не предпринимал и ждал хода противника, а тот все никак не ходил, а может, и не собирался — еще одно отличие жизни от шахмат. Рон не вылезал вперед, изображал простого парня и много ел, так как мозгам требовалось усиленное питание. Уроки были легкими и скучными, что играло на его маску и сближало с Гарри, который тоже не слишком любил делать домашние задания.

Все это порождало проблему иного рода, но Рон не зря так много ел и нашел решение.

Грейнджер!

Заучка-всезнайка от избытка усердия и желания помочь быстро настроила против себя всех вокруг. Не изучала психологию, в общем. Ясно было, что чуть толкни — и у нее случится срыв, который приведет к тому, что она сбежит куда-нибудь и будет долго плакать, как это любят делать девчонки. Одновременно с этим Рон не сомневался, что на Хэллоуин Квиррелл сделает свой ход. Знаковая дата, символичная, не говоря уже об ослаблении защит и усилении нечисти и о том, что в эту дату «погиб» Волдеморт. Два месяца — достаточный срок, чтобы не только выстроить планы, но и зарядиться нетерпением, так как Дамблдор и в бороду не дул, ничего не предпринимал. Тоже ценный урок, думал Рон: если у тебя выигрышная позиция или ты не знаешь, что у врага, вынуди его сходить первым.

Поэтому на Хэллоуин он «подтолкнул» Грейнджер с целью последующей вербовки под видом спасения и дружбы. Все это легко просчитывалось, и Рон наслаждался пиршеством, выжидая момента, когда то закончится, чтобы невзначай напомнить Гарри о Гермионе, якобы тот сам вспомнил.

Но тут в зал вбежал Квиррелл, и Рон едва не заорал от возмущения такой низкопробной постановкой. Взрослый волшебник, учитель ЗОТИ, боящийся вампиров и обладающий талантом обращения с троллями… сбежал от одного из этих самых троллей? Но Дамблдор и глазом не моргнул, сделал вид, что поверил, и тут Гарри сам вспомнил о Гермионе.

Дальше все пошло не плану, хотя Рон и пытался избежать опасности — заперли тролля в туалете, самое время позвать учителей и «спасать» Гермиону — и оказалось, что Грейнджер в том самом туалете. Пришлось брать все в свои руки, делать вид, что в такой опасной ситуации он вдруг справился с заклинанием (хотя обычно было наоборот, люди терялись, но никто не заметил этого вынужденного промаха) и что они вместе втроем победили тролля.

Дальнейшая часть с дружбой прошла по плану, и Рон мысленно утер пот со лба. Перевел подозрения друзей на Снейпа, благо тот давал немало поводов, и в то же время отметил, что не он один допускает промахи. Следы зубов на ноге Снейпа? Когда цербер просто откусил бы ему ногу целиком, а следы могли остаться только от игривого, дружеского покусывания?

Опять выходил какой-то низкий сорт, нечистая работа.

Появление в команде Гермионы означало, что Рон мог спихивать на нее все «открытия» и исследовательскую работу — вопрос, который беспокоил его раньше. Ведь если его маска — простой паренек, то он не мог знать многого, а с Гермионой этот вопрос решался сам собой: Грейнджер нашла, подсказала и так далее.

Также помогал и Хагрид, периодически о чем-то пробалтывающийся, и слова о Фламеле решили одну из загадок, которую никак не мог понять Рон. Стало быть, Темный Лорд убился о Гарри, но не до конца и теперь искал способ добыть философский камень, чтобы полноценно воскреснуть. Попутно его привлекал и Гарри Поттер, и в итоге Темный Лорд не устоял и явился в Хогвартс вместе с Квирреллом. Когда выпал снег, Рон подбил близнецов проверить свои догадки, и они обстреляли снежками тюрбан Квиринуса.

Оставалось только восхититься Дамблдором, который одним планом решил сразу столько задач и, самое главное, вынуждал врага действовать первым, раз за разом. Рон восхищался и одновременно с этим ужасался, так как все его догадки подтвердились, а он оказался не готов и несколько раз подвергался опасности там, где собирался ее избежать.

* * *

Рождественские каникулы преподнесли еще информацию — Гарри прислали мантию-невидимку, а также продемонстрировали зеркало Еиналеж. Появление Дамблдора ясно указывало, что это части его плана и что Гарри предстоит принять в нем участие, вольно или невольно. Рон остался в рамках образа, рассказал, что видит в Еиналеж себя с кубком школы и прочую ерунду, хотя на самом деле отразилось там иное.

Он долго ломал голову над поведением Дамблдора и версию, что тот просто слишком стар и никуда не торопится, сразу отложил в сторону. Волдеморт боялся Дамблдора, но не наоборот, и поэтому страх тоже пришлось отбросить. Чего мог бояться Дамблдор?

Но только после того, как Гарри подслушал разговор Снейпа и Квиррелла, где речь шла о философском камне, Рон нащупал верный след. Вероятность того, что Гарри наткнулся бы именно на них в нужную минуту, была ничтожно мала. Примерно те же шансы, что у годовалого младенца победить Темного Лорда.

Пророчество.

Судьба, вероятности, поступки, все изгибалось в нужную сторону, чтобы пророчество исполнилось. Рон утер холодный пот со лба и в то же время поздравил себя с верным выбором. Раз такая магия сталкивала Гарри и Волдеморта, то на ней точно можно было выехать в первые ряды и выполнить все планы — сумей только выжить и не дай Гарри сгинуть.

Дамблдор не спешил с действиями, так как ему и не требовалось спешить, все должно было случиться само собой. Участие Гарри было гарантированно, его друзей — наверняка, как тогда вышло с обнаружением цербера. Нет, Рон знал, во что ввязывается… в общих чертах, поэтому и назвал свою партию королевским гамбитом, но даже не представлял, насколько высоки ставки.

Поэтому, когда Хагрид обзавелся нелегальным дракончиком, Рон первым делом начал строить планы, как ему избежать действия, когда до того дойдет. Он оставался в образе, но сам следил, ждал момента и дождался. Норберт и раньше его кусал, да не раз, но тут Чарли прислал письмо, что его друзья готовы забрать дракончика.

Рон добавил магии укусу Норберта, влил туда остатки одного из зелий Невилла, и руку раздуло, да так, что и мадам Помфри не вдруг справилась. Явился и бесценный помощник — Драко, и Рон ловко и якобы нечаянно отдал ему письмо от Чарли, где говорилось, как и когда заберут Норберта. Пророчество или судьба не замедлили воспользоваться моментом, и Гарри, Невилл, Гермиона и Драко отправились на отработку в Запретный Лес.

Первый курс — и ночью, и Драко, всегда хваставшийся, как влиятелен его отец, ничего не сделал, и никто не возмущался такой нестандартной отработкой, и так далее. Это при том, что время отреагировать у Драко было, отработку назначили не сразу — всем, кроме Рона, который вполне законно увернулся от заклинания (и получил возможность поддерживать Гарри, когда все от него отвернулись). Рон подбросил судьбе шанс, и все пришло в действие, встреча Гарри и Темного Лорда состоялась.

* * *

— Пил кровь единорогов? — переспросил недоверчиво Рон.

— Да, именно так!

Рон задумался в очередной раз. Гарри практически прямо сказали, что происходит, и уж если кентавр в лесу это понимал, то знал и Дамблдор. Терять Темному Лорду было нечего… если не считать того, что десять лет его все считали мертвым, а он явился как ни в чем не бывало. Попытка проклясть его через единорогов, раз уж Дамблдор разбирался в алхимии? Ну да, основная часть проклятия ложилась на Квиррелла, нет, ведь там была тень, так?

Тянуть время, вынуждая врага действовать и прибегать к отчаянным средствам, а заодно ослаблять на будущее. Пусть выжил и выживет еще, но будет проклят, не так ли? Рон в который раз утер холодный пот со лба и подумал, что рановато ему тягаться с Дамблдором. Взять хотя бы эту историю с яйцом дракона и якобы случайным рассказом от Хагрида, как пройти мимо Пушка!

Нет, не якобы, поправил себя Рон, просто рассказал, как всегда, Дамблдор лишь учел это в планах. И Гарри Хагрид подарил флейту еще на Рождество, мелочь, но многозначительная.

* * *

Обе стороны тянули время, и Рону хотелось, чтобы они отложили битву между собой на время летних каникул, но понимал, что не выйдет. Если уж противостояние шло между Гарри и Темным, то столкнуться им предстояло до окончания учебного года, и так и вышло. Рон перепробовал все, что смог, не снимая маски и не вызывая подозрений, чтобы как-то сбить Гарри и Гермиону, не дать им самостоятельно пойти в поход по спасению камня, и убедился, что он слабоват против сил судьбы.

Невилл попробовал их остановить и пал, парализованный.

Едва Гарри заиграл на флейте, подаренной Хагридом, как Пушок начал засыпать. Гарри и на флейте! Это было даже не подобие игры, но цербер взял и уснул. Наверное, предполагалось, что Гарри пройдет здесь один, под мантией-невидимкой, но не факт, думал Рон, вглядываясь в темную бездну, куда спрыгнул Гарри.

— Здесь безопасно! Мягкая посадка.

Рон прыгнул и тут же получил еще один ценный урок — даже если тебе говорят, что тут безопасно, следует обеспечить все самому. Они справились с дьявольскими силками и пошли дальше. Гоняясь за летающим ключом, Рон начал готовить почву к будущему «ужасному ранению», которое выведет его из строя, но по факту окажется не опасным для жизни.

Для начала врезался в потолок и едва не свалился с метлы.

Увидев в следующей комнате огромные шахматы, Рон едва не взвизгнул от восторга, но притворился серьезным и встревоженным. Теперь надо было просто подготовить все и «пожертвовать» собой, чтобы выиграть партию, поэтому Рон встал на место коня — больше маневренности в нужную минуту. Рон разыграл партию, как по нотам, пожертвовал собой в нужный момент, обеспечил победу и выбыл из участия в приключении.

Опасность, конечно, была, но не такая, как если бы он продолжил следовать за Гарри. Некоторое время спустя вернулась Гермиона, и Рон порадовался, что не поскупился на достоверность своей «жертвы», ведь Грейнджер ринулась ему помогать. Потом они выбрались обратно и тут же столкнулись с Дамблдором.

— Гарри пошел за ним, да? — спросил Дамблдор.

То ли намекнул, что знает, что Рон знает, то ли думал, что они ничего не поймут. Надо будет потом намекнуть, что Дамблдор все специально так сделал, отметил Рон и три дня спустя рассказал Гарри, а тот его ошарашил. Мол, да, Дамблдор все знал и дал им шанс. Что же, подумал Рон, с этим можно работать, расклад прояснился, игроки показали себя, и он сам уцелел благодаря собственной предусмотрительности.

Волдеморт выжил, как и Гарри, Дамблдор жив — партия продолжается!

* * *

На каникулы Гарри отбыл к своим родственникам, а Рон вернулся в "Нору" и там тратил все свободное время на анализ ошибок, упущенные возможности, новые планы и прочее. Разумеется, он писал Гарри, но тот не отвечал, и это слегка беспокоило Рона. Гарри не мог просто так забыть их дружбу, не тот склад характера, не те обстоятельства. Стало быть, одно из двух: или вмешались родственники Гарри, или случилось еще что-то, магического характера. Например, дух Волдеморта сунулся мстить, но издалека, не прикасаясь к Гарри.

Рон все ломал голову, как бы обставить под случайность, и тут отец принес новость, что Гарри влепили официальный выговор за волшебство на глазах у магглов. Этого было достаточно, чтобы подбить близнецов действовать, и они спасли Гарри от Дурслей и привезли в "Нору", попутно услышав странный рассказ о сумасшедшем домовом эльфе.

Кто-то из старых семей, сразу понял Рон, для кого домовики — как мебель вокруг, и что самое интересное, большинство этих старых семей поддерживали Волдеморта. Знак? Еще какой! Игра продолжалась, и Рон строил разнообразные планы, как избежать будущих опасностей.

Визит на Косую Аллею полностью подтвердил опасения Рона: сбой Гарри при отправке камином, встреча с Малфоями в лавке Горбина в Лютном и затем драка Люциуса с отцом. Пророчество или планы бывшего Пожирателя Смерти, продиктованные духом Волдеморта? Убедившись, что Гарри его сжигает, тень Волдеморта легко могла натравить своих последователей и устроить неприятности.

И Добби говорил о том, что Гарри угрожает смертельная опасность.

— Так, так, так, — пробормотал Рон, обнаружив в вещах Джинни дневник.

Прикасаться не стал, лишь проверил, на месте ли дневник самой Джинни — с записями о Гарри. Подумал, походил, почесал затылок, прибег к одному из заклинаний отца для проверки — да, в дневнике определенно содержалась магия, и они не покупали такой на Косой Аллее.

Рон сел и задумался.

Вмешаться напрямую — отвести опасность от сестры, но самому подвергнуться ей. Опасность в Хогвартсе. Малфои и Добби, Рон уже практически не сомневался, что это их эльф, такой же ушибленный на всю голову, как и их хозяева. Ждать и наблюдать — вот самое безопасное (для Рона), и в то же время тут вырисовывалась еще одна комбинация — с прицелом на далекое будущее. Гарри и Джинни, да.

Поэтому Рон не стал ничего предпринимать и продолжил прикидываться простым пареньком. Пусть идет игра, он успеет понаблюдать и вмешаться, когда поймет все ходы и кто управляет фигурами.

* * *

Проход на платформу девять и три четверти оказался закрыт, и Рон только вздохнул про себя. Чертов домовой эльф Малфоев! Кто еще смог бы закрыть волшебный проход, не подняв тревоги, чтобы "не пустить Гарри Поттера в школу, сэр". Все же мозги у них были под стать размерам — маленькие.

Рон вспомнил несколько планов и вдруг понял, что это шанс, который оказался упущен в прошлом году.

Шанс на совместное приключение с Гарри!

Поэтому он вбросил идею, а Гарри, охваченный ужасом, что не попадет в Хогвартс, даже не стал обдумывать и сразу вцепился в нее. Они улетели на автомобиле Артура Уизли и неплохо провели время, в общем-то, без Гермионы, а под конец полета Рон осуществил еще одну часть плана. Начал делать вид, что двигатель рычит, а автомобиль выключается (и Гарри поверил, потому что так себя вели автомобили магглов), и успешно приземлил автомобиль прямо в Дракучую Иву, таким образом легитимизировав его наличие рядом. Слушаясь команд Рона, автомобиль сделал вид, что очень испуган, и улетел в Запретный Лес.

О да, им попало, назначили отработки, мама прислала Вопилку, все это было предсказуемо и скучно, в отличие от реакции Дамблдора. Их следовало исключить, но Дамблдор решил оставить, вопреки закону, и это подтверждало догадки Рона — игра идет и обе стороны делают новые ходы.

Также Рон решил подстраховаться и сделал вид, что сломал палочку — конечно, приходилось напрягаться и изображать, что та искрит, дымит и плохо колдует — но зато в случае опасности враг не заподозрил бы его и появился бы лишний шанс увильнуть от опасности (что стоило всех проблем с палочкой). Вопилка от мамы помогла убедить Гарри, что написать домой и попросить новую палочку у Рона не выйдет, а сцена с "несработавшей" палочкой и изрыганием слизняков добавила общей достоверности происходящему.

На отработках у Филча Рон порылся в его запасах и нашел именно то, что нужно: Карту Мародеров, показывавшую весь Хогвартс. Не сразу, конечно, но Рон сумел убедить карту выдать ему пароль и увидел, что Джинни бродит по Хогвартсу — пошла в туалет, но почему-то в тот, где обитала Плакса Миртл. Впрочем, она могла и заблудиться, конечно, первый курс же.

Также он полюбовался на Питера Петтигрю в своей спальне и почесал нос.

— Интересно, — выдал Рон и вернулся к наказанию: начищать серебро в Зале Почета.

Гарри на своей отработке у Локхарта услышал голоса из стен, и Рон добавил это в копилку подозрительных фактов, а карту подбросил близнецам, якобы те сами нашли и разгадали пароль. Периодически Рон заимствовал ее незаметно и наблюдал за Джинни и Питером Петтигрю, но нет, те действовали вразнобой.

* * *

События Хэллоуина, пусть и пришлось ради них посетить смертенины, пролили немного света на происходящее. Тайная Комната и наследник Слизерина! Верный помощник Драко не подвел, тут же открыл рот и начал болтать, принимая подозрения на себя. Несложно было подтолкнуть и развить мысль, и вот уже Гермиона взялась сварить Оборотное зелье, причем в туалете Плаксы Миртл!

Том самом туалете, рядом с которым появилась надпись и висела окаменевшая миссис Норрис.

Рон изучил там все внимательно, при этом предлог для посещений был более чем законный — варка зелья и слежка за ним. Изучил, но ничего предпринимать не стал, лишь усилил наблюдение за Джинни и Петтигрю. Затем на матче по квиддичу "взбесился" бладжер, и Рон даже не сомневался, что это дело рук Добби, который не оставил своих идиотских попыток убрать Гарри из школы. Можно было бы заподозрить Локхарта, как нового учителя, но увы, он оказался пустышкой.

Матч и последующее явление Добби Гарри принесли еще кусочки информации: да, именно он пытался убрать Гарри, да, это связано с Тайной Комнатой, и, стало быть, все происходящее — части одной огромной картины. Малфои и дневник, угроза Хогвартсу — за счет наследия Слизерина? Нет, конечно, Малфои были старинным родом, из тех же времен, что и Основатели, но они никогда не считались наследниками Слизерина, в отличие от тех же Гонтов.

Либо тут что-то не сходилось, либо Драко в кои-то веки хвастался обоснованно.

Также Джинни опять гуляла в ночи, а еще нашли очередного окаменевшего. Все это привело к увеличению паники в школе, открытию Дуэльного клуба желающим покрасоваться Локхартом, и вот там Рон наконец получил финальный кусочек пазла. Гарри разговаривал на змеином!

Он же слышал голоса в стенах, и Рон заподозрил, что Добби не просто так наседал на Гарри Поттера. Малфои хотели устранить опасность для своего плана по натравливанию змеи — василиска, несомненно, оставалось только натолкнуть как-нибудь на эту мысль Гермиону — в лице змееуста Гарри. Джинни убивала у Хагрида петухов, стало быть, тот, кто управлял ей — дневник, несомненно — знал об их опасности для василиска.

Еще одно нападение — окаменение, но не убийство, — и паника обуяла школу, а Рон задумался.

Подбросил кошачий волос в оборотное зелье Гермионы, чтобы не мешала приключению с Гарри, и остался удовлетворен результатом. Кошкодевочка Гермиона смотрелась отлично, и Рон решил, что надо будет как-нибудь ввести на них моду во всем мире, потом, после победы. Посещение Драко прошло плодотворно, Малфой и сам не знал, что происходит и кто этот наследник Слизерина, хотя и хвастался. Пятьдесят лет назад открывали комнату — тоже кусочек информации для последующих поисков.

Прозвучало и про увольнение Дамблдора, интересно, думал Рон. Противодействовал ли директор, не допуская смертей? Нет, тогда бы он, наверное, просто убрал угрозу. Версия, что убийств нет, так как судьба опять сводит Гарри и Темного Лорда (которому служил Малфой, не будем забывать) выглядела куда как перспективнее.

Рон хмыкнул и взялся за незаметную обработку Джинни.

Та поддалась и выбросила дневник, причем в туалете Плаксы Миртл. Определенно, этот Темный Лорд ничего не понимал в конспирации и естественности действий. Шансы на ее обнаружение повысились, поэтому Рон провел дополнительную проверку, остановил руку Гарри, решившего поднять дневник (который Рон тут же узнал, конечно), но Поттер все равно пошел, поднял и открыл его.

Определенно, это судьба и пророчество в одном флаконе, подумал Рон, решив не мешать другу. Владелец дневника — Том Риддл, и Рон только рассмеялся мысленно. Темная метка — череп и вылезающая змея, наследник Слизерина, комната, открывавшаяся полсотни лет назад, змееуст — нет, определенно Темный Лорд ничего не понимал в скрытности.

Стало быть, его звали Том Риддл, и он учился в Хогвартсе, неплохо.

Гарри — тоже змееуст, и палочка у него была такая же, как у Темного. Все это наталкивало на такие выводы, с которыми Рон решил не спешить. Он, конечно, осваивал магию, но не так быстро, чтобы уверенно говорить о подобных вещах. Но это многое объясняло и отчасти проливало свет на окончание первой войны.

* * *

Шли дни, Рон продолжал наблюдать за Гарри, который держал дневник у себя, а затем начал переписываться с ним. Все это прямо кричало о связи дневника — части Темного Лорда? — с Гарри. Обитатель дневника, часть сознания Темного, ловко перевела обвинения на Хагрида, Рон даже зааплодировал бы, если бы не сама сцена, которую показывали Гарри.

Темный Лорд — полукровка?!

Наследник Слизерина — полукровка — выпускающий василиска?!

Рон рассмеялся бы, не находись перед ним прямое доказательство полумистической связи Гарри с Волдемортом. В дальнейшем планы следовало строить, исходя из наличия этой связи, особенно моментов, когда у Гарри болел шрам. Был еще один момент, с расколдовыванием окаменевших — зачем было ждать созревания мандрагоры в теплицах Хогвартса? Ну да, магическое растение, но не настолько, чтобы его нельзя было найти где-то еще.

Дамблдор опять выжидал, вынуждая противника сделать ход, и Рон задумался.

У него на руках была вся информация, пожалуй, следовало сыграть уже собственный гамбит, с далеко, очень далеко идущими целями. Проверить, понять, подготовить и помочь Гарри в столкновении с Волдемортом, не рискуя при этом самому, да.

* * *

Подтолкнуть Джинни к возвращению дневника было легко, и она похитила его, тут же натравив василиска на учеников Хогвартса, демонстрируя, что дух Волдеморта (вроде того, что был в Квиррелле, только теперь в дневнике) теряет терпение и пытается ускорить события, что опять же было на руку Рону.

В то же время Гарри брал в руки дневник и ничего не случилось, похоже, с неживыми вещами его сила работает иначе, размышлял Рон, разглядывая окаменевшую Гермиону. Та держала в руке клочок вырванной страницы, но рано, рано было показывать его, раз другие не заметили. Не для того Рон подталкивал Джинни завладеть дневником, чтобы все так быстро завершилось.

Нападение на Гермиону и Пенелопу привело к запланированному аресту Хагрида и тому, чего добивался Люциус Малфой: изгнанию Дамблдора из Хогвартса. Дневник терял терпение? Отлично. Рон позаимствовал урок из арсенала Дамблдора и никуда не торопился, тем более, что у него хватало идей и планов для обдумывания.

Особенно в части плана, касающегося Сириуса Блэка, Питера Петтигрю и родителей Гарри, информацию о которых Рон упорно собирал все это время. Собственно, отправка Хагрида в Азкабан тоже работала на этот план, и он же, Хагрид, подаривший Гарри фотоальбом в конце первого года обучения, натолкнул Рона на идею поиска информации о родителях Поттера.

Все было залегендировано железно — Рон хотел помочь другу. На самом деле он пытался разобраться в обстоятельствах гибели родителей Гарри и окончания первой войны, но вместо этого натолкнулся на другую золотую жилу.

Родителей Гарри предал и погубил Сириус Блэк. Тот самый Сириус Блэк, который считался ближайшим приспешником Волдеморта (хотя при этом был знаком с родителями Рона по временам первой войны) и обвинялся в убийстве двенадцати магглов и... Питера Петтигрю. Того самого Петтигрю, который притворялся крысой Коростой. Вражда со Снейпом, тем самым Снейпом, что преподавал зелья в Хогвартсе и ненавидел Гарри, дополняла найденное.

План на будущее, после истории с дневником, суливший много чего, включая наследие Блэков.

* * *

Тем временем Гарри втянул его в новое приключение — поход ночью в Запретный Лес к акромантулам, и Рон, несмотря на попытки отговорить Поттера, ничего не добился. Пришлось оставаться в образе и идти, но на всякий случай он позвал летающий автомобиль, и тот пригодился, явился якобы случайно и спас их, когда пауки уже готовы были навалиться и сожрать. Более того, Рону для того, чтобы оставаться в образе, приходилось изображать, что он смертельно боится пауков (детская травма, для повышения симпатии со стороны Гарри с его нелегким детством) и что палочка сломана и не работает толком.

Все же надо заранее сбегать от проблем, подумал Рон, мысленно похвалив себя за подстраховку с автомобилем. Гарри ничего не заподозрил, они получили еще кусочек информации (да, давно известной Рону, но как залегендировать ее появление, не выдав себя?) и узнали, что Том полвека назад убил своей змеей именно Плаксу Миртл.

Потянулись дни, пришла пора экзаменов, нападения не повторялись, и Рон выжидал, повторяя себе, что терпение — наивысшая добродетель. Не для того он подталкивал Джинни вернуть дневник, чтобы просто все закончить, нет, требовалось новое приключение, спасение девы в беде... вот только рыцарь все медлил. Пришлось подтолкнуть немного, как раз перед оживлением всех окаменевших, и Гарри ловко нашел записку в руке Гермионы, повествовавшую о василиске, с припиской "Трубы".

Тут, наконец, когда все ответы были подсказаны, Гарри прорвало на откровения, Рон подыгрывал, как мог, и как выяснилось, дух Волдеморта тоже понял, что его песенка спета, и сделал именно то, что от него требовалось.

Увел Джинни в Тайную Комнату!

Развязка приближалась — опять под конец учебного года — отметил Рон, и теперь следовало сыграть свою часть партии так, чтобы не подвергнуться опасности, но и не испортить шоу. Подтолкнуть Гарри пойти за Джинни в Тайную Комнату. Натолкнуть на Локхарта, потому что этот болван был невероятно предсказуем и вообще, так выходило изящнее. Подсказать, чтобы Гарри открыл дверь, обратившись на змеином. Пихнуть в трубу Локхарта и подождать, пока прыгнет Гарри — так выходило безопаснее.

Скользя вниз, Рон надломил палочку, так выходило вернее и еще раз подтверждало его легенду, созданную еще в начале учебного года. Теперь оставалось только дать шанс Локхарту, и тот не подвел, сам притворился упавшим, а затем вскочил, отобрал палочку у Рона и вполне ожидаемо прибег к своему Обливиэйту. Даже тренируйся он под руководством Рона целый месяц, все равно лучше не вышло бы.

Палочка взорвалась ему прямо в лицо, стерла память, а также обрушила потолок.

— Я попробую отвалить несколько глыб! — крикнул Рон сквозь завал.

Он улыбался, но этого никто не видел. Чтобы не сидеть без дела, он начал разбирать завал, прекрасно зная, что все скоро завершится. В другой раз Рон встревожился бы за Гарри, но не теперь, когда его подстраховывал Дамблдор и сама судьба, раз за разом сводящая Поттера с Волдемортом.

Так оно и вышло, появился феникс Фоукс и помог Гарри, который спас Джинни, сразил василиска и дневник с частью души Волдеморта. Закладка на будущее, принц — ну не на белом коне, а на пылающем фениксе — спас ту, что и так была от него без ума, и так далее. Не гарантия результата, но кирпичик в фундамент будущего, еще привязка Гарри к Уизли.

После того, как они выбрались из Тайной Комнаты, директор обмолвился, что дух Волдеморта обитает в албанских лесах и что да, его звали Том Риддл. То есть Малфой-старший, подумал Рон, потратил бесценный артефакт ради того, чтобы удалить Дамблдора на месяц. Определенно, Малфои тоже не разбирались в тактике, стратегии и умении действовать, не вызывая подозрений.

Албанские леса, ха!

Гарри освободил Добби, а в голове Рон окончательно сложился план ближайших действий. Он начался с Хагрида в Азкабане, и ему следовало продолжаться весь следующий год — с участием Питера Петтигрю и Сириуса Блэка. Да, Блэка, чтобы Петтигрю оторвал свою крысиную задницу от Уизли и помчался в албанские леса спасать Волдеморта, а Рон был как бы и ни при чем. Рон собирался обострить игру и повысить ставки, да, тут определенно следовало удвоить осторожность и затем удвоить ее еще раз.

Но раз Волдеморт настолько пренебрегал скрытностью, то этим следовало воспользоваться.

* * *

Рон позвонил Гарри, изобразив при этом «тупого мага», разумеется. Надо было максимально антагонизировать отношения Гарри с Дурслями (не то чтобы там пришлось сильно стараться), чтобы Поттер потянулся к Сириусу, когда окажется, что тот невиновен. Также он прислал Гарри вредноскоп — для подстраховки, хотя и сомневался, что Поттер вовремя поймет его предупреждения.

Неважно, думал Рон, главное — залегендировать действия и остаться как бы в стороне.

«Визит» Хагрида в Азкабан и осторожные расспросы Рубеуса потом (как и использование посадки Хагрида туда для обоснования вопросов родителям) показали, что дело будет непростым, очень непростым. Освободить Сириуса, считавшегося ближайшим пособником Волдеморта, было невозможно, значит, оставался только побег и причем побег силами самого Блэка.

Он был невиновен, раз Петтигрю выжил, и сохранил рассудок в Азкабане (Хагрид подтвердил), значит, держался за эту идею. Суда над ним не было — еще причина туда же. Стало быть, следовало его поманить чем… правильно, видом Коросты-Петтигрю, чтобы Сириус сам захотел вырваться.

Рон и без того изучал здание Министерства — задавая вопросы отцу и слушая рассказы Перси, мечтавшего о карьере магического чиновника, — чтобы добраться до информации о событиях времен конца первой войны, и легко забрался внутрь, подменил имя победителя. Семья Уизли выиграла в лотерею, и в этой шумихе Рон ловко сфотографировался с Коростой, чтобы вся Британия ее увидела. Поездка в Египет и покупка новой палочки шли приятным бонусом, но чего Рон не мог сделать — так это показать Блэку фотографию.

И тут вмешалась судьба, демонстрируя, что Рон все сделал правильно.

Шум-гам, паника из-за побега Блэка, сам министр Фадж простил Гарри и не стал наказывать за колдовство, все это показывало, насколько он и прочие боятся Сириуса. Правой руки Волдеморта. Что же будет, когда Волдеморт вернется? Когда, а не если, для этого Петтигрю предстояло мчаться в албанские леса… потом. Министерство впадет в панику, разумеется, может, даже будет отрицать возвращение, Фадж приложит все усилия, чтобы замять вопрос.

Или кинется к Дамблдору за поддержкой и будет умолять о защите?

Оба варианта устраивали Рона, особенно тот, в котором Министерство воевало с Дамблдором, отвлекая внимание директора. Впрочем, они оставались делом возможного будущего, а пока следовало устроиться поудобнее и наблюдать за партией имени Рона Уизли.

Обычные крысы столько не живут? У Коросты никогда не было волшебных способностей и отсутствовал палец? Рону очень хотелось приподнять крысу за хвост и поцокать, мол, и ты, Питер! И ты не разбираешься в конспирации! Хотя ладно, двенадцать лет прожил у Уизли, и никто не встревожился, похоже, это было общим для волшебников — пропускать мимо глаз подобные мелочи.

Гермиона вдруг купила кота, ха, Рон мысленно сделал сальто, так она ему подыграла!

Затем Гарри подслушал разговор родителей Рона про Сириуса, бормотавшего в Азкабане: «Он в Хогвартсе… он в Хогвартсе», и мысленно похлопал себя по плечу. Итак, Блэк придет за Петтигрю, действия его будут осложнены дементорами, которых расставили вокруг школы, в общем, расстановка сил и фигур на доске прояснялась.

Дальше следовало ждать как минимум до возвращения в Хогвартс и прояснения расстановки всех фигур.

* * *

Свободное место в Хогвартс-экспрессе нашлось только в купе, в котором спал новый преподаватель ЗОТИ профессор Р. Дж. Люпин. Рон аж опешил от такой прямолинейности судьбы, решившей собрать всех, причастных к истории Мародеров (да и это ему тоже удалось узнать по намекам и соотнести с картой) воедино в этот год.

Пожалуй, следовало увеличить осторожность на порядок, чтобы не прибило, подумал Рон.

Поездка протекала нормально, Рон сделал первые шаги к антагонизации Коросты и Живоглота (который уже нападал на крысу, еще до покупки, так что все выглядело естественно), и затем явился дементор. Вот тут Рон порадовался вывертам судьбы, так как Люпин, якобы спавший всю дорогу, тут же вскочил и прогнал его прочь.

Люпин, друг Блэка, Петтигрю и Поттера, стал преподавателем ЗОТИ. Хагрид стал преподавателем УЗМС, потому что Кеттлберн якобы окончательно лишился конечностей. УЗМС и Запретный Лес, тот самый, куда поселили дементоров, охранявших входы и выходы из Азкабана, и к которым Хагрид, как полувеликан, был устойчивее прочих.

Пожалуй, это часть плана Дамблдора, решил Рон, поразмыслив как следует.

Затем Рон увидел расписание Гермионы и сделал вид, что дико изумился. Не поверил даже. Мысленно же он потер руки, так как в летних своих изысканиях о Министерстве читал об Отделе Тайн и знал, что там находится. Стало быть, Гермиона получила маховик времени, как-то убедив декана Гриффиндора выдать ей его.

Почти все фигуры стали на доску, осталось только дождаться появления Сириуса Блэка.

* * *

На уроке с боггартом Рону даже напрягаться не пришлось: визит к акромантулам в прошлом году и реальная опасность оказаться сожранным помогли, он опять успешно сделал вид, что пауки — его величайший страх (полезно бывает ввести окружающих в заблуждение). Также оказалось, что боггарт Люпина превращается в луну, впрочем, этого никто не понял, кроме Рона, и тот знал лишь случайно, так как собирал информацию заранее о школьных годах родителей Поттера.

Затем все привычно затихло и вошло в учебную колею, план по натравливанию Живоглота на Коросту развивался успешно и неспешно, и так они добрались до Хэллоуина. План по антагонизации Дурслей сработал и в этом: у Гарри не было разрешения посещать Хогсмид, и уж Рон постарался донести до него, чего лишился Поттер (так, чтобы слышали близнецы).

Пока все пировали в Большом Зале, Сириус Блэк вылез из укрытия и попытался проникнуть в башню Гриффиндора. За Коростой-Петтигрю, конечно, но понимал это только Рон. Все остальные решили, что Сириус приходил за Гарри, и это было так глупо, что Рон прикрыл лицо рукой, скрывая невольную гримасу. Человек, проучившийся в Хогвартсе семь лет, явился за Гарри именно тогда, когда тот отсутствовал? Явился явно, порезав портрет, и затем сбежал непонятно как (зная о карте Мародеров, Рон понимал — как)?

Глупее этого могла быть только расстановка дементоров вокруг школы. Тех дементоров, что дюжину лет охраняли Блэка в Азкабане, да так и не удержали, и не привели в состояние овоща. Фадж явно паниковал и не думал, отметил Рон, размышляя о приверженности волшебников к символизму. Или это сама судьба раз за разом подкидывала Гарри всякое на Хэллоуин?

Снейп вел урок вместо Люпина и перешел к теме оборотней, демонстрируя, что он в курсе «болезни» Ремуса. Но прямо ничего не говорил, и все это свидетельствовало — они оба в команде Дамблдора. Снейп играл за другую команду, но оказался у Дамблдора, и тот ему доверял, похоже, думал Рон, встраивая еще один кусочек информации в общую картину.

Дементоры явились на матч по квиддичу, вражда Коросты с Живоглотом развивалась, перед каникулами близнецы отдали Гарри карту Мародеров, и Поттер смог посетить Хогсмид. Разумеется, Рон сделал вид, что впервые видит ее, и затем они подслушали разговор Фаджа с Хагридом и прочими, рассказ о событиях Хэллоуина восемьдесят первого года, когда погибли Поттеры и пал Волдеморт.

Рон наблюдал и не вмешивался, ждал.

Коросте становилось все хуже, и Рон мысленно посмеивался. Как Сириус из гнева несправедливо обвиненного совершил побег, так и Петтигрю из страха (иначе с чего бы ему было так плохо?) сделал бы именно то, чего хотел Рон. Малфои решили засудить Хагрида и казнить гиппогрифа, Сириус Блэк прислал Гарри метлу, вредноскоп заходился в свисте, но Поттер словно не понимал намеков.

Также Гарри начал изучать заклинание Патронуса, и Рон, послушав его пересказ объяснений Люпина, тоже занялся тренировками. Он не собирался ввязываться в потасовки, но следовало быть готовым, вдруг дементоры навалились бы со всех сторон?

Также Рон мягко намекнул, что Гермиона не может быть одновременно на нескольких уроках, но его опять не поняли. Оставалось только утешаться мыслью, что и Грейнджер плоха в конспирации, и извлекать уроки из ее поведения. Также он собирал информацию о маховиках времени, Гермионе не могли его дать без разрешения Дамблдора (возможно, чуть надавившего на Министерство на фоне паники из-за Сириуса и благодаря ответному разрешению поместить дементоров возле Хогвартса), а значит, это было частью плана директора.

* * *

Затем наступила кульминация противостояния кота и крысы, Питер снова сбежал, сделав вид, что опять погиб, и Рон мысленно поцокал. Петтигрю тоже повторялся, пусть и понимал в скрытности. Для достоверности Рон разыграл ссору с Гермионой, которая уверяла, что ее кот не виноват, и приготовился ждать. Питер не убежал далеко — снаружи его ждали Блэк и дементоры, просто удрал от Живоглота, так как ощутил, что уже не в силах с ним справиться.

Все по плану, думал Рон, страх брал верх в Петтигрю и толкал действовать.

Новый портрет, сэр Кэдоган, менял пароли два раза в день, и Невилл записывал их на бумажке, что натолкнуло Рона на новый план — контролируемого проникновения, так сказать. Заодно он проследил, как именно Сириус попадал в Хогвартс — через тот ход, что начинался у Дракучей Ивы и которым не пользовались близнецы. Ход, заканчивавшейся в Визжащей Хижине, куда никто не ходил и где Сириус мог прятаться от дементоров и любопытных глаз.

Хорошо придумано, решил Рон, чувствуется, что не просто так эта четверка создала карту Мародеров, отлично изучили все вокруг. Стянуть пароли у Невилла, подбросить Сириусу и дождаться его появления, дать ему увидеть, что Коросты нет — сбежала, а также поднять тревогу — отпугнуть. Никто так и не задался вопросом, чего Сириус напал на Рона, а не Гарри, и это разочаровывало.

* * *

Ситуация с Хагридом и гиппогрифом развивалась и стала поводом помириться с Гермионой. Поход в Хогсмид, и попытка словно невзначай осмотреть Визжащую Хижину провалилась из-за Малфоя и его дружков, но зато Рон подтвердил, что Люпин — создатель карты Мародеров и что все четверо враждовали со Снейпом.

Казалось бы, старая школьная вражда и дементоры, но Рон понимал — если не Блэк, значит, Поттеров выдал или Петтигрю, или Люпин. Десять к одному — Петтигрю, поэтому Сириус и гнался за ним и пытался убить. Что-то пошло не так в их хитром плане, и Петтигрю выдал убежище Поттеров Волдеморту. Добровольно выдал и промахнулся, пришлось прятаться все эти годы.

Слуга Темного Лорда, но не Сириус, нет, определенно крысу ждало путешествие в албанские леса.

Сириус каким-то образом подружился с Живоглотом, и они патрулировали Хогвартс и окрестности, искали крысу, а Петтигрю все прятался и не мог сбежать. Дело шло к лету и экзаменам, и Рон только мысленно ухмылялся: каждый раз дело происходило во время экзаменов или после них, словно судьба заботилась об образовании Гарри.

Делая вид, что готовит апелляцию по делу гиппогрифа Клювокрыла, Рон размышлял и изучал свое.

* * *

А затем Гарри с экзамена по Прорицаниям притащил подлинное пророчество, изреченное Трелони, и потому она его не запомнила. Разбираясь в причинах окончания первой войны, Рон немало прочел о пророчествах, и все внешние признаки сходились.

— Темный Лорд одинок и брошен друзьями, покинут последователями, потому что никому нахрен не нужен дух в албанских лесах, — бормотал Рон, повторяя записанное им со слов Гарри пророчество. — Его слуга провел в заточении двенадцать лет, стало быть, все же Петтигрю, неплохо, неплохо.

"Двенадцать лет жить крысой", — покачал головой Рон.

— Сегодня вечером до наступления полуночи слуга обретет свободу и выйдет в путь, чтобы воссоединиться с господином, да-да, потому что больше некуда, остальные ему хвост накрутят, ха! С поддержкой верного слуги Темный Лорд воспрянет вновь, еще более великим и ужасным, чем когда-либо доселе. — Рон ухмыльнулся и потер руки, все шло по плану. — Вечером до полуночи слуга отправится на воссоединение с господином.

Затем он замер, застыл, ощущая, как по спине бежит холодок. Все шло по плану или он сам стал оружием судьбы, не подозревая того? Делал то, к чему толкало пророчество, считая, что все придумал сам?

Рон утер холодный пот со лба и задумался. Так или этак, но развязка должна была наступить, следовало остаться в стороне… и тут принесли записку от Хагрида, мол, Клювокрыла казнят на закате. Все сошлось воедино, думал Рон, стало быть, все события взаимосвязаны, цепочка причинно-следственных связей, в которых Петтигрю поймают, но упустят, и он сбежит, стало быть, ситуация с Сириусом разрешится так или иначе.

"Люпин тоже примет участие, и это приведет к его отстранению от должности, да, и не будем забывать, — скакали мысли Рона, — что нынче полная луна, а Ремус — оборотень".

Снейп, вражда, анимаги, волшебники, казнь гиппогрифа — и каждый из этих пунктов легко мог погубить Рона Уизли.

В то же время он никак не мог отказаться от визита к Хагриду — на закате!

До полуночи останется несколько часов, и значит, развязка произойдет там или на обратном пути. Внутри Рона все сжималось и в то же время он понимал, что избежать действия не удастся. Не то чтобы перестарался с планом — не учел пророчества Трелони, так как никто не смог бы его учесть. Парадоксально, но именно благодаря пророчеству он примерно представлял ход событий, пусть и не знал деталей.

* * *

Так оно и вышло на обратном пути от Хагрида, где они «чудесным образом» обнаружили Коросту. Рон, в общем, и раньше предполагал нечто подобное, Петтигрю, как один из создателей карты Мародеров, разумеется, отлично знал ее возможности. Но только сейчас Рон сообразил, что карта показывала людей вокруг Хогвартса, но не в хижине Хагрида, словно Рубеус тоже знал о ее возможностях и выстроил себе жилище ровно за пределами ее действия.

Короста вырвалась, Блэк в облике пса напал, разумеется, на Рона, который осознанно схватил Коросту и подставился под первый удар. Как с Локхартом: выбыть из битвы как можно раньше, явив образец того, что он сражался. Попутно Рон отпихнул Гарри (не то чтобы Блэк собирался ему вредить) — якобы спас его и дал утащить себя и Коросту в кармане.

Рука пострадала, попутно Рон еще зацепился ногой так, чтобы ее сломать — знал, что мадам Помфри ее враз починит! — да и других вариантов не имелось. Но Сириус вместо того, чтобы бросить его и забрать Коросту, взял и утащил обоих!

Псина тупая!

Затем состоялась ссора и драка в Визжащей Хижине, Рон старательно изображал, как пытается защитить всех, даже со сломанной ногой, и делал вид, что только узнал обо всем: что Сириус анимаг, что Короста — Петтигрю и что Люпин — оборотень. Карта Мародеров не зря оказалась у Люпина, и он с ее помощью увидел Петтигрю и забыл выпить зелье.

Рон понял, что будет, и вспотел, позеленел, но никто не заметил, списали на его сломанную ногу.

Пляски вокруг Петтигрю и объяснения продолжались, появился Снейп и оказался оглушен, фигуры выстраивались в нужную позицию для осуществления пророчества. Рон наблюдал, играл свою роль и внимал, когда еще выпадет такой шанс понаблюдать пророчество в действии? Его собственный план тоже оказался встроен в него и учтен пророчеством, и это слегка нервировало.

Состоялось объяснение обстоятельств гибели родителей Гарри, и прозвучал еще один кусочек информации, давно вычисленный Роном, но все же приятно было услышать подтверждение. Питера считали мертвым, да, но так как именно он выдал Поттеров Волдеморту, то сторонники последнего считали Петтигрю виновным в его гибели.

Некуда деваться, некуда бежать, и крыса прибилась к Уизли, жила у них двенадцать лет. Из трусости Питер не высовывался, ничего не делал, лишь наблюдал, и Рон вздохнул облегченно. Намек про албанские леса он уже озвучил: когда Петтигрю сбежит, — по пророчеству, — то отправится именно туда и возродит Волдеморта, так что можно было начинать строить планы на следующий год.

Если, конечно, удалось бы пережить этот.

Петтигрю хотели убить, но Гарри бросился на защиту — желая оправдать Сириуса, конечно, но пророчество! Рон изготовился и, едва началось действие — Люпин превратился под светом луны, — упал (вот и пригодилась сломанная нога), изобразил взрыв и потерю сознания.

Снейп доставил их всех к мадам Помфри, и Рон облегченно вздохнул — сбежал! Причем никто не скажет, что он не участвовал, бросил, предал или еще что. Теперь оставалось только лежать и ждать развязки, и он ее дождался, попутно понаблюдав план Дамблдора в действии. Маховик времени, замыкающий временную петлю и позволяющий находиться в двух местах одновременно, весь год с его помощью Гермиона посещала занятия, а теперь использовала для спасения Сириуса и Клювокрыла.

"Сотня дементоров, бр-р-р-р", — содрогнулся мысленно Рон.

Конечно же, Гарри справился, так как не дементорам было суждено его убить, и Петтигрю сбежал, а Фадж словно забыл, что Гермионе выдавали маховик времени. Или… сделал вид, что забыл, решив не ссориться с Дамблдором. Сириус так и остался якобы преступником и пугалом, но при этом никто уже не говорил, что Хогвартс надо охранять, и розыск по всей стране прекратили, в общем, договорились за кулисами.

Рон только посмеивался про себя и мотал на ус, у Дамблдора было чему поучиться.

Что же, для первого плана неплохо, решил Рон, оценивая прошедший год, и, успокоенный, отправился домой.

* * *

Часть лета Рон посвятил размышлениям и подготовке, и затем пришло время финала чемпионата мира по квиддичу. Уизли собирались забрать Гарри к себе, чтобы он смог посмотреть финал, ну и остался у них до конца лета. С этой стороны все шло гладко, Молли Уизли, мама Рона, уже считала Гарри одним из своих сыновей, сам Гарри тянулся к большой и дружной семье, и так далее.

Но он все равно отдельно написал Гарри, как и полагалось лучшему другу.

Также он незаметно подбил семью отправиться камином к Дурслям, ну и уговаривать близнецов подбросить им пару "конфеток" тоже особо не пришлось, и в результате отношения Гарри с родственниками опять оказались испорчены — из самых благих побуждений, разумеется. Мелочь, но именно на таких мелочах Гарри и втягивался в "орбиту" семьи Уизли.

В этом году в Хогвартсе планировали провести Турнир Трех Волшебников, предстоял финал мирового чемпионата по квиддичу, и пророчество Трелони предвещало возвращение Волдеморта с помощью Петтигрю. Также он отметил обмолвку о Берте Джоркинс, поехавшей в Албанию и не вернувшейся, и личную озабоченность ее судьбой мистера Крауча. Того самого Крауча, которому предстояло заниматься Турниром Трех Волшебников (это держалось в секрете, но Рон знал, как расспрашивать семью, да и продолжал изучать Министерство, готовя почву для извлечения пророчества), в Хогвартсе, да-да, том самом, где учился Гарри Поттер, которого судьба каждый год сталкивала если не с Волдемортом, так с его слугами.

"Турнир", — подумал Рон и улыбнулся. Дерзкий и опасный план, но когда это было иначе? Главным было уйти в нужную минуту, и тогда вся опасность доставалась Гарри, Поттер побеждал, встряхивался и шел навстречу новому приключению, заодно продвигая план Рона.

* * *

Финал чемпионата мира прошел как полагается, за исключением той маленькой детали, что в ложе присутствовала Винки — домовой эльф Барти Крауча, и кто-то вытащил у Гарри его палочку. Рон, притворявшийся, что занят матчем и пускает слюну на вейл, не видел, кто — похититель находился под мантией-невидимкой, но он сидел рядом с Винки.

Ночью начались проблемы, и они бежали в лес, где кто-то выпустил Темную Метку, а на месте происшествия нашли Винки и палочку Гарри Поттера. Рон мысленно кривился, и будь возможность, начал бы плеваться от такого небрежного отношения и спектакля для дураков. Внешне он продолжал разыгрывать простого сельского паренька и отметил факты на будущее — похоже, расстановка фигур перед новой партией уже началась.

То, что в лагере появились Пожиратели Смерти, ничуть не удивило Рона — пророчество продолжало осуществляться. Винки все твердила, что она хороший эльф, стало быть, слушалась приказов, а приказывать ей мог только Барти Крауч, так? Непримиримый борец с Пожирателями и Волдемортом, главный противник его в конце первой войны, но кто знает? Оказался же Сириус Блэк невиновен, вопреки тому, что считали все вокруг, почему бы и Барти Краучу не оказаться слугой Волдеморта, двойным агентом?

Поэтому Рон положил себе отдельно присматривать за ним уже там, в Хогвартсе, когда начнется партия. Пока же Рон испытывал только разочарование — что Волдеморт, что его приспешники ничего не понимали в скрытности. Впрочем, противостоящие им волшебники тоже.

А затем Гарри рассказал им свой сон и что видел там Хвоста. Вспомнил о пророчестве Трелони, и Рон мысленно порадовался за Поттера — хоть кто-то не потерял совсем бдительности. Все детали сходились, теперь оставалось только сесть и наблюдать, когда последние фигуры выйдут на доску и станет ясна позиция.

Парадную мантию с рюшечками и кружевами Рон воспринял стоически, но для вида устроил скандал, так полагалось по образу. Намек Чарли перед отбытием в Хогвартс ясно указывал, что в турнире будут драконы, а затем, уже после Распределения, появился Грозный Глаз Грюм.

Тот самый, на которого ночью напали и которому предстояло стать новым учителем ЗОТИ, четвертым на памяти Рона и Гарри. В общем, главный подозреваемый, как ни крути, мысленно вздыхал Рон. Затем Дамблдор объявил о призе в тысячу галлеонов и возрастной черте, и Рон мысленно потер руки.

* * *

Он проверил Карту и убедился, что в Хогвартс прибыл не Грозный Глаз Грюм, а Барти Крауч. Разумеется, старший Барти Крауч не мог вести урок ЗОТИ, а стало быть, сюда проник его сын, тоже Барти Крауч. Тот самый сын, который вроде как умер в Азкабане, если верить новостям, газетам и словам Сириуса.

Тот самый сын, который был фанатичным последователем Волдеморта.

— Интересно, интересно, — пробормотал Рон, постукивая по столу рядом с картой.

Лже-Грюм унизил Драко Малфоя и превратил в хорька, избил об пол. Лже-Грюм демонстрировал Непростительные ученикам — с разрешения Дамблдора. Все это складывалось в единую картину: Барти обманул Дамблдора, его проникновение в Хогвартс — часть пророчества Трелони о возрождении Волдеморта, и Дамблдор, в свою очередь, воспринял то пророчество всерьез. Отсюда и разрешение демонстрации Непростительных, так как приближалось возвращение Волдеморта.

Турнир, размышлял Рон, много чего могло случиться на Турнире, не так ли? Стало быть, слуга Волдеморта впихнет в Турнир Гарри, неплохо, это отвечало плану Рона. Судьба сведет их, как сводила раньше, неплохо, Гарри доживет до конца Турнира, так как планы всегда развивались неспешно и развязка наступала в июне. Барти Крауч сделает все, чтобы Гарри выжил и дошел до конца Турнира, может, даже победил? Рон сидел и широко улыбался — ему только и оставалось делать, что ничего не делать и чужой план использовать для осуществления своего!

Пожалуй, он начинал понимать, почему Дамблдор чаще всего бездействовал.

* * *

Рон пытался разобраться в истории Крауча-младшего, но собрать информацию из Хогвартса оказалось не так легко. Наблюдая за "Грюмом", он все же сделал пару выводов. Во-первых, тот остался предан Волдеморту до последнего вздоха и явился сюда из фанатизма, а стало быть, презирал Малфоев, оставшихся на свободе после первой войны. Всех, кто якобы предал его повелителя, отсюда и сцена с хорьком: не только месть, но и способ завоевать доверие Гарри.

Крауч-младший непрерывно пил оборотку, и неудивительно, ведь он, если верить Карте, исхитрился протащить в Хогвартс настоящего Грюма. Умный, опасный, страшный противник, сумевший обмануть даже Дамблдора, только о Карте не знал, иначе заранее изъял бы ее. Опасность нарастала, но это же приводило к "во-вторых": Крауч собирался протащить Гарри в Турнир, так что Рон мог откинуться на спинку кресла и наслаждаться представлением.

Оставалось только помешать прочим конкурентам вроде близнецов, строивших планы, как им пробраться на Турнир. Рон не сомневался, что Крауч все равно найдет способ протащить Гарри, сделать так, чтобы Кубок выбрал Поттера. После этого всё, пути назад нет, магический контракт не разорвешь, всем придется утереться.

А еще в-третьих, младший Крауч наверняка ненавидел отца, противника Волдеморта. Но как все это сходилось с его мнимой смертью в Азкабане и появлением сейчас, Рон никак не мог понять, пока не вспомнил события финала мирового чемпионата по квиддичу. Винки! Невидимка, укравший палочку Гарри и пославший Темную Метку, и Винки, поведение Винки, получившей свободу за все свои труды.

В результате Гермиона затеяла движение за освобождение эльфов, Рон не мешал и не помогал, решив оставаться в образе ленивого сельского паренька. Стало быть, сын и отец были как-то связаны, но при этом ненавидели друг друга, и прошло двенадцать лет с момента окончания первой войны. Похоже, отец, посадивший сына, затем вытащил его из Азкабана и держал дома... как-то. Зачем? Как?

Побег от отца и появление в Хогвартсе, использование Непростительных ясно показывали, насколько сильна воля Барти-младшего, насколько он фанатичен в своем стремлении послужить Волдеморту. Часть пророчества Трелони о возрождении, несомненно... и часть прошлого пророчества о войне между Гарри и Волдемортом?

Рону очень хотелось посмотреть, как лже-Грюм обманет Кубок, но мысли об опасности перевесили. Поддельный Грюм или нет, но глаз был настоящий и видел все вокруг, и ладно бы под одеждой у школьниц, но ведь там, в пустоте ночного Большого зала, Крауч сразу обнаружил бы Рона! Поэтому Рон не стал рисковать, убедился, что Крауч-младший рядом с Кубком — якобы для охраны, да, — и отправился спать. Еще один важный и ценный урок, подумал Рон, засыпая: иногда для успешности своих планов надо просто не мешать чужим.

Не мешать, подумал он, проснувшись.

Гарри станет чемпионом, масса внимания, особенно со стороны Крауча-младшего. Вывод был прост и понятен: следовало разыграть ссору, отступить в сторону и понаблюдать из тени, что Рон и сделал, благо Гарри сам дал повод, заявив, мол, бросил бы имя в Кубок, если бы мог.

Делая вид, что они поссорились, Рон для достоверности пару раз еще полаялся с Гарри на людях. Дела развивались, Гарри сообщили, что в первом туре будут драконы, а Крауч-младший прямо подсказал, что нужно делать. Рон тоже мог бы подсказать, но оставался в образе и мысленно потер руки, так как все его предсказания сбывались: лже-Грюм не только затащил Гарри в Турнир, но и помогал пройти дальше.

* * *

После первого испытания Рон "помирился" с Гарри, и жизнь покатила дальше, добравшись до Святочного Бала. Тут Рон обнаружил, что у Гермионы начался пубертат, и она немного злится, что ее не пригласили. Это было удивительно — не пубертат, конечно, Рон знал, что это такое, и успешно справлялся, чтобы не туманились мысли, — а поведение Гермионы.

Также он, оставаясь в образе неотесанного паренька, пошел и пригласил Флёр Делакур на бал, оценил степень воздействия "четверть — вейлы" и решил, что сгодится. Не ему, конечно, но семье Уизли, все же ее выбрал Кубок, значит, не самая слабая ведьма и внешность ничего, даже без чар вейлы. Над Роном, конечно, посмеялись, а он мысленно посмеивался в ответ — вот так надо соблюдать достоверность образа, любители вы эдакие!

Проделав все необходимые манипуляции, Рон пригласил сестер Патил себе и Гарри, чтобы сэкономить время и усилия. Никто ничего не заподозрил, разумеется, и для полноты образа Рон обрезал на своей "парадной" мантии кружева. Вышло очень мило, в неряшливом сельском стиле, то, что нужно.

* * *

Святочный Бал принес еще кусочек информации: Крауч-старший недомогал с самого лета, то есть с финала Чемпионата мира по квиддичу, и назначил вместо себя старшего брата Рона, Перси Уизли. События развивались, отец угнетал сына, теперь роли изменились. Также Рон решил проверить свои догадки и разыграл сцену ревности с Гермионой, прицепившись к тому, что та пришла на бал с Виктором Крамом.

Сработало и еще как, сцена повторилась и после бала, и Рон, наоравшись вдоволь, подумал, что это отвлечет Гермиону — похоже, одного освобождения эльфов ей уже не хватало. Потом удалось удачно натравить ее на Скиттер, которая все шныряла вокруг, но вместо настоящих секретов находила только ерунду, по мнению Рона.

Гарри все медлил с разгадкой тайны золотого яйца, а когда все же приступил, то лишился карты Мародеров, которую забрал не кто иной, как лже-Грюм, да еще и расспрашивал, кого видел Гарри. Пророчество, понял Рон, судьба изгибалась так, чтобы свести Гарри и Волдеморта, и для этого требовалось, чтобы Крауч-младший остался неразоблаченным.

Рон мысленно утер пот со лба, осознав, в какую проблему едва не вляпался. Вот начал бы действовать импульсивно и все! Но он бездействовал и проскочил.

Разумеется, Гарри не придумал, как ему нырять в озеро в феврале, но Крауч-младший не подвел, прямо в руки ему сунул подсказки, направил Добби с жаброслями. Умел манипулировать людьми вокруг, что еще раз подтверждало его опасность.

То, что Рона выбрали как "наибольшую похищенную ценность" для Гарри, подтвердило — все разыграно правильно, дружба прочна как никогда, несмотря на разыгранную в ноябре ссору. Хотя бы в этом вопросе можно было утереть лоб, и Рон так и сделал. После второго испытания его расцеловала Флёр, и Гермиона, пошедшая на бал с Виктором Крамом, опять зашлась в приступе ревности.

Пожалуй, следовало учитывать ее новое состояние в планах, решил Рон.

События развивались, темные метки у Каркарова и Снейпа наливались красками (лже-Грюм и тут постарался с подсказками, ненависть к "предателям" явно затмила ему разум, думал Рон), подтверждая прежние догадки Рона об исполнении пророчества — возрождении Волдеморта. Затем их пригласил в гости Сириус, и его рассказ о Крауче-младшем наконец принес отгадку, как тот оказался на свободе.

Попытались еще расспросить Винки, тоже неплохой способ залегендировать свои сведения, но Гермиона помешала — пророчество действовало, раскрытие Крауча-младшего все срывалось и откладывалось. Рон удвоил осторожность, чтобы даже во сне не брякнуть чего ненароком.

Гермиону удалось отвлечь противостоянием со Скиттер, и Рон продолжал наблюдения.

* * *

Третье задание — волшебный лабиринт, Кубок будет в центре, и Рон едва не заорал от облегчения. Даже не придется придумывать предлог, ломать ноги или палочки, ха! Гарри будет там, а Рон здесь, на трибунах, и никто его ни в чем не заподозрит!

Затем появился Крауч-старший, сделал отчаянную попытку все рассказать и пал от руки сына, попутно "международные отношения" между тремя школами опять обострились, и Рон подумал, что это ловко обставлено. Перессорить всех, самому под шумок возродиться и ударить не по союзу стран, а половить рыбку в мутной воде этих склок и скандалов... страха перед самим Волдемортом? Отрицания его возвращения? Фадж в прошлом году показал, насколько всего этого боится, и Петтигрю наблюдал все из первых рядов.

Обострение позиции, подумал Рон, взвинчивание ставок, чтобы противник ошибался, ходил на эмоциях.

* * *

Затем Гарри опять соединился с Волдемортом и видел "сон" о нем, последовал визит к Дамблдору, из которого следовало, что директор тоже не дремлет и знает об их связи. Хорошо, решил Рон, пусть его планы и Дамблдора расходились, но пока что они выступали на одной стороне. Приятно было ничего не делать, наблюдать, предвидеть ошибки врага и наслаждаться зрелищем, как твой план осуществляется усилиями противников.

Пожалуй, теперь Рон лучше понимал Дамблдора.

* * *

Под видом родителей Гарри на третье испытание приехали родители Рона, и он тут же начал незаметно подпихивать Билла к Флёр, потому что планы следовало доводить до конца. Затем они следили за третьим испытанием, и Гарри с Седриком утащило к Волдеморту, который возродился, как и предвещало пророчество. Было много шума, когда Гарри вернулся с мертвым Седриком, схватили лже-Грюма, и Фадж словно невзначай подставил его под поцелуй дементора, а затем прикинулся дурачком, мол, где доказательства, что Волдеморт вернулся.

Рон наблюдал за ссорой, размышляя о том, что Волдеморт или его последователи хотя бы отчасти добились своего. Фадж так испугался проблем и предстоящей борьбы, что впал в отрицание (тут Рон не мог его винить) и свалил все на Дамблдора, мол, тот решил захватить власть. Вместо того, чтобы сообща давить Волдеморта, пока тот еще не вошел в силу, Дамблдору предстояло тратить силы на борьбу с Фаджем и Министерством. Вполне возможно, что Крауч-старший, попавший под заклинание подчинения, своими рассказами натолкнул Волдеморта на эту мысль.

Или... действовало прежнее пророчество — о Гарри и Темном Лорде. Дамблдор приказал собирать прежнюю компанию, Орден Феникса, и Рон подумал, что надо бы опять позаимствовать прием и собрать свой боевой отряд.

Но так, чтобы никто не заподозрил Рона, конечно.

Было много криков, суматохи, паники, но все предположения Рона подтвердились, рисковать ничем не пришлось, Волдеморт возродился, предстояло обострение противостояния, в общем, удачный выдался год. Поэтому домой Рон ехал в приподнятом настроении.

* * *

Не успели начаться каникулы, а противостояние Дамблдора и Министерства резко обострилось. При этом Дамблдор собирал Орден Феникса, пытался узнать, где Волдеморт теперь — после событий на кладбище у дома Риддлов — и продвигал ту же мысль, что высказал вслух в конце прошлого учебного года всему Хогвартсу: Волдеморт вернулся и надо готовиться к войне.

Министерство с упорством, достойным лучшего применения, пыталось нейтрализовать Дамблдора, и в общем ясно было, что любые доказательства, кроме очной ставки министра с Волдемортом, будут отброшены как фальшивые. Отличные условия для Волдеморта, размышлял Рон, возвращай старых и набирай новых сторонников, входи в силу.

Дамблдор приказал не сообщать Гарри никаких новостей, и это было понятно, по крайней мере теперь, когда связь Поттера и Волдеморта стала очевидна. Смотреть глазами Гарри, как он смотрел глазами Волдеморта? Его змеи? Слышать его мысли, ощущать эмоции, быть в курсе планов? Утечка информации, да и только. Орден Феникса охранял не только Гарри, но и "что-то в Министерстве", и Рон даже знал что — первое пророчество.

Выходил такой треугольник противостояния: Дамблдор — Волдеморт — Министерство, и Рон не отказался бы узнать, что же там звучало в первом пророчестве. Второе пророчество Трелони изрядно ограничивало его действия долгое время, и поэтому следовало узнать текст первого. В Орден их не взяли, дескать, несовершеннолетние, чему Рон был только рад (хоть и притворился обиженным), попутно у него возникла мысль, что не мешало бы Гарри слегка разбогатеть.

Разбогатеть и лишиться крестного отца, который, казалось, вот-вот заменит ему друзей.

Но эти мысли были так, фоном на будущее. Основную часть планов Рона занимало то, как остаться другом Гарри, но при этом не попасть под удар Министерства. Раз уж они не стеснялись все лето чернить Гарри Поттера — несомненно затем, чтобы выставить его как недостоверный источник информации, страдающий расстройствами и галлюцинациями, в одной из которых он и увидел якобы Волдеморта, — то легко могли надавить и на его друзей.

Одно только нападение дементоров на Гарри чего стоило! Рон даже собирался использовать его как обоснование для изучения заклинания патронуса, но вовремя понял, что вышел бы из образа. Да, Рон Уизли был ленивым неотесанным сельским пареньком, но храбрым и преданным, да еще и из волшебной семьи. Изучение патронуса следовало пока отложить, и Рон строил планы, раз за разом приходя к одному и тому же итогу.

Министерство, взявшись давить Дамблдора, уже не могло отступить, и более того, министр неизбежно должен был прийти к мысли о контроле над Хогвартсом. А то ну как встанет Дамблдор посреди ужина и опять начнет внушать детям, что Волдеморт вернулся? Голосование против Дамблдора на заседании международной конфедерации магов подтверждало выводы Рона.

Фигуры собирались на доске перед новой партией, и в этом году в Хогвартсе ожидались чиновники Министерства, несомненно, под самым благовидным предлогом. Возможно, имеющие право приказывать дементоров, чтобы еще раз напасть на Гарри и заставить замолчать его, как убили Крауча-младшего. При этом никто не отменял опасности Волдеморта, который стремился добыть пророчество из Министерства, но не выдавая себя, а Орден Феникса пытался ему в этом помешать. Возможно, Фадж знал об их попытках, но воспринимал их как подготовку к захвату власти.

Обострение в прошлом году не прошло даром, в этом году предстояло сцепиться тяжеловесами и можно было ожидать открытой войны уже в следующем. Да, в следующем, кивнул своим мыслям Рон, а значит, следовало уже в этом году заняться отдельно подготовкой к войне, но сделать вид, что это чужая идея.

Все это вырисовывалось в схему новой партии, нового учебного года, оставалось только дождаться появления последних фигур на доске и можно было начинать очередной гамбит (где в роли жертвенной пешки выступал, конечно же, Гарри, отнюдь не Рон).

Визит Гарри в Министерство — разбирательство по вопросу, почему он вызвал патронуса на глазах у маггла, хотя не имел права колдовать вне школы, — лишь подтвердил все эти догадки. Полсотни волшебников — судей Визенгамота — по делу одного Гарри? Перенос времени и места? Пикировка Фаджа и Дамблдора прямо во время заседания? Ясно было, что от Гарри хотели избавиться и хотели через него добраться до Волдеморта.

Вот только они не учли, размышлял Рон, пророчества, не Министерству было суждено избавиться Гарри, и поэтому они проиграли, хотя позиция защиты выглядела откровенно слабой. Ограничение Дамблдора там, где тот был наиболее силен — в Хогвартсе — и провокации выглядели напрашивающимся шагом. От описания Министерства и что где находится толку не было, Рон знал это и так, а вот сообщение о разговоре Люциуса Малфоя и Корнелиуса Фаджа оказалось полезным.

Кому, как не Пожирателю, совать деньги министру и уверять, что никакого Волдеморта нет?

Особенно Малфою, который был не только богат, но и несколько раз проигрывал, ввязываясь в противостояние с Гарри и Дамблдором.

* * *

— Рон — староста, а не я, — сказал Гарри.

Реакция Гермионы была очень показательна: она покраснела, начала оправдываться, растерялась. Не думала, что старостой назначат Рона, неплохо, неплохо, образ ленивого и неотесанного паренька работал, маскировка не пострадала. Дамблдор, конечно, видел дальше других, и в общем ясно было, чем он руководствовался. Ожидался непростой год, давление на Гарри прямо в Хогвартсе со стороны Министерства и изнутри, через шрам, со стороны Волдеморта — поэтому Дамблдор и избегал его, дополнительно зля Поттера.

Словно через него собирался разозлить Волдеморта, чтобы тот на эмоциях совершил ошибку.

В такие непростые времена бесполезно было назначать Гарри префектом, вышло бы только хуже. А вот друзей Гарри, готовых его прикрыть — вот их и поставили старостами, чтобы Гарри мог выходить после отбоя, например, был через них в курсе дел школы. Также префектов всегда можно было вызвать к декану или директору, не вызывая подозрений, и таким образом передавать Гарри нужную информацию, но опосредованно, не рискуя тем, что его глазами сейчас смотрит Волдеморт.

Да, Дамблдор определенно был достойным противником!

* * *

Они вошли в Хогвартс-экспресс, и Рону с Гермионой пришлось отправиться в вагон старост. Лицо Гарри прямо перекосило, хотя он и пытался не подавать вида — все его бросили, все предали, читалось там крупными буквами. Дамблдор позаимствовал идею самого Рона из прошлого года? Рон обдумал и решил, что нет, Дамблдору хватило бы и своих мозгов на такое.

Также тут напрашивался прямой вывод: атаки Министерства на Гарри, влияние прессы, а стало быть, и ученики Хогвартса отвернутся от Поттера. Одиночество, отчаяние, эмоции, но ни капли информации Волдеморту. Тут следовало проявлять особую осторожность, подумал Рон, остаться другом Гарри, но при этом словно отстраниться, чтобы не попасть под удары с трех сторон.

Министерство и нападки на Гарри, могли ли они разозлить Волдеморта созданием помех его планам? Может, и нет, но главное, что Дамблдору тут и делать бы ничего не пришлось, сиди, наблюдай, жди ошибки противника. Рон размышлял об этом до самого прибытия в Хогвартс, где его догадки подтвердились: место преподавателя ЗОТИ заняла заместитель министра Фаджа Долорес Амбридж.

Тонко, одобрительно хмыкнул Рон, других вакантных мест не было, наверняка Дамблдор им так и сказал. Министерство не готово было отбросить маску и открыто объявить Дамблдора врагом, и в результате Амбридж заняла проклятую должность. Наверняка она считала, что все равно не задержится здесь больше, чем на год, но... ах да, сообразил Рон. Традиционно, именно преподаватель ЗОТИ защищал Хогвартс, в случае всякого, и стало быть, Амбридж оказалась бы там, где совершались нарушения, и набрала бы материала против Дамблдора.

Можно было сколько угодно считать, что она им тут портит образование, чтобы не умели защищаться, но ЗОТИ все равно преподавалось через задницу тролля уже десятки лет, и даже Амбридж тут мало что могла испортить. Если Волдеморт действительно наложил проклятие на должность, чтобы ослабить противостоящих ему британских магов, то он в каком-то смысле справился с задачей.

Гермиона правильно расшифровала речь Амбридж, и Рон бы ей зааплодировал, если бы мог. Затем он небрежно осадил Чжоу Чанг, чтобы Гарри не слишком-то лез к ней, забыв о Джинни, и принялся ожидать обострения ситуации. Оно и случилось на первом уроке ЗОТИ, и Гарри влепили отработку, на которой ему приходилось писать особым пером, использующим вместо чернил кровь самого Поттера.

Сам Гарри о том, конечно, не рассказывал, но у Рона были способы узнать, якобы случайно, и он прибег к одному из них. Отрабатывал приемы в квиддиче и хотел стать вратарем, ха! Итак, Амбридж сделала ход, провоцируя Дамблдора, но Гарри молчал о наказаниях, и это было верно, пусть Поттер исходил из каких-то своих причин. При этом все вокруг злило и раздражало Гарри, демонстрируя, что эмоции возродившегося Волдеморта просачиваются, давят на разум.

Из этого могло бы выйти неплохое оружие, подумал Рон, если правильно подойти к вопросу. Вдруг сообразил, что Дамблдор игнорировал Гарри после возрождения Волдеморта, и теперь Поттер не хотел обращаться к директору. В результате вся боль и сомнения должны были доставаться Волдеморту, гениальный ход, если так подумать.

Для достоверности Рон продолжал следовать своим заявлениям и оказался в команде по квиддичу, вратарем, но таким слабеньким, которого должны были выкинуть при первой же возможности. Также он написал донос в Министерство про Сириуса, чтобы тот больше сидел дома и приходил в ярость от заточения, и подкинул анонимку Филчу, расстроив встречу Чжоу и Гарри в совятне. Да, он не мог помешать всерьез, не выдав себя, но испортить раз, два, три, приплести погибшего Седрика, и дальше их отношения испортились бы сами собой.

Разумеется, неизменно полезный Драко сам влез и дополнительно сердил Гарри.

* * *

Затем Сириус подтвердил, что да, Амбридж специально прислали, чтобы они ничему не научились, и Рон едва не выдал себя смехом. Также Фадж сделал Амбридж генеральным инспектором Хогвартса, Министерство наращивало давление, так как Дамблдор привычно ничего не делал и не реагировал, давая противникам действовать, ошибаться и разить самих себя.

Это противодействие и бездействие на уроках привели именно к тому, чего добивался Рон. Гермиона первая заговорила о самостоятельных занятиях по ЗОТИ, Рон поддержал, Гарри выдвинули в преподаватели, раз уж все приключения доставались только ему, и так стихийно появился кружок «Армии Дамблдора», только без места для занятий.

Также Гарри все же сумел «подключиться» к Волдеморту и ощутил, что тот в бешенстве, что дело движется слишком медленно. Орден Феникса малыми силами блокировал его попытки проникновения в Министерство, тем самым зля Волдеморта и вынуждая его выступить лично — чтобы предъявить министру. Простой и эффективный план, полностью в стиле Дамблдора.

Запрет заниматься квиддичем и расширение полномочий Амбридж только подтвердили это. Фадж, похоже, ни разу не бодался с Дамблдором всерьез и теперь проигрывал, думая, что решительно идет к победе. Попутно нашлось место для занятий — Выручай-комната, а Гермиона демонстрировала потрясающие способности к магии, вроде составления магических контрактов и создания протеевых чар. Рон каждый раз смотрел на нее с умилением и мысленно хлопал себя по плечу, что так ловко придумал завербовать ее в свое время и тем самым сейчас обеспечил себе алиби.

Затем вернулся Хагрид с новостями о великанах, а под Рождество змея Волдеморта напала на Артура Уизли, наконец открыв Гарри глаза на их связь с Волдемортом. Сам Темный, наверное, был в изрядном бешенстве от нетерпения, раз рискнул частицей своего духа в змее и отправил ее в Министерство, размышлял Рон. Попутно сыграла еще одна прежняя задумка, и Джинни ободрила Гарри, мол, уж она-то знает, каково это, когда в тебя вселился Волдеморт!

За всем этим ожидаемо последовали уроки окклюменции и ожидаемо у Снейпа. Мастерский ход Дамблдора, думал Рон, мастерский во всех смыслах, от ненависти Гарри к Снейпу и, соответственно, взрыву эмоций до возможности посмотреть на самые страшные воспоминания друг друга и хоть немного помириться. Эмоции, отчасти внушенные Гарри Волдемортом, должны были взять верх и… что-то да произошло бы. Взрыв действий, оставляющий Дамблдору свободу реакции, и Рон решил не вмешиваться.

Попутно Гарри вспомнил и подтвердил, что змея действительно лезла в Отдел Тайн.

* * *

Нетерпение и эмоции, и Волдеморт подготовил массовый побег из Азкабана, вытащил оттуда десяток самых преданных своих сторонников. Усилил себя, но и позиции Дамблдора тоже, вынудив Министерство реагировать. Амбридж бушевала и издавала декреты, пытаясь добиться реакции, но получала вовсе не то, что хотела: Дамблдор не реагировал, и Долорес только зря настраивала против себя весь Хогвартс.

Рон внимательно следил за этой партией и записывал уроки, преподанные Дамблдором.

Также они нанесли информационный удар через «Придиру», так как «удачно» познакомились в этом учебном году с Луной Лавгуд. Вообще Лавгуды жили неподалеку от Уизли, но пока этого не потребовалось Рону, Луну словно и не замечали.

Амбридж пришла в ярость, разумеется, издала несколько декретов и решила пощупать Дамблдора через преподавателей. Вот тут Дамблдор, наконец, отреагировал, в весьма издевательском стиле: не дал выгнать Трелони из замка и взял на ее место кентавра Фиренца. Амбридж, обожавшая доводить учеников до кипения издевками под видом вежливого поведения и требований, теперь сама кипела и дергалась.

Все это вело к обострению, и Рон решил вынудить Дамблдора к действию, внушил исподволь Мариетте желание сдать Армию Дамблдора (там замечание, сям упрек, и так далее), и она сдала их Амбридж. Риск, огромный риск, но запланированный и намного менее серьезный, чем если бы это молчаливое противостояние продолжалось. То, что Мариетта была подружкой Чжоу, разумеется, вышло не случайно.

Дамблдор взял вину на себя и сбежал из Хогвартса, слегка удивив этим Рона. Слегка.

Следом и Снейп подстроил все так, чтобы прекратить уроки окклюменции, и события продолжили движение к развязке и концу учебного года. Сбежали близнецы, Хагрид продемонстрировал своего брата-великана, Рон исключительно для обострения ненависти слизеринцев взял и показал себя превосходным вратарем. Но все это была сущая ерунда по сравнению с главным вопросом, развязкой в конце учебного года в Отделе Тайн.

Рону ужасно не хотелось туда идти — такой риск! — но и в то же время хотелось попасть туда и узнать пророчество не из третьих рук. Десять раз все обдумав, Рон решил, что придется рискнуть, как тогда, в первый год. В конце концов, боевая группа учеников была подготовлена, могла прикрыть Гарри и Рона, особенно Рона, так?

Решающим аргументом стало то, что Волдеморт присылал видения про Блэка.

Отличная возможность разом решить несколько проблем.

* * *

Амбридж попыталась изгнать Хагрида, а Волдеморт прислал Гарри видения пойманного Сириуса. Толковый ход, но не слишком убедительный, решил Рон, впрочем, взвинченному Гарри хватило, и завертелась цепочка событий, в результате которой Амбридж попала к кентаврам, а Армия Дамблдора на фестралах примчалась в Министерство, прямиком в Отдел Тайн.

* * *

Гарри возился долго, и Рон, не выдержав, напрямую указал ему шар с нужным пророчеством. Немедленно появилась куча Пожирателей Смерти, и весь план отправился к бабушке Невилла. Рон с Джинни и Луной отделились от Гарри, Невилла и Гермионы, и там Рон разыграл привычный гамбит: сделал вид, что он ужасно ранен и вообще не в себе после заклинания.

Призвал к себе мозг и выпал из общей битвы, так как силы были просто несравнимы. Удача Гарри опять его уберегла: появились волшебники из Ордена Феникса, а затем и сам Дамблдор, несомненно, вмешавшийся лично, чтобы продемонстрировать министру Фаджу возрожденного Волдеморта. Гарри разбил пророчество, но затем Дамблдор показал ему свои воспоминания о том дне, и Рон узнал (позже, когда Гарри сам рассказал), что его вывод о столкновениях Гарри и Волдеморта оказался верен на все двести процентов.

Также погиб Сириус, сам Рон отлежался в больнице и вышел, но все это меркло перед тем, что случилось. Дамблдор! Рон серьезно недооценивал директора, и тот показал, как надо строить планы и бездействовать, чтобы в итоге добиться всего, не уступив почти ничего. Да, Волдеморт был опасен, но ничего не понимал в скрытности, ломил грубой силой, тогда как Дамблдор!

Весь пятый год прошел по плану Дамблдора, и даже часть с Армией директор обратил себе на пользу. Определенно, от Дамблдора следовало избавиться… но как? Над этим размышлял Рон, направляясь домой в самом мрачном расположении духа — его не покидало ощущение, что все эти годы, мня себя игроком, он был лишь пешкой на доске Дамблдора!

Но оставлять этого так Рон, конечно же, не собирался.

* * *

Дано: пророчество о противостоянии Гарри и Волдеморта, сталкивающее их каждый год вживую. Дано: Волдеморт поделил себя на несколько частей, и поэтому уничтожение физического тела оставляет дух, который может возродиться. Дано: Дамблдор об этом знает и теперь наверняка. Дано: Гарри — одно из вместилищ частицы духа Волдеморта. Дано: Дамблдор несколько раз подвел дух Волдеморта под вечные проклятия. Дано: Дамблдор настолько искусен в интригах и влиятелен, что Рону за ним не угнаться и за сотню лет, особенно при необходимости соблюдения образа неотесанного сельского паренька, любящего пожрать и повеселиться. Дано: Дамблдор любит выжидать, давая врагам ошибиться.

Вывод: следовало вовлечь Дамблдора в действие, противостояние между Гарри и Волдемортом, причем вовлечь, не давая выждать, чтобы директор Хогвартса совершил ошибку. Вывод два: просто вовлечь в действие, чтобы его выбило прочь пророчеством, как устраняло оно всех, способных помешать исполнению другого пророчества Трелони — о возрождении Волдеморта. Вывод три: это должно быть связано с другой частицей духа Волдеморта, но не змеей, слишком очевидно и вряд ли Волдеморт ее отпускал от себя.

Дано: прошлое Тома Риддла. Дано: прошлое Альбуса Дамблдора. Дано: смещение Фаджа и назначение нового министра. Дано: начало второй войны и атаки по Англии. Дано: переход дементоров на сторону Волдеморта. Дано: Волдеморт так и не узнал, о чем говорило пророчество.

Вывод: он проявит осторожность и будет захватывать Министерство исподтишка, выжидая в тени.

Вывод два: Дамблдор попробует ослабить Волдеморта, выбив части его духа, вроде того дневника.

Вывод три: на этом можно и нужно подловить Дамблдора, вынудив его действовать и подставив под пророчество, ведь действия директора можно было трактовать как попытку победить Волдеморта, а это суждено было сделать Гарри.

Рон размышлял так интенсивно, что у него чуть извилины из ушей не лезли, вроде тех мозгов, что плавали автономно в банках в Отделе Тайн. Затем он нащупал зацепку: дух в дневнике гордо именовал себя наследником Слизерина, змееустом и наследником, несмотря на то, что Том был полукровкой. Дом Риддлов рядом с кладбищем, где состоялось возрождение, наверняка обыскали вдоль и поперек, да и с чего бы Тому им дорожить? Тогда как чистокровность, объявление себя наследником Слизерина, то, что ему подчинялись маги из старейших семей — это была зацепка.

Искать долго не пришлось, Гонты считались потомками Слизерина, вымершими, по сути, в попытках сохранить чистоту крови. Судя по деталям, Меропа Гонт была матерью Тома, а отец как раз являлся тем самым магглом, Риддлом. Рон знал, что ему не хватит умений в магии, чтобы справиться с ловушками Волдеморта, тут и Гермиона, пожалуй, не справилась бы, но... следовало действовать как игрок, а не как фигура, послав Дамблдора вперед.

Рон многого не знал наверняка, но и ничем не рисковал, незаметно подбросил намек на идею (через родителей) Дамблдору, и тот устремился проверять, и мало того, оказался поражен защитной магией Волдеморта. Не убит, все же он не пытался уничтожить всего Волдеморта, но попал под удар.

Рон утер пот со лба и выдохнул.

Он сыграл очередной гамбит и победил.

Теперь оставалось только воспользоваться уроком Дамблдора и ждать.

* * *

Слагхорн, попытки вытащить из него информацию о крестражах, частные уроки для Гарри от Дамблдора, а также замыслы Драко Малфоя, неизменного помощника Рона, пусть и не ведающего о том. Попытки извести Дамблдора, ха, это скорее выглядело наказанием для Драко, но одновременно с этим свидетельствовало о том, что Волдеморт не знает о судьбе других частиц своей души. Странно, конечно, раз уж он находился в прямой связи с Гарри, но, возможно, такая связь требовала наличия живых волшебников? Хотя бы Квиррелла, например.

Нет, размышлял Рон, определенно Волдеморт ничего не понимал в скрытности, столько всего о себе выдал за эти годы в попытках возродиться. Стало быть, он ничего не знал и отправил Драко убивать Дамблдора. Незаметные (условно) атаки на Министерство и Дамблдора чужими руками и то, за чем Драко заходил к Горбину — попытки найти способ проникновения в Хогвартс, несомненно.

Снейпа назначили преподавателем ЗОТИ, и это было очень иронично, учитывая, что Северус был слугой двух господ, один из которых и проклял должность. В то же время это свидетельствовало, что Снейп не задержится в Хогвартсе больше, чем на год, как и прочие преподаватели ЗОТИ. То есть к тому времени он уже будет не нужен Дамблдору... по разным причинам.

Рон признал, что ошибся насчет открытой войны, треугольник противостояния из предыдущего учебного года сменился войной, но скрытной. Каждый стремился добиться чего-то своего, и... да, действий самого Рона тут не требовалось, главное он совершил уже летом.

Дамблдор развил активность и общался с Гарри чаще и больше, чем все прошлые пять лет учебы в Хогвартсе и десять до нее. Также он постоянно пропадал где-то, и Рон только посмеивался мысленно. Осознав, что смерть близка, Дамблдор отбросил старую тактику выжидания и действовал, стремился истребить как можно больше частиц духа Волдеморта, что в общем-то было только на руку Рону.

Ведь после смерти Дамблдора на доске остались бы только два игрока!

Пусть он был уверен, что обыграет Волдеморта, но все же. Все же не стоило забывать о его мощи, куче слуг и того, что Волдеморт придет к власти. Он и так к ней бы пришел, но без Дамблдора — наверняка. Рон размышлял об этом, оставаясь в образе: стонал от якобы неподъемных уроков и невербального волшебства, прошел на позицию вратаря в команде по квиддичу и, наконец, сделал вид, что интересуется девушками. Во-первых, возраст настал, во-вторых, следовало оставаться в образе, в-третьих, следовало потренироваться (чтобы не попасться на гормонах потом), а заодно вызвать ревность у Гермионы.

Поэтому он выбрал себе Лаванду Браун.

Попутно Рон немного, делая вид, что беспокоится на правах старшего брата, пытался давить на Джинни, но исключительно ради того, чтобы Гарри хоть немного очнулся и начал ревновать. Как ни странно, думал Рон, наблюдая за реакциями Гарри, именно сейчас — самое время, пока война там, за стенами Хогвартса, и Дамблдор мечется перед смертью.

Потом придется действовать уже самим, места и времени для отношений уже не останется.

Дамблдор поручил Гарри добыть у Слагхорна подлинное воспоминание о разговоре с будущим Волдемортом про крестражи, и Рон одобрительно хмыкнул. Пусть Дамблдор и умирал, но все же соображал, кому, как не Гарри, добывать такое? Полученный на первом же уроке у Слагхорна флакончик зелья удачи так и напрашивался, чтобы его использовали (словно сама судьба или Слагхорн хотели выдать правду, но так, чтобы это выглядело вынужденной необходимостью или случайностью), но Рон помалкивал. Событиям предстояло развиваться до конца учебного года, спешка — что же, Дамблдор наглядным примером продемонстрировал, что бывает в таких случаях.

Поэтому Рон учился, тренировался, развлекался с Лавандой, заставляя Гермиону ревновать, и приглядывал за Малфоем, который все пытался достать Дамблдора чужими руками. Попутно начались уроки аппарации, и Рон записался на них, залегендировав свои познания в этом вопросе.

Также Рон, собравшись с духом и запасшись противоядиями, в свой день рождения пошел на риск, наелся приворотного, предназначенного Гарри (нечего тут всяким Ромильдам! Джинни, только Джинни — избранница Гарри!), а также выпил отравленной медовухи, которую Драко через Слагхорна пытался подсунуть Дамблдору.

Потренировался распознавать вкус, ну и просто выпил, не вызвав подозрений.

Гарри так и не смог вытянуть из Слагхорна воспоминаний, дело шло к концу весны, и Рон подсказал насчет зелья удачи, решив, что ничем уже не рискует, а информация о количестве крестражей требовалась. Гарри справился блестяще, выяснил число — семь, попутно он и Дамблдор вычислили часть предметов, в которых крестражи могли скрываться, и потом Поттер все рассказал Рону и Гермионе.

* * *

Драко не справлялся, как и прочие, плакал в туалетах (а Плакса Миртл его утешала, явно надеясь обрести потом себе пару — призрачного плачущего мальчика) и в результате схлестнулся с Гарри, который потом, пытаясь избежать объяснений со Снейпом, вдруг открыл новую сторону Выручай-комнаты.

Пророчество, подумал Рон, не сообщая, впрочем, мыслей вслух.

События развивались, Гарри узнал, что именно Снейп подслушал пророчество тогда, полтора десятка лет назад, и тем самым стал одним из орудий исполнения этого самого пророчества, привел к гибели родителей Гарри и падению Волдеморта. Затем Дамблдор взял Гарри с собой, они попытались добыть еще один крестраж, но вместо него нашли лишь подделку, что, впрочем, выяснилось лишь позже.

Драко провел в Хогвартс Пожирателей Смерти, Снейп убил Дамблдора (как подозревал Рон, по предварительному согласию, а уж с желанием убить у Северуса никогда проблем не возникало), и Рон, делая вид, что скорбит о директоре, мысленно улыбался.

Партия вошла в эндшпиль, победа была близка как никогда, но и рисковать теперь предстояло лично.

* * *

Как и предполагал Рон, опасности не замедлили последовать. Изображать Гарри Поттера под заклинаниями Пожирателей Смерти, во время операции "Семь Поттеров"! Ни единого шанса отказаться, и даже то, что "Гарри" постарались бы взять живьем, не слишком утешало.

Рон отдельно отметил слова Грюма, мол, Дамблдор всегда говорил, что Волдеморт намерен расправиться с Гарри лично. Осознал и вычислил пророчество? Нет, подумал Рон, припомнив события на кладбище, он просто хотел реабилитироваться в глазах Пожирателей, да и своих тоже, мол, сильнее Гарри Поттера.

Ему досталась Тонкс, и Рон с удовольствием ее пощупал, пока летели на метле, а потом отвел душу в сражении, так как не время было притворяться увальнем, раз и он тоже состоял в Армии Дамблдора. Поэтому Рон смело разил направо и налево и помог отбиться от самой Беллатрисы, которая зачем-то усиленно гонялась за племянницей.

Отбились, оторвались, вернулись, и Гермиона стала движущей силой "бросаем школу, идем искать крестражи, как сказал Дамблдор". Рон не возражал, хотя и напоминал сам себе об осторожности, один такой бородатый уже ринулся искать крестражи вперед Гарри и поплатился за то. Регулус Арктурус Блэк, он же Р.А.Б., похитивший медальон-крестраж, тоже поплатился и сгинул. Искать нужно было обязательно, но найти их следовало Гарри, чтобы пророчество не ударило по самому Рону.

Все это должно было затянуться, приводя к излюбленному приему Дамблдора: ждать и тянуть время, давая Волдеморту возможность действовать, ошибаться и раскрывать себя. К слову о Дамблдоре, он предусмотрительно внес их всех в завещание, оставив каждому вещь, которая должна была помочь в борьбе с крестражами.

Плюс меч Гриффиндора, но его Гарри не отдали, как, наверное, и предвидел Дамблдор.

Инструкций, разумеется, не оставил, Дамблдора подвела старая привычка действовать неспешно, тянуть время, держа все нити в руках. Словно забыл, что его от Гарри и остальных отделяла сотня лет возраста и опыта... или он полагался на Рона, что тот сумеет завершить начатый план.

Этакая посмертная подколка Дамблдора, мол, я все знал, так что действуй теперь ты, хватит отсиживаться за моей спиной. Рон, разумеется, не подал вида, притворился, что также ничего не понял из оставленного Дамблдором, и события двинулись дальше.

Свадьба Билла и Флёр (еще один сработавший план!) оказалась прервана сообщением, что Скримджер убит и Министерство пало. Они бежали, и Волдеморт пришел в ярость, что порадовало Рона. Пусть Дамблдор и был соперником, но его методы работали, и Рон подбросил намеком идею укрыться в доме Блэков, на Гриммо 12, раз уж тот достался Гарри по завещанию Сириуса (как и немало денег).

Здесь они могли отсиживаться с условным комфортом, не рискуя жизнями, и тянуть время — Рон сомневался, что Гарри и Гермиона смогут быстро найти остальные крестражи или разгадать загадку медальона, а значит, Волдеморт будет все больше яриться и терять терпение. Затем пророчество снова потянет его и Гарри друг к другу, и вот тогда настанет время путешествовать и уничтожать крестражи — для того Дамблдор и оставил меч Гриффиндора, пусть Поттер его и не получил.

Намек, что меч Годрика способен их уничтожать не хуже клыков василиска.

В конечном итоге где-то ближе к концу учебного года (пусть они и не собирались возвращаться в Хогвартс) состоится развязка, и, конечно, Рон не собирался сидеть без дела. Нет, обязательно следовало максимально повысить шансы Гарри на победу, просто... незаметно для всех.

Как Дамблдор, да, только лучше и безопаснее.

* * *

Они наткнулись на след медальона, похищенного Регулусом, и узнали, что тот попал к Амбридж. Снейп тоже не сдюжил с проклятьем должности преподавателя ЗОТИ и покинул ее, правда, стал директором Хогвартса. Посмертный план Дамблдора, вне всяких сомнений, размышлял Рон, заодно подставили одного из Кэрроу под это самое проклятье. Мелочь, по новым временам, когда Волдеморт пришел к власти и управлял министром из-за кулис, а магглорожденных объявили воришками магии и вызывали для допросов.

В то же время Волдеморта так долго не пускали к власти, Дамблдор так искусно тянул время и попутно еще несколько раз проклял Темного. Десятилетие духом без тела и вселение в зверей, возрождение темным ритуалом — все это наверняка повредило разум Волдеморта, раз, и в то же время он просто обязан был расплатиться с теми, кто его поддерживал — чистокровными — два. Магическая Британия не думала восставать, сохранялась видимость порядка, но тем более следовало тянуть время, давая недовольству созреть, и да, следовало подталкивать это недовольство, вот о чем думал Рон, пока шли "поиски" и они готовились проникнуть в Министерство, чтобы забрать медальон у Амбридж.

Так себе план, Рон напал бы в ее доме, а лучше по дороге, но не следовало вмешиваться.

Крестражи.

Дневник уничтожил сам Гарри, и Поттер же являлся крестражем. Плюс Нагини. Кольцо уничтожил Дамблдор, заодно покинув партию. Меч Гриффиндора — не крестраж, в отличие от медальона Слизерина. Стало быть, кубок Хаффлпафф и диадема Рэйвенкло, как и предполагали Гарри и Дамблдор в прошлом учебном году. Итого как раз семь, как и хотел Волдеморт, плюс он сам, как основной дух, скажем так.

Диадема Рэйвенкло пропала тысячу лет назад, так что, скорее всего, именно она находилась в той Выручай-комнате, что была переполнена мусором — тысячелетней давности. Но кубок? Сейчас возможности Рона по сбору информации были ограничены, и он размышлял, пощелкивая делюминатором Дамблдора и играя в шахматы сам с собой.

— По одному крестражу за раз, — решил Рон.

* * *

Они добыли медальон, несмотря на всю непродуманность второй части плана, но утратили дом на Гриммо, как и предполагал Рон. Сидеть на месте и безопасно добывать крестражи было невозможно, пророчество толкало их действовать, ошибаться, оказываться в нужных местах, и с этим следовало просто смириться.

С этим, но не всем остальным.

Также пришлось вмешаться, чтобы Гарри и Гермиона не называли Волдеморта по имени. Министерство и так контролировало аппарацию, камины, не хватало еще постоянно выскакивающих на его имя Пожирателей! Рон, не выходя из образа, не смог бы объяснить, откуда он знает о табу, пришлось приплести Дамблдора.

Потянулись дни и недели осеннего путешествия по сельской местности и ношения по очереди медальона-крестража на шее. Легко было изображать недовольного всем Рона, оставаясь в образе, и он изображал, выжидая подходящего момента. Тот наступил, когда они "случайно" столкнулись с гоблинами и Тедом Тонксом, а также Дином Томасом и подслушали разговор о событиях в Хогвартсе и что в "Гринготтсе" хранится лишь копия меча Гриффиндора.

Пожалуй, такого не спланировал бы даже Дамблдор, и стало быть, сама судьба тыкала носом Гарри.

Рон воспользовался возможностью, разыграл ссору и аппарировал прочь.

* * *

Пришлось потрудиться и побегать, конечно, пинками подталкивая "сопротивление" действовать. Легче всего прошло, как ни странно, со Снейпом, тот и сам искал способ отдать Гарри меч (как и планировал Дамблдор), и делюминатор, позволяющий обнаруживать друзей Рона, тут очень даже пригодился.

Разумеется, Гарри не справился даже с изъятием меча из озера зимой, пришлось все же вмешаться, забрать медальон (который явно топил Поттера) и помочь сломать лед. Снейп обеспечил Патронусом, ну хотя бы этот знак Гарри уловил и явился к мечу, но не задался вопросом, как это все так чудесно совпало. В отсутствие Рона (который незаметно удерживал их от в стороне от прямой опасности) они, конечно же, влезли в приключения, столкнулись с Волдемортом и змеей, в общем, все шло по плану и пророчеству.

Труднее всего оказалось с радиопередачами, сбор армии — ну где-то посередине, маги еще не созрели до конца, но дело двигалось. Попутно своим отсутствием Рон залегендировал знание о табу на имя Волдеморта и сведения о радиопередачах "сопротивления". В общем, неплохо отлучился, попутно все прояснилось с чувствами — Рон, конечно, и так знал, что происходит, но требовалось, чтобы Гарри и Гермиона сами все осознали.

Заодно подвел основание, якобы случайно открыл свойство делюминатора указывать путь к друзьям.

Гарри даже догадался, что медальон надо открывать на змеином языке, и Рон попробовал отказаться от самой опасной части, но не вышло. К счастью, образ простоватого сельского паренька стал его второй натурой, даже крестраж купился и начал нести чушь про зависть и вторые роли, за что и получил мечом Гриффиндора прямо по медальону.

Действуй сам Рон, он бы, конечно, сгонял в Хогвартс за клыком василиска, но... он решил не вмешиваться и следовал решению, ради своей же безопасности. Попутно Гарри и Гермиона продолжали разгадывать "загадку", натолкнулись на "знак Гриндевальда" и историю Даров Смерти, стало ясно, что Волдеморт ищет старшую палочку из легенды, думая, что ей одолеет Гарри.

Выходило очень иронично, с учетом того, что старшей палочкой владел Дамблдор.

Но Рон молчал, давая течению событий нести его, только упомянул о доме Билла и Флёр, готовя на будущее путь к отступлению в новое убежище. Они отправились к Лавгудам, Ксенофилиус попробовал их сдать. Они опять ввязались в драку (пусть Рон знал, что это неизбежно, но все равно опасно и неприятно) и аппарировали прочь.

Министерство вроде как отслеживало аппарацию, но их почему-то отследить не могло.

Затем Гарри и сам сообразил про три Дара Смерти (еще бы, с таким количеством подсказок!), и про свою мантию, и воскрешающий камень, и даже то, что Дамблдор оставил его ему, спрятав в снитч, упомянутый в завещании. "Сказки барда Бидля", завещанные Дамблдором Гермионе, сработали как источник информации, но лишь отчасти, потребовалась еще масса подсказок.

Рон даже рискнул чуть приоткрыться и начал тормошить других, командовать увереннее, брать на себя роль лидера, потому что уже настал следующий год, тянулись недели зимы, а они все таскались по лесам Британии и теребили одну и ту же информацию.

Следовало действовать, и Рон решил рискнуть: сделал вид, что наконец подобрал пароль к волшебному радиоприемнику, и перевозбудившийся от новостей Гарри произнес имя Волдеморта, к ним тут же явилась толпа егерей и Пожирателей, и всех арестовали. Опознали Гермиону, через нее Гарри и потащили их всех к Малфоям, что несказанно обрадовало Рона. Малфои никогда не подводили в его планах, добровольно творили такое, чего Рон никогда не получил бы даже при полноценном сотрудничестве.

Пророчество пришло в действие, твердил себе Рон, и значит, будут еще столкновения и информация.

* * *

Беллатриса взбесилась от одного вида меча Гриффиндора, упомянула свой сейф в Гринготтсе, и Рон только хмыкнул мысленно. Подражая своему кумиру Волдеморту, Беллатриса тоже ничего не понимала в скрытности и выдала местонахождение еще одного крестража.

Один Малфою, другой Лестрейнджам, да, с сокрытием крестражей у Волдеморта тоже явно были проблемы.

Один в ее сейфе, другой в Хогвартсе — вся информация оказалась на руках у Рона, и он начал действовать. На помощь прибыл Добби, Петтигрю попытался задушить Гарри и погиб, продемонстрировав, что пророчество все еще действует. Гермионе досталось круциатусом, но Рон утешился мыслью, что не ему, и решил утешить ее... потом... в рамках развития их отношений.

Появилась информация о старшей палочке и сложных взаимоотношениях владельцев с палочками, кто кого победил и кому слушаться. Дамблдор владел старшей палочкой, но не завещал ее, так как она всегда переходила из рук в руки в бою. Волдеморт искал старшую палочку, но не он победил Дамблдора, стало быть, слушаться будет не в полную силу, размышлял Рон в "Ракушке", доме Билла и Флёр.

Меч и Снейп, вдруг сообразил Рон и даже вспотел слегка.

Дамблдор знал, что меч не отдадут, и заготовил сложный план передачи через Снейпа. Также Снейп много лет выполнял планы Дамблдора и весь прошлый год лечил его. Палочка? Вполне возможно. Сложный план передачи старшей палочки Гарри через Снейпа — но как же сражение? Кто сражался с Дамблдором? Драко и Северус, да.

Рон провел рукой по лбу, ощущая, что опять вступил на опасную территорию — исполнения пророчества. Оно двигало рукой Дамблдора или тот старался подстроиться, помочь пророчеству? Дары Смерти, да, не зря же он прислал их и информацию Гарри и Гермионе. Владелец всех трех Даров станет сильнее смерти, которую, надо полагать, олицетворял собой Волдеморт. Или владелец станет сильнее смерти, а Волдеморт всю жизнь бегал от таковой, что-то такое.

Поэтому Рон ненавязчиво попытался сбить активность Гарри, и Волдеморт завладел старшей палочкой.

* * *

Затем они нагло вломились в Гринготтс, сумели похитить чашу Хаффлпафф из сейфа Лестрейнджей, бежали на драконе, и Гарри посетило новое видение. Эмоции, никакой выдержки — следствие проклятий, подстроенных Дамблдором? — и Волдеморт сам подтвердил, что последний крестраж в Хогвартсе.

Все сходилось, события ускоряли ход, и Рон понял, что развязка близка как никогда. Он бы предпочел, конечно, чтобы все свелось к поединку Гарри и Волдеморта, но понимал, что не выйдет. Будет битва, а в битве могут и ранить, и убить, а просто прикинуться немощным не выйдет.

Впрочем, раз уже не выходило избежать, так следовало сражаться во всю мощь, верно?

Они аппарировали в Хогсмид, избежали Пожирателей, попали в Хогвартс через потайной ход, ведущий прямо в Выручай-комнату. Пророчество не просто пихало их в спины, нет — гнало пинками к развязке и осуществлению.

Ведь вскоре сюда должен был явиться Волдеморт.

Пришлось раскрыться еще сильнее, прямо сказать про Тайную комнату и клыки василиска (сами не додумались бы) и прикинуться, что он смог воспроизвести те шипящие звуки, которыми Гарри открывал медальон. На самом деле Рон, конечно, просто учился у медальона, пока таскал его (и прикидывался недовольным воздействием крестража), и иногда задумывался, как бы передать владение змеиным языком детям.

Впрочем, рисковать он не стал и доверил уничтожение чаши Гермионе.

Гарри за это время разыскал след к диадеме, просто не мог не разыскать, раз уж действовало пророчество, и они отправились в ту огромную комнату с кучей мусора. Тут случилось непредвиденное: Драко не подвел, конечно, а вот Крэбб взял и применил адское пламя. В порыве чувств Рон даже пообещал убить Гарри, если они не смогут отсюда сбежать (ведь самого Рона не защищало пророчество!), но все же выбрались.

Даже уничтожили попутно диадему.

Воспользовавшись смертью Фреда, Рон изобразил боевого берсерка, но его оттащили (как он и рассчитывал), и к змее Нагини отправился только Гарри. Понаблюдал смерть Снейпа, получил его воспоминания, вернулся в Хогвартс и посмотрел их, пришел в нужное расположение духа, чтобы пожертвовать собой и лишиться крестража, хотя и не знал о том. Пророчество пополам с планами Дамблдора и характером Гарри.

Рон узнал об этом позже, так как находился в безопасности, как и полагалось игроку.

Малфои тоже не подвели, прямо бесценная семейка, и с помощью Нарциссы Малфой Гарри сумел притвориться мертвым, а в Волдеморте возобладали эмоции. Или, может, пророчество затмило ему разум и он не стал перепроверять сам? Неважно.

Рон не лез в первых рядах, но и не бежал от драки, вмешался в нужный момент, помог всем стряхнуть оцепенение от вида якобы погибшего Гарри, и потом сражался, помогая победить. Все основное сделал Гарри, конечно, как и полагалось по пророчеству.

Рон, оставаясь в условной безопасности игрока, лишь помог фигуре Гарри выполнить свое предназначение.

* * *

Победив, избавившись от других магических игроков и связывающих пророчеств, Рон развернулся в полную силу. Помог выпустить кучу книг про магов, укрепив Статут, мощным пинком ускорил прогресс магглов, чтобы и самому побаловаться комфортом, и те, кто пытался ему помешать, пали, сами не поняв того.

Но затем Рон заскучал, и взгляд его обратился в небо.

Пришла пора магам и магглам объединиться и подчинить себе космос, подумал Рон, ведь Вселенная почти бесконечна, а значит, там полно умелых игроков, с которыми можно сыграть немало интересных партий.

— Что скажешь, моя королева? — обратился он к фигурке черной королевы.

— Ты игрок, а значит, ты — король и повелитель, — отозвалась та.

Рон усмехнулся, прищелкнул пальцами и фоном заиграла музыка, а хор начал выводить песню:

"Рональд Уизли — наш король!"