Исправление и наказание (гет)

Обжигающая боль пронеслась волной по всему телу и лорд Старк вздрогнул. Он попытался открыть глаза, но веки словно бы срослись. Его рот смог издать лишь сдавленный хрип.

‒ Нед! ‒ раздался громкий возглас прямо над ухом.

Он не сразу понял, что голос прозвучал знакомо. Кто же это?

‒ Нед, лорд Старк, ‒ чуть тише повторил мужской голос.

‒ Ему сейчас больно, оставь его, ‒ раздался второй голос. Женский.

Эддард снова попытался открыть глаза. На этот раз получилось.

‒ Дайте мне знак, если узнаёте меня, ‒ в его лицо пристально смотрел Хоуленд Рид.

Эддард раскрыл глаза настолько широко, как мог, а затем медленно моргнул.

‒ Отдыхайте, она сказала, что боль пройдёт после краткого сна, ‒ сказал Хоуленд.

Ему бы очень хотелось этого, а потому Эддард Старк вновь закрыл глаза, погружаясь в крепкий сон.

* * *

‒ Почему лорд Старк снова впал в забытье? ‒ Эддард снова услышал голос Хоуленда Рида, который, собственно, и разбудил его.

Он открыл глаза и увидел болотно-зелёный потолок, покрытый каплями воды. Знакомый вид.

В ответ на вопрос Хоуленда Рида раздался громкий всхлип. Женский всхлип.

‒ Я не хотела этого, ‒ произнёс уставший голос незнакомки.

‒ Ты повторяешь это снова и снова. Надо было утопить тебя в болоте. Если бы лорд Старк не был в таком состоянии и если бы все не думали, что он мёртв…

Оторвавшись от созерцания потолка, Эддард попробовал медленно повернуть голову на голоса. Удачно.

Его друг, лорд Рид, сидел прямо на полу, обхватив руками голову, словно бы ужасная боль пронзала его мысли, а рядом с ним стояла невысокая девушка, по щекам которой бежали слёзы. Она смотрела в огонь камина абсолютно потерянным взглядом.

Мёртв? До Эддарда дошли только что сказанные слова.

‒ Я жив, ‒ просипел он, стараясь говорить громче.

Они повели себя по-разному.

Хоуленд очень медленно отнял руки от головы и поднял взгляд на него. Что-то было не так. Его друг смотрел на него так, словно бы их разделяла целая жизнь полная скорби, а хорошего и вовсе никогда не было. Он так смотрел на него лишь в тот страшный день у башни Радости.

Незнакомка же на миг взглянула ему прямо в глаза, а затем её словно бы покинули все силы и она, разрыдавшись, упала коленями на каменный пол.

Что же происходит? Эддард растерянно смотрел на своего друга, пытаясь вспомнить, как он оказался в Сероводье. Не смог.

Тем временем незнакомка коснулась руки Хоуленда, а он посмотрел на неё. Девушка медленно покачала головой, как бы умоляя о чём-то. Точно, Хоуленд же грозился утопить её.

Нет. Они словно бы говорили, но без слов. Хоуленд вновь посмотрел на Эддарда, а затем перевёл взгляд на незнакомку. Она не сдвинулась с места и не отпускала его руку.

‒ Не сегодня, ‒ прошептала она.

«Не сегодня!»

«Что мы говорим богу Смерти?»

«Не сегодня!»

Эддард тяжело стоял у двери, где почти закончился урок танцев у Арьи. Он услышал этот весьма странный диалог, а затем посильнее опёрся на трость и похромал в свои покои, так и не решившись забрать дочь пораньше. Можно было бы послать стражей, но и с Сирио нужно было переговорить. Самому.

Это было месяц назад, до того, как бастард Цареубийцы бросил его в камеру.

Хоуленд и девушка словно бы договорились о чём-то. Он встал и подошёл к Эддарду, а девушка засуетилась и взяла холщовую сумку, валявшуюся на полу и … залезла в неё целиком, хотя внешний вид котомки не изменился.

‒ Вы ‒ мой лорд, но поговорим о текущем положении дел, когда вы сможете хотя бы сесть, ‒ сказал Хоуленд, положив руку на плечо Эддарда, пока тот ошеломлённо смотрел на сумку, в которой исчезла девушка. ‒ Роза поможет вам выздороветь. Она неплохой целитель.

‒ Где мои дети? ‒ прохрипел Эддард.

Медленно, мучительно медленно он вспомнил, что Санса стала заложницей, а Арья и вовсе пропала. Варис… Это же он сообщил ему эти новости? Эддард вспомнил, что залпом выпил принесённое ему вино и потом… пустота.

Хоуленд больше не смотрел ему в лицо, но Нед заметил, что в глазах друга блеснули слёзы.

‒ Однажды ты сказал мне, что неизвестность хуже горькой правды. Поверь, тебе нужно набраться сил, чтобы узнать правду, иначе забытье может забрать тебя навеки, ‒ Хоуленд сказал это стальным голосом, казавшимся более присущим лорду, нежели другу.

Эддард понимал, что должен быть в ужасе от того, что на его простой вопрос не дали ответа, но разум его был рассеян и слаб. Он решил подождать. Если лорд Рид, который знает его лучше кого бы то ни было, считает, что лучше набраться сил, то так он сделает.

‒ Милорд, откройте рот, ‒ рядом с Хоулендом появилась та самая незнакомка, которая чуть ранее залезла в сумку. Целиком. ‒ Это снадобье поможет быстрее восстановить голосовые связки, чтобы вы смогли задать все интересующие вас вопросы.

С целителями не спорят даже лорды. Эддард приоткрыл рот, ища глазами чашу, но вместо этого в руках девушки появилось мейстерское приспособление ‒ пипетка. Она сосредоточенно начала капать ему на язык прозрачное снадобье, которое словно бы прожигало его насквозь. Словно зимняя вьюга за пределами Винтерфелла.

‒ Умострильное я приберегу на потом, ‒ пробормотала она, покосившись на Хоуленда.

Следующее снадобье потребовало от него переворота на бок, чего он никак не мог бы сделать самостоятельно.

‒ Лорд Рид, проведите пару раз по верхним шейным позвонкам этой мазью, когда я приподниму его.

Она говорила всё уверенней, словно бы не было жалобных всхлипов в начале разговора. Девушка подала Хоуленду удивительно прозрачную стеклянную чашу с ядовито-зелёным содержимым.

‒ Милорд, не пугайтесь, ‒ обратилась она к Эддарду. ‒ Я не хочу пока тревожить лишний раз ваше тело, а потому сейчас придётся немного поколдовать.

Эддард начинал уверяться в том, что он всё ещё в подземельях Красного замка, а это ‒ лишь фантазия, навеянная слишком крепким вином, но всё же согласно кивнул. Девушка впервые улыбнулась и подняла руку, в которой держала небольшую палку.

‒ Вингардиум Левиоса! ‒ произнесла она, сделав замысловатый жест.

Эддард почувствовал, что его тело начало отрываться от кровати, зависая в воздухе так, чтобы Хоуленда смог смазать его шею снадобьем. Весь хребет сразу пронзила судорога. И ещё одна. И ещё… Эддард невольно вскрикнул. В тот же миг он понял, что его горло восстановилось и может не только хрипеть и булькать. Он растерянно посмотрел на друга, а тем временем девушка напряжённо держала палочку, делая плавное движение вниз, которое совпало с его благополучным приземлением на кровать.

Эддард Старк, истинный северянин, всегда сдержанный и честный, начал непотребно ругаться от боли в позвоночнике, но затем замолк, вспомнив, что рядом находится девушка. Сложно сказать, сколько продлилось это мучение, но оно всё же прекратилось.

‒ Какого?... ‒ Эддард посмотрел на немного повеселевшего Хоуленда и девушку ‒ Розу, кажется ‒ и предпринял попытку сесть. Удачно.

Девушка не стала терять времени и резко откинула с его ног меха, обнажая икры. Ноги показались ему странно незнакомыми, по-старчески усохшими. Эддард неловко повёл рукой, и его ладонь разрезала щербина на боковине кровати. Выступила кровь.

‒ Вулнера Сонентум, ‒ пробормотала девушка, наведя палочку на порез, который незамедлительно затянулся.

Точно. Вино слишком крепкое и он всё ещё в Чёрных камерах. Или он сошёл с ума, как и многие до него?

‒ Ты опять доведёшь себя до истощения, ‒ сердито сказал Хоуленд, обращаясь к девушке.

‒ Как будто вас это волнует, ‒ едко ответила она.

‒ Не особо, ‒ признал Хоуленд. ‒ И всё же ты должна поставить его на ноги.

‒ Чем я и занимаюсь, милорд.

Она долго рисовала в воздухе узоры над его ногами и всё больше хмурилась.

‒ Что с моими ногами? ‒ Эддард понадеялся, что хоть на этот вопрос получит ответ.

Целительница вновь посмотрела ему в глаза.

‒ Тот давний перелом затруднил работу мышц, а долгое неподвижное состояние лишь усугубило дело. Нервным окончаниям тоже нужна встряска.

‒ Если это можно исправить, то делай, что должно, ‒ произнёс Эддард.

Она хмуро продолжала смотреть на него, словно бы не решаясь на дальнейшие действия.

‒ Я могу применить одно заклинание, ‒ наконец произнесла девушка. ‒ Непростительное заклятье.

Хоуленд резко вскинул голову и схватил её за горло.

‒ Я не убил тебя лишь по одной причине ‒ ты искала исцеление для лорда Старка.

Она, всё ещё будучи в крепкой хватке Хоуленда, продолжала растерянно смотреть на Эддарда.

Девушка обладала земляного цвета глазами, как и у большинства жителей Сероводья. Её кудрявые каштановые волосы едва достигали плеч, сбиваясь в неприглядный колтун. Одежда была ничем не лучше ‒ серое платье в пол, больше походившее на рубище. И всё же она смело смотрела на лорда Старка, словно на равного, словно бы забыв о пальцах, сжимавших её горло.

‒ С каких пор ты так обращаешься с хорошими целителями, Хоуленд, ‒ внезапно произнёс Эддард.

Хоуленд перевёл на него взгляд и нехотя выпустил девушку.

‒ Оставлю вас, лорд Старк, ‒ он вышел и оставил его наедине с целительницей.

Они всё продолжали рассматривать друг друга, но всё же Эддард продолжил разговор:

‒ Несколько минут назад я и говорить толком не мог, а теперь… Если что-то можешь сделать с моими ногами, которыми я пока не могу двинуть, то делай, ‒ мягко произнёс он.

‒ Вам будет больно.

‒ Не недооценивай меня, ради исцеления можно и потерпеть.

‒ Вам будет больно, как никогда раньше. Я знаю это, милорд. Отец и мать моего друга сошли с ума от этого заклинания.

‒ Не обнадёживает, но, может, я очнусь от этого сна, навеянного вином Вариса, ‒ усмехнулся Эддард.

Глаза девушки вновь наполнились слезами.

‒ Это не сон, милорд. Вы в Сероводье, в охотничьем доме Хоуленда Рида.

Она подняла палочку и нацелила её на Эддарда.

‒ Круцио! ‒ ничего не произошло и она начала едва слышно бормотать. ‒ Ну же, вообрази, что перед тобой не Эддард Старк, а… безумная Белла! Круцио! ‒ снова ничего.

Эддард с любопытством смотрел на девушку, которая судорожно перечисляла различные незнакомые ему имена.

‒ Не могу! ‒ через двадцать семь «круцио» девушка сдалась.

‒ Какого эффекта ты добиваешься? ‒ поинтересовался Эддард.

‒ Какая разница? Всё равно не получится! ‒ девушка смахнула с лица прядь волос и обессиленно опустилась на пол, проигнорировав скамью, стоящую в паре шагов от неё.

‒ И всё же? Первое заклятие дало полёт, второе смогло залечить порез. Что должно дать «круцио»? Укрепит мне мышцы ног?

Эддард с тоской вспомнил о Бране. Только бы встать на ноги и он обязательно выяснит о семье правду, хотя, похоже, всё настолько ужасно, что никто не желает загонять его в могилу новостями. Ощущение, что это лишь дурной сон, пропало окончательно.

‒ В ваших кошмарах лишь отблеск голубых роз, ‒ внезапно выпалила девушка. ‒ Это не дурной сон, а вы наконец очнулись и живы. Милорд.

Эддард поглядел на наглую целительницу и усмехнулся. Он постарался пропустить мимо ушей столь точное описание его снов. Позже, нужно поразмыслить об этом позже.

‒ А ты выросла, Мира Рид, ‒ высказал он догадку о той, кто столь редко вспоминает о почтении к лордам, ведь сама является леди.

‒ Лорд Старк, в очередной раз вы совершаете ошибку. Я не леди.

Она вновь смотрела на него своим открытым взглядом. Даже Арья не смогла бы вот так…

‒ С Арьей всё более чем в порядке, ‒ произнесла она в тот миг, когда открылась дверь, и вошёл Хоуленд с чашей, над которой клубился пар.

Эддарда уже начала раздражать эта ситуация.

‒ Почему я здесь? Где мои дети? Отвечай, я приказываю! ‒ потребовал он от Хоуленда, поняв, что от девчонки ничего путного не добьёшься.

И Хоуленд подчинился. Он рассказал историю, несомненно, невероятную, но Эддард поверил в неё. Хоуленд с мёртвым лицом рассказывал о событиях, которые произошли за трёхлетний сон лорда Старка.

‒ Винтерфелл сожжён. Станнис разбит. Ренли мёртв, ‒ пытаясь осознать произошедшее, Эддард медленно проговаривал услышанное, надеясь, что его перебьют и скажут, что он ошибся. ‒ Все мои дети мертвы, кроме Сансы. Моя жена мертва. Север мёртв.

Он поднял взгляд на Хоуленда.

‒ Если всё так, как ты сказал, то почему я пребывал во сне все эти годы? И как я попал сюда? ‒ почти равнодушно осведомился Эддард.

‒ Варис и Роза, ‒ Хоуленд показал на целительницу, ‒ вытащили тебя из Чёрных камер, ну а дальнейшее спроси у неё сам.

Он вышел, оставив чашу с бульоном на скамье. Роза вновь полезла в свою странную сумку и извлекла оттуда ложку.

‒ Почему я жив, а мои дети мертвы? ‒ спросил Эддард у неё, не надеясь на ответ. Да он и не был важен.

Эддард почувствовал давящую боль в груди и начал задыхаться. Роза подскочила на месте и бросилась к нему, вынимая из рукава палочку.

‒ Не умирайте, ваш час ещё не настал, ‒ яростно прокричала она. ‒ Круцио!

И тело пронзила боль, какую ещё никому не доводилось чувствовать в этом жестоком мире Льда и Пламени. Разве драконы могут сравниться с заклинанием, что было превращено из медицинского в пыточное?

Разве Гермиона не возненавидела на краткий миг весь мир, когда увидела, как тот, ради кого она преодолела весь этот путь, умирает от остановки сердца?