12 свиданий мисс Грейнджер (гет)

Когда Гермиону Грейнджер вызвал в кабинет Министр магии, она не подозревала, о чём пойдёт речь. Кингсли помолчал, предложил кофе, потом отошёл к окну. Было непривычно видеть этого всегда спокойного и уравновешенного человека почти смущённым. Гермионе на секунду почудилось, что он действительно в замешательстве. Впрочем, это было не в правилах министра Бруствера — смущаться, поэтому мисс Грейнджер решила, что ей показалось.

Наконец Кингсли сел, отчего-то сложил ладони домиком, как когда-то делал покойный директор Дамблдор, и произнёс:

— Гермиона, мне нужен твой совет.

Он помолчал, потом добавил:

— Хотя нет, не так. Решение уже принято, и мы не в силах его изменить. Мне нужен твой совет: как мы можем сделать всё это мягче… — он замялся, — не так болезненно.

Гермиона напряглась. Ей было странно, что Кингсли советуется с ней. Она занимала очень хорошую — даже, на взгляд многих, неприлично хорошую для её возраста — должность в Министерстве. Она была героиней Второй Магической войны и подругой Гарри Поттера. Но всё это не отменяло того, что она оставалась всего лишь двадцатипятилетней девушкой. Маглорожденной девушкой, как неустанно напоминали ей окружающие. Кингсли продолжал:

— Как ты знаешь, после войны и без того немногочисленное население магов сократилось. Думаю, ты понимаешь, каков следующий шаг Министерства?

Гермиона нахмурилась. Однажды, в пылу алкогольного дурмана на вечеринке, они как-то обсуждали старую традицию — законы о браке. В древности, после каких-нибудь крупных конфликтов, например гоблинских войн, правительство могло принять решение ввести меры, чтобы как можно скорее восстановить население Магической Британии. Но это казалось такой замшелой глупостью! Даже после войны с Гриндевальдом ничего подобного не было. Гермиона нервно постучала пальцами по столешнице:

— Это ведь не то, что я думаю?

Министр невесело рассмеялся:

— Сейчас то время, когда всё мы делаем наполовину. Ибо полностью сделать не имеем права, а совсем не делать не можем. Конечно нет! Принять закон о браке — это значит собственноручно не только снять себя с поста, но и поставить под угрозу само существование Министерства магии. То есть сделать то, что не удалось даже Волдеморту. Нет, речь идёт всего лишь о программе. Программе по подбору наиболее подходящих друг другу волшебников и волшебниц.

— Не понимаю, при чём здесь я? — рассеянно сказала Гермиона. — Я работаю в Отделе магического правопорядка. Ты хочешь обосновать это как-то юридически?

Кингсли покачал головой. Его тёмные глаза казались уставшими. За последние несколько лет он сильно постарел. Гермиона подумала, что, возможно, она не так уж сильно хочет однажды возглавить магическое сообщество Британии. А тем временем нынешний министр продолжил:

— Нет, ты меня интересуешь как представитель того круга магов и волшебниц, на которых будут распространяться новые положения. Да-да, я знаю, как это будет. В данном случае, как ни парадоксально, уговорить наших чистокровных друзей Волдеморта будет намного легче, чем наших соратников. Потому что чистокровки привыкли жениться по расчёту и, в принципе, к тому, что в их личную жизнь постоянно кто-нибудь вмешивается: от родителей и светского общества до Министерства магии. С маглорожденными же всё куда хуже.

На секунду Гермиона задохнулась от гнева. В эту секунду её хороший друг Кингсли Бруствер напомнил ей даже не неоднозначного Дамблдора, а Слизнорта — такого понимающего и такого лезущего туда, куда не надо. Однако она слишком хорошо понимала своим рациональным, хвалёным умом, что лучше не спорить. Лучше скорректировать то, что можно.

Кингсли выглядел так, как будто он уже принял решение. И принимал это решение он явно не один. Поэтому она просто холодно сказала:

— И что же вы хотите?

Кингсли с шумом выпустил воздух сквозь ноздри своего широкого носа и поправил ворот мантии, словно тот его душил.

— Перестань, Гермиона, не начинай! — буркнул он. — Я сам понимаю, что это ужасно. Я боролся с Советом магов как мог. Убеждал, давил, пытался привлечь на свою сторону — они непреклонны. Количество волшебников в Англии катастрофически уменьшается.

Он поднял глаза на Гермиону:

— Ты же знакома с магловской наукой? Знаешь, что такое второй демографический переход? В итоге у нас в волшебной Британии большая проблема наложилась на мировую тенденцию. Поэтому, возможно, через несколько лет в Хогвартс просто не будет поступать столько детей, чтобы хотя бы наполовину заполнить факультетские спальни.

Кингсли вздохнул и продолжил:

— У меня не было выбора. Правда, не было. Я хотел сделать как лучше. Хотел угодить всем. В итоге получилось, что не угодил никому. Тем не менее моё решение такое, что лунного тельца сбережём, и мантикора голодной не останется.

Он посмотрел на неё внимательно:

— Тебе знакомо брачное агентство Лаванды Браун?

— Извини? — мисс Грейнджер едва не поперхнулась. Она ожидала услышать что угодно, только не упоминание о невесте Рона.

Нет, Гермиона правда осталась с Роном хорошими друзьями. Искренне считала, что Лаванда Браун, с которой Рон Уизли возобновил отношения после войны, куда лучшая ему пара — по многим причинам. Разумеется, Гермиона слышала о внезапно успешном бизнесе Лаванды, но никогда не вникала в это. Да, стоит признаться, друзья Гермионы были не так уж несправедливы, когда пеняли ей, что она слишком сильно погружена в работу и слишком мало интересуется их жизнями.

— Кажется, там что-то цветочное… «Роза и Нарцисс»? — не без яда в голосе уточнила мисс Грейнджер. — Только нарциссов нам не хватало.

— «Роза и Тюльпан», — сухо поправил её Министр и налил себе еще кофе, который своим видом больше напоминал смолу.

— Пикси упыря не лучше, — любимая поговорка миссис Уизли пришлась как нельзя кстати.

— Мисс Браун очень талантлива, — твёрдо сказал министр и покачал головой, усмехнувшись в ответ на недоверчиво приподнятые брови Гермионы. — Да, она талантлива в своём. Она умудрилась соединить старинные артефакты чистокровных семейств и современные магловские программы — и получила нечто среднее. Очень неплохой способ подбирать наиболее подходящего партнёра… — он немного помолчал и продолжил. — Её результаты впечатляют, Гермиона. Мы наблюдали за ней почти целый год. Несколько браков. В двух семьях уже ожидается пополнение. И только вдумайся! Более шестидесяти процентов участников продолжают отношения.

Министр допил свой кофе и решительно поставил на стол чашку:

— Мы решили вывести это на уровень страны. Наши требования не так уж велики. Никто никого не заставляет жениться. Всего лишь от волшебников определённого возраста требуется еженедельно ходить на свидание с подобранным кандидатом или кандидатами.

Гермиона хищно прищурилась и приготовилась к бою — она планировала сократить количество обязательных свиданий до четырех в год.